Текст книги "Измена. Прощай, ненавижу тебя! (СИ)"

Автор книги: Вера Анисимова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц)

7

Где-то на другом конце города

Разговор двух мужчин в вип-зоне элитного бара

– Ты чего довольный такой?

– Встретил музу.

– Кого?

– Женушку Демида.

– Пф! Тоже мне муза. На кой она тебе?

– Нет, ты пойми. Вся зареванная, с чемоданом. Кажись, Караевы крупно поссорились, что она в гостиницу от него сбежала. Еще и с вещами.

– О, пахнет дележом.

– И мы в нем поучаствуем.

– Ну ты же понимаешь, все бабы дуры. Истерички. Сегодня она уходит, завтра приходит. У них черт знает, что на уме.

– И это прекрасно. Этим мы и воспользуемся. Пока Демид с женушкой будет разбираться, мы у него бизнес отожмем.

* * *

Квартира у Оксаны светлая, просторная с дизайнерским ремонтом. Паркет из темного ореха резко контрастирует с белыми фасадами. На светлых стенах висят современные картины, всюду цветы и красивые декоративные статуэтки, которые можно рассматривать часами.

Ксю всегда нравились статуэтки. Она привозила их из каждой поездки. Я и сама подарил парочку, когда мы с Демидом ездили в Индию и Тайланд. Сердце замирает. От воспоминаний о тех днях мне становится тошно.

Раньше они приносили тепло на душе, но теперь все кажется ненастоящим. Лживым, надуманным. Все испачкано грязью, которую Демид принес в нашу спальню.

Я выдыхаю и стараюсь отвлечь себя рассматриванием квартиры, где проведу следующую неделю в заботах о Тире.

Тирой зовут девочку-корги. Ей год, она милое и нежное создание с шелковистой бело-рыжей шерстью. Встречает нас гавканьем, но быстро умолкает. Она легко привыкает ко мне, и когда сажусь на кухне-студии на длинный угловой диван, сидит у меня на руках.

Я испытываю небывалый прилив нежности к Тире. Меня так переполняет, что хочется затискать ее в объятиях.

– Кофе будешь? – предлагает Ксю.

– Да. Американо, без сахара.

– Хорошо.

Подруга вертится у столешницы, а я думаю, как построить планы.

– Когда ты улетаешь в Питер? – спрашиваю.

– В понедельник.

– За вещами пойдем тогда завтра. Хорошо?

– Да, – Ксю оборачивается. – Слушай, а у тебя много вещей? Как спакуем?

Я задумываюсь, но решение приходит моментально. Вещей у меня не так много. Подарки оставлю ему. Украшения, шубу, дизайнерские платья. Пусть делает с этим что хочет. Я возьму то, что купила на свои деньги и то, что мне дорого.

– Да не очень много. Освобожу свой чемодан и…

– О, у меня есть пара коробок, – Ксю указывает на кладовку.

– Этого хватит, – отмахиваюсь, продолжаю гладить Тиру. Она приносит мне успокоение.

Ужин проходит так, как будто мы с Оксаной вновь стали школьницами. В те годы, мы собирались у нее квартире, смотрели мультики, играли в настолки, иногда брали косметику у мамы Ксю и красили друг друга.

Вот и сейчас почти так же. Только нам под сорок, смотрим турецкий сериал вместо мультика, пьем чай и лежим на диване с тканевыми масками на лицах.

Мой телефон выключен. Не хочу, чтобы что-то врывался в этот чудесный вечер и портил его.

Ночь проходит ужасно. Я долго не могу заснуть на новом месте. Прислушиваюсь к каждому шороху и вглядываюсь в темные силуэты.

В голову опять лезет Демид, но я гоню его. На смену приходит мать, врач из женской консультации и все проблемы наваливаются разом. Становится так тяжело, будто меня прикопали на пару метров под землей. Дышать трудно.

От нечего делать встаю, брожу по квартиру полутьме и наталкиваюсь на стеллаж с книгами. Беру попавшуюся и начинаю читать. Она посвящена тому, как наладить жизнь после развода. Удачный выбор.

Тем не менее, книга помогает мне взглянуть по-новому на ситуацию и увидеть перспективы.

Надо подать заявление на развод.

Думаю я и смотрю на ноутбук Ксю. Я могу это сделать прямо сейчас, но откладываю. В уведомлении с госуслуг Демиду придет письмо с почты, где будет указана дата и время. Не хочу, чтобы он знал, что я не спала ночью и писала заявление о разводе. Еще представит, что я тут рыдаю сутками напролет. Как бы не так.

Заявление о разводе я подаю утром за завтраком. Вижу сообщение о регистрации и испытываю приятное удовлетворение. Это кажется мне по-настоящему серьезным шагом. Теперь мое желание уйти не просто слова. Мое желание обретает настоящие последствия.

Брачного договора у нас нет. Демид так любил меня, что отказался от этой идеи. По-моему, он даже уволил юриста предлагавшего ее.

Но мне от Демида ничего не нужно. Детей у нас нет, никакого имущества я требовать не хочу, хоть и имею право на половину, как супруга. Пусть подавиться.

За вещами мы выезжаем в полдень. Быть может другая наплевала бы на них, но среди моих вещей есть то, что мне хотелось бы сохранить. Чайная пара, подаренная мне бабушкой на восемнадцатилетние. Вязаная шаль, которую дедушка привез из командировки. И остальная мелочь, что содержит в себе приятные воспоминания о тех людях, которых со мной больше нет.

Квартира встречает тишиной. Никого, и я облегченно вздыхаю. Не будет лишней нервотрепки.

Мы с Ксю действуем быстро. С несвойственным мне хладнокровием я открываю шкафы и выкладываю нужные вещи. Подруга собирает в чемоданы. У нас их два и большая коробка.

На сборы уходит час. Я стою возле приоткрытой входной двери, надеваю туфли и слышу доносящиеся с лестницы женские голоса.

– Сейчас, девочки, вы увидите самую шикарную квартиру, – голос Юленьки я узнаю сразу. – Теперь я здесь живу.

Ксю смотрит на меня с волнением.

– Просто уходим, – выдыхаю я, чувствуя подступающую головную боль.

Вчера Демид хотел, чтобы я с ним поехала домой, а сегодня заселил любовницу? У меня вырывается смешок.

8

Я открываю дверь и вижу в коридоре Юленьку в толпе девчонок ее же возраста. Все красивые, подтянутые, блестящие. Через полупрозрачные блузы видны очертания нижнего белья. Коротенькие юбки и шортики выставляют на показ стройные ноги. Поверх кожаные куртки или распахнутые пальто. Образ завершает броский макияж, укладка и обувь на шпильках.

От их вида мне становится тошно. Они молоды, сексуальны и уверены в себе. Это чувствуется во взгляде. Словно весь мир упал к их ногам и боготворит.

Я ощущаю себя проигравшей. Никчемной по сравнению с ними. Мои ноги уже не так стройны, на бедрах целлюлит и кожа не такая гладкая, а волосы не блестят. Молодость с годами уходит и хоть тресни былого уже не вернуть.

Мои взгляды с Юленькой пересекаются.

– О, Мария Николаевна пожаловала, – она скрещивает руки на груди. – Что? Никак не можете признать себя лишней?

Девки позади нее начинают ухмыляться. Мне тоже смешно. Боже, я как будто вернулась в старшую школу. Популярные девчонки пытаются меня высмеять перед толпой одноклассников.

Однако есть во всем этом приятное. Юленька обращается ко мне по имени и отчеству. Привычка, или же она боится, что муж бросит ее и вернется ко мне?

Я не поддаюсь на глупую провокацию и вытаскиваю чемодан наружу.

– Что молчите? Язык проглотили?

Мы с Ксю вытаскиваем второй чемодан. Я беру коробок с хрупким. Готово. Можно уходить.

Юленьку раздражает мое молчание. Она шагает ко мне.

– А помните, как вы надо мной издевались? Заставляли документы переделывать, а? Видите, чем все закончилось. И ваша работа, и ваш муж теперь мои.

Ксю дергается, но я качаю головой. На мгновение у меня возникает желание выдрать Юле волосы, но я ничего не делаю.

Краем зрения замечаю в ее руке ключи от квартиры. На них брелок с рыбкой, и я широко улыбаюсь. Юленька держит запасной вариант, который я сделала пару месяцев назад для мамы, да так и не отдала. У нас все никак не получалось свидеться.

Ключи лежали в шкатулке в зале, где я хранила всякую мелочь вроде подаренных брелоков. Демид о них ничего не знал. Выходит, Юленька рылась в вещах, нашла ключи и присвоила себе. Быстро же она решила занять территорию.

Я начинаю смеяться. Юля злиться. Ее подружки ничего не понимают. Ксю тоже не понимает, но поддерживает меня и громко смеется со мной.

– Да она умом тронулась, – бурчит какая-то девочка, но я не обращаю никакого внимания и иду к лифту сквозь толпу.

Мы возвращаемся к Оксане на квартиру. Я размещаю вещи в гостевой спальне, она собирается в дорогу. Рейс рано утром. Потом мы гуляем с собакой, закупаемся и проводим вечер так же, как и предыдущий.

Ночью меня опять атакуют мысли о Демиде. Я беру телефон, чтобы отвлечься от переживаний и полазить в соцсетях, и обнаруживаю, что он выключен.

Батарея села. Неудивительно, учитывая, что я не помню, когда последний раз его заряжала. Ищу в вещах зарядку, подключаю, экран загорается и начинают загружаться сообщения.

Последний раз мой телефон так бомбило, когда у наших клиентов срывалась крупная сделка.

Звонки. Их много. Почти все с неизвестных номеров. Звонки и сообщения от мамы. Отметки в соцсетях. Уведомления банковского приложения о пополнении счета, там же сообщения.

Что творится?

Я ставлю телефон на беззвучный и кладу на тумбу. Надо подождать, пока все прогрузиться, а сейчас время чая. Поход на кухню занимает минут пять. Этого достаточно, чтобы все уведомления наконец прогрузились.

Первым делом захожу в банковское приложение. Ого, Демид скинул мне кругленькую сумму и надпись.

Надо поговорить.

Что? По-другому не получилось связаться? Или сразу же решил купить меня деньгами?

Я отправляю сумму обратно и пишу ответ.

Поговорим в ЗАГСе.

Из пропущенных звонков все незнакомые, кроме маминого. Сбрасываю счетчик и перехожу в мессенджер. Пишу маме: «Со мной все в порядке». Отправляю и открываю соцсети.

Первым попадается видео, которое репостнула мне бывшая коллега из бухгалтерии. Кто-то записал, как с Демидом разговаривали возле входа в гостиницу. Судя по ракурсу, снимали из дома напротив. Слов, разумеется, не слышно. Зато видно и мои эмоции, и замах для пощечины, и напряжение Демида.

Разлад в семье крупного бизнесмена Караева. Ссора на улице с супругой.

Видео принадлежит городскому паблику, специализирующемуся на сплетнях. Под ним куча комментариев. Люди смотрят на ситуацию по-разному. Кто-то поливает грязью меня, кто-то Демида. Мнения делятся в основном по половому признаку.

Почему он ей не врезал?

Подкаблучник.

Сучка должна знать свое место.

Пишут пользователи с мужскими никами. Меня защищают женщины.

Без причины женщина так не злиться.

Это он прилюдно сдержался, а дома побьет.

Какой кошмар, ей надо обратиться в полицию. Он не в себе. Он опасен.

Среди всего этого спора проскальзывает мнение, кто теперь будет с известным и богатым Караевым, а также фраза:

Если он семью построить не может, то как он строит дома.

Меня все это веселит. Забавно, стать знаменитостью на один день в местном паблике-сплетнике. Но следом я смотрю в сообщения и другие отметки. Видео разошлось по всем городским сообществам, а мне пишут местные журналисты, газеты, блогеры. Хотят интервью.

Одна девушка, представившись защитницей прав женщин, предлагает защиту от абьюзера-мужа.

Ух ты! Я в шоке, смотрю на экран. Кто бы знал, что наша ссора так взволнует общественность. Хотя какая там ссора. Так мелкий разговорчик.

Вверху всплывает окошко. Деньги пришли обратно на счет и новое послание от Демида.

Нам срочно нужно поговорить!

9

Демид

Терпеть не могу, когда все выходит из-под контроля.

Сначала эта Юля припирается без приглашения и лезет ко мне. Потом Маша пораньше освобождается с работы. И началось.

В тот вечер я не планирую развлекаться, зная о ночном вылете. Но меня ждет отпуск с женой, которая давно превратилась в ледышку. Спустить пар было бы неплохо. А тут на пороге вырисовывается Юля. Приходит под видом что-то оставить для Маши. Задирает юбку, лезет ко мне.

Я не могу устоять.

Мы давно пересекались с ней в ресторанах, кафе и клубах. И каждый она сногсшибательна, каждый раз предлагает делает с ней все, что угодно.

Тяжело не брать, когда предлагают. Голову сносит.

О Маше я не задумываюсь. Я ей такой подарок приготовил. Поездку на острова оплатил, дела отложил. Все для нее. Только для себя тоже чего-то хотелось.

Поездка срывается. Я злюсь. Не из-за потери денег, а из-за Машиного поведения. Ушла, на телефон не отвечала. Знала же, что вылет ночью. Безответственная.

Мои товарищи находят Машу быстро. Она поселилась в гостинице Романова – моего идейного врага по бизнесу. Вечно мне палки в колеса вставляет.

Я приезжаю к Маше, ловлю у входа, а она ни в какую. Еще Романов подъезжает. Пришлось отступить, чтобы не разоряться под чужой гостиницей.

Уверен, видео в сети его рук дело. Как и клевета, что я абьюзер, изменник и моральный урод. Новость так всколыхивает общественность, что акции падают. Какие все лицемеры.

На следующий день, пока я езджу по делам разбираться с ценными бумагами, Маша без моего ведома забираетвещи. Все те, что достались ей от родных. Мои подарки не тронуты.

По возвращению домой меня ждет сюрприз в виде Юли и ее подружек.

– Ты чего тут делаешь? – говорю, а сам зверею. От вида девок на моей кухне за моим столом трясет. Бесят. Это моя квартира и только мне решать, кому сюда приходить.

– Как я… – она теряется.

– Пошли вон.

– Юля сказала, что она теперь здесь живет, – бросает одна из девок.

– Чего бл…?

– Демид, – Юля смотрит на меня с широко распахнутыми глазами.

– Пошли вон! – повторяю я и бросаю первую попавшуюся вещь в стену над их головами. Кажется, это стакан.

Девки вскакивают и несутся мимо меня к выходу. Юля тоже встает. Она пристыжена и напугана. Я перекрываю ей выход.

– Ключи!

На миг думаю, что это Маша ей отдала при встрече.

– Вот, – она отдает какой-то запасной комплект с брелоком в виде рыбки.

– А теперь проваливай. И чтоб больше тебя не видел.

Остаюсь один в пустой квартире, но понимаю, что сил находится здесь нет. Тошнит от срача на кухне и запаха духов. Сажусь и еду в клуб к старому приятелю. Хочу напиться.

– И о чем ты думал? Ты же мог всегда приехать ко мне и трахнуть любую цыпочку. Все проверенные. Никаких проблем бы не было.

Поддержка Камиля как всегда на высоте.

– О Маше думал.

Друг фыркает, и я с ним согласен.

– Не тем местом ты думал, – Камиль одним махом опустошает стакан. – Со случайными девками вечно проблемы.

Я киваю, но сделанного не воротишь. Попиваю виски и попутно решаю проблемы по телефону. Маша на связь не выходит. Тогда предпринимаю последнее. Кидаю денег ей на счет и пишу сообщение в банковском приложении. Она отвечает глубокой ночью.

* * *

Кидаю деньги обратно.

О чем говорить? Мы разводимся. Все кончено.

Счет снова пополняется. Кажется, мы так и будем кидать друг другу деньги.

Я против. Никакого развода не будет.

Я усмехаюсь. Надеюсь, он все же передумает и не будет доводить дело до суда.

Зачем я тебе? У тебя есть с кем проводить время.

Ты нужна мне, Мари.

Мари? Мари! Внутри все кричит от боли. Меня трясет, разрывает!

Мари… Так он ласково называл меня после поездки во Францию. Мы провели медовый месяц в Париже. Шикарный номер находился в отеле. Из окон вид на Эйфелевою башню. С улиц постоянно льется романтичная музыка. Мы нежимся в кровати в объятиях друг друга.

– Ты всегда будешь моей, – шепчет он на ухо, а его пальцы нежно проводят по щеку, берут прядь и заправляют за ухо. – А я – твой.

Демид тянется ко мне и целует. Он начинает ласкать мое тело, даря нежность и ласку. Я таю в его объятиях и молюсь, чтобы это никогда не заканчивалось.

Я в сказке. Настоящей сказке.

Вот только «жили долго и счастливо» не случилось. Демид больше не был моим.

В груди вспыхивает огонь. Зачем он врет мне?

Я тебе не нужна. Ты просто привык ко мне. Привык к моей стряпне. К тому, что я рядом и всегда поддерживаю тебя.

Банковское приложение не позволяет писать длинные сообщения. Ограничение не дает написать все, что хочу. Потому я отправляю лишь половину суммы. Под второй половиной пишу остальной текст.

Или ты боишься, что жена-юрист отсудит половину имущества? Не переживай, мне ничего от тебя не нужно.

Отправляю, а в голове рой воспоминаний. Не всегда у Демида дела шли хорошо. Бывало, что-то случалось и я утешала его. Радовала. Помню, как пришлось заменить его сбежавшую помощницу и организовать фуршет для иностранных гостей. Тогда я собственную работу оставила и побежала помогать.

А что теперь…

Я за тебя переживаю. Тебе могут причинить вред. Скажи, где ты?

Я мотаю головой. Хватит.

Большего вреда, чем ты, мне никто не способен причинить.

На этом я выключаю телефон и иду за книгой. Понимаю, что Демид прислал деньги обратно, сопроводив очередным сообщением. Отказаться от них я смогу завтра в отделении банка. Надо все менять. И счет, и номер телефона.

Я не смогу начать новую жизнь, если не избавлюсь от старой.

10

Ранним утром я провожаю Ксю. Иду на короткую прогулку с Тирой, возвращаюсь и ложусь спать. Телефон ставлю на беззвучный, чтобы никто не тревожил.

Просыпаюсь после обеда и чувствую себя великолепно. За окном светит солнце, тело расслаблено, рядом лежит Тира и дарит свое тепло. Никакой работы, Юленьки и Демида в моей голове. Настоящее счастье!

Но длиться оно недолго. Беру телефон и иду на кухню, попутно проверяя сообщения. Почти все от неизвестных номеров, кроме одного. На этот раз до меня пытался дозвониться бывший начальник.

Прежде чем перезвонить, захожу в банковское приложение. Деньги от Демида так и лежат и на счете. Отправлять их обратно бессмысленно. Муж пришлет их снова. Поэтому просто проверяю пришел ли расчет с работы. Оказывается, что нет.

Я набираю номер Дмитрия Ивановича.

– Здравствуй, Маша, у нас катастрофа. Помоги, – пыхтит он в трубку.

– В плане?

Бывший начальник начинает пересказывать. К ним утром пришел клиент с просьбой устроить сделку с продажей юрлица. Много сложностей и подводных камней.

Но… Я просто слушаю и параллельно вожу указательным пальцем по фарфоровой кружке.

– Это все замечательно, Дмитрий Иванович, но чем конкретно я могу помочь?

– Выходи, а? Маш, ну, помоги нам. Разок. Оплачу.

– Две недели назад вы приказали мне написать заявления об увольнении по собственному желанию.

В трубке слышен тяжелый вздох.

– Маш, давай не будем сейчас об этом. Мы без тебя никак не справимся. Выйдешь разово, а я тебе заплачу.

Я одновременно испытываю две ярких эмоции. Гордость, что бывшее начальство не может без меня справиться. И презрение, что вообще продолжаю слушать это.

– Дмитрий Иванович, у вас есть Юлия Алексеевна. Прекрасный сотрудник, компетентный, молодой, целеустремленный, – повторяю ему его же слова, сказанные мне в момент извещения об увольнении.

– Маша, не начинай. Ты же сама знаешь…

– Знаю, Дмитрий Иванович. Знаю. Я жду расчет. Вы должны были перечислить мне его в пятницу. Будьте добры, переведите мои деньги. Всего хорошего.

Кладу трубку. Чувствую себя законченной стервой. Если не хуже, потому что никогда не позволяла себе так разговаривать с людьми. Меня аж трясет, но как иначе?

Я не могу вернуться.

Эта мысль горит в голове, как неоновая вывеска. Не могу вернуться…

Мой взгляд расфокусируется. Смотрю в никуда, отпиваю чай и понимаю, что попала в одну и ту же ситуацию дважды. Сначала работа, потом Демид.

Я не могу вернуться и все тут.

Расчет приходит в течение часа. Все до копеечки. Первым делом я перевожу деньги Оксане за гостиницу, еду и госпошлину, которую пришлось заплатить за развод. Потом беру листок и начинаю вычислять на какую сумму могу взять квартиру в аренду и прочие мелкие расходы в виде салон, косметики и прочего.

Следующие дни трачу на бытовые проблемы и поиск работы. Для начала беру второй номер, но прежний все равно оставляю. Если сменю окончательно, то придется сообщить маме новый, а я этого не хочу. Она сразу же передаст номер Демиду.

Да и большая часть знакомых знает старый номер. Сообщать каждому о смене – лишняя трата времени.

К новому номеру прикрепляю все приложения. Банк тоже посещаю, перевожу деньги мужу, блокирую поступления от него и меняю номер.

Еще иду на почту и отправляю Демиду обручальное кольцо. Как бы странно это не звучало, но я так привыкла к нему, что ни разу не подумала его снять.

Надо было бросить ему в лицо!

Но я поступаю, как мне кажется, куда интереснее. Покупаю в канцтоварах открытку с надписью: «Поздравляю», дописываю «Теперь ты свободен» и кладу кольцо. Все это запаковываю и отправляю по почте.

В процессе чувствую себя гением. Надо же как красиво получилось! Но уже дома начинаю стыдиться своего поступка.

Так нельзя! Я веду себя ужасно.

Но дело сделано и уже ничего не воротишь.

На почту приходит уведомление о принятии заявления о разводе. Сообщается дата посещения ЗАГСа. Примерно через месяц мы должны явиться с Демидом вдвоем. Нам дадут еще тридцать дней на примирение и только потом развод.

И это при условии, что Демид будет согласен. Если нет, нас отправят в суд. Как же долго это все будет длиться…

Как долго мне еще с ним встречаться.

Ловлю себя на ужасной мысли, что уволиться намного проще, чем развестись.

К концу недели я испытываю странное ощущение в груди. Непонятную плотность и тяжесть, но сбрасываю все на стресс и скорый приход месячных.

Поиски работы пока ничего не приносят. Но зато объявление о поиске работника на мое место странным образом греет душу. С одной стороны, радоваться чужому горю неправильно. С другой… а поделом. Сами захотели оставить Юленьку, сами себе яму вырыли.

Зарплата у вакансии меньше, чем была у меня, так что бывшему начальнику за жадность еще расплачиваться и расплачиваться.

В пятницу иду на долгую прогулку с Тирой. Я люблю эту маленькую непоседу всей душой. Малышка почти все время проводит со мной. Дарит тепло, уют и радость. С ней я вдруг обнаруживаю себя счастливой.

После похода в парк решаю побаловать себя кофе. Захожу в местную кофейню, беру карамельный латте и круассан. Внутри сидеть нет желания. На улице еще тепло, так что выбираюсь на террасу. Пью, ем, Тира спокойно сидит у моих ног. Она настоящая умничка.

Вдруг на дороге резко останавливается машина. Большой черный внедорожник. Меня охватывает волнение.

Нет, ну нет! Пожалуйста! Только не он.

Но это он собственной персоной.

Демид идет ко мне со словами:

– Наконец я нашел место, где ты обитаешь.