Текст книги "Темный Лекарь 17 (СИ)"

Автор книги: Вай Нот

Соавторы: Саша Токсик
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

– Эй, что это… – начал один из них.

Уровень воды начал подниматься. Быстро. Очень быстро.

За десять секунд бассейн переполнился. Вода хлынула через край, заливая кафельный пол бани мощным потоком.

– ВЫХОДИМ! – заорал кто-то, и обычно серьёзные наставники рванули к выходу, словно слепая неуправляемая толпа, барахтаясь в воде по колено, потом по пояс.

Вода продолжала прибывать, выплёскиваясь из бассейна всё новыми волнами. Она заливала раздевалки, хлестала в коридор, превращая западное крыло в настоящую реку.

На южной террасе, где располагались декоративные сады, система автоматического полива активировалась сама собой. Вместо мягкого орошения, которое обычно питало цветы и деревья, из шлангов вырвались мощные струи воды под давлением, достаточным, чтобы пробить броню.

Два охранника, которые патрулировали террасу, даже не успели понять, что происходит. Их просто сбило с ног, швырнуло на каменные плиты, покатило к краю террасы.

– АААРГХ! – один из них попытался встать, но новая струя ударила его в спину, заставляя снова упасть.

Цветы вырывало из земли с корнями. Декоративные камни переворачивало и швыряло в стороны. Молодое дерево, посаженное всего год назад, накренилось и с треском упало, его корневая система не выдержала напора воды.

А в центральном дворе монастыря вода стекала отовсюду, словно небеса разверзлись и обрушили на землю все свои запасы. Из дверей зданий хлестали потоки. Из окон капало. По ступеням каскадами сбегали ручьи.

Всё это стекалось вниз, к самой низкой точке двора, где обычно располагался небольшой декоративный пруд. Теперь этот пруд превратился в настоящее озеро, разливаясь всё шире, затапливая дорожки, клумбы, площадки для тренировок.

Ученики пытались пробежать через двор, но их сбивало течением. Кто-то поскальзывался, падал, с трудом поднимался, вымокший до нитки.

Маги воздуха парили над водой, зависая на высоте нескольких метров, с растерянными лицами глядя на хаос внизу.

– КТО ОТВЕЧАЕТ ЗА ВОДОСНАБЖЕНИЕ⁈ – орал кто-то из старших наставников, его голос, усиленный магией ветра, прокатывался по всему монастырю.

– ГДЕ ТЕХНОМАГИ⁈

– ПЕРЕКРОЙТЕ ЭТО! НЕМЕДЛЕННО!

Но никто не знал, как это остановить. Система работала сама по себе, по новым, совершенно безумным правилам, которые установили для неё два маленьких существа, искренне верившие, что делают всё лучше.

А потом вода добралась до внешнего склона.

Монастырь Белого Облака располагался на вершине горы, и все излишки воды естественным образом стекали вниз по склонам через специально выстроенные отводные каналы. Обычно это были тонкие ручейки, едва заметные, рассчитанные на небольшой избыток от дождей или таяния снега.

Сейчас эти каналы просто не справлялись.

Вода хлынула вниз по склону мощным потоком, прокладывая себе новые пути, сметая камни, вырывая кустарник, превращая аккуратные тропинки в бурлящие речушки.

У подножия горы, там, где располагался небольшой лагерь снабжения монастыря, Один из официальных поставщиков клана Канвар стоял у входа в свою палатку и проверял очередной отчёт о предстоящей доставке продовольствия.

Он услышал шум. Странный, непонятный. Словно… шум воды?

А затем поднял голову и посмотрел вверх, на склон.

И замер.

Сверху, с вершины горы, где располагался монастырь, стекал водопад.

Не ручеёк. Не поток. Настоящий, мощный, ревущий водопад, который низвергался вниз по скалам, разбиваясь на тысячи брызг, грохоча и клокоча.

Поставщик стоял с открытым ртом, его рука с отчётом медленно опустилась.

А через секунду он в ужасе сглотнул и с криками побежал прочь из лагеря, рано или поздно вода доберётся и до него.

Это место уже не спасти.

А в командном пункте монастыря, расположенном в одной из башен, царила атмосфера сдержанной паники.

Командир охраны, высокий мужчина средних лет с седеющими висками и суровым лицом, стоял у большого стола с картой монастыря, разложенной на поверхности. Рядом с ним был главный техномаг, молодой, нервный парень с вечно растрёпанными волосами, и трое старших наставников. Среди которых был и сам глава монастыря Виджай, признанный сын Ракши. Тот, как и все остальные не слишком понимал, что происходит.

В комнату влетел промокший с головы до ног посыльный. Его одежда хлюпала на каждом шагу, с волос капала вода, лицо выражало смесь ужаса и полного недоумения.

– Господа! – задыхаясь, выпалил он. – Затоплено западное крыло! Восточное частично! Сады превратились в болото! Бани непроходимы! И… и с горы течёт водопад!

Повисла тяжёлая пауза.

Командир медленно повернул голову к посыльному. Его глаз дёрнулся.

– Водопад? – переспросил он тихо, слишком тихо. – ВОДОПАД⁈

Его голос взорвался на последнем слове, заставляя всех присутствующих вздрогнуть.

– ОТКУДА, ЧЁРТ ПОБЕРИ, ЗДЕСЬ МОЖЕТ БЫТЬ ВОДОПАД⁈

Техномаг, бледный как полотно, судорожно искал что-то на планшете, его руки дрожали:

– Наши резервуары не могут вместить столько воды… Это физически… я не понимаю, откуда она берётся… Система рассчитана на определённый объём, там есть ограничения, магические и физические, это…

– ЗАБУДЬ ПРО РАСЧЁТЫ! – рявкнул один из наставников, крепкий мужчина с квадратной челюстью и шрамом на щеке. – СЦИПИОНЫ! Я же говорил, нельзя им доверять!

– Сципионы⁈ – недоуменно переспросил второй наставник, чуть постарше, седина уже успела коснуться его висков. – При чём здесь Сципионы⁈ Это элементали! Они всё ломают! Вон, духи воздуха до сих пор летают!

– Вот именно! ВОЗДУХА! – наконец, высказался Виджай. – С каких пор элементали воздуха устраивают потопы⁈ И, когда, проклятье вас забери, вы их, наконец, поймаете и вновь запечатаете?

Он злобно уставился на командира охраны, а тот схватился за голову обеими руками, его пальцы сжались, словно он пытался физически удержать свой разум от распада:

– Кто-нибудь может объяснить мне, ЧТО ВООБЩЕ ПРОИСХОДИТ⁈ – снова воскликнул Виджай.

Но в ответ лишь повисла гробовая тишина.

А в техническом помещении под восточным крылом Шпиль-Ка и Вин-Тик сидели на одной из труб, довольные и счастливые.

Вокруг них бушевала их работа. Вода шумела в трубах, кристаллы пульсировали ярким светом, руны сверкали, создавая сложные узоры. Всё работало на полную мощность, в точности так, как задумали гремлины.

Идеально. Правильно. Эффективно.

– Теперь работает правильно-хорошо! – довольно выдохнула Шпиль-Ка, любуясь своей работой.

– Эффективно-быстро! – кивнул Вин-Тик, его хвост мягко покачивался от удовольствия.

Оба гремлина сидели, гордо выпрямив спины, глядя на переделанную систему водоснабжения с тем же удовлетворением, с каким художник смотрит на законченный шедевр.

Снизу, откуда-то из глубин монастыря, доносились крики, плеск, шум. Звуки хаоса, паники, растерянности.

Шпиль-Ка наклонила голову набок, прислушиваясь:

– Почему они кричат-вопят?

Вин-Тик тоже нахмурился, его уши насторожились:

– Не знаю-не понимаю. Мы же улучшили-исправили! Теперь всё работает правильно-оптимально!

Они помолчали, обдумывая эту загадку.

– Может быть… – медленно начала Шпиль-Ка, – им ещё что-то нужно улучшить-починить?

Вин-Тик вскинул голову, его глаза загорелись:

– Точно-верно! Они недовольны, потому что мы не всё исправили!

– Надо найти-обнаружить, что ещё работает неправильно-криво!

– И починить-улучшить! – согласился Вин-Тик, подпрыгивая на месте от энтузиазма.

Они соскочили с трубы, приземлившись на пол с лёгким стуком. Оба были полны решимости продолжить своё благородное дело по улучшению монастыря Белого Облака.

– Пошли искать-находить! – скомандовала Шпиль-Ка, устремляясь к вентиляционной решётке.

– Исправлять-обновлять! – эхом откликнулся Вин-Тик, следуя за ней.

Они протиснулись в узкое отверстие вентиляции и исчезли в тёмных недрах монастыря, оставляя за собой бурлящий, ревущий, абсолютно неуправляемый водопровод.

И затопленный монастырь, в котором никто пока не понимал, что самое страшное ещё впереди.

* * *

Крыши монастыря Белого Облака были покатыми, выложенными тёмно-серой черепицей. Идеальное место для скрытного перемещения, если, конечно, знаешь, куда ступать.

Я вёл нашу небольшую группу вперёд, держась в тени от высокой сторожевой башни справа. Октавия шла за мной, а дед Карл замыкал шествие, двигаясь с той невозмутимой грацией, которая свойственна только личам, существам, которым уже не нужно беспокоиться о таких мелочах, как равновесие или усталость.

Внизу, в другой части монастыря, бушевал хаос.

Духи воздуха, освобождённые гремлинами, всё ещё носились в небе, в виде белых журавлей они пикировали на охранников, создавали вихри, швыряли людей в разные стороны. Крики, звон оружия, вспышки боевой магии, всё это доносилось откуда-то с восточной стороны комплекса, где основные силы Канваров пытались взять ситуацию под контроль.

Отличное прикрытие.

Я переместился через тень от одной крыши на другую, преодолевая разрыв в несколько метров за долю секунды. Октавию я разумеется вновь подхватил на руки.

Она только и успела что охнуть от неожиданности, но уже не возмущалась, что я её не предупредил, а приняла правила игры.

Дед возник рядом без лишних комментариев, просто шагнул из одной тени в другую, словно это был самый естественный способ передвижения в мире.

– Духи, кажется, чувствуют себя весьма вольготно, – заметил он, кивая в сторону очередной вспышки магии где-то за стенами. – Канвары явно не готовились ни к чему подобному.

– Гремлины постарались, – я снова двинулся вперёд, перепрыгивая через низкий парапет. – Хотя, признаться, даже я не ожидал, что они справятся настолько… эффектно.

Октавия фыркнула за моей спиной:

– Да, духи действительно разбушевались, – всё ещё не понимала о чём я говорю, Октавия.

Но дед пояснил:

– Пигалица, элементали уже вовсе не единственная и не самая большая проблема этого монастыря. Во внутренних помещениях начался настоящий потоп. А тебе пора научиться работать с теневыми разведчиками, если не хочешь узнавать всё последней.

– Научусь! – мгновенно отозвалась ведьмочка, – я вообще-то быстро прогрессирую! Стой… ты сказал потоп?

– Творческий подход, – усмехнулся я. – Надо будет их похвалить.

– Или запереть подальше от любых технических систем, – пробормотала ведьмочка, но я услышал в её голосе плохо скрываемое восхищение.

Мы продвигались дальше, держась в тенях, используя выступы зданий и башен как прикрытие. Несколько раз мимо нас пролетали Канвары. Кто-то в одиночку, другие парами, все спешили на помощь своим товарищам, которые сражались с элементалями. Никто даже не посмотрел в нашу сторону.

Артефакты маскировки Октавии работали безупречно.

Центральная пагода возвышалась перед нами, величественная и угрожающая одновременно. Пятиярусное строение с загнутыми краями крыш, украшенными резными деталями в виде облаков и ветра.

Красиво.

И очень, очень хорошо защищено.

Я остановился на краю крыши соседнего здания, всего в нескольких метрах от пагоды. Отсюда я мог рассмотреть её во всех деталях, не только физические стены и крыши, но и то, что скрывалось за пределами обычного зрения.

Магическая защита.

Она окутывала пагоду плотным коконом, слой за слоем, образуя сложнейшую сеть заклинаний, рун, энергетических потоков. Даже не обладая сильным магическим чутьём, я видел намёки на неё, лёгкое искажение воздуха вокруг здания, едва заметное мерцание, словно сквозь невидимую вуаль.

– Работа Регины, – констатировала Октавия, остановившись рядом со мной. Она прищурилась, разглядывая пагоду. – Чувствую её почерк. Многослойная, рекурсивная, с ловушками внутри ловушек.

– Да уж, – я усмехнулся. – Она действительно постаралась. Наверное, взяла с Канваров двойную цену.

– Тройную, – сухо поправил дед, подходя с другой стороны. Он тоже смотрел на пагоду, но его взгляд был более сосредоточенным, проникающим. – Судя по сложности плетений, это была одна из её лучших работ.

Я повернулся к нему. Дед Карл обладал уникальной способностью, он видел магические потоки и плетения так же чётко, как обычные люди видят физические объекты. Не просто чувствовал, не догадывался, а именно видел. Каждую руну, каждую связь, каждый узел энергии.

Это умение уже спасло нам жизни в пирамиде Регины, когда мы пробирались сквозь её ловушки. Без деда мы бы вряд ли смогли победить ведьму в её же логове.

И сейчас я понимал, что и здесь помощь лича будет сложно переоценить.

– Можешь разглядеть структуру? – спросил я.

Дед кивнул, не отрывая взгляда от пагоды:

– Да. Вижу семь основных слоёв защиты. Каждый связан с предыдущим, но не напрямую, а через буферные узлы. Умно. Если попытаться сломать один слой грубой силой, остальные среагируют и усилятся.

– Классическая тактика Регины, – заметила Октавия. – Она всегда любила системы с обратной связью.

– Но, – продолжил дед, и в его голосе появилась нотка удовлетворения, – у любой системы есть слабые места. Точки, где плетения не такие плотные. Где энергия течёт не так гладко, как должна.

Я выжидающе посмотрел на него.

Дед медленно поднял руку, указывая на невидимую для меня точку где-то на уровне третьего яруса пагоды:

– Вот здесь. Видишь? Нет, конечно не видишь, – он усмехнулся. – Там пересекаются два потока энергии под неправильным углом. Регина пыталась это компенсировать дополнительной руной, но она работает не идеально. Если разрушить именно эту связь, весь третий слой дестабилизируется.

– А остальные слои? – спросила Октавия, уже доставая из рюкзака какой-то артефакт, тонкий серебряный жезл с кристаллом на конце.

– Среагируют, – подтвердил дед. – Но медленно. У нас будет окно в несколько секунд, чтобы ударить по следующему слабому месту. – Он переместил палец чуть ниже и левее. – Здесь. Четвёртый слой. Связь между двумя буферными узлами. Она тоньше, чем должна быть.

Я кивнул, уже понимая план:

– Точечные удары. Быстро, последовательно, не давая системе времени на полную перестройку.

– Именно, – согласился дед. – Если сделаем всё правильно, вся защита рухнет, как карточный домик. Если ошибёмся… – он пожал плечами, – ну, нас, скорее всего, просто испепелит автоматическими контрмерами.

– Оптимистично, – сухо заметила Октавия.

– Я реалист, – парировал дед.

Я усмехнулся и шагнул ближе к краю крыши, оценивая расстояние до пагоды. Метров пять по прямой. Вполне достижимо.

– Ладно, – сказал я, собирая энергию. – Начинаем. Дед, направляй. Октавия, готовь артефакты. Работаем быстро.

Они синхронно кивнули.

Я шагнул в тень вместе с Октавией, преодолевая разрыв между зданиями, и материализовался на узком каменном выступе у стены пагоды. Дед, как обычно, последовал за мной.

Теперь мы были так близко к защите, что я физически чувствовал её давление. Воздух вокруг пагоды был плотнее, тяжелее, наполнен статическим электричеством, которое заставляло волосы на руках подниматься дыбом.

– Первая точка, – дед указал на место чуть выше нас. – Там, где пересекаются два потока. Тебе нужно прервать связь ровно в центре пересечения. Не раньше, не позже.

Я прищурился, вглядываясь туда, куда он показывал. Для меня это было просто пустое пространство с едва заметной рябью, но я доверял его видению.

Сейчас для работы мне требовалась, не теневая магия, и не некромантия, а чистая энергия.

Она текла сквозь меня, тёплая, податливая, готовая принять любую форму, которую я задам.

Я сформировал из неё тонкий луч, острый как игла, и направил точно в указанную точку.

Удар.

Воздух вспыхнул. Невидимая до этого руна проявилась на мгновение, сложный узор из переплетённых линий, светящихся холодным голубым светом. Затем она треснула, развалилась на части, рассыпалась искрами.

Третий слой защиты дрогнул. Я почувствовал это всем телом, словно гигантский колокол ударили изнутри, и волна его вибрации прокатилась по всей системе.

– Следующая точка! Быстро! – Торопил дед. – Чуть ниже, правее! Октавия, нужен резонанс!

Ведьмочка уже держала в руках небольшой кристалл тёмно-фиолетового цвета, заключённый в медную оправу.

– Готово!

Она швырнула кристалл в указанную дедом точку. Тот взорвался в воздухе, выпуская волну магии, которая буквально разорвала энергетические связи вокруг себя. Ещё одна руна проявилась, затрещала, погасла.

Четвёртый слой рухнул.

– Пятый слой укрепляется! – предупредил дед. – Регина заложила туда резервный узел. Нужно его нейтрализовать, иначе он заблокирует всю нашу работу.

– Где? – коротко спросил я, уже готовя следующий заряд энергии.

– Левее, на уровне второго яруса. Видишь окно?

Я посмотрел туда. Узкое окно, прикрытое деревянными ставнями.

– Вижу.

– За ним. Резервный узел встроен в саму стену, примерно в метре от окна внутрь.

Я прицелился и выстрелил зарядом чистой энергии. Он прошёл сквозь ставни, словно их не было и пробил камень.

Я контролировал каждый миллиметр его траектории и попал цель.

Взрыв изнутри. Не физический, магический. Стена треснула, из трещины вырвался столб красного пламени, затем погас.

Пятый слой задрожал и развалился.

– Шестой и седьмой связаны напрямую! – дед говорил быстрее, его пальцы рисовали в воздухе невидимые мне линии, отслеживая потоки магии. – Нужно ударить одновременно по двум точкам. Октавия, у тебя есть парные дезинтеграторы?

– Есть! – она уже рылась в рюкзаке, доставая два одинаковых артефакта – металлические сферы размером с кулак, покрытые рунами.

– Отлично. Макс, ты бьёшь вот сюда, – дед указал на точку над дверью пагоды, – а Октавия кидает сферы вот сюда и сюда, – два других места, по обе стороны от двери.

– На счёт три, – сказал я, собирая энергию для финального удара.

Октавия взяла сферы в обе руки, прицелилась.

– Раз.

Я сфокусировался на указанной точке, формируя заряд.

– Два.

Октавия напряглась, готовясь к броску.

– Три!

Мой заряд вырвался вперёд в тот же момент, когда Октавия швырнула обе сферы. Три точки одновременно взорвались магическим огнём. Руны вспыхнули, переплелись, попытались сопротивляться, но было поздно.

Шестой и седьмой слои защиты рухнули с оглушительным звоном, словно разбилось гигантское стеклянное окно. Волна высвободившейся энергии ударила во все стороны, заставив нас прикрыть глаза от яркой вспышки.

Когда свет погас, защита исчезла.

Пагода стояла перед нами абсолютно беззащитная.

– Отличная работа, – одобрительно кивнул дед.

– Спасибо за наводку, – ответил я искренне. – Без тебя мы бы тут возились до утра.

Дед серьёзно ответил:

– Однажды ты тоже научишься.

Октавия тем временем уже двигалась к двери пагоды. Массивная, деревянная, украшенная резьбой, она теперь была единственным препятствием между нами и тем, что находилось внутри.

Я шагнул вперёд и толкнул дверь ладонью.

Та распахнулась легко, без сопротивления.

Мы вошли внутрь.

Первое, что бросилось в глаза – свет.

Внутри пагоды было просторно и светло, несмотря на приближение вечера. Высокие потолки, поддерживаемые резными колоннами. Деревянный пол, отполированный до блеска. Стены, украшенные свитками с каллиграфией и изображениями облаков.

И артефакты.

Они располагались по кругу в центре зала, образуя идеальную геометрическую фигуру. Шесть штук. Пять поменьше, примерно по метру в высоту каждый, и один большой, больше человеческого роста, почти под три метра.

Все они представляли собой кристаллы, заключённые в сложные металлические оправы. Кристаллы пульсировали мягким светом изнутри, а оправы были покрыты рунами, которые медленно вращались, переплетались, образовывали новые узоры.

Тюрьмы.

Я сразу понял, что это такое. Снова заточённые элементали, как и те, которых освободили гремлины.

Но здесь было что-то ещё.

Я сделал шаг ближе, прислушиваясь к потокам энергии вокруг.

И почувствовал биение чистой природной магию. Не скверну, не искажённую силу, которую так любили использовать Великие Князья в последние годы. Именно, первозданную магическую энергию нашего мира.

Она концентрировалась прямо здесь, как место силы, что объясняло многое.

Октавия подошла к одному из меньших кристаллов, изучая его. Она тоже догадалась:

– Умно. Элементали воздуха отлично впитывают природную магию. Если держать их в месте силы, они становятся идеальными батарейками. Постоянно подзаряжаются, постоянно отдают энергию в систему.

– Вечный двигатель, – согласился дед. – Жестокий, но эффективный.

Я остановился перед самым большим кристаллом. Свет внутри него был ярче, интенсивнее.

Недолго думая, я подошёл к ближайшему малому кристаллу и положил на него руку. Энергия потекла из меня внутрь, находя слабые места, разрушая связи, ломая руны одну за другой. Это было уже гораздо проще, чем справляться с защитой вокруг пагоды.

Кристалл треснул.

Свет внутри вспыхнул ослепительно ярко.

И наружу вырвался дух воздуха.

Он принял форму белого журавля, как и те, что уже буйствовали снаружи. Распростёр крылья, издал пронзительный торжествующий крик и взмыл к потолку. Закружился там, словно не веря в свою свободу, затем метнулся к открытой двери и исчез в вечернем небе.

Я перешёл ко второму кристаллу. Потом к третьему. Четвёртому. Пятому.

Повторяя сделанное раз за разом.

Кристалл трескался, дух вырывался наружу в образе журавля, кричал одновременно от ярости и радости, а затем улетал.

Октавия и дед помогали, разрушая оправы с других сторон, ускоряя процесс.

Наконец остался только большой кристалл.

Я остановился перед ним, глядя на пульсирующий свет внутри. Тот, кто был заточён там, чувствовал происходящее. Я видел, как свет становился всё ярче, как энергия внутри кристалла начинала бушевать, биться о стенки своей тюрьмы.

– Осторожнее, – предупредил дед. – Этот сильнее остальных. Намного сильнее.

– Знаю, – кивнул я. – Отойдите назад. На всякий случай.

Октавия и дед отступили к стенам зала, давая мне пространство.

Я собрал энергию, больше, чем раньше, и направил её в оправу большого кристалла. Руны вспыхнули, заметались быстрее, пытаясь сопротивляться. Но я не останавливался, вкладывая всё больше силы, разрывая связи, ломая защиты.

Оправа треснула.

Потом раскололась пополам.

Кристалл взорвался.

Физически. Просто разлетелся на тысячи осколков, которые рассыпались по полу со звоном.

И наружу вырвался ещё один вихрь, но гораздо мощнее предыдущих.

Неконтролируемый и абсолютно разрушительный ураган.

Ветер взревел с такой силой, что я почувствовал, как пол под ногами задрожал. Стены пагоды затряслись. Потолок треснул. Колонны, на которых держалась вся конструкция, начали ломаться одна за другой, словно спички.

Я рефлекторно выбросил вперёд руки, создавая энергетический щит вокруг себя и Октавии.

Она прижалась ко мне спиной, прикрывая свой рюкзак. Ветер бил в щит со всех сторон, пытаясь разорвать его, причём давление было ощутимым даже для меня, но я держал.

Дед справлялся сам, вокруг него также появился щит, тёмный и плотный, сквозь который ураган не мог пробиться.

Пагода рушилась.

Крыша сорвалась первой, улетев в небо, словно лёгкая бумажная игрушка. Стены треснули, развалились, превратились в облако пыли и обломков. Пол под нами разверзся, но мы зависли в воздухе, поддерживаемые собственной магией.

Через несколько секунд от величественного пятиярусного строения не осталось ничего.

Только груда развалин. Камни, балки, черепица, всё разбросанное по огромной площади, как после удара метеорита.

И посреди этого хаоса, среди клубов пыли и обломков, стояли мы.

Я, Октавия и дед Карл.

Живые. Невредимые.

Я опустил щит, позволяя себе глубоко вдохнуть. Октавия закашлялась от пыли, прикрывая нос и рот рукой. Дед просто стоял, невозмутимый как всегда, слегка отряхивая с плеча каменную крошку.

– Ну, – протянул он, оглядывая разрушения, – это было эффектно.

– Ещё бы, – пробормотала Октавия, всё ещё кашляя.

Я посмотрел вперёд, туда, где стоял освобождённый дух.

Ураган утих. Ветер собрался в одну точку, сконденсировался, принял форму.

Человеческую форму.

Почти.

Передо мной стоял дух воздуха, но не в образе животного или птицы.

Он выбрал форму человека, пожилого, сурового, исполненного древней мудрости и ярости.

Его тело было сформировано из концентрированного ветра, настолько плотного, что казалось почти материальным. Белая борода, длинная, спускающаяся до колен, развевалась, несмотря на отсутствие ветра вокруг. Волосы такие же белые, были заплетены в косу.

Лицо изборождено морщинами, но не от старости, а от бесконечного гнева и страданий.

Одежды напоминали традиционные одеяния восточных магов, длинный халат, перехваченный поясом, широкие рукава. Всё из того же концентрированного воздуха, переливающегося жемчужным светом.

В руке он держал посох. Длинный, почти в два метра, тоже сформированный из ветра, но выглядящий твёрже, тяжелее. На вершине посоха сиял кристалл, внутри которого бушевала миниатюрная буря.

Глаза духа горели холодным светом. Не синим, не голубым, именно белым, пронзительным, беспощадным.

Он смотрел на нас.

Точнее, не смотрел. Изучал. Оценивал.

И я видел в этом взгляде только одно – ненависть.

Дух медленно сделал шаг вперёд. Посох ударился о камни с глухим звуком, совершенно не подходящим для предмета из ветра. Вокруг его ног закружились небольшие вихри, поднимая пыль и мелкие обломки.

– Люди, – произнёс он, и его голос был как рёв урагана, пропущенный через тысячу фильтров и сконцентрированный в одно слово. Низкий, гулкий, заставляющий воздух вибрировать. – Жадные и подлые людишки.

Он сделал ещё шаг. Вихри вокруг него усилились, стали шире, выше.

– Вы заточили меня. Использовали. Превратили в энергию для своих жалких нужд.

Ещё шаг. Посох ударил о камень сильнее, отдаваясь эхом по всему монастырю.

– Сотни лет. – Голос стал тише, но от этого только страшнее. – Сотни лет я провёл в этой клетке. Чувствовал, как из меня высасывают силу. Слышал, как вы радуетесь, используя мою энергию для своей магии.

Свет в его глазах разгорелся ярче. Борода развевалась всё сильнее, словно в невидимом урагане.

– И теперь, – он поднял посох, направляя его прямо на нас, – вы заплатите.

Вихри превратились в настоящие смерчи. Воздух вокруг духа стал плотным, давящим, агрессивным.

– Все вы, – каждое слово было пропитано яростью, – жалкие и мерзкие людишки должны… умереть!