Текст книги "Темный Лекарь 17 (СИ)"

Автор книги: Вай Нот

Соавторы: Саша Токсик
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Глава 13

– Проклятые твари, опять!

Голос санитара прорезал утреннюю тишину госпиталя, заставив Анжи поднять голову.

Молодой парень с вечно растрепанными волосами стоял у дальней койки, размахивая метлой.

Под больничной койкой что-то юркнуло, серая тень, слишком быстрая для обычного грызуна.

– Третья за сегодня, – пробормотал санитар, наклоняясь ниже. – Откуда их столько?

Анжи молча наблюдала, как он пытается загнать крысу в угол. Её целительский дар автоматически потянулся к маленькому созданию, сканируя его.

Мёртвая.

Крыса была мертва уже несколько дней, судя по состоянию тканей. Но она двигалась. Бежала. Уворачивалась от ударов метлы с неестественной точностью.

Санитар промахнулся, крыса метнулась в сторону и скрылась в щели у стены.

– Чёрт, – выдохнул парень, выпрямляясь. – Они что, вообще теперь ничего не боятся?

Анжи вернулась к своей работе, положив руки на сломанное плечо юноши, лежащего перед ней. Мягкий свет заструился из её ладоней, находя каждый осколок кости, каждый разорванный сосуд.

Но её мысли то и дело всё ещё возвращались к крысе.

Это была уже не первая. И даже не третья, как говорил сантитар.

Вчера вечером она видела мёртвую птицу за окном своей комнаты. Там сидела на небольшом каменном выступе, поворачивала голову, рассматривала монастырь немигающим взглядом.

Ещё одна мышь встретилась ей в одном из коридоров неподалёку от больничного крыла. Просто лежала посреди прохода, потом вдруг дёрнулась и убежала, когда кто-то попытался её поднять.

А во внутреннем саду монастыря она увидела мёртвую змею на дереве.

Некромантия. Это могла быть только она.

Но Рихтеры, как и другие некроманты, были уничтожены давным давно. Их кланы пали. Некромантия практически исчезла из мира.

Так откуда эти создания?

Анжи закончила со сломанным плечом, юноша благодарно посмотрел на неё, но промолчал, зная о запрете. А Анжи перешла к следующему пациенту.

Анжи начала лечение, её руки снова засветились, но взгляд скользнул по залу.

И замер.

В углу, в тени под дальней койкой, сидела ещё одна крыса.

Мёртвая.

Смотрела прямо на неё.

Анжи стиснула зубы и вернулась к работе.

Их становилось больше.

Но на этом странности не заканчивались.

Возвращаясь в свои покои после утренней смены, Анжи заметила, что что-то не так с освещением в коридорах.

Магические светильники, парящие под потолком изящные стеклянные сферы, вели себя странно.

Первый, мимо которого она прошла, мерцал. Не постоянно, а с неровными интервалами, вспышка, темнота, вспышка, темнота. Это было непривычно и раздражало глаза.

Второй светильник погас совсем, оставив участок коридора в полумраке.

Третий, наоборот, горел слишком ярко, настолько, что на него было больно смотреть. Анжи прикрыла глаза рукой, проходя мимо.

Четвёртый и пятый медленно меняли цвет, сверкая всеми цветами радуги, словно какая-то гирлянда.

Вроде бы ничего необычного, артефакты частенько сбоят, но не здесь. За все десятки лет своего заточения, Анжи видела что-то подобное лишь пару раз.

Она подошла к двери своих покоев, расположенных в северном крыле монастыря, в самой защищённой части комплекса.

Обычно, когда она приближалась, барьер автоматически распознавал её, благодаря специальному ритуалу, также как и всех остальных в этом монастыре.

Магия буквально вплелась в её энергетическую подпись, делая её «своей» для защитных систем монастыря. Барьер должен был пропустить её без задержки.

Сегодня он не среагировал.

Анжи остановилась перед дверью, нахмурившись. Подождала несколько секунд. Ничего.

Она сделала шаг вперёд.

Барьер вспыхнул ярко-синим светом – настолько резко и неожиданно, что Анжи отшатнулась. Воздух вокруг двери задрожал, наполнился статическим электричеством. Волосы практически встали дыбом.

Это было неправильно. Барьер никогда так не реагировал.

Она подождала ещё минуту, затем осторожно попробовала снова.

На этот раз барьер пропустил её, но со странным звуком. Словно что-то металлическое царапало по камню. Низкий, скрипучий, неприятный.

Анжи быстро шагнула внутрь и закрыла дверь за собой, а затем подошла к окну и выглянула наружу.

На каменном выступе, в той же позе, что и вчера, сидела уже другая птица. Маленький серый воробей.

Мёртвый.

Не похоже, что он её видел. Но она уже не удивлялась.

Хотя всё ещё ничего не понимала. Кто стоит за этим? И зачем?

Вопросы без ответов.

Она отвернулась от окна и опустилась на край кровати, закрыв глаза.

Она не знала, сколько прошло времени, может, час, может, больше, когда тишину разорвал пронзительный вой.

Анжи вскочила на ноги, сердце забилось быстрее.

Сирена.

Магическая сирена тревоги, которая должна была срабатывать только при вторжении в монастырь.

Звук был оглушительным, заполнял всё пространство, проникал сквозь стены, отражался от гор эхом. Высокий, пульсирующий вой, который было невозможно игнорировать.

Анжи выбежала из комнаты и рванула в сторону выхода из здания, надеясь, понять, что происходит.

По двору монастыря и над ним бегали и летали охранники.

Маги-Канвары в серо-голубых униформах, с оружием в руках. Кто-то выкрикивал команды, кто-то занимал позиции на стенах, кто-то направлялся к воротам.

Все готовились отражать атаку.

Но атаки не было.

Анжи всматривалась в окрестности, склоны гор, узкие тропы, ведущие к монастырю, открытые площадки перед воротами.

Пусто. Совершенно пусто.

Никаких врагов. Никаких признаков вторжения.

Сирена продолжала выть. Минута. Две. Пять.

Охранники метались по двору, проверяя барьеры, осматривая периметр, переговариваясь на повышенных тонах.

Затем, так же внезапно, как началась, сирена смолкла.

Тишина после неё казалась оглушительной.

Из главного здания вышел командир охраны, высокий мужчина средних лет с седеющими висками и суровым лицом. Анжи знала его в лицо, хотя не помнила имени. Один из старших наставников.

– Ложная тревога! – его голос, усиленный магией ветра, прокатился по всему двору. – Артефакт сбоит! Вернуться на позиции!

Охранники замерли, переглядываясь.

– Сбоит? – переспросил кто-то недоверчиво.

Ещё кто-то посмелее возмущённо фыркнул:

– Так и думал, что ведьмам доверять нельзя!

– Вы слышали мой приказ! – рявкнул командир. – По местам!

Люди начали расходиться, но движения были медленными, неуверенными. На лицах читалось замешательство и тревога.

Анжи отошла от окна.

Ещё один сбой.

Анжи вернулась в госпиталь и сразу заметила, что атмосфера изменилась. Санитары были напряжены, лекари переговаривались между собой приглушёнными голосами, ученики на койках выглядели встревоженными.

Она подошла к своему столу и начала осматривать первого пациента.

Работая, она краем глаза заметила движение.

Змея. Маленькая, с серо-коричневой чешуёй, ползла вдоль стены.

Мёртвая.

Крыса появилась у дальней койки, пробежала вдоль стены, скрылась за шкафом.

Пёстрая птичка, названия которой она не знала, сидела на подоконнике, не двигаясь.

Ещё одна мышь юркнула под стол.

Их становилось всё больше.

Но как будто бы, кроме неё, это мало кто замечал. Остальные обсуждали другие странности.

– … говорят, артефакт климата тоже барахлит, – донёсся до неё обрывок разговора двух лекарей.

Анжи подняла голову, прислушиваясь.

– Серьёзно? – переспросил второй.

– Абсолютно, – первый лекарь, понизил голос, но Анжи всё равно слышала. – В западном крыле вдруг начался дождь. Внутри здания! А в восточном было так жарко, что ученики не могли заниматься.

– Это же… как такое возможно?

– Понятия не имею. Техномаги говорят, что работают над проблемой, но…

Они замолчали, заметив, что Анжи рядом, и поспешно разошлись в разные стороны.

Анжи вернулась к лечению, но мысли продолжали крутиться в голове.

Артефакты ломаются. Защита даёт сбои. Мёртвые создания повсюду.

Всё связано. Должно быть связано.

А когда она в следующий раз попыталась вернуться в свои покои, то едва нашла дорогу!

Стоило ей повернуть за угол, как она становилась, нахмурившись.

Коридор выглядел абсолютно незнакомо.

Она ходила этим путём годами, знала каждый поворот, каждую дверь, каждую деталь. Но сейчас что-то было не так.

Анжи сделала несколько шагов вперёд и упёрлась в стену.

Тупик.

Это было невозможно. Здесь не должно было быть тупика. Коридор должен был продолжаться дальше, к лестнице, ведущей в северное крыло.

Она вернулась назад, попробовала ещё раз.

Снова тупик.

Анжи остановилась, глубоко вдохнула. Её сердце билось быстрее, в груди нарастало странное чувство, не совсем паника, но близкое к ней.

Иллюзия.Наверняка это она.

Анжи знала, что защитная система монастыря включала множество ловушек для возможных врагов и лазутчиков.

И одна из них – это магические иллюзии, имитирующие ложные коридоры, тупики, лабиринты. Дополнительный слой защиты, призванный запутывать противников, не давать им ориентироваться.

Но эти ловушки не должны были действовать на тех, кто прошёл ритуал связи с монастырём.

На таких, как Анжи.

Значит, и эта система тоже сбоит.

Она попробовала третий раз, на этот раз сосредоточившись на своём даре, пытаясь почувствовать энергетические потоки вокруг.

Дар Вийонов не специализировался на обнаружении иллюзий, но, как сильный маг, она всё равно могла чувствовать искажения в пространстве вокруг себя.

Анжи медленно двинулась вперёд, держа руку перед собой.

Вот. Здесь. Лёгкая рябь в воздухе, почти незаметная.

Она шагнула сквозь неё, и иллюзия рассеялась. Коридор снова стал правильным, знакомым.

Анжи выдохнула с облегчением.

Но тут же столкнулась с группой учеников, которые явно тоже пытались выбраться из ловушки.

Их было трое, все выглядели растерянными и раздражёнными.

– Куда делась столовая⁈ – возмущался один из парней, крепкий юноша с квадратной челюстью. – Она должна быть прямо здесь!

– Я говорил, надо идти через восточное крыло, – его друг закатил глаза.

– Я хожу этим путём каждый день! Каждый! Чёртов! День! – первый парень был явно на грани.

– Но сегодня всё изменилось, – задумчиво высказался третий из них. – Может, наставники решили нас проверить?

– Проверить на что? На способность найти еду⁈

Они замолчали, увидев Анжи, и поспешно расступились, давая ей пройти.

Она прошла мимо, не глядя на них, и услышала, как за спиной один из парней пробормотал:

– Думаешь, она тоже заблудилась?

– Заткнись, – прошипел его друг. – С ней нельзя говорить, помнишь?

Анжи ускорила шаг.

Добравшись до своих покоев Анжи снова подошла к окну.

И, конечно, вновь, увидела мёртвого воробья. Он не сдвинулся ни на сантиметр, продолжая наблюдать.

Но теперь он был не один.

Рядом с ним появилась сова. Тоже мёртвая.

Анжи медленно закрыла окно и отступила.

Сколько их теперь? Десять? Двадцать? Больше?

Она видела их везде. В госпитале, в коридорах, во дворе, теперь прямо за её окном.

Но так и не сказала об этому никому из руководства монастыря.

Из коридора вновь донеслись какие-то недовольные крики. Похоже, кто-то снова заблудился.

Хаос продолжал нарастать.

А в её груди гулко и азартно застучало сердце,

Она закрыла глаза пытаясь успокоиться и хладнокровно обдумать новые возможности.

Что если, удастся этот хаос обратить в свою пользу?

Что если…?

* * *

Некоторое время назад.

Я откинулся на спинку стула, обдумывая полученную информацию.

Регина не могла соврать. А значит, простого способа обойти её защиту и впрямь не существовало.

Точнее, она сама была в этом уверена.

Но у любой системы есть уязвимые места.

– Регина, – вкрадчиво начал я, – давай копнём глубже. Где именно в монастыре находятся ключевые точки защиты?

Пауза. Я как всегда чувствовал её внутренней сопротивление. Похоже, она никогда не смирится со своим новым положением окончательно.

– Их несколько, – осторожно произнесла она, – в разных частях сооружения.

– Не тяни время, – приказал я. – Отвечай на вопрос конкретно. Ключевые точки защиты. Какие зоны защищены лучше, какие хуже? И что ещё включено в работу охранных систем, помимо того, о чём ты уже рассказала?

В ответ раздался вздох. Долгий и полный страдания.

– Ты невыносим, Рихтер.

– Спасибо. Жду ответа.

Ещё одна пауза, затем Регина сдалась:

– Хорошо. Слушай внимательно, потому что повторять не буду… хотя, чёрт, конечно повторю, если прикажешь.

Октавия фыркнула, пряча улыбку.

– Защита многослойная, это ты уже знаешь, – продолжила Регина. – Но она не изолирована. Многие техномагические системы переплетены друг с другом. Представь это как… как обычный «умный дом», только в сто раз сложнее.

– Умный дом? – переспросил дед, нахмурившись.

– Современная технология, – пояснила Лифэнь с экрана ноутбука. – Когда все системы здания, например, освещение, климат-контроль, сигнализация, замки и так далее, управляются централизованно. Обычно через единый интерфейс.

– Именно, – подтвердила Регина. – Только вместо интерфейса здесь энергетические ключи, привязанные к конкретным людям. Что-то вроде биометрии, но магической. Ракша может управлять всей системой. Плюс те, кому он дал доступ. Старшие наставники, командир охраны, возможно, кто-то ещё.

Дед удивлённо поднял бровь:

– Постой. Канвары? Канвары используют такие сложные техномагические решения? Мне всегда казалось, что они самый отсталый технологически Великий Клан. Всё их воздушные потоки да старинные ритуалы…

Регина презрительно фыркнула:

– Ты не ошибся, лич. Канвары действительно отсталые. Это всё – наработки Сципион. Мои личные разработки, если точнее. Я использовала их по доброте душевной… и за очень большие деньги, разумеется.

– Разумеется, – согласился я с иронией.

– К тому же, – голос Регины стал серьёзнее, – Ракша был моим союзником. В отличие от остальных идиотов-князей, я уже тогда понимала, что пора действовать сообща. Против тебя, Рихтер.

Я кивнул, хотя она меня не видела:

– Ты и правда умерла, пытаясь помочь Гюнтеру на той войне. Хотя сам Гюнтер так этого и не понял. Решил, что ты его кинула. Так и скончался в неведении, бедняга.

– Идиот и слабак, – недовольно процедила Регина. – Всегда был идиотом, хотя мнил о себе… ууу…

– На этом мы сойдёмся, – я усмехнулся. – Ладно, продолжай по существу.

– Всё могло измениться, – предупредила она. – Управляет системой теперь Ракша, а не я. Он мог добавить что-то своё, переделать настройки, изменить контрольные зоны и так далее.

– Логично, – согласился я. – Но всё равно, рассказывай всё, что знаешь.

Регина начала говорить, и Лифэнь тут же принялась фиксировать информацию, а на экране нашего ноутбука появлялась схема за схемой.

– Центральная пагода, – Регина перечисляла методично, – защищена максимально. Там находится ядро системы, главный энергетический узел, который питает все барьеры. Туда тебе не пробраться без полного отключения защиты.

– Понятно, – я кивнул. – Дальше.

– Северное крыло. Там личные покои наставников и, предположительно, твоя цель. Анжи Вийон, верно?

– Верно.

– Защита там тоже сильная, но не такая плотная, как в пагоде. Барьеры «свой-чужой», сканирование энергетических печатей, защитные руны на дверях и стенах, куча ловушек, которые должны сразу же включиться при вражеском вторжении.

– Кое с чем я уже сталкивался, – подтвердил я. – Мои разведчики не могут подобраться близко.

– Восточное и западное крылья, там лучше всего защищены казармы учеников, тренировочные залы, склады. Защита базовая. Сканирование, но не уничтожение. Скорее тревога и оповещение.

– Слабые места, – отметил дед.

– Относительно, – возразила Регина. – Тревога поднимет весь монастырь на уши. Но да, пробраться туда проще.

Лифэнь наложила данные Регины на карту монастыря, которую мы составили при помощи момз разведчиков.

Сетка защиты появилась на экране. Красные зоны, жёлтые, зелёные. Уровни опасности, плотность барьеров, расположение узлов.

– Сам госпиталь, – продолжила Регина, – средняя защита. Сканирование, но не агрессивное, там постоянно много людей, раненых, целителей. Слишком сильная защита мешала бы работе.

– Логично, – согласился я, изучая схему.

– Дворы, периметр, стены. Там, разумеется, патрули плюс стационарные барьеры и ловушки. Ничего особенного, стандартная защита крепости.

Я внимательно смотрел на экран, сопоставляя информацию Регины с тем, что я уже знал из собственной разведки.

Сходилось. Почти всё сходилось.

Красные зоны на схеме Лифэнь совпадали с местами, где мои разведчики гибли или не могли проникнуть. Жёлтые – где возникали проблемы, но не критичные. Зелёные – относительно безопасные участки.

– Есть узлы, – медленно сказал я, указывая на несколько точек на карте. – Места, откуда можно начать распутывать всю эту сеть.

– Да, – подтвердила Регина неохотно. – Вспомогательные энергетические узлы. Их несколько. Если вывести из строя хотя бы два-три, система начнёт перегружаться, пытаясь компенсировать потери. Защита ослабнет.

– Но не отключится полностью, – уточнил я.

– Нет. Для полного отключения нужно добраться до центрального узла в пагоде. А туда ты не попадёшь, пока защита активна. Замкнутый круг.

Я усмехнулся:

– Мне нравятся замкнутые круги. Их всегда интересно ломать.

Октавия наклонилась ближе к экрану, изучая схему. Её брови сдвинулись.

– Макс, – медленно сказала она, – даже если мы доберёмся до этих вспомогательных узлов… как мы их отключим? Это же сложнейшая артефакторика. Нужен специалист. Причём очень хороший.

– Не просто хороший, – добавила Регина с издёвкой. – Гениальный. И даже гению потребуется время. Часы работы с каждым узлом. А за это время вас засекут и прощай тайная миссия.

Октавия сокрушённо покачала головой:

– Вынуждена согласиться с этой стервой. Для того, чтобы туда незаметно пробиться, нам нужен кто-то маленький, незаметный и отлично разбирающийся в артефакторике. Кто мог бы пробраться туда, где мы не можем, и…

Она осеклась, посмотрела на меня.

Я улыбался.

– У нас как раз есть такие специалисты, – сказал я спокойно. – Целых два.

Глава 14

Октавия скептически приподняла бровь:

– Гремлины? Макс, ты серьёзно? – она скрестила руки на груди. – Они, конечно, гении в своём деле, но… ты же видел, как они «работают». Половина моей лаборатории до сих пор пахнет горелым после того, как Вин-Тик решил «улучшить» мой дистиллятор.

– Не погибнут, – уверенно отозвался я. – Если мы сделаём всё правильно. Снабдим их нужными артефактами, проложим безопасный маршрут, будем на подстраховке.

– Дело не только в этом, – она нетерпеливо махнула рукой. – Допустим, они проберутся внутрь. Допустим, даже не взорвут ничего раньше времени. Но там же не просто техномагия! Ритуалы, энергетические потоки, древняя защита Канваров… – Октавия поморщилась. – Гремлины в этом ничего не смыслят. Они будут ковыряться в механизмах, а магическая часть системы поднимет тревогу.

– Конечно, – кивнул я. – Но это та часть, которую они выведут из строя очень быстро. А сразу после в дело вступим уже мы.

– И ещё кое-что, – она прищурилась. – Если их поймают, Канвары быстро поймут, откуда ветер дует. Гремлины на поверхности – это визитная карточка Рихтеров. С таким же успехом можно повесить на монастырь плакат «Здесь был Макс».

Дед задумчиво постучал пальцами по столу:

– Пигалица дело говорит. Но других вариантов я пока не вижу.

– Вот именно, – я посмотрел на Октавию. – Риск есть. Но гремлины – лучший инструмент для этой работы. Маленькие, незаметные, способны пролезть куда угодно. И они обожают ломать сложные механизмы.

– Чинить, – машинально поправила она.

– Для наших целей – ломать, – усмехнулся я.

Октавия закатила глаза, но я заметил, как в них мелькнул знакомый охотничий блеск. Она уже прикидывала варианты.

– Ладно. Но если эти маленькие безумцы устроят фейерверк и сорвут всю операцию, я скажу «я же говорила». Громко. Несколько раз.

Ведьмочка всё ещё выглядела обеспокоенной, но я видел, как она обдумывает идею. Взвешивает риски и возможности.

– Артефакты, – наконец сказала она. – Нужны хорошие артефакты. Защитные. Маскировочные. Коммуникационные, чтобы мы могли направлять их.

– Согласен, – кивнул я. – Но ты ведь взяла с собой целый арсенал. В твоих бездонных сумках достаточно вещей, чтобы снабдить всем необходимым маленькую армию, не то что двух маленьких пушистых хулиганов.

– И маршрут, – добавил дед. – Нужно проложить им безопасный путь. Через зелёные зоны, минуя красные.

Лифэнь уже работала над этим,картинкана экране постепенно менялась.

– Я могу совместить схему Регины с данными твоих разведчиков, Макс. Найти оптимальный маршрут. Отметить опасные участки. Составить пошаговую инструкцию.

– Отлично, – я откинулся на спинку стула, чувствуя, как план начинает складываться воедино, – а во время самой операции я буду направлять их при помощи этих же разведчиков. Те места, в которых мы не уверены, они будут проверять первыми, чтобы, в случае чего, удар пришелся на них, а не на гремлинов.

– Вы все сумасшедшие. Это безумие не сработает! – не сдержала возмущения Регина.

Я усмехнулся.

– Просто признай, что ты боишься, что это как раз сработает.

– Я буду наслаждаться, наблюдая, как вы провалитесь, – ехидно ответила она.

– Не дождёшься, Редж, – я усмехнулся. – К тому же, ты ведь сама будешь помогать нам. Хочешь или нет.

Тяжёлый вздох:

– Ненавижу тебя, Рихтер.

Октавия покачала головой, но я заметил лёгкую улыбку на её лице:

– Ладно, – я поднялся из-за стола. – У нас есть план. Теперь нужно его реализовать. Октавия, подготовь артефакты. Лифэнь, займись маршрутом. А мы с дедом продолжим работать с теневыми разведчиками.

Я вышел из комнаты, уже обдумывая следующие шаги.

Всё складывалось в интересную картину.

Если всё пройдёт как надо, Канвары даже не успеют понять, что именно произошло.

* * *

Подъём в горы оказался на удивление простым.

Артефакты маскировки, которые Октавия подготовила работали безупречно. Амулеты отвода глаз, плащи-хамелеоны, даже специальные браслеты, подавляющие звук наших шагов. Мы превратились в призраков, невидимых, неслышимых, почти неощутимых.

Особенно это было важно, конечно же, для Октавии, Минжу, Али и Симона с Бланш.

Мы с дедом и так могли перемещаться тенями, что почти исключало для врагов возможность легко нас обнаружить.

Но лишняя осторожность всё равно не повредит.

Я двигался впереди, ориентируясь на сигналы теневых разведчиков, благодаря которым видел все патрули, которые могли встретиться у нас на пути.

Дед Карл двигался рядом со мной, Октавия шла следом.

В середине оказались Симон и Бланш, которой из этого положения, было удобнее всего раздавать благословения остальным. Симон же нёс коробку с гремлинами.

Ну а замыкали процессию Минжу и Али. Его мощные щиты могли прикрыть всю нашу группу, даже если мы с дедом на что-то отвлечёмся.

Мы обошли первый патруль, проскользнув мимо двух Канваров, которые стояли у поворота тропы и скучающе переговаривались о погоде. Они даже не посмотрели в нашу сторону.

Второй патруль, а точнее ещё троих магов, мы миновали, пройдя буквально в десяти метрах от них. Один из охранников зевнул, потянулся, посмотрел прямо на нас.

И не увидел ничего.

Артефакты Октавии работали идеально.

Временами мимо нас пролетали и другие Канвары, но тоже ничего не замечали.

Через пару часов мы достигли нужной точки, скалистого выступа примерно в двухстах метрах от внешней стены монастыря.

Не самая удобная точка для обзора и проникновения, но наименее просматриваемая изнутри

– Здесь, – тихо сказал я, останавливаясь.

Команда расположилась за камнями. А Симон осторожно поставил ящик на скалу и открыл крышку.

Два гремлина высунули морды, их глаза загорелись любопытством.

– Шпиль-Ка, Вин-Тик, – улыбнулся я ним, – пора за работу.

* * *

Наблюдать за гремлинами через глаза теневых разведчиков было как всегда занятно.

Они двигались словно крошечные ловкие обезьянки, прыгали с уступа на уступ, карабкались по стенам, протискивались в щели, куда не пролез бы даже ребёнок.

Шпиль-Ка была чуть быстрее, Вин-Тик осторожнее, но оба работали с удивительной синхронностью.

Первый защитный артефакт они обнаружили у основания внешней стены, магический сканер, вплетённый в каменную кладку. Совершенно незаметный, как на него не посмотри.

Шпиль-Ка подобралась к нему, наклонила голову, изучая.

– Чинить-ремонтировать? – прошептала она, обращаясь к Вин-Тику.

– Улучшать-переделывать! – согласился тот.

Крошечные лапки потянулись к кристаллу. Я затаил дыхание, наблюдая через птицу, сидевшую на ближайшем дереве.

Гремлины не ломали артефакт. Это было бы против их принципов. Вместо этого они осторожно покрутили что-то внутри, переставили пару деталей, соединили две руны, которые явно не должны были соединяться.

Артефакт вдруг начал светиться. Сначала зелёным. Потом фиолетовым. Потом снова зелёным, но уже с красными проблесками.

– Получилось-вышло! – довольно пискнула Шпиль-Ка.

Я усмехнулся. Да, их версия «улучшения» гарантированно доведёт техномагов монастыря до нервного срыва.

Гремлины двинулись дальше, проскользнув сквозь узкую щель в стене, ту самую, которую я отметил для них заранее. Они оказались во внутреннем дворе, в тени большого каменного фонтана.

Второй узел находился в основании западной башни. А вместе с ним артефакт климат-контроля, если верить схемам Регины.

Вин-Тик добрался до него первым, пролез через вентиляционную решётку. Шпиль-Ка последовала за ним.

Артефакт выглядел сложным. Целая панель с множеством кристаллов, рунических схем, переплетённых проводов из серебра и меди.

– Ого-эге-гей, – выдохнул Вин-Тик, его глаза расширились. – Красиво-прекрасно!

– Но неправильно-нескладно, – добавила Шпиль-Ка, качая головой. – Надо переделать-исправить.

И они принялись за работу.

Их лапки двигались с невероятной скоростью, откручивая, переставляя, перенастраивая.

Один кристалл переместился влево. Другой вправо. Провод, который шёл к верхней руне, теперь вёл к нижней. Два элемента, которые раньше были разделены, вдруг оказались соединены напрямую.

– Вот так лучше-правильнее! – пискнула Шпиль-Ка.

– Да-именно! – согласился Вин-Тик. – Теперь работает как надо-положено!

Артефакт вспыхнул. Затем начал издавать тихое жужжание. Потом из него пошёл пар. Затем, наоборот, повеяло холодом.

Я почувствовал, как где-то в монастыре что-то пошло не так. Климат-контроль явно сошёл с ума.

Гремлины уже мчались дальше, взобравшись на крышу и пробегая по черепице так легко, словно это была ровная дорога.

Третий узел. Четвёртый. Пятый.

Они работали методично, следуя маршруту, который проложила Лифэнь, а мои разведчики корректировали.

Они быстро переделали освещение, перенастроили часть дверных замков.

Сирену вообще «улучшили» так, что она срабатывала случайным образом.

Честно сказать, это была самая рискованная часть плана. Вполне могло сложиться так, что Канвары реально решат, что на них напали.

Но всё сыграло наилучшим образом. Они только уверились в том, что их система сходит с ума по каким-то другим причинам.

Через своих разведчиков я повсюду слышал, как они ругались на коварных Сципион, которые наверняка специально всё подстроили, чтобы пришлось снова вызывать их для ремонта и снова выплачивать огромные суммы.

И с каждым «улучшением» хаос только нарастал.

А гремлины продолжали углубляться внутрь.

Они добрались до северного крыла, того самого, где, предположительно, находились покои Анжи.

Здесь защита была плотнее. Больше барьеров, больше артефактов, больше сложных переплетений магии и техномагии.

Но гремлины не останавливались. Они ныряли под барьеры, обходили ловушки, протискивались в щели между энергетическими полями.

И вот они оказались в небольшой технической комнате, судя по всему, одном из центральных узлов защиты этого крыла.

Там стояли три артефакта. Большие, сложные, красивые.

Кристаллы размером с кулак, заключённые в металлические оправы, покрытые рунами. Они пульсировали ровным, мерным светом, соединённые между собой тонкими серебряными цепями.

Гремлины остановились, глядя на них с благоговением.

– Вау, – прошептала Шпиль-Ка.

Но потом она наклонила голову, прислушиваясь.

Вин-Тик сделал то же самое.

Оба замерли.

– Что-то не так-неладно, – тихо сказала Шпиль-Ка.

– Очень плохо-нехорошо, – согласился Вин-Тик.

Они подошли ближе, осторожно, словно боялись спугнуть что-то живое.

И я понял, почему.

Внутри кристаллов что-то двигалось.

Не энергия. Не магический поток. Что-то… живое.

Гремлины поняли это в тот же момент, что и я.

– Плохо-ужасно-кошмарно! – Шпиль-Ка отступила, её глаза расширились от ужаса.

– Нельзя так-никак! – Вин-Тик затряс головой. – Нельзя держать в клетке-тюрьме! Нельзя мучить-истязать!

Они переглянулись.

– Надо освободить-выпустить, – решительно сказала Шпиль-Ка.

– Обязательно спасти-вызволить! – согласился Вин-Тик.

Гремлины набросились на кристаллы с остервенением, которого я у них ещё не видел. Их крошечные лапки двигались так быстро, что я едва успевал следить. Руны стирались. Цепи разрывались. Замки щёлкали, открываясь один за другим.

– Освобождаем-вызволяем! – пищала Шпиль-Ка, разбирая механизм первого кристалла.

– Спасаем-выручаем! – вторил ей Вин-Тик, работая над вторым.

Первый кристалл треснул.

Свет внутри него вспыхнул ослепительно ярко.

И наружу устремилось нечто.

Это было похоже на взрыв. Ураган, вырвавшийся из бутылки. Воздух в комнате закрутился, образуя вихрь, стены затряслись, металлические оправы кристаллов зазвенели.

Нечто взмыло к потолку, его форма была текучей, постоянно меняющейся, то птица, то облако, то просто сгусток бешено вращающегося ветра. Но я видел в нём гнев. Чистый, неразбавленный гнев.

Теперь я понял, что это. Элементали воздуха, которых использовали здесь, как живые батарейки.

Духи вырывались один за другим, и с каждым новым освобождением ураган становился сильнее.

Пятый кристалл взорвался, не выдержав давления изнутри.

Последний дух, самый большой, самый яростный, вырвался с таким рёвом, что я услышал его даже отсюда, с нашей позиции за стенами монастыря.

Ветер взревел, превращаясь в настоящий смерч. Духи кружились в воздухе, сталкивались друг с другом, сливались, разделялись, их энергия была безумной, неконтролируемой.

Гремлины прижались к полу, закрыв головы лапками.

– Ой-ой-ой! – пищала Шпиль-Ка. – Они очень злые-сердитые!

– Очень-преочень недобрые-свирепые! – подтвердил Вин-Тик.

Духи воздуха взмыли вверх, пробили потолок комнаты, просто разнесли камень в щепки и вырвались наружу, в небо над монастырём.