Текст книги "Кровь не вода 2 (СИ)"

Автор книги: Василий Седой

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

Глава 19

На самом деле после приёма этих настоев я действительно стал переходить в нужное состояние практически мгновенно, и сейчас меня застать в врасплох довольно-таки сложно. Хреново, что во время учебного поединка я как ни старался, не смог ускориться больше обычного.

Правда, Святозар объяснил, что при помощи настоек мне или, скорее, моему организму показали, как это может быть, а дальше только упорные тренировки помогут или бой, который ведёшь на пределе сил, проходя по краю.

В общем, чуда не случилось – чтобы чего-то добиться, нужно упорно трудиться. Звучит банально, но так и есть на самом деле, не зря же на эту тему придумана уйма поговорок типа «без труда не вытащить и рыбку из пруда».

Поэтому хоть и расстроился малость, но собрался в кулачок и продолжил работать на износ, стараясь отточить привитые наставником навыки до автоматизма, потому что другого пути попросту нет.

Кстати сказать, когда наше молодое пополнение начало тренироваться, у меня появилась возможность проверить свои силы в учебных поединках с почти ровесниками и оценить свой уровень подготовки.

Прозвучит странно, но я в принципе не уступал большей части молодых казаков, а чаще и вовсе выигрывал как в умениях, так и в скорости, и это при том, что заниматься в отличие от них начал относительно недавно.

Это все заставило задуматься и задаться вопросом: а как так может быть? Как ни крути, а выглядит это попросту нереальным.

Все сомнения развеял Святозар, который с улыбкой произнес:

– Семен, просто представь, как ты будешь выглядеть в сравнении с этими казаками, если у тебя не получится перейти в нужное состояние. Немногим это не дано, даже если пройти посвящение, без этого и вовсе единицам. Тебе повезло, поэтому занимаюсь с тобой именно я, будь иначе, пришлось бы тебе, как и другим, долгими годами оттачивать умения, чтобы добиться чего-то.

Мне после этих слов только и оставалось, что поблагодарить наставника за науку и просто трудиться дальше в надежде, что когда-нибудь я стану действительно не посредственным бойцом, как сейчас, а хотя бы не хуже Святозара.

После того, как мы со Святозаром решили, что и как будем делать с пополнением, и дядька Матвей присоединился к нам, события начали развиваться со страшной скоростью.

Дядька Матвей сразу же подтянул несколько своих товарищей, а там начали подъезжать люди Степана и друзья Святозара. Буквально через пару дней было решили собрать по поселению шатры и, несмотря на зиму, разместить весь личный состав в одном месте.

Сделать так пришлось сразу по нескольким причинам. Первое и самое главное – это, конечно же, желание командиров притереть людей друг к другу и, что называется, сбить подразделения, сделав его монолитным. Второе и не менее важное – это увеличение времени занятий, хоть и не слишком серьезное, но все равно значимое. Гораздо проще организовать эти самые занятия, когда люди всегда в одном месте.

Кстати сказать, когда людей стало больше, сразу же возникла проблема не только с покупкой дополнительного огнестрельного оружия, но и с порохом.

Вообще когда начали учить народ стрелять, зелье стало улетать как в топку стремительным темпами.

Все бы ничего, изготовить больше пороха есть из чего, благо все необходимое закуплено с большим запасом, только беда в том, что времени заниматься этим у меня не было.

Поневоле пришлось привлекать посторонних, и здесь меня нехило выручил Степан, который когда-то приобщил к этому свою жену. В общем, сейчас изготовлением пороха у нас начали заниматься женщины из Степановой семьи. Правда, им в этом помогали, когда нужно было работать с мельницей, но это мелочи по сравнению с тем, когда нужно делать все самому.

Неожиданно легко решился вопрос второго корабля, который не пришлось покупать Святозару. Ещё один струг обменяли на три ручных мельницы, притом такой обмен предложил сам купец, владевший этим корабликом.

Естественно, я согласился, и таким образом получилось, что я действительно на все сто процентов обеспечиваю поход всем необходимым.

Святозар, узнав, что ему теперь не нужно тратить свои деньги, улыбнулся и произнес:

– Если поход выдастся удачным, богатым человеком станешь.

Ему смешно, а я, не будь Ильи, быстро остался бы у разбитого корыта. Серебро расходуется со страшной скоростью, и чем больше людей собиралось, тем стремительнее оно испарялось.

Вроде и стоят продукты недорого, да и рыба нехило выручает, а прокормить толпу людей все равно получается совсем даже не дёшево. Учитывая, что ещё я постоянно докупаю пистолеты с винтовками и несу другие непредвиденные расходы, нет ничего удивительного, что даже бабушка начала ворчать на тему моей бестолковости. По её мнению, я глупостью несусветной занимаюсь, неся все расходы по подготовке самостоятельно. Случись в походе какая неприятность, и я вернусь к тому, с чего начинал, не совсем, но близко. Это, конечно, напрягает, но глядя на то, с каким рвением казаки взялись за тренировки и как старательно пытаются освоить обращении с огнестрелом, хочется верить, что все будет хорошо.

Интерлюдия.

– Скажи мне, Василий Семенович, что у тебя за разногласия возникли с казаками? Ты ведь знаешь, что нам сейчас ссориться с ними нежелательно, они нужны для подготовки задуманных походов, – спросил государь, нахмурив брови, у своего приближенного и одного из лучших воевод, которому доверял больше, чем кому-либо другому из своего окружения.

«Донесли уже. И когда только успели?» – подумал про себя Серебряный-Оболенский.

– Нет разногласий, государь. Случилось одно недоразумение, которое я разрешу в ближайшее время.

– Рассказывай, что за недоразумение. И в подробностях, а то нашептали мне тут всякого разного, что нашёлся твой сын незаконнорожденный, за которого ты когда-то просил, и там теперь отметился.

– Сын, государь, слава Богу, и правда нашёлся, но в возникшем недоразумении его вины нет. Жена моя вместе со своей родней там отметилась и попыталась извести дите. Все боится, что я начну наследство делить между сыновьями, вот и сотворила непотребство, наняв через доверенного купца ногаев для поганого дела.

– Вот, значит, как? – вклинился в рассказ государь. – Разберись с этим делом и сделай так, чтобы ссоры у нас с казаками не было, жену с её родней уйми, а про сына расскажи подробнее. Помню ведь, как ты переживал из-за его пропажи.

– Случайно тогда все получилось. Я отправил его с моей кормилицей на Дон, чтобы он глаза жене не мозолил. Думалось тогда, что так лучше будет, а получилось не очень хорошо. По дороге отчим сына как-то сдружился с казаками, живущими на реке Хопер, и уехал с ними, а сопровождающие, которые присматривали и охраняли сына со стороны, прозевали это и потом сколько ни искали, не смогли даже следов найти, куда он делся. На новом месте этот отчим пошёл с казаками в поход и сгинул, а кормилица, оставшаяся с тремя детьми, чуть с голоду не померла вместе с ними. Сильно бедовали они и чудом выжили.

– Подожди, Василий Семенович. Я интересовался казаками и знаю, что они вроде привечают переселенцев и помогают им по первости, как же так получилось, что они бедовали?

– Отчим этот оказался не великого ума человеком, вот и не смог правильно распорядиться оказанной помощью. Поэтому пошел в поход, чтобы поправить дела, где и сгинул.

– Получается, ты их нашёл и теперь помогаешь, что не понравилось твоей жене? – уточнил государь.

– Нет, государь, все не так. Родня жены не успокоилась, когда я отправил сына на Дон, и они наняли купца из тех мест, чтобы он извел всю семью. Точно не знаю пока, зачем он поступил таким образом, но этот купец в свою очередь нанял ногаев, чтобы те напали на селение, где проживает кормилица с детьми. Вроде эти ногаи – кровники Святозара, наставника сына и только рады были такому найму, но это не точно.

– Святозара… – задумчиво протянул государь. – Это не тот Святозар, который когда-то персов заставил просить у нас помощи, чтобы его унять?

– Тот самый, государь.

– Это что же получается, Князь? Твоего сына воспитывает язычник не из последних? – прорычал государь.

– Позвольте, государь, рассказать, что и как было?

– Рассказывай! – все так же грозно велел царь.

– Как я уже говорил, семья сильно бедовала и, как будто этого было мало, сына сильно избили три его ровесника. Он тогда числится там пришлым, и все могло сойти этим троим с рук, но сын неожиданно для всех потребовал от круга божьего суда. Казаки рассудили, что насмерть биться будет лишним, и решили, что достаточно будет кулачного боя один на один с каждым из обидчиков. Сын победил всех троих и потом спросил с круга долю в добыче, которая не досталась семье после похода, в котором погиб отчим. Этим своим поведением он привлек внимание круга и Святозара. Круг решил, что сын достоин быть казаком, а Святозар взялся сам обучить Семена бою и предложил пройти посвящение. От посвящения сын отказался, а учиться воинскому делу согласился и смог даже удивить наставника своими успехами в этом деле, да настолько, что тот не побоялся взять его с собой на охрану границы с ногаями, где они только чудом не погибли.

– То, что сын у тебя отказался от посвящения, – это хорошо, только вот пребывание рядом с этим язычником на пользу ему не пойдёт, рано или поздно он может поддаться на уговоры сменить веру. Сам знаешь, как это бывает, когда изо дня в день тебе талдычат одно и то же. Так и разумного можно заставить поверить, что он дурак. Что думаешь об этом?

– Я уже отправил туда отца Григория, бывшего ратника в сопровождении десятка воинов, и тот написал мне оттуда, что по этому поводу можно не переживать. Сын, по его словам, крепок в вере и растёт добрым воином, а дружба со Святозаром ему только на пользу: тот учит не на страх, а на совесть и пророчит Семену большое будущее.

– Говоришь, десяток воинов отправил? Это после того, как он чуть не погиб на границе?

– Нет, государь, раньше отправил, но их не было рядом, когда все случилось. Там на границе получилось так, что Семен со Святозаром вдвоём столкнулись с большим десятком ногаев и победили.

– Вот, значит, как? – государь остро взглянул на собеседника. – Гордишься сыном?

– Радуюсь его успехам, – ответил князь с улыбкой.

– Напомни мне, сколько ему лет?

– Летом будет шестнадцать

– Пятнадцать лет, в наставниках воин, каких поискать. Горе познал и стал только сильнее. Если не сгинет в степи, учитывая, какого он роду, среди казаков действительно может высоко взлететь, – задумчиво произнес государь. – Нам такой человек в этой вольнице ох как сгодится со временем. Ты вот что, Василий Семенович, поддержи мальца в начале пути. Отправь к нему побольше достойных воинов и серебра с припасами подкинь не скупясь, глядишь, когда-нибудь сторицей вернётся. Ты, кстати, не знаешь, в чем у него там нужда, а то, может, и я чем могу помочь?

– О нужде не знаю, ничего об этом не говорил человек, который примчался, чтобы рассказать о происках жены. Но один купец, который собирается вести с сыном дела, упомянул, что тот заказал ему огнестрельное оружие – пистолеты из германских земель и ружья от осман, так называемые янычарки с нарезами в стволе.

– Вот, значит, и посмотри в арсенале, что из этого у нас есть, отбери того и другого с полсотни и отправь сыну. Больше твой человек ничего не рассказывал?

– Много рассказывал. Из значимого: вроде сын в поход собирается сходить к персам, но это не точно, так, разговоры ходят. До отъезда моего человека решение принято не было, да и непонятно – это Святозар хочет туда пойти и собирает ватагу или другой кто задумал щипать персов.

– Лучше бы они осман ходили щипать, – с досадой отметил государь, на что Князь ответил:

– Святозар по молодости был в плену у персов, с тех пор и мстит им при любой мало-мальской возможности.

Государь немного подумал и произнес:

– Ты вот что, Василий Семенович, помимо ручного оружия, которое найдёшь в арсенале, отправь сыну ещё и припасы: зелье со свинцом, может, пяток затинных пищалей подбери или даже пару небольших пушек. И напиши письмо, что я буду огорчён, если он станет участвовать в походах на персов. А вот если к османам будет ходить, тем он меня порадует.

Князь с удивлением посмотрел на государя и уточнил:

– Так и написать?

– Так и напиши. И ещё купи десяток-другой боевых холопов из серьезных воинов и тоже отправь сыну, Глядишь, так у него получится свою ватагу собрать и, если он не дурак, уже сейчас станет полезным. Сам знаешь моё отношение к верным людям, вот и постарайся, чтобы сын это тоже понял…

Конец интерлюдии.

Я смотрел на прибывший к нам обоз, который привёл Нечай, слушал его рассказ о поездке и задавался вопросом: это я такой или лыжи не едут?

Но по порядку.

Нечай под конец пути в сопровождении пары человек вырвался вперёд, и к появлению обоза у меня в общих чертах было понимание, чего ждать.

Первым делом после встречи Нечай передал мне письмо от отца и попросил его прочитать не откладывая.

Он помнил, как я отнесся к прошлому письму, вот и уговаривал как только мог.

На самом деле мне самому было интересно, что в этом письме может быть такого, что Нечай до его прочтения даже не хотел рассказывать о своём путешествии.

Пришлось читать, и по мере прочтения шарики у меня в голове начали запинаться о ролики.

Нет, ну действительно, какое дело может быть царю до какого-то несмышленого пацана, пусть и дворянина из захудалых, чтобы он в принципе попытался поучаствовать в его судьбе, да ещё и тонко намекал, кого можно грабить, а кого нельзя.

Фраза из этого письма о том, что персов лучше не трогать, а за грабёж осман мне наоборот будут благодарны, рвала все шаблоны, потому что, по моему мнению, подобного в принципе быть не может.

Не может, потому что царь по определению не мог позволить себе доверить подобные указания бумаге.

Может, конечно, сейчас принято называть вещи своими именами, но я ведь к другому привык: когда говорят одно, подразумевают другое, а делают и вовсе третье, поэтому и не верил сейчас собственным глазам.

Как бы там ни было, а игнорировать написанное себе дороже, и с этим на все сто согласился даже Святозар, которому, похоже, плевать с высокой колокольни на всех царей вместе взятых.

В письме, кстати сказать, он тоже упоминался, ему точно так же незавуалированно намекнули, что если больше к персам лезть не станет, то московские власти могут как бы забыть о былых недоразумениях.

Понятно, что мне стало интересно, что за недоразумения такие были у наставника с Москвой, и Святозар обещал рассказать об этом, но позже, после того как мы разберёмся с текущим делами.

Рассказ Нечая как бы отвечал на вопросы, не раскрытые в письме. Главное, что меня интересовало, – это, по понятным причинам, стоит ли мне ждать очередных происков со стороны родни жены князя, ну и от неё тоже?

Нечай со смехом рассказал о разборках князя с женой и её родней. Жену он просто отхлестал плеткой, пообещал даже при намёке в будущем на что-то подобное отправить в монастырь, лишил её состоящих при ней слуг, заменив их полностью, и на этом все, а вот родня жены так легко не отделалась.

Тестю князя пришлось не только лечить разбитое в хлам лицо, но и нехило так раскошелиться.

Царь позволил взять из арсенала огнестрельное оружие и припасы, но не просто так, а за плату, и платить пришлось тестю, но это только цветочки.

Ягодками стали извинения перед казачьим кругом.

Сам Князь эти извинения принести не мог, собственно, как и перед кем-либо оправдываться, потому что потерял бы лицо, а вот заставить сделать это виноватых – мог и сделал.

В итоге в качестве извинений перед кругом от тестя князя Нечай привёз в своём обозе десяток саней с зерном и пяток с другими разнообразными припасами, в том числе пара саней, груженых стоялым мёдом. В общем, попал тесть князя на немалые деньги.

Что говорить, если Нечай помимо всего прочего мне тоже передал тяжеленную сумку с серебром, в которой этого серебра было килограмм под двадцать, если не побольше. Учитывая ещё гору совсем даже не дешёвого оружия с боеприпасами, можно сказать, что родня князя полностью компенсировала все мои затраты, понесенные на подготовку к походу и даже с лихвой.

Уже когда пришла пора разгружать сани и принимать подарки в виде оружия, Святозар, глядя на все это, произнес:

– А ведь это, Семен, для тебя проблема.

Глядя на моё непонимающее лицо, он кивнул на людей Нечая и приведеных им боевых холопов и пояснил:

– В подобных случаях, когда у кого-то появляется слишком много подчинённых, казаки отселяются на хутора, круг не станет терпеть у себя под боком неподконтрольную ему силу. Учитывая, сколько у тебя теперь есть людей, тебе впору свое поселение основывать.

– Да уж, действительно проблема, – задумчиво пробормотал я. – Хоть бери и назад их отправляй.

Ещё немного подумав, я спросил:

– А что, разве их нельзя сделать казаками, как и остальных людей Нечая?

Святозар улыбнулся и ответил:

– Ты поговори сначала с этими людьми, сам все поймёшь.

Я кивнул в ответ и продолжил наблюдать, как распаковывают доставленное оружие, а посмотреть было на что.

Если полсотни пистолетов и десяток янычарок особого удивления не вызвали, как-то уже привык видеть это оружие у своих людей, то сорок тяжеленных пищалей и пару небольших пушек удивили, если не сказать больше.

Нечай, видя это моё удивление, пояснил:

– Государь разрешил взять из арсенала полсотни пистолетов и столько же ружей, которые ты называешь янычарками, только вот не нашлось там столько этих ружей. Князь, подумав, что в поход ты все равно пойдёшь на кораблях, решил заменить янычарки затинными пищалями, которые бьют не хуже, и получил на это разрешение у государя. Пушки же государь изначально разрешил выдать вместе с пистолетами и ружьями, и я, раз такое дело выбрал медные, хоть и небольшие, но добрые, они будут получше бронзовых.

Пока я смотрел на все это изобилие, почему-то в голове крутилась одна единственная мысль: «кому много дано, с того и спрос будет немалым».

В какой-то момент даже появилось желание отказаться нафиг от этой помощи и дальше жить своим умом, без оглядки на всяких царей и родителей. С трудом удержался от необдуманного поступка, да и Святозар немного помог.

Он, видя, что настроение у меня начало ухудшаться, произнес:

– Ты, Семен, не переживай особо, разница куда идти, к персам или османам, небольшая, и сейчас ещё не поздно передумать. Тут тебе важнее для себя решить, будешь ли ты когда-нибудь вести с Москвой какие-либо дела. Если да, то стоит прислушаться к пожеланиям их царя, если нет, то и переживать не о чем. От подарков не отказывайся, потому что обидишь отца, а он, судя по всему, этого не заслуживает, все остальное хорошо обдумай и просто прими решение.

Я кивнул в ответ, показав, что услышал, и пошёл знакомиться с новыми людьми.

Нечай, помимо того что привёз семьи своих бойцов, притащил ещё два десятка перекупленных отцом боевых холопов, и половина из них приехала тоже с семьями. Общим числом теперь у меня бойцов, которых можно назвать моими, без учёта Степановых, тридцать пять человек, что для местных условий очень даже немало.

Сказать по правде, сейчас, если не брать в расчёт будущий поход, я с трудом себе представляю, как быть с этими людьми. Понятно, что на первое время присланного серебра хватит на то, чтобы содержать эту ораву, а как быть дальше, нифига непонятно. Дохода только с кузни явно не хватит на всех, а одной рыбой в рационе не обойтись.

Конечно, если поход будет удачным, вопрос на некоторое время будет снят, а если вдруг не повезёт, тогда как быть и что делать? Одни вопросы, на которые нет пока ответов.

Я по совету Святозара, конечно же, не откладывая поговорил с этими боевыми холопами и слегка охренел от их подхода к службе в частности и жизни в целом.

На моё предложение дать им вольную с расчетом, чтобы те стали казаками и сами решали, как жить дальше, они дружно отказались, пояснив, что, дескать, они привыкли служить и другого не желают. Не привыкли сами устраивать свою судьбу и не хотят в этом плане что-то менять.

Помня слова Святозара о выселках, сначала слегка растерялся, а потом плюнул на всякие переживания.

Сейчас что-то менять все равно не получится, да и думать до окончания похода не следует, а потом война план покажет.

Кто не парился по поводу неожиданного пополнения, так это бабушка, развившая бурную деятельность по расселению прибывших семей. В минуту затишья она весело на меня посмотрела и сказала:

– Это, Семен, первый твой шаг в сторону боярства. Теперь не только Святозар думает, что ты далеко пойдёшь, а и у меня тоже появилась надежда, что доживу и увижу тебя боярином.

«Дикие люди», – только и подумал я тогда про себя.

Извинения тестя князя перед казаками в виде горы припасов привели к неожиданному результату.

На следующий день после прибытия обоза к нам со Святозаром подошли сразу два десятка казаков, желающих пойти с нами в поход. Тут уже не только я потерялся, но и Святозар тоже…