Текст книги "Закат (СИ)"

Автор книги: Василий Лазарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц)

Глава 7

– У тебя на лице написано, что ты Стерва – отдышавшись сообщила Кроха. – Из Москвы приехала?

– Да, представь себе. Не всем же в Урюпинске жить, надо кому-то и в столице, – ехидно ответила Наташа. Позывной она выбрала себе абсолютно точно, подумал Мамонт. В самую точку.

– Девочки не ссорьтесь, а то мне придётся вас оставить здесь, – резюмировал Мамонт.

– Ладно, держи краба, – Кроха на голову ниже Наташи подошла к ней и протянула руку. Та выделываться не стала и пожала в ответ ладонь. – Мы теперь все с голой жопой, так что расслабься.

– Вот и каша готова, прошу к столу, – Валера широким жестом пригласил всех к столу, застеленному газетой. Наташа взглянула на неё и громко засмеялась, тыча пальцем в название. – «Красный Богатырь», они меня и здесь нашли. Смотри, что пишут! Цитирую! «На страже Родины круглосуточно несут дежурство силы РВСН. Наша страна может спать спокойно, пока ядерный щит поддерживают над нашими головами такие замечательные воины. Доблестные ракетчики всегда готовы ответить!». Охуеть, написано пять дней назад. Я даже знаю кто это писал. Мужичок пребывает обычно неделю в запое после получки. После двадцатого приходит в себя, появляется и строчит три передовицы одну за другой на любые темы, затем снова теряется до следующей зарплаты, уходя снова в плавание. Вот такой у него плавающий график. Кстати, Серёга, это он должен был к вам ехать, но неожиданно вне графика ушёл в очередной запой, наверное и не понял, как сгорел.

– В принципе не соврал. Мы ответили, – пожал Мамонт плечами. – Ещё как. На все деньги.

– Славно время провели, – понимающе кивнул Валера. Вот как человеку мало надо. Концентрат перловой каши с тушёнкой и краюха чёрного хлеба. Валера как факир извлёк четыре рюмки и наполнил каждую до краёв пятизвёздочным коньяком. – А сейчас за знакомство прошу.

– Командир по маленькой? – спросила Наташа Мамонта.

– Странные вы какие-то. Мужа командиром называешь, – хихикнула Кроха. – Что он тебя заставляет в постели честь отдавать или того хуже, устав читаете?

– Это у нас легенда такая. Мы знакомы два дня, но за это время Серёга меня, уже не помню сколько раз от смерти спас, – оказывается Наташа помнила добро. – К тому же он один здесь действующий офицер.

– Можно, можно. Единственное, неспокойно мне что-то. Уходить отсюда надо. Сдаётся мне, вернуться синие с подкреплением, – Мамонт чокнулся с оторопевшими женщинами и Валерой.

– Он прав. Эти так не оставят. Два братка пропали, как пить дать вернуться, – кивнул Валера.

– Тогда едим быстро и сваливаем, – Наташа начала усердно работать ложкой. Кроха не отставала. Валера почти доел и снова разлил по рюмкам, остальное закупорил и сунул бутылку за пазуху. Через десять минут они уже были готовы выходить, как под окнами со стороны дороги показались фары.

– Ты попутно пророком не заделался? – тихо спросила Сергея Наташа.

– Чуйка, она меня ещё никогда не подводила. Давай с другой стороны через окно, – под окнами начиналось бескрайнее поле, не самый удачный маршрут отхода. Но не переть с двумя автоматами на них?

– Второй этаж, – пробормотала Кроха.

– Там сугроб с тебя ростом, – успокоил её Валера. И в этот момент здание сотряс взрыв гранаты. Мамонт хищно улыбнулся и кинул стулом в окно.

– По одному на выход! – скомандовал он, приготовившись, прикрывать отход. Через минуту раздался второй взрыв. Послышались проклятия, и обещания посадить на пику. Минус два, это как минимум, подумал Мамонт и прыгнул последним в окно. Лететь пришлось всего два метра и ноги вошли в снег по пояс. Перекатившись по склону, он оказался рядом со всеми.

– Куда? – прошептала Кроха.

– Прямо, по полю. Веди рядом с красной аномалией, если кинутся догонять, то влетят в неё.

– Поняла, тогда след в след за мной. Стерва, можешь напрямки бежать, – Кроха шустро направилась в снежную целину. Сильного ветра не было, обвязываться верёвкой тоже не стали. Они успели отойти метров сорок, когда бандиты появились в окне второго этажа. Несколько очередей прошли выше беглецов и тогда бандиты решили догнать их по полю. Предвкушая скорую расправу, они выкрикивали вслед убегающим всякие непристойности. Последним шёл Мамонт и немного охладил первого самого резвого разворотив ему грудь точным выстрелом. Лейтенант побежал догонять своих, а позади него кто-то дюже умный начал раздавать указания брать беглецов в клещи. С точки зрения бандитов беглецы сделали большую глупость вместо того, чтобы бежать по прямой, они давали широкую дугу по полю приближаясь к реке. Возле которой их можно было спокойно прижать. Сам командующий отправился по берегу, а остальных послал наперерез, как раз точно в красную аномалию. Вот только никто их них её не видел.

На сером снегу она никак не выделялась, понять, что вступил в неё можно было только постфактум. Что, собственно, и произошло. Шесть человек почти одновременно влетели в неё на полном ходу, когда до беглецов уже было рукой подать. И тут же сильно пожалели. Общий крик боли прокатился над растерзанной деревней. Аномалия отомстила бандитам за невинно убитых и изнасилованных. Все шесть фигур сразу вспыхнули свечками, причём горение происходило не совсем так как все привыкли видеть. Бандиты горели изнутри, пламя вырывалось изо рта, ушей, глаз и конечно же из задницы. На самом деле это и не являлось настоящим огнём. Горели преследователи таким образом ещё минут двадцать, до последнего оглашая округу дикими нечеловеческими воплями. Из аномалии никто из них не выбрался. Мамонт со своими благополучно добрался до берега. Дальше они собирались идти прямо вдоль реки, но их окрикнул запыхавшийся главный бандит.

– Он мой, – спокойно сказала Наташа. – Ты лучше второго сними.

– Стоять, буду стрелять! – неуверенно крикнул командующий.

– Да ну, серьёзно? – заржал Мамонт. – Хорошо подумал? У меня автомат, между прочим. Кидай «Макарова» в снег и задирай лапки.

– Клещ, завали эту падаль. Базарит до хрена. С тебя баклан, я лично кожу сдеру. Сейчас ещё братва подтянется, – пообещал он. Мамонт вскинул автомат и снял его помощника по желанию Наташи. Тот даже и выстрелить не успел. – Ты чего творишь, козёл!

– За козла надо ответить, – вперёд вышла Наташа.

– Молчи, шалава. Тебя по кругу пустим… бля… чё…, – командующий забулькал и покраснел, что было заметно даже издалека. Наташа смотрела на него не отрываясь, как, наверное, смотрела Баба-Яга, запихивающая в пылающую печь очередного упитанного младенца. Бандит хватал себя за горло и все больше краснел. Вскоре из ноздрей и ушей у него брызнула кровь. И спустя секунду он просто лопнул, треснув на множество мелких кусочков. Раздался хлопок и окровавленные обрывки одежды разнесло метров на двадцать, едва не достигнув самой Наташи.

– Класс! – прошептала Кроха. – Ну ты даёшь, старушка!

– Понравилось? – повернулась к ней раскрасневшаяся Наташа.

– Ещё бы! Вот бы мне так! – с завистью произнесла Кроха.

– Кроха, ты только что шестерых сожгла. Тебе мало? – спросил Валера.

– Получается у нас у всех открылись способности? – задал риторический вопрос Мамонт, жалея, что истратил три патрона на бандита. Можно было постараться достать его своим новым ударом.

– Мы теперь мутанты, – заключил Валера. – Я вот что думаю, мы все так или иначе попали под белое облако. Скорее всего способности у нас оттуда.

– То есть белое облако может дать способность, те кто под него не попал умирают от лучевой болезни? – переспросила у него Кроха.

– Что непонятно? Белая хорошо, красная очень плохо. Кто-то видел другие?

– Как мы их увидим? – удивилась Наташа. – Кроха, ты как?

– Из окна магазина мне показалось, что вчера днём видела зелёную, но сегодня её на этом месте уже не было.

– И так! Они появляются разных цветов, они движутся, они обладают разными свойствами. Уже неплохо для третьего дня после войны, – заключили Валера. – Скорее всего за океаном тоже самое творится.

– Там хуже, – авторитетно заявил Мамонт, – там негры с оружием бегают. Скажи, Наташ.

– О, да. До США я не успела доехать, но как грабят негры в Милане видела. Там этим как раз марокканцы занимаются. Все уважающие себя итальянцы в мафии как нам гид объяснил. А эта шелупонь с мотоцикла рвёт сумочки. То, что на руках в США полно оружия, я тоже слышала. Сейчас те, кто выжил быстро разберутся между собой. А вообще с трудом себе представляю негра-мутанта. Они там и так все наркоманы и педерасты, куда уж дальше! – звонко засмеялась Наташа и щелчком сбила с воротника остатки мизинца бандита всё же долетевшего до неё.

– Ну допустим. Почему на полигонах, где испытывались ядерные бомбы, не было замечено ни одной подобной аномалии? – спросил Валера. – Не странно разве?

– Может количество переросло в качество, Валер? – предположила Кроха.

– Кстати, да, – согласился с ней фельдшер.

– Давайте двигаться, холодает, – напомнил всем Мамонт, что они развели дискуссию в чистом поле. – Нашли место для болтовни.

– Да, да. Чего это я размечталась, – сказала Кроха и направилась вдоль берега. – Здесь чисто, аномалии воду не любят. Ни одной не вижу.

Дальше шли изредка переговариваясь. Никого из них не съедала совесть за содеянное. Скорее они торжествовали, что отомстили обидчикам. Никто из них не знал, что на всю исправительную колонию опустилась зелёная аномалия. Она не дала никаких особенных способностей бандитам, всего лишь оградила их от вездесущей радиации. Почувствовав себя на воле, бандиты занялись тем, что у них лучше всего получалось. Сама же планета только подстраивалась под новые правила и физические законы. Многочисленные ядерные взрывы изменили орбиту Земли вокруг Солнца и сильно отравили атмосферу, что дало толчок для возникновения новых констант. Отныне планета уж никогда не станет прежней. Появятся новые аномалии. Одни окажут неоценимую помощь, другие заметно усложнят жизнь выжившим, да и сами люди кардинально изменятся. Но всё это ждёт их в будущем, а пока Кроха нашла первый артефакт сформировавшись под воздействием многочисленных факторов, появившихся после ядерной бомбардировки.

– Стоп! – теперь ведущей в группе была Кроха. Чем дальше они отходили, тем больше аномалий встречалось. Мамонт с Наташей очень сильно рисковали, отправившись в путь без сталкера, но кто из них знал, что они вообще понадобятся или существуют. Теперь сталкер становился едва ли не самым главным в группе, ведь без него далеко не уйдёшь. Как выяснилось они ко всему прочему могли находить артефакты. Другие люди не могли их увидеть в снегу или через стену, только если наткнутся непосредственно. – Здесь что-то есть!

Кроха присела и начала копать снег голыми руками. Разрыв на приличную глубину пепельно-серый снег, она вытащила предмет непонятной формы. Она покрутила его в руках не в силах понять, что это такое, пока Валера не разглядел его в темноте.

– Это передняя тормозная колодка от «Жигулей», – высказал он предположение.

– Ну-ка, – Наташа подошла тоже. – Согласна, передняя колодка. На моей шахе такая же.

– Тебе то откуда знать? – покосилась на неё Кроха.

– У меня была шестёрка. Новая, прямо с завода. И красили её импортной краской, между прочим, – Наташа показала Крохе язык.

– Ого, да ты богачка! – присвистнула Кроха.

– Это в прошлом, – вмешался Мамонт, – что ты в ней сейчас увидела?

– Не знаю, но она мерцает красным светом, неужели не видите? – Кроха провела пальцем по краям колодки.

– Я не вижу, – признался Валера. – У меня дальтонизм и минус три.

– Как же ты лечишь, крот? – хохотнула Наташа.

– По запаху.

– Кое-что есть, но как ты разглядела её почти под метровым слоем снега, – Мамонт пригляделся внимательнее, вроде был красноватый ореол.

– Сама не знаю. Что же это может быть! – Кроха потрясла её, и колодка вспыхнула ярчайшим светом. Все ахнули, а Кроха от неожиданности выронила артефакт на снег. В то же мгновение снег с шипением начал плавиться вокруг автомобильной детали.

– Нас так издалека увидят! – перепугался Валера и поднёс руку к колодке. Она, повинуясь ему заметно убавила свет и теперь светила как торшер в спальне. – Здорово!

– Смотрите, земля показалась! – воскликнула Наташа. – И трава! Сейчас же всё-таки сентябрь. Она отогрела почву. Она сухая!

– Кто? – протёр очки Валера.

– Почва, ну земля, то есть. Можно сидеть. И ни капельки не холодная, – Кроха демонстративно уселась на камень в метре от колодки. – Камень тоже тёплый.

– Фантастика! – Мамонт потрогал пальцем колодку, на ощупь она была еле тёплой.

– А ну-ка! – Валера налил немного воды в миску и поставил на колодку. Не успел он досчитать до десяти, как она закипела. – Невероятно! Мы спасены!

– Да уж. С такой штукой можно легко дойти до леспромхоза, – добавила Кроха. – А ведь мы можем спокойно спать рядом с ней. Жалко у нас палатки нет.

Вокруг артефакта образовался круг шестиметрового диаметра. Здесь не только палатку, шатер можно ставить! Мамонт с замиранием сердца ходил вокруг артефакта и не мог не нарадоваться.

– Долго он так может греть и светить? – вырвалось у него.

– Давайте проверим, только предлагаю поискать место получше, – предложил Валера. – У воды.

– Ты хочешь проверить что он сделает с водой? – догадалась Наташа.

– Ага, мне кажется, она не только светит, но и обеззараживает. Идём к той иве, за ней нас не увидят из деревни.

– Думаешь про братков главный не гнал? – спросила фельдшера Кроха.

– Хрен их поймёшь. Я другое думаю, когда продукты в магазинах закончатся или сгниют, что мы жрать будем? – растерянно задал вопрос Валера. – запасы ведь не бесконечные.

– Можно высадить семена в теплице и положить в центре такой вот артефакт. Может быть, они под ним быстрее зреть начнут? – сказала Наташа.

– Как вариант, надо будет проверить, когда до места доберёмся, – согласился Мамонт.

– Да какого? – одновременно спросили Наташа и Кроха.

– Да надёжного. Откуда я знаю до какого. Остались же нормальные люди на Земле или только мы? – вспылил Валера. – Можно организовать общину и жить как прежде.

– Далеко идущие планы товарищ фельдшер. Нам бы поспать для начала, – зевнула Наташа.

Группа спустилась к воде. В низине сугробы были ещё выше, почти по пояс. Кроха не задумываясь потрясла передней колодкой, и она разгорелась ярче. Чем ярче она горела, тем сильнее грела. Снег начал таять почти сразу. Причём особой жары не было, он просто испарялся под воздействием невидимых лучей. Уже через пять минут несколько метров берега и приличный участок воды оттаяли и перешли в лето. В пределах рабочей зоны артефакта стояла жара. Никак не меньше двадцати пяти градусов по Цельсию. Артефакт заменял собой несколько вещей сразу. Он являлся костром, на нём можно было жарить или варить. Он обогревал достаточное пространство для всей группы. Мамонт расстелил полушубок и остался в одной рубашке. Также чудесная передняя колодка от Жигулей освещала пространство вокруг так, что можно было читать газету.

– АвтоВаз нас и здесь не забывает, – с умилением уставившись на тормозную колодку заметила Стерва.

– Чёрт, мой рюкзак! Он остался за периметром. Секунду, – Валера вышел из освещённого круга и тут же вернулся совершенно ошарашенный. – А вы знаете, что за кругом нас не видно! Света нет, просто темно.

– Не гони! – не поверила Кроха и выскочила по его следам. Через минуту вернулась. – В натуре, света нет, а что впереди не разглядеть. Если не знаешь, то никогда не найдёшь. Вот это клёвая вещь!

– Вода питьевая! – Наташа попробовала воду из речки зачерпнув её кружкой. – Сколько же может уместиться радости в передней тормозной колодке от Жигулей, никогда бы не подумала. У меня приятельница купила запасные в Кунцево. Они ей сразу показались подозрительными, розовые. Через тысячу километров, а может и раньше от них не осталось ничего.

– Вы не поверите! Я нашёл ещё одно свойство, – Валера копался в своём рюкзаке. – У меня фонарик был на аккумуляторах, импортный. Но они уже сто лет назад как вышли из строя. Но я человек бережливый взял его с собой. Представьте себе, они зарядились!

– От артефакта? – не поверила Кроха.

– А от чего же ещё, женщина! Вы меня удивляете, – протёр очки Валера и уставился на неё как филин.

– Ой ладно, какая я тебе женщина. Если не рожала значит девушка, – покраснела Кроха. – Мне всего двадцать лет.

– Мне двадцать три, – созналась Наташа.

– Я постарше буду. Двадцать шесть, – сказал Мамонт.

– Молодёжь! Мне пятьдесят скоро будет.

Глава 8

– Сколько ещё идти? – спросила уставшая Наташа.

– По прямой идти не получается, сама видишь. Примерно часа два с прежней скоростью, – ответила Кроха. Она прижимала артефакт к груди и слегка встряхивала его. Остальные старались не отставать от неё и находится в зоне работы волшебной колодки. Больше артефактов группе не встретилось, но зато этот работал отменно. При средней скорости уставшего человека, артефакт успевал растапливать перед Крохой снег, если его было мало или заметно понижать уровень, если много. Идти таким образом становилось легче, к тому же на них теперь не действовал мороз и ветер. Кроха боялась потерять столь драгоценную вещь и даже смастерила мешочек приладив его себе на шею.

– Вышли в пять утра и всё идём. Скоро темнеть опять начнёт, – ворчала Стерва, не привыкшая к таким плебейским прогулкам. – Когда уже это закончится.

– Оседлала бы метлу и полетела, – весело подначивала её Кроха.

– Не обучена, к сожалению. О, смотрите! Впереди трубы! Это как понимать? Печные что ли, а где тогда дома? – показала Наташа вперёд.

– Стоп, Валера, что за населённый пункт. А то мне за каждым деревом засада мерещиться, – остановил отряд Мамонт.

– Ну дык эта…, – Валера покрутил в руках карту, запаянную в пластик, а потом присмотрелся к трубам. – Матвеевка кажись. Посёлок был, на тысячу домов. Чего-то ни хрена от него не осталось. Видать верховой пожар прошёл, сразу все дома занялись.

– Думаешь здесь упала ракета? – встревоженно спросила Кроха.

– Откуда мне знать? Вон у Мамонта спроси.

– Бесполезно. Мы ничего не видели, слышали только как по самого бункеру шарахнуло и всё, – ответила Наташа. – У нас там сразу другая программа началась. Отцы командиры оставили своим мозги на стене, остальные к бабам подбираться стали, чтобы напоследок засадить по самые гланды. Извращенцы, тьфу!

– Добрались? – участливо спросила Кроха.

– Нет, Мамонт всех перестрелял. И я одного.

– Чёрт, я-то всё думала почему ты злая такая. Теперь понятно, всех женихов убрали, оставили тебя без сладкого.

– Очень переживаю, знаешь, – цокнула языком Стерва. – Как представлю сотню ракетчиков, облепивших меня, аж млею.

– Пойдём в деревню. Может найдём тебе жениха живого, – скомандовал Мамонт.

– А ты как же? Неужели расхотел? – шутливо спросила Стерва.

– Я ещё не определился. Уж очень ты остра на язычок, – зыркнул на неё исподлобья Мамонт.

– Так не для тебя же Серёжа Иванович. Тебе я по гроб жизни благодарна, – Стерва прижалась на мгновение к Мамонту и взгляд того потеплел.

– Вы прямо здесь любить станете друг дружку или мы всё же до леспромхоза дойдём? – серьёзно спросила Кроха. Мамонт подумал, что Наташа со свинофермой, возможно, не ошиблась. Кроха, девочка простая совсем.

– Мы шутим, Дюймовочка, – успокоила её Стерва. – Конечно же потерпим до леспромхоза. А уж там на пилораме… ух!

– Валера, ты автоматик то возьми на изготовку, – посоветовал Мамонт фельдшеру.

– Может пусть они постреляют? Я боюсь сослепу кому-нибудь из наших задницу отстрелить, – замялся Валера.

– Валер, а ты фильм с Луи де Фюнесом не смотрел? «Большая прогулка», там такой же стрелок был, – захохотала Наташа.

– Ладно, давай мне. Я умею стрелять, – Кроха сняла с его шеи ремень и быстро оглядела автомат перещёлкнув его на одиночную стрельбу. – У меня лучше получится, а то и правда чего-то ты косишь глазами.

Группа вышла к деревне с южной стороны. Центральная улица со сплошь сгоревшими домами, заборами, сараями. И причём не сегодня, а дня три назад как раз во время ядерного удара. Мамонт огляделся, живыми тут и не пахло. Трубы занесло снегом наполовину, дыма давно нет, следовательно, и остаточных очагов пожара тоже. Остаётся непонятным, что здесь произошло. Поджог? Маловероятно. Особенно при постоянном снеге и бешеном ветре, который наверняка быстрее бы задул, чем разнёс. Он и так дует в разные стороны. Мамонт сказал никому не отходить от Крохи с артефактом. Под его воздействием снег начал таять стоило им подойти к первой трубе. Через пару минут люди увидели страшную картину.

Снег сошёл и обнажил сразу четыре обугленных трупа. Два взрослых и два детских. Вероятно, они сидели за столом, от которого остались одни угольки. Рядом валялся обгоревший стальной чайник. То есть пожар их застиг внезапно. Никакой это был не пожар, а ядерный удар, но с эпицентром далеко отсюда. Выброс энергии сжёг их сразу за доли секунды. Всё село разом.

Кроха случайно задела одну из фигур, и та осыпалась прахом на землю. Хватило малейшего прикосновения и всё что оставалось от людей, превратилось в чёрную пыль. Как будто их и не было никогда.

Мамонт пытался сообразить, что произошло, но не мог. В его голове крутилась мысль почему тогда оставшиеся позади деревни не подверглись такому излучению? Мамонт ломал голову над этим осматривая печные трубы, растущие до горизонта. Один населённый пункт превращается в угли, другие стоят нетронутыми. Аномалии возникли позже, можно попытаться ещё как-то объяснить подобное воздействие с помощью них. Возможно, наложились векторы от разных боеголовок, а другие поселения спас ландшафт, к примеру.

– Серёга, в соседнем доме тоже самое, – чуть не плача сообщила Наташа. Наконец-то её проняло, подумал Мамонт, а то всё хорохорится.

– Вся Матвеевка сгорела, – констатировал Валера. – Зато мгновенно.

– Да, без мучений. В том доме мужской труп рядом с женским. Она стояла на коленях, обняв мужика за задницу, – заметила Стерва.

– А тебе завидно? – спросил Валера.

– Не то, чтобы, но трахаться в такой ответственный момент, это верх цинизма. Да, Кроха? – серьёзно спросила Стерва.

– Ой, люди со смыслом время провели. Жили они долго, счастливо и померли в один день. Она на коленях, а он позади неё, – заключила Кроха. – Я бы тоже так хотела. Но не в двадцать лет.

– Пошли уже, – махнул рукой в сердцах Мамонт, – не знал, что вы такие извращенцы.

Центральная улица оказалась весьма длинной. И пока они шли артефакт открывал им жителей Матвеевки с различных сторон. Кстати, уведомление о ракетной атаке получили только большие города, той же Матвеевке никто не удосужился сообщить, что им осталось жить всего ничего. Люди прошли всю деревню, создалось впечатление, что они идут где-то глубоко в Аду. Обугленные трупы с изредка сохранившимися обрывками одеждами и предметами утвари. Казалось, что чёрные фигуры застыли на самом последнем кругу Ада, ледяной пустыне. И беспощадный ветер точит их, превращая в пыль. Сами же люди даже не поняли отчего, умерли и сразу попали в Ад. Сейчас они служили доказательством собственных грехов, так как на Райские кущи посёлок совершенно не был похож. Скорее уж на описание Ада Данте. Неужели Создатель настолько жесток и уготовил своим созданиям столь ужасные муки. Или он смотрел, смотрел на людей и терпение его наконец лопнуло. Собранный ими ядерный арсенал в один прекрасный субботний день рванул. А те, кто остался в живых, обречены на долгие мучения и завидуют этим сожжённым фигурам, превращающимся в пепел? Мамонт потряс головой отгоняя ужасные картины

От Матвеевки им оставалось пройти ещё три километра до заветного леспромхоза. Сколько Мамонт не силился вспомнить, но так и не смог, что же такое ДТ-30. Валера и Наташа видавшие подобные аппараты восхищённо обсуждали его характеристики. И плавать вездеход умеет, и из любой грязи вылезет. И тащит тридцать тонн за собой, а мощный какой, аж шуба заворачивается. Мамонт думал о другом, если он такой распрекрасный, то его наверняка уже угнали те, кто оказался ближе них к леспромхозу. Или сам Петрович уехал на нём в лучшую жизнь. И ещё одно обстоятельство смутило Мамонта. Расход топлива. Это очевидно, что такая дура потребляет как слон, но три с половиной литра дизеля на один километр! Где они собрались его заправлять? Полные баки дадут семьсот километров хода, возможно ему хватит, чтобы доставить их в тихое место. Возможно…

В километре от Матвеевки они увидели другую картину. Здесь уже развлекались выжившие, ненадолго правда. Два сгоревших БМП-2-2 перегородили дорогу. Из одного торчал местами обугленный механик-водитель так и не успев выбраться из люка. Несколько человек лежали вокруг машины изрешечённые пулями. Вторая машина получила в левый бок из РПГ. В борту зияла дыра от кумулятивного заряда. И как следствие, пожар и похоже взрыв боекомплекта. Башни, видно, не было. Группа попала в засаду. А кто её устроил? Не американские же шпионы? Мамонт грешил только на урок. Очень похоже. Личного оружия у солдат не было, все подсумки оказались пусты. Короче их тупо обобрали и добили. У двоих Мамонт заметил колото-резаные раны. И теперь у бандитов как минимум десяток калашей. И это в двух километрах от леспромхоза. Заебись просто!

– О чём думаешь? – тихо спросил Валера.

– Думаю, кто им такую хрень устроил. Пройди мы здесь раньше, также бы сейчас лежали.

– Знамо дело, заключённые. Хотя такая жизнь им ближе. Они в этой стихии как рыбы в воде, – крякнул фельдшер.

– Так-то оно, так. Печально, одни сгорели, другие живут и творят, что хотят. Меня напрягает другое, Петрович твой, как интересно? Жив ещё. Может зря мы туда идём, как бы нам рядом не лечь с солдатиками.

– А ваши способности? – воскликнул Валера. – Вы крутые мутанты!

– Что способности? Двух-трёх заберём, а дальше? Мы не железные, всех нам не одолеть. А уж как увидят артефакт, так сразу всех кончат, – покачал головой Мамонт.

– Давай тогда так. Скоро сверток направо будет. Я проведу дворами, то есть через лес. Там снега до жопы, сразу увидим были ли там бандиты. Да и не попрутся они туда, чего им по пояс в снегу барахтаться. А мы выйдем на пригорок, с него всё хорошо видно всю базу, – предложил Валера.

– Дельная мысль, – согласился Мамонт. – Так и поступим. Слыхали, девки?

– Слыхали. Я вот чего думаю, Серёг, – сказала Наташа. – Кроха вчера не увидела снаружи, кто под артефактом сидит. Да и Валера тоже. Значит и бандюги не увидят, а мы их очень даже. Можно запросто в два ствола пощёлкать их издалека. Они и не поймут.

– Как вариант. Как последний вариант, – уточнил Мамонт. – сектор обстрела они сразу засекут. А в подсумках солдат были и гранаты. Могут закидать наобум, очень сомневаюсь, что артефакт осколки задержит.

– Да…, не подумала. – Но в темноте устанут они кидать. Пошли, там увидим. Нам бы прибор ночного видения.

– Они на батарейках, зачем он тебе, – не понял Мамонт.

– У нас артефакт как батарейка. Предлагаю его назвать «батарейкой», – предложила Кроха.

– Не против, – заулыбался Валера. – А меня можете звать «профессор».

– Не слишком ли ты себе отмерил? – подняла бровь Стерва. – Попроще ничего не придумал?

– Меня в детстве Кощеем звали за худобу, – скромно признался Валера.

– Не очень-то ты и отъелся, дедуля, – смущённо заметила Кроха. – Кощей вообще круто.

За разговорами повернули в лес. Здесь стояла девственная целина, никакими бандитами и не пахло. Сделав крюк, группа оказалась на пригорке между соснами. Лес стоял нетронутым и это всего в трёх километрах от сгоревшей Матвеевки. Невероятно. Мамонт зафиксировал время, когда они вышли в контрольную точку. Ровно два часа ночи. Через пять часов начнёт светать и после двенадцати световой день закончится. Мамонт помнил лекции козлобородого профессора из Курчатовского института. Он живописал как светлого времени суток вообще не будет лет сто, пока вся пыль не осядет. Как все поголовно задохнуться пылью и умрут от радиации. Поэтому наши прозорливые вожди усердно роют целые подземные города, где элита, слово-то какое, собирается отсидеться. Мамонт уже увидел собственными глазами на крошечном примере, что ждёт элиту и порадовался за неё. Так вам и надо, не хрена было доводить до такого. Мамонт в душе надеялся, что они сожрут друг друга в конце первого года, а может и раньше.

Что касается леспромхоза, то, что там творилось никто толком в темноте не разглядел. С одной стороны, вроде всё спокойно. Стрельбы нет, где ДТ-30 не видно, Петровича, который любил петь под гармонь также неслышно. И тут, как назло, внутренний двор озарили фары сразу двух грузовиков! Приехали суки за нашим вездеходом, вздохнул Мамонт. Наверняка среди них есть механики. Сразу стало веселее, девчонки вжались в траву почти погасив внутренний свет «батарейки». Кощей также распластался на разогретой земле кайфуя. Мамонт привычно подложил рюкзак, приготовившись стрелять.

– Уже очень их много, – Наташа лежала рядом с Серёгой. – Может не будем себя обозначать?

– Тогда они уедут на нашем вездеходе и плакала наша счастливая жизнь, детка.

– Ого, ты флиртуешь никак? Я девушка дорогая, если что, красавчик, – ткнула она локтем под рёбра.

– Могу подарить тебя пару патронов и хороший шлепок по заднице, – предложил Мамонт.

– Заманчиво, но мне для начала хватит ДТ-30. Тогда я подумаю, что с тобой делать, – тихо засмеялась Наташа. Мамонту же послышалось, что она подумает, дать ему или нет.

– Где он хоть? Всё говорите, говорите, а его в глаза не видел, – прошептал Мамонт.

– Так вот же справа стоит, – Стерва показала рукой на что-то огромное и монументальное. Серёга рассчитывал увидеть машину по размерам похожую на БТР, но просчитался.

– Это? Хуя себе! Извини…

– Ничего, я привыкла. Поработай в «Красном Богатыре» не то услышишь, – злобно захихикала Стерва. – Один этот с плавающим графиком чего стоит. Бывало, так завернёт, что даже главный редактор краснел!

– Он же метров двадцать в длину! И почему он состоит из двух платформ?

– Вторая может быть любая. Жилой модуль, грузовая платформа и так далее. У этого жилой модуль, прикинь туда человек двадцать влезут. Четыре независимые гусеницы, платформы связаны между собой карданным валом. Просто зверь, Мамонт. Мы не должны отпускать его. Ни за что!

– Он вообще не заведётся, – засмеялся Валера-Кощей.

– Почему?

– Движок стартует от сжатого воздуха или стартёра от аккумулятора. Там танковые стоят, но боюсь, что давно разряжены. Особенно после электромагнитных ударов бомб. Сжатого воздуха у Петровича отродясь не было, он стартовал на аккумуляторах.

– Так мы тоже не заведём его получается? – посмотрел на него Мамонт.

– Серёга, сразу видно, что с техникой на «вы». У нас же «батарейка» есть! Она зарядит его, – захихикал Кошей.

– Маловероятно, – не согласилась с ним Наташа. – Сколько же их там?