Текст книги "Закат (СИ)"

Автор книги: Василий Лазарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)

Глава 19

После такого откровения радиоприёмника Мамонт не мог уснуть до самого утра пытаясь понять, что бы значило «времени больше не будет». Наташа уставшая и довольная посапывала рядом на красной подушке с золотой звездой. Она улыбалась во сне, Мамонт смотрел на неё с завистью. После бурной брачной ночи она уснула, совершенно не забивая себе голову «сумасшедшим приёмником» как она выразилась. Мамонт смотрел и завидовал такому свойству засыпать, едва коснувшись головой подушки. Сам же он спал очень чутко и просыпался от любого шороха. Вот и сейчас он лежал и думал. Ещё эти цифры… Если во всём остальном радиостанция несла бред, то цифры у неё вышли весьма осмысленные и очень похожи на координаты. С этим проще, решил Сергей. Достаточно посмотреть карту и станет понятно, где это.

И всё-таки, что она хотела этим сказать? Вышло то очень даже осознанно. Мамонт припомнил откуда это высказывание. Как говорится запретный плод сладок, и он прочитал Библию ещё до армии, благо мать хранила один затёртый экземпляр, оставшийся от деда прошедшего всю войну до Берлина. Высказывание появляется в Апокалипсисе в самом конце, когда объясняется какой будет новый мир. Тот куда должны попасть души людей. Но что значит, времени не будет? А что будет? Однажды у них зашёл разговор с одним старичком-учёным о ракетах и возможности передвигаться в космосе. Он предложил Мамонту представить, что некто находится в пространстве, где нет пола, потолка, стен. Нет ограничений, к которым все привыкли с рождения. И тогда Мамонта завис надолго, так и не осознав до конца тот факт, что есть бесконечность. Не будет времени, как раз из такой же области. Мамонт беспокойно ворочался не в силах уснуть почти до пяти утра, но потом всё же провалился в тёмный колодец Морфея.

Проснулся он от восхитительного запаха омлета. Открыв глаза, Мамонт не поверил, посчитав запах галлюцинацией. Однако принюхавшись парень понял, что не ошибся. На кухне кто-то готовил завтрак. Кто-то! Ха, ха, он же женат. Значит это его жена, здесь без вариантов, если только сам генерал-полковник не вернулся в бункер. Быстро одевшись, он тихо прокрался на кухню и замер в дверях увидев Наташу, единственным одеянием которой составлял фартук. Он не удержался и подкрался к ней сзади и шлёпнул её по аппетитной заднице. Обнял и нежно поцеловал в шею.

– Я слышала, как ты «крадёшься», – ехидно сообщила Стерва.

– Я и не прятался, просто шёл на запах, но тут увидел такое! Может отложим на время? – он погладил её по округлой попке.

– Нет, нет. Я почти закончила, у меня слюни текут. Мы толком и не поели вчера. Ты же не хочешь, чтобы я на середине нашей встречи упала в обморок. Что потом люди скажут?

– Затрахал жену до голодного обморока. Так и скажут, – засмеялся Мамонт.

– Мужлан!

– Откуда ты достала яйца?

– Порошок яичный, Кроха вчера принесла. Молоко, пастеризованное в специальной упаковке, долго хранится. Кофе, гранулированный, бразильский. Хлеб, масло, джем, – Наташа поставила перед ним тарелку.

– Царский завтрак! – облизнулся Мамонт. – Даже подумать не мог, что ты и вдруг готовишь.

– Готовить я умею, меня же прочили в зарубежную резидентуру. А там надо уметь готовить.

– Медовая ловушка? – помрачнел Мамонт.

– До этого дело не дошло, потому что папаня послал их всех на хер. И сказал, что я сама выберу кем мне становится. Это всё мать, она решила меня по своим стопам провести. Сама она тоже этим не занималась, поскольку вышла замуж. Но вот решила поделиться опытом, так сказать. Мне же просто хотелось уехать в Штаты подальше из СССР. Маман мне постоянно свистела в уши, что надо выходить замуж за иностранца, подальше от всего это ужаса. Дальше только хуже будет.

– Всем хотелось уехать в Штаты, но не у всех получалось, – Мамонт ухмыльнулся, вспомнив свою прошлую работу. – А я мечтал стать разведчиком-нелегалом. И похоже, что наши с тобой, красавица мечты сбылись. Мы можно сказать работаем нелегалами. Свою часть ты уже выполнил, поймав меня. Теперь дело за мной. Найти место жизни.

– Ой, бля! Моисей нашёлся, – заржала Наташа. – Решил нас сорок лет по пустыне водить?

– Может и пораньше, – Мамонт налегал на омлет нахваливая хозяйку. – Очень вкусно получилось. В натуре. – Сказал он с набитым ртом.

– Спасибо. Придётся из тебя делать человека.

– Это не больно?

– Нет, ты даже не заметишь, как станешь ручным, – хищно улыбнулась Наташа. – И никуда не денешься.

– У меня здесь мысль одна мозг озарила, – прожевал Мамонт. – Что, если нам по окрестностям прогуляться пока вездеход чинят?

– Вдвоём? – ужаснулась Наташа и плаксиво добавила. – Я тебе уже надоела?

– Нет, ну что ты. Кроху с Валерой возьмём. Лиду неплохо ещё прихватить, мне понравилось, как она с партизанами разобралась. Клёнов пусть командует с Федотовым. Как тебе?

– Ого, командующий базой советуется с молодой женой? – подмигнула ему Стерва.

– Почему бы и нет. Кстати, я полночи не мог уснуть, всё думал, что бы значило «времени больше не будет»? Не знаешь, часом?

– Знаю, – она налила Мамонту кофе в стакан с подстаканником. – У меня знакомый один в реанимации работает. Ну, то есть работал и рассказывал об одном интересном случае. Человека сбил грузовик, поломал, конечно, сильно и ко всему прочему, когда приехала реанимация у него остановилось сердце. Два раза он уходил, два раза его возвращали на этот свет. Как раз на тот случай выезжал мой врач. Пациент выжил и пришёл благодарить его. Он сказал, что видел, как мой знакомый боролся за его жизнь. Он как бы со стороны смотрел, а потом его наверх потащило. Там куда прибыл пациент, его ждал покой и радость. Но он безмерно благодарен, что врач вернул его назад. У него только ребёнок родился, и он не знает как бы жена одна подняла его. Так вот он ещё сказал, что наверху нет материальных объектов и соответственно времени нет! Нечему стареть, нет хода времени, нет смена дня и ночи и так далее. Там постоянная благодать. И возвращаться, честно говоря, пациент не очень хотел, но тот, кто его принимал «настоятельно» рекомендовал вернуться и закончить свои дела на Земле. Всякому плоду свой срок. – Наташа потянула за тесёмку, и фартук упал на пол.

– А теперь десерт, милый…, – Наташа встала, сделала два шага и уселась на колени Мамонта.

Вышли часа через четыре. Уже не торопились, потому как короткий день кончился. Зато на улице прекратился снег. Клёнов за это время смастерил всем широкие лыжи из тонких титановых листов, найденных на складе. Вырезал овальные заготовки и через отверстия продел кожаные ремни. Получились импровизированные снегоступы, в которых можно было преодолевать глубокий снег не проваливаясь, и при этом значительно экономя силы. С собой взяли сухой паёк из расчёта на двое суток. Проработав примерный маршрут, Клёнов выпустил всех наверх отведя вездеход вниз, в ремонтную мастерскую.

Ворота выпустили пятерых разведчиков, артефакты брать с собой не стали. Мороз тут же взялся за дело, но арктические комбинезоны и толстые сапоги ему оказались не по зубам. Закупорившись по самые брови и обвязавшись верёвкой, группа двинулась вперёд, обходя скалу справа. Первой шла Кроха, за ней Кощей, третьей Лида. Позади неё крутила задницей Наташа перед глазами Мамонта, мешая ему сосредоточиться и следить за тылом. Но за её тылом он следил не отрываясь. Комбинезоны с арктической маскировочной окраской практически с двадцати шагов сливались с окружающей местностью. Из оружия группа ограничилась автоматами АКСу, как более лёгким вариантом. У каждого имелось по четыре запасных магазина в разгрузке и по четыре гранаты Ф-1. Ножи, пистолеты. Бронежилеты брать не стали, лёгких на складах базы не нашлось, а тащить на себя двенадцатикилограммовый сочли ненужным. Всё это было от людей, от вурдалаков и тем более партизан никакой бронежилет не спасёт.

Мамонт нашёл бинокль с ночным видением, полностью зарядив его Батарейкой. Также имелись обычные, а у каждого по коротковолновой рации. Ко всему прочему Мамонт настоял, чтобы каждый из группы взял ракетницу с красным и зелёным сигналом. Сам прихватил ещё и дымы. На глаза партизанам и прочим агрессивным проявлениям нового мира попадаться на глаза не спешили. В крайнем случае придётся надеяться только на свои способности, автомат мало поможет при подобной стычке. Шли медленно, хотя снегоступы хорошо держали на покрывшемся ледяной коркой снегу. Прислушивались, старались не болтать. Таким образом преодолели шесть километров за два часа. Здесь Мамонт сделал привал. Дальше должны были осмотреть долину по оговоренному заранее маршруту и вернуться назад. Мамонт учитывал, что компаса у них нет и он всё равно здесь не работает. На пути следования ставили вешки, делали зарубки на стволах деревьев.

Горячий кофе в термосе взбодрил их, а деликатесы, что наштамповал Кощей на Репликаторе, придали силы. Мамонт внимательно осматривал округу через бинокль с блоком ночного видения. Армейский с батареей. Изображение в нём имело зелёный свет, но через него можно было различить объект почти в полной темноте. Звёзд и Луны не видно, других источников света нет. Серое безжизненное покрывало перед ними простирающиеся до самого горизонта. Мамонт медленно осматривал слева направо и вдруг заметил мерцание на снегу. Оно было похоже на кляксу, растёкшуюся по белому листу бумаги, точное зелёному.

– Кроха, посмотри в бинокль вон туда, – Мамонт указал направление. – Что видишь?

– Красную аномалию, а ты что засёк её? – удивилась девушка. – Она достаточно свежая, по ней пробегают волны. Прямо как там, где сгорели урки.

– Почему думаешь, что свежая? – спросила Наташа.

– Когда аномалия появляется, как и любые другие, она как бы живёт. Клякса волнуется, постоянно меняя свои формы. Идёт волнами, выплескивается в стороны щупальцами. И чем старше она становится, то растекается как ковёр и не двигается. В самом конце своего цикла аномалия начинает сжиматься как шагреневая кожа, – Кроха помогала себе руками показывая какие причудливые формы может принимать аномалия.

– Ого, ты Бальзака читала? – удивилась Наташа.

– Кому-то надо читать, мы в Урюпинске читаем, – улыбнулась Кроха. – А у вас в Москве библиотеки есть?

– Запомнила, – рассмеялась Наташа. – Я не со зла.

– Я тоже. Так как ты засёк красную, Мамонт?

– В этот прибор видно её как кляксу. В нём правда она зелёная, – Мамонт постучал по корпусу бинокля ночного видения.

– Дай-ка глянуть, – Кощей прильнул к окулярам. – В самом деле. А ты, Кроха цвета различаешь?

– Представь себе, дальтоник, – едко ответила Дюймовочка.

– На поле ещё какие-то тени появились, – сказал Кощей. – Плохо видно.

– Ложись, это партизаны, – прошептала Кроха, взяв свой бинокль. Не раздумывая все упали в снег, кто где стоял. Мамонт отобрал обратно бинокль и наблюдал за идущими цепью пятью партизанами. Казалось бы, всего пятеро, но с их оружием это была грозная сила. И лучше с ними не связываться. Оно неумолимо шагали в направлении красной аномалии и вскоре зашли в неё. Однако с партизанами ничего не случилось! Они не сгорели, аномалия вообще на них никак не отреагировала.

– Чего они там ищут? – проворчала Лида.

– Известно, что, артефакты, – прошептал Кощей.

– Откуда они там, – фыркнула Лида и удостоилась взгляда сразу двух дамочек.

– Им, наверное, лучше знать, как думаешь? – тихо сказала Кроха.

– Они только этим и занимаются, что собирают артефакты, – добавила Наташа.

– Для кого? – изумилась Лида.

– А ты сходи, спроси, – не выдержала Кроха и прибавила одними губами, но Наташа рассмотрела «овца тупая».

– Да иди ты. Я серьёзно спрашиваю, – возмутилась Лида.

– Я тебе серьёзно отвечаю. Мамонт, что они тебе сказали? – прошипела Кроха.

– Отдай артефакт или я убью тебя. Но мне показалось, что он всё же сказал отдай артефакт и я тебя убью, – Мамонт, улыбаясь имитировал их монотонную речь.

– Если бы не отдал? – у Лиды вытянулось лицо. – То не убил бы?

– Сегодня не твой день, Лида, – Наташа сочувственно взглянула на неё.

– Хватит вам трепаться, смотрите! Они вроде нашли что-то, – Кощей застыл с открытым ртом. Партизаны стояли и смотрели, как один из них роет снег как собака, откидывая его между ног.

– Как долбанный экскаватор роет. Получается, что артефакты залегают в аномалиях? – Кроха кусала губы от злости. – Нам туда ход заказан, сука! Мамонт! Нам надо их обезжирить!

– Чего? – Мамонт решил, что ослышался.

– Того, эти черти нашли наш артефакт! – возмутилась Кроха.

– Но их пятеро, – чуть не падая в обморок прошипел Кощей.

– Ты, дохлый, лечить нас будешь. В бой не пойдёшь, – успокоила его Кроха.

– Можно подумать ты пойдёшь? Их ты в аномалию не заведёшь, да и по фигу она им.

– Тише! Глядите! – партизан нырнул в выкопанную яму почти целиком и что-то вынул оттуда. На поле ярко засветились два огромных рубина. Их красные лучи устремились высоко вверх в свинцовое небо. У всей группы перехватило дыхание от такого зрелища. Мамонт не мог отвести глаз от двух столбов света. Они переливались и играли внутри прозрачной оболочки. Казалось, что снизу вверх по этим столбам поднимаются более светлые потоки. Выглядело очень похоже, если вылить чернила в воду. Вихрь потоков различных оттенков красного поднимался выше и исчезал на высоте пяти метров. Партизаны также любовались зрелищем или может застыли, внимая воздействию артефакта, этого Мамонт не знал. Но через несколько секунд свет погас, и артефакты спрятал под телогрейку один из партизан. Мамонт запомнил его, у него одного, из шапки болталась на ветру завязка.

– Ну всё, – расстроенно прошептала Кроха. – Слямзил, скотина безрогая! Артефакт из самой красной аномалии, Мамонт. Ты представь только, нам же никогда до него не добраться. Неужели ты дашь ему уйти?

– Слушай, Кроха, я всё понимаю, но их реально до хрена. Как ты себе это представляешь? Они нас даже на дистанцию наших способностей не подпустят. Порубят очередями в капусту. Хочешь стать капустой?

– Может проследим за ними? Вдруг они разделятся или ещё что-то? Я запомнила того, кто несёт артефакты.

– Кроха, ты меня вдовой решила сделать? Мы троих сможем убить в лучшем случае, остальные двое расстреляют нас как в тире. И как, ты планируешь к ним подобраться, – со злостью сказала Наташа.

– Подождём, ай, сука. Я не могу. Я чокнусь здесь, – запричитала Кроха. Пятеро партизан собирались идти дальше, когда из-под снега показались тонкие чёрные жгуты. Они хватали партизан за ноги и за руки, обвивали тело и тащили под снег.

– Кто это, – Кощей протирал очки, но в полутьме такое вряд ли разглядишь.

– Мамонт! Это наш шанс, партизан с артефактом убегает! – прошипела Кроха, теребя его за рукав.

– Не вижу!

– Ну смори тогда! – Кроха зарядила зелёную ракету и выстрелила вверх. Она взлетела метров на сто и повисла на парашюте плавно качаясь и заливая всё под собой зеленоватым свечением. И все тут уже увидели разыгравшуюся драму на снежном поле. Партизан с артефактом встал на четвереньки отрастив длинные лапы в валенках. Руки у него тоже заметно увеличились в длину, а ладони превратились в перепончатые ласты как у утки. Ими он отталкивался от снега помогая себе ногами и развил приличную скорость драпая от чёрных жгутов, высоко взметнувшихся над снежной равниной. Остальные четверо видоизменялись, отращивая вместо рук что-то похожее на лезвие косы и старались отрубить жгут. Одному из партизан удалось освободиться, и он приготовился бежать, не обращая внимания на остальных. Он уже сделал несколько больших шагов в сторону и даже достал свой автомат, как из-под снега в его сторону выстрелили десяток жгутов. Одни вырвали оружие, другие спеленали по рукам и ногам как троих его коллег. Те даже пошевелиться не могли и тупо глазели на происходящее. Щупальце медленно подтянули четвёртого к остальным. На пятого партизана с артефактом они уже не обратили внимание. Он развил приличную скорость и по широкой дуге, как ни странно, бежал в сторону притаившихся людей.

В этот момент в районе красной аномалии возник сугроб, выросший в приличных размеров холм. А потом и вовсе снег осыпался, явив всем безобразную морду пепельного цвета весьма похожую на жабью. Она вылезала из снега и наконец показалась во всём своём великолепии. Плоская жабья голова переходила в грушевидное тело, из которого торчало бессчётное количество тонких чёрных жгутов. Они шевелились вокруг неё как змеи на голове медузы Горгоны. Часть из них крепко держала партизан. Они как показалось Мамонту вообще потеряли интерес к происходящему и индифферентно взирали на бардак вокруг них. Жаба без проволочек открыла трёхметровую пасть и сразу закинула туда партизан одного за другим. Затем застыла, было видно, как они упали в желудок судя по сокращениям тела. Посидев так минуту, она начала копать под собой снег зарываясь. Всё это время Мамонт и остальные старались не дышать, дабы не привлечь к себе внимания столь грозного чудовища. И вздохнули только когда она скрылась из глаз. Примерно в этот же момент пятый партизан с артефактом также принял свои человеческие очертания и продолжил путь в одиночестве.

– Это наш шанс! – прошептала Кроху на ухо Мамонту. – Нельзя его упускать!

Глава 20

– Тихо, – прошипел Мамонт. – Все легли и уткнулись мордой в снег. Быстро!

– А? Чё? – Кощей, наоборот, поднял голову, но Наташа насильно уткнула его в снег лицом. Кощей начал ругаться, но получил по почкам уже от Крохи.

– Замри, Валера! Не спугни иначе тебе конец, дохляк.

Партизан ускорил свои шаги едва касаясь снега и почти не оставлял за собой следов. Двумя руками он прижал артефакты под телогрейкой и вышел с поля в небольшую ложбину между скалами намереваясь подняться на гряду. Наверху между камней его уже ждали благодарные зрители. Мамонт жестами показал Лиде, что она начнёт первой и отрежет голову партизану. Затем вступит он сам, если этого окажется недостаточно. Мамонт в этом походе усомнился в адекватности подруги Клёнова, когда она молчала, едучи в вездеходе, то производила лучшее впечатление. Но стоило ей только открыть рот… ладно, сейчас не об этом. Пусть сперва отстрелит мутанту заготовку.

Партизан уже поднимался по каменистой ложбине цепляясь руками за камни. За его спиной болтался ППШ, шапку он где потерял. Мамонт не знал откуда у них такой прикид, кто их так одел, но шапка этому чудовищу явно была лишней, впрочем, как и телогрейка. Кроха уже потирала руки сверкая глазёнками в предвкушении артефакта. За двадцать метров до засады партизан остановился и принюхался как собака. Мамонт в ярости сжал кулаки, их выдал ветер, он как раз поднялся с плато и перетекал вниз на равнину, а заодно принёс запахи людей. Партизан явно замешкался. Он не знал, что делать, идти вперёд опасно, судя по всему, там люди и много. А он один и с грузом. Бежать назад, там его ждёт снежная жаба с большим нетерпением. Похоже она охраняла артефакты и теперь сильно переживала по поводу утери оных. И тогда партизан сделал то, чего так боялся Мамонт. Он перехватил автомат и не целясь от пуза выпустил длинную очередь вверх взрывая скалы подобно снарядом из гаубицы. Вот эта мощь!

Кощей не выдержал и вскочил с диким воплем понёсся назад в сторону базы. Мамонту пришлось его слегка толкнуть на расстоянии и фельдшер, пропахав жёсткий снежный наст носом остановился, извиваясь как червяк в поисках своих очков улетевших на пару метров дальше. Кроха показала Мамонт большой палец. Партизан прислушался и, казалось, удовлетворённый своим деянием пополз выше. Лежавшая рядом с Мамонтом Наташа повернула к нему голову, и он увидел, что осколок камня рассёк ей лоб. Неглубоко, но крови было достаточно, она уже заливала глаза. Наташа, стиснув зубы молчала понимая, что стоит на кону. Мамонт стёр кровь ей со лба и обнаружил небольшую ссадину.

Партизану оставалось подняться ещё на десять метров, и он окажется на чистом от валунов и скал пространстве, где Мамонт планировал его прикончить. Партизан карабкался вверх недовольно ворча. Сколько Мамонт не прислушивался, так и не понял о чём он бормочет. Издаваемые им звуки были не похожи ни на один язык, услышанный Мамонтом. Членораздельными звуки можно было назвать с большой натяжкой, скорее на ворчание старой собаки. Партизан показался между двух больших камней, обрамлявших вход на поляну, но тут уже не выдержали нервы у Лиды. Она выглянула из-за камня и встретилась глазами с чудовищем. Её светлые глаза мгновенно изрыгнули пламенные струи, и конечно же она промахнулась. Два красных луча впились в камень срезав всего лишь треть головы партизана. Тесто из его башки брызнуло на раскалённый камень, и партизан нырнул назад. Что и следовало ожидать, из-за камня снова заработал ППШ. Огромный валун, за которым пряталась Лида по ту сторону ложбины раздробило на куски. Большой кусок отвалился от него и скатился вниз на поляну.

Мамонт подполз к краю и выглянул вниз. Партизан продолжал стрелять в другую сторону, и лейтенант воспользовался этим. Сам себе удивляясь он сумел приподнять осколок валуна и переместил его левее, обрушив на партизана с высоты двух метров. Раздался треск, и стрельба сразу прекратилась. Мамонт решил, что сломал ему автомат. Какое-то время люди ждали, что последует дальше и не дождавшись осторожно стали выглядывать из-за камней. Мамонт стёр бинтом кровь со лба Наташи. Рана оказалась маленькой, просто осколок чиркнув ей по коже и задел сосуд. Кроха осмелела и встала на ноги. На поляне раздавленный валуном лежал партизан. Из-под камня виднелась оставшаяся голова с тестом вместо мозгов и автомат с погнутым стволом. Всё остальное оказалось накрытое валуном.

– И как мы теперь его сдвинем с места? – расстроилась Кроха.

– Так же, как и задвинули, – Мамонт изучающе посмотрел на валун. – Мне он не нравится.

– Почему? Вполне себе дохлый партизан, – показалась Лида.

– Они не умирали даже разорванные пополам. Один из них пытался ухватить меня за рукав. Здесь же его просто вдавило в землю. Он же пустой внутри! Чему там умирать, биоробот, по-моему, перестаёт дёргаться, когда потеряет значительную массу. Надо его ещё пару раз располовинить.

В подтверждение его слов валун сдвинулся с места. Кроха взвизгнула и быстро спряталась. Лида как стояла тут же упала за остатки спасительного валуна. Внизу на поляне происходили метаморфозы. Из-под камня выползал партизан, но сейчас в нём трудно было узнать очертания человека. Чудовище тем временем превратилось в шестиногого паука, и каждая его последняя фаланга конечность оканчивалась острейшим лезвием. В чём сразу и убедились люди, когда чудовище разрубило рядом лежавший камень. Блеснув чистым срезом, он развалился на двое как арбуз. Паук, энергично перебирая лапами пополз на противоположную от Мамонта стену поляны за Лидой подставив спину по удар. Девушка заметила во что превратился партизан, и на остатках самообладания полоснула его красным лучом. На этот раз удар вышел отличным и снёс пауку голову и передние лапы. Не добравшись до середины отвесной стены, он рухнул и вниз и затих. Лида, уже не доверяя своим собственным глазам полоснула его крест-накрест, разрубая на несколько частей. После чего упала без сил. К ней поспешил Кощей, вспомнив, что он в группе вроде врача.

– Ну теперь то ему точно пришёл конец, – радостно выкрикнула Кроха и начала спускаться на поляну. Следом за ней все остальные. Наташа подняла метровое лезвие, заменявшее последнюю фалангу пауку, и попробовала распилить ей камень. Конечно же у неё ничего не получилось, лезвие приобрело консистенцию резины сразу после смерти партизана. Сейчас оно только сгибалось, не представляя угрозы.

– До сих пор непонятно кто управляет ими, – спросила Наташа Мамонта с омерзением откинув лапу.

– Кто-то или что-то, кому очень нужны артефакты. И большой вопрос для чего, – Кощей уже оправился и провёл рукой по лбу Наташи заживляя царапину. – Я испугался и побежал, извините.

– Забей, всем страшно, – махнула рукой Кроха. – Чего на партизана время терять, всё равно от них ничего не добиться. Мы можем за ними проследить куда они уходят с грузом и тогда понять кому они их таскают. Кстати, а где сам артефакт? Мамонт, убирай валун. Он из-под него вылез.

– Попробую, отойдите, – Мамонт махнул рукой словно отгоняя муху. Он сложил руки вместе ладонями вверх и как бы поддел лежавший валун. Со скрежетом осколок валуна начал медленно приподниматься, и Мамонт с видимым усилием приподняв его на полтора метра отбросил вниз по ложбине. Кусок скалы покатился и замер уже почти у самой кромки поля. Кроха метнулась коршуном увидев красное мерцание среди валенок и рваной телогрейки. В её руках оказались два рубина величиной с грецкий орех каждый. И также как у партизан на поле они выстрелили вверх красным лучом. Она застыла, разведя руки в стороны и смеялась от счастья. Кроха закрутилась на одном месте устроив световое представление и кричала в полный голос от радости.

– Спятила? – крикнула ей Наташа. – Тиши будь, накликаешь жабу!

– Не, она сюда не придёт! Это порталы! – выкрикнула Кроха и забросила один из рубинов наверх, в самый конец подъёма. – Смотри!

Рубин, оставшийся у неё в руке, она бережно положила на землю, и он тотчас растёкся в красное бесформенное пятно на каменистой почве размером с канализационный люк. Кроха без сомнений сделала шаг вперёд и вступила в пятно. В следующее мгновение девушка пропала и тотчас оказалась рядом со вторым рубином. Кроха помахала всем рукой моментально переместившись на тридцать метров.

– Видали? Это портал, артефакт состоит из двух частей. Вопрос только в том, как далеко он работает. Мамонт, ты представляешь, как его можно использовать? Километр за секунду?

– Ну…, – задумался Мамонт. – Например, как эвакуационный выход, если нас прижмут на базе. Спрятать его на пригорке и когда наши ворота атакуют, то легко можно оказаться за спиной у нападающих. Перещёлкать их и вернуться назад.

– Как вариант. Надо подумать, уверена артефакту найдётся применение, – крикнула Кроха

– Если бы сейчас вторая половина находилась на базе, то нам бы не пришлось ползти назад шесть километров, – заметила Наташа.

– И это тоже, – кивнул Мамонт. – Сворачиваемся.

– Идите в портал, последний заберёт его с собой, – крикнула Кроха.

– Что значит заберёт?

– Просто нагнётся и поднимет его с земли и исчезнет вместе с ним. Он так и работает.

– Попробуем, ну-с, девочки-мальчики, прошу, – Мамонт сделал приглашающий жест. Первой в рубиновое пятно вступила Наташа и тут же переместилась к Крохе, чуть не отдавив ей ноги. Девушки отошли подальше, и следующим портал прошёл Кощей. За ним вышла не пришедшая ещё в себя окончательно Лида. Мамонт, подойдя к красной кляксе поддел её за край и встал на неё. Через долю секунды он оказался в тридцати метрах. В его ладони лежал небольшой рубин размером с грецкий орех. Он свернулся в первоначальное состояние. Само перемещение не вызвало никакого дискомфорта. Казалось, просто переступил порог и всё.

– Так можно двигаться дальше постоянно кидая его вперёд, – понял задумку Крохи лейтенант. – Всё равно какую часть кидать?

– Абсолютно.

– Ну, поехали. Мамонт с силой зашвырнул рубиновый камешек вперёд. Кроха тут же положила на снег другой. Они опять прошли через портал и оказались на сорок метров дальше от того места, где только что стояли. Таким образом их движение ускорилось, и даже когда Мамонт выдохся, кидать рубин принялись все по очереди. Обратный путь занял примерно минут двадцать. Оказавшись внезапно на пригорке перед скалой, они замерли. Им повезло, что их не заметило чудовище, разгуливающее вокруг базы. Ростом со слона обросшее плотной шкурой белого цвета, со свалявшейся шерстью по бокам напоминавшую канаты. Тело и ноги животного походили на слоновьи, но сама голова напоминала муравьеда с тяжёлым и толстым хоботом. Он что-то обнюхивал им копошась в снегу. Может ещё одна модификация для поиска артефактов?

Люди замерли, не подавая виду. Мамонт медленно покачал рукой, приказывая ложиться, арктические комбинезоны позволяли даже спать в снегу при температуре до минус сорока градусов. На этот раз обошлось без истерик и все как по команде сползли бесшумно в снег. Мамонт прекрасно понимал, что гражданские не обстреляны и боятся. Пока не привыкнешь и не начнёшь отличать, что мимо тебя пронеслось вечно дрожишь. Это как новобранцы боятся свиста пуль над головой. Ту пулю, что отлита для тебя, ты не услышишь, говаривал его командир на погранзаставе. Поэтому надо просто ждать. Наташа справилась со своими нервами, Кощей также, Лида по мнению Мамонта вообще слабо понимала, что творит. Одна только Кроха чувствовала себя отлично.

Животное, которое паслось около камня открывающего ворота выглядело безобидным. Но внутренний голос говорил Мамонту, что ничего безопасного на этой планете не осталось. Убить они его тоже не смогут, не достанут.

– Опять завис? – Наташа подползла к мужу.

– Как нам домой попасть? – пробормотал Мамонт. – Я уже есть хочу.

– Деточка кушать хочет? – жалобным голосом спросила его Наташа. – По сиське соскучился?

– И это тоже, – кивнул «малыш».

– Мамочка уже всё придумала. Сейчас вызываешь Клёнова по рации, надеюсь до него добьёт. Он изнутри открывает нам дверь, и мы быстро скрываемся за ней, – с превосходством произнесла Наташа.

– А как мы…

– Портал, тупица. Ты же всю дорогу сюда кидал артефакт. Кинешь ещё разок ближе к воротам. И мы прямо отсюда нырнём туда.

– Здорово, что ты очень умная, – признался Мамонт. – Но как мы…

– Отсюда начнём орать, он побежит к нам. Но по прямой у него не выйдет, тогда зверюга поскачет в обход, а мы тем временем в портал! – торжествующе взглянула на него Наташа.

– Ты чёртов гений! Стерва!

– Мне всегда это говорили. Звони Клёнову.

– Мамонт Клёнову, приём. Мамонт Клёнову, приём. Не слышит, похоже, – сообщил Мамонт, и тут среди треска помех прорезался голос механика.

– Слышу вас, вы где? – вроде и недалеко, но глубоко под землю сигнал проходил с трудом.

– Около входа. По моей команде откроешь изнутри дверь.

– 10 минут, ждите. Как принято? – прокаркал Клёнов.

– 10 минут. Понял, – Мамонт просиял и спрятал рацию в кармашек комбинезона. – Ты не только красивая, но и умная, что вдвойне опасно.

– Тебе нечего меня боятся, малыш, – улыбнулась Наташа и поцеловала Мамонта. – Я же твоя жена.

– Да? – неуверенно спросил Мамонт.

– Да!

Мамонт прикинул сколько метров отсюда до скалы и пришёл к выводу, что докинет он в лучшем случае до камня вызова. Не дальше. Зато не надо будет тратить время на набор комбинации. Дверь уже пойдёт в сторону. Должны успеть. Его вычисления прервал трубный глас, издаваемый странным зверем. Он задрал вверх свой хобот и затрубил. Призывал на помощь? Или случку? Или просто решил подраться за владения с кем-то.