Текст книги "Закат (СИ)"

Автор книги: Василий Лазарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 20 страниц)

Глава 16

В зеркалах заднего вида поднимался высокий столб жирного чёрного дыма. Внутри него то и дело мелькали оранжевые молнии разрывов. После взрыва набитого тротилом ангара о воинской части можно было забыть. Его разорвало на множество дюралевых лоскутов. Мамонту это напомнило работу красной аномалии. Струи пламени ударили во все стороны воспламеняя рядом стоявшие постройки. Всех у́рок, кто сумел по глупости оказаться рядом сожгло в первую минуту. Сразу за ангаром произошли цепочки взрывов, инициированных радиодетонаторами. Взлетел вверх ангар с ГСМ расплескав на многие метры вокруг себя горящее горючее. Оно хлынуло волнами устроив аутодафе как минимум трём десяткам бывших заключённых. Вопли сгорающих людей не принесли удовлетворения убегающим, но так уж создан этот мир и поменяться ролями в нём дело порой нескольких мгновений. Убей или умри гласил новый закон.

Мамонт старался ехать быстрее, балансируя на грани между проходимой дорогой для грузовиков и скоростью. Он старался как можно быстрее выйти из зоны поражения осколками. Урки оказались в более плачевном состоянии. Сорок грузовиков, остановившихся на верхней дороге сразу, не разъедутся и до ангаров им ближе, так что пусть приготовятся умирать. Во всяком случае поживиться на складах им уже обломилось. Под таким прикрытием колонна Мамонта благополучно покинула опасный район. К тому же густо пошёл снег, и он гарантированно уничтожит за ними колею. Дорогу Мамонт выбрал самую длинную и извилистую, чтобы замести следы. Он взглянул на своих. Кощей, не отрываясь смотрел в окно переживая. Кроха, наоборот, вперёд высматривая аномалии. В её глазах горела жажда мести. Все видели, как солдат истекая кровью скручивал провода, и как его в финале добили. Мамонт также был на взводе, но ничего поделать не смог. Колонна уже тронулась и опять пришлось выбирать одна жизнь или все остальные. Остановись они и прими бой, то обязательно увязли в нём. Грузовики отделяло от атакующих всего двести метров. Как скоро они доберутся и отрежут единственный выход? Возможно ДТ-30 выбрался бы из этой заварухи, но остальные точно нет. А ещё у него перед глазами стоял тот гигант вырвавший из шеи кусок плоти у солдатика. Неужели они так опустились? Он же его жрал живьём как зверь! И радовался при этом.

– О чём задумался? – Наташа пришла в себя и вытерла слёзы. Сейчас она притихшая сидела, рядом прижавшись к Мамонту. Как ребёнок, прижавшись к матери, подумал Мамонт. Так вот что значит жена. Она ЗА мужем, дошло до молодого человека! И он стал ответственен за неё. Это не мимолётная встреча на вечеринке, это семья, а её надо сохранить и защитить. Столько открытий свалилось в столь короткий срок на Мамонта. Он с трудом успевал переваривать и принимать новую информацию. О таких пустяках, что они будут есть завтра, он уже не успевал думать. Время спрессовалось в мгновения жизни, оно чуть ли на материально давило ему на плечи. Приходилось выживать каждую секунду и эту секунду они проживали как целый век.

– Солдатика жалко, урка ему как птенцу шею свернул. Да ладно бы так, он его жрать начал! Думал это в бункере увижу, ан нет. Наверху началось, еда заканчивается, понимаешь?

– Ой, не напоминай, – вздохнула Наташа. – Ты полагаешь у них продукты закончились?

– Думаю, что пока они этот вопрос решили, – вставил Кощей, – столько народу на убой отправили.

– Думаешь? – не отрывая глаз от дороги спросила Кроха.

– Уверен, у них только на зоне больше двух тысяч рыл было. Наверняка ещё пришли, одним в округе не выжить, а там хоть и урки, но всё же общество. Вот они и захотели совместить приятное с полезным. Или склады возьмут, или сами исчезнут.

– Это понятно, Валер, – удручённо сказала Кроха. – Хуже будет, когда эта вся тряхомудь попадёт под белую аномалию. Тогда начнётся самый цимес, сотни убийц со способностями, страшно даже представить такое.

– О, нет! Только не это, – Наташа потёрла шрам. – Ещё и артефакты найдут.

– Спокойно! – рявкнул Мамонт. – Какая наша основная задача?

– Убить всех? – предположила Кроха. Наташа наконец-то засмеялась.

– Это вряд ли, на днях одни ребята уже попробовали, всех не получилось, как видите. Теперь по бункерам дрочат, ждут, когда воздух закончится, – заржал Мамонт. – Не смешите, я руль всё же держу. Наша главная задача теперь одна, выжить! Поэтому мы на первых порах спрячемся в бункере и подумаем. И не будем лишний раз фантазировать, что смогут урки, а чего нет.

– Нас ещё найти надо, – вспомнила Наташа. – Ребят, извините, я чего-то сдала сегодня. Нервы ни к чёрту. Пауки, гидра, раненый солдат, сожранный заживо. Я чуть не чокнулась.

– Сейчас приедем, я тебя посмотрю, – пообещал Кощей. – Нервное расстройство, кстати лечится очень хорошо коньяком.

– На Руси всё через алкоголь, – поддакнула Кроха. – Или через жопу, в хорошем смысле.

– Давай не будем, – Наташа закатила глаза. – А в плохом как?

– Не знаю, не пробовала, – засмеялась Кроха, – вероятно ещё хуже.

– Вы это бросьте здесь европейские ценности насаждать! – возмутился Кощей и немного разбавил тяжёлое состояние.

– Сколько нас выжило? Человек тридцать будет? – спросил Мамонт ни к кому конкретно не обращаясь.

– Двадцать один, – прорезался голос Клёнова. Федотов по рации сказал. Вместе с нами.

– Из шестидесяти? – не поверил Мамонт.

– Да, пятерых уже в движении убило. Есть раненные. Как бы их посмотреть?

– Сейчас отъедем подальше, и Кощей глянет их. Передай Федотову, чтобы готовился переносить их к вам в жилой модуль. И почему у нас рации нет?

– Не успели в суматохе передать. Будет сделано, сейчас же начнёт готовить. Когда?

– Вот мы в низину спускаемся, там и остановимся на часок. Пусть БМП тормозит уже сейчас и съедет с колеи. Если что мы до него быстро доберёмся. Это наш арьергард, – пробормотал Мамонт. – Во все глаза пусть смотрят!

– Не хватает флангового охранения, – подсказал Наташа.

– Проще будь, девица. Мы не у тебя в редакции «Красного Богатыря», – улыбнулся Мамонт и увидел, как БМП начал отставать. – Кроха, вылезай с нами на улицу и крути головой. Прикрываем доктора, пока он колдовать будет.

– Серёга, я быстро справлюсь, – пообещал Кощей.

– Я вот всё спросить хотел. С Батарейкой мне всё ясно. Взял в руку, потряс и готово. Как, например быть с Куполом? – спросил Кощей.

– В чём вопрос собственно? – удивилась Кроха.

– На как же, он нас защищает, пули и снаряды не пропускает, а мы свободно сквозь него проникаем в вездеход? – хитро посмотрел на неё Валера, блеснув титановой оправой.

– Я открываю. Артефакт повинуется сталкеру, – ещё не понимая куда он ведёт ответила Кроха.

– Это понятно, что, если этот Дима-срочник возьмёт его? Или того хуже также дотронется и сюда набьются его дружки людоеды? – сформулировал свою мысль фельдшер.

– Хм…, – задумалась Кроха. – Я поняла! Я это уже почувствовала. Купол не послушается никого кроме меня. Отсюда возникает вопрос, если со мной что-то случится, то как быть остальным?

– Да, да. Именно такой вопрос, – Наташа поняла куда она клонит. Мамонт тем временем остановился, не съезжая с колеи. До БМП от вездехода было триста метров. Они даже находились в прямой видимости несмотря на сильный снег. Мамонт включил все прожектора, и их лучи пробивали снежную пелену метров на сто. А так как они остановились в котловине, то их почти не было видно с равнины. От базы колонна отъехала примерно километров на пятнадцать. Гнаться за ними на обычных грузовиках было подобно самоубийству, но Мамонт ничего не исключал.

– Я поняла! – воскликнула Кроха. – Батарейка с вами «общалась», потому что я лично её передала. Короче, достаточно мне передать кому-то поднос с Куполом как он вас «опознает».

– Ага, артефактом могут пользоваться далеко не все? – что-то, подозревая, спросил Кощей.

– Конечно, во-первых, это должны быть мутанты. То есть такие, как мы. Во-вторых, я должна им разрешить пользоваться Куполом.

– Понятно. С Куполом разберёмся как доедим. А то я уж испугался, какая такая защита, если её другие вскрыть могут, – кивнул Мамонт.

– Не боись, Мамонт, всё продумано, – скорчила страшную физиономию Кроха.

– Вопрос, только кем? – риторически спросил Кощей.

– Без комментариев, – звонко ответила Наташа. – Кем надо.

– Пошли, поможем Кощею. А вы здесь башней крутите на все семьсот двадцать градусов, – шутливо пригрозил им Мамонт. По дороге они забрали Клёнова и подбежали к крайнему КАМАЗу откуда доставали женщину на одеяле. Взявшись за четыре угла, они потащили её в жилой модуль вездехода.

– Вы видели парня, которого тот козёл огромный сожрал? – к ним подошла Лида.

– Ужас, – кивнула Наташа, прыгая на морозе и разминалась. Она так и осталась в разгрузке с АКСу за плечом.

– Я их обоих знаю. Того урку Глыба зовут, он верный пёс Сиплого, – с отвращением сплюнула на снег девушка.

– Откуда? – удивилась Наташа, остановила своё занятие и уставилась на неё.

– Саша рассказал, он же был у них в зоне. Чинил что-то. Сиплый правая рука Старика. Смотрящего на зоне. Сейчас даже и не знаю, как он называется. Старший в общем над всеми зеками.

– Царь, наверное, – откликнулась Кроха, крутя головой.

– Вот, вот. Этот Глыба уже сожрал кого-то на воле. Ходил такой слушок. В побеге с Усть-Илимской зоны. Его поймали в сарае как раз над обглоданной женщиной.

– Мерзость какая. Животное, надо было его тогда пристрелить и оставить диким зверям, – Наташа сморщила носик представляя себе эту картину.

– Да, но есть нюанс, – продолжила Лида, – тот, кто попробовал человеческое мясо уже от него не откажется. Как медведь, человек от него недалеко ушёл, тот же зверь только на двух ногах.

– Вот же падла! Ты его обязательно поджарь, если встретим.

– Солдатик тот только пришёл служить. В мае. Образованный из Ленинграда. Тихий мальчик, добрый… был.

– А второго ты знала? Тот, который взрывал? – спросила Наташа.

– Лёню? Конечно, хороший мальчик. У него из родителей одна бабушка осталась. Сильно переживал за неё. Всё боялся, что она не доживет до его дембеля. Оно вон как вышло.

– Лид, давай сменим тему. Мне и так хватило за сегодня, – попросила Наташа.

– Извини. Там много места, куда мы едем? – спросила она. – В бункере? А то мы только зашли.

– Полно, закладка рассчитана на пятьсот человек, а нас всего двадцать один.

– Круто, а нас не найдут? – тревожно произнесла Лида.

– Может и найдут, но скорее всего нет. А ты, Лида откуда? – спросила Кроха.

– Местная я. Родилась в Андреевском, в трёх километрах от зоны этой, будь она проклята. Потом с Клёновым в Одинцово уехала. Он у нас проездом был на «гастролях», как он выражается. На халтуре всё лето автоматику на фермах налаживал. Автопоилки всякие, по сантехнике мастерил. Директору совхоза что-то ремонтировал. Рукастый мужик. С припиздью, конечно, но хоть не пьёт. Почти.

– А я так и не успела. На фабрике работала, мотальщицей, – улыбнулась Кроха. – Какие мои года, да?

– А то, вон жених готовый, – подсказала Наташа.

– Который? Валера? Он неплохой, но староват всё же, – скучающе сказала Кроха.

– Ему пятьдесят только. Молодой ещё, он нам с Серёгой говорил, что жизни после пятидесяти только начинается, – хихикнула Наташа.

– Твоему двадцать шесть, а ему пятьдесят. Разницу улавливаешь? Тело уже не то.

– С этой точки зрения? Тогда Федотова бери. У него даже глаза округлились, когда тебя увидел, – засмеялась Лида. – В первый раз я за ним такое заметила.

– А чего, якуты они правильные. Главное пить ему не давай, у них гены не имеют защиты от алкоголя. Знаешь, что америкосы с индейцами сделали? Споили по большей части, – зловеще поведала Наташа. – Якуты из того же теста.

– Они им ещё одеяла, заражённые чумой, отдавали, – вставила Лида.

– Это уже когда добивали тех, кто от водки не помер.

– Ой, девки, а вы считали, что нас в три раза меньше осталось? – спросила Кроха. – Так что выбирать будем мы, а не нас!

– У нас с десяток молодых солдатиков ещё есть, найдём тебе жениха, – успокоила Лида.

– Нет уж, пусть Кощей будет. Он сказал, что белая аномалия заметно поднимает тонус.

– Смотри как бы он тебя этим тонусом не проткнул насквозь, – засмеялись девки.

– Как скажешь. Ой, ой, ой! Ой жопа! – закричала Кроха. – Наверх смотрите, видите что-нибудь?

– Ага, – Наташа резко задрала голову. На высоте десятого этажа появилось облако. Оно казалось огромным и висело как пресс над котловиной. Появилось прямо скажем внезапно и что самое ужасное оно накрыло полностью всю котловину. Бежать от него было бесполезно, облако раскинулось на несколько квадратных километров.

– Побегу, доложу, – сказала Кроха.

– Погоди, ты скажи оно опасное? – Лида схватила Кроху за рукав.

– Откуда я знаю? Оранжевое, не самый лучший цвет. Можно сказать совсем нехороший.

– Пошли все. Вдруг это наш последний шанс, – воскликнула Наташа и понеслась вперёд всех.

– Влюбилась девка в Мамонта, – кивнула Лида.

– А то! Парень-то хороший, – кивнула Кроха, не особо радуясь за них. Он ей тоже нравился.

В жилом модуле Кощей устроил госпиталь. Мамонт и Клёнов помогали ему. Ходячие солдаты принесли шестерых раненых. Двух женщин и четырёх мужчин. В основном с осколочными ранениями. Почти все ехали в крайнем кунге, ангар взорвался почти рядом с ними. Кощей уже вылечил двоих достав из них осколки рукой как магнитом, чем привёл всех в шок. Одного мужика нашпиговало осколками так, что он уже приготовился отбывать на тот свет. Второму лишь порезало внешние покровы. Ещё один с переломом обеих ног лежал сейчас на «операционном столе». Кощей в своих титановых очках казался каким-то фантастическим персонажем. Он склонился над пациентом и рассматривал его ноги с открытыми переломами. Кровь уже не шла. Фельдшер на этот раз и обезболил пациента сам не пользуясь морфием.

– Серёга! – ворвалась в жилой модуль Наташа. – На котловину опускается оранжевая аномалия!

– По машинам, – Мамонт отреагировал мгновенно.

– Поздно, она всё накрыло, не успеет никто уехать, – покачала головой Лида, показавшись из-за спины Стервы. Добежавшая последней Кроха протолкнула подруг вперёд в модуль.

– Облако внезапно появилось на высоте тридцати метров, как будто ждало нас, сука, – Кроха со злости ударила по стенке вездехода и метнулась на выход. Зависнув в дверях, она посмотрела наверх и медленно повернулась ко всем.

– Пиздец господа-товарищи, оно висит в метре над нами.

– Самое время спеть…, – успела сказать Наташа и все утонули в оранжевой массе.

Мамонт бросился к Наташе, но вокруг всё пропало и он застыл как муха в янтаре не в силах пошевелиться. Пропали окружавшие его люди, обстановка. Мамонт ощутил под ногами пустоту поняв, что взлетает и испугался. Он довольно быстро поднимался над заснеженной котловиной и прекрасно видел все машины, застывшие внизу. Скорость подъёма увеличилась, и он уже летел, пронизывая облака пепла, закрывающие от всех Солнце. Он совершенно не ощущал дискомфорта, удушья или чего-то в этом роде. Минуты через две субъективного восприятия он вышел на орбиту. Да, да прямо в арктическом комбинезоне. Не совсем в нём, конечно, а окружённой чем-то вроде прозрачной плёнки похожей на янтарь. Но не это было главное, а то, что он увидел в космосе. Мамонт взглянул под ноги и с ужасом разглядел абсолютно серый с коричневыми и чёрными водоворотами шар. Это то, во что превратилась Земля после обмена ядерными ударами. Он же прекрасно помнил снимки с орбиты, которые показывали, как прекрасна планета. Как прозрачен воздух, какие у неё синие моря и океаны. Зелёная тайга, жёлтая пустыня, джунгли и прочее. Сейчас же под ним бурлило отвратительное серое месиво.

Мамонт с трудом оторвался от созерцания того, что они сделали со своим домом. И он, в том числе, права была Ирка. Всем замазаны, ну возможно кроме детей. Они как раз и не выжили. Их никто не встретил, они как будто пропали с лица планеты. Остались только взрослые, вот ещё интересный вопрос. Как такое могло произойти? Кого не спросишь, были дети, но погибли. Никто не выжил. Мамонту по долгу службы не положено было рассуждать о Боге, но в душе он верил в него. Может он и забрал этих невинных созданий, оставив на Земле искупать грехи их родителей. Мамонт обернулся и увидел вокруг себя бесконечное количество звёзд и само Солнце. Отсюда оно пылало абсолютно белым цветом. Молодой человек встряхнул головой отгоняя морок. Ну не может человек вот так просто путешествовать в вакууме. Сон всё это, вызванный оранжевой аномалией.

В глубинах бесконечного пространства возникла яркая точка. Она стремительно приближалась, развив бешеную скорость в космосе. По мере приближения она принимала знакомые формы. Неужели? Мамонт содрогнулся при виде приблизившейся к нему фигуры. Перед ним висел, еле шевеля золотыми крыльями ангел! От него исходило свечение, скрывающее детали, но то, что напротив Мамонта плыла в космосе человеческая фигура, молодой человек не сомневался. Какого она роста сказать было сложно, но выглядела огромной! Его крылья в размахе могли конкурировать с ИЛ-96. Какое-то время они молча смотрели друг на друга, в голове Мамонт возник хаос из сюрреалистических картинок, но он так и не понял, что хотел ему передать ангел. Наверное, что-то важное или это всё продолжение галлюцинаций. Затем ангел начал удалятся, так и не сказав ни слова. Мамонт ощутил неловкость и ему стало стыдно что, повстречавшись с ангелом, он так ничего и не понял. Впрочем, как он мог что-либо сказать в безвоздушном пространстве и вообще, ангелы разве говорят?

Вслед за ним Мамонт начал опускаться обратно в бурлящий серый котёл. Зажмурившись, Мамонт проткнул грязные облака и таким же образом, как и взлетел, приземлился на том же место откуда якобы поднимался. Мамонт не был уверен, что он куда-то летал. Больше походило на бред или воздействие галлюциногенов. Или воздействие оранжевой аномалии. Его опустило в жилой модуль беспрепятственно протащив через крышу. Мамонт на миг ощутил себя ещё раз мухой в янтаре. При следующем ударе сердца наваждение пропало и оранжевый туман рассеялся. Мамонт поймал в свои объятия летевшую к нему Наташу.

Глава 17

– Что это…, где я! – Наташа затравлено огляделась. – О, Господи, я ещё здесь! Какое счастье! – Она повисла на Мамонте. – Серёг, ты не представляешь, что я сейчас видела!

– Почему же, очень даже представляю, ангела? – улыбнулся Мамонт.

– Нет! Дьявола! – её глаза наполнились слезами. Молодой человек вгляделся в неё и изменился в лице.

– Натаха! Ты себя видела? – по его глазам она поняла, что-то случилось и ещё больше побледнела, став как лист бумаги.

– Так всё плохо? – она опять приготовилась плакать. – Шрам?

– Да нет же, милая! Ты не представляешь! – Мамонт повернулся к Крохе. – Кроха, дай Наташе зеркальце.

– Ах, ёж твою мать! – Кроха демонстративно прикрылась рукой увидев лицо Наташи. – Охренеть!

– Ну чего вам там вола ебёте, – вскипела Наташа, – на кого я похожа? На Квазимодо?

– На, смотри, – она открыла пудреницу и повернула зеркалом к ней. Наташа впилась глазами выискивая в отражении зеркала новые разрушения на лице. Но не найдя ничего, ахнула.

– Аномалия! Она полностью излечила меня, – закричала на радостях Наташа, – Кощей, никаких следов не осталось.

– И у меня, – мужик со сломанными ногами рассматривал их и не находил повреждений. – Как новые!

– И нас тоже, – раненые, дожидавшиеся своей очереди на радостях, ощупывали друг друга.

– Фантастика! – пробормотала Кроха. – Я чувствую себя заново родившийся.

– Здесь была ржавчина, – постучал по металлу Клёнов. – Я хотел подкрасить, а сейчас её нет.

– Мои ботинки как новые! – воскликнул кто-то.

– У меня была дырка на комбинезоне.

– Оранжевая аномалия всех обновила, – догадалась Наташа. – Но попутно сыграла на нервах. Кто что видел?

– Я заблудилась в зеркальном лабиринте и меня задушили чьи-то руки, вылезшие из зеркала, – Кощей потёр шею. – Натурально так, что я дышать не мог и задыхался. Ну его в задницу такие постановки.

– Фигня, я упала в горячий битум как мне показалось вначале, но потом это оказался расплавленный уран, – с ужасом на лице прошептала Кроха. – С меня начала слезать кожа, под ней я увидела мышцы всякие, и они пузырились, лопаясь от гноя.

– Фу, гадость какая, – пробормотала Лида.

– Как ты поняла, что это уран? – подозрительно спросил Клёнов.

– Не знаю, просто поняла и всё. Я засветилась изнутри как новогодняя ёлка, мои руки окутались оранжевым свечением. Так длилось примерно минуту, а потом я снова оказалась здесь.

– Чудеса, да и только. Оранжевая аномалия показала всем разное. Я, например шла по лесу и собирала землянику, – сказала Лида.

– И всё? – поднял бровь Кощей.

– Да. Прошла небольшую рощу и опять вернулась сюда.

– Мне пришлось понервничать, – признался Клёнов. – Я оказался в океане. Вода холодная, я в комбинезоне, меня тянет ко дну. Ветер поднялся, и я увидел воочию Девятый вал. Страху натерпелся за эту минуту.

– Я вообще попала в Ад, – призналась Наташа.

– И как там? – оживилась Кроха.

– Хреново, меня прибили голую к скале и стегали кнутами. И так натурально, я вам скажу. Серёга, а ты что видел?

– Я видел ангела в космосе. А ещё как мы свою планету превратили в серую клоаку. Она бурлит как деревенский сортир после пачки дрожжей.

– Печально, но так и есть, – Клёнов почесал затылок, – он тебе что-нибудь сказал?

– Нет, а как? Мы же в космосе были. Мне кажется, он посмотрел на меня как на идиота. Но это же всё видения? Нам всё это показалось. Надо ехать, есть у вас ещё одна рация для нас?

– Держи, первый канал общий. Второй со мной, но у нас и так связь есть.

– По машинам! – Мамонт нажал кнопку первого канала и махнула Наташе. – Идём.

Из котловины выехали нормально, чего-то особенного после встречи с оранжевой аномалией кроме обновления не заметили. Наташа сидела рядом с Мамонтом и не могла отвести взгляда от зеркала в пудренице. Она периодически закрывала её. А потом резко открывала и каждый раз боялась, что сейчас опять увидит свой отвратительный шрам. Через час примерно она перестала поминутно глазеть в зеркало и практически пришла в себя ту, которая спустилась в бункер. Отлегло, подумал Мамонт, оно и к лучшему, а то уж очень девка перепугалась.

– Фу…, – шумно выдохнула Наташа. – Надеюсь мои беды позади.

– Да ну? – взвилась Кроха, отбирая у неё пудреницу. – Ты так и правда думаешь?

– Надеюсь же, сказала. Что мы имеем? – спросила она скорее саму себя и начала перечислять. – Средство передвижения, очень хорошее. На таком бы по Тверской проехаться прямиком в Кремль. Представляю, как бы они там обосрались. В Брежнева один сумасшедший стрелял из обреза, так такой хай поднялся, а тут бронепоезд целый, мать его въезжает на Красную площадь!

– Да уж, – сверкнул оправой Кощей. – Там сейчас тысяч десять рентген, нам туда точно не надо.

– Мамонт, а наши в Капитолий попали? – спросила Кроха.

– А как же, прямо в маковку. Наши ракетчики лучшие. Есть ещё два артефакта, кстати, как мы системы будем в бункере заводить? Клёнов, что скажешь?

– Там наверняка дизель есть, но насколько его хватит неизвестно. И зачем он нам? Если у нас Батарейка есть?

– Снимем с вездехода и поставим вниз? – поморщилась Кроха. – Если выехать придётся, то бункер останется мёртвым?

– Вот не знаю. Нужна вторая Батарейка.

– Ага, они на деревьях растут. Большая удача, что нам повезло её найти, – покачала головой Кроха.

– Допустим бункер перетопчется на своих мощностях, если надо будет куда сгонять. Ведь как-то генералы рассчитывали там жить, – ответил Клёнов по внутренней связи. – А пока мы внутри, туннель можно заткнуть вездеходом под Куполом.

– Как это? – удивился Мамонт.

– Спустится вниз всей колонной. Грузовики начнут разгрузку, а вездеход обратно поднимется по центральному туннелю. Встанет перед внешней дверью под Куполом и если даже нас найдут и сломают двери, то Купол не даст им пройти дальше, – предложил Клёнов свою схему.

– Кроха, может Купол всю скалу накрыть? – спросила Наташа.

– Сомневаюсь, но попробуем. Вот это снегопад начался, как бы нас самих не замело. Мамонт, ты уверен, что правильно идёшь?

– Не уверен. Указателей нет, компас не работает. Вроде да. Можем, конечно, остановиться и подождать, но люди в грузовиках замерзнут или машины потом не заведём. Я помню котловину, когда мы возвращались утром. К ней мы шли по прямой, так и сейчас. По ощущениям ехать ещё минут десять. Если не покажется горбатый холм, то значит сбились.

– Всё равно, Мамонт, мне не нравится это место, – заявила Кроха.

– Какое есть, – пожал лейтенант плечами. – Почему?

– Первое это конечно же гидра с пауками. Вылезла раз, может вылезти и второй. Нет уверенности, а жить на иголках то ещё удовольствие.

– Согласен с тобой. Что-то ещё?

– А то ты сам не видишь. Долго мы проживём на припасах бункера? – задала животрепещущий вопрос Кроха. – Это, пожалуй, самое главное, что сейчас беспокоит всех выживших. У́рок, нас и других кто выжил. Страна у нас огромная и есть места куда не упало. Нам нужно стремиться туда. Солнца, конечно, нет, но его заменит Батарейка. Что-то вырастим для себя, что-то найдём.

– Тоже соглашусь, – кивнул молодой человек.

– Нужны семена, рассада, домашние животные, короче нам нужна пища. Самое главное и вода. Одежда есть, оружие тоже, в крайнем случае, мы сами оружие или можно найти, – предложила план Кроха.

– Пища, – как эхо повторила Наташа. – А девочка права.

– Я не девочка! – вспыхнула Кроха и покраснела.

– Да? Мать моя женщина. Кощей, ты что же это сделал с ней, мерзавец, – притворно воскликнула Наташа.

– Всё по обоюдному согласию! – фельдшер встрепенулся и даже снял очки думая, что сейчас его начнут бить.

– Да, шучу, расслабьтесь. Серёжа, в бункере может быть запас семян?

– Третий класс, однозначно должен. Четвёртый уровень предполагает проживание в герметичной среде не более месяца, а третий имеет полноценный замкнутый цикл. Удобств меньше, вооружения и по численности населения тоже. Но семена есть. Живности нету, это да.

– Могли уцелеть коровы или свиньи? Собак и тех не видно.

– Тараканы говорят точно пережили ядерную войну.

– Будем откармливать тараканов хлебом? – спросила Наташа. – С одной стороны чистый белок. Китайцы такую дрянь жрут за обе щёки. Ну что с них убогих взять. Их там миллиард, мяса на всех не хватает.

– Боюсь, что у тебя неверные сведения, их там ни хуя не осталось, – гнусно захихикал Кощей. – самих всех зажарили.

– Животных надо искать, скорее всего где-то остались. При испытаниях их привязывали на разных расстояниях от эпицентра. В двадцати километрах они спокойно выживали. Правда из такой овцы полушубок не сделаешь, но всё же. – Мамонт громко засмеялся. – Вспомнил лысых овец, прикольно смотреть на них. Корова нежное животное, а вот свинья и на десяти километрах выживала. Там не очень много было, двадцать килотонн всего.

– Но и у нас не мегатонна, – добавил Клёнов. – Мегатонными зарядами не пользуются, я слышал. Сто килотонн, да. Десять по сто возможно. Но ракеты не везде упали. Надо искать место.

– Правильно, – заметил Мамонт. – Мы перышки почистим, подумаем, составим план похода и тогда уже рванём искать землю обетованную. А вот приметный холм, горбатый! Не сбились всё же, Кроха. От него направо насколько я помню.

– В этот раз нас точно не найдут, колею почти сразу за нами закрыло, – умиротворённо сообщил Кроха

– Кто искать то поедет? Они сегодня неплохо получили по зубам, – поддакнул Кощей. – Половина точно сдохла.

– Не жалко? – спросил Мамонт.

– Кого, Мамонт? Очумел, что ли. Они бы тебя пожалели, ага, – кивнула Кроха.

– Сгорели обычные мужики, там таких большинство, думаешь блатные в первых рядах были? Как бы не так. Кто мешок картошки украл, кто шапку или стащил чего по пьяни. Вот таких мы сегодня и убили. А блатные себе ещё мяса наберут. В прямом и переносном смысле, – Мамонт от усталости клевал носом.

– Может тебя подменить? – предложила Наташа.

– Нет, уже приехали почти. Лучше ущипни! Бля, не так же больно, Наташ, – Мамонт потёр руку.

– Ты гляди куда рулишь!

– Да вот же наша скала, приехали! – Мамонт по рации передал, чтобы тормозили. Вездеход упёрся лучом прожектора в скалу. Вот и небольшой камень, по которому в тот раз барабанил Мамонт.

– Вдруг там опять гидра вылезла? – вспомнил свои страхи Кощей.

– Не…, нам бы ещё ту убрать. Или просто дверь закроем в бассейн?

– Вонять будет. Вылезаем! – сказал Мамонт, и открыл дверь.

– Погоди, Серёжа. Мне кажется, там кто-то есть! – Наташа всматривалась вперёд и повернула прожектора вправо. Луч сместился, рассекая густо падавший снег и выхватил из полумрака человеческие лица. Их было четверо, все в телогрейках и в шапках ушанках с завязанными сверху ушами. Но они совершенно не замёрзли и вообще непонятно как сюда попали. Люди были вооружены автоматами, а один даже противотанковым ружьём времён войны. Лица их ничего не выражали. На них не отобразилось ни капли удивления, они глазели на прожектор как манекены, хотя любой нормальный человек зажмурился бы. В плане закрыл глаза.

– Это ещё что за явление народу? Партизаны? – заржала Кроха.

– Реально, смотрите они в валенках, – Кощей указал на странно одетых людей. Мамонт же заметил у них на телогрейках офицерские ремни с двумя зубцами древнего образца и портупею. У одного из них через телогрейку висел планшет.

– Опасные ребята, на машине времени к нам приехали? – спросила Наташа.

– Смотрите, они очнулись! – вскрикнула Кроха. – Охренеть, эта обезьяна собралась стрелять из ружья! – Один из отмороженных партизан заряжал противотанковое ружье! Остальные спрятались за одиноко стоявший камень.

– Кроха, не стреляй по камню, дверь не откроется, – предупредил её Мамонт.

– Хреново придумали строители. Сюда не стреляй, туда не стреляй, а куда тогда стрелять?

– Сними этого алкаша! Он реально собрался по нам засадить. Он чего, нас за немцев принял? – холодно сказала Наташа.

– Жалко, свой же вроде. Мамонт, может перетрёшь с ним? – повернулась к лейтенанту Кроха.

– Если он ружьё опустит. Не хотелось бы дыру в пузе приобрести, – опасаясь сообщил Мамонт. – Может они контуженые там все. Вон как смотрят. Да они же не моргают, ребята! – ахнула Кроха. – Сука, зомбаки что ли?

– Давай я с ним поговорю, – вызвалась Наташа. – Я с такими ещё в редакции научилась говорить.

– Тебе мало что ли? Оклемалась? Лучше садись на место водителя, раздавишь партизана тогда в отместку.

– Да, да, иди, Серёжа, – кивнул Кощей, – мы позаботимся о твоей жене.

– Сволочь, – буркнул Мамонт и открыл дверь. Спрыгнув вниз, он вышел из-под защиты Купола. Партизан уже зарядил пушку и сейчас держал одной рукой противотанковое ружье подняв его на уровне пояса. В нём, между прочим, почти двадцать килограмм припомнил Мамонт. Крепыш махнул свободной рукой, мол, типа стой на месте. Из-за камня выбрались остальные трое и медленно направились к лейтенанту. Ноги они переставляли синхронно с руками и смотрелось это жутко. Подойдя на пять метров один из них, сказал голосом, лишённым интонации.