Текст книги "Информационная работа стратегической разведки. Основные принципы"

Автор книги: Вашингтон Плэтт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 23 страниц)

В некоторых случаях, когда положение в иностранном государстве резко отличается от положения в США, описанный метод может не дать решающих результатов или вовсе оказаться неприменимым. Однако в большинстве случаев с его помощью можно довольно точно установить правильность используемых нами критериев.

Изучение отдельных случаев как метод информационной работы

В исследовательской работе в области общественных наук часто применяются два совершенно противоположных метода: метод статистического анализа и метод изучения отдельных случаев. Эти методы настолько различны, что дополняют друг друга, помогая каждый по-своему установить истину. В каждом исследовании можно скорее добиться успеха, если применить отдельные элементы обоих этих _чметодов.

В качестве примера давайте познакомимся с исследованием экономического или социального положения семей в американской общине [50]50
  Под общиной в США понимается любой административный район, на территории которого действуют единые для данного района законы и установления. – Прим. ред.


[Закрыть](графстве, тауне [51]51
  Административная единица местного самоуправления в США; на тауны делится большинство американских графств. Под их контролем находятся местные школы, дороги и т. п. – Прим. ред.


[Закрыть], штате, сельском округе).

Одно из преимуществ метода статистического анализа заключается в том, что он позволяет охватить большое количество изучаемых объектов. В нашем примере с помощью этого метода могут быть изучены все семьи данного района или большое количество семей, взятых на выборку. Результаты исследования в этом случае обычно выражаются в обобщенном виде, в основном посредством таких показателей, как средние величины, и показателей распределения. Вот примеры использования этих показателей: доход одной семьи в среднем составляет 5000 долларов в год; доход распределяется таким образом, что 10 % семей получают свыше 15 000 долларов в год и т. д.; 40 % семей имеют по одному автомобилю и 5 % имеют по два и более автомобилей. Данные этого рода всем знакомы, и примеры можно приводить до бесконечности.

Напротив, применяя метод изучения отдельных случаев, мы отбираем явления, типичные для всей группы или подгруппы изучаемых явлений, и весьма детально анализируем каждое из них.Например, исследователь может написать: «Давайте рассмотрим положение семьи Джонса – типичной семьи со средним доходом. Господин Джонс женат, имеет двух сыновей и дочь. Семье принадлежит ферма стоимостью в 20 000 долларов, заложенная за 15 000 долларов. Джонсы имеют автомобиль марки «Шевроле», за который им остается выплатить 500 долларов. Джонсу 35 лет. Он окончил Техасский агрономическо-механизаторский колледж. Сыновья Джонса принимают активное участие в работе клуба 4-Н и предполагают, что станут фермерами, и т. д. и т. п.»

Каждое изучаемое явление связано с таким большим количеством фактов, что на определенной стадии исследования возникает необходимость применить какой-либо способ выражения этих фактов в обобщенном виде. Суммарные данные, средние значения, нормы отклонений от средних – все эти категории приносят пользу, однако с двумя существенными оговорками. Во-первых, взятые сами по себе, они могут ввести в заблуждение и, если их применять без разъяснений, могут привести к абсурдным выводам. Например, лица, окончившие Гарвардский университет, в среднем имеют 2,2 ребенка и 0,9 жены. Посетители кафетерия в среднем съедают за завтраком 0,1 ломтика яблочного пирога, 0,2 порции мороженого и 0,25 порции салата и т. д. В среднем акционер данной компании имеет 300 акций, а в действительности нет ни одного акционера, владеющего именно таким количеством акций. Несколько директоров компании имеют по 100 000 акций каждый, а тысячи служащих и рабочих по 5—10 акций (вопрос о средних значениях рассматривается в главе 6).

Второе возражение против сваливания в кучу отдельных явлений и применения для их характеристики суммарных величин и средних значений состоит в том, что эти показатели не отражают человеческой, эмоциональной стороны жизненных явлений. Мы можем представить себе правдоподобное положение—9 выпускников Гарвардского университета имеют жен, и один не женат. Но никто не может представить себе среднеговыпускника, имеющего 0,9 жены (во имя истины и строгих академических традиций нам следует выражаться более точно и сказать – 0,937 жены).

Итак, статистический анализ и обобщения полезны. Однако крайне желательно дополнять их изучением отдельных случаев,приводя конкретные примеры положения отдельных людей, общественных групп, ферм и т. д., рассказывая о прошлом, настоящем и будущем этих людей, об их успехах и неудачах, одним словом, показывая их живыми, полнокровными. Тем самым мы внесем в разведывательную информацию важнейший элемент – саму жизнь.

Приступая к изучению американской общины, ученый, работающий в области общественных наук, в большинстве случаев свободен в выборе метода. Он заранее может решить, какая роль будет отведена им статистическому анализу, изучению отдельных случаев и другим методам.

В информационной работе дело обстоит иначе. Здесь часто приходится довольствоваться доступным материалом. Например, выполняя задание, сходное с описанным выше, изучая положение в колхозах Куртэнии, нам, может быть, придется почти целиком полагаться на статистические данные, публикуемые в прессе Куртэнии. Когда часть работы будет проделана, мы можем вдруг встретиться с одним-двумя перебежчиками, которые осветят этот вопрос совершенно иначе,чем он освещается официальной статистикой, а именно они могут рассказать о своей собственной жизни и жизни нескольких соседей.

Таким образом, проводя исследования в области общественных наук и в том числе в области информационной работы, в большинстве случаев весьма желательно использовать обаметода. Метод изучения отдельных случаев особенно важен для разведки, так как она широко прибегает к опросу военнопленных, перебежчиков, использует случайные контакты различного характера.

Рассматривая вопрос о применении этого метода в информационной работе разведки, целесообразно познакомиться с его сильными и слабыми сторонами.

Рассмотрение сильных сторон метода изучения отдельных явлений мы начнем с того, что приведем цитаты из книги Гуда и Хэтта [18].

«Изучение отдельных случаев… является таким способом систематизации социологического материала, который позволяет сохранить целостность социального явления – объекта исследования.Другими словами – это метод, при котором любая общественная единица берется в целом. При таком подходе любая общественная единица почти всегда изучается в ее развитии.В качестве такой единицы может выступать отдельная личность, семья или другая общественная группа, совокупность общественных отношений или процессов… или даже все общество».

Метод изучения отдельных случаев учитывает развитие и изменения явления, или, говоря другими словами, позволяет показать их в динамике, и этим он отличается от статического подхода.

Интересно отметить, что с незапамятных времен этот метод неизменно лежал в основе фольклора всех народов. Самое ценное качество этого метода состоит в том, что благодаря ему мы получаем живое, одухотворенное представление о явлении и нам открывается та часть истины, которую невозможно раскрыть с таким совершенством с помощью любого другого метода.Бернард [60] пишет:

«Описание отдельных случаев, если оно сделано точно, всегда правильно отражает реальную действительность, в то время как статистические обобщения, за исключением тех случаев, когда все подвергнутые статистическому анализу явления охарактеризованы каждое в отдельности, представляют собой лишь приближающиеся к действительности абстракции».

Метод изучения отдельных случаев приносит больше пользы на начальной стадии работы, при проведении предварительных исследований, чем на последующих стадиях.

Слабые стороны этого метода и вытекающие из них опасности обусловлены в основном двумя причинами. Первая причина состоит в том, что фактически исследование может охватывать лишь незначительное количество случаев. Даже если исследователь опишет в своей работе сотни отдельных случаев, читатель сможет удержать в голове лишь несколько из них. Когда же мы исследование основываем на анализе небольшого количества случаев, всегда существует опасность, что используемые источники информации могут оказаться необъективными или ненадежными. Например, если десять перебежчиков дают каждый в отдельности крайне отрицательную характеристику положению в стране, из которой они бежали, их информация может показаться убедительной. На самом же деле каждый из них мог давать информацию под воздействием некоторых одинаковых факторов. Такими факторами могут быть – ненависть к новому режиму, установленному в стране, из которой он только что бежал, желание оправдать бегство из родной страны. Тогда как оставшиеся в данной стране люди, мнение которых нам неизвестно, могут быть вполне удовлетворены существующим положением.

Отобранные случаи могут не давать правильного представления о всем «населении» или всех изучаемых явлениях, как это видно из приведенного выше примера. Так может случиться, даже если каждый отобранный случай получил правильную оценку и был точно описан. Анализ небольшого количества случаев может дать правильное представление о всем народе или какой-либо значительной части народа только при условии, если все население или соответствующая частьнаселения однородны по своему составу. Лица, читающие труды исследователя, склонны преувеличивать значение отобранных им случаев и считать, что эти случаи обязательно правильно отражают общее положение. С этой опасностью связана другая – преувеличение значения нетипичных явлений.

Причина второй опасности, вытекающей из использования метода изучения отдельных случаев, состоит в том, что исследователю трудно дать объективную оценку этим случаям, поскольку он непосредственно и тесно соприкасается с предметом изучения. Гуд и Хэтт [18] дают в этой связи следующие разъяснения:

«Основная опасность, связанная с использованием этого метода, кроется в реакции исследователя.У исследователя возникает ложное убеждение в правильности своих выводов… каждый случай,рассматриваемый как отдельное звено, приобретает в сознании исследователя характер законченного всеобъемлющего явления. Это вполне можно сравнить с чувством… уверенности в наших близких друзьях. Короче говоря, этот метод порождает у исследователя эмоциональное чувство уверенности в своей правоте, причем гораздо более сильное, чем прочие методы исследования».

Меры, которые следует принимать, чтобы избежать указанных опасностей, сводятся вкратце к следующему:

1. Ясно представлять себе существующие опасности и быть готовым энергично преодолевать их.

2. Тщательно отбирать для исследования случаи, в достаточной мере отражающие все важные аспекты изучаемого явления, обращая особое внимание на то, чтобы полное отражение получили взгляды, идущие вразрез с точкой зрения самого исследователя.

3. Старательно выявлять и отбрасывать сведения, поступившие из не заслуживающих доверия источников.

4. Обеспечивать критику положений, выдвинутых исследователем, и особенно первого варианта его работы, со стороны его коллег, которые не находятся, подобно ему самому, под впечатлением непосредственного соприкосновения с объектом изучения, оказывающего на него определенное влияние.

Сотрудник информационной службы сталкивается в данном случае с особыми трудностями. Дело в том, что в его распоряжении могут оказаться сведения относительно весьма небольшого количества «случаев», которые к тому же ни в коей мере не являются типичными. Несмотря на все их недостатки, глубокое изучение этих, возможно, необъективных данных об отдельных случаях позволит ему написать определенную часть подготавливаемого им документа и таким образом раскрыть какую-то одну сторону изучаемого явления, о которой никаким другим путем нельзя получить представление. Такими сведениями не следует пренебрегать, несмотря на указанные нами их недостатки. Составляя документ, автор должен сначала сам четко представить себе положительные и отрицательные моменты отдельных случаев и затем довести это до сведения лиц, для которых он готовит информационный документ.

Все, о чем мы писали до сих пор, можно рассматривать в качестве типичного примера использования общественных наук в информационной работе в том плане, как это было определено в самом начале главы. Рассматривая метод изучения отдельных случаев, мы видели, что работа, проделанная ранее в области общественных наук, окажет помощь офицеру информации именно таким образом, как мы указали в начале главы:

«Во-первых, позволит уяснитьосновные моменты задания… Во-вторых, подскажетметоды… В-третьих, поможет избежать наиболее распространенныхошибок… В-четвертых, укажет… источникидля дальнейших исследований».

Мысль о таком использовании достижений общественных наук в информационной работе разведки красной нитью проходит через всю книгу, хотя в других частях книги она, возможно, выражена не так четко, как в данной главе. Автор все время стремится помочь работникам информационной службы понять основные принципы, подсказать методы работы, предупредить об ошибках, указать соответствующие источники для изучения. В некоторых случаях автор не видел необходимости регламентировать каждый шаг работника информации.

УСТОЙЧИВОСТЬ ГРУППОВОГО И НАЦИОНАЛЬНОГО ХАРАКТЕРА

«Из книг, за написание которых никто не возьмется, самыми сложными являются книги о народах и национальном характере».

Жак Барцун. Цитируется по Клайнбергу [61].

Приведенная в начале раздела цитата может произвести на читателя удручающее впечатление. Дочитав раздел до конца, читатель убедится, что дело обстоит не так уж плохо.

Цель, которую преследует здесь автор, проста. В самых высоких инстанциях часто употребляется такое понятие, как национальный характер. Мы часто читаем о немецкой основательности, восточной жестокости, французском остроумии и т. д. В какой мере правильны эти характеристики? Каким образом лучше всего можно использовать их в информационной работе разведки?

Безусловно, если характер каждого народа действительно имеет определенные отличительные черты, то их знание будет в большой мере способствовать правильной оценке вероятного курса действий данной страны и предсказыванию ее возможностей на много лет вперед. С другой стороны, если те или иные черты характера данного народа неустойчивы или в недостаточной мере ему присущи, надо быть настороже, не допускать, чтобы нас вводили в заблуждение даваемые народам характеристики, которые без всякой критической проверки обычно принимаются за чистую монету.

Мы можем начать рассмотрение поставленных вопросов с разбора аналогичного понятия – характер отдельной личности.С давних пор войсковая разведка использует сведения о характере военачальников противника. Разведывательная информация такого рода имела большой спрос во время второй мировой войны, особенно в ходе военных действий в Европе. Например, об одном немецком командующем было известно, что он действует активно и умеет смело и искусно использовать в бою танки; другой, по имеющимся сведениям, умел упорно обороняться; третьего можно было заставить отступить, предприняв активную демонстрацию силы. Данные такого рода о характере отдельных лиц оказывались особенно полезными. Если бы мы не использовали полностью сведения о характере командующих неприятеля, это было бы равноценно выбрасыванию на ветер ценной разведывательной информации. Пожалуй, особенно широко подобные сведения использовались во время гражданской войны в Америке, когда командующие обеих сторон часто знали друг друга лично. Участники гражданской войны очень много писали об этом в своих мемуарах. Наполеон также широко использовал сведения о характере военачальников противника. См. Фараго [54 Б].

Имеют ли общественные группы и народы определенный характер?

Теперь мы перейдем к рассмотрению отдельных групп и народов. Термин «группа» мы используем в качестве общего понятия, включающего народ или группу людей в рамках данного народа, например высшие классы Великобритании, офицеров немецкого генерального штаба, французских мыслителей XVIII века.

Нас удивляет, что такие понятия, как «характер» группы или «склад ума» группы, получили широкое распространение и всеобщее признание.

Разведчик-исследователь должен решить, в какой мере он готов использовать в отношении какой-то общественной группы понятие «характер» в том ясном для него смысле, в каком он его употребляет, говоря о своих знакомых и отдельных общественных деятелях. Чтобы показать, какое широкое распространение в высших научных кругах получили понятия «характер» и «склад ума» группы, мы из большого количества фактов приведем лишь несколько примеров. Посетив недавно книжный магазин Колумбийского университета, мы обнаружили там пять сравнительно недавно изданных книг, в заголовках которых упоминался групповой или национальный «склад ума». Кдайнберг [61] [52]52
  Клайнберг неоправданно назвал свою статью «Наука, о национальном характере». Науки о национальном характере, конечно, нет, точно так же как нет подлинной науки о характере отдельной личности. Однако он приходит к интересным выводам. «Я не без основания пессимистически оцениваю состояние данной «науки» в настоящее время, тем не менее я серьезно надеюсь на ее успешное развитие в будущем. Достичь этого трудно – вопрос это сложный, но поставленная задача не невыполнима… Мы можем создать науку о национальном характере».


[Закрыть]в отличной и глубокой статье, посвященной национальному характеру, пишет: «Более половины авторов, написавших статьи для отдела «Психологические соображения, связанные с установлением мира», организованного в апрельском номере журнала «Джорнал оф Эбнормал энд сошиал психолоджи» за 1943 год, сочли необходимым в той или иной форме непосредственно затронуть вопрос о национальном характере».

Автор превосходного исторического труда «Немецкий народ» Вейт Валентин пишет: «Таким образом, свойством национального характера стало мелкое своекорыстие – завистливость, обидчивость, ревность, честолюбие, лишенное великодушия… Все эти качества способствовали появлению второй типичной стороны немецкого национального характера – рассудительности, почтения к властям, мундиру, титулам, чиновничеству и системе осведомления».

В последней главе работы Коммаджера [63] «Склад ума, образ мыслей и характер американцев после 1880 года» содержится ряд общих определений американского характера, которые автору настоящей книги представляются правильными. Коммаджер отметил такие черты американцев, которые в значительной мере не свойственны другим народам, поэтому они представляют определенную ценность для разведки иностранного государства, желающей понять американцев и определить возможное развитие американской политики.

Другой пример. В книге Сантаяны [64] есть глава «Лучшие качества английского характера». Характеристики этой главы применимы только к англичанам, и автор настоящей книги не знает другого народа, на который можно было бы их распространить.

А вот пример из другой области. Одно серьезное исследование, посвященное тактике английской пехоты [65], начинается с провозглашения в качестве основного постулата положения о том, что тактика пехоты «должна строиться на учете особенностей национального характера». Далее автор работы – англичанин – перечисляет пять основных качеств английского характера, имеющих отношение к его исследованию. Одним из них является «отсутствие воображения и вытекающая отсюда абсолютная уверенность в конечной победе». (Английский солдат не может представить себя побежденным, поэтому он держится и в конце концов побеждает. Солдаты, принадлежащие к народу с более живым воображением, яснее видят все опасности и немедленно сдаются.) И снова мы чувствуем, что мысли исследователя заслуживают внимания. Разведчику полезно читать такие книги. Наконец, известный английский дипломат Никольсон [66] отмечает некоторые особенности характера древних греков. Он считает, что национальный характер греков постоянно оказывал влияние на политику Греции.

Для того чтобы яснее показать, что мы имеем в виду, когда говорим о национальном или групповом характере, ниже приводится список некоторых черт характера. Эти черты сохраняют свою силу при различных условиях и на протяжении достаточно длительного периода времени, в связи с чем представляют определенную ценность для информационной работы стратегической разведки:

Трудолюбие

Основательность

Прогрессивность

Энтузиазм

Патриотизм

Воинственность

Смелость

Настойчивость

Справедливость

Воля к победе

Надежность

Правдивость

Великодушие

Острый ум

Мечтательность

Одухотворенность

Чувство сотрудничества

и качества, противоположные указанным.

Следует признать, что понятие «национальный характер» для исследователя весьма удобно. Относительно него можно делать различные поверхностные заключения, и всякий читатель может придумать многочисленные примеры, подтверждающие почти любое такое заключение. Вместе с тем такие заключения довольно расплывчаты, чтобы с ними легко было согласиться.

Приводимый в приложении Б список работ, в которых по-разному описывается американский характер, показывает, насколько различными и, следовательно, неопределенными могут быть наши оценки национального характера.

Аналогичное положение, сложившееся в другой области, может послужить нам предостережением. Годами в литературных произведениях широко практиковалось описание характерных особенностей действующих лиц. «Высокий лоб» указывал на «проницательность ума». Адмиралы наделялись «сильным подбородком», а определенные женщины «чувственным ртом». Эти характеристики устраивали писателей и читателей. С их помощью легче было нарисовать в словах живой портрет человека. Эти характеристики использовались лучшими писателями, и почти все считали их правильными.

К сожалению, критический анализ показывает, что характеристики такого рода отнюдь не являются правильными. В противном случае мы могли бы по лицу определять характер человека. Они не только бесполезны, но могут ввести в заблуждение при оценке характера человека. Ожидает ли удобное и привлекательное понятие национального и группового характера такая же судьба после того, как оно будет критически изучено?

О возможности широкого использования в информационной работе разведки понятия «групповой характер» многие предпочитают ничего определенного не говорить. Другие это понятие энергично критикуют. Автор повторяет, что его цель при написании данного раздела состояла в том, чтобы извлечь все, что есть действительно ценного в этом понятии, и избежать опасностей, которые могут возникнуть при его использовании. Автор повторяет также, что, поскольку это понятие все чаще встречается в специальной литературе, офицер информации долженопределить к нему свое отношение. В противном случае он невольно может воспринимать это понятие как абсолютно точное.

Некоторые определения и разъяснения

Прежде всего давайте еще точнее определим рассматриваемое понятие и установим некоторые рамки, ограничивающие его практическое применение.

Мы имеем в виду черты характера, а не профессиональные навыки или даже обычаи как таковые. К чертам характера относятся энергичность, упрямство, отвага, осторожность, воля к победе, стремление выйти из борьбы и другие качества, указанные в приведенном списке.

В информационной работе мы часто сталкиваемся свопросами, касающимися отдельных народов, поэтому целесообразно остановиться на национальном характере. Представители современной общественной науки склонны подчеркивать, что народы не имеют другой общности, кроме территории и центрального правительства. В рамках одного народа могут существовать самые различные этнические, культурные или даже языковые группы. Народ может состоять из весьма различных классов – крестьян, промышленных рабочих, высших классов и т. д.

Таким образом, мы можем признать, что отмеченное обстоятельство в значительной степени упрощает вопрос о том, имеется ли групповой и национальный характер, а в известных случаях – когда мы рассматриваем характер различных общественных групп народа, а не всего народа в целом – этот вопрос приобретает особый смысл, чего нельзя сказать о других случаях, когда мы поступаем иначе. Сначаламы можем рассматривать характер отобранных групп, а затемв случае необходимости пытаться описывать характер народа в целом.

Всем нам известно, что в любой стране подавляющее большинство народа действует и должно действовать в соответствии с политикой, вырабатываемой правительством. По решению правительства люди идут на войну, завязывают дружбу с народами тех или других соседних стран, платят высокие налоги для финансирования системы социального обеспечения и т. д. Подразделяя народ на группы, часто удается выявить те из них,которые занимают руководящее положение, и таким образом установить практически значимыйнациональный характер и предсказать курс действий данного государства. Такие предсказания гораздо легче было делать пятьдесят и более лет назад, чем в настоящее время.

Например, в XIX веке английские высшие классы представляли собой вполне определенную группу, занимавшую практически господствующее положение в правительстве. Уяснив характер высших классов, можно было в значительной мере установить, как проявляется английский национальный характер в отношении к таким вопросам, как война, дипломатия и многие другие.

Другой пример. Определенную группу американских семей на западной границе можно было назвать смелой и предприимчивой, если небольшая часть этих семей постоянно устремлялась в неизведанные земли, создавая тем самым на данном участке границы атмосферу активной предприимчивой деятельности. Еще один пример. Общественная группа в целом может быть названа «воинственной» при следующих условиях: если ее руководители воинственны в точном смысле этого слова; если значительная часть мужчин этой группы готова следовать за руководителями и из них можно сделать хороших солдат, пусть даже не очень рвущихся в бой; если в группе отсутствует организованное меньшинство сторонников мира.

Итак, применительно к целям настоящего исследования можно считать, что характер любой общественной группы отражается в ее практической деятельности. Обычно в любой общественной группе регламентирует жизнь и принимает решения незначительное, но энергичное меньшинство, голос которого звучит громче всех (см. гл. 6, Правило трех частей).

Теперь мы сравним наши знания о характере отдельных людей и то применение, которое эти знания могут получить в информационной работе, с аналогичными знаниями относительно группового характера и применением этих знаний опять-таки в информационной работе.

Автор убежден, что в характере каждого человека имеются черты, которые можно изучить и по которым можно с полной уверенностью судить о действиях человека в данных конкретных условиях. Автор убежден, что большинство читателей разделяют его точку зрения. Так, например, в прошлом характер людей, стоявших во главе немецкого генерального штаба, и в определенной мере характер всего офицерского корпуса Германии определял характер ее армии.

Теперь все обстоит сложнее. Однако, пожалуй, и в настоящее время можно определить практически значимый [53]53
  Практически значимый характер отдельного человека или группы представлен теми чертами характера, которые настолько ярко выражены и настолько сильны, что явно обнаруживают себя в действиях данного индивидуума или данной группы. Например, нельзя сказать о человеке, что практически он является скандалистом, только на том основании, что он имеет склонность к ссорам. Его можно назвать скандалистом, если он часто вступает в ссоры. Об общественной группе нельзя сказать, что она практически прогрессивна, если она только стремится к прогрессу. Ее можно охарактеризовать как прогрессивную только в том случае, если своей деятельностью она обеспечивает явный прогресс общества.


[Закрыть]национальный характер и предсказать вероятный курс действий многих развитых государств, учитывая особенности характера нескольких групп, играющих в данной обстановке решающую роль.

Задачу можно упростить, кроме того, путем отказа от рассмотрения некоторых групп, часто довольно крупных, которые в данной конкретной обстановке практически не играют заметной роли. Например, изучая Канаду, можно не учитывать эскимосов, но нельзя обойти канадских французов. Иногда одна группа, такая, как, например, фермеры или профсоюзы, практически может сорвать определенные действия правительства.

Далее, описывая характер какой-то группы, мы отнюдь не считаем, что все ее представители думают и действуют одинаково и имеют именно такой характер, как мы установили. Мы считаем только, что такой характер имеют достаточно многопредставителей группы и это оказывает воздействие на характер и даже на репутацию группы в целом.

Мы исходим из того, что любому из нас легче составить какое-то представление о характере отдельной личности, нежели о целой группе. В детстве мы начинаем с изучения отдельных членов своей семьи. В дальнейшем процесс изучения нами характеров отдельных личностей продолжается ежедневно в течение всей нашей жизни.

И напротив, в нашей повседневной деятельности нам обычно не пр'иходится изучать характер какой-либо большой группы, члены которой могут быть рассеяны на значительной территории. Далее, хотя никто не сомневается в том, что каждый индивидуум имеет свой характер, скептик на данной стадии рассмотрения этого вопроса вполне может заявить, что вероятность наличия у группы общего характера не больше чем вероятность наличия общего банковского счета у людей, оказавшихся в какой-то момент на центральном вокзале в Нью-Йорке.

Ниже мы рассмотрим еще два вопроса: 1) Имеется ли групповой характер и, следовательно, можно ли использовать данные о нем в информационной работе? 2) Если такой характер имеется, можно ли получить о нем достоверные сведения?

Некоторые возражения и частичный ответ на них

Предположим для начала, что на оба поставленных выше вопроса можно дать утвердительный ответ. Исходя из этого предположения, давайте рассмотрим некоторые возражения, выдвигаемые против попыток использовать понятие группового или национального характера в информационной работе стратегической разведки.

Возражение 1. Понятие «групповой характер» не является настолько определенным и устойчивым, чтобы мы были уверены в том, что данная группа будет действовать в соответствии с приписываемым ей характером, например проявлять трудолюбие, консерватизм, упрямство, мужество.

Ответ. Отдельный человек также не всегда действует в соответствии с его «характером». Однако наше представление о характере отдельных людей является достаточно правильным, чтобы мы могли уверенно судить о том, как будет действовать данный индивидуум при определенных условиях. Важно знать характер человека, с которым нам приходится иметь дело. Если мы во взаимоотношениях с этим человеком не используем сведений о его характере и рассматриваем его как среднего индивидуума, мы тем самым лишаем себя больших преимуществ.

Возражение 2. Национальный и групповой характер изменяется со временем (например, современные итальянцы сильно отличаются от древних римляй).

Ответ. Так же обстоит дело и с характером отдельных людей. Безрассудный юноша становится осторожным старцем. Изменение группового характера происходит медленнее, чем индивидуального. Если групповой характер остается в основном неизменным в течение всего периода, охватываемого разведывательной оценкой, например в течение десяти лет, мы спокойно можем не принимать во внимание тех изменений, которые могут произойти с ним через сто лет. Необходимо только проявлять осторожность при использовании исторических данных для оценки современного группового характера. Свойственные англичанам елизаветинской эпохи активность и предприимчивость сейчас, возможно, отсутствуют.