Текст книги "НЛО: Она была (СИ)"

Автор книги: Вадим Сатурин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц)

НЛО: Она была

День 0

Обо всем по порядку. Чтобы осознать, случившееся в маленьком городке в момент моего скоротечного присутствия и после, нужно выдохнуть и взглянуть на картину сверху.

Мне тридцать лет, я веду малоизвестный блог и подкаст про конспирологические теории. Да, один из тысячи одинаковых каналов, где можно погрузиться во вселенную «плоской земли», «власть трехсот», загадки Египта и прочие «БАДы» для ума. «Майкл Джексон жив», «Гитлер сбежал в Аргентину», «юбка Бритни Спирс железобетонно была в клетку» – мое хобби в свободное от работы время.

Я, кстати, не из тех, кто в это верит. Скорее, коллекционирую «аномалии» ради прикола, каждый раз убеждаясь в безграничности человеческой фантазии.

В город, о котором ничего не знал, я приехал в середине марта. Даже название не слышал ранее. Елейск. Окей. Елейск так Елейск.

Градообразующее предприятие – исправительная колония, появившаяся вместе с первыми постройками. Численность населения падает в арифметической прогрессии. Есть Дом Культуры, но судя по фото в сети, нет жизни в нем.

Билет. РЖД. Чай. Двенадцать часов на поезде – мелочь.

Выйдя с душного вокзала, я скинул тяжелый рюкзак, обернулся. Поздний вечер. Темно. Очень темно. Свет нескольких фонарей, лампочка, одного из которых работала в режиме стробоскопа – вот-вот перегорит.

Провинциальный вайб. Одноэтажное здание вокзала, обшитое сайдингом, несколько бомжей и сразу три рекламных вывески: «Экскурсии на место встречи с НЛО», «Путешествие к базе инопланетян», «Летающая тарелка? Узнайте все сами!» Рядом киоск «Неопознанная шаурма» и кофейня UFO Coffee.

«Креативно! Маркетингу пять. Замутили „Зону 51“ в глуши», – улыбнулся я и вызвал такси до единственного в городе отеля, имеющего сайт и карточку в приложении для бронирования.

– Лечиться вам надо, едите сюда, едите. Итак, с головы капает! – несмотря на меня, ворчала согнутая пополам бабуся с лыжной палкой вместо трости. – Ночь на дворе уже, так в чужие сны попадете.

Воздух откровенно вонял смесью каких-то химических выбросов и находящимся по соседству мясокомбинатом. Про него я загуглил. Он появился позже колонии, с переменным успехом работал после развала СССР и ожил с вливанием в городок инвестиций.

В девяностые чего только на комбинате не мутили: разливали паленую водку, делали сухари, кетчуп, потом шили «абибасы» и «майки». Время сделало ход конем – теперь снова свиньи, мясо, кровь, жир и вонь.

Старенький «рено логан» со скрипом тормозов остановился за моей спиной.

– До «Уюта»? – спросил таксист.

– А? Да-да! Отель «Уют», пожалуйста.

– Не отель, а гостиница. Рюкзак в салон. Багажник заклинило. Не ломать же? После смены заеду на СТО к Михалычу. Ночь сегодня не такая пугающая. Даже экскурсии решили катать. Прямо на сидение свой сумарь ставь, но аккуратно. Хотя оно уже грязное, – тараторил водитель, сидя в куртке и шапке и держа руль за облезлую кожаную оплетку. Мужик был настолько толстым, что баранка буквально впивалась в его живот, негласно массируя органы.

Я потянулся за ремнем безопасности.

– Да не надо. До гостинки рукой подать. У нас в городе ДТП не бывает. А почему? А потому что машин мало. Дураков хватает, автомобилей нет, – на собственную шутку таксист засмеялся, но увидев мой строгий вид, быстро спрятал улыбку. – Ладно. Вам не понять. А у вас автомобилей больше, чем дебилов? Или один к одному?

– Может, поедем?

Машина взвизгнула, словно коню ударили шипами в бока.

– Вы на свинокомбинат к нам сосланы или?

– Или.

– А-а-а, значит, по НЛО приехали. Понятно, все мне понятно.

Я не выдержал:

– Простите, здесь все такие любопытные?

– Так и вы такой же, иначе бы не приехали, – неловкая пауза. – Кто выжил, да. В смысле, я не то хотел сказать. Кто остался, а не уехал, – опять молчание. – Достали на вокзале?

– Еще в поезде.

Приоткрыл окно. Мне всегда душно, а в салоне пахло дешевой вонючкой.

– Значит, ситуация с пришельцами все поменяла?

Водитель вздрогнул.

– Не то слово. Город был полностью закрыт без малого год. И не думайте, что шучу. Закрыт намертво. Законсервирован, если хотите. Дыру в заборе и ту замуровали. Это показатель – дырень, которая жила своей жизнью со дня основания комбината. Значит, что-то серьезное.

Информации о том, что именно случилось в городке, в сети почти не имелось. Обрывки. Заметки.

Сначала полился поток фейков: от метеорита через попадание ракеты до контакта с пришельцами. Обычные книжные истории, приправленные происходящим в мире, соединились с желаниями хайпануть и превратились в гремучую смесь «желтухи». Почти как золотая лихорадка, только новостная. А потом резко наступила тишина. Ни опровержений, ни доказательств, ничего. Часть постов удалены, какие-то заблокированы.

С камерами в «Пункт N» не пускали и не пускают по сей день. Шмон конкретный. Одного блогера, пытавшегося протащить «шпионскую штучку», развернули на месте.

Таксист продолжал ворчать:

– Да, правильно говорите. Муха в городок и то только по аусвайсу залететь могла. Что? Блогеры? Какие блогеры? Не, никого. Нас-то не выпускали. Только на катафалке до крематория если. И никого не впускали. Только прахом в урне если. Хотели переименовать город. Название так и не выбрали.

– Наверное, у всех местных появилось резкое желание куда-нибудь съездить?

– А зачем? Не поверите, но я первый раз увидел снижение цен в магазине. Клянусь этой французской трахомой, – удар по рулю. – Как Елейск закрыли, так цены почти вдвое снизили. Спасибо инопланетянам за это. Низкий поклон их внеземной цивилизации. НЛО еще встретить можно, а вот, падение цен. Вот где мистика!

Я выдохнул. «Неужели он реально в это верит?»

– И сильно снизили? И на алкоголь?

«Наверное, чтобы усыпить бдительность. Сытый человек – спокойный человек», – подумалось мне.

– И на бухло. И на табак.

– Чем объяснили акцию?

Водитель ударил в центр руля, протяжно просигналив единственной впереди машине.

– Придурок. Кто так резко тормозит⁈ Скользко же! Идиот. Не один на дороге. Двое нас. Так-с, значит, снижение цен. Акция? Да какая акция, просто снизили, и никто не спрашивал. Всем плевать. Обрадовались, что по цене десяти штук можно купить двадцать яиц, и купили сразу тридцать. Стратегические запасы. У нас на каждое поколение свои НЗ.

– Вам не было страшно или хотя бы, ну, интересно разобраться в ситуации?

– Не, ну, я прикинул, конечно. Поразмыслил, пообщался с военным. Прапорщик. Выпивали вместе. Он шепнул, что НЛО ни при чем. Завод реанимируют. Мол, просто хотят сохранить население. Кадры. Кадровый голод. С перестройки жителей-то втрое уменьшилось. Кто умер, кто спился и вот-вот умрет. Молодежь вообще бежит без оглядки. Девять классов и за лучшей жизнью. А там как получится. Они прямо с роддома рванули бы, если ходить умели. Мелкие по улицам шныряют, а по глазам видно – всех ненавидят, все ненавидят.

– Значит, за завод сразу взялись?

– А то. Заработал пуще прежнего. Сам хотел на него пойти, но…

– Но?

– Но животных люблю. Не смогу. Думал, может, шофером наняться, а как представляю, что хрюшек на убой возить, то. Не, их я люблю. Да и у деда Машка была. Умная и верная. Это я про свинью. Поэтому лучше в такси. Хотя грязи пассажиры оставляют не меньше, чем… Ой, простите. Не снижайте рейтинг, – осекся мужчина.

– Да все ок. И забавно. Но вы же не вегетарианец?

– Не, конечно, нет. И свинину ем. Шашлык люблю, если не сильно приправами начинять. Короче, я готов платить магазинам, чтобы не видеть свиноубийства. Так проще, но, может быть, не очень-то и честно по отношению к свиньям.

– Отказаться от мяса не пробовали?

– Нет. Зачем? Мы часть пищевой цепи. Да и зимой здесь такая дубарина, пожрать нормально – святое. А пришельцы-то – придурки. Почитать надо было про климат, изучить все, прежде чем в такой жопе мира высадку делать. У нас в феврале хрен тачку с утра заведешь, не то, что их «летающую кастрюлю». Вот оно как! – водитель открыл окно, смачно харкнул, поправил зеркало заднего вида.

Я смотрел на прохожих. Люди как люди. Ничего подозрительного. С пакетами и сумками циркулируют по улицам в своих делах, заботах. Да и городишко типичный для провинции: кирпичные, панельные пятиэтажки, старые двухэтажные дома с французскими балкончиками, ларьки. Естественно, известные бренды супермаркетов. Нет-нет, да встретишь олдскул «Компьютеры и оргтехника», «Салон красоты Виктория», «Продукты Напитки».

– А это что? – указал рукой на припаркованный автомобиль с наклейкой «АНЖЕЛА» на все заднее стекло.

– Хо! Это еще одно градообразующее предприятие. Проститутка Анжела. Сейчас на пенсии. Сутенерит, «мамка» местная. Эх, в молодости красивая зараза была. Многие жалеют, что не успели. Ну, вы поняли. У нас еще сумасшедший Альберт есть со своими шапочками из фольги.

– Прямо вот так внаглую стоит? – я обратил внимание только на первое имя.

– Угу. А что такого? – удивленно спросил водила. – Всяким ставкам и игровым автоматам можно, а ей нельзя. Не, дружище, мы все за Анжелу. Пусть работает. Пока Анжела на месте, город стоит. Можно спать спокойно. Если еще пачка сигарет в кармане, конечно.

«Интересный Елейск, интересный. Не зря приперся».

Думал я не только про якобы место контакта с инопланетянами и сюр, который после этого происходит в городке, но и про сообщение от подписчика.

Недавно в отделение местной полиции поступила странная женщина без имени и адреса. Сама про себя рассказала, что является внеземной цивилизацией. Менты направили в психушку, которая (еще одна странность) в городе имелась.

Сообщавший мне эту информацию, увы, не сказал кем и где работает, но пообещал устроить встречу. Бинго. Меня захватила идея поговорить, если не с пришельцем, то с сумасшедшей, логическая цепочка бреда которой выстроена четко, не придраться.

Заведя блог, я с кем только не встречался. У меня уже иммунитет, трудовая мозоль в мозгу. Много странных ребят, мягко говоря, повидал. Один доказывал про плоскую Землю, мол, прямо с «Боинга 737» видел ее края; другая скалила зубы, показывая клыки, которые ей нарастили в чужой Галактике; третий вообще объяснял свое «увлечение» эксгибиционизмом необходимостью найти ту самую – избранную Жрицу «меча и магии». Я уж молчу про то, сколько людей видели Майкла Джексона и уверены в том, что Ельцин сказал: «Я устал, я ухожу!»

– Если встретите инопланетян, то передайте им, пожалуйста, коль взялись за наш мухосранск, то пусть дороги сделают. И трубы проверят к зиме. Ну, бывай. Блохер. Назовутся же, – таксист махнул рукой и укатил.

День 0.1

Гостиница «Уют». Администратор выдала погнутый металлический ключ.

– А почему у вас два бейджика? «Анна» и «Марина».

– Ой. Простите! У нас корпоративный пиджак один на сменщицу, – улыбнулась девушка с сальной челкой, которую хотелось взять и состричь сиюминутно.

– Понял. Курить нельзя?

– Если только электронки.

Закинул вещи в номер и побрел искать еду. После дороги голод накатывает не сразу. Гены первобытных: сначала обустроить очаг, потом поймать и зажарить «мамонта», затем водные процедуры и… сон.

Из общепита поблизости имелась только точка той самой «Неопознанной шаурмы», работающей 24/7. Креативщики так и написали: «Работаем по внеземному времени 27/15».

– Вот, скажите, пожалуйста, здесь все реально верят в контакт с НЛО? – вопросом завязал диалог с парнем в кепке, шинкующим мне курицу с вертела. – Мы же с вами почти ровесники, понимаем про фейки и все такое.

Шаурмист отложил нож.

– А во что здесь еще верить? Когда из всех событий в городе за последние десять лет – прилет инопланетян. В вечные траблы с водой и светом верить? Может, в политику или Бога? Не, братишка, лучше я буду думать, что Они, – посмотрел на потолок и через секунду сказал: – здесь были. И что-то им в нашем гетто нужно.

Я ухмыльнулся. Фляшка вискаря во внутреннем кармане куртки тревожно зашевелилась – запас на всякий туристический случай.

– Да и после прилета сниться всякое стало. Кого не спросишь, все видят необычные сны. Или ничего. Совпадение?

– Не думаю! – я полушепотом закончил мемную фразу. – Сны? Кошмары?

– Скоро ночь, сами все узнаете. Сейчас доделаю вам шаурму, кушайте с аппетитом и ложитесь спать. В Елейске ночами перебои со светом. Темнота. И не пейте никаких энергетиков, алкоголя. Они это не любят.

– Кто они?

– Сны. Странные сны.

«Жесть! Ну и город. Один житель чуднее другого».

Я никак не прокомментировал услышанное. И не такое залетало мне в уши и переваривалось критическим мышлением.

Действительно, в Елейске для меня – жителя крупного мегаполиса – было непривычно тускло и темно. Я это объяснил не столько редким количеством фонарей, сколько отсутствие рекламных билбордов и подсветок зданий. Минимум встречающихся автомобилей тоже не сильно добавляли света. Словно кто-то выкрутил ручки яркости, насыщенности и контрастности на минималки. Еще и проблемы с энергоснабжением.

Сидя на барном стуле и глазея из шаурмячной на улицу, я, к удивлению, самого себя, грустил, что, наверное, в тридцать с копейками лет надо заиметь какое-то более солидное хобби. Один из однокашников занимается стрельбой, любит охоту. Старый приятель со двора путешествует в страны, в которые никто и никогда не поедет, даже подари безлимитный тур. Афганистан, Пакистан, Ангола. Такое увлечение.

«А я? Черт подери, сижу в жопе мира с шаурмой размером с половину руки и хочу поверить в коллективное сумасшествие? Печально и безнадежно!»

В ларек зашел мужчина. В руках банка пива.

– Здорова, Серега! – обратился он к шаурмичному. – Мне стандарт и курицы туда побольше. Сегодня выписал себе нормальных таблеток. С «колесами» посплю наконец-то. Достали эти дерьмо-ночи.

Посмотрел на продавца. Тот взглядом указал мне, что лучше уйти и не ввязываться в разговор с бухим местным.

Теперь в кармане шевелилась не только фляжка, но и перцовый баллончик, тайно провезенный мной через металлодетекторы РЖД. «Выложите все лишнее из карманов!» Конечно! Телефон, зажигалка, перчатки, а внутри одной из них – спасательный «перец».

– А ты кто? – почти на выходе остановил меня незнакомец. – Не помню тебя в Елейске! А я всех здесь знаю.

– На свинокомбинат. Новенький. Автоматику настраивать, – соврал я, надеясь, что сей здоровенный жлоб не имеет ничего против мясной продукции.

– Понятно. Я думал еще один идиот, который приперся смотреть на пришельцев. Придурки. Из-за них все. Травят нас теперь. Вот мы и глючим!

Вышел на улицу, держа половину огромной шаурмы в руках. Голод растворился, и я бросил остатки подошедшему ко мне псу.

– И ты тоже видишь сны? Тебе, наверное, только и снится, что еда. Мясо, колбаски всякие, – погладил за ухом.

Собака завиляла хвостом.

Душ. После я рухнул на кровать. Телевизор в номере, а смотреть нечего. Хоть сто, хоть двести, хоть триста каналов. Один вселенский груз. Война, мировая война, вселенская война. На музыкальном ТВ незнакомая мне девушка пела про лучшую подругу и обещала всю ночь пробухать в баре. Дальше. Пролистывал, пока не увидел расписной под хохлому пиджак члена жюри, показавшего табличку десять на очередном шоу. «Вы просто великолепны, продолжайте! Продолжайте!» – растягивая буквы «е» и «а» говорил он. Две, три, пять кнопок вперед.

– Бога не надо ждать. Он не говорит напрямую с нами. Он вокруг и внутри нас. Стоит только прислушаться, – ведущий в очках с тонкой оправой внимательно слушал священника.

«Самое-то. Смотрим».

– Ко мне приходят разные люди и с совершенно непохожими проблемами. И в бедности, и в богатстве. Я выслушиваю всех и пытаюсь донести главную мысль.

«Какую?» – положил пульт рядом с собой.

– Не надо заключать с Богом сделок. Сделки заключаются совсем с другими силами и…

– Ни к чему хорошему это не приводит, – закончил фразу ведущий. – Я с вами полностью согласен.

– Молитесь. За себя и своих близких. Молитесь, когда вам хорошо и плохо. Молитесь не чтобы докричаться до неба, а дабы обрести его внутри себя. И тогда вы почувствуете свет, даже в кромешной темноте.

– Мы прервемся на рекламную паузу.

И на этих словах ведущего телевизор отключился. Зажегся дисплей смартфона, поставленный мной на зарядку. Вырубили свет. Я посмотрел в окно. Вязкая темнота, да такая давящая на глаза, словно тугая повязка. Смоль.

Никогда не встречал подобного. Словно весь городок завернули в непроницаемую светом ткань, поместили в черный ящик и затем закопали в землю.

Достал из рюкзака, «припаркованного» рядом с кроватью дальнобойный фонарь. Луч света бьет аж на три километра вперед, а от аккумулятора можно заряжаться. Полезная штука в хозяйстве.

Кнопка. Пли. Комната озарилась синеватым оттенком. Плюя на всякие правила, я открыл окно и закурил, таращась на огромную «картину Малевича». Посветил фонарем. Пустая улица. Ощущение, что я один в городе. Никаких звуков, движений, скрипов.

Может, я привык к Большому Городу и вечным шумам. Тревожное чувство, когда тихо настолько, что слышно каждый удар сердца, шум крови. Я, пожалуй, впервые ощущал, протекающие жизнь и время внутри меня. В темноте, тишине. В каждом урчании живота, вздохе и выдохе, хрусте фаланг, перемещении по номеру. Секунда за секундой она испаряется.

Я читал про эксперименты в сенсорной камере. Люди начинали галлюцинировать. Мозг испытуемых «создавал» звуки, чтобы компенсировать недостаток стимулов. Рекорд нахождения в полной тишине – около 1 часа, хотя большинство, если мне не изменяет память, просили выйти через 20–30 минут.

NASA использует такие камеры, чтобы тренировать астронавтов, так как в космосе практически нет звуков. Однако. Прямо как в номере стандарт гостиницы «Уют».

«Но это не флоатинг, не анэхоическая (безэховая) камера, где уровень шума может опускаться до −9 дБ, а гребанный Елейск с их дерьмом про НЛО!» – проговорил я вслух, чтобы сломать «вакуум».

Я так долго смотрел в темноту, что забыл про небо. По черному полотну, периодически мигая, быстро перемещалась яркая точка. Меняла цвет, проходя по всей «линейке» цветов и, что особенно странно, двигалась не линейно. Проплывет два-три сантиметра, вернется, словно курсирует где-то высоко.

«Чертовщина!»

Взял телефон и написал своему подписчику, записанному как «Александр. НЛО»:

«Привет. Прости, что поздно. Забыл маякнуть, что приехал в Елейск. Здесь уже все странно. Но интересно. Короче, ложусь спать. Завтра позвоню».

Сообщение не доставлялось. Одинокая серая галочка в мессенджере. Поглядывая на нее и наблюдая за необычным спутником в окно, я наконец-то уснул, совершенно забыв про сны.

День 1

Душ, завтрак сладким батончиком, сборы – это все понятно. Но то, что мне снилось в первую ночь – пугающие штуки на самом деле. Проснувшись, не сразу пришел в себя. Ноги, руки – ватные, в голове пульсирует, по спине липкий пот.

Никаких образов и пейзажей я не приметил. Та же самая темнота, что за окном. Скорее, я ощущал картинки перед глазами и, словно антенна, улавливал чужие сигналы и информацию, вливающуюся мне в сознание.

Якобы Елейск теперь не просто уездный городок, а место резервации человеческого вида. Не гетто, не тюрьма, а, если можно так выразиться, компьютерным языком – backup цивилизации на случай всемирной катастрофы. Homosapiens на флешке, пробирка с необходимым количеством микробов, которыми можно воспользоваться хоть после «Судного дня», хоть в качестве экспериментов.

Сидя на унитазе, чистя зубы, натягивая штаны, я крутил одну мысль: насколько бредовыми могут быть сновидения, но одновременно с тем – «вгрызающимися в разум». Раз, и вы знаете что-то лишнее. Два, это становится навязчивым голосом в голове. Три, концентрирует все внимание на себе.

И нет ничего скучнее, чем слушать пересказ чужого сна, пытаясь переварить своим сознанием «кашу» из «котелка».

– Добрый день. Да, я в городе. Проснулся, собрался, – позвонил по присланному подписчиком номеру.

– Здравствуйте. Рад слышать. Я смотрел, ну, смотрю ваш видеоблог. Круто делаете. Очень! Лампово, но некоторые теории прям огонь! – судя по голосу, на другом конце провода был плюс-минус мой ровесник.

– Спасибо, конечно, но у меня не так много времени. Мы сегодня что планируем? На базу НЛО или… – я еле выговорил эти слова, так как из уст скептического человека они звучали как-то стебно.

– Кхм, почти. Я по пути все расскажу. Заеду тогда. Вы…

– Давай, на ты, если удобно?

– Да. Хорошо. Это… вы… то есть ты в «Уюте?»

– Угу!

– Я минут через тридцать приеду. Можно около «неопознанной» встретится. Там шаурма у вас. Видели, может.

– Хорошо. Кофе тогда возьму. Что-то еще от меня потребуется?

«М-да, шаурмячная в городе – главные ориентиры при встрече. Забавно».

– Мне неудобно говорить. Простите… ну, то есть прости заранее. Но нужны деньги.

Я ухмыльнулся, разминая сигарету в руках:

– Тебе или тому человеку?

– Не, не мне, конечно же. Я ваш поклонник. Человеку. Ему. Давайте не по телефону? Ждите. Блин, жди. Заеду! – суетился незнакомец-подписчик.

Город пугал мелочами, необычными деталями и всеобщей уверенностью, что контакт с пришельцами был. Какой там был – они здесь прописались, рассказывали мне случайные встречные. В холле гостиницы, курилке, закусочной люди делились на два типа: те, кто хотят поговорить об этом, и молчуны, вытаращив глаза, убегающие от вопросов, словно я прошу занять в долг пару тысяч баксов.

Фотографировал, снимал короткие видео, чаще делал заметки в смартфоне, еще чаще – записывал от руки в карманный блокнот.

«Если получится хоть что-то нарыть, то пригодится».

Перед «Уютом» припарковалась «буханка». Я ожидал любую другую развалюху, но только не уазик. Громко хлопнув дверью, вышел худощавый сутулый парень и почему-то в солнцезащитных очках круглой формы, которые идеально подходили к его вытянутому прямоугольному лицу.

– Вы?

– Я, – кивнул.

– А это я. Будем знакомы! Саня, – протянул он мне руку.

– Огонь машина у вас.

– Еще бы. Купил, не нарадуюсь. Аппарат проверенный временем. Могет и может. По проходимости уделает всех, главное – не перевернуться, – хлопнул по фаре новый знакомый.

– Их еще выпускают?

– Конечно. Теперь втрое больше. Мне по работе очень выручает.

– Понял. Ладно, по дороге расскажешь!

Сел на пассажирское сидение, пятой точкой ощутив «комфорт» отечественных сидений, но где-то в глубине себя почувствовав необычайную гордость за Родину и ностальгию.

Друг отца крутил баранку именно такой светло-серой «буханки». Они и на рыбалку, и на охоту, и на Горный Алтай ездили. Забавно, что снаружи машина была всегда покрыта тремя слоями грязи, а внутри – просто идеальная чистота. Батя одноклассника занимался ремонтом бытовой техники, калымил, и непривычно для мужика в таком деле хранил всю мелочовку и инструменты в аккуратных ящиках, сумках, баночках, с педантичностью «белого воротничка» подписывая каждую емкость. «Болты», «саморезы», «хлам перебрать», «хлам выкинуть».

Однажды его совершенно случайно тормознули на трассе ДПС в рамках операции «Наркостоп». Обычный плановый досмотр, а полицейский пес унюхал. Вот и нашли внутри грязно-чистого «уазика» тридцать килограммов «хмурого». Батя друга отправился на зону надолго, там заболел туберкулезом и умер.

– Черт возьми, как же я рад с вами встретиться. Правда. К нам много, кто приезжал, но ваш канал я особенно люблю. Твой, то есть, – осыпал меня «фанатизмом» парень. – Все выпуски смотрел по несколько раз, подкасты слушал. И вот что я думаю. Если интересно, конечно.

– Что?

– Не могут же все теории заговора быть вымыслом? Не могут.

– Согласен, – я кивнул, будучи уверенным, что 99% бред, фантазия и искажение фактов.

– Значит, ну хотя бы одна треть из них реальная?

– Вполне вероятно.

– Офигеть. То есть MJ реально мог инсценировать свою смерть, а Адик свалить в Аргентину? Или всеми нами руководит «правительство трехсот»?

– Да, можно подобрать «красную таблетку» под себя. В этом и магия подобных загадок и теорий. Типа хочешь, верь в плоскую землю и с пеной у рта доказывай, что остальные заблуждаются. Не нравится, тогда следи за Бритни Спирс. Рептилоиды еще есть на десерт.

– Круто! Прямо огонь!

Дороги в Елейске мало чем отличались от типичных российских. Подпрыгивали на каждой кочке и ямке. Александр или, как он просил его называть, просто Саня, сняв очки, не особо-то их и объезжал, будучи увлеченный беседой.

– А мы куда едем? Сразу туда или сначала к той женщине-пришельцу?

– Момент. У меня есть идея круче. Давай сначала поговорим с Семеном. Он сторожем был на комбинате и своими глазами видел объект. Прямо вот так, как эту «вертушку», – ткнув в лобовое стекло пальцем, предложил подписчик.

Посмотрел. В небе максимально низко летел военный вертолет.

– Семен бухает?

– Как все. Не больше и не меньше. Но он адекватный. Вы же, то есть ты спросили это к тому, что не бредил ли?

– Угу! Еще свидетели были?

– Может быть, но открыто никто не говорит, так как Семен. Семену терять нечего. У него рак. Простаты. Он все надеется, что пришельцы выйдут с ним на связь и вылечат. Вдруг они уже до этого доперли? Инопланетный массаж простаты. Хотя, знаете, я думаю, он смирился. Перестроился на вайбы вечно болеющего и вечно умирающего.

«Млять, что здесь вообще происходит?»

– Все. Давай на «вы». А то туда-сюда. Слушай, а что у вас говорят, не знаю, там психологи и психиатры? – мне все интересней становилось докопаться до сути «елейского инцидента». – Коллективный бред или что? Как объясняют?

– Да на них особо не ставят. Так и говорят: «я в психиатров не верю, они сами какие-то странные». Вот честно. Людям проще на кухне за бутылкой водки или трешкой пива себе самолечение устроить. Пьяную сессию, иногда групповую. Время здесь застыло, понимаете. Наверное, где-то в 1999-м плюс-минус. Не знаю. Никто не хочет ничего менять. Хотят уехать, но на ногах как пудовые гири.

Я на секунду закрыл глаза и вспомнил родительские застолья. Музыка из подборок «Союз-20», салаты крабовые без краба и «оливье» с колбасой, алкоголь, танцы в носках. Открытая балконная дверь, ветер задирает тюль, как поток воздуха платье Мерлин Монро.

– А вот в НЛО, да. Здесь все в это верят, потому как больше не во что, – Саня повернулся и застыл взглядом на мне, совершенно не следя за дорогой. Дурацкая у него привычка. – Кто-то видел, кто-то придумал или дофантазировал. Какая разница? И в женщину эту тоже верят. Что послана свыше для чего-то. Мессия типа. Тарелка, может, нет и не приземлялась, а она есть! Ну та дама, что сейчас в больничке.

– Отвечу по работе, прости, – под предлогом я достал смартфон, сделал несколько заметок-цитат.

«Верят, так как больше не во что. Главный тезис. Слышу второй раз. Она есть! Мессия. Образуется какая-то секта? Елейск застыл во времени. Многие видят странные сны. Завод стал работать. Как все это связать? Вопрос».

Заехали в частный сектор. Одноэтажные избы, три коттеджа, дома с двускатными крышами. Из труб нескольких домов валил дым. Грязный снег, каша на проселочной дороге. Я приоткрыл окно и вдохнул давно забытый запах печного отопления: дрова, уголь. Тоска по деревне, дедушке и бабушке.

– Почти приехали. Вон его дом. Чет не топит сегодня. Обычно у него жарища, как в бане.

– Слушай, а мы что-то без всего, да? Как-то не по-нашенски.

Саня продолжил:

– Да ладно вам. Не девушка же, чтобы с цветами. Косарь оставите, ну или два. Семен придумает себе хобби сам.

Припарковались у дома, постучали. Два раза, три. Тишина. Я только руку занес, чтобы еще раз стукнуть, дверь резко открылась, в лоб уставилась охотничья двустволка.

– Кто такой?

– Семен, тормози. Это свои. С города журналист. По НЛО и ту даму в психушке приехал. Да опусти ты ружье, совсем уже! – парень суетился, я тоже не знал, чего ожидать от бородатого старика. Или почти старика. Или мужчины, который на внешний вид походил на старика, а по паспорту ему было не больше пятидесяти лет.

– Не заряжено. Для понту, – опустив оружие, пробурчал новый знакомый. – Проходи…те!

Скрипучие половицы. Запах чеснока и перегара. Хотел достать маску, которую еще с коронавирусных времен прописал в кармане куртки, но решил не обострять.

– Пить будете? Чай, пиво, кофе, водка?

«Отказываться от всего нельзя. Еще обидится»

– Чай, если можно.

– Белую смерть добавлять?

– Ложку, пожалуйста.

Я не знал, куда присесть: везде пыль, грязь, разбросанные вещи – хлам, одним словом.

– Знаю, грязно. Давно не убирался, да и не для кого, – церемониально свернув несколько валяющихся на диване вещей, прокомментировал Семен. – Вот табуретка и там еще одна.

– Вы не против видео– или фотосъемки?

– Против! Категорически. Без всей этой мишуры. Тренируйте память. Нечего мне здесь шоу устраивать. Пришли послушать, так слушайте.

– Семен, ну не злись. Он просто спросил, – заступился за меня Саня, закидывая в рот две подушечки жвачки.

Сказав, что поставлю телефон на авиарежим, я включил диктофон. Да, дерьмовая стратегия, по сути нарушение не только этических правил, но и закона. Человек согласился «на поговорить», а я мамкин шпион.

Чай у Семена и у меня, он закурил, я закурил. Нога на ногу, сделал также.

– Так-с, кхм, как все было? Со свинокомбината съезжали очередные «паленщики». Полгода они там разливали сивуху по красивым заграничным бутылкам, клеили этикетки и вывозили. Работа была, как сейчас говорят, в кайф. Мне платили и официальный оклад, и несколько банкнот на карман, чтоб поменьше смотрел и ничего не болтал. Саня знает, какие замначальника дела крутил, да и сам бывший начальник знает. Тот еще мудак-извращенец.

– Потом расскажу, все потом, – шепнул Саня.

Я запоминал каждое сказанное слово. Мог бы, татуировал их прямо на коже. Не каждый день слушаешь историю про встречу с инопланетянами, пускай и от сомнительной особы.

– Ну и значиться что? Зима. Минус тридцать пять, но безветренно. Я в сторожке «теплодуйку» прибавляю, кипятильником чай грею и думаю: чифирнуть или как светский человек заварить нормально? Темнота, тишина. На складке никого. Из маленького радиоприемника играет какая-то хрень современная, а переключить никак. Он старый и только одну волну ловит.

– И? – подтолкнул рассказчика.

– И как светом обдаст все вокруг. Да не просто типа прожектор направили, а каким-то красным. Прямо ядовито-красным. Крест даю, думал ослепну от такой вспышки.

– Во дела! – ухмыльнулся Саня.

Я прихлебнул чая и обжег верхнюю губу.

– Смотрю в окно, а луч, ну или прожектор, не знаю, шарит по территории комбината. Я сначала подумал, что, мож, китайцы высадку делают или америкосы. В сериале такое видел. Хрен проссышь, что в башку тогда лезло. Накинул бушлат, шапку, вылетел на улицу. Ба… Глянул в небо. А там…

– Тарелка?

– Да погоди ты, Саня. Тарелка. Кастрюля. Поварешка, гребанный екибастос. Кина пересмотрел и городишь, – мужик стряхнул пепел прямо на пол и растер его ногой. – Там же вообще непонятная хероборина была. Не то треугольная, не то квадратная. Меняла форму, цвета и размеры. Лучи в разные стороны. Словно место для посадки искала.