Текст книги "Охота за гением (СИ)"

Автор книги: Вадим Панасенков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц)

Вот только, чем смог привлечь графа, молодой Тормен?

– Могу поинтересоваться почему? – Напрямую спросил Вадим Иванович.

– У вас интересные принципы, молодой человек. – Не стал скрывать Всеволод. – Опасны, но черт возьми интересные. Хочу спросить – вы смелый, или же безрассудный?

– Скорее второе, чем первое. – Признался граф, чем заслужил улыбку собеседника.

– Весьма любопытно, но я уверен, Вы принижаете свои способности. Хотя и на скромнягу не очень-то смахиваете. – Всеволода, казалось, невозможно одурачить, он видел собеседника насквозь. – У мельников не было ни единого шанса, как только они предложили Вам выбор игры. – Шереметьев прищурился, и немного поиграв жевалками, продолжил. – А далее, граф, Вы полностью управляли игрой. Братцы, сами того не ведая, попались в ловушку.

Тормен был поражен умом собеседника. То, как Всеволод смог просчитать ситуацию и так же быстро определил, в чем дело – вызывало уважение. Одурачить братьев оказалось легко, и если бы Вадим Иванович захотел, то с легкостью опустошил их карманы до последнего медяка. Сами братья этого не поняли… в отличие от тайного наблюдателя, умеющего правильно расставлять акценты.

– О, граф Шереметьев, Вы преувеличиваете мои возможности! Признаться, я польщен. Но мне, всего лишь было скучно, и я решил немного поразвлечься в компании приятных людей.

Вадим Иванович, подозвал бармена и заказал кофе. Так же поступил и Всеволод. На удачу, граф Шереметьев, оказался отличным собеседником и Вадим Иванович и не заметил, как пролетело время.

– А вы слышали недавнюю новость, граф Тормен? – Шереметьев разложил свою газету и начал копошиться в исписанных, печатным шрифтом, листах.

– И какую же? – Подался к собеседнику Вадим Иванович.

– О взрыве. – Всеволод остановился на нужной странице и принялся зачитывать. – Здесь пишут, что в неком городке под названием Наризал, в одном из спальных районов, произошел колоссальной мощности взрыв.

Край газеты опустился, давая Шереметьеву возможность понаблюдать за Вадимом.

– Первый раз слышу. – Зевнул молодой граф, давая понять, что ему это не интересно.

– О таком городе? – Приподнял одну бровь граф Шереметьев.

– О взрыве. – Поправил его Вадим.

К парочке подошел невзрачного вида мужчина, в сером пиджаке и незапоминающимся лицом, так же он немного сутулился, втягивая шею в плечи. Прослышав, о чем говорят двое господ, мужчина вклинился в разговор:

– Да вы что?! – Удивился только что подошедший посетитель. – У меня же там тётушка живет. Надеюсь, с ней ничего не случилось. А что там было то? Что пишут?

– Говорят утечка газа. – Шутливо отвечал граф Шереметьев.

– А что на самом деле? – Не унимался посетитель, который очень переживал о судьбе своей горячо любимой тетушки. Ведь он безумно любил ее пироги с капустой, которыми она потчевала, каждый раз, когда племяш приезжал в гости.

Шереметьев отложил газету в сторону и полушепотом добавил:

– Говорят, перед взрывом, этот район и еще несколько, полностью оцепили инквизиторы. Да-да. Не въехать, не выехать…

– И что им нужно было? – Недоверчиво спросил Вадим Иванович.

– Говорят, они ведьму ловили. – Еще тише отвечал Граф Шереметьев.

– И поймали? – Скептически спросил молодой граф.

– Как знать, но через час после этого, прогремел взрыв. – Всеволод откинулся на спинку стула и закинул ногу на ногу. – Страшно жить в наше время, вы не находите, граф. Инквизиторы и ведьмы. Вам не кажется, что эта вражда слегка затянулась. – Шереметьев еще несколько минут буравил взглядом молодого графа, а затем добавил. – А вы скептик, Граф Тормен.

– Я просто реалист. – Вадим Иванович расправил плечи и выпятил грудь вперед. – Для того, чтобы поймать одну ведьму, не обязательно перекрывать несколько кварталов, для этого достаточно пару тройку инквизиторов.

Ухмылка появилась на лице у Всеволода:

– А если ведьма… – Он причмокнул губами, будто пытался попробовать слово на вкус. – … особенная.

– Вы переоцениваете силу ведьм. – Равнодушно бросил молодой Тормен. – Никто не обладает такой силой, чтобы из-за нее подняли на уши весь район.

Третий собеседник, услышав, о чем идет речь, испуганно завертел головой, а после и вовсе решил ретироваться от греха подальше. Только лишь пятки засверкали, однако уход мужчины с незапоминающимся лицом никак не отразился на беседе двух господ.

– Помниться, кто-то мне не так давно говорил, о безрассудстве. – Припомнил Вадим Иванович, не отрываясь от кофейного напитка. Который, ко всему, был отменный на вкус. Зерна, достаточно прожаренные, что придавало напитку легкую горчинку, которая оставалась на языке еще некоторое время. Все, как и любил Вадим.

– Понимаете, граф Тормен. У меня так же имеются принципы. – Не торопливо проговорил Всеволод.

– Даже если они идут в разрез правилам?

– А кто придумает эти самые правила? Для чего они нужны, знаете Вадим Иванович? – И не дожидаясь ответа, Всеволод продолжил. – Жизнь без них скучна и пресна, как недосоленный хлеб поданный на завтрак. И только правила привносят в нашу жизнь разнообразие красок. По сути, мы те же игроки, только в большем масштабе. И ставки уже посолидней, да и куш побольше.

– Да Вы, граф, как ни крути игрок! – Вадим сделал еще глоток кофе. Глаза сами прикрылись от удовольствия, казалось, на те несколько секунд, мир вокруг графа замер. Глоток и приятная теплота обволокла всё горло.

– Не буду скрывать, и скажу, что так и есть. Вы меня разгадали. – Признался Шереметьев. Его лукавый взгляд остановился на молодом графе. – И я хочу сыграть с вами.

– В любое время и в любом месте. – Не моргнув и глазом, Тормен принял вызов.

– Всенепременно. – Поклонился Шереметьев. – Придет время и мы сыграем. Ну а сейчас я вынужден откланяться – дела, сами понимаете. Тем более я вас вручаю этой милейшей особе, которая уже продолжительное время наблюдает за Вами со стороны.

“О ком он говорит?” – Не сразу понял Вадим Иванович, с этими мыслями граф обернулся и оторопел. Его взгляд встретился с выразительным взглядом прекрасной дамы. Да-да – эти карие глаза принадлежали той самой незнакомке, которую он, не так давно, повстречал в одежной лавке. Красное платье с глубоким декольте все так же облегало её стройное тело, как и при первой встрече. Только теперь девушка держала при себе небольшой сверток. Видимо ушлый продавец смог таки всучить ей парочку новеньких нарядов.

Граф Шереметьев подошел к девушке, взяв ее руку, коснулся губами изящной кисти:

– Оставляю вас наедине. – Сказал он перед тем, как покинуть кафе.

Незнакомка недовольно фыркнула, после чего направилась к молодому графу:

– Я не то чтобы наблюдала. – Замялась она. – Этот хулиган все перекрутил, я… я просто…

– Да я все понимаю, мисс… извините, не знаю вашего имени. – Сердце предательски забилось. И странное чувство начало разгораться в районе лопаток.

– Вайлет. – Представилась незнакомка. У девушки был хорошо поставленный голос и приятная речь. – Вайлет Медеси, если быть точнее, младшая дочь Антуана Медеси. Меня просто увлекла история со взрывом…

Глаза графа заиграли красками. Он хотел было подойти ближе к девушке, которая назвалась именем Вайлет Медеси. Соблазн поступить так был велик, но, к счастью, мимолетен. Вадим Иванович быстро взял себя в руки и поэтому лишь жестом указал на рядом стоящий стул.

– Вы верите желтой прессе? – Голос был спокоен и не выдавал тех чувств, которые бурлили у него внутри.

“Вайлет Медеси. Вайлет Медеси” – Снова и снова проносилось в мыслях у Вадима Ивановича.

– Не совсем поняла вас. – Собеседница изобразила на лице удивление.

– Вы так же верите, что взрыв связан с ведьмой? – Вадим отстави пустую чашку и отодвинул от себя.

– А, вы об этом. – Мило усмехнулась Вайлет. – Возможно и так, я не так давно была в тех краях, ездила к своей любимой кузине в гости и, признаться, данная история меня взволновала.

– Не хотите ли вы сказать, что взрыв произошел в тех местах, где вы бывали? – Предположил Вадим Иванович.

– Ну что вы, спальные районы я обхожу стороной; приличной девушке, да еще и одной там делать нечего.

– Одна? А как же ваш кавалер? – Как бы невзначай бросил Тормен. Но сам напрягся, как перетянутая струна.

– Увы, его нет. – Собеседница опустила взгляд и покраснела.

– Какая жалость, такой прекрасный алмаз и никто по достоинству не оценил. – Слова сами слетели с языка и достигли ушей прекрасной незнакомки.

Вайлет на это лишь недовольно фыркнула:

– Скажете такое, граф…. – Еще больше покраснели щеки.

– Я Вадим из рода Торменов. Средний сын, если быть точнее. – Представился Вадим, сразу после этого, он поднялся со стула и поклонился. – К вашим услугам, мисс.

– Надо же! – Восхищенно воскликнула Вайлет.

– Вы слышали о Торменах?

– Нет, но вы так гордо представились. Если заслуг в вашем роду так же много, как и спеси, то род Торменов действительно велик и могуч. – Девушка сделала контрольный выстрел глазками и лукаво улыбнулась.

– А вы остры на язык, мисс Вайлет. – Заключил Граф.

– Возможно, именно поэтому никто не хочет оценивать этот алмаз. – Хихикнула собеседница.

Вайлет флиртовала, или же у нее такая манера общения? Но и граф был не прост.

– Я бы не отказался. – Заверил молодой и темпераментный Тормен.

– Уверены? Смотрите, чтобы потом не пожалели. – Краюшки губ у девушки дернулись, но в этот раз она не улыбнулась. Вместо этого, Вайлет обернулась к Бармену и заказала зеленый чай с чабрецом и мятой.

– Говорят, сегодняшним вечером один вельможа бал закатывает… – подал голос граф.

Девушка поблагодарила официанта, и элегантным движением, поднесла чашку к губам.

– Бельмонт четвертый. – Сделав глоток, отвечала она. – Он стоит у истоков инквизиции и является важнейшим звеном. Бельмонта здесь почитают и одновременно боятся. – И зыркнув по графу лисьим взглядом, добавила. – А не претит ли Вашим принципам идти на бал к тому, у кого руки по локоть в крови?

Вадиму Ивановичу вдруг показалось, что все кто здесь был, подслушивали его разговор с мельниками.

– Да мне все равно. – Равнодушно пожал плечами Тормен. – Лишь бы кормили, да поили хорошо.

– А как же ваши слова об устаревших методах инквизиции? – Вайлет очень хотела понять человека из рода Торменов. Узнать, чем он руководствуется на самом деле. Ведь граф не был похож на того безрассудного человека, коим он хотел показаться. Все дело в его голубых, как небо глазах. Взгляд был глубокий и одновременно печальный, с какой-то томящейся тоской внутри.

– Я не отказываюсь от своих слов, милая барышня. В мире паровых машин и механизмов, где наука выходит на первый план, придание девушек огню выглядит, как дикарство, не находите?

Девушка, ничего не ответив, спокойно продолжала пить свой чай.

– Дикарство говоришь? – Послышалось со стороны столиков. – Благородный граф не хочет забрать свои слова обратно?

Тут же поднялся широкоплечий паренёк крепкого телосложения с красными от злости глазами.

– Саинтвиль не должен слышать подобных слов, даже от таких чопорных вельмож, вроде тебя! – Обращение на “ТЫ” к вельможам, считалось оскорбительным тоном и переходило всякие границы дозволенного. Парень демонстративно сжал правую руку в кулак и постучал о левую ладонь.

– От слов своих я не отказываюсь. – Здоровила был на голову выше молодого графа, да и покрупнее, чего уж скрывать. Рабочий класс, коим тот являлся, всегда был выносливей своих господ.,

– Тогда выйдем! – Зарычал парниша.

– Выйдем! – Не колеблясь, отвечал Вадим.

Здоровила, опрокидывая впереди стоящие стулья, побрел к черному ходу. Граф напоследок посмотрел на девушку, затем нацепил на голову потертый цилиндр, последовал за обидчиком.

Вайлет же провела Тормена сочувствующим взглядом.

Челюсть жгла огнем, будто к ней приложили каленое железо. Левая сторона лица практически вся онемела. Обидчик не стал мешкать, и как только появился Вадим Иванович, тут же отвесил ему от всей души. Хороший удар вышел, – хвалил себя здоровяк – многие после такого больше не подымались! На удивление, граф остался стоять на своих двоих, только лишь отошел к стене. Здоровила обиженно выругался и размахнулся еще раз. Добротный такой размах – мужицкий, и если бы Тормен не успел в последний момент пригнуться и скользнуть под руку, то этот удар бы уж точно раскроил голову. А так кулак влетел прямо в каменную стену.

– Ай! – Заскулил обидчик. Стена вздрогнула, принимая удар.

Неповоротливость оппонента – именно на это и рассчитывал наш герой.

Парочкой тычковых ударов, граф прошелся по почкам, противник зашипел от злости и обиды. Но на этом и всё. Никакого эффекта от ударов не последовало! Далее оставалось одно – защищаться. Вадим поднял руки и встал в боксерскую стойку.

– Разорву!!! – Заревел противник и начал махать своими кулачищами, будто он дрова рубил.

Удар и промах. И снова удар – промах!

Тормен, как поплавок – то выныривал, то снова уходил вниз, прячась от стенобитных ударов. Уркий, как вьюн, он ловко ускользал от каждого выпада, а еще и сам успевал нанести парочку контрударов. Техничный аристократ и разъяренная сила. Кто же сможет победить в этой схватки и при этом остаться на ногах?

Ух-ух!!! – рассекали кулачищи воздух. – Ух-ух!!!

Практически в цель. Но граф и на этот раз увернулся!

Скользкий, как рыба, изворотливый, как уж.

В который раз, граф увернулся и нанес в ответ несколько тычков в челюсть. Ущерб не больше, чем от укуса комара, но мужик недовольно сморщился и почесал ушибленное место. Затем снова ринулся в бой, в надежде заломать вертлявого графа, а опосля свернуть того в бараний рог.

В конечном счете, мужик застыл. Он согнулся и положив руки на колени, тяжело задышал. Пот со здоровяка лился в три ручья, а из носа текла кровавая юшка.

– Да стой ты на месте! – Зарычал здоровяк. – А то заломаю!

– А ты попробуй. – Граф поднял руки, показывая свою готовность, после чего добавил. – Если, конечно, кишка не тонка!

Противник сделал шаг, затем второй. Ватные от усталости ноги едва слушались, а руки не хотели подниматься выше пояса. Вот он шанс, которого так ждал молодой граф – средний сын рода Торменов. В два шага он оказался около противника, и со всей души прошелся кулаком по челюсти. Прямо в слабое место, точный удар, который мог отправить любого в нокаут.

Здоровяк пошатнулся. Глаза стали мутными, а зрачки закатились под веки. Устоять не получилось, и сперва, он встал на колени, затем рухнул лицом в землю.

Бой завершился выигрышем графа. Чистая победа, если не считать ноющую челюсть с левой стороны.

– Какая жалось. – Цокая языком, проговорил Вадим Иванович. Созерцая, как его шляпа одиноко валяется в пыли. Подняв и отряхнув, он снова водрузил ее на голову.

Вернувшись обратно, Тормена ждало разочарование – Вайлет нигде не было. Лишь слабый запах фиалок еще витал у барной стойки.

Прискорбно… – Пробубнил граф, себе под нос.

Глава 5: Знаменитый дворец

Дворец Бельмондов являлся жемчужиной Саинтвиля и располагался он, не где-то там, на окраинах, а в самом центре города. Род Бельмондов был известен и могущественен – влияние его распространялось далеко за пределы города и охватывало весь восток. Злые языки считали этот род беспрекословным повелителем, и ведь не зря. Много веков из тени, дергая за ниточки, Бельмонды участвовали во всех значимых событиях. Ни одно мероприятие не обходилось без их присутствия.

На территории усадьбы удобно расположились пруды с диковинными рыбами да лебедями, поблизости рос вишневый сад, а за садом, рядом с дворцом, раскинулся парк, где росли вековые дубы, посаженные еще первыми Бельмондами. В общем, вся территория занимала несколько акров. Аккуратно уложенная плитка вела посетителей от самых ворот до порога. На пути встречались белоснежные статуи из слоновой кости, лавочки для отдыха и фонтаны. Фонтаны – это отдельная тема. С десяток не меньше и каждый из них это отдельный вид искусства. Всякий зашедший на территорию усадьбы непременно останавливался перед каждым и, любуясь изящными формами, заслушивался журчащим струями, которые переливались на солнце всеми цветами радуги.

От увиденного, незакаленного посетителя ожидался культурный шок.

Каждый приезжий почитал за честь всенепременно заглянуть в эту святую обитель и воочию увидеть все собственными глазами. По большей части любоваться красотами приходилось со стороны, так как ворота преимущественно были закрыты от посторонних. Но сегодня дворец распахнул свои объятья.

Вдруг, громкой лавиной пронесся сигнал клаксона, и тут же, из-за поворота, вынырнула машина на бешеной скорости. Вильнув задом, она бросилась под колеса кареты. Лошадь, испугано заржав, резко остановилась, пропуская вперед мчащую, на всех парах, автомашину белого цвета с открытым верхом. Автомобиль, сделав неполный круг, припарковался на свободное место у самых ворот.

– Успели! – Радостно выкрикнул Всеволод Шереметьев. Граф стянул с головы защитные очки и пригладив волосы, водрузил на макушку черный цилиндр. – Успели, черт побери! А вы, граф Тормен, говорили, что не будет свободных мест.

Шереметьев, в одно касание выпрыгнул из машины и поклонился карете, которая метила на это место, но ушлый граф занял его первым.

– Садарий сорокопятка, это новейшая модель, мой друг. – Всеволод развернулся к своему железному коню и похлопал по белоснежной стали крыла. – Разгоняется до девяноста километров в час, и имеет V-образный двигатель, правда и жрет не меньше за лошадь.

Всеволод Шереметьев очень гордился своим приобретением. Он любил в ней все: От элегантных изгибов, до руля в кожаной обмотке и оригинальном стиле. Каждый раз, садясь в удобное кресло, граф нежно проводил по рулю пальцами, как бы затягивая предвкушение. Он даже с девушками не вел себя столь заботливо и нежно.

Тормен потянул за рычаг и толкнул дверцу. Открылась она легко и непринужденно, даже скрипа не последовало. Оказавшись на твердой земле, Вадим принялся разминать затекшее во время поездки тело.

– Я рассчитывал на более спокойную езду. – С укором проговорил он.

– Спокойную? Ну уж нет! Я не для этого покупал такого зверя, чтобы плестись в хвосте! – После этой фразы, послышалось ржание лошади, в котором чувствовалась обида и укор. – К тому же, кто мне говорил, что опаздывает?

– Я говорил. – Признал Вадим Иванович. – И теперь сожалею об этом.

Молодой граф считал подобное – детским лихачеством. В чем смысл покупать столь дорогую вещицу, а затем бросаться под экипажи шутки ради? Транжирство чистой воды – не более.

– Ну что, пойдемте, граф Тормен. – Всеволод положил руку на плече товарищу, и приглашающе указал второй на арочнообразные кованые ворота. – Держитесь меня, мой друг. Здесь собрался разномастный бомонд. Ушлый народец – съедят и не заметят.

– Уверен, моя скромная особа застрянет у них поперек горла. – С вызовом заявил Вадим Иванович, он нацепил старенький цилиндр на голову и двинулся ко входу.

– Я бы советовал сменить головной убор. – Как можно деликатней намекнул Шереметьев. – Он вас не красит.

– Цилиндр дорог мне, как память. – Сказал, как отрезал молодой граф. – А память нельзя сменить.

– Не цепляйтесь за былое и не оглядывайтесь назад. – Посоветовал Всеволод. – Поднимите голову выше и смотрите только вперед. Ни о чем не жалейте. Таков пусть истинного аристократа!

– Сегодня я рассчитываю смотреть только в бокал наполненный вином и на девиц в шикарных нарядах.

– Вот это дело. – Одобрил Шереметьев. – Пусть сегодняшний день развеет скуку нам обоим.

– Поддерживаю.

Оба компаньона одновременно ступили на красиво уложенную плитку и выцокивая каблуками, направились ко дворцу.

Вадим Иванович, в силу своих возможностей, старался особо не вертеть головой, чтобы не потерять лицо перед владельцем Садария, признаться, данная марка стоила невообразимую сумму, и позволить себе такую, средний сын рода Торменов, попросту не мог.

“Интересно было бы предположить: а Всеволод Шереметьев уже начал свою обещанную игру, тем самым демонстрируя свои финансовые возможности, или же он такой и есть?” – Размышлял Вадим Иванович, двигаясь в сторону Пэ– образного строения, к которому подтягивалось все больше людей.

Все же искушение было слишком велико, и молодой граф, то и дело, задерживал взгляд на грациозных статуях и фонтанах, что не укрылось от внимательного взгляда Шереметьева.

– Великолепные виды. – Пропел Всеволод, ему импонировала реакция спутника. – Вы не находите?

– Признаться, я поражен! – Облизнув губы, отвечал Вадим.

– Бельмонды всегда умели подать себя в выгодном свете, это у них не отнять. – Шереметьев снял цилиндр и кому-то поклонился, затем водрузил головной убор обратно на макушку. – А вы знаете, что именно Бельмонды спонсируют инквизицию?

– Мне говорили об этом. – Уклончиво отвечал, молодой граф.

– За ними стоят такие силы, которые вам и не снились. И если получится встать под крыло Бельмондов, то любые проблемы вам больше не страшны.

Услышав о проблемах, собеседник графа Шереметьева лишь тяжело вздохнул.

– Бал, отличный повод заявить о себе. – Тем временем продолжал Всеволод. – Я замолвлю пару словечек, но дальше все будет зависеть только от Вас, граф. Скажу больше, сегодняшняя ночь перевернет Вашу жизнь раз и навсегда.

“Звучит, как угроза,” – Подумал Вадим, но вслух не стал озвучивать свои мысли.

Вместо этого, Вадим Иванович поблагодарил своего спутника, и мужчины продолжили путь.

Чем ближе к дворцу, тем многолюдней становилось вокруг. Не протиснутся. К тому же у входа скопились люди в черных одеяниях и повязками на лицах – это были инквизиторы и судя по всему, именно они отвечали за безопасность. Ткань скрывала лица от посторонних глаз и на это были свои причины – чтобы никому из обиженных, не взбрело в голову устроить самосуд за сожженную жену, уличенную в колдовстве. Вынужденная мера, с которой приходилось мириться и людям, и самим инквизиторам. Тяжелый взгляд одного инквизитора скользнул по Тормену. Человек в черном, счел Вадима не достойным его внимания и быстро потерял к графу интерес.

– Оооо, граф Тимофей и графиня Антуанета! – Шереметьев подошел к уже не молодой семейной паре, и низко поклонился. – Рад снова видеть вас на балу.

– Не спешите, Всеволод. – Улыбнулся хорошо взбитый мужчина в сером костюме и алой розой в правом кармане. – Мы еще не дошли. Я уже не молодой, кто знает, что может случиться.

Прослышав это, Антуанета, недовольно заохала и заухала.

– Голубушка, не нужно так убиваться. – Похлопав супругу по руке, Тимофей поспешил успокоить свою благоверную. – Я ведь шучу.

– Бросьте эти ваши шуточки, голубчик, они меня скоро в могилу сведут. – Переполошилась графиня. Полноватая дама с седыми прядями в волосах.

– Только после меня. – Засмеялся уже немолодой граф, затем его взгляд пал на Вадима. – А это кто? Раньше я его здесь не видел?

– А это граф Тормен. – Всеволод отодвинулся и приглашающе махнул рукой.

– Я Вадим Иванович Тормен. – Расправив плечи, представился молодой граф.

– Тормен? – Немолодой граф задумался, будто пытался, что-то вспомнить. Со стороны, это выглядело забавно. – Ах да! Полковник Тормен – это, случаем, не ваш батюшка?

– Именно так, граф Тимофей. – Кивнул головой молодой граф.

– Знавал его. – Подобрел немолодой граф. – Пересекались на Талоне, битва… битва. – Граф снова задумался, видимо память потихоньку подводила старика, как бы тот не храбрился, но годы берут свое. – Битва на реке Исповедь.

– Батюшка неоднократно рассказывал о событиях тех лет. – Как можно мягче отвечал Тормен младший. – А полученные трофеи висят на видном месте в его рабочем кабинете. Очень приятно познакомиться с участником той славной битвы.

Всеволод удивленно изогнул бровь. Видимо он не ожидал такой прыти от Тормена младшего. Лесть из уст Вадима Ивановича звучала не хуже, чем у самого Шереметьева.

– Нужно будет как-то заехать к вам в гости и вспомнить былые времена… – Граф хотел сказать еще что-то, но его нагло перебила супруга.

– Иш какой, вспомнить он решил. Ты еле сюда дошел. Куда тебе еще ехать? – Закудахтала она, не желая и слышать о дальних поездках.

– Цыц, кому сказано, если я решу ехать, то поеду! – Топнул ногой, граф Тимофей. – И разрешения не буду спрашивать!

– Не пущу и точка…

Шереметьев подал знак, давая понять, что больше здесь делать нечего. После чего они удалились, оставив склочную пару наедине. За время прогулки Шереметьев и Вадим еще не раз останавливались – перекидываясь с вельможами обыденными фразами, а после двигались дальше. Так продолжалось до тех пор, пока Вадим Иванович не попал внутрь.

Тут же в глаза ударил яркий свет, а над самым ухом громко и торжественно затрубили фанфары. Это было неожиданно и, черт побери, эффектно. Молодой граф сперва растерялся, но вот он взял себя у руки и вошел внутрь на правах высокородного!

Музыканты чередовали медленные мелодии: скрипач – то и дело мучил скрипку, и та заунывно ему отвечала, виолончель, в руках утонченной девушки, придавала мелодии насыщенности, а кларнет разбавлял струнные инструменты – сказочными мотивами. Пианист, выжимая из черной красавицы все, на что она была способна, прикрыл глаза и медленно погружался в мир музыки.

Но не только красивые мелодии приводили гостей в восторг.

Обрамление внутри дворца пестрило вшитым сусальным золотом. Как в простонародье поговаривают: дорого-богато. Вокруг все блестело и сияло, включая и самих гостей, разнообразие которых не имело границ: вот тебе и бакенбарды и пышные шевелюры, фраки и костюмы по заоблачным ценам, женщины затянутые в корсеты с томными улыбками на лицах. Восторженному графу уже натерпелось с головой окунуться в здешнюю атмосферу.

– Вижу, граф Тормен, вы впечатлены. – Довольным тоном констатировал Шереметьев. – Обустраивайтесь здесь, ну а я вынужден ненадолго отлучиться. Осматривайтесь, знакомьтесь, и ни в чем себе не отказывайте.

– Я так и сделаю. Не сомневайтесь. – Заверил Вадим и поспешил к столу, возле которого крутились официанты с выпивкой.

Предстоящий бал полностью поглотил мысли графа, а душа желала праздника. Все пережитые неприятности отошли на второй план и теперь не казались столь важными, и стоящими какого-либо внимания. Ведь пришло время показать себя свету и заявить о роде Торменов. Граф и не скрывал того факта, что именно себя он считал истинным и полноправным носителем этой славной фамилии.

Граф остановился у столика, который ломился от экзотических яств, привезенных из разных уголков королевства, а даже из-за его пределов. Многие блюда наш герой видел впервые. Здесь так же присутствовали и уж очень экзотические изыски, такие как – Голова обезьяны, начиненная плодами красного цвета, что за плоды граф не знал. От подобного зрелища молодого человека передернуло. “Мерзость,” – подумал он. А вот многие, кто подходил к столику тянули свои ручонки именно к этому странному деликатесу. Не идя на поводу у толпы, граф решил начать с вина.

И только его рука потянулась за бокалом, как вдруг он услышал:

– Мы снова встретись, граф Вадим – средний сын рода Торменов. – Это был приятный женский голосок, будто чистый горный ручей тёк средь лесной дубравы. Странная аналогия, но в тот момент, Вадим Иванович, именно так себе это и представлял.

В нос сразу же ударил запах ночных фиалок. Такой знакомый – казалось, данный аромат преследовал нашего героя повсюду, куда бы он ни шел. Вопрос, кто это был, отпал сам собой. Преисполненный радости, граф обернулся и увидел пред собой Вайлет, она была в голубом роскошном платье с белыми вставками. Девушка держала в изящных руках наполненный бокал и мило улыбалась. Новое платье из одежной лавки – догадался Вадим Иванович. В новом образе, знакомая Тормена, смотрелась куда эффектнее и красивее. Хотя сам он считал, что быть красивее попросту невозможно.

Приятный сюрприз, о котором Вадим Иванович даже не мечтал.

– Я начала было думать, что сегодняшний вечер выдастся скучным, по крайней мере, пока не повстречала Вас. – Девушка поднесла бокал к губам и сделала один небольшой глоток.

– Я, надеюсь, вы сейчас не о той глупой потасовке, которая произошла в кафе? – Встревожился её собеседник.

Мисс Медеси взглянула на немного опухшую щеку графа и снисходительно улыбнулась.

– Каюсь, сказать по правде, я вас уже не надеялась застать среди живых. – Вайлет припомнила габариты оппонента и добавила. – Откупились видать…

На последнюю фразу, лицо графа исказилось, будто он съел целый пуд неспелых лимонов, и вдобавок закусил кислующими помидорами.

– Вы плохого обо мне мнения. – Вадим Иванович продемонстрировал поцарапанные костяшки на кулаке. – Батенька с пяти лет отдал меня на бокс. Так что я могу за себя постоять в случае чего.

– Значит, мне в вашей компании ничего не угрожает? – Кокетливым голосочком пропела девушка.

– Разве только мои нелепые заигрывания, будут Вам досаждать. – Вадим взял бокал с подноса у мимо проходящего лакея и поднял его вверх. – За Ваше здоровье!

Сказав это, он осушил его до дна.

От этих слов Вайлет покраснела. А щеки стали цветом свеклы.

– Перед тем, как Вы начнете мне досаждать, знайте! Я так же могу постоять за себя. – После этих слов, она посмотрела на собеседника, как хищник смотрит на свою добычу. – Будьте осторожны со словами, Граф Тормен.

Вадим Иванович заверил спутницу, что постарается держать себя в руках, после этого он протянул девушке руку, и Вайлет приняла приглашение. Далее наша парочка, неспешно прогуливалась средь напыщенных вельмож, вела обычные светские беседы.

– Как вы оказались в этом городе, граф? – Между разговорами поинтересовалась спутница.

– О, это увлекательнейшая история и сейчас я Вам ее поведаю.

Вадим Иванович рассказал все в подробностях: как его кучер заболел, как его лишили документов и денег, рассказал о старике, который по доброте душевной привез графа на захудалой телеге. Выложил все, как на духу, лишь одно он утаил. Граф пропустил историю о загадочном кресле, и о странном коридоре, пахнущий плесенью да воском, по которому его вел сотрудник банка. История растянулась, но за разговорами это было незаметно. Изредка благородная девица подхихикивала, над более смешными моментами, не в силах сдержать своих эмоций.

– Как все увлекательно. – Хлопала ему Вайлет. – Браво! Слушаю вас и будто роман читаю. Так интересно. Так интересно.

Стены стеснения наконец-то были преодолены, и разговор пошел в более откровенном русле.

– А вы откуда, Мисс Вайлет Медеси? – Спросил Вадим Иванович. Казалось бы самый обычный вопрос. Многие, при знакомстве интересуются. Вот только цепкий взгляд парня остановился на Вайлет. Слишком уж цепкий. Как для простого вопроса, реакция графа была более, чем странной.

Девушка не спешила отвечать, она пригубила вино из бокала и облизнув губы, произнесла: