355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Уинстон Грэм » Незнакомец из-за моря (ЛП) » Текст книги (страница 17)
Незнакомец из-за моря (ЛП)
  • Текст добавлен: 24 октября 2017, 22:30

Текст книги "Незнакомец из-за моря (ЛП)"


Автор книги: Уинстон Грэм



сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 26 страниц)

– Ну да. А что еще?

– Ты имеешь в виду Уорлегганов?

– Конечно.

– Что ж, они обо всем знают. До банкиров доходят слухи. Не знаю, дошли ли они и до прочих коммерсантов, но слухи вряд ли можно остановить.

– И что думают твои партнеры?

– Это мы обсудили в первую очередь, затем по предложению Фрэнсиса Данстанвилля прервались на обед. Одни призывали действовать, другие – воздержаться.

– Как именно действовать?

– Как-то вроде того, на что намекал лорд Фалмут. Проинструктировать наших клерков, что именно говорить, когда им вручают векселя банка Уорлегганов или при выплате денежных средств. Парочка высказываний в нужных кругах об увеличении выпуска ими векселей и что они держат огромное число залоговых обязательств... Следующим этапом, при необходимости, анонимные письма, как поступили с банком Паско...

– И лорд Данстанвилль это одобрил?

– Его милость сказал, раз теперь он не является активным партнером банка, то не будет вставать на чью-либо сторону. Но, по крайней мере, отдаст решающий голос, если голоса шести активных партнеров разделятся поровну.

– И они разделились поровну?

– Нет.

Демельза ждала.

– Так что же?

– Роджерс проголосовал против. Он считает, что крах банка Уорлеггана, если до этого дойдет, плохо повлияет на всю банковскую и промышленную сферу, особенно в такое непростое время, как сейчас. – Росс сел на краешек стола. – Прэд проголосовал за. Мы должны полностью задействовать возможности банка Корнуолла в попытке склонить чашу весов против них. Стакхауз, к моему удивлению, проголосовал против. Нанкивелл проголосовал против, чем меня не удивил, поскольку у него свои интересы в некоторых предприятиях Уорлеггана. Твиди – за. Остался только я.

– А ты что ответил?

– Именно так, как ты меня учила.

– Учила тебя!

– Что ж, во всяком случае, предлагала. Так вот, поскольку мы – в смысле, Полдарки – слишком сильно заинтересованы, даже имеем нечто вроде родственных отношений по браку, я категорически отказался голосовать по этому вопросу. Как ты говорила, и Пилат не сделал бы больше.

– Так... Так значит, ничего не решили?

– Разумеется, все решено. Действующие партнеры проголосовали втроем против двоих, в пользу того, чтобы ничего не предпринимать, а я воздержался. Я знаю, Данстанвилль испытал величайшее облегчение от того, что не его голос был решающим.

Наступила тишина.

Росс чихнул.

– Проклятый перец!

– Ты самый ничтожный из мужей, – пожаловалась Демельза.

– Что? Теперь-то я что натворил?

– Ты умудрился выставить все так, по крайней мере, в своем рассказе, будто ответственность за выживание банка Уорлеггана целиком и полностью легла на мои плечи! Теперь, если что-нибудь между вами пойдет наперекосяк, если он в один ужасный день вернет свою власть и деньги, виновата буду я!

– Нет, вовсе нет. Но ведь мы пришли именно к такому соглашению!

Демельза отбросила зернышки перца.

– Ты спросил моего совета. И я дала его. Но твой поступок... твой выбор – это твое, а не мое решение! Я не согласна брать за него ответственность!

Росс взял её под руку.

– Тогда подобного не случится.

Демельза оттолкнула его руку.

– Уж будь уверен.

– Я же сказал.

– Пообещай.

– Обещаю.

Росс чихнул.

– У тебя нет носового платка?

– Воспользуюсь рукавом.

– Как ты меня раздражаешь! Возьми мой.

Он взял платок.

– Я потерял тот, что ты мне давала.

– Как обычно.

– Ладно, но какой в них толк для меня? Я же не чихаю целый год напролет. И не ожидаю подобных напастей в собственном доме.

– Скоро все пройдет. – Демельза снова чихнула. – Иди, сядь в гостиной. Я присоединюсь к тебе за чаем.

Росс встал из-за стола, но дальше не двинулся. Несмотря на полушутливую перепалку с Демельзой, он понимал, что жена права. Решение, принятое вчера в Труро, может не иметь для них последствий. Или же последствия, напротив, могут оказаться жизненно важными. В былые дни тень Джорджа Уорлеггана так долго маячила за его спиной, что трудно было с легкостью отказаться от возможности уничтожить его навсегда. Правда, в последние десять лет им удавалось избегать друг друга и таким образом – конфликтов. Верно, что месть – дело нехристианское и с ее последствиями было бы неуютно жить. Возможно, через несколько месяцев Росс даже почувствует радость и облегчение от того, что не воспользовался возможностью ответить оком за око. Но сейчас его переполняли сомнения, и, судя по реакции Демельзы, жена разделяла эти чувства.

Разумеется, все будет хорошо. После смерти Элизабет у них не возникало поводов для конфликтов. Зависть – да. Со стороны Джорджа всегда была зависть, а со стороны Росса – яростная враждебность. Но даже эти привычные чувства поутихли с течением лет. Жить самому и давать жить другому – покуда они держатся друг от друга подальше...

– Демельза, – сказал он.

– Да, Росс?

– Разумеется, мы приняли верное решение.

– А если нет? – резко спросила она.

– Тогда мы не станем сожалеть.

Она ответила мужу полуулыбкой.

– Только так и можно жить.

Росс стоял у двери и смотрел на нее. Она стала засыпать перемолотый перец в ведро.

– Еще кое-что, – заговорил Росс, радуясь, что можно сменить тему разговора. – Когда я проходил мимо Грейс, то встретился с Хорри Тренеглосом. Он хотел повидать Джереми, но тот, похоже, опять ушел рыбачить.

– Да, я ему объяснила.

– Он сказал, зачем приходил?

– Нет.

– Похоже, Джон, его отец, нанес визит Джорджу в Труро и высказал соображения, что следует вновь открыть Уил-Лежер. Джордж, как и следовало ожидать, отклонил все пункты проекта, объявив условия невыгодными, он, дескать, не понимает, зачем вкладывать деньги, так что Джон предложил выкупить шахту в ее нынешнем виде. Джордж притворился было, что хочет отказаться, но немного поторговавшись, решил согласиться на пятьсот фунтов. Мистер Тренеглос предложил триста пятьдесят, на том и порешили.

– И?

– Что ж, Джон умнее, чем я думал. Он не показывал своей заинтересованности, иначе бы Джордж почуял, что к чему, поднял цену или решил повременить.

– Я до сих пор не уверена, что там есть что чуять.

– Как и я. Разумеется, у меня сердечная привязанность к Уил-Лежер. Предложение Джереми пробудило старые чувства.

– Заки Мартин хорошо к этому отнесся?

– Весьма хорошо. Но его беспокоит одышка, поэтому я не стал на него нажимать. Некоторые старые жилы еще целы, но зажаты между слоями твердой породы и едва в дюйм толщиной. Следуя за жилой вниз, можно вскоре добраться до хороших пластов. Остальные лежат плашмя или горизонтально, поэтому не принесут больших прибылей. До наступления сухой погоды мы мало что можем предпринять.

– Но если Джон получит долю от Уорлеггана, скажем, на четыре сотни фунтов, тогда ты откроешь шахту?

– Необязательно.

– Будет много расходов, если пойдет не по плану.

– Другого пути нет.

Демельза поставила чайник.

– На мой взгляд, это разумный риск, – сказал Росс. – Будем действовать по ситуации. Если откроем шахту, то можем значительно сэкономить, купив подержанный насос. Если он будет доступен по цене и подойдет нам по размеру.

– Это может очень разочаровать Джереми.

– Я знаю.

– Эта идея с открытием Уил-Лежер и работой над насосом дала ему новую цель в жизни, Росс.

– И это я тоже знаю.

– Мне кажется, тут есть что-то еще, – сказала Демельза. – И одно идет рука об руку с другим.

Росс поднял взгляд.

– Ты имеешь в виду, что действительно считаешь, будто он влюбился.

– Я же говорила.

– И ты думаешь, это серьезно?

– Да, думаю.

– Тогда удачи ему. Когда мы увидим девушку?

– Я писала её матери в прошлую среду. Джереми хочет устроить небольшой прием на пасхальной неделе.

Чайник закипел. Когда Демельза сняла его с плиты, Росс сказал:

– Надеюсь, ты не собираешься мыть кур самостоятельно. Если не решаешься побеспокоить слуг, можешь попросить помощи у Клоуэнс.

– Сарказм никогда не был твоей сильной стороной, Росс. Может, желаешь сам подержать для меня кур?

– Охотно. Если ты объяснишь, почему мой сын тратит по крайней мере день в неделю на эти рыболовные вылазки... особенно в такую погоду.

– Почему бы тебе не спросить его самого?

– Я спрашивал. Но он неуловим, словно сардина. Я даже предложил отправиться с ним, но он сказал, что предпочитает общество Бена или Пола.

В кухню вошла Эна Дэниэл.

– Ох. Прошу прощения, сэр. Мэм. Я не знала, что вы оба здесь. Только что доставили почту, мэм. Мне принести её сюда?

– Нет. Капитан Полдарк как раз собирается в гостиную. Уверена, все письма для него.

– Нет, мэм. Я так не думаю. На верхнем написано «Миссис Полдарк», как мне кажется.

Демельза вытерла руки о фартук.

– Что ж, его ты можешь принести сюда, Эна.

Когда она ушла, Росс сказал:

– Не дай ей сбежать.

– Ты о чем?

– Будь добра к своим слугам и позволь им получить немного радости от ловли и мытья кур.

Было слишком поздно отвечать в том же тоне. Когда Эна снова вошла, Демельза оказалась к ней спиной.

– Эна.

– Да, сэр?

– Твоей хозяйке нужна помощь.

– Да, сэр.

Чихнув, Росс вышел.

Письмо было написано крупным, текучим почерком. Демельза сломала печать. Подписано было «Франсис Беттсворт».

Дорогая миссис Полдарк!

Мы были чрезвычайно рады получить от Вас любезное приглашение провести две ночи в Нампаре, адресованное нашей дочери, мисс Кьюби Тревэнион.

К несчастью, в настоящее время Кьюби имеет много других приглашений – как и обязательств по отношению к своему недавно овдовевшему брату. И потому я вынуждена отказать от ее имени. Несмотря на то, что понимаю, каким разочарованием это станет для всех.

Как и прежде, с величайшим уважением, искренне Ваша,

Франсис Беттсворт


Глава девятая
I

– Ну ладно, – сказал Джереми, – пока что мы сделали все возможное. Вне всякого сомнения, дополнительные два фута к длине корпуса позволят нам его установить. Какая невероятная удача.

– Если у нас все получится, – заметил Пол Келлоу.

Джереми бросил взгляд на Саймона Поула – тот поджал губы с неопределенным выражением лица.

– Ты снова упомянул об этом мистеру Харви?

– О да. Я передал ему твои слова.

– И он?

– Не был слишком разговорчив. Полагаю, он колеблется.

Молодые люди уставились на котел, стоящий на деревянных опорах, на которые они затащили его две недели назад. Четвертым в группе был Бен Картер, и сейчас они находились в углу литейного цеха Харви, в пятнадцати милях на юг от Нампары.

– Что ж, это несомненно именно то, чего мы хотим, – сказал Джереми. – То, что надо. Он торчал здесь много лет, никому не нужный... Давайте еще раз всё обмозгуем. Замеры при тебе, Саймон?

– Диаметр – четыре с четвертью фута, и восемь футов сверху донизу.

– Продолжай.

Пол с хрустом развернул пергамент.

– Толщина стенок должна достигать полутора дюймов, а фланец закреплен двадцатью шестью болтами кованого железа. Внутренний диаметр составит примерно сорок восемь дюймов.

Джереми вытер руки тряпкой. Монотонный стук молотка затих, когда рабочий остановился, чтобы немного передохнуть.

– Итак, из того, что ты рассказал – или из того, что я узнал здесь, – предел прочности чугуна потребует силы в пятнадцать тысяч фунтов, чтобы разорвать брусок сечением в один квадратный дюйм. И... – достав карандаш и листок бумаги, на котором писал дома, Джереми уставился на проделанную работу. – Чтобы этот котел лопнул, потребуется внутреннее давление свыше девятисот фунтов на квадратный дюйм. На сколько установлен предохранительный клапан?

– Пятьдесят фунтов на квадратный дюйм.

– Слава Богу! Таким образом, для того, чтобы разорвать котел, давление пара почти в двадцать раз должно превышать значение, установленное предохранительным клапаном.

– В цилиндрической части – да, – сказал Пол. – Но что насчет фланцевых болтов и жаровых труб?

– Что ж, – отозвался Джереми. – Особое внимание нужно уделить безопасности жаровых труб. Но я сделал расчеты. Возможно, тебе стоит сравнить результаты со своими.

Пол положил бумагу на стол и начал высчитывать все сам.

– Слишком много суматохи, – сказал Бен. – Как по мне, он достаточно безопасен для любых целей.

Пол развернулся.

– Всё как ты хотел. Но я полагаю, воспользоваться им будет отдельной проблемой.

– Так или иначе, мы должны им воспользоваться, – сказал Джереми. – Не стоит отказываться от даров небес.

Джереми присоединился к Полу, и после долгих переговоров они вернулись к остальным.

– Выходит примерно так же. Болты на пять шестых диаметра состоят из прочного железа. Таким образом, потребуется около семисот пятидесяти фунтов на квадратный дюйм, чтобы разорвать верх котла. В пятнадцать раз больше, чем предусмотрено предохранительным клапаном. Это превышает любые разумные меры предосторожности... Мы могли бы переставить клапан на сто двадцать и поднять давление пара до сотни без малейшего риска. И даже тогда у нас останется еще семь раз по столько же сверху.

– Котлу уже пять лет. Мистер Тревитик не приглядывал за ним все это время.

– Так ведь котел больше ему не принадлежит, – сказал Джереми. – Мне нужно снова повидать мистера Харви. Приложу все усилия, чтобы убедить его.

– Думаешь, есть шанс? – спросил Пол.

– Да... у меня в рукаве козырь, которого раньше не было.

Остальные остались в литейном цеху. По общему согласию ведение всех переговоров передали Джереми из-за его благородного происхождения.

На улице дул легкий восточный ветер и слегка накрапывало. Джереми обогнул кузни, прокатный стан, монтажные цеха и угольный склад, направляясь к двухэтажной деревянной постройке, служившей конторой. Постучав в дверь, он дождался приглашения войти.

Генри Харви был тридцатишестилетним коренастым мужчиной с прямыми волосами и ниспадающей на лоб челкой. Он был в темном саржевом сюртуке с фалдами и шелковом шейном платке кремового цвета. Посетитель особой радости у Харви не вызывал.

Джереми Полдарк, впервые представленный ему Эндрю Вивианом, регулярно посещал завод на протяжении большей части года, обычно два раза в неделю. Благодаря магическому влиянию имени капитана Полдарка, Генри был рад приветствовать юношу, с удовольствием и удивлением следя за тем, как парень приступил к практической работе. Это было нечто из ряда вон выходящее. Соглашаясь на эту идею, он рассчитывал, что молодому Полдарку будет интересна только теория и, как и большинство джентльменов, он не пожелает работать руками. Пускай всю работу делает инженер, задача джентльмена – следить и поощрять. Но тут – другой случай. Полдарк трудился в литейном и монтажных цехах наравне с остальными, все время объединяя теорию с практикой.

Вместе с ним пришли еще двое молодых людей, которые также учились и работали – хотя их поведение соответствовало внешнему виду. Тощий по имени Келлоу был склонен избегать тяжелой работы, а бородатый, Картер, напротив, брался за нее, что соответствовало его грубой одежде и голосу. Так или иначе, они трудились вместе с его людьми, и мистер Харви, обремененный достаточным количеством тревог и забот, не возражал против бесплатной помощи.

Кроме того, юноши отлично ладили с рабочими, что тоже было немаловажно. С нависшим над ним судебным процессом и не слишком большим числом влиятельных друзей, мистер Харви чувствовал, что иметь под рукой Полдарка будет не лишним. Когда Джереми попросил его не упоминать о своих визитах, мистер Харви счел это примером юношеской скромности, которую в случае надобности можно будет легко отбросить в сторону.

Но не так давно мистер Полдарк расправил перышки. Он признался Харви, что главный его интерес не столько в машинах для горного дела, сколько в паровой повозке. Как оказалось, он с ранних лет следил за карьерой мистера Тревитика, очарован его достижениями и вовсе не замечал неудач.

И потому он просил разрешения выточить в цехе Харви четыре колеса, раму и корпус, которые в конечном итоге можно будет использовать для создания локомотива, вроде того, что сделал Тревитик. Он сказал, что заплатит за железо, обработку дерева и все прочее, если им позволят потратить часть времени на сбор механизма. Генри Харви согласился и даже пару раз отправлялся посмотреть на прогресс.

Делу было далеко до завершения. Но две недели назад, слоняясь по заводу, Джереми раскопал этот котел, который мог им пригодиться после некоторых доработок корпуса. Эта штука была покрыта пылью и грязью, а также далеко не пустячным слоем ржавчины. Она долгое время валялась в углу цеха без всякого внимания. Но найдя котел и приступив к его чистке, молодые люди едва могли поверить в свою удачу. Это был крепкий паровой «брючный» котел – названный так из-за формы кованой трубы внутри. Его спроектировал сам Тревитик. Вероятно, для молотилки. Теперь он покоился на сваях, словно толстый детеныш кита, потерявший мать.

На прошлой неделе Джереми уже встречался с Генри Харви. Он спрашивал, не могли бы они арендовать котел для своих экспериментов за неимением достаточного количества денег для его покупки. Это совершенно не радовало Харви, считающего, что вся эта таинственность преувеличена, и капитан Полдарк, если уж на то пошло, вполне может оплатить капризы сына.

– Мистер Харви, не могли бы вы уделить пару минут своего времени?

– Что ж, мистер Полдарк, у меня есть неотложное дело. Но пару минут оно может подождать. Прошу, садитесь.

Джереми присел на край стула.

– Думаю, в начале недели вы узнали от мистера Пола, что мы еще тщательнее очистили и осмотрели котел. Он в высшей степени соответствует нашим пожеланиям, а потому мы с трудом верим в нашу удачу.

– Пол поставил меня в известность, – осторожно сказал Харви. – Тем не менее, это едва ли решает основную проблему...

– На самом деле, – сказал Джереми, – я хотел поговорить с вами не об этом, сэр. Несомненно, дела связаны, потому что, как вы знаете, мы экспериментировали с созданием повозки, но отсутствие котла, способного выдерживать высокое давление, стало одной из самых крупных проблем. Если это решаемо, мы могли бы... – Джереми сделал паузу и оставил фразу висящей в воздухе.

Мистер Харви заерзал.

– Ладно, хорошо. Могу сказать, что я понимаю вашу позицию. На том и остановимся. Но вы говорите, что пришли поговорить не о котле...

Джереми посмотрел в окно. Отсюда он мог видеть бриг «Генри», он, словно пьяный, склонился у причала. Два паруса, все еще венчающие его мачты, напоминали утонувших бабочек. Судно причалило сегодня утром, во время прилива, но теперь вода ушла, оставив после себя песчаную отмель, которую пронизывали три или четыре неглубоких змеящихся потока. В одном из этих небольших каналов бросила якорь «Девушка из Нампары». Благодаря этому она могла бы ускользнуть в любое время, но бриг теперь застрянет у причала до новолуния, то есть на две недели, если только не сумеет уйти с утренним приливом. Жаль, что эта естественная гавань, самая безопасная на северном побережье, оказывается практически непригодной из-за песка.

– Почти рядом с отцовской есть одна заброшенная шахта, – сказал Джереми. – Мы подумываем вновь ее открыть. Причем, если раньше она осушалась сама, то теперь нам понадобится насос...

– Вот как.

– Полагаю, судя по книгам и почерпнутым здесь знаниям, а также насколько я знаю эту шахту, у меня есть достаточно четкое правильное представление о размерах подходящего для этого двигателя.

Росс бы удивился уверенности, с какой говорил Джереми.

– Вполне возможно, – согласился Харви.

– И раз у меня есть обязательство перед заводом Харви, очевидно, нам следует построить насос здесь.

Генри Харви пощекотал пером скулу. Это была его привычка, когда наклевывалось дельце.

– Что вы задумали?

– При условии соглашения с отцом и другими предпринимателями, думаю, подойдет тридцатишестидюймовый цилиндр, девять футов хода. Котел из кованого железа, примерно восемнадцать футов длиной, пять футов шириной, с овальной трубкой, три с половиной фута у выхода огня и три фута у конца дымохода. Вес, предполагаю, около семи тонн.

Харви сделал пометку.

– А насосные штанги?

– Из данцигской сосны. Это самые надежные.

– А балка?

– Хотелось бы из чугуна.

Харви поднял голову:

– Это отход от общепринятого, мистер Полдарк. Знаю, так уже делали, но только я бы не советовал двигатель такого размера.

– Но почему?

– Что ж, трудность изготовления. Хороший дуб позволяет небольшие ошибки в расчетах. Если говорить о чугуне, то размеры имеют решающее значение.

Джереми начал сердиться.

– Чугун куда практичнее. Деревянная балка сжимается и расширяется, постоянно требуя регулировки, как нам известно. Болты расшатываются. С чугуном, если габариты выбраны правильно...

– Да, если так. Понимаю вас. Но размер и вес делают эту затею нелепой.

– С новым оборудованием, что вы купили в этом году, это возможно, – возразил Джереми.

Харви встал и подошел к окну, заложив руки за фалды сюртука.

– Вы меня поймали, мистер Полдарк. Хорошо, я обсужу это с мистером Уэстом... Ваш отец одобрил этот заказ?

– Нет, сэр. Как я сказал, проект еще ждет отцовского одобрения. Надеюсь, в ближайшие недели мне удастся подготовить полный набор чертежей и получить мнение отца, а так же других упомянутых мною персон. Когда мы согласуем планы, я принесу их вам и буду рад услышать ваши советы. После этого мы просчитаем стоимость.

– Кто станет вашим инженером?

– Надеюсь, я сам.

– Вы? – Харви покашлял в кулак, чтобы скрыть свое изумление. – Должен признаться, вы проявили недюжинные способности...

– Естественно, я не буду работать один. Но если мы обойдемся без найма опытного инженера, то значительно сэкономим на расходах. Вероятно, хороший специалист обойдется нам в двадцать процентов всех расходов – включая его работу и контроль за её исполнением. Но я думаю, если все сделать здесь, мы сможем справиться без него.

Генри Харви кивнул.

– Так значит, теперь ваш отец знает о тех визитах, что вы нам наносите?

– Еще нет. Думаю, скоро узнает.

– Конечно. Конечно.

– И все же, – продолжил Джереми, – я надеюсь, вы не станете сбывать с рук котел Тревитика, над которым мы работаем, по крайней мере, не сообщив об этом мне.

– Согласен, – ответил Харви.

– Я рассчитываю, что если насос будет построен, вы более благожелательно посмотрите на нашу просьбу одолжить котел, а также некоторые другие детали для постройки самодвижущегося экипажа.

Фалды сюртука Генри Харви раскачивались, словно метроном.

– Мистер Полдарк. Мне действительно кажется маловероятным, что соглашение об аренде может оказаться выгодным для обеих сторон. Но, предположим, если насос для шахты построят здесь, я был бы готов продать вам котел за половину той цены, что заплатил за него Тревитику шесть лет назад. А все иные материальные и трудовые затраты – по себестоимости. Это вас устроит?

– Весьма, – заверил его Джереми. – Могу я спросить, сколько вы заплатили за котел Тревитику?

– Что ж, на самом деле, я лично изготовил его для мистера Тревитика под его присмотром. Позже я забрал его за долги. Это был жест доброй воли. В конце концов, он мой шурин. Не думаю, что он станет возражать, если я продам его за тридцать фунтов.

– Это меня более чем устроит, – сказал Джереми.

Харви повернулся.

– Вы никогда не объясняли мне причину подобной скрытности между вами и вашим отцом. Почему вы отговариваетесь походами на море – куда там? – в эти так называемые рыболовные экспедиции? Живя в Хейле, вы могли бы приходить к шести каждый день на протяжении недели и закончили бы учебу за половину затраченного времени. Ваша мать тоже участвует в этом обмане?

– Она ничего не знает. Причина в том, что отец запретил мне иметь дело с паром и высоким давлением.

– Вот как... но почему?

– В том числе из-за вашего старшего брата, мистер Харви.

Харви уставился на него.

– Фрэнсиса? Ох, вы имеете в виду опасность. Да, он и впрямь погиб от взрыва котла. Но то были ранние эксперименты

– Мой отец знал вашего брата. А потом произошел взрыв в Вулидже. Взорвавшийся котел убил четверых, да? И серьезно ранил примерно столько же. А еще трагедия на Уил-Ноа, всего год назад. От взрыва разлетелось столько осколков...

Харви посмотрел на посетителя.

– Все это понятно. Но... Можно ведь упасть с лошади и сломать шею. Но никто не осуждает верховую езду.

– Именно это я скажу ему, если возникнет конфликт. Но мне кажется, я нашел способ избежать споров – по крайней мере, пока не будет что показать.

Генри Харви вернулся на свое место.

– Что ж, хорошо. – В его голове мелькнула мысль, что, узнай капитан Полдарк о сыновьем непослушании, и сам Харви может вместо ожидаемых благодарностей оказаться в немилости. – Теперь, мистер Полдарк, я должен идти. До утра мы пытаемся выгрузиться и снова загрузиться. Это займет большую часть ночи, но нам поможет луна. Пожалуйста, принесите мне чертежи, как только они будут готовы и одобрены. Я прикину примерную стоимость.

Джереми поднялся.

– Надеюсь, через несколько недель. Все зависит от обстоятельств.

– Как будет называться ваша новая шахта?

– Э-э-э... Уил-Мейден.

Очень вовремя Джереми вспомнил, что как-то видел в литейном цеху Харви Джорджа Уорлеггана. А ведь официально Уил-Лежер до сих пор им не принадлежит.

II

Вскоре после этого разговора они отплыли. В пути их сопровождал легкий бриз. Солнце заходило около половины седьмого, и значит, до Нампары они доберутся еще засветло, часа через два. Они сделали то, ради чего явились, и были готовы к возвращению.

Джереми пребывал в отличном настроении. Паровой экипаж стал ближе. И если впереди его ждет шахта, то будет и интересная работа, приключения с созданием насоса и возрождение старой выработки. Но главной причиной его горячего желания поскорее вернуться домой был интерес, не ответила ли мать Кьюби на отправленное его матерью приглашение погостить в Нампаре. Эта перспектива захватывала больше всего остального.

Выйдя из устья Хейла, когда с берега до них больше не доносилось ни единого звука, Джереми откупорил бочонок эля и начал вместе с друзьями запевать непристойные песенки. Когда все скабрезные куплеты были спеты, Бен сменил настроение, перейдя на псалмы, что продолжалось еще полчаса. Затем Джереми, которого от небольшой дозы выпитого обуяло чувство пьяной сентиментальности, спел им любимую песню матери.

Любимой моей розу белую сорвать

А к ней в придачу бутон алый,

Любовь, что в моем сердце, пытаюсь доказать,

Что твоё сердце и так уже знает.

Поранит палец острый шип,

Кровь алой каплею прольётся

Сердце отчаянно кровит

И к твоему сердечку рвётся.

Прижму я палец к языку,

На время боль прервется.

А сердца боль я извлеку,

Когда в песне с твоим сольется.

Его друзья подхватили. А гичка неуклонно скользила по волнам тихого моря, и вскоре их накрыло мягким моросящим дождем.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю