Текст книги "(не) Рабыня для двоих (СИ)"

Автор книги: Тоня Рождественская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

Глава 35. Награда

– Мне не говорили убивать тебя, владыка, – шипел мужчина с мертвенно бледной кожей и шрамом прямо посередине лица. – Но и оставлять тебя в живых приказа не было.

Третья игла воткнулась в плоть Альмир Эмирхана прямо под ребро. Принц конвульсивно вздрогнул и завопил, все еще находясь в тисках захватчиков, крепко державших его за руки и заставлявших и дальше стоять на коленях.

– Мне не так уж трудно мучать тебя, – продолжал их лидер, явно наслаждаясь своей властью. – Я всегда любил видеть, как падают величайшие из нас… Однако, я могу прекратить, если ты наконец-то скажешь, где находится ключ.

Эллания не знала, как долго еще продержится Альмир Эмирхан, да и смотреть на это истязание больше не было мочи. Очевидно, что эта пытка доставляла мужчине удовольствие. Девушка не стала тратить время на угрозы или мольбы. Да и давать врагам время собраться было хоть и благородно, но чрезвычайно глупо. Поэтому она просто создала самую большую вспышку, на которую у нее хватило времени и сил, и метнула ее в сторону главаря, отчаянно надеясь не задеть при этом Правителя Аллористана.

Импульс разряда откинул бледнолицего на несколько шагов. А шок от неожиданности происходящего заставил остальных стушеваться и на мгновение отпустить свою жертву. Элла не теряла времени даром, она быстро оказалась у очередного врага и, схватив его за предплечье, пустила новую волну разрядов. Тот забился в конвульсиях и повалился на пол, чуть не свалив своей внушительной массой и ее. Но девушка вовремя отскочила в сторону. Однако к этому времени второй уже отошел от ступора и кинулся к ней, обнажая большой изогнутый меч.

Мужчина занес над несчастной свое орудие, и, безусловно, пронзил бы ее насквозь, потому что та была совершенно не готова к следующему нападению и не успела собраться. Но Альмир Эмирхан, наконец-то обретший свободу, вовремя кинулся вниз, сбивая нападавшего с ног. И тот с грохотом брякнулся на пол прямо перед самыми ногами испуганной, но вместе с тем и решительной Эллы. Она сконцентрировалась и, быстро присев, практически впечатала в черную спину противника новую порцию искр.

Когда тот отключился, девушка шумно выпустила из себя воздух, будто бы с ним изгоняя и ужас, что все еще бежал по ее венам, и оглядела поверженных врагов. Неужели это она только что разобралась с ними?! С тем, кого опасались Теодор и Риордан? Неужели благодаря ее силе они с Альмир Эмирханом все еще живы?!

«Альмир Эмирхан!» Пронеслось у нее в голове и Эллания мигом позабыла о эгоистичном самолюбовании. Она кинулась к мужчине, бездвижно лежавшему на полу. Тот закряхтел, когда она приподняла его голову, чтобы убедиться, что он еще жив.

– Ты… – прошептал он, хватая окровавленным ртом воздух. – Ты…

– Да, это я, – утирая слезы одной рукой отвечала девушка, стараясь облокотить его на себя и при этом не сделать бедняге еще больнее.

– Ты – удивительна, – выдохнул владыка и посмотрел на нее своими черными глазами.

И сейчас этих глазах не было страха или недовольства, как не было страсти или вожделения. Нет, он глядел на нее с искренним восхищением. Глядел как на самоцвет, чья драгоценность заключалась не в огранке, а во внутренней красоте. Глядел так, как до этого не смотрел никогда…

Эллания не могла произнести ни слова и лишь с трудом кивнула ему в ответ. Ее взгляд постоянно возвращался к трем острым клинкам, торчащим из тела владыки, из-за которых белая ночная блуза на треть окрасилась в красный. Она прикусила нижнюю губу, сдерживая рыдания, готовые вот-вот выбраться наружу.

– Твой свет сияет ярче звезд, – сквозь боль улыбнулся принц. – Прости меня за то, что я пытался забрать его у всех.

Он протянул к ее лицу руку, и пальцы его подрагивали от того усилия, которое он прикладывал. Элла наклонилась к ней поближе, позволяя его ладони лечь на свою щеку. И горячие слезы тут же потекли по его кисти, намочив край рукава.

– Теперь я действительно вижу, для чего ты создана… – прошептал он умиротворенно.

– Кхм… – вдруг донесся до девушки сдавленный кашель и, подняв глаза, она увидела вошедших в спальню Теодора и Карла. На заднем плане виднелся силуэт Риордана оставшегося стоять в проеме.

Оба выглядели изрядно измотанными и потрепанными. Бой с неожиданными противниками явно был не из легких. Теодор колко посмотрел на склонившуюся над Альмир Эмирханом девушку, но никак не прокомментировал этот интимный момент. А стоящий рядом с ним Карл удивленно присвистнул, оглядывая поверженных девушкой врагов, чем тут же привлек внимание своего командира. Тот неохотно оторвался от напрягающей его сцены и несколько изумленно приподнял брови.

– Твоих рук дело? – спросил он, подходя к одному из нападавших.

Он склонился над противником и, заметив, что тот еще дышит, не раздумывая воткнул меч ему между лопаток. А затем кивнул Карлу, чтобы он проверил остальных.

– Она была невероятна, – подтвердил Принц. – Моя Хыльм Хая ти…

Теодор не отреагировал на последнюю фразу, хотя Элла заметила, что его пальцы сжали рукоять сильнее. Вместо этого он подозвал Риордана и попросил товарища помочь ему перенести Повелителя Аллористана на кровать. И когда дело было сделано отослал того за помощью.

– Им удалось получить ключ? – поинтересовался Тео немного взволнованно, отходя от Альмир Эмирхана и присаживаясь на угол стола.

Элла покачала головой.

– Ключа здесь никогда не было… – немного покашливая ответил Принц. – Он в безопасности в священном филактерии, в оазисе недалеко от дворца… – он замолк на пару мгновений, после чего добавил. – Вы спасли мне жизнь, рискуя своими. Поэтому можете пожелать что угодно, в уплату этого долга…

– Отпустите Элланию, – не раздумывая выпалил Теодор, приведя девушку в состояние совершенного потрясения.

Она была уверена, что мужчина потребует ключ и никак не ожидала такого открытого подтверждения смены своих приоритетов. Ее сердце забилось чаще, а под грудью словно вырос шар, сдавливая легкие.

– Я отпущу ее, если и вы поступите также, – туманно ответил принц. – Она должна быть совершенно свободна, потому что заслуживает этого.

– О чем вы говорите? – сощурился Тео.

– Я хочу, чтобы вы не довлели над ней несуществующим долгом. Миссией, помочь в которой она все равно не в состоянии. Я хочу, чтобы вы освободили ее от этого. Чтобы она сама решала, где и с кем ей следует быть…

Теодор помолчал пару секунд. Он словно боялся признать, что больше не имеет власти над ней. Будто скажи он это, и та испарится, оставив его наедине с едва начавшим заживать сердцем.

– Эллания вольна поступать так, как считает нужным, – выдавил наконец Тео, метнув смятенный взгляд куда-то в сторону.

Девушка замерла в ожидании. Никогда до этого она не чувствовала себя по-настоящему независимой. С самого рождения она была окутана путами постоянных обязательств. Будучи заложником своего секрета, оплатой за жизнь родственников, наградой в азартной игре… И даже если все это сейчас было лишь формальностью, она хотела услышать об этом вживую. Хотела ощутить, как окончательно рушатся ее кандалы.

Альмир Эмирхан вздохнул и уже открыл было рот, как вдруг стоящий недалеко от своего командира Карл заревел. Присутствующие резко обернулись и увидели, как быстрая тень одного из нападавших отделилась от могучего воина и ринулась в открытую настежь дверь…

Глава 36. Признание

– Я же приказал проверить их! – рявкнул подчиненному Теодор и кинулся догонять беглеца.

Карл попытался пожать плечами, но вместо этого покачнулся, хватаясь за первое, что пришлось ему под руку. Совершенно опешившая Эллания оглядела здоровяка и с ужасом заметила длинный кинжал, торчащий из его спины. Мужчина нелепо крутился, пытаясь самому вытащить оружие, но рана и его габариты не позволяли бедняге добраться до места увечья.

– Стой! Стой! – не выдержала девушка, глядя на эти бесплодные мучения. – Дай, я.

Она подошла к Карлу, но дотянуться до его плеча была задача из разряда с ходу запрыгнуть на дерево. Заметив ее растерянность, тот послушно опустился на одно колено, став с ней практически одного роста. Девушка глубоко вздохнула и осторожно схватилась за рукоятку. Однажды она уже была в подобной ситуации, когда помогала Теодору, но ее небольшой опыт нисколько не помогал ей чувствовать себя более расслаблено. Тем более, что этот клинок был явно крупнее, чем тот и соответственно приносил еще большие страдания.

Стоило ей только собраться с силами, в опочивальню Принца вбежали люди, отчего она растеряно отпрянула от великана. Их было человек пятнадцать. Тут находилась и стража, и Акрам и кто-то, кого она не видела никогда в своей жизни. Они заполнили комнату суетливой и шумной толпой, принявшись создавать невообразимую сумятицу и неразбериху. Даже Альмир Эмирхан, похоже, был недоволен непрекращающимся гомоном и толкотней.

– Ну ты там, давай… что ли, – пробасил Карл, покорно ожидавший, когда девушка облегчит его состояние, пока она растеряно оглядывала скопище людей.

– Прости! – пискнула Эллания, возвращаясь к кинжалу.

Но только она снова взялась за рукоять, вблизи пронеслось недовольное: «Не трогай!». Рядом образовался запыхавшийся Теодор и, аккуратно убрав ее руку с клинка, пояснил.

– Он может быть отравлен.

Элла сглотнула и послушно отступила.

– Ты догнал его? – спросила девушка взволнованно.

– Нет! – рявкнул Тео, принявшись за проблему с ранением товарища. – Словно сквозь землю провалился. Но может быть Риордан сумеет его отыскать…

Эллания чуть отошла и поглядела на замученного чрезмерной заботой Правителя Аллористана. Тот был бледен и его лицо ярко выделялось на фоне черных, как смоль волос. Он бессильно улыбнулся ей и прошептал что-то похожее на «подойди». Девушка повиновалась, хотя пробраться сквозь окружавшую его толпу была задача не из легких. Наклонившись над ним, она услышала тихое.

– Слушай и запоминай…

Вскоре Эллании наконец-то позволили удалиться, чтобы привести себя в порядок. По приказу Альмир Эмирхана пара служанок доставила в ее комнату одежду, и Элла с невероятным удовольствием избавилась от окропленной кровью ночнушки, переодевшись в приличное закрытое платье, вполне подходящее для путешествий и нисколько не напоминавшее ее наряды наложницы. Будто бы этим жестом, правитель давал ей понять, что она больше не пленница.

Но не успела она толком прийти в себя, как дверь в ее спальню снова отворилась. На сей раз в комнату вошел безмерно раздраженный Теодор, а за ним влетел совершенно растерянный и возмущенный Гариф, лепетавший что-то о непристойности подобного поведения.

– Я уже тысячу раз сказал, что она больше не принадлежит вашему Повелителю! – сквозь зубы процедил Тео, отчаянно борясь с желанием врезать по миловидному пухлому лицу хранителя гарема.

– Но, господин! Врываться к девушке в комнату… – лепетал Гариф, смутно ощущая, что от беды его отделяет буквально только пара минут, и потому стараясь быть максимально учтивым.

– Времени нет, – сказал тем временем Теодор Эллании, старательно игнорируя мелькавшего перед ним мужчину. – Шпион сбежал, и скоро Феанор обо всем узнает. Нам нужно торопиться на корабль. Ты приняла решение?

– Решение? – удивилась та.

– Теперь ты свободна, – пожал плечами Тео, под привычной маской отстранения скрывая гнетущее осознание неизвестности. – И я не знаю, останешься ли ты здесь или отправишься с нами…

– Действительно не знаешь? – спросила девушка с укором.

Только этот человек после страстной ночи любви мог заявлять нечто подобное. Но она слишком хорошо знала его противоречивую натуру, чтобы ожидать чего-то другого.

– Я остаюсь, – сказала она, желая его немного поддеть.

И это сработало, так как безразличный вид мгновенно сменился растерянным замешательством. Что ж, для разнообразия и ему полезно иногда получать немного эмоциональной встряски. Про себя Элла хмыкнула: не такой уж ты и железный, Теодор, как ни старайся показать иное! Но на первый раз было достаточно, поэтому девушка быстро добавила.

– И ты тоже…

Тот метнул на нее суровый взгляд и проворчал.

– У меня нет причин задерживаться тут дольше.

– Одна есть, – таинственно сказала Элла и, проходя мимо него, схватила мужчину за руку, потащив за собой, чем вызвала в обеспокоенном Гарифе новый припадок. – Я знаю, где ключ и знаю, как нам его получить…

Они стояли посреди песков, опаляемые жарким солнцем Аллористана, и смотрели на бескрайние дюны. На лице Теодора отражалась решимость и легкая напряженность. Эллания же просто светилась от ощущения собственной значимости. Альмир Эмирхан не просто поведал ей месторасположения ключа, но также объяснил, как им до него добраться. Он доверил ей один из важнейших секретов, хранить который был обязан по праву рождения. Доверил ей, а не кому-либо еще. И это что-то говорило о ней, наверное… Что-то очень важное… Только она пока не до конца осознала, что именно.

– И как нам отыскать этот оазис? – поинтересовался Теодор, поднимая руку козырьком. – Проклятье! Нужно было дождаться Риордана. Он без труда отыскал бы его сверху!

– Ты сказал, что у нас нет времени, – пожала плечами девушка и полезла за чем-то в карман. – К тому же, у меня есть вот это.

Элла вытащила небольшой кулон на цепочке. Это был круглый диск, на котором изображались созвездия, подписанные на непонятном языке.

– Что это?

– Путеводитель.

– Путе…что?

– Штука, которая укажет нам путь.

– И откуда она у тебя? – спросил Теодор, прищурившись.

– От… – начала было та, но мужчина прервал ее.

– От Альмир Эмирхана?

Девушка кивнула.

– Ты в курсе, что, когда мы попросили его указать нам место расположения ключа, он сказал, что ни один из смертных не имеет права знать, где он, кроме непосредственно хранителя. То есть его самого. И обещал лично доставить ключ, чтобы после того, как мы им воспользуемся, снова вернуть в место, о котором не знает ни единая живая душа?

– Нет, – робко ответила та.

– И он так просто доверил эту тайну тебе?

– На что ты намекаешь, я не пойму? – взъерепенилась та, обиженная нелепыми подозрениями.

Теодор печально улыбнулся и ласково коснулся ее скулы, поправив выбившиеся из-за ветра локоны. Он вглядывался в нее минуту, после чего отвернулся и растеряно ответил.

– Ни на что…

– Нет, я серьезно, Теодор! – не отставала та. Она обежала его таким образом, чтобы снова оказаться напротив его лица. – О чем ты?

Мужчина глубоко вздохнул и отчего-то выпалил как на духу.

– О том, что ты важна ему гораздо больше, чем это казалось вначале, – он сжал губы в тонкую ниточку. – И он важен тебе! Как бы ты не хотела думать иначе… Ради него ты была готова пожертвовать всем! Жизнью, свободой… нами…

– Ты считаешь… – Элла удивленно захлопала глазами. – Ты считаешь, что мы с ним…

– Я считаю, что вас связывает нечто большее, чем тот факт, что он купил тебя, как свою наложницу. Он называет тебя Хылым Хая ти, ты знаешь, как переводятся эти слова?

– Мечта моей жизни… – неуверенно промямлила девушка.

– Вот именно! Ты не просто очередная женщина для него, Элла…

– А кто я для тебя?! – парировала та.

Он немного опешил от столь прямого вопроса.

– На самом деле вы с ним так похожи! – Эллания взмахнула руками. – Оба оцениваете меня, как что-то безвольное. Будто бы я не живое существо, а инструмент для чего-то данного свыше. И ни один из вас ни разу не удосужился поинтересоваться, чего на самом деле хочу я сама. Я – а не какое-то там никому не ведомое предназначение. Но у меня есть разум, планы, желания и сердце. И мне плевать на то, что предписано небесами, я хочу, чтобы мне позволили выбирать самой, а не потому, что что-то обязывает меня делать этот выбор.

Теодор молчал, и лицо его показывало чрезвычайное смятение.

– Похоже, я такой идиот, – сказал он, наконец, после пары минут осмысления.

Элла подтверждающе кивнула.

– И каков же твой выбор? – поинтересовался мужчина вкрадчиво.

– Неужели ты до сих пор этого не понял? – спросила девушка и, приблизившись, схватила его за жакет, притягивая к себе.

Глава 37. Сомнения и страхи

Поцелуй его губ был не менее жарким, чем раскаленные пески вокруг них. Теодор обнял Эллу за талию, придвигая ее к себе как можно ближе. Он словно старался слиться с ней воедино, все еще опасаясь, что та может куда-то исчезнуть. Он наслаждался этим поцелуем так, как давно не наслаждался чем-либо еще. Будто один он возвращал его обледеневшую душу в мир тепла и красок. И это неожиданное пробуждение восхищало и пугало его одновременно. Слишком давно он закрыл свое сердце ото всего, что могло его ранить, и открывать его для кого-то вновь было еще страшнее, чем когда-либо…

На мгновение он отстранился от Эллании и внимательно посмотрел на нее. Мужчина вглядывался в нее так, будто бы искал в ее глазах подтверждение слов, которые девушка озвучила только что. Его глаза потемнели, настолько, словно в них остался один лишь зрачок. И этот зрачок старался выцепить все крупицы истины, которые, возможно, та скрыла не столько от него, сколько от себя самой.

Тео не понимал свои чувства, точнее не верил им. Он просто знал, что эта женщина была нужна ему. Она была нужна ему гораздо сильнее, чем казалось тогда, когда он как мальчишка лез в ее окно, повинуясь низменным инстинктам, захватившим его в порыве страсти. И эта потребность ужасала его. Потому что заставляла терять контроль. А контроль – это единственное на чем зиждился его мир. И поэтому он снова и снова пытался заставить себя управлять своими чувствами, однако ничего не выходило. Оттого и не мог он справиться с той пугающей назойливой мыслью, никак не идущей у него из головы, что Элла и сама не до конца понимает кому на самом деле принадлежит ее сердце. Потому что он знал, что, если в один кошмарный момент, она осознает, что Альмир Эмирхан важен для нее гораздо больше, чем девушке казалось до этого, его мир рухнет. И рухнет уже навсегда, без возможности восстановиться.

Однажды Теодор уже собирал свое сердце по осколкам. И тогда он потратил практически весь запас своих внутренних сил. Второй раз он не осилит такое потрясение. У него просто не осталось резервов, чтобы перенести эту боль, что разрывает тебя по кусочкам.

Некогда, в те дальние времена, которые Тео уже смутно помнил, мать называла его «человек с душой нараспашку». Тогда он и правда был открытым юнцом, не опасавшимся жизненных неурядиц. Самый жизнерадостный и самый искренний из сыновей Аракса Вассета, он и не ведал, что может принести за собой любовь. Потому, что если бы знал, никогда не ответил на ту улыбку прекрасной леди Мадлен…

Их чувство было стремительно и горячо. Именно такой бывает первая любовь молодых людей, полных мечтаний и надежд. И безоблачное счастье, накрывшее Теодора столь внезапно, казалось незыблемым и вечным. Он не имел ни единой мысли о том, что жизнь может сложиться как-то иначе, чем долго и счастливо. Но судьба как обычно строит свои планы, не взирая на чаяния других…

В день, когда Мадлен покинула его, сердце несчастного разбилось на миллион частей. Тео думал, что оно никогда уже не сможет забиться вновь. Долгое время оно и правда словно недвижимое просто находилось в его груди тяжелым грузом. Будто бы несколько кусочков от него были потеряны, будто бы ОНА забрала их собой, навсегда лишая его возможности излечиться.

Теодор превратился в отстраненного циника, человека без эмоций и истинных желаний. А женщины стали для него лишь инструментом. Одни волновали больше, другие меньше, но ни одна не могла коснуться той сокровенной клетки, спрятанной за семью замками, в которою он запер свою душу, не желая больше делить ее с кем бы то ни было.

И вот пребывая в абсолютной уверенности по поводу собственной безопасности, Тео вдруг заметил, что женщина, с которой он не собирался иметь ничего общего, кроме самого факта обозначенной миссии, начала становиться для него все важнее и важнее. Пока, вдруг, ошеломляющее понимание того, что ей удалось собрать его сердце воедино, вновь запустив его, не накрыло мужчину полностью, как волна накрывает скалистые берега. Это было удивительное открытие, потому что Теодор был уверен, что попросту больше не способен испытывать ничего подобного. Но вместе с восторгом пришел и страх. Страх того, что и этому счастью не суждено быть долгим. Именно этот страх заставлял его дистанцироваться от нее как можно дальше, именно он сковывал его язык, когда хотелось сказать что-то отличное от вечных упреков и недовольства. Именно этот страх мешал ему просто принять все, что с ним происходило и раствориться в этом чувстве до конца…

Эллания нежно улыбнулась ему в ответ на внимательный глубокий взгляд отчего-то все же печальных глаз. Она понимала его смятение, словно видела эти тиски, которые сжимали и давили, не давая быть свободным в своих желаниях. Она ощущала его страх как свой собственный, потому что в ее голове роились те же опасения и сомнения. Но в отличии от Теодора, девушка приняла эту возможность потери и смирилась с ней. Слишком уж часто ее судьба делала опасные повороты, чтобы страшиться гипотетического риска. Элла поняла, что независимо от того, что готовит ей будущее, жить в осознании того, что ты упустила, было куда как страшнее, чем возможная утрата. И она не собиралась тратить ни единой секунды своего времени на ненужные опасения. Не теперь, когда жизнь наконец-то подарила ей шанс стать действительно счастливой.

Что ж, если для того, чтобы стереть его опасения, следовало каждый день показывать ему, что она рядом несмотря ни на что, она будет рядом. И если для того, чтобы заставить нестихающую тревогу наконец-то прекратить этот набат, она должна была говорить ему то, что она выбирает его, она будет говорить это. Потому, что Элла не позволит его страхам разрушить эту пока еще зыбкую влюбленность, не позволит снова оставить их двоих в мире, где отсутствует тепло соединения сердец. Она будет сильной и справится с самой сложной из своих задач – растопит многовековой лед, который он так долго создавал вокруг своего сердца. И тогда однажды, Теодор проснется с пониманием того, что страх будущего больше не имеет над ним власти…