Текст книги "Пристегните ремни. Взлетаем! (СИ)"
Автор книги: Тина Джель
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)
Глава 26
Глава 26
Глава 26
Никогда бы не подумала, что после такого я проснусь живой. Даже голова не болит. Немного побаливает горло, напоминая мне о позоре, которого я не помню, но, судя по тому, что щёки начинают пылать, всё остальное я помню прекрасно. Голова работает. И ручки, которыми я ощупываю себя, тоже работают. Позорище, конечно.
Не обнаружив поблизости никаких признаков жизни, встаю с кровати, обмотавшись полотенцем, на котором спала. Ещё один позор на мою голову.
На спинке кресла висит моё платье, на столике стоит сумка, и…лежат мои трусы. Наклонившись, нюхаю платье, оно пахнет свежестью и чистотой. Трусы не нюхаю, видно, что чистые. Боже… как я докатилась до такой жизни? Никогда, больше никогда, ни капли!
Хватаю своё имущество, бегу в ванную, пытаясь по дороге решить, что делать: сбежать, пока его нет или дождаться. Куда кстати он делся-то?
Быстро принимаю душ. Волосы не мою, они чистые, даже влажные ещё. Застирываю полотенце. Про этот позор я уже неоднократно говорила, повторять не буду.
Тщательно чищу зубы и зачем-то смотрю на себя в зеркало. Кошмар наяву. Бледная, с синими кругами под глазами. И в сумочке ничего кроме блеска для губ, как назло, нет. Одеваюсь, намереваясь всё-таки сбежать, чтобы в очередной раз не позориться.
И только хочу уже выйти, кажется, что хлопает дверь.
Пока думаю, что делать, в дверь стучат:
– Пупетта, выходи, я знаю, что ты там. – Чёрт! Деваться некуда, выхожу. – Как ты себя чувствуешь? – спрашивает серьёзно. Ну, на первый взгляд, так кажется.
– Нормально, спасибо, – говорю, как можно небрежнее, стараясь скрыть разрывающий меня на части стыд.
– Хорошо, тогда поехали.
– Куда? – сглатываю скопившуюся во рту слюну, едва ли не поперхнувшись.
Не знаю что на меня так действует: голод или его присутствие рядом, но слюнные железы работают с какой-то удвоенной силой.
– Ко мне.
– Зачем? Я не поеду к тебе.
– Ещё как поедешь, я что твоё платье с трусами просто так стирал?
– Ты не просто так стирал, а…– похоже у меня подтекает крыша раз я хочу ему напомнить о своём позоре.
– А за что? – с ухмылкой спрашивает он.
– Мне к девчонкам надо, – бурчу себе под нос, пытаясь перевести тему.
– Я был у девчонок, забрал твой чемодан.
– Да! И что они сказали? – оживаю.
– Они не могли ничего сказать, они скорее мертвы, чем живы, так что поехали Пупетта… – берёт меня за руку. Лыбится во весь рот.
А я стою.
– И что мы будем делать у тебя?
– Для начала я нас покормлю, потом, если ты себя нормально будешь чувствовать, продолжим то, что не закончили ночью, – на этом месте я громко сглатываю, но молчу, – а потом, навестим моего отца во Франции. Ты же хотела на море?
О, Франция... Неужели я так хороша была этой ночью?! Ещё бы вспомнить что-нибудь…Блин.
– Мне девчонкам нужно позвонить, – не могу же я так сразу согласиться.
Но за рукой его иду.
– Позвонишь, ты телефон купила?
– Какой телефон?
– Ну я же тебе карточку оставлял, чтобы ты телефон купила.
– Да? – торможу. – Я думала, ты её забыл…
Шум в голове от резко подскочившего давления при виде ресепшена и направленных на меня нескольких пар глаз, не позволяет услышать ответа. И только мысль, что я этих людей, с интересом рассматривающих меня, больше никогда не увижу, удерживает на ногах. Но до машины практически бегу.
Открыв дверь со стороны пассажирского кресла, чуть не плюхаюсь на коробку которая на нём лежит. Коробка сильно похожа на телефон, но думать об этом я пока не могу, хочется побыстрее уже отсюда уехать. Как только представлю, что меня все эти люди ночью видели, а потом ещё стирали мои… трусы, так сквозь землю хочется провалиться. Сажусь, коробку кладу на колени. И правда – телефон.
– Ну, благодарить будешь? – повернувшись ко мне, Энцо прикасается кончиком указательного пальца к своей нижней губе. Я застываю, не понимая его. – Или ты шубку хотела?
– Это мне? – показываю ему коробочку, впервые обратив внимание на то, что коробочка-то не простая, а дорогущая.
– Тебе дорогая, – сам чмокает меня в уголок губ.
И пока я шлёпаю этими самыми губами, Энцо трогается с места.
А я понимаю, что хочу во Францию. С ним. После такого-то подарка…Нет, не из-за подарка, конечно, но я об этом стараюсь не думать.
Не знала, что у него родители во Франции живут. Да и откуда собственно мне это знать? Да и зачем? Курортный ведь роман тем и хорош…
Чем?
Отворачиваюсь в окно. Не хочу про это думать.
Но в ресторане уплетаю всё, что стоит перед моим носом. Спагетти с морепродуктами, рыбу какую-то, целую гору салата. Аппетит зверский.
– Десерт? – интересуется Энцо, отодвинув тарелку.
– Нет, спасибо, больше не могу. – откидываюсь на спинку кресла. Кажется, жизнь налаживается.
Франция… Море… И самое главное…
Смотрю на Энцо…
– Клубнику? – спрашивает он. – Девочки же любят клубнику…
От его “девочки любят” становится неприятно. Какие такие ещё девочки?
– Мне не нравится ваша клубника, – доля правды в этом есть. Но основная причина, конечно, в девочках, которые любят клубнику.
– А что с ней не так?
– Она у вас не сладкая.
– Сахара добавь.
– Клубника… с сахаром…это извращение. У нас клубника и без сахара сладкая.
– Откуда у вас клубника, у вас же холодно.
Господи, ну почему они все такие невежи, а?
– У нас есть лето, если ты не знал. Летом у нас жарко. У моей бабушки целая плантация клубники, – широко развожу руки, демонстрируя ему размеры бабушкиных клубничных плантация. – Очень вкусная…она её удобряет специальным удобрением…
Это я вообще о чём? Только поздно уже.
– Чем, открой секрет?
Отупевший после ночных возлияний мозг никак не может вспомнить нужное слово.
– Продуктами жизнедеятельности, вот, – как мне кажется подбираю вполне подходящую альтернативу навозу.
– Говном, то есть? – вздёргивает Энцо бровь.
– Ну да, – легко соглашаюсь, не почувствовав подвоха.
Говном, так говном…
– Кхм, – произносит он загадочно. – Буду знать, хорошо, что сказала.
Пфф...
Глава 27
Глава 27
Глава 27
Позвонив с нового телефона маме, откидываюсь на спинку кресла и… отключаюсь. Быстрая езда по ровным дорогам расслабляет невероятно.
– Просыпайся соня, приехали, – зовёт меня очень нежно мужской голос, отчего внутри меня случается маленький переворот.
Долбанутые бабочки оживают, щекоча своими крылышками низ моего живота. Вот почему я на него так реагирую, а?
Потянувшись, открываю глаза и несколько минут удивлённо пялюсь на большой дом заросший зеленью. Это правда не сон? Он живёт в этом шикарном доме?
– Ты здесь живёшь?
– Иногда, – говорит он, выходя из автомобиля.
Сам мне дверь открывает. Помогает выйти. Надо же. Выхожу, расправляю крылья, выросшие за спиной. Поправляю платье. Расскажу девчонкам – не поверят! Да я и сама ещё до конца не верю счастью своему. А кто бы на моём месте поверил?
Бодро иду за ним, осматриваясь по сторонам, не в силах сдержать любопытства. За домом, кажется, бассейн есть.
– А там бассейн, да? – спрашиваю, показывая пальцем на шезлонг.
– Да, мама принимает там солнечные ванны…
Что? Какая мама? Теряюсь…
Я так-то уже себя на том самом шезлонге представляла.
– Мама приезжает к тебе принимать солнечные ванны? – уж не говорю ему: убираться и готовить, как это у них принято.
– Нет, это дом её мужа, она живёт здесь.
Так. Что-то я не поняла. А Франция? Я во Францию собралась, мне Лазурный берег снился, пока мы ехали. Я там по песочку в купальнике рассекала, который специально для этого отпуска купила.
Но уточнить этот важный вопрос, не успеваю.
– Мы заждались уже вас, Элио волнуется, что остынет всё, – говорит, появившаяся перед моим носом женщина. Широко улыбается.
Я, как дура, тоже улыбнуться пытаюсь, но от волнения, блин, губа прилипает к зубам. Хорошо, что она этого не видит. Пока эти двое прижимаются друг к другу щеками: сначала к одной, потом к другой, громко чмокая воздух, губу от зубов получается отодрать. Вместе с кусочком кожи, кажется, но получается.
В том, что эти двое родственники, нет никаких сомнений. У Энцо глаза своей мамы. У него очень красивая мама. Высокая, статная. Посмотрев на неё вполне верю, что она родом из Неаполя.
Боже, что я тут делаю?!
– Это Антонина, – представляет меня Энцо своей маме, делая шаг в сторону. – Это моя мама, Элена.
– Какое красивое имя, – восклицает Элена, пока я пытаюсь выдавить из себя что-то похожее на “очень приятно”. Подходит и приветствует меня чмоками в щёки.
Я стараюсь не дышать, чтобы она не почувствовала в моём дыхании отголосков ночных возлияний.
Не знаю, что она про меня думает, но ведёт себя очень приветливо. И Энцо, надо отдать ему должное, разговаривая с мамой, держит меня за руку, чтобы я не упала.
– После ужина покажешь дом гостье, – говорит Элена, заметив по-видимому мой открытый от удивления рот.
На всякий случай проверяю – вроде закрыт.
– Элио, привет! – Энцо приветствует невысокого полноватого мужчину. Довольно взрослого. Совсем не похожего на него. Я вообще перестаю что-либо понимать. – Антонина, знакомься, – представляет он меня мужчине, приобняв меня за плечи.
– Добро пожаловать, Антонина, – Элио лобызает меня в обе щеки, я опять не дышу. Так ведь и в обморок упасть недолго. Хорошо, что его приветствия не длятся долго. – Садитесь, садитесь, – начинает суетиться Элио, стулья отодвигать неприподъемные.
С удовольствием сажусь. Стоять в такой ситуации очень сложно. Ноги так и норовят подкоситься.
– Аперитив? – спрашивает у всех Элена, но смотрит почему-то в этот момент на меня.
– Нет, – отвечает за меня Энцо. – Элио, что у нас сегодня на ужин? – тут же переключается, избавив меня от неловких объяснений. Сам наливает мне воды в стакан.
Я выпиваю её тут же, сушняк дикий просто. Энцо наполняет мне его по новой.
– Жёлтый рис, по моему фирменному рецепту! – торжественно объявляет Элио и радостно на меня смотрит.
Из-за того, что во рту вода, восхититься я не успеваю.
– Антонина не любит жёлтый рис. – это делает за меня Энцо.
Из хорошего на этот момент – я успела воду проглотить.
Но за столом, объяснимо, повисает неловкая пауза. Мои щёки заливаются краской. И пока я думаю, как бы отомстить Энцо за такую подставу, в ситуацию вмешивается Элена:
– Я положу тебе мясо Антонина. Ты же ешь мясо? – спрашивает она и сразу же встаёт.
Мне адски неудобно перед ней и перед Элио. Я с удовольствием бы сейчас отдавила Энцо ногу, боюсь только, что наша потасовка под столом будет заметна. Поэтому сижу, киваю изо всех сил в знак согласия, и улыбаюсь, как дурочка.
Придвинув к себе тарелку с аппетитным куском мяса, немного успокаиваюсь. Но счастье моё длится недолго. Элио, справившись с разочарованием, берёт бутылку вина и, демонстрируя мне этикетку, начинает про это самое вино подробно мне рассказывать. Именно мне, и никому другому. Я, как человек вежливый, слушаю его очень внимательно, всё ещё борясь с чувством вины за жёлтый рис. Элио открывает бутылку, наливает в бокал.
– Попробуй, – протягивает он мне этот самый бокал мне. Глаза его при этом вспыхивают по молодецки, предвкушая мои восхищения.
Я даже руку протянуть не успеваю.
– Она не пьёт вино, – сообщает всем Энцо, забирая из его руки бокал. Делает глоток, – Отличное вино, Элио, – говорит, ставя бокал на стол.
От вида растерянности на лице Элио, мне хочется провалиться сквозь землю. Ну, или хотя бы, кого-нибудь побить.
– Ну, немного же можно, – как-то очень неуверенно вмешивается в происходящее Элена, и как-то очень странно смотрит на меня в этот момент. Рассматривает даже, можно сказать.
– Нет, совсем нельзя. – категорично отрезает Энцо.
–М-м-м, – мычит Элио, присаживаясь на краешек стула. – Я вчера встретил Симону, кхм, – прокашливается, – она сказала, что видела вас, но я не думал…
Что он не думал?
Пытаюсь вспоминать, где я это имя слышала, только от волнения мозг соображать не хочет. Кроме героини одной старой известной у нас песни, ни одной Симоны не могу вспомнить, чёрная дыра все мысли поглотила.
– А, да мы видели её в ресторане, я приглашал Антонину в “Parolaccia” – приходит на помощь Энцо.
Я сжимаю зубы.
– Нашёл куда девушку приглашать, – возмущается его мама и тут я с ней солидарна, – Антонина, а как вы познакомились? – интересуется ни с того ни с сего Элена.
Остатки моего мозга начинают биться в истерике о стенки черепа.
– Познакомились? – переспрашивает Энцо, делая вид, что не расслышал вопроса, тем самым дав мне минуту передышки.
– Да, как вы познакомились? – повторяет Элена свой вопрос громче.
– На сайте знакомств, – выдаю первое, что приходит в мою бедовую голову.
– Ах, да, точно, на сайте знакомств, я уже и запамятовал…– это типа он меня поддерживает так?
Запамятовал он.
– Я зарегистрировалась, чтобы попрактиковать язык… – лепечу едва слышно, как бы оправдываясь за место нашего знакомства, вспомнив, как нельзя кстати, Милкину лекцию о тех самых сайтах знакомств.
– Как романтично! – неожиданно выдаёт Элена.
Смотрю на неё и не пойму: шутит она или взаправду так думает? Вид у неё совсем не осуждающий, а очень даже заинтересованный. Или у них какие-то другие сайты знакомств и Милка о них не знает?
Отрезаю кусочек мяса, заталкиваю его в рот, жую неторопливо, время тяну. Мне жизненно необходима передышка…
Глава 28
Глава 28
Глава 28
– Ну, что я хочу тебе сказать по этому поводу, – зажурчал в моей голове звонким ручейком Милочкин голос. – Стоит только открыть сайт знакомств – и сразу очередь из «Привет, красавица, как дела, в душ и без меня?». Но вот найти секс, после которого не хочется написать подруге «Господи, за что?!» – это задачка со звездочкой. Тут, как в продажах: своя воронка. Записывай – Милка поправляет очки на носу учительским жестом и ждёт пока я достану блокнот с ручкой прежде чем продолжить: – Итак:
– Этап первый – отсеять по анкете всю шелупонь, на которую не стоит тратить время.
После слова “шелупонь” я ставлю знак вопроса. Надо будет потом уточнить кого она имеет в виду.
– Этап второй – свидания. Самый энергозатратный. Ну, сама подумай: ты красишься, делаешь укладку, наряжаешься. Потом куда-то едешь, с нуля рассказываешь о себе незнакомому человеку, слушаешь три часа, как он почти открыл бизнес в Дубае, а такси для души, и вообще жена сама виновата, что он ей изменяет. – Выдыхает. – Тут сама смотри… Если мужчина нравится и ты не против пригласить его на вечерний минет и утренний омлет, то переходишь на третий уровень. Третий уровень, как ты догадалась – постель. Собственно ради чего всё это и затевалось. И вот тут-то у нас и начинаются самые чудеса! Девять из десяти любовников имеют несколько режимов:
– долбить, как отбойный молоток, ничего не понимая в женской анатомии, физиологии и психологии;
– делать вид, что знают, как довести до оргазма абсолютно любую женщину. Доводить, конечно же, никто не собирается, потому что теория и практика вещи разные и могут вообще не пересекаться;
– не знают, как довести женщину до оргазма. Ну, эти хотя бы обучаемые и открыты к диалогу.
– в принципе, плевать на желания женщины и на то, что она тоже пришла за удовольствием, а не про бизнес и виноватую жену слушать.
На этом месте мы одновременно выпиваем по стакану воды. Горло пересохло у обоих. У неё от долгого повествования, у меня, сама не знаю отчего.
– Это только в переписках каждый первый – мачо и герой любовник в одном флаконе, каждый второй: «Я тебя так трахну – имя свое забудешь!». В жизни эти мачо, пересмотревшие порно, также далеки от клитора, как я от полёта на Луну. В результате до носика воронки доходит один из десяти кандидатов. Мало, очень мало Тонечка хороших любовников, поэтому, если вдруг сложилось – держи!
На этом месте я давлюсь, вставшим поперёк горла куском мяса и закашливаюсь. Да так сильно, что из глаз слёзы фонтанами брызжут.
Элена с Элио одновременно откладывают приборы в сторону. Энцо кладёт руку мне на спину, склоняется к моему лицу. Я закрываю лицо ладонями, пытаясь справиться с оказией…
Его дыхание на моей щеке вызывают странные ощущения. По всему телу словно мелкие иголочки скачут. И искорки. Я ведь знаю, что он тот самый, который один из десяти, и это ещё сильнее выбивает меня из равновесия.
Соберись, Антонина! – даю себе мысленный пинок.
Не время думать о таких вещах. Фу, на тебя.
– Поперхнулась, – хриплю, убрав руки с лица. Вытираю пальцами слёзы.
Энцо подаёт мне стакан с водой, продолжая внимательно изучать моё лицо. Я вцеплюсь в этот стакан двумя руками. Пью.
У меня эта вода уже скоро из всех щелей наружу польется…
– Кхм, Антонина, может тебе клубники? – предлагает осторожно Элена, дождавшись пока я более-менее приду в себя.
Проморгавшись, перевожу взгляд на неё.
– Она не любит нашу клубнику, она у нас не такая вкусная, как у них, мы её не тем удобряем. – Опережает меня Энцо.
У меня нервно дёргается глаз.
– Да?! И чем же таким особенным вы её удобряете? – удивлённо вздергивает бровь Элена.
– Говном, – говорит Энцо.
Мне хочется его прибить за очередную подставу. Но я только мрачно сверлю взглядом стену напротив, даже не пытаясь ничего сказать в своё оправдание. Если поначалу в моей голове и были мысли понравиться его родителям, то теперь-то уж вряд ли мне что-либо поможет. Даже представить боюсь, что они потом скажут своему сыночке о странной невоспитанной русской, которая не ест жёлтый рис даже из вежливости, не пьет вино, а клубнику употребляет только ту, которую удобряют говном.
Энцо, конечно, поразительно наглая скотина. Зачем он меня сюда привёз?
Лучше бы я никуда не поехала…Не было бы так мучительно больно потом...
– Самое лучшее удобрение, – говорит вдруг Элио.
Я, с некоторым недоверием смотрю на него. Он случаем не мстит мне за жёлтый рис сейчас? И пока я пытаюсь решить для себя этот непростой вопрос, Элена начинает смеяться. Да не просто смеяться, а громко хохотать.
– Энцо, я так рада, что ты познакомил нас с Антониной, вы такая милая пара, – выдаёт она вдруг сквозь слёзы смеха, промакивая кончиками пальчиков слёзки в уголках глаз.
Перевожу опять взгляд на неё.
Милая?
У меня сейчас случится инфаркт.
Энцо проводит по моей спине рукой. Жопой чувствую, ухмыляется сидит, но смотреть на него не хочу.
Но! Шмыгнув носом, осмеливаюсь:
– Не откажусь от клубники…
Уфф! Возможно, не всё ещё у меня потеряно, есть смысл побороться за место под солнцем. Вернее, за Энцо…Милка же сказала – держи!
Перед моим носом тут же появляется огромное блюдо с красной сочной ягодой. Безумно красивой. Я беру одну, пробую – вкусная. Зря я выпендривалась.
Меня на время оставляют в покое, за что я всем безмерно благодарна. И пока я уплетаю ту самую невкусную клубнику, которая оказывается очень даже ничего, узнаю много всего интересного…
Родители Энцо в разводе. Папа живёт с новой женой во Франции. Мама вроде как на него не в обиде, замужем за очень не бедным буратино. В общем, завтра мы всё-таки едем с Энцо во Францию, знакомиться с его папой. Увлечённая мыслями: “что бы это всё значило”, не замечаю, как клубника заканчивается.
– Понравилось? – интересуется Энцо, стрельнув взглядом на пустое блюдо.
–Э-м-м, – я прикусываю щёку изнутри.
Может, это на всех было, а я сожрала? Оказывается неплохо так клубника с похмелья заходит, вот кто бы знал. А то всё рассол, да рассол…
Смотрю смущённо на Элену, которая в этот самый момент смотрит на меня. Несколько растерянно смотрит, надо сказать...
– Я вам с собой ещё тогда дам… клубники… – говорит она, поднимаясь со стула.
– Да у нас есть, я купил…
Элена садится.
Я начинаю подозревать, что что-то опять не так, но понять “где собака зарыта” , не могу. От этого нервничать опять начинаю.
Как же сложно-то оказывается знакомиться с родителями! Помогите мне уже кто-нибудь.
Помогает Элио – приглашает меня посмотреть свою библиотеку.
Заметив, что Энцо открывает рот, щипаю его за ногу и, выкрикнув:
– С удовольствием! – подскакиваю с места.
Момента, как Энцо подхватывает салфетку летящую с моих колен на пол и отодвигает стул, который чуть не грохнулся, я почти не помню.
– Элио, десять минут, – слышу уже спиной слова предназначенные вроде как не мне, поэтому не останавливаюсь.
Пока идём до библиотеки, а идти туда оказалось совсем не близко, аж на какой-то там этаж, втихаря рассматриваю дом, делая вид, что внимательно слушаю то, что говорит мне Элио.
Дом очень красивый, с душой, что называется. Из тех, которые передают по наследству. Стены украшены остатками фресок и каких-то картин, на полу вазы дорогущие, привезенные из путешествий по-видимому ...
– Садись, – Элио двигает мне кресло, когда входим, сам лезет на стремянку.
Обвожу взглядом библиотеку – мурашки по коже. Не удивлюсь если у него здесь хранятся бесценные древние фолианты. А они храняться, потому что Элио берёт что-то с верхней полки и бодро так шагает по ступенькам стремянки вниз.
Чуточку напрягаюсь. Не грохнулся бы. Не мальчик ведь уже.
– Смотри, – протягивает он мне книгу.
Ох, нихрена ж себе!
Пальцы подрагивают, когда беру в руки коллекционное издание Достоевского. Переплёт из натуральной кожи, золотое тиснение. Боже!
– Я за этой книгой сам летал в Москву, – сообщает немного возбужденно Элио. Глаза блестят.
– Вы были в Москве?
– Да, и не только в Москве. Я много где в России был. Фильм “Подсолнухи” *несколько раз смотрел. Ездил в те места… – Позорище вселенского масштаба – слышать не слышала о таком фильме. Хорошо, что Элио ничего у меня не спрашивает, сам рассказывает: – Софи Лорен, когда ехала в Россию, думала, что у вас всегда холодно и прихватила с собой пять шуб. Пять! – показывает пятерню и совершенно искренне по-мальчишески смеётся. – Русские чиновники подумали, что она коллекционирует шубы и подарили ей ещё одну, из драгоценных сибирских соболей.
Я округляю глаза.
Надо же, какие у нас щедрые чиновники оказывается, а я и не знала. Я тоже так-то шубы хочу коллекционировать…
________________
В главе Элио рассказывает о фильме “Подсолнухи” 1969г. с Софи Лорен и Марчелло Мастроянни в главных ролях. Съёмки проходили в деревнях Полтавской и Тверской областей. Итало-франко-советская мелодрама была очень популярна в Европе, но в нашей стране о ней почти ничего не известно.
