Текст книги "Тактик 2 (СИ)"

Автор книги: Тимофей Кулабухов

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

– Второе, – продолжал я. – Нам нужна эффективная система оповещения. Чтобы мы знали о любом передвижении орков, о любом их нападении заранее, а не тогда, когда они уже стучатся в ворота. Возможно, для этого придётся использовать магию, если у вас есть такие специалисты. Или какие-то световые сигналы, артефакты… что угодно, что даст нам время на подготовку. В Ордене Ре Бахтал были артефакты.

– Они не работают в толще гор, – негромко прокомментировал Фрор, а король кивнул.

– Понимаю, – склонил голову я, – Но в древности ваши предки тем не менее имели какую-то сигнальную систему на принципах магического «эхо». Не представляю себе, что это и как работает, но раз древние могли, можете и вы.

Король поджал губы, но спорить не стал.

Я сделал паузу, собираясь с духом перед самым главным.

– И третье, самое важное. Нужно перенаправить основные усилия с бесплодных, кровопролитных атак на… добычу золота и других ценных ресурсов. Война стоит дорого, Ваше величество, – твердо сказал я. – Очень дорого. Нам нужны деньги, чтобы нанимать наёмников-гномов, людей и так далее. Чтобы улучшать вооружение. Чтобы платить за информацию, за разведданные. Чтобы, в конце концов, подкупать тех, кого можно подкупить. Золото – это тоже оружие. И сейчас оно, возможно, даже важнее, чем острые топоры и тяжёлые доспехи. Мы должны лишить орков их экономической базы, но для этого нам самим нужно стать сильнее экономически. Мы должны скупать ресурсы, которые нужны оркам, нанимать тех, кого могут нанять они. Мы должны сделать так, чтобы воевать против нас стало для них невыгодно.

Наконец, Фольктрим заговорил.

– Гномы не прячутся, Рос. Мы привыкли решать проблемы силой оружия, а не звоном монет.

– Но старые методы больше не работают, Ваше величество, – мягко, но настойчиво возразил я. – Вы сами это видите.

Фольктрим закряхтел. Принять эту новую, «негероическую» стратегию ему, молодому и горячему, наверное, было трудно. Однако именно героизм создал королевству Оша столько проблем.

– Я принимаю твою стратегию, Рос. Гномы переходят к обороне. Мы направим свои силы на добычу ресурсов и торговлю. Фрор, – он повернулся к старому гному, – ты отвечаешь и восстановление системы оповещения. Проси для этого всё, что хочешь и бери кого нужно. И… – он сделал паузу, – … раз уж мы тут одни… что касается Эйтри. Я согласен на его условия, но нужно придумать, как обойти традиции. Поймите вы оба, в столь трудный и тяжёлый час лишь мораль удерживает остатки гномов от того, чтобы разбежаться по белому свету. Но Алатор признает Аккаин и его жителей. Им будут выделены территории. Но взамен я жду не только информации. Я жду их воинов здесь, в Алаторе. Они будут сражаться плечом к плечу с нами, как равные.

Он поднялся.

– Действуйте, друзья мои.

Глава 19

Кто больше всех деньги на свете любил?

Фольктрим, к моему некоторому удивлению, но и с долей внутреннего удовлетворения, мою оборонительную доктрину принял. Не без скрипа, конечно. Видимо, идея отсиживаться в норах, пока враг топчет твои туннели и оскверняет залы, претила его свежеиспечённому королевскому самолюбию.

Но доводы, мои и, что важнее, Фрора Простоборода, который неожиданно стал моим главным союзником в этом «клубе любителей древних традиций», оказались весомее.

Ресурсы на укрепление Алатора, превращение его в одну большую, многоуровневую ловушку для орков, и на создание той самой системы раннего оповещения, о которой я талдычил, были выделены. Гномы, получив чёткую и понятную задачу: копать, строить, укреплять, взялись за дело с присущим им трудолюбием и основательностью. Каменная кладка росла, как грибы после дождя, в туннелях появлялись новые ловушки, замаскированные обвалы и узкие «бутылочные горлышки», где даже небольшой отряд мог бы сдержать целую орду.

Но я-то понимал, что пассивная оборона – это как сидеть в осаждённой крепости, медленно доедая последние запасы. Рано или поздно они кончатся. Или враг найдет слабое место. Или просто задавит числом. «Стратегия черепахи», конечно, хороша для выживания, но не для победы.

Нужно было что-то ещё. Контрудар.

Но не такой, какой представляли себе эти бородатые вояки, с лязгом стали, рёвом боевых рогов и горами трупов с обеих сторон. Нет, удар должен был быть другим. Асимметричным. И нанести его должны были не регулярные, закованные в броню, предсказуемые гномьи отряды. А кто-то другой. Кто-то, кого орки не ждут. Кто-то, для кого война – это не священный долг, а… бизнес.

– Ваше величество, – обратился я к Фольктриму на одном из очередных «оперативных совещаний», где командиры отчитывались о ходе фортификационных работ. – Мне необходимо отлучиться. В Узин.

Фольктрим удивлённо поднял бровь. Фрор хмыкнул в свою седую бороду.

– В Узин? – переспросил молодой король. – Зачем? У нас тут каждый боец на счету. И каждый думающий… советник, – он чуть заметно усмехнулся, – тоже.

– По вопросу этой войны, конечно, – ответил я, стараясь выглядеть максимально загадочно и компетентно.

Я намеренно не стал раскрывать все карты. Знаю, им такую идею не объяснить.

Фольктрим некоторое время молча смотрел на меня, его взгляд был внимательным и изучающим. Я видел, как в его голове идет работа, взвешиваются «за» и «против». За последние недели, что я провёл в Алаторе, между нами установилось что-то вроде… хрупкого доверия. Он видел, что мои советы, хоть и шли вразрез с привычными гномьими представлениями о войне, приносили результаты. И, похоже, он начал ценить мой нестандартный, «человеческий» взгляд на вещи.

– Хорошо, Рос, – наконец сказал он. – Действуй. Я тебе доверяю. Что бы ты ни задумал, действуй и помоги Скафс тебе в твоей идее. А уж Алатор не останется в долгу.

Я кивнул. Карт-бланш получен. Фрор проводил меня до выхода из города с тяжёлым взглядом, в котором читалось и любопытство, и какая-то застарелая гномья подозрительность. Старый хрыч явно что-то чуял, но промолчал. И на том спасибо.

Я отправился с очередным торговым караваном.

По приказу короля кланы выгребали свои хранилища от всего, что можно сбыть и направляли на рынки внешних городов, в первую очередь, Узина.

Туда я и направился.

Узин встретил меня все той же напряжённой, гудящей, как растревоженный улей, атмосферой. Город, стоящий на тракте и границе с воюющими территориями, жил своей суетной жизнью.

Запахи лета, обработанных полей, мастерских, пекарен, запахи дешёвого эля и пота представителей человеческих и гномьих рас витали в воздухе.

Но теперь я был здесь не просто случайным наблюдателем, не наёмником, ищущим работу. Я был… рыцарем и советником короля, ведущего войну.

Хоть и самопровозглашенным, но с вполне реальным доменом и знаком «Гве-дхай-бригитт» на доспехе, который в этих краях ценился повыше многих дворянских грамот. И пришел я сюда не просить, а предлагать.

Моей целью были они, те самые «санитары леса», или, скорее, «стервятники полей сражений», которые слетаются на запах войны, как мухи на… ну, понятно на что.

Война образовала обширные серые зоны, откуда ушла официальная власть, частично ушли люди и гномы, а пришёл криминал.

По окрестным лесам бродили контрабандисты, мародёры, скупщики краденного. И, само собой разбойничьи шайки, атаманы, вольные стрелки, просто отморозки всех мастей, для которых война – мать родна и способ быстро поднять деньжат.

Их в окрестностях Узина и на спорных территориях всегда хватало, а сейчас, когда гномы и орки вцепились друг другу в глотки, их стало ещё больше.

Найти нужных людей оказалось не так уж и сложно. Мой статус, подкреплённый рекомендациями от знакомых гномов из клана Железного Молота (Воррин, хоть и ворчал, но пару нужных словечек за меня замолвил) и, конечно, вид моей гномьей гравировки, открывали все гномьи двери, а остальных заставлял заставляли прислушиваться.

Через пару дней, используя сеть осведомителей, подкупленных трактирщиков и просто болтливых наёмников, я свёл знакомство с несколькими наиболее влиятельными атаманами местных банд. Имена у них были колоритные: Кидаберриец, Тихий Ух, Ящер Бэрроуз, Андер Олин, Роу Пастух.

Мы собрались за городом, буквально на опушке леса на одной из торговых стоянок.

Кроме шестерых атаманов было ещё несколько «группировок» которые побоялись присылать лидеров, но от них пришли «доверенные люди».

Что атаманы, что «доверенные» были людьми осторожными, матёрыми, с большим и не всегда безоблачным жизненным опытом.

Прежде чем я начал говорить, встал один из атаманов, молодой крепкий парень в лёгком доспехе и двумя одинаковыми мечами из тёмного, цвета вороньего крыла, металла.

– Меня зову Андер Олин и я один из тех, кто контролирует окрестности вольного города Узин. У нас тут сложился определённый порядок вещей, господин рыцарь.

Я кивнул, ожидая продолжения.

– Вольный город выкупил свою свободу у герцога Марифьяка Терпеливого уже почти сто лет назад. Но не земли окрест. А вот с началом войны рыцари покинули эти земли и массово подались в Кайенн, где проще заработать монету, чем прятаться от орков, которые того и гляди придут за твоей головой. И уже долгое время окрестности королевства Оша лишены рыцарской защиты и, вместе с тем, рыцарских налогов. Сэр Рос, Вы рыцарь. И прежде, чем мы начнём наш разговор я хочу услышать, что Вы сюда пришли не чтобы поменять всё обратно и согнать банды с их мест.

– Я определённо не один из рыцарей этих мест, и я не собираюсь делать с вами что-то плохое, скорее наоборот.

– Ммм… Тогда может поясните, кто Вы вообще такой?

– Я как раз таки кайеннский рыцарь, но это не особо важно. Я представитель молодого короля гномов, королевства ведущего войну. А вы – банды этих мест.

– Ну да. Когда рыцари ушли, освободившееся пространство заняли банды. Но не применяйте это слово как оскорбление, сэр рыцарь. Банды – это отряды, которые защищают эти земли и оставшихся тут людей вместо сбежавших рыцарей. Вы же заметили, когда приехали в Узин, что у нас на дорогах не грабят?

– Да, градоначальник сказал, что Узин официально платит бандам за защиту.

– И это тоже. Мы такие банды, которые за порядок. Ну а теперь рассказывайте, зачем Вы нас собрали?

Атмосфера была, мягко говоря, напряжённая. Чувствовал себя как на собеседовании в отдел кадров какой-нибудь корпорации из преисподней.

– Итак, господа атаманы, – начал я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно и уверенно. – Я собрал вас здесь не для того, чтобы читать мораль или угрожать. А, скажем, наоборот. Мне кажется, что вы тут засиделись, заскучали. Я пришёл с предложением. Делом, которое может принести нам всем очень неплохую прибыль.

Они молчали, их взгляды были как буравчики. Ждали.

– По ту сторону Туманных гор находятся орочьи склады и торговые фактории. Так уж случилось, что я знаю, где они, – продолжал я, понизив голос до заговорщицкого шёпота. – Богатые склады. С оружием, медью на продажу, деньгами, продовольствием. И, что самое интересное, они плохо охраняются. Орки сейчас все силы бросили на Алатор, им не до тылов.

Я сделал паузу, давая им переварить информацию.

– Я предлагаю вам сменить скучный Узин на опустевший Воловий тракт и совершить серию налётов на эти склады. Быстро, дерзко, эффективно. Добычу делим по-честному. Большая часть – ваша. Мне нужен лишь небольшой процент… и кое-какие услуги.

На лицах атаманов промелькнуло что-то похожее на интерес. Слово «добыча» действовало на них, как блеск золота на карманника. Но скепсис ещё не ушёл.

– Грабить орков? – хрипло каркнул Клык, здоровенный детина с перебитым носом и шрамом через всю щеку. – Это тебе не караваны купчишек трясти, человече. Орки – твари злые. И если поймают – шкуру спустят живьём.

– Риск есть всегда, – согласился я. – Но и куш велик. К тому же, у меня есть точная информация. Карты, схемы охраны. Я знаю, где и когда лучше нанести удар. Я сам разработаю план каждой операции. Вам останется только… выполнить работу.

– Меня зовут Тихий Ух, – поднял руку коротышка с бегающими глазками и порванным ухом. – А тебе-то это зачем, рыцарь? Ты ж вроде как благородный. Негоже тебе с нами, разбойным людом, якшаться. Или денежки не пахнут?

– Не пахнут, – усмехнулся я. – И у меня с орками свои счёты. И я считаю, что грабить награбленное – это не грех, а восстановление справедливости. К тому же, – я понизил голос еще больше, – ходят слухи, что местный герцог, тот, что сидит в своем замке на Воловьем тракте и тоже точит зуб на орков. И ищет способ им насолить.

– То есть ихний соверен не будет против, – перебил меня Олин – И наша деятельность будет, как это правильно…. Легальной?

– Да, – соврал я, потому что никакой договорённости с герцогом, само собой, не имел. Мне нужны действия, а там и легализация подтянется.

Вот это был уже аргумент посерьёзнее. Для банд и лесных разбойников проблемы с законом – это всегда проблемы. Оттого они и шатаются по белу свету и держаться таких опасным мест, как предгорья Туманных гор, потому что тут закона фактически и не было. Теперь жадность боролась со страхом, но к жадности присоединилась возможность не нарушать закон и задружиться с местным герцогом, а там, глядишь и легализовать свою деятельность, получить прощения за старые грехи.

– И что ты хочешь за свою… информацию и планирование? – спросил Ящер Бэрроуз, самый молчаливый и, пожалуй, самый опасный из них.

– Десять процентов от всей добычи, – ответил я. – И полное подчинение мне во время операций. Я – стратег. Вы – исполнители. Никакой самодеятельности. Действуем слаженно, заходим тихо, выходим тихо, полная взаимная поддержка, планирование, своих тоже не бросаем. Договоримся?

Они переглянулись. Посовещались шёпотом. Наконец, Кидаберриец, самый старший среди них, кивнул.

– Идёт, рыцарь. Попробуем. Но если твоя информация – лажа, или твой план провалится… пеняй на себя. Ты у восточных предгорий и останешься.

– Мы найдём тебя даже под землёй.

– Договорились, – я протянул ему руку. Он крепко пожал её своей огромной, мозолистой лапищей.

Сделка была заключена.

«Ну что ж, Ростислав Игоревич, – подумал я с кривой усмешкой. – Похоже, ты только что стал наравне с атаманами банд. Частью преступного сообщества. Новый уровень в карьере. Интересно, какая ачивка за это полагается?».

Для начала перемещение. Узин находился с запада от Туманных гор, а нам нужен был так называемый Воловий тракт на юго-востоке.

Бандиты оказались народом мобильным. В течение суток сто процентов личного состава ОПГ снимался с мест и выдвигался, чтобы совершить марш-бросок через серые зоны предгорий, причём они ещё и ухитрились выслать вперёд разведку, так что мне оставалось только следовать в составе отряда Кидаберрийца.

Точных карт у меня не было, но я понимал, что торговцы огибали горы по большой дуге где-то за неделю. Бандиты пошли по краю гор, обходя орочьи патрули (мы буквально несколько раз меняли маршрут) и прошли до нужных мест за двое суток.

Банды нашли подходящие места под стоянки и, не разводя костров, повалились спать, хотя и выставили патрули.

Только на следующий день атаманы разослали разведчиков, и мы стали получать информацию.

Ну, для начала, сведения Эйтри оказались верны. Орки использовали часть захваченной у гномов инфраструктуры для своей торговли и именно в тех местах, где указал гном-изгой.

Первый рейд мы готовили тщательно. Я действительно получил от Эйтри некоторую информацию о расположении орочьих тыловых баз, не самую подробную, но достаточную для начала. Остальное пришлось додумывать самому, анализируя те сведения, которые добыли разведчики.

Мой выбор пал на крупный продовольственный склад орков, расположенный в предгорьях Туманных гор, в стороне от основных боевых действий. Пластуны-соглядатаи подсмотрели, что охраны там порядка ста орков и службу они ведут паскудно.

Для начала мы блокировали дорогу, по которой могла пойти подмога. Там была устроена качественная засада.

Потом, на рассвете, отряд из полусотни самых отборных головорезов Кидаберрийца, включая его самого и меня в роли «консультанта по тактике», выдвинулся складам.

Бандиты двигались по лесу как тени, бесшумно и быстро. Чувствовалось, что это их стихия. Я старался держаться чуть в стороне, наблюдая и координируя их действия по заранее оговорённым сигналам. В прямую драку лезть не собирался, моя задача была другой. Хотя клевец и короткий меч были наготове, на всякий случай.

Сам склад представлял собой несколько больших, в форме октагона зданий с покатыми крышами (строения явно гномьи), обнесённых кривым орочьим частоколом. Охрана на трёх постах, всего по одному орку, дремала, ещё одна группа из пяти орков торчала у костра между складов.

В течение нескольких секунд бандиты безжалостно вырезали часовых и точными выстрелами из луков перебили всех пятерых орков у костра.

Проигнорировав ворота, мы подцепили парой крюков несколько брёвен, потянули и вывернув плохо забитые брёвна, образовали проход.

Бандиты без единого крика или слова, в полнейшей тишине, как стая голодных волков, ворвались на территорию склада и устремились к казарме.

Короткая, жестокая схватка – и всё было кончено. Орков перебили спящими в казарме, только немногие смогли успеть схватиться за клинки, но и это ни на что не повлияло.

Кидаберриец велел прочесать территорию на предмет заблудившихся или сбежавших орков, чтобы убедится в том, что можно приступать к любимой части бандитов – грабежу.

Надо сказать, что тут их ужаснула моя методичность. Я велел выложить трупы орков в большую лежачую шеренгу, чтобы мародёрство производить с немецкой педантичностью (привет, Мейнард).

Орков обнесли до их орочьего исподнего.

Склады были вскрыты, найдены телеги и даже испуганные лошадки для них.

Это не был грабёж в стиле «схватил и убежал». Нихрена подобного. Лица разбойников расплывались в улыбке от того, что мы вычищали из помещений буквально всё ценное.

– Это вам, братцы, не мелочь по карманам тырить, – я процитировал атаманам фразу из старого советского фильма.

– Это Вас в Кайенне такому научили, сэр Рос? – усмехнулся Роу Пастух.

– Вроде того, господин Роу, вроде того.

Когда склады были основательно вычищены, мы подожгли то, что могло гореть и неспешно ретировались.

Итак, в предгорьях на Воловьем тракте появился новый политический игрок.

«Первый пошёл, – подумал я, глядя на довольные, перемазанные сажей и кровью рожи своих „соратников“. – Не очень эстетично, конечно. Но эффективно. И, главное, орки получат финансовый урон. А голодный орк – злой орк. Но не такой боеспособный».

Воодушевлённые первым успехом и богатой добычей, которая превзошла все их ожидания, атаманы теперь смотрели на меня с плохо скрываемым уважением. Даже Тихий Ух перестал скалиться и начал обращаться ко мне «господин стратег». Прозвище прилипло.

Глава 20

Партизаны на самоокупаемости

Следующей нашей целью стала главная торговая фактория орков.

Это было уже куда более серьёзное предприятие. Не просто склад, а целый небольшой городок, где орки обменивали награбленное в горах: золото, самоцветы, руду – на товары из других земель. Туда подтягивались торговцы–люди (люди вообще с кем угодно находили общий язык), гоблины и орки, традиционно союзные между собой расы.

Мне пришлось поговорить с бандитами, чтобы они воздержались от нападения на караваны. Нам не нужно было распыляться и показывать своё присутствие раньше времени. Бандиты с голодными глазами провожали колонну людей-контрабандистов, готовых торговать хоть с самим дьяволом, лишь бы получить прибыль.

Удар по этой фактории должен был стать для орков настоящим экономическим нокаутом. Перекрыть им торговые пути, лишить источников снабжения, посеять панику среди их «деловых партнёров».

План был куда более сложным.

Потребовалось несколько дней на разведку. Я сам, переодевшись неприметным бродягой, несколько раз подбирался к фактории, изучая её укрепления, систему охраны, пути подхода и отхода. Бандиты тем временем «отдыхали» в заранее подготовленном лесном лагере, заливая успех первого рейда орочьей брагой и деля добычу от первого рейда.

Нападение на факторию было похоже на хорошо срежиссированный спектакль. Одна группа бандитов устроила диверсию, подпалив склады с фуражом на окраине, отвлекая на себя большую часть охраны. Другая, под моим непосредственным руководством, проникла в самое сердце фактории, к главным складам и торговым рядам.

К этому моменты мы уже знали, что у фактории четыре неполные роты гарнизона, включая одну панцирников.

Наши собственные силы, те же четыреста (если суммировать всех) бойцов самого разного профиля. Правда, панцирникам нам было нечего противопоставить, бандиты совершенно не имели тяжёлого вооружения.

По тревоге орки подняли панцирников и они попёрлись давать щедрых люлей нашим ребятам-поджигателям, которые к тому времени, пошумев, свинтили.

Здания были гномьи, что среди прочего означает – прочные.

На крыши стала сотня стрелков и сотня с камнями, когда панцирники-орки оказались в проёме между двумя прямоугольными зданиями (и это была единственная причина устраивать поджог именно в этом месте поселения), бандиты перекрыли пространство с обеих сторон заранее присмотренными телегами.

На головы панцирников посыпались камни, а стрелки стреляли только прицельно. С телег работали копейщики, в том числе отличился я, лично убив командира отряда.

Тяжёлые, грузные, не манёвренные и с ограниченным обзором орки метались между стен, как взбешённые носороги. Но за пару минут этой достаточно неблагородной засады и пока остальные орки только поднимались по тревоге, мы заминусовали всё орочье подразделение.

Короткий сбор, перестроение, лучники собирают стрелы, и мы напали на орков в другом месте.

Никакого честного строя стенка на стенку, никакого предупреждения и возможности ответить.

Орки только стали выстраивать стену щитов, чтобы противостоять лучникам, которые безжалостно расстреливали их со здания ратуши, как большой отряд бандитской пехоты ударил оркам в спину их построения.

Лучники перестали стрелять буквально за секунду до подхода наших.

То, что началось потом, трудно описать словами. Хаос, огонь, крики, звон стали. Бандиты, опьянённые жаждой наживы и лёгкостью предыдущей победы, дрались как одержимые. Орки, застигнутые врасплох и дезориентированные пожаром, непонятным исчезновением своих панцирников, метались по фактории, пытаясь организовать сопротивление, но было уже поздно.

Я не стоял в стороне. Несколько раз пришлось пустить в ход и клевец, и короткий меч, когда орки прорывались слишком близко. Адреналин бил в голову, заглушая страх и усталость. Я чувствовал себя как в самой гуще компьютерной баталии, где от каждого твоего решения, от каждого удара зависит исход сражения.

За какой-то час всё было кончено. Больше того, бандиты ещё и захватили в плен часть торговцев.

Фактория пала к нашим ногам, а орки были перебиты.

С торговцами велись короткие переговоры о выкупе их жизней и организации сбыта краденного.

Вот тут себя хорошо показал Олин. Он не пытал и не пугал (хотя контрабандисты и так были напуганы). Он разговаривал.

С первого рейда и сейчас, с захватом фактории у бандитов формируется большой объём ценных товаров, которые бандиты готовы с большой скидкой продать.

Торговцы без сопротивления рассказывали (когда по моей команде стали носить и укладывать в лежачие шеренги перебитых орков, станешь тут разговорчивым) про тайные торговые узлы-базарчики, какие поселения принимают товар, какие торговцы и так далее.

Ещё за час бандиты знали, куда сбыть товар и даже задействовали для этих целей контрабандистов, убедив тех, что проще иметь дело с другими людьми, путь и грабителями, чем орками, одержимыми войной.

Потребовались сутки, чтобы вывезти всё из фактории. И мы снова выгребли всё и растворились в лесах.

– Ну что, господин стратег, – прохрипел Тихий Ух, подходя ко мне. Его лицо было чёрным от копоти, в бороде запеклась кровь, но глаза горели дьявольским огнём. – Кажется, мы только что ограбили самого Гхырра Великого! Такого куша я в жизни не видел!

Я лишь устало кивнул. Победа была полной. Но я понимал, что это только начало.

Орки так просто этого не оставят.

Но я не собирался останавливаться на достигнутом. Разгром фактории – это хорошо, но нужно было закрепить успех.

Для начала и тут атаманы тоже здорово соображали, мы устроили несколько скрытных лагерей.

Бандиты не использовали старые брошенные поселения и здания, что орков, что гномов, которые располагались в этой местности, резонно понимая, что именно там орки будут их искать.

Опыт незаконной деятельности и прятанья по лесам давал о себе знать.

Был налажен сбыт награбленного и разведка.

Орки выслали несколько рейд-групп, которым явно поручили найти и пустить кровушки нахальным разбойникам и… Те либо ничего не находили, либо исчезали в лесах, потому что попадали в наши засады, где их нещадно выбивали.

Конечно, был соблазн использовать несколько заброшенных рыцарских замков, которые я приметил на старых картах в архивах Алатора, в качестве своих баз. Но, к сожалению, там были свежие следы орков, а бандиты действовали скрытно, не собираясь сидеть в осадах в замках.

Однако замки явно понравились атаманам.

Эти замки, расположенные в предгорьях, были давно покинуты и полуразрушены, но при небольшом усилии их можно было превратить в неплохие укрепрайоны. Оттуда было удобно контролировать окрестные территории и совершать набеги на орочьи коммуникации.

Более того, используя информацию из тех же архивов, а также сведения, полученные от пленных орков (да, мои «орлы» научились брать «языков» и довольно эффективно их «разговаривать»), мы начали планомерно выявлять все известные и тайные выходы из орочьих туннелей на поверхность. Это позволило нам не только предвидеть их вылазки, но и устраивать засады, грабя тех орков, которые пытались незаметно просочиться на поверхность для разведки или грабежа.

Система понемногу заработала.

Орки больше не чувствовали себя хозяевами этих земель.

Ещё два склада, которые уже ожидали нападения, мы разграбили подчистую, не неся особенных потерь.

Поток караванов прекратился. Контрабандисты скупали краденное за треть-половину цены в стороне от нашего театра разбойных действий, а по лесам переставали бродить одинокие орки. Они просто попадали в засады и гибли один за другим.

Даже когда на тракте появилась сотня свежих и вооружённых орков (а это явно были наёмники от орков-южан), мы просто не дали им дойти до входов в туннели. В месте, где рослые дубы росли у самого тракта, мы напали и используя в основном работу лучников, перебили отряд орков, захватив заодно какие-то орочьи документы.

В отличие от гномов, которые брезговали оружием орков, бандиты брали всё, вплоть до нательных колец и украшений орков, продавая всё, чтобы заработать хотя бы копейку.

Я же понимал, эта вооружённая алчность пускает кровь экономике орков.

Трижды орки выводили на поверхность небольшие армии и каждый раз эти армии возвращались назад.

Мы не дали ни одного честного сражения. Но расстрелять пятёрку разведки – за милую душу.

Группа из двадцати орков отстала? Передавайте привет предкам, парни.

Полсотни орков отделились от армии, чтобы посмотреть, не осталось ли чего ценного в брошенной деревне… Вас ждёт неприятный сюрприз по дороге.

Армия орков несла потери без сражений, мы даже не совершали диверсий, просто как волки утаскивали отбившихся от стада овец.

И орочий полководец, со зла спалив брошенный гномий кирпичный заводик, загонял своё воинство под землю.

Более того, в один из дней к моим бандитам пришли ещё, то есть пополнение.

– Олин, разве вы просили пополнение?

– Нет, – усмехнулся он. – Но слухи-то работают. Среди бандитской братии ходят слухи о том, как мы тут в золоте купаемся под руководством странного кайеннского рыцаря, невозбранно грабя орков, ещё и считаемся героями среди людей в южных городках.

– Мы для них не герои, они просто на нас неплохо зарабатывают.

– Но орков они боялись. Орков удерживало от сжигания этих городков только то, что туда шёл сбыт добытых в Туманных горах ресурсов. Но опасность была. А мы свои, люди.

Я кивнул и сказал, что не против пополнения, если оно пойдёт в существующие отряды. Если прибудут отряды с новыми атаманами, то такой рост численности «партизан» только с согласия старых атаманов, которым я уже мог понемногу доверять.

Старым атаманам моя политика понравилась.

В любом случае за месяц боёв партизаны, вопреки здравому смыслу не только не уменьшились в численности из-за естественных потерь, а напротив, доросли до полутора тысяч клинков.

Орки несли потери, их экономика трещала по швам, а мои бандиты богатели и наглели с каждым днём. Они даже выделили мне долю добычи как «атаману», понятие «стратег» в их примитивной иерархии отсутствовало, а вот «атаман», который приносит удачу и золото – это было понятно и уважаемо. Я не стал спорить. Деньги мне были нужны для подкупа, для найма новых людей, для… будущих проектов.

Слухи о дерзких налётах на орков, об их разгромленных складах и факториях, и о таинственном человеке, который всем этим руководит, быстро распространялись по региону. Они летели, как лесные пожары, от деревни к деревне, от таверны к таверне. И, как я и рассчитывал, эти слухи не могли не достигнуть ушей тех, кто имел реальную власть в этих землях.

Однажды вечером, при посещении лесного рынка контрабандистов ко мне подошёл Кидаберриец.

Лицо у него было озабоченным.

– Господин стратег, – сказал он, понизив голос. – Тут это… гонец. От самого герцога Арнхейма. Говорит, его светлость желает тебя видеть. Такие вот дела… Гонец сказал «очень конфиденциально».

Я кивнул. Понятно, что мы герцогу, который фактически из своего герцогства не контролировал ничего за пределами своего замка (но этот хотя бы не сбежал), никак не подчинялись.

Однако его светлость герцог Арнхейм – что-то вроде официального правителя этих земель, поскольку герцогство не входило в состав какого-то из королевств.

Заинтересовался нами? Ну хорошо. Но что мне сулит эта встреча, награду или плаху, ещё предстояло выяснить.

«Новый квест? – мелькнула привычная мысль. – Или это уже переход на следующий уровень игры, где ставки ещё выше, а противники – куда серьёзнее, чем тупые орки и жадные бандиты?».

– Что ж, господин Кидаберриец, – сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно. – Похоже, пришло время познакомиться с местной аристократией. Надеюсь, у герцога хороший вкус на вино. И что он не слишком щепетилен в вопросах происхождения своих… союзников.

* * *

Мой авторитет среди разношёрстной братии бандитов держался на трёх китах: успешных рейдах, честном (по их меркам) дележе добычи и том, что мои планы, как ни странно, работали. Они видели, что я не просто болтаю, а приношу результат. И золото. Много золота.