Текст книги "Очень не просто (СИ)"

Автор книги: Тимофей Григорьев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 30 страниц)

Глава 10

Зимой столица Небесной Змеи выглядела так же впечатляюще, как и летом. Единственное, что мне не понравилось, так это то, что на улицах было слишком много народу – большинство женщин и детей предпочитали зимовать в комфорте. Нет, я не собирался выгонять кого-либо в снежную степь, но судя по толчее, количество жителей в орочьих городах зимой увеличивается в десять раз.

– Эчеррин, ты уже выбрал себе бурку[2]2
  бурка – зимняя одежда кланов, похожа на меховой плащ с капюшоном и без рукавов, очень широкий, длиной до щиколоток, пастухами используется и как спальный мешок. На юге существуют варианты этой одежды, сделанные из выделанной кожи или плотной ткани.


[Закрыть]? – голос деда отвлек меня от раздумий о сезонных миграциях орков. – Пойдем, тут лавка моего троюродного племянника, он обещал для тебя оставить все самое интересное.

Надо сказать, что комплектом теплой одежды меня обеспечили родственники, еще на празднике по поводу инициации Дара надарив кучу барахла, но мне давно хотелось выбрать что-то самому, а не носить что придётся. Только сейчас, когда через мои руки стали проходить средства клана, я понял истинную ценность денег – не испытывая острую нужду в чем-либо сложно оценить правильно свои возможности. В Сарране у меня постоянно были деньги (бабуля не забывала снабжать время от времени), но я их не зарабатывал сам, да и по сравнению с суточным оборотом нового клана это были сущие меди, не стоящие внимания. Так что сейчас, едва выбравшись в город, Торрин тащил меня в лавку меховщика, потом обещал заняться остальной одеждой, да и кое-что из оружия не помешало бы приобрести, так как изменился мой статус в кланах – изменились и требования к моему внешнему виду.

Тут, оказывается, есть множество хитростей и неписаных правил по поводу ношения одежды, драгоценностей, амулетов и т. д. Простые орки с удовольствием увешивали себя разными магическими штучками, нашивали на безрукавки драгоценности и деньги (своеобразный запас на непредвиденные обстоятельства, который всегда с собой). Причем снять и отдать что-то из коллекции мог только хозяин или, в случае смерти и крайней необходимости, ближайший кровный родственник, так как среди орков считалось позорным обирать мертвых (людей и эльфов это правило не касалось), к тому же все были уверены, что душа придет мстить вору и, кстати, такие случаи имели место в прошлом. Но это касалось орков, не имеющих высокого социального статуса или Дара, к внешнему виду начальства и шаманов были совсем другие требования, там, наоборот, приветствовались сдержанность и скромность в демонстрации богатства, подразумевалось, что если мужчина сумел занять высокое положение, то его денежные возможности не подвергались сомнению. К тому же у магов любая веревочка на безрукавке могла по стоимости равняться драгоценности или стаду в сотню голов. А я удивлялся на Совете, признавшем мой клан, что все эти важные орки выглядели намного скромнее своей охраны – просто не догадался, куда и как смотреть.

Орчанки же ни в чем себя не ограничивали – если семья могла позволить себе золото и драгоценности, то это сразу было видно на женской ее части. В кланах не любили ювелирные изделия по эльфийской моде – тонкие витые цепочки, изящные браслеты и воздушные диадемы, женщины здесь носили массивные украшения, которые не сломаются, если вдруг их хозяйка резко повернется или сядет в седло. Так что, идя по улице, я любовался женщинами, просто обвешанными драгоценностями самых разных форм и размеров – длинные серьги с большими камнями, толстые браслеты или цепи с множеством подвесок, кольца, ожерелья – о скромности и экономии не могло быть и речи. Орчанки с гордостью демонстрировали окружающим добычливость и военную удачу своих мужчин или предков. Да, вся эта роскошь передавалась по наследству по женской линии и являлась неотъемлемой собственностью орчанки, если же выйдя замуж, женщина умирала, не имея дочери (количество сыновей не принималось во внимание), то все ее имущество переходило матери или сестре покойной. С людской точки зрения, где женщины чаще всего просто демонстрировали семейное достояние, а не владели им, весьма странные обычаи, но в кланах так было принято.

Вот и сейчас, после того как я обзаведусь хорошей буркой, мы с дедом пойдем к ювелирам (тоже нашим дальним родственникам) и пойдем смотреть сделанные на заказ золотые пояса моим близняшкам. Причем золотые в прямом смысле этого слова – украшение представляло собой сцепленные между собой металлические пластинки, возможно с инкрустацией драгоценными камнями (это уж как карман позволит) и одевалось на голое тело под одежду. А так как девчонки были на последнем месяце беременности, то чтобы иметь возможность застегнуть его, длина у пояса должна быть соответствующей, что тоже говорило об отношении к матерям моих сыновей (сам бы я в жизни не догадался о таких тонкостях, но мне было кому подсказать). Естественно, о подарке сразу же станет известно в семье и клане, что тоже хорошо скажется на моей орочьей репутации.

Тем временем мы подошли к лавке, где роль вывески выполняла большая меховая шапка, прибитая над дверью. Место расположения предприятия нашего родственника (в первом квартале), говорило не только об удачливости в делах, но и больших связях. Зайдя в помещение, я даже растерялся от огромного выбора мехов, судя по всему свои одежки тут оставили звери со всех концов обжитого мира – белые шкуры северных медведей лежали рядом с золотистым мехом пустынных тушканчиков, так что самостоятельный выбор для меня оказался слегка затруднительным. Тут дед переговорил с хозяином, и мы прошли в соседнюю комнату, она исполняла роль примерочной, так как мне предложили раздеться. Надо сказать, что снимать мерки и примерять новую одежду я не любил с самого раннего детства – слишком часто слуги позволяли при мне отзываться в преувеличенно хвалебных тонах о младшем брате, всячески стараясь подчеркнуть мое незавидное положение в семье. Так что и здесь от скорняка я не ждал ничего хорошего и начало нашего разговора, казалось, подтверждало мои опасения. Пожилой орк скептически осмотрел меня с ног до головы, обошел кругом и огорченно пощелкал языком.

– Что-то он у тебя, Торрин, совсем не вырос, – он обернулся к деду и продолжил. – Ты же говорил, что у мальчишки Дар, так почему он до сих пор не стал выглядеть как приличный орк?

Тут он кивнул на вошедшего с тюком здоровенного парня, вынужденного пригибаться, чтобы нормально пройти дверь. Положив свою ношу на стол в углу, он распаковал тюк и достал из него что-то большое, сшитое из совершенно невзрачного серого меха. Хорошенько предварительно встряхнув, орк молча протянул мне что-то похожее на пушистый балахон, надо сказать, что предложенное меня совершенно не впечатлило. Короткий мех с плотно прилегающим ворсом даже на первый взгляд казался жестким и неприятным. Насколько я понял, такая странная шкура должна была принадлежать при жизни какому-то морскому зверю, но почему дед настаивал на приобретении бурки именно из нее, для меня оставалось загадкой.

– И сколько стоит это счастье?

Я не собирался это покупать, но если скорняк запросит недорого, то ради деда можно было бы и войти в небольшие расходы. Озвученная цена вызвала и меня шок и изумление, на эти деньги я мог кормить "от пуза" весь свой клан в течение месяца. Да он с ума сошел! Не думал я, что выгляжу таким дураком, что меня пытается обмануть даже первый встречный.

"Спокойно, это еще дешево" – сообщение от моей охраны заставило успокоиться. Теперь я смотрел на вещь с немалым интересом – с кого должны были содрать шкуру, чтобы она стоила так дорого. Если только с эльфа.

– Почти угадал. – Торрин решил пояснить свой выбор. – Это шкура морского эльфа.

– Эльфа?!

Я в ужасе представил, что моря Мира заселили эльфы – это был бы конец для остальных рас.

– Успокойся, – дед откровенно надо мной потешался. – Это орки их так называют, но некоторые шаманы уверены, что эти морские чудовища получились в результате активной деятельности эльфийских магов Жизни, только они могут скрестить между собой невозможное. Среди морских кланов ходят байки, что длинноухие использовали собственную кровь в этих экспериментах, так что название "морские эльфы" может оказаться близким к истинному положению дел.

– Даже если это правда, я не вижу смысла отваливать такие деньги за мех такого сомнительного происхождения.

– Эчеррин, ты просто не знаешь его свойств, иначе совершенно не удивлялся бы высокой стоимости твоей новой бурки, – скорняк спокойно слушал наш спор и с усмешкой смотрел на меня. – Шкура этого животного обладает такой прочностью, что пробить ее можно только оружием, сделанным из кости "морского эльфа". Представь себе тварь размером до трех саженей, с бивнями длиннее руки взрослого орка и к тому же достаточно хитрой, чтобы устраивать засады и облавы на лодки морских кланов. Добыть зверя можно только на лежбищах, где они неповоротливы, и появляется возможность заколоть их копьями. Охота на них настолько опасна и трудна, что еще ни одна шкура не досталась без орочьей крови. Зато бурка из меха заменяет полный человеческий доспех, но при этом теплая и легкая. Теперь ты готов расстаться со своими деньгами?

Я задумался над предложением деда. С одной стороны, вещь с моей точки зрения слишком дорогая, но с другой стороны – жизнь дороже, а то, что в ближайшее время мне придется ходить с оглядкой и в окружении охраны, было сильным аргументом в пользу приобретения экзотического мехового изделия. Махнув рукой на экономию и элементарную жадность, я согласился на покупку. Тут же переодевшись в обновку, я отправился к ювелиру. Надо сказать, что самым престижным местом для размещения торговых предприятий считалась центральная площадь столицы, магазины примыкали к стенам кварталов и конечно, принадлежали тем родам, к чьему сектору относилась стена. Так что мы с дедом и охраной просто вышли на площадь, пятой лавкой вдоль стены нашего квартала оказалась нужная нам. Тут у дверей уже стояло несколько клиентов, но мы вошли без проблем.

В довольно просторном помещении было несколько столов и витрин с образцами и изделиями на продажу, как я и ожидал, количество драгоценных металлов и камней превышало все разумные пределы, роскошь выставленных вещей просто била по глазам. Такое впечатление, что ценности просто высыпали из мешка и слегка разровняли, чтобы клиент мог хоть что-то различить. Правда, обилие товара совершенно не смущало покупателей – несколько орчанок с увлечением рылось у стола с браслетами, при этом девушки активно обсуждали своих поклонников и их материальные возможности. Я вспомнил редкие посещения придворного ювелира, где нас с Казимиром усаживали в кресла, и на бархатных подушечках демонстрировали изделия по одному (при этом слуги были в белоснежных перчатках), тут же подавали лупу и подносили свечу, чтобы мы могли убедиться в тонкости работы и качестве материала – контраст отношения был просто разительным.

Торрин уверенно прошел в глубину лавки и что-то сказал одному из приказчиков, тот кивнул и ушел в смежное помещение, я с четверкой моих орков так и остался в торговом зале, стараясь держаться от женщин подальше. Я с нетерпением ждал, когда нам вынесут пояса, так как принимал активное участие в разработке эскиза будущих изделий, хотел превратить мои подарки в мощные магические артефакты и обереги, и теперь очень интересовался, что же получилось. Понятно, что среди множества драгоценных камней, самыми популярными были сапфиры, изумруды и рубины, так как считалось, что цвет камня и магии, накладываемой на него, не должны конфликтовать. Естественно, что использовали разные камни все расы, но предпочтения отдавались перечисленной тройке, а, следовательно, и цена на них всегда держалась на высоте. Золото и серебряный песок для напыления я взял в долине, а вот с камнями пришлось повозиться, так как далеко не каждый отвечал моим требованиям. К тому же все приходилось искать в двойном количестве, так как пояса должны были быть совершенно одинаковыми. И вот теперь мне должны были показать результат наших с дедом усилий. Я даже заволновался, так как серьезно относился к своим обязательствам, а переделывать какие-то недостатки уже не было возможности – девчонкам до родов осталось чуть-чуть времени.

Тут приказчик вынес поднос с нашим заказом, и на первый взгляд там находилась просто куча золота с камнями. Торрин потянул за пряжку, и пояс тяжело заскользил с подноса, грозя упасть на пол – я подхватил драгоценность и стал внимательно рассматривать работу ювелиров.

На первый взгляд мастера выполнили все мои пожелания – на золотых пластинках поочередно были инкрустированы сапфиры, изумруды и рубины, каждый размером с ноготь моего мизинца, крупинки серебра образовывали узор на поверхности металла основы, для каждой части свой – итого по двадцать камней трех видов. Все это великолепие венчала пряжка с крупным алмазом чистой воды. Ухватив за пряжки оба пояса, я вытянул руку в сторону и, дав им стечь вниз, с удовольствием рассматривал две золотые ленты, последняя пластинка которых почти доставала до пола. Будущие подарки были оценены – все присутствующие в торговом зале потрясенно рассматривали мой заказ, даже орчанки замолчали и подошли ближе.

– Думаю, что эти вещи достойны моих девочек, – я с удовлетворением наслаждался игрой камней и масляным блеском золота. – Нельзя дарить ерунду матерям моих сыновей.

Тут сбоку что-то мелькнуло.

– Берегись!

С этим криком один из орков сильно толкнул меня в спину, я упал, и он закрыл меня своим телом. Вокруг затопали, раздался женский визг, и тут мне в лицо брызнуло чем-то теплым и… соленым.

Не понял? На нас опять напали? Здесь? А кто?

* * * 

Силон была в бешенстве – отец не постеснялся унизить ее перед подругами и отказался купить понравившийся браслет. Да еще и попрекнул тем, что она не смогла привлечь молоденького шамана, сына Оррина, и осталась без одаренного сына. А глупые двойняшки отхватили себе по ребенку и теперь их статус в семье и клане обеспечен на всю жизнь. Спрашивается, чем она хуже?

Орчанка пристально посмотрела на подруг, перебиравших браслеты, и пришла к выводу, что ни одна из них не сможет составить ей конкуренцию по красоте и обаянию. Силон считала себя красавицей и не без оснований – рослая, фигуристая орчанка с длинными черными косами и карими глазами (они достались ей от матери, которая родом была из небольшого морского клана), выгодно отличалась от более низких и широких в кости местных девушек. В ее возрасте, а Силон давно за сотню, многие из ровесниц давно замужем и имеют детей, да и к ней сваталось уже достаточно народу, но честолюбивая орчанка не собиралась размениваться на какого-нибудь пастуха или слабенького шамана. Девушка была уверена, что ее ждет другая судьба – выйти за военного вождя или даже сильного шамана, тогда она заняла бы, наконец, достойное ее красоты положение.

Надо признать, что мысль о своей исключительности внушила ей мать – орчанка из морского клана, вышедшая замуж за орка из Небесной Змеи только потому, что достойного ее жениха на острове было не найти. Слабый шаман, гостивший в родном клане, показался достойным женихом, но увидев своими глазами богатства мощного степного клана, женщина пожалела о своей торопливости и дочери внушила, что та должна добиваться высокого положения и не размениваться на недостойных кандидатов. Матери уже давно не было в живых, а Силон все еще искала себе достойного мужа или (такой вариант ее тоже устраивал) магически одаренного отца для своего ребенка. Этим летом, когда военный вождь привез своего сына, оказавшегося шаманом с двумя "р" и представил семье, они с отцом решили, что мальчишка самый подходящий претендент на эту роль. Задача поначалу казалось совсем легкой – избалованная поклонниками, девушка была уверена в своей красоте и в том, что молоденький шаман тут же упадет к ее ногам, стоит ей только показаться ему на глаза. Но не тут-то было – гадкий мальчишка совершенно не обращал на нее внимания.

Признанная красавица не могла поверить тому, что произошло – перспективный юноша связался с двойняшками, внучками Старейшины их рода и те, как сторожевые собаки никого не подпускали к своему кавалеру. Ни попытки подойти и завести разговор, ни томные взгляды, от которых у взрослых мужчин перехватывало дыхание, совершенно ничего из богатого арсенала прелестницы не действовало на тупого мальчишку. Счастливые сестрицы или не выпускали его из постели, или водили по дому за ручку, что не давало возможности другим девушкам завести близкое знакомство с юным шаманом. Отец злился, говорил, что отдаст замуж за первого, кто посватается, раз она ничего не хочет сделать для семьи (дальний родственник Торрина, он мечтал стать дедом сильного шамана и подняться до советника или даже старейшины), но дочь подвела его. Вот и сегодня, вместо того, чтобы купить понравившийся браслет, который она уже видела своим, отец отчитал ее в присутствии хихикающих подруг и наотрез отказался тратиться на "бесполезную ленивую девчонку".

Силон с трудом сохраняла равнодушное выражение на лице, стараясь не показать подругам глубину своей обиды, но жажда найти виновного в своем унижении становилась все сильнее. И тут в лавку вошел виновник всех ее бед – мальчишка, из-за своей глупости не сумевший оценить ее по достоинству. Орчанка оглянулась, но двойняшек поблизости не наблюдалось, да и не могли они таскаться по магазинам, когда у каждой живот торчал уже выше носа. Что ж, возможно Ор послал ей еще одну возможность добиться своего и получив от сынка Оррина одаренного ребенка, она сможет, наконец, занять достойное положение в клане. Судя по тому, как старейшины носились с беременными двойняшками, дитя этого мальчишки будет цениться много дороже золота и стад.

Силон стала тихонько двигаться в сторону так заинтересовавшего ее молодого человека, он выгодно отличался от своей охраны и сильно похожего на него парня тем, что был одет в бурку из бесценного меха "морского эльфа". Стоимость его одежды она знала не понаслышке, ее родственники из клана матери занимались добычей и продажей таких шкур, и даже сейчас к поясу девушки было прикреплено маленькое копье из кости этого зверя (доставшееся ей в наследство). Вот подходящий кандидат в отцы для ее ребенка – одарен (ходили слухи, что он станет сильнейшим шаманом среди орков), богат и уже глава собственного клана. Девушка подбиралась все ближе, восторженным взглядом осматривая будущего любовника, и тут вынесли его заказ.

Это было что-то неимоверное – два роскошных пояса невероятной длины переливались и искрили игрой драгоценных камней, золота было столько, что мальчишка с трудом держал покупку в одной руке. Силон прекрасно было видно (она стояла вплотную к его охране и почти могла дотянуться до юноши рукой), что цена за эти пояса должна быть просто заоблачной. Вот драгоценности, достойные ее красоты, за такой пояс любая девушка пошла бы на что угодно, только бы обладать им, носить и иметь возможность наслаждаться завистью подруг. Да, решено, она соблазнит мальчишку и за это потребует один из поясов. Нет, оба. И тут она услышала.

– Думаю, что эти вещи достойны моих девочек.

Что! Он собирается отдать это сокровище глупым двойняшкам! Этим кривоногим уродкам, обманом влезшим в постель единственного достойного ее мужчины!

За что!!!

– Нельзя дарить ерунду матерям моих сыновей.

Он хочет отдать почти ее пояса этим гадинам!

Ни за что!

Вне себя от ярости, даже не понимая, что она делает, Силон схватила копье, так удачно подвернувшееся под руку, и кинулась к изменщику, собравшимся отдать ее сокровище другим. Только смерть мальчишки могла остановить его глупость. Практически отпихнув телохранителей, стоящих перед ней, она почти дотянулась до мерзавца, но ей под ноги бросился какой-то мужчина, она споткнулась, что-то кольнуло в запястье, и тут Силон с ужасом увидела, как правая кисть, сжимавшая копье, плавно упала вниз, а из обрубка стала хлестать кровь. С изумлением посмотрев на одного из чужих телохранителей, вновь поднявшего мачете, она закричала.

Глава 11

Ненавижу свадьбы, особенно орочьи, но, к сожалению, мое присутствие на этой обязательно – я исполнял роль (если применить человеческие сравнения) «свадебного генерала», т. е. являлся почетным гостем на этом достойном мероприятии. Надо сказать, что в благородном деле соединения «влюбленных» я принимал самое непосредственное участие – заставил невесту дать согласие на проведение обряда.

Да, согласие молодой было достигнуто при некотором давлении с моей стороны, но, что делать, если некоторые девушки никак не могут понять, в чем их счастье. Для меня не составило труда объяснить строптивой невесте, Силон, что ее счастье – это остаться в живых после покушения на главу дружественного Небесной Змее клана. Пока происшествие в ювелирной лавке не приняло размеры всекланового скандала, мы быстро отвели рыдающую девушку в дом Оррина (так как лавка примыкала к стене нашего квартала, то, естественно в ней была дверь на нашу семейную территорию) и срочно принялись за лечение. Так как кисть отрублена была только что, то была надежда удачно приживить потерянную конечность, правда, без толкового шамана это могло занять много времени. Затягивать лечение было не в наших интересах, к тому же мы с Торрином имели достаточный опыт, для проведения подобной операции. Я еще не пришел в себя от прошедшей так близко возможности умереть, поэтому просто подпитывал магией Эль лечебные плетения деда. Чем больше мы работали вместе, тем легче силы сочетались между собой, у меня, временами, мелькала мысль, что изначально магия и должна была быть комплексной, с использованием сил всех богов, но потом что-то произошло и разумные стали делить магов по видам используемой энергии. Возможно, в этих размышлениях и было рациональное зерно, но какие-то постоянно возникающие чужие проблемы отвлекали меня от серьезного анализа этой проблемы. Повозиться пришлось изрядно, но результат стоил того – на девичьей руке даже шрама не осталось, как будто ничего и не было, правда, дед сказал мне по секрету, что не стал укреплять соединенные связки, так что теперь ей копьем уже не владеть. Не скажу, что это известие меня сильно огорчило.

Но вылечить девицу оказалось лишь малой частью наших проблем – история с покушением стала обрастать в чужих устах ворохом горячих подробностей, вызывая все больший интерес в Небесной Змее и у соседей. Телохранители старались ограждать меня от особо любопытных, старавшихся узнать всю правду у главного участника событий – первое время я честно пытался отвечать на вопросы малознакомых орков, но потом, когда мои слова каждый старался вывернуть в меру своей фантазии, я понял, в какое д…о попал.

Всем понятно, когда животрепещущие местные новости обсуждают женщины – их такими создали боги и вне зависимости от расы, разговоры их главное занятие. Но то, что завзятыми сплетниками окажутся мужчины, тем более вполне солидные орки, оказалось для меня неприятным сюрпризом. В первый день все было тихо – никто особо к нам не приставал и мы с дедом занимались своими делами, но на завтра началось.

Совершенно незнакомые мужики подходили ко мне, одобрительно хлопали по плечу (при этом мне с трудом удавалось устоять на ногах), восхищались моей мужской силой, потом старались отвести в сторонку и просили дать им тот тайный магический эликсир, после которого я стал проявлять такую жеребцовую прыть. Мои уверения в том, что я о таком впервые слышу, никого не убеждали, орки понятливо мне подмигивали и просили иметь их в виду, когда у меня "случайно" окажется лишняя порция, уж они-то в долгу не останутся. Потом стали подкатываться молодые парни, с просьбами рассказать о своих любовных похождениях среди людей. Когда я поинтересовался, с чего это у них создалось обо мне такое мнение, то с изумлением узнал, что из Саррана меня выгнали за то, что я ухитрился "обрюхатить" половину королевского двора, в том числе чужих жен и невест. Тут тоже заверения о своей непричастности к таким знаменательным событиям никого не убедили. Но добил меня в моральном падении какой-то старикашка, укоривший за невыполнение обещаний, данных подруге, мол, в их время считалось позором не отблагодарить девушку за внимание и ласку. Оказывается, ходили слухи, что Силон была активным участником наших с близняшками ночных игрищ, но я, коварный, наложил на нее заклинание, и она не смогла забеременеть. Огорченная в своих лучших надеждах девица была уверена, что уж подарки я приготовлю для всех одинаковые и вот, своими глазами увидев, что ей не достанется ни ребенка, ни подарка, она и погорячилась немного с копьем.

Такой версии стали придерживаться многие орки, и я понял, что если в ближайшее время не предпринять кардинальных мер, то очень скоро окажусь виноватым в покушении на собственную жизнь. Посоветовавшись с дедом, мы решили поспособствовать скорейшему замужеству девицы, только жениха надо было выбирать с умом, так как поклонниками Силон вертела, как хотела, а мне лишние враги ни к чему. Я с трудом представлял, как буду отбирать нужного кандидата, но Торрин решил эту задачу буквально за несколько часов – он лишь поговорил с подругами невесты. Никогда бы не подумал, что манипулировать женщинами так просто, достаточно подойти к ним и похвалить одну из общих знакомых – на тебя вывалят такой ворох информации, что останется выбрать необходимое и все. Дед, пользуюсь своим юным видом, подсел к одной из девичьих компаний, с восторгом обсуждающих случай в ювелирной лавке и сказал только одну фразу.

– И зачем такой красавице, как Силон, гоняться за парнем?

Эффект от этой фразы был равен небольшому магическому взрыву – компания милых девиц превратилась в рой рассерженных ос.

– Красавица?! Кто? Эта морская корова? – Девушки стали убеждать деда в том, что он сильно ошибается в оценке этой особы. – Да она увела парней у половины клана! Вертихвостка, каких поискать!

Торопясь убедить молодого орка в том, что Силон является девушкой с сомнительными моральными качествами, ее подружки во всю использовали подвернувшийся шанс и строили деду глазки. Так, пока они всей теплой компанией перемывали косточки будущей невесте, выяснились интересные факты из ее личной жизни – только один орк из всего нашего клана не поддался чарам нашей прелестницы и нагрубил ей в присутствии большого количества посторонних зрителей. Торрин тут же заинтересовался этим героем и узнал, что Силон добивалась внимания военного вождя Вулина. Уже по имени было ясно, что сей достойный орк никакого дара не имеет и своей вполне приличной должности (под его командованием находился отряд в пятьсот бойцов), добился собственным кропотливым трудом и военной удачей. Заинтересовавший нас орк был уже взрослым состоявшимся мужчиной, и по возрасту вполне мог жениться (сейчас ему было около трехсот лет – самый расцвет), но предпочитал заниматься карьерой, месяцами пропадал на границе и девицами практически не интересовался.

Оррин, у которого мы узнавали подробности, обрадовал нас тем, что Вулин сейчас в столице, так как отряды перед войной увеличивают вдвое, и он занимается вербовкой недостающих бойцов. Так что кандидатура была выбрана и даже согласована с начальством, осталось только договориться с самим будущим счастливым женихом. Жил Вулин за третьим кольцом, в нашем семейном северо-западном секторе, квартал четыре-восемь, вот и отправились мы с Торрином и охраной по одной из центральных улиц прямо к нему в гости. Надо сказать, что идти пришлось на ночь глядя, так как орк, как хороший командир, с рассвета уже был в казармах своего отряда, вот и пришлось ловить его в те редкие часы, когда он дома.

Вождь был изрядно удивлен нашим поздним визитом, но провел в свои комнаты и усадил за стол, где накрывали ужин какие-то родственницы. Пока знакомились, пили чай и вели светские разговоры, я присматривался к нашему кандидату. Хозяин производил впечатление серьезного, вдумчивого, умного и опытного орка, уже то, что он тщательно скрывал свое любопытство и не задавал никаких вопросов, говорило в его пользу. Как и все военные вожди у орков, он был крупным мужчиной, чуть заметные шрамы от множества ран ясно показывали, что нынешнее положение Вулину досталось далеко не даром. Довольный увиденным, я перешел на магическое зрение, чтобы узнать причины нежелания столь достойного орка обзавестись семьей – может быть он давно влюблен в кого-нибудь, или есть дети, так что жениться у него просто нет необходимости. Не зная истинных причин отказа такой признанной красавице, как Силон, сложно вести переговоры в нужном нам русле. Охрана осталась за дверью, и мы находились в помещении втроем – я, Торрин и Вулин. Я кивнул деду и тот начал предметный разговор.

– Вулин, не устал ты возвращаться в пустой дом? – наш собеседник удивленно поднял голову, но промолчал. – Понимаю, что это совсем не наше дело, но все-таки хотелось бы узнать причины твоего одиночества.

Надо сказать, что орки не скрытничали по поводу своих личных дел – в степи все на виду, да и развлечений никаких особо нет, вот они и старались быть в курсе окружающих событий. Не то чтобы орки были более болтливы или доверчивы по сравнению с людьми (об эльфах и речи нет – об их внутрисемейных интригах ходили легенды и байки), но внутри рода было в порядке вещей подойти и предложить свою помощь или просто посочувствовать. Так что в нашем вопросе не было ничего оскорбительного или странного, но Вулин явно знал, кто такие два похожих парня, посетившие его на ночь глядя. Да Торрин и не делал тайны из своего омоложения – шок первого впечатления скрасила война, а потом все уже привыкли и перестали перешептываться за спиной. Дед все также выполнял обязанности главы нашего рода, ему совершенно не мешало проживание в долине, так как до этого он вообще годами сидел в своей хижине и не одобрял посетителей.

Поэтому и удивила такая заинтересованность главы рода личной жизнью малознакомого орка.

– А что, верховный вождь не одобряет моего поведения?

Осторожный вопрос Вулина можно было понять – Оррин сейчас занимался только объединенными войсками и отцу командующего (во время войны кланы садили на коня более миллиона бойцов) лично приходить к главе отряда как-то неприлично, намного удобнее было вызвать и решить все вопросы у себя. Но мы с Торрином здесь, значит, вопрос не так прост, как показалось в начале.

– Ты знаешь уже о небольшом разногласии моего внука с одной юной особой?

Хозяин дома мельком взглянул на меня (я до сих пор удивлялся, как многие орки ухитрялись нас различать, личину дед поставил себе качественную) и подавил улыбку, потом ответил.

– Да, что-то приходилось слышать, но без подробностей.