Текст книги "Любовь по контракту. Счастье на осколках (СИ)"
Автор книги: Тиана Соланж
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)
– Ня! – громкий возглас отвлек от мрачных мыслей, а затем раздался тихий вскрик, но было поздно. Я едва успел убрать с траектории полета детской бутылочки свой ноутбук, когда она приземлилась мне на колени. По ткани дорогого костюма потекли белые ручейки молочной смеси.
– Тея! Хулиганка маленькая! Ты зачем это сделала? – возмущенно прошипела Каролина, стараясь выдернуть из цепких пальчиков дочери очередной «снаряд». Не преуспев в этом, схватила со складного столика салфетки и бросилась на спасение делового костюма. Моего! Вот только... лучше бы и дальше воевала с дочерью, так как... – Тея! Прекрати! – мне в лоб прилетела соска, а девчонка – вот право! – насмешливо улыбалась. – Прости, Алехандро! Я только на секунду отвлеклась, чтобы...
– Перестань! – раздраженно отмахнулся я, отчего Каролина застыла на мгновение, а затем молча уселась обратно в кресло. И только сейчас до меня дошел смысл того, что она подумала. – Перестань извиняться, Лина! Это ребенок, которому нужно внимание окружающих, – я попытался улыбнуться, чтобы сгладить сказанную резкость, но девушка на меня больше не смотрела. Лишь сухо кивнула, отворачиваясь к малышке и вручая той бутылочку. Я же снова почувствовал раздражение и укол вины за свои слова. У нас и так все наперекосяк, а тут еще... – Хочешь, я поиграю с ней, чтобы ты могла отдохнуть? – осторожно спросил я, особо не надеясь на положительный ответ. Лина косо посмотрела на меня, а затем, кажется, нехотя, но кивнула.
– Тут, кажется, есть душ? – немного скованно, стараясь не смотреть на меня, спросила жена. – Мне бы... привести себя в порядок.
– Конечно, сейчас тебя проводят, – я нажал на кнопку вызова персонала, и через небольшой промежуток времени, рядом возникла стюардесса. Я осторожно принял из рук Каролины дочь, стараясь не показать, что мне немного страшно оставаться с младенцем наедине, а потом кивнул Каролине. Она еще немного потопталась, словно не решаясь уйти и оставить дочь со мной. Ну, не съем же я ее и не сбегу – мы на высоте нескольких тысяч метров.
– Что, маленькая разбойница? Решила, что пора привлечь внимание дяди? – обратился я к девочке, глядя в широко распахнутые карие глазенки. Странно, что малышка не унаследовала зелень глаз от мамы. Убойное вышло бы сочетание с чуть смугловатой кожей и темными волосами. – Ты у нас красавица, как мама, тебе можно все! Поверь дяде, будешь крутить парнями, когда немного подрастешь...
Болтая с девочкой, которая гремела каким-то замысловатым предметом в ручке, я не заметил, как ушла Каролина. Кажется, она немного постояла рядом, пока ее не окликнула стюардесса. Надеюсь, она не подумает, что я сказал ей это в упрек? Кажется, для меня в последнее время беседа с ней напоминает хождение по минному полю. Что-то разучился я общению с собственной женой...
Глава 6
Глава 6
Каролина
Возвращаться сразу на свое место не стала. В голове еще звучали последние слова мужа, что дочь будет похожа на меня, станет «крутить парнями»... Это было больно. Обидно. Это был хлесткий удар по моим надеждам, что я смогу когда-нибудь объясниться с мужем, доказать, что всегда была верна только ему. А теперь... есть ли смысл, если он считает, что я и ребенка научу тому же? Стоит ли доказывать что-то человеку, который, оказывается, никогда мне не верил? Нет, не стоит. Нужно просто дождаться, когда ему надоест играть в заботливого дядю, который «подбирает» детей собственного брата и забирает тех у нерадивых матерей. Ну, что ж, урок с Эрни я усвоила, теперь бы самой не лишиться своего ребенка. А ведь там, куда мы летим, я буду в еще худшем положении, чем у себя дома. Похоже, я сглупила, отправившись в страну, где изначально меня никто не ждет. И, если учесть прошлую встречу с его родственниками... кстати, надо как-то осторожно расспросить Алехандро, как его брат и мать воспримут весть о том, что Алехандро везет меня, да еще и с ребенком?
– Вы себя хорошо чувствуете? – участливо спросила меня та самая стюардесса, провожавшая в туалетную комнату. Я стояла и не знала, нужно ли сразу возвращаться к Алехандро и дочери. Нет, я рвалась к Тее, но понимала, что она под присмотром, а я... я слишком выжата эмоционально, чтобы снова вести беседы с бывшим мужем и выслушивать его обвинения не пойми в чем.
– Можно я посижу тут? Немного..., – улыбка вышла вымученной, и, наверное, потому, в глазах стюардессы мелькнуло понимание и улыбка.
– Конечно-конечно, все в вашем распоряжении. Пойдемте, тут вам будет удобнее, – она жестом указала мне на место у иллюминатора, а затем показала, как превратить кресло в удобную кровать. Вот никогда в жизни не летала с таким комфортом! Я даже сразу провалилась в сон, пусть и поверхностный, так как слышала тихие голоса рядом, а потом, словно кто-то осторожно провел пальцами по скулам и волосам. Хотя... наверное, мне это просто приснилось.
Город встретил нас густыми чернильными сумерками, которые свойственны всем южным странам. И только яркие огни фонарей и фар автомобилей разгоняли их, пока мы ехали по его широким улицам. Алехандро несколько раз пытался со мной заговорить, но отвечала я односложно, а потом и вовсе отвлеклась сначала на ребенка, затем уставилась в окно, словно могла там что-то рассмотреть. Я чувствовала, что он в недоумении от моего поведения, злится, но сделать с собой ничего не могла. В голове до сих пор звучали его слова.
Автомобиль затормозил у небольшого дома в центре города, и я нахмурилась. Если мне не изменяла память, это был один из домов, принадлежащих семье Алехандро, но не тот особняк, в котором мы жили сразу после свадьбы. И это было странно. Он решил, что пока нам с его матерью не стоит встречаться? Возможно, я даже порадуюсь этой передышке, а то и вовсе тому, что мы с ней никогда больше не встретимся.
– Ты... переехал от мамы? – осторожно спросила его, и мужчина бросил на меня выразительный взгляд, смысл которого мне не был понятен. Как и его молчание в ответ. Быстро справившись с ремнями на этот раз, я уже потянулась, чтобы взять дочь, но Алехандро меня опередил, забрав ребенка к себе. Оставалось только сжать зубы и выскочить из машины, чтобы снова не плестись, как собачонка на привязи за ними. Это было унизительно, но приходилось пока терпеть. Ради дочери.
В широком холле нас поприветствовала невысокая полноватая женщина с мягкими чертами лица, темными проницательными глазами и легкой сединой в черных густых волосах, стянутых на затылке в сеточку, как это делали раньше благородные сеньоры. Темное платье и строгий белый воротничок делали ее похожей...
– Каролина, это Хуана, наша экономка, – женщина склонила голову, и мне пришлось подойти и встать рядом с бывшим мужем, иначе это смотрелось бы странно, будто я прячусь за него. Также пришлось проглотить слово «наша» – будто мы действительно муж и жена и вернулись домой после небольшого путешествия. – По всем вопросам можешь обращаться к ней.
Я кивнула и поздоровалась на испанском, чем, наверное, немало удивила женщину. – Хуана, отнесите, пожалуйста, Доротею в детскую, а нам с тобой, Лина, нужно поговорить. Идем...
Возразить я не успела, только проводила испуганным взглядом, как спокойно Алехандро передал дочь на руки незнакомой женщине, и та так же спокойно отнеслась к этому. Да что же это?! Даже дочь предает меня, а ведь раньше она никогда не отпускала меня дольше десяти минут. Растерянно, да и что говорить, расстроенно, смотрела им вслед, пока Алехандро снова не окликнул меня, чтобы увести в кабинет.
Ну, это я так поняла, когда мы направились вглубь коридора на первом этаже, чтобы оказаться в просторном помещении, в котором стоял огромный стол с полированной черной столешницей, несколько стеллажей с книгами и прочими папками с документами, а позади этого строгого великолепия было расположено огромное панорамное окно, открывающее потрясающий вид на сад. Сейчас его лишь слегка освещали небольшие фонари, придавая загадочности, но, уверена, днем он нисколько не хуже смотрится.
– Каролина! – окликнул голос, и я вздрогнула, выплывая из своих мыслей. – Садись, – мне указали на стул рядом, и я неожиданно тяжело опустилась в него, словно мне на плечи положили огромный груз. Что еще ему нужно от меня?
Алехандро сел напротив, мрачно смотря куда-то вдаль, а затем передвинул свой стул так, чтобы мы практически оказались рядом, едва ли не прикасаясь коленями. Пришлось углубляться внутрь сидения так, чтобы между нами оставалось расстояние.
– Что ты хотел, Алехандро? – все же решила нарушить тишину, так как она стала практически невыносимой, а мужчина сверлил меня тяжелым взором, будто не решался начать разговор. – Скажи, зачем ты привез нас сюда? Мы вполне могли бы жить в гостинице, пока...
– Каролина! Уясни раз и навсегда – Доротея будет жить в семье Алмейра! Нравится тебе это или нет, но она Алмейра! Это ее дом! – резко проговорил Алехандро, а мне... мне захотелось ударить его чем-нибудь тяжелым.
– Моя дочь не останется здесь! Я признаю, что растерялась и позволила привезти нас сюда, – зло выдохнула я, чувствуя, что не раз пожалею об этом, – но в Испании она не останется. Можешь делать хоть тысячу экспертиз, но без моего дозволения никто тебе этого не позволит, – внутри полыхнула такая ярость, что перед глазами все потемнело. – Я не желаю иметь с тобой никаких дел, Алехандро. Мы погостим тут, но вернемся в Россию.
– Тебе никто не позволит уехать, – холодно произнес мужчина, откидываясь на спинку кресла. Его взгляд снова стал колючим, а лицо – ледяной маской. – Уехать ты точно не сможешь, тем более, увезти гражданку Королевства Испании, коей Тея является по праву рождения.
– А ты меня останови, – бросила я, вставая и опираясь руками о столешницу, так, что практически нависала над ним. – Я тебе никто...
– Ошибаешься, дорогая, – холодно усмехнулся Алмейра, доставая из внутреннего кармана пиджака тот самый паспорт. Который мой. И бросил его на стол. – Можешь полистать на досуге и, наконец, запомнить, что ты – моя жена, – его голос похолодел еще на несколько градусов, и мне вдруг стало не по себе. Что он задумал? – А Тея моя дочь, которую ты увезла за границу...
– Ты отказался от нас, – не смогла удержаться от реплики, но тут же прикусила губу, видя, как недобро усмехнулся Алехандро. – Ты сам сказал, что Тея не твоя дочь, мало ли от кого я ее родила? – я скрестила руки на груди, с вызовом смотря на мужчину, который... оказывается мой муж! – Ты не знаешь, когда... я ее зачала, так зачем говоришь, что она...
– Хватит! Достаточно, Лина, – настала очередь Алехандро подняться и практически оказаться лицом к лицу со мной. – Не пытайся казаться хуже, чем есть, Каролина. Я и без экспертиз тебе скажу, что Тея похожа на всех Алмейра, даже глаза не твои, – я дернулась, но неожиданно мою ладонь, что лежала на столе, накрыла рука Алехандро. – Поверь, я не желаю разлучать тебя с дочерью, в конце концов я не монстр, как бы ты меня не представляла. Я дал тебе выбор, ты его сделала...
– Выбор? – усмехнулась, старательно сглатывая горечь от его слов. – Отдать тебе ребенка самой или ждать, пока ты сделаешь мою жизнь настолько невыносимой, что сбегу сама? Это не выбор, Алехандро – это ультиматум. Я никогда не оставлю дочь, пусть ты способен сломать жизни мне и ей...
Его рука исчезла, но я успела заметить, как она сжалась в кулак с такой силой, что костяшки на пальцах побелели. Алехандро распрямился и повернулся ко мне спиной.
– Ты прекрасно научилась играть в жертву, дорогая, – холодно отозвался он, а затем ожег меня взглядом карих глаз, на дне которых плескался лед презрения. – Только наедине со мной тебе не стоит этого делать, я давно научился противостоять этим вашим женским штучкам.
– Жертву? Играть? Ты отнимаешь у меня ребенка, что прикажешь мне делать?! Радоваться? – голос практически сорвался на крик, а к глазам подступили слезы.
– Доротея остается в этом доме. Ты можешь жить вместе с ней, но убегать с дочерью я тебе очень не советую, – мужчина снова вернулся на свое место, оставляя меня в бессилии сжимать кулаки. – Также не советую настраивать против меня прислугу, пытаться с их помощью что-то выведать или кому-то звонить...
– Иными словами – мы здесь пленницы, – насмешливо проговорила я, скрещивая руки на груди. – Бесправные... ах, да, прости, это я тут бесправная пленница при собственной дочери.
– Оставь свой тон, Лина, – отчего-то устало произнес Алехандро, – я предупредил тебя, а там... как знаешь. Через месяц будет суд, опеку над Теей я получу, не сомневайся. В твоих интересах, если ты любишь дочь и хочешь жить с ней дальше, мне не препятствовать. Я умею быть жестоким, поверь – тебе не понравится, – я вздрогнула от его слов и отвернулась, глядя в темноту ночи. Наверное, мне нужно пока затаиться, согласиться, а потом...
– Что скажут твои родные? – задала, пожалуй, самый животрепещущий вопрос. – Из того, что мы приехали сюда, а не сразу в особняк, ты не хочешь, чтобы они знали, что ты вернулся не один, а с... нами, – я запнулась, стоило мне встретить потемневший взгляд Алехандро, которым он уставился на меня. На его хмуром лице мелькнула тень, но эмоцию я понять не успела. Снова, как и в тот момент, когда я спросила, почему мы приехали именно сюда. – Я уже один раз... влезла в твою семью, – я не удержалась, с горечью бросив его собственные слова, сказанные в день нашей последней встречи. – Не хочу, чтобы это повторилось.
Он молчал, только на скулах отчетливо проступали под загаром белые пятна. Да что я такого спросила? Почему он молчит?
– Что было с тобой в те четыре месяца, что ты... жила после нашего расставания? – вопрос был задан неожиданно, словно грянул гром в ясном небе. Откуда? – Тина сказала, чтобы я спросил об этом у тебя...
– Ах, Тина..., – хмыкнула я, когда смогла справиться с шоком и эмоциями, захлестнувшими воспоминаниями, которые пронеслись перед глазами. – А что же она тебе сама не поведала? Вы, я как посмотрю, прекрасно поладили с ней. Даже, вот, подруга бывшая тебе на руки нас сдала, – не удержалась от издевки, хотя, как мне показалось, звучали мои слова жалко.
– Ты ревнуешь, что ли? – бровь Алехандро изумленно выгнулась, а он как-то странно посмотрел мне в лицо. Пришлось призвать все силы и сделать лицо максимально равнодушным и пожать плечами. – Нет, она не сказала мне ничего. И зря ты считаешь, что Тина предала тебя. Она все сделала правильно...
– Ну да, это же не у нее решили отобрать ребенка, – упрямо напомнила я, отворачиваясь от его взгляда. – Ты не ответил на мой вопрос, Алехандро...
– Ты тоже, Каролина, – уже спокойнее отозвался мужчина, – и когда мы оба будем готовы к откровенному разговору, тогда и вернемся к этим вопросам, – он поднялся с места, давая понять, что разговор окончен. – Завтра приедет няня для Теи...
– Мне не нужна никакая няня, – снова резко проговорила я, понимая, что он хочет скорее избавиться от меня. Как показал сегодняшний день, Доротея спокойно относится к новым лицам, а значит, быстрее привыкнет быть вдали от меня.
– Тебе, безусловно, не нужна, – хмыкнул Алехандро, осторожно подталкивая меня к выходу, – а ребенку – да.
– Желаешь скорее от меня избавиться? – кажется, ссора пошла по второму кругу. Неужели, ему так нравится постоянно выводить меня из равновесия?
– Каролина, я пытаюсь облегчить твою жизнь, – Алехандро закатил глаза, словно разговаривал с ребенком или... умалишенной. Это разозлило еще сильнее, но я постаралась сдержаться, чтобы не ударить его. – Послушай, ты не можешь находиться с девочкой двадцать четыре часа в сутки. Ты тоже должна отдыхать. Я просто озаботился о твоем здоровье, как сказал врач.
– Позволь напомнить тебе, Алехандро, что я с этим прекрасно справлялась раньше. Без рекомендаций твоего врача, – раздражение набирало обороты, а я с удивлением прислушивалась к себе. Раньше я не была такой... чересчур эмоциональной. Что изменилось? Или этот мужчина так влияет на меня, что я просто выхожу из себя?
– Я видел твое «справлялась», еще там, в каморке над кафе, – ядовито заметил мужчина, а затем подхватил меня под руку и повел к выходу. – В конце концов, твои обязанности по дому никто не отменял.
– Что-о? – выдохнула изумленно, пытаясь вырвать руку из его захвата. – Какие такие обязанности? Ты о чем?
– Тише, весь дом перебудишь, – тихо рассмеялся Алехандро, заставляя меня замереть буквально с открытым ртом. Видимо, это было сделано специально, чтобы я перестала сопротивляться, и он спокойно повел меня дальше. – А обязанности... следить за домом, распоряжаться прислугой…
– У тебя есть экономка, – буркнула тихо, но продолжила идти с ним рядом. Надо было еще посмотреть, где устроили дочь. Да и есть хотелось после всех этих треволнений дня и долгого перелета. Там я поесть не успела, занятая сначала ребенком, а потом и вовсе уснула. Нет, Алехандро честно пытался меня накормить, но... я же гордая. М-да, и упрямая...
– Есть, – согласился он, – но общаться ей теперь предстоит с тобой. Ты же моя жена, – снова напомнил он и... нахмурился.
– Ничего, делегируешь этот вопрос Лорене, – подначила я, – думаю, она справится.
– А причем тут Ло..., – договорить он не успел, так как дверь дальней комнаты открылась и на пороге возник знакомый высокий мужчина с жгуче-черными глазами и темными волосами, похожий на бандита. Секунда на узнавание и...
– Доброй ночи, сеньор, сеньора, – спокойно проговорил он, кивая нам с Алехандро. Муж остановился, хмуро смотря на своего телохранителя. Я же улыбнулась вполне доброжелательно. Пусть вся та история и случилась с подачи Диего, я на него не обижалась – работа есть работа, и не предупредить тогда мужа он не мог.
– Здравствуйте, Диего, – проговорила в ответ, рассматривая начальника охраны. За эти практически два года он ни капли не изменился. – Как поживаете?
– Спасибо, сеньора Алмейра, все нормально, – доброжелательно ответил мне мужчина и, как мне показалось, из его глаз ушла напряженность.
– Диего, твой рабочий день завершен? – чуть более резко спросил Алехандро, и я удивленно уставилась на него. Что это с ним? Вроде, охранник не сказал ничего лишнего.
– У меня сегодня сутки, сеньор Алмейра, – все также, словно и не обратив внимания на тон хозяина, спокойно отозвался он. Затем шагнул обратно в небольшую комнатку, где я заметила несколько экранов компьютеров – видимо, здесь тоже стояли видеокамеры по дому – но вдруг обернулся, заметив, – рад, что вы вернулись, сеньора.
Он скрылся за дверью, оставив меня недоуменно хлопать ресницами. Озадаченная его словами, я совершенно не запомнила, куда вел меня Алехандро. Остановился только на пороге какой-то комнаты, сжав с силой ручку двери.
– Смею напомнить тебе, Каролина, – напряженно проговорил Алехандро, старательно избегая смотреть мне в глаза, а у самого аж зубы скрипели от злости. Я удивленно уставилась на него. – Такое панибратское общение с прислугой ставит тебя в... двусмысленно положение. Надеюсь, ты не станешь повторять это при чужих людях, – он посмотрел мне прямо в глаза, и я мгновенно утонула в этих черных омутах, забывая обо всем. Пришлось незаметно ущипнуть себя за запястье, чтобы не натворить еще чего-нибудь, например...
– Иногда мне просто хочется прибить тебя, – прошипела в ответ, шагнув к нему ближе, – чтобы больше никогда не смел унижать меня. В отличие от тебя, дорогой муж, – я скривила губы, произнося эти слова, и с удовольствием смотрела, как он поджимает губы, – я за все время нашего прошлого брака ни разу не дала тебе повода, а вот ты...
Алехандро криво усмехнулся и наклонился ко мне ближе.
– Походы моего брата в твою спальню не считаются?.. Не стоит так делать, – уже холодно проговорил он, когда сжал мою ладонь в паре сантиметров от своей щеки. Сама не знаю, как так быстро сработал рефлекс в ответ на его оскорбительный намек, но рука взметнулась сама. Молча вырвала руку и толкнула дверь в комнату, куда он меня привел, и застыла на пороге, недоуменно рассматривая убранство комнаты. Чисто мужской спальни, если быть точной. Странно, зачем он привел меня сюда, неужели во всем доме не нашлось больше комнат?
– Зачем? – равнодушно пожал он плечами, проходя внутрь и закрывая за нами дверь. – Ты – моя жена, рядом в детской спит наш ребенок – а для всех в этом доме это так и есть. Потому, не советую крутить хвостом перед другими мужчинами, чтобы не давать повода сплетничать прислуге, – я даже задохнулась от возмущения, но муж быстро пресек мои возражения. – Послушай, Каролина, я не хочу с тобой войны, но, если ты только дашь мне повод... поверь, ты очень пожалеешь. Сейчас твое благополучие зависит от твоей дочери. Смирись с этим и прими как данность.
– Ты – монстр, Алехандро, – покачала головой, чувствуя, как сердце внутри разрывает от боли. – Жаль, что я этого не замечала раньше...
– Твое упущение, а теперь придется как-то с этим жить, – с полнейшим равнодушием заметил он, направляясь в ванную комнату. – Располагайся, дорогая, теперь это твоя спальня. Твоя кровать. И я... рядом...
– Это мы еще посмотрим, – бросила в ответ, но он только рассмеялся.
* * *
Алехандро
Чувствовал себя премерзко, а ведь обещал себе, что постараюсь быть с женой мягче. Но все снова пошло наперекосяк, стоило нам оказаться сначала на земле, сойдя с трапа самолета, а затем и в машине. Настроение Каролины резко изменилось, а она сама будто отгородилась бетонной стеной. Отвечала равнодушно, словно механизм, а то и вовсе делала вид, что меня нет рядом. Я уже сам начал злиться, не понимая причин ее ухудшившегося настроения, а потом ее вопрос о матери застал меня врасплох. Она что, не знает о смерти моей матери и брата?
Да, кажется, только из утюга та «грандиозная» новость не транслировалась! Больше года прошло, а наш особняк до сих пор осаждали журналисты, ища сенсационные подробности той аварии, в которой погиб Себастьян. А следом слегла и мать, тяжело переживая смерть любимого сына.
Сам не знаю, почему не стал отвечать на ее вопрос, но видел искреннее недоумение в зеленых глазах. Возможно, стоило сразу рассказать ей, что теперь Тея – наследница Себастьяна, как и Эрнандо, и до ее совершеннолетия именно она, как мать, станет распоряжаться этим наследством. Также как я – наследством Эрнандо. Но что-то в последний момент остановило меня, а потом... наш разговор в кабинете тоже вышел за рамки обстоятельного. С ролью мерзавца, готового на все, чтобы отобрать у матери ребенка, справился легко. Пока так нужно, пока... Но, черт побери! Когда она улыбнулась Диего, я был готов разорвать того на куски, несмотря на его преданную службу за столько лет. И откуда он только появился? Да еще и посмел первым заговорить смоей! женой! И план созрел окончательно – расставаться с Каролиной я больше не собираюсь. Будет нужно – привяжу к себе, а лучше к постели, заставлю забыть того, кто уже однажды отнял у меня мое. Зацелую, заставлю забыть собственное имя, покорю...
– Хм, обыграла ты меня, маленькая, – улыбнулся, глядя, как она сладко спит, подложив ладошку под щеку. Тихо подошел к кровати, рассматривая спящую жену, и все больше поражался схожести мамы и дочери. Нет, все же Тея – копия Каролины, разве что темноглазая, как все Алмейра. Тут точно не нужен анализ ДНК. Да и нужен ли он? Для чего? Раз я решил, что они обе будут только моими, Тея будет знать отцом только меня. Не важно, кто ее настоящий отец, важно кого она станет называть папой.
Присел рядом и осторожно, стараясь не разбудить жену, провел пальцами по ее щеке. Влажная. Неужели опять плакала? И, конечно, снова по моей вине. Все же стоит иногда сдерживать свой темперамент, чтобы не страдали близкие. Да только рядом с Каролиной я напрочь теряю все свое хваленое самообладание.
– Ничего, все равно эта партия будет за мной, – тихо шепнул, скорее, самому себе и улыбнулся, укрывая девушку тонким одеялом. – Никуда ты больше от меня не денешься...
