Текст книги "Мгла моего сердца (СИ)"
Автор книги: Тесс Скай
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
– Чтобы разбудить Ульфа, нужна кровь Амиора, отданная им добровольно.
А так как Амиор не спешит делиться своей кровью, будить его брата придется мне ценой своей жизни! И как иначе? Амиор хитер, он продумал все! Именно поэтому паре своей он оказал великую честь, сделал сначала Ярославу, а потом меня хранительницей саркофага! Чтобы Ульф ожил, я должна умереть!
Мы с Надин переглянулись, а тарлана, резко развернувшись, поспешила вперед. У нас не нашлось, что ей сказать, сил хватило только на то, чтобы передвигать ноги. Бьянка удалялась от отеля все дальше и дальше, петляя по парку, сворачивая на самые узкие дорожки, ныряя в кусты, не забывая оглядываться на нас.
Так мы добрались до какого-то участка леса, совершенно неприбранного, словно скрытого от людских глаз. Ветви высоких деревьев переплетались над нами, создавая причудливый купол, сквозь который проглядывали звезды. Они подмигивали, точно подавали нам какие-то сигналы. Сердце в груди моей стучало гулко, под ногами, опутывая их, стелилась неисхоженная трава.
– Жуть! – проговорилась Надюшка. – В фильмах ужасов именно в такие моменты откуда-то выскакивает монстр, а то и не один… – она начала оглядываться.
Я склонна была с ней согласиться, потому что ощутила, как нагрелся на груди медальон.
– Кажется, я понимаю, откуда пошли все легенды о вампирах, оборотнях и прочих существах! – смотрела в спину Бьянке, подмечая, как бесшумно она передвигается. По ее ногой не хрустнула ни одна сломанная ветка, ни один из густых кустов не шелохнулся. Мы же ломились сквозь них, как бешеные лоси.
– Люди глупы, поэтому могут выдумывать небылицы! – откликнулась тарлана своим привычным тоном, а Надюха поежилась:
– Бр-р… странное место…
– Развалины, того, что было построено задолго до доминиканского монастыря, где коротала свои дни Маргит! – пояснила тарлана. – В это столетие я решила не думать долго и укрыла саркофаг со спящим Ульфом прямо под идеальным носом Амиора! Как чуяла, что Ярослава о долге напомнит! Да и… – махнула рукой, не договаривая.
Мы настаивать не стали, рассматривая загадочные, шевелящиеся в ночной тьме тени. И пока следили за ними, не увидели, куда исчезла Бьянка.
– А-а-а…
– У-у-у… – в один голос выдали мы.
– Спускайтесь сюда! – донесся ее зов откуда-то из-под земли.
Помотав головой, а для верности ущипнув себя, я огляделась, подсвечивая небольшим фонариком. Впереди мы увидели остатки некогда крепкого каменного фундамента. Бьянка нашлась в этом квадрате. Спрыгнув, я ощутила под ногами каменную крошку, которая хрустела. Поманив нас, тарлана шагнула влево, нагнулась и снова пропала из поля нашего зрения. Паниковать не стали, пусть и усилилось волнение, а зубы начали выбивать нервную дробь.
У самой земли обнаружился небольшой проем, в который лезть не было никакой охоты, но пришлось. Опустившись, я первой скользнула во тьму.
Бьянка подхватила меня, помогла встать на ноги, потом протянула руки Наде.
Мы попали в довольно просторный коридор, в котором могли выпрямиться в полный рост. Здесь было тепло и сухо, но осмотреться тарлана не разрешила, позвав нас дальше. Судя по всему, тоннель спускался ниже, на стенах появились капли воды, а также пятна зеленоватой плесени. Не знаю, кому из нас с подругой первой пришла в голову мысль о ловушках, но остановились и вскрикнули мы почти одновременно.
– Дуры! – в сердцах выплюнула тарлана.
Мы разом устыдились своих фобий, но вперед последовали с опаской.
Подземный лабиринт прихотливо изгибался, уводя нас глубже под землю, пугая дышащей тьмой темных закоулков, отравляя легкие неприятными запахами, дурманя разум страхами.
Бьянку ничто не останавливало, и чтобы не потеряться, мы неслись за ней с приличной скоростью. Оказаться одним в подземелье ни мне, ни Надьке не хотелось. Наконец мы остановились, и тарлана что-то прошептала. В совершенно круглом помещении зажглось множество старинных светильников, освещающих каменную фигуру викинга.
Часть четвертая
Каменный викинг
Глава 1
– Ты говорила, что здесь будет саркофаг? – возмущенно изрекла Надин.
Бьянка надменно ответила:
– Это и есть саркофаг, гроб, если хочешь, только не ваш убогий ящик! В былые века именно внутри каменных изваяний мы хоронили прах своих умерших сородичей! Ульф всего лишь спит, поэтому его тело было превращено Амиором в камень.
Я же смотрела, подняв голову, исключительно на… Хотелось бы думать, что на союзника, или спасителя! Высокий, метр восемьдесят или около того!
Одет, будто сошел с экрана, на котором показывают исторический фильм.
Лицо, высеченное из камня, пугало и казалось совершенно некрасивым.
Высокий лоб, прямой, ровный нос, широкий рот и угловатый, жесткий подбородок! Да о чем это я думаю?!
– Бьянка, – обеспокоенно позвала тарлану, – если ты собралась уйти, то как я… как мы объясним все этому, – указала на изваяние, – и как мы выберемся из лабиринта?
Тарлана бросила на меня снисходительный взгляд, словно молчаливо пожаловалась на мою глупость.
– Елисава, пора понять, что мы не люди! Мы способны мысленно общаться и запоминать столько, сколько вам и не снилось!
– То есть ты успеешь обо всем ему рассказать?
– Не только! Я передам Ульфу необходимые знания, чтобы он смог адаптироваться в современном мире. Жаль только, что силы свои я передать не смогу! Но ничего, попробуете использовать медальон!
Я пыталась переварить новые сведения, а Бьянка резко продолжила, поглядев на Надю:
– Тебе лучше спрятаться, ты не должна этого видеть!
– Видеть что и почему не должна? – насупилась Надюша.
– Выйди! – рыкнула Бьянка, и Надин благоразумно отошла, но тарлане этого показалось мало, и она сделала шаг вперед.
– Лизка, я подожду за дверью…эм-мм… в общем, за стеночкой! – подруга быстро вышла из зала.
Бьянка обратилась ко мне, привычно усмехнулась:
– Я не прощаюсь! – и быстро подошла к каменному викингу.
Резанув по руке острым когтем, она приложила запястье к холодным мужским губам. Несмотря на страх, во мне проснулось любопытство, и дальше я просто смотрела не в силах отвести взор.
Сказали бы раньше – истерично расхохоталась бы в лицо говорящего – не поверила, что буду упиваться зрелищем, которое иначе как чудовищным не назовешь. Смотрела, будто видела фантастический фильм, но отчетливо понимала, что все происходит наяву. Стояла в одной позе и глядела только на Викинга.
Едва кровь Бьянки окропила его плотно сжатые губы, как они обрели цвет.
Правда, я не сразу поняла, решив, что это кровь окрасила их. Затем каменная рука ожила, поднялась и схватила бессмертную за шею. Бьянка еще успела оглянуться и в привычной манере оскалиться. Я же уговаривала себя не срываться с места, понимая, что побег меня не спасет. Даже, если мы с Надюшкой умудримся скрыться, это ничего не изменит. Скорее убьет. Айвен – та еще проблема. Мои страхи, моя ненависть к нему сожгут меня и, до того, как полукровка надет меня, я сама приду к нему, несчастная и раздавленная. Хочу я этого? Нет, конечно, нет!
Поэтому, не могу отвести взгляд, словно околдовали. А Ульф, мой будущий кто-то там, продолжает оживать, в то время, как Бьянка умирает. Я не знаю, как это объяснить. Сложно, почти невозможно понять и принять то, что происходит. Процесс ничем не напоминает тот, который мы с подругой видели в самолете.
Бьянка не двигалась, только иногда дергалась, словно от невыносимой боли, будто неосознанно пыталась ее избежать. Только Ульф держал крепко, знал точно – ее жизнь за его! И я это осознавала! Было ли страшно? Просто жутко! Но ничего поделать нельзя! Мне было позволено только ждать! И я стойко держалась, не в силах закрыть глаза, пока тарлан пил свою соотечественницу. Бьянку я знала, поэтому испытывала жалость по отношению к ней, а вот Ульфа, честно сказать, побаивалась.
Когда тело Бьянки с глухим стуком упало на пол, я вздрогнула, таращась исключительно на бездушную оболочку. Мысль казалась ужасающей: «Бьянка это заслужила! – какая-то нелепая бравада звучала в голове набатом. – Кто к нам с мечом придет – от меча и погибнет!» Пришлось мысленно дать себе подзатыльник и напомнить, что тарлана сама выбрала такую смерть. Потом неожиданно подумала о Ярославе. Крестная тоже умерла, оборвав линию своей бессмертной жизни. Почему?
Очнулась, сглотнула даже, едва заметила близко-близко, буквально в шаге, старинные кожаные сапоги с ремешками и железными заклепками. Решила, что чему быть, того не миновать, и смело вскинулась. Викинг разглядывал меня из-под сурово сведенных бровей. Так покупатель рассматривает в магазине излишне дорогую вещь, определяя, а так ли она ему нужна, как расхваливает продавец? Обидно стало до чертиков, я же человек, вроде, венец природы и все такое, а этот смотрит, будто видит жалкую мушку. Первое впечатление не обмануло меня. А я думала, что все бессмертные красивы, даже полукровки.
Этого, чистокровного, и симпатичным сложно было назвать.
Волосы Викинга оказались светлыми, брови почти незаметными, как и ресницы, обрамляющие серо-голубые холодные глаза. Рот казался большим, а покрытый щетиной подбородок указывал, что передо мной стоит жуткий упрямец. Взгляд уж слишком пристальный, пронзительный, но умный.
– Хм-м, – сурово поджатые губы изогнула понимающая усмешка. – Не нравлюсь?
– Черт! – выругалась сквозь зубы. Нелегко общаться с теми, кто без особого труда способен узнать все твои мысли.
– Женщина, – строго обратился он, – не стоит упоминать того, с кем ты не захочешь встречаться в реальности! – назидательным тоном, словно учитель отчитывает нерадивую ученицу, изрек Ульф.
– Учту, – стушевавшись, отозвалась я, стараясь больше не думать о внешности Викинга. Быстрый взгляд и я поймала кривую улыбку собеседника, с неудовольствием констатировала и предложила. – И я вам тоже не особо нравлюсь, поэтому давайте перейдем к делу!
– Женщина, запомни на будущее, говорю я – ты киваешь! – убийственно спокойным, но от того еще более устрашающим тоном сказал Ульф.
«Боже! – мои думы меня убьют. – Еще и махровый шовинист в союзники достался!»
Отошла на всякий случай и уперлась спиной в стену. Викинг какое-то время молчал, видно, искал объяснение слову «шовинист». Не знаю, что там ему передала Бьянка, возможно, целый толковый словарь, а то и содержание «Википедии», но пояснение Ульфу явно пришлось не по душе. Он покачал головой, но тему решил не продолжать, а последовал моему скромному предложению.
Дошел до меня, встал настолько близко, что я ощущала его дыхание на своем лице. Отвага никогда не входила в число моих достоинств, но я сумела поднять голову и храбро высказаться:
– Нам нужно идти! – только очень тихо, звук был похож на шелест, и он отразился от стен, будто ветер пронесся по окружающему пространству.
Шокированным взглядом проследила за тем, как поднялся над бездыханным телом призрак и прошествовал мимо нас. Замер ненадолго напротив, посмотрел в мою сторону и улыбнулся. При жизни Бьянка всегда так улыбалась, когда желала уколоть, как можно больнее.
«Ясно, что ничего хорошего меня не ждет!» – обреченно подумала я, и в доказательство Ульф произнес:
– Для начала избавимся от твоего украшения, женщина!
Я помнила, как в прошлый раз Бьянка предлагала избавить меня от браслета. В душе поднялась паника, животный, неподдающийся контролю страх обуял меня. А за спиной – камень, холодный и равнодушный, такой же, как и тот, из которого сделан мужчина, стоящий напротив.
– Убьете? – несмотря на страх, я сумела выговорить такое непростое слово.
– Нет, – Викинг покачал головой, но едва я с удивлением взглянула на него, добил. – Я сделаю намного хуже! – и опустил руку на шнуровку своих кожаных штанов.
– Обалдеть! – вырвалось у меня. – Похоже, что в довершении всех бед меня еще и изнасилуют. Ладно! – оторопело наблюдала, как, расстегнув застежку в форме свернувшейся змеи, он бросил плащ на пол.
«Надо же, какой заботливый насильник попался! – нервная, совершенно глупая мыслишка мелькнула в моем воспаленном мозгу. – И когда моя жизнь успела превратиться вот в это?!»
– Сама ляжешь или помочь? – Викинг приспустил штаны.
– Может, еще и ноги раздвинуть? – наверное, лучше было бы промолчать, но не смогла. Кошмар все продолжался и никак не хотел заканчиваться.
Ульф опустил руки мне на плечи, сжал, но не сильно.
– Мы должны это сделать!
«Он меня уговаривает? – помотала головой. – Скорее уж себя! Не нужно приписывать бессмертному тех качеств, которых у него нет!»
Разозлилась, скинула его ладони, глубоко вдохнула, вспомнила, что у меня осталась Надежда.
– Не нужно, – произнес Викинг, ловя мой мечущийся взгляд. – Твою подругу увела Бьянка. Прими свою участь, женщина!
Ну, можно было поспорить, что я современная женщина из двадцать первого века и у меня есть права, и все такое прочее, но сразу было понятным, что с ним это бесполезно. Где-то слышала, что насилие можно пережить! Буду думать, что это так.
На глаза набежали слезы, свет светильников мерцал, ослеплял, но закрывать веки я не хотела.
– Посмотри на меня, – показалось, что ослышалась, когда в голосе моего насильника помимо приказа прозвучали печальные ноты.
– Зачем? – попыталась быть сильной, прогнать слезы. И злая мысль пронзила сознание: «Это все Айвен! Если бы не его браслет, то мне бы не пришлось терпеть прикосновения Ульфа!»
Тарлан яростно проговорил:
– Либо ты соглашаешься лечь со мной, либо я убью тебя! Так или иначе, но избавлюсь от слежки!
Я прикусила губу, сражаясь с самой собой. Умом понимала, что выход один, мечтала избавиться от Айвена, но не могла переступить через себя. С языка сорвалось жалкое:
– Я не могу, – всхлипнула, в душе желая разжалобить Ульфа.
Но он буквально озверел и стиснул меня в своих объятиях. Писк мой поймали его губы. Целовал, не проявляя ни капли нежности, намеренно грубо, чтобы причинить боль, не позволяя даже вдохнуть, устанавливая власть надо мной. Бесцеремонно, не считаясь с моими чувствами, не проявляя своих.
Словно тарлан все четко рассчитал, чтобы унизить. Притянул еще ближе, кажется, что через какое-то мгновение, и я исчезну, став частью Викинга. Он не щадил, кусал мои губы, касался своим языком моего, будто настаивал на поединке. Я не откликалась, но и не сопротивлялась, потому что сил не осталось. Разумно понимала, что чем спокойнее приму происходящее, тем быстрее пытка закончится. Главное выжить, а там отомщу!
Я приняла боль, но тут же забыла о ней, потому что движения Ульфа внезапно изменились. Руки уже не сжимали мое тело, придерживали, скользили по спине, одаривая мимолетной лаской. А губами он ласкал мой рот, прикасался своим языком к моему, играл с ним. Это уже не сражение, это игра.
И я непроизвольно, постепенно включилась в нее. Но почти сразу отругала себя, потому что иду против всего, чему меня учили. Проклинала Айвена, убеждая, что и это случилось по его вине. Если бы не полукровка, который все в моей жизни перевернул вверх дном, я бы сейчас все еще была замужем за Максом и наслаждалась близостью с ним, а не превращалась в девку, которая радуется прикосновениям первого встречного мужчины.
Викинг резко отпустил и отошел, стягивая шнуровку на штанах, и я, не устояв на ногах, упала и ошарашенным взглядом проследила за тем, как он поднял плащ. Не знаю, какие воспоминания останутся у меня после этих минут.
Что именно я буду вспоминать: свое унижение, свою злость или почти неуловимое удовольствие. Приняла решение – пусть будет удовольствие, и хорошо бы, чтобы Айвен об этом узнал.
– Узнает! – не повернувшись, зло бросил Ульф. – И я всего-навсего убедился, что Яра ошиблась в выборе! Ты слабая, мой брат с легкостью вернет себе медальон!
Не отвечая, я первым делом схватилась за жемчужины, не доверяя тарлану, но желая снять с себя подарок Айвена. Рванула сильно, и браслет порвался. Жемчужины раскатились по полу.
– Туда им и дорога! – глотая яростные слезы, объявила я, тарлан никак не прокомментировал мое экспрессивное заявление.
Он отцепил застежку, скатал плащ и без сожалений покинул место своего заточения, я поплелась за ним. Вернее, сначала поплелась, а после побежала, чтобы не затеряться в темных коридорах подземелья.
На улице, куда мы вышли спустя некоторое время, уже занималась заря.
Розовая полоска горела на восточном краю неба, в то время, как на западе тускло сверкали звезды. Мне некогда было любоваться, я выискивала взглядом Надюшку, предполагая, что она должна находиться где-то неподалеку от развалин.
Так, крутя головой, стараясь не упустить из виду Викинга, я брела вперед по извилистому пути своей жизни. Знать бы имя того гада, кто придумал все это! Но чего нет, того и быть не может! А вот внушительную фигуру Ульфа упустить сложно. На стоянке, куда мы пришли, все еще стояла машина Бьянки, будто ждала хозяйку, которая уже стала бесплотным духом. А вот то, что по стоянке с обеспокоенным видом не металась Надин, меня напрягло.
– Я никуда не поеду без подруги! – набравшись храбрости, заявила я, дрожащими руками вытаскивая телефон из сумочки с намерением включить его.
– Все было зря? – слегка обернувшись, глядя на меня через плечо, спросил тарлан.
– Что все? – меня начало подташнивать, пробуждающиеся птицы, встречающие рассвет своими песнями, раздражали. Хотелось схватить дробовик и перестрелять их всех, словно это принесло бы успокоение.
– Садись в машину! – кинул мужчина, больше не поворачиваясь ко мне.
– Что с Надей? – осведомилась я и пояснила. – Мы вместе начинали, и мне не хочется…
Договорить он не разрешил:
– Теперь ваши дорожки разбежались в разные стороны! Бьянка все продумала!
– Ах, Бьянка… – злобы во мне уже не было. Я снова приняла все, что происходит. Могла бы и сама догадаться, что тарлана сделала, как посчитала нужным, не посвятив нас в свои планы. – Хорошо! – бросив телефон обратно в сумку, собралась подойти к водительской двери, но он меня опередил и уселся сам.
– Я главный, женщина! – мог и не произносить вслух. Мне уже понятно, что я лишь существо второго сорта, которое должно подчиняться.
Только почему-то чертовски не хочется! Однако, следуя доводам разума, я безмолвно заняла пассажирское кресло, успев мстительно подумать:
«Посмотрим, умник, как ты со всем справишься!»
Викинг покосился на меня, но ответить не соизволил – счел ниже своего достоинства. Я и не просила, надоело, что все, кому не лень, лезут ко мне в голову.
Ульф завел двигатель, и машина двинулась с места. К моему удовольствию, с непривычки с управлением тарлан не справился, зацепил два соседних автомобиля, а потом стремительно стартанул, так, что взвизгнули покрышки. Мы выехали на мост Арпад, и я молилась, уж и не ведаю, кому точно, чтобы мы ни с кем не столкнулись, настолько агрессивной оказалась манера вождения Викинга. Похоже, Бьянка не успела передать ему ни единого из всех местных ПДД. Ладно, хоть в полосу он попадал. Но на этом и заканчивалось. Он обгонял, подрезал, создавал аварийные ситуации. Другие участники движения нам то и дело сигналили.
– Послушайте, – рискнула возразить я, на этом меня прервали:
– Лучше ничего не говори, женщина!
И я благоразумно заткнулась, понимая, что спор нас ни к чему не приведет.
А потом мы просто ехали, и мне неизвестно, кого именно стоит поблагодарить за то, что вся местная полиция не увязалась за нами. А потом он остановился.
На дворе властвовал летний день во всей своей красе. Солнце касалось деревьев, играло золотом на вершинах далеких холмов.
– Иди за мной! – вынув ключи из замка зажигания, Ульф первым вышел из машины.
Я замерла, когда перестал двигаться он. Случилось это на большой лесной поляне, где перекликались птицы, и пробегали меж крепких стволов солнечные зайчики. Вдохнула насыщенный, богатый ароматами запах леса, понимая, что безмерно устала. Не заботясь о последствиях, уселась на землю. Викинг, окинув взглядом окрестности, усмехнулся:
– Ты села прямо на муравейник!
– Да-а? – вскочила, как ошпаренная, осмотрелась, взвизгнула, принялась отряхивать одежду. Несколько особенно настырных насекомых пробрались под блузку и теперь нещадно кусали тело. – Да что б вас… – отправила муравьев куда подальше.
Ульф раскатисто захохотал.
– Ничего смешного не вижу! – ворчливо отозвалась я, не прекращая своего занятия.
– Если бы ты была более внимательной, то не попала бы в неприятности!
– Если бы вы не остановились… – глупо искать виновных, но когда осознаешь, сделать хочется только это.
– Женщина, ты невероятно тупа, а еще неимоверно дерзка и самонадеянна!
Но не знаешь элементарных вещей! – он вздумал меня учить. – Запомни, любая магия основывается на пяти древнейших элементах: воде, земле, воздухе, огне и металле.
– И что мне это дает? – укусы муравьев причиняли боль, в голове стоял туман, инстинкты напрочь отключились. – Я обычный человек, и вся ваша магия…
– Не совсем обычный! – похоже, Викинг ненавидел, когда ему противоречили, предпочитая обрывать собеседника на полуслове, но меня задело.
– Что вы хотите сказать?
– Тарланы, которых ты встретила, и я в том числе, изменили тебя!
– Что? – похоже, Бьянка не пожелала мне рассказать. – Что я теперь?
– Человек!
– Открытие!
– Не язви, женщина, а слушай! Теперь ты Человек с большой буквы, а не просто житель Земли!
– Зашибись! – я так и не поняла, что он хотел сказать.
– Идем! – а Ульф больше не пожелал разговаривать, отправился дальше.
Мы шли через лес, на каблуках тащиться в гору – то еще удовольствие, но я больше не роптала, шла покорно, не думая ни о чем, кроме участи Нади.
Какую роль отвела для нее расчетливая тарлана? Правда ли, что она пыталась помочь или преследовала собственные цели? Что будет за очередным поворотом?
– Мое секретное убежище! – просветил меня идущий впереди Викинг, которому, очевидно, надоело слушать мое нытье и захотелось послушать пение птах.
– А…
– Выйдем и узнаем!
– И…
– Женщина, будь благоразумной и не задавай вопросов! Раз ты со мной, то тебе больше ничего не угрожает!
Верно сказал, гад, ничего, кроме него самого!
– Тебе что-то не нравится? – сделал одолжение и остановился.
– Все!
– Хм-м… Что еще тебе нужно знать, хранительница медальона?
– О, как!
– Женщина! – взорвался он, и я сделала попытку успокоить Ульфа, понимая, что он единственный мой нынешний союзник.
– Бьянка либо все время лгала, либо не договаривала! Ярослава вообще всю жизнь обманывала. Хотя бы вы проявите сострадание! – и взгляд, будто вот-вот расплачусь. Хотя солгу, сказав, что не хотелось, что только играла.
Тарлан долго и пристально изучал меня, я ни о чем крамольном не помышляла – ни дать, ни взять раскрытая книга – читай, сколько влезет!
Принял решение, кивнул.
– Сейчас тебе нужно отдохнуть, а мне подготовиться к битве с братом.
– А потом?
– Потом я решу, что делать с тобой. Пока мы будем отдыхать, проведем опыты, возможно, ты сможешь передать накопитель мне.
– А если?..
– Если не будет! Я все равно снова брошу вызов брату! В крайнем случае, ты пойдешь со мной!
– И когда?
– Месяц, два, на большее не рассчитывай!
– Сумасшедший! – сказала и прикрыла рот ладонью.
– Ты не понимаешь… – произнес и пошел дальше, но я как раз понимала.
Не знаю, откуда пришло, но сердце знало, почему Ульф или Рикор, как звали его на Таре, не может ждать. Он был предан брату всю свою жизнь, готовился и ее отдать, продать свое бессмертие. А Амиор убил единственную, ту, которую любил Викинг, и обратил верного соратника в камень. Рикор просто не смог забыть и простить.
– Не зови меня так, – мрачно обронил, шагая в гору, тарлан. – У Рикора были звездолеты, а у меня только драккары! Поэтому Ульф и никак иначе!
– Ладно, – мне уже надоело это слово, но я произнесла его, пытаясь не анализировать доводы разума, что говорил, как опасны скоропалительные решения. Ульф только очнулся, и он не готов к битве с братом.
– Женщина! – рявкнул на меня Викинг. – Ты можешь подумать о чем-то другом?
– Нет, – откровенно призналась я, понимая, что и для меня важно, проиграет Ульф или победит.
– Тогда просто иди! – резким тоном попросил он и ускорился. Видно, для того, чтобы я просто бежала.
Не знаю, сколько времени прошло, но солнце уже клонилось к закату, когда мы вышли к пещере.
Входом служил разлом в скале, который лично мне напомнил огромную пасть.
– Ты дура! – просто заявил Викинг, даже не посмотрев на меня.
Я окрысилась:
– Слушайте, ну перестаньте уже… – замолкла, заметив, как из пещеры нам на встречу вышел человек, одетый волне современно – в джинсы и легкую куртку.
– Бьёрг, – скупо бросил Ульф, а вышедший склонился в низком поклоне.
– Конунг, как я рад, что вы вернулись!
У меня челюсть отвисла, появилось ощущение, что я попала в иное время.
Через минуту подумалось о другом. Полукровка! Не иначе! И не сын ли…
– Женщина! – у Викинга не выдержали нервы. – Ты способна не думать совсем?! Никогда! Ни о чем!
Ответить положительно на этот вопрос я не могла. Вообще, ответ напрашивался один – тот, который меня не устраивал, дескать, не мыслят, только зомби из фантастических фильмов, как например, «Обитель зла». У них остаются только самые примитивные инстинкты.
– Уведи ее! – так и не дождавшись, что я скажу, приказал Ульф.
На удивление, пещера оказалась светлой, каменный пол покрывали толстые ковры изысканной работы. Ступать было боязно, но глядя, как идет по ним Бьёрг, я пошла. Мне без слов указали на нишу, где лежали мягкие шкуры.
Хотелось есть, а еще разговаривать. Но понимая, что ни то, ни другое на данный момент невозможно, я прилегла и практически сразу уснула.
Проснулась от того, что солнце светило в глаза. Оказалось ниша, где я прикорнула, расположена почти у самого выхода, или входа, смотря с какой стороны смотреть. Зевнула, потянулась, улыбнулась, радуясь тому, что вижу этот самый солнечный свет.
– Доброе утро, госпожа, – послышался тихий голос, и я порадовалась вторично – ко мне еще никогда и никто так не обращался. – Завтракать будете?
– Завтракать?
– Плюшек не обещаю, – позволил улыбке осветить свое лицо, – но рыбу и мясо могу предложить.
На вид лет тридцать, не больше, но в глазах… Я поспешно кивнула, полагая, что и этот способен узнать все, о чем думаю.
– Могу, но предпочитаю не делать этого, – мужчина снова одарил меня улыбкой. – И я не сын Викинга, госпожа.
– Но вы полукровка?
– Да, я сын Вектра, – признался собеседник. – Мое имя вы уже слышали.
– Да, – подтвердила, про себя запоминая новое имя истинного. Вдруг когда пригодится.
– Мой отец ничуть не лучше Амиора, – разоткровенничался Бьёрг. – Он бы убил меня, не задумываясь, как только заметил первые признаки безумия. Но к счастью мне встретился Ульф. – И убежденно прибавил. – И вам повезло, что Викинг на вашей стороне!
Согласиться легко я не могла, впрочем, как и оспорить, а Бьёрг настаивал на своем:
– Повезло, что Викинг с нами!
Вспомнился рассказ Бьянки о полукровках, сложить два и два оказалось несложным. Я отвыкла доверять незнакомцам, но об Ульфе не могла не думать.
– Мясо или рыбу? – все еще улыбаясь, уточнил собеседник.
– Рыбу, – выбрала и спросила. – А где?..
– Тренируется, я вам покажу после завтрака, – откликнулся Бьёрг.
Следуя за полукровкой, вышла из пещеры, зажмурилась, как только яркий свет ударил в глаза, и прикрыла их ладонью. Бьёрг вывел меня к небольшому ручью, завораживающе звенящему среди кустов, и тактично отошел, оставив на берегу сверток. В нем нашлось все необходимое для умывания.
Завтрак был простым – запеченная в углях рыба, зерновые хлебцы и черный кофе. Но я наслаждалась каждым кусочком. Рыба оказалась хорошо приготовленной, натертой солью и обсыпанной какими-то ароматными травами. Бьёрг все время сидел рядом и довольно щурился. Утолив голод, я догадалась, что он впитывал мои эмоции. Любопытство подняло голову, и, взяв в руки жестяную кружку с дымящимся кофе, я поинтересовалась:
– Вы питаетесь только эмоциями?
– Нет. Обычную пищу мы тоже способны принимать, но это крайний случай.
Понимая, что смогу узнать нечто важное, продолжила расспросы:
– Если сильно проголодались?
– Если хотим напомнить себе, что наполовину люди! – Бьёрг перестал улыбаться, взглянул серьезно, даже напряженно, и мне стало ясным, что таится за его словами.
Только сейчас поняла, как непросто живется полукровкам. Все время между двух миров – не тарлан, но и не человек. Землянин, которому важно не сойти с ума.
– Бьянка говорила, что большинство полукровок убивают, – осторожно произнесла, выразительно поглядев на собеседника, предоставляя ему право выбора.
Бьёрг, сидящий напротив, наклонился вперед, опираясь локтями о колени, одарил внимательным, пробирающим до дрожи взглядом глубоких синих глаз и ответил:
– Все мои друзья и братья мертвы, и так будет с каждым полукровкой!
– А вы…
– Викинг научил меня контролировать свои инстинкты, спас от саморазрушения, стал путеводной звездой в море мрака!
Это я уже слышала, хоть до конца и не верила. Уверенность, с которой он произносил свои речи, немного пугала. Казалось, что рядом со мной находится не живое, разумное существо, а робот, внутри которого скрыта взрывчатка с часовым механизмом.
– Я уже пережил переломный момент, – он узнал, о чем я подумала, возможно, просто прочитал по выражению лица. Говорил спокойно, без надрыва или бахвальства. – Так и есть, – подтвердил. – Любой из нас практически с рождения осведомлен о своей участи.
– И неужели никто не пытался избежать?
– Отчего? Я уже упоминал о том, зачем мы едим человеческую пищу. Так же и с прочим. Изредка полукровки создают семьи, устраиваются на обычную работу, рискуют жить, как люди.
– Не получается?
– Чтобы сохранить рассудок, нам необходимо остаться в одиночестве! Нам нет места ни в мире людей, ни в обществе тарланов! Пока я не стал отшельником, мне сложно удавалось контролировать свои инстинкты!
– Неужели только так полукровки могут сохранить рассудок? Кто-то еще знает о вас?
– Нет. С тех пор, как Викинга обратили в камень, я ушел, занял его убежище, чтобы сохранить, когда он вернется! Солгу, сказав, что ни разу за все эти века не покидал гору. Я знаю обо всех изменениях, произошедших в мире.
У меня есть телефон, и я умею пользоваться интернетом. Изредка просматриваю новости, общаюсь с виртуальными друзьями, иногда посещаю спортзал и… – помедлил, – хожу к проституткам. Но каждый раз это становится для меня своеобразной проверкой на прочность.
– А я? – спохватилась, выдумав невесть чего.
– Немного, – честно признался Бьёрг. – Ваши эмоции слишком сильные, они, – замешкался, – с чем сравнить, даже не знаю, слов подходящих сложно подобрать. – Задумался, а потом досказал, взяв в руки и разломив надвое хлебец. – Он питательный, не так ли? Но совершенно безвкусный! А теперь вспомните, каков на вкус кусок ароматного копченого мяса, или огромный торт, если любите сладкое! Улавливаете разницу?
