Текст книги "Сильнее «божественного ветра». Эсминцы США: война на Тихом океане"
Автор книги: Теодор Роско
Жанры:
Прочая документальная литература
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 26 (всего у книги 51 страниц)
Развитие событий в заливе Императрицы Августы
Рано утром 4 ноября конвой с подкреплениями из Тулаги прибыл к плацдарму на мысе Торокина. 8 APD и 8 LST сопровождали 6 эсминцев командира ЭЭМ-22 капитана 1 ранга Дж. Э. Харфа. Это были: «Уоллер», «Софли», «Филип», «Реншо», «Итон», «Сигурни». Неутомимое ОС 39 адмирала Меррила прикрывало конвой. Корабли подошли к мысу Торокина без помех.
Второй конвой с подкреплениями доставил пехоту и артиллерию. Этот конвой сопровождала ЭЭМ-45 капитана 2 ранга Ральфа Эрла и группа тральщиков. Во время высадки появились японские самолеты, но попытка атаки была быстро сорвана американскими истребителями. Вечером японские бомбардировщики совершили новую попытку. Транспорты укрыл вовремя налетевший дождевой шквал, однако летчики нашли себе другую цель.
Этой целью была оперативная группа под командованием контр-адмирала Л.Т. ДюБоуза. В сумерках его корабли шли возле мыса Мутупина на южном берегу залива, прикрывая отход разгрузившихся транспортов. Эскадра ДюБоуза состояла из легких крейсеров «Санта Фе» (флагман), «Бирмингем» и «Мобайл», а также 4 эсминцев еомандира ЭЭМ-25 капитана 1 ранга Э.М. Томпсона. Это были: «Джон Роджерс» (капитан 2 ранга Г.О. Пэриш), «Харрисон» (капитан-лейтенант Ч.М. Далтон), «МакКе» (капитан 2 ранга Дж. Дж. Грейтэк), «Мюррей» (капитан 2 ранга Ф.Р. Андерсон). Томпсон находился на «Джоне Роджерсе».
Бросившиеся в атаку японцы обнаружили, что американцы перестроились в ордер ПВО. Крейсера шли в центре кольца эсминцев. С момента наступления сумерек и до восхода луны (с 19.00 до 20.15) около 30 японских торпедоносцев и истребители сопровождения следили за кораблями. Точно так же американские корабли следили за самолетами.
Затем японцы бросились в атаку, держась буквально на высоте мачт. Высокая скорость, умелое маневрирование и плотный зенитный огонь спасли американцев от серьезных повреждений. «Бирмингем» получил несколько попаданий. Однако он оказался единственным кораблем, пострадавшим во время атаки, а японцы потеряли примерно 9 самолетов. Хэлси заметил, что оперативная группа показала вполне удовлетворительные результаты благодаря хорошей подготовке.
Этот воздушный бой произошел вечером 8 ноября. Что-то вроде этого случилось с оперативным соединением Меррила в заливе Императрицы Августы ночью 12/13 ноября. Во время этого боя крейсер «Денвер» был серьезно поврежден торпедой, сброшенной японским самолетом. Были сбиты по крайней мере 6 японских авианосных самолетов.
После атаки 13 ноября адмирал Кога прекратил «Операцию RO», хотя и сообщил об огромной победе. Командование Императорского Японского флота объявило о потоплении 5 линкоров, 10 авианосцев, 19 крейсеров, 7 эсминцев, но умолчало о событиях на Бугенвилле. Действительность резко отличалась от этих заявлений. Примерно 70 процентов авианосных самолетов 3-го Флота, вылетевшие из Рабаула, были уничтожены. Японский 11-й воздушный флот потерял не меньше самолетов.
Поражение японской авиации в боях над заливом Императрицы Августы можно объяснить несколькими причинами. Первой стало появление зенитных снарядов с дистанционными взрывателями. Впервые на юге Тихого океана еще в январе их использовал легкий крейсер «Хелена». К ноябрю 1943 года эти снаряды имелись в достаточном количестве на всех кораблях флота Хэлси. (Несколько слов о дистанционных взрывателях. Они работали как миниатюрный приемо-передатчик. Установленный внутри снаряда, он посылал радиоволны, которые отражались от самолета и улавливались приемником, если расстояние не превышало 70 футов. Принятый импульс взрывал снаряд. Шрапнель делала остальное. Смертоносные для самолетов, эти снаряды можно было использовать и для обстрела наземных целей. Эсминец «Терри» использовал такие снаряды для уничтожения десантных барж, имевших довольно тонкие борта.)
40-мм автоматы с управлением от радиолокаторов тоже внесли вклад в срыв воздушного наступления адмирала Кога. Спаренные и счетверенные 40-мм автоматы в ноябре 1943 года появились в больших количествах. Их огонь мог без труда уничтожить пикирующий бомбардировщик. Та же участь постигла бы торпедоносец или истребитель.
На эсминцах находились группы наведения истребителей, которые великолепно поработали в заливе Императрицы Августы, помогая армейским и морским истребителям.
Большое значение имело то, что теперь инициатива находилась в руках американцев. Когда десантные корабли Уилкинсона подошли к мысу Торокина, в наступление перешел весь Тихоокеанский флот. Мы забрались на верхнюю ступеньку лестницы Соломоновых островов. Союзники отбросили оборонительную стратегию. Теперь они были исполнены наступательного духа.
Зато японцы этот дух потеряли.
Следующий эпизод является резким контрастом по сравнению с приключениями лейтенанта Хью Барра Миллера, который вырвался буквально из лап смерти.
Во второй половине дня 10 ноября ОС 39 адмирала Меррила действовало в районе западнее островов Трежери. 6 эсминцев Берка все еще сопровождали крейсера, и как обычно, «Маленькие бобры» сумели отличиться. На сей раз это сделал «Спенс». Мы приведем рапорт его командира капитана 2 ранга Г.Дж. Армстронга.
«В 15.45 «Спенс» заметил спасательный плотик. Он запросил разрешение проверить, кто это, и получил его. Когда мы подошли ближе, на плотике были замечены несколько тел. Когда он оказался у нас под правым бортом, 7 человек, уже приготовившихся к смерти, начали кричать по-японски. Один, очевидно офицер и пилот, схватил 7,7-мм пулемет, очевидно, снятый с самолета. Каждый японец поочередно вставлял дуло пулемета в рот, и офицер нажимал на спуск, разнося вдребезги затылок человека. Первый погибший японец явно не хотел кончать самоубийством. Один человек держал его, пока другой заталкивал ему ствол пулемета в рот. Все трупы свалились с плотика и быстро утонули на радость акулам. Японский офицер, оставшись один, произнес короткую прощальную речь, как и положено командиру, а потом застрелился сам. Все это заняло не более 5 минут».
Прощальная речь японского пилота завершила кампанию на Соломоновых островах. Занавес опустился.
Глава 11
Завершение Алеутской кампании
Бой за Атту
Самые жестокие бои на Алеутах происходили на Атту. Объединенный комитет начальников штабов решил выкинуть японцев с Алеутских островов в тот же день, когда они там высадились. В январе 1943 года адмирал Нимиц передал на рассмотрение контр-адмиралу Томасу К. Кинкейду и контр-адмиралу Фрэнсису У. Рокуэллу общий план наступления на остров Кыска. Для разработки деталей был создан объединенный штаб из армейских и флотских офицеров. В Калифорнии немедленно начались учения по отработке десантных операций. В них участвовали эсминцы «Эбнер Рид», «Макдоно» и «Фелпс», а также линкоры «Айдахо», «Невада» и «Пенсильвания». Учения были максимально реалистичными, с использованием боевых снарядов.
Но в это время войсковые транспорты и грузовые суда требовались буквально повсюду. Нехватка тоннажа заставила адмирала Кинкейда порекомендовать отложить захват острова Кыска и вместо этого весной нанести удар по острову Атту. Японский гарнизон Атту (около 2200 человек) был вдвое меньше, чем на Кыске. Предполагалось, что оборонительные сооружения на Атту слабее, чем на Кыске. Кроме того, захват Атту, лежащего в самом конце цепочки Алеутских островов, давал американцам базу, с которой они могли перехватывать любой конвой, идущий на Кыску. Это остров оказался бы изолированным. Погодные факторы тоже были более благоприятными на Атту.
В результате был выбран этот остров.
Общее руководство операцией возложили на адмирала Кинкейда. Контр-адмирал Рокуэлл, сражавшийся на Коррехидоре, а теперь командовавший десантными силами Тихоокеанского флота, был назначен командующим ударным соединением. Армейскими частями командовал генерал-майор Браун, командир 7-й пехотной дивизии. Высадка была назначена на 7 мая.
Март сменился апрелем, и соединение адмирала Рокуэлла собралось в водах Колд-Бей. Оно состояло из линкоров «Пенсильвания», «Невада» и «Айдахо», эскортного авианосца «Нассау», 12 эсминцев под командованием капитана 1 ранга Р.Э. Либби, 4 транспортов, 2 баз гидросамолетов, 5 тральщиков. Начать операцию предстояло подводным лодкам «Нарвал» и «Наутилус», на борту которых находились армейские разведчики.
В состав соединения были включены эсминцы «Фелпс» (капитан-лейтенант Дж. Э. Эдвардс) под брейд-вымпелом командира ЭЭМ-1 капитана 1 ранга Р.Э. Либби, «Эбнер Рид» (капитан-лейтенант Т. Барроуз), «Эммен» (капитан-лейтенант Г. Уильямс), «Эйлуин» (капитан-лейтенант Р.Э. Малпасс), «Дейл» (капитан-лейтенант Ч.У. Олдрич), «Дьюи» (капитан-лейтенант Дж. П. Кенти) под брейд-вымпелом командира ДЭМ-1 капитана 2 ранга Г.Р. Купера, «Эдвардс» (капитан-лейтенант Р.Г. Ослер), «Фаррагат» (капитан 2 ранга Г.Д. Розендаль), «Халл» (капитан-лейтенант Э.Л. Янг), «Макдоно» (капитан-лейтенант Э.В.С. Деннет), «Мид» (капитан 2 ранга Р.С. Мид), «Монагхэн» (капитан-лейтенант П.Г. Хорн).
Ударное соединение прикрывали 2 крейсерско-миноносные группы под командованием контр-адмиралов Ч.Г. МакМорриса и Р.К. Гиффена.
Южная группа прикрытия (контр-адмирал МакМоррис) состояла из легких крейсеров «Детройт», «Ричмонд», «Рейли» и «Санта Фе», а также эсминцев «Гэнсвоорт» (капитан 2 ранга Э.А. МакФолл) под брейд-вымпелом командира ЭЭМ-14 капитана 1 ранга Р.С. Риггза, «Бэнкрофт» (капитан 2 ранга Дж. Л. Мелгард), «Колдуэлл» (капитан-лейтенант Г.Э. Линкольн), «Коглан» (капитан 2 ранга Б.Ф. Томпкинс), «Фрезьер» (капитан-лейтенант Ф. Вирден) под брейд-вымпелом командира ДЭМ-27 капитана 2 ранга Г.Ф. Пуллена.
Северная группа прикрытия (контр-адмирал Гиффен) состояла из тяжелых крейсеров «Луисвилл», «Сан Франциско» и «Уичита» и эсминцев «Моррис» (капитан-лейтенант Э.С. Барнс) под брейд-вымпелом командира ЭЭМ-2 капитана 2 ранга Г.Р. Холлкомба, «Бэлч» (капитан 2 ранга Г.Г. Тимрот), «Хьюз» (капитан-лейтенант Г.Г. Марабл), «Мастин» (капитан-лейтенант Э.Т. Шрайбер).
Высадку пришлось отложить. Причина совершенно банальная – плохая погода. Сначала поднялся туман, потом разыгрался прибой. Наконец вечером 10 мая десантные силы подошли к Атту, хотя туман все еще был плотным, как вата.
Основные силы десанта предстояло высадить в двух местах: на северном побережье в бухте Гольцовой и на южном в бухте Убиенной. Начало высадки было назначено на следующее утро.
Северная и южная десантные группы заняли исходные позиции. Туман еще больше сгустился, поэтому корабли были вынуждены фактически играть в жмурки. Это была опасная игра. Пробираясь сквозь туман, эсминец-минный заградитель «Сикард» (капитан-лейтенант У.Дж. Рихтер) сослепу протаранил эсминец «Макдоно». Скрежет и громкие крики раздались, когда форштевень «Сикарда» ударил в борт эсминца, своротив торпедный аппарат № 1. Море хлынуло в пробоину, машинное отделение и кормовое котельное отделение были быстро затоплены. Эсминец начал оседать, когда «Сикард» отошел. Экипаж эсминца сумел удержать свой корабль на плаву, а с минного заградителя передали буксирный трос. «Сикард» получил приказ увести «Макдоно» на Адак. Это стало серьезной неприятностью для обоих кораблей, и один из них уже не смог принять участия в оккупации Атту.
Одним из первых эсминцев, добравшихся до Атту, был «Фелпс». Он же стал и одним из самых занятых. Медленно двигаясь в густом тумане, он провел 8 десантных барж с авангардом десанта к участку «Красный» в бухте Гольцовой.
После этого на участке «Красный» началась высадка 17-й полковой боевой группы с транспорта «Белл». Эсимнцу пришлось изрядно потрудиться, проводя баржи сквозь клубящийся туман.
Капитан-лейтенант Джонни Эдвардс и его экипаж совершили 3 путешествия к берегу и обратно. После этого их отправили на поиски 28 разгруженных барж, которые затерялись где-то во мгле. Одну за другой «Фелпс» отыскивал баржи и отводил к «Беллу».
На южном берегу острова в бухте Убиенной кораблям также помешал туман. Десантные баржи к участкам «Синий» и «Желтый» сопровождал эсминец-минный заградитель «Пруитт» (капитан-лейтенант Р.К. Уильямс). Он исполнял роль маяка, включив прожектор. На «Пруитте» не было «всевидящего ока» радара SG, и ему пришлось работать вслепую. При подходе к берегу корабль ориентировался по данным, переданным эсминцем «Дьюи», имевшим новый радар.
К счастью, японцы не пытались помешать этим высадкам в тумане. Американские штурмовые подразделения прочно обосновались на берегу, прежде чем на них обрушились пули снайперов и минометный огонь. Японцы цеплялись за каждую сопку, за каждый овраг, сражаясь до последнего.
Шаг за шагом американские войска с боем пробивались вдоль узких ущелий и по склонам окутанных туманом сопок. Это была совершенно не подходящая для наступления местность. Японские орудия вели огонь из замаскированных дотов. Призраки швыряли гранаты в американцев, привидения вели снайперский огонь. Откуда-то с вершин доносились визгливые крики: «Янки, мы убьем тебя!» На Атту воплотились в действительность кошмарные видения – борьба с демонами во мраке.
Около 1000 человек высадились в бухте Гольцовой и 2000 – в бухте Убиенной. Но этого было мало. Туман никак не расходился и мешал использовать авиацию для уничтожения вражеских орудийных позиций. Окопавшиеся японцы отбивали одну атаку за другой. После недели ожесточенных боев наступление заглохло, и потребовались подкрепления. В конце концов на Атту пришлось высадить около 12000 человек.
Корабли адмирала Рокуэлла прикрывали первую и все последующие высадки. Они обстреливали побережье, вели разведку, траление мин, поиск подводных лодок. Артиллеристы эсминцев засыпали дьявольский остров тоннами снарядов. К 15 мая эсминец «Фелпс», действовавший в составе группы артиллерийской поддержки в бухте Гольцовой, практически полностью израсходовал боезапас. На следующий день десант поддерживал эсминец «Эбнер Рид». 19 мая огонь «Фелпса» помог очистить от противника восточный берег бухты. После завершения высадки эсминцы «Фелпс», «Мид» и «Эйлуин» переключились на огневую поддержку наступления.
Спустя 3 дня «Фелпс» шел вокруг мыса Чирикова, чтобы прикрыть транспорты, выходящие из бухты Убиенной. Патрулируя у входа в бухту Гольцовая, он был атакован японскими торпедоносцами, которые примчались, как только небо над Атту немного расчистилось. «Фелпс» и шедшая вместе с ним канонерка «Чарлстон» обрушили на торпедоносцы шквал огня. По крайней мере один самолет вспыхнул и упал в море.
Рассеявшийся туман дал наконец армейским «Лайтнингам» и флотским PBY возможность начать бомбить и обстреливать японские позиции на Атту. К вечеру 28 мая остатки войск полковника Ясуо Ямадзаки были окружены.
Американское кольцо постепенно стягивалось, но японцы предприняли отчаянную попытку вырваться из ловушки. Бросившись вниз с вершин сопок, они чуть было не прорвались к плацдарму в бухте Убиенная.
На расстоянии около мили от бухты, имеющей очень подходящее название, их безумный порыв выдохся. Японцы бросались прямо на дула американских пулеметов. Другие, не желая попасть в плен, закалывали сами себя штыками. Десятки японцев подорвались на собственных гранатах. За исключением 28 человек, попавших в плен, весь гарнизон из 2200 человек был уничтожен.
Американцы потеряли 552 человека, около 1140 человек были ранены.
Потери флота ограничились несколькими ранеными, ни один корабль не погиб, хотя в районе Атту действовали как минимум 3 японские подводные лодки. Учитывая трудности при высадке десанта, сложность задач по тралению, обстрелу берега и прикрытия транспортов, флот полностью справился со своими задачами.
«Фрезьер» топит I-31
Одним из эсминцев, блокировавших в июне 1943 года остров Кыска, был «Фрезьер» (капитан-лейтенант Э.М. Браун). Имелись данные, что в этом районе действуют японские подводные лодки, поэтому эсминцы постоянно держались настороже, чтобы обнаружить подводный блокадопрорыватель.
В то время командование в Датч-Харборе полагало, что японцы могут сделать попытку усилить оборону Кыски. Все говорило за то, что гарнизон Кыски будет сражаться до последнего человека, как это произошло на Атту. Американская разведка не подозревала, что японское Верховное Командование уже решило эвакуировать Кыску и положить конец Алеутской кампании.
Хоть один раз, но японцы трезво рассудили, что их солдаты могут лучше послужить императору, оставаясь в мире живых, чем отправившись в потусторонний мир, населенный душами предков. Усиление обороны Кыски должно было послужить маскировкой готовящейся скрытной эвакуации. Для этого были выделены 15 больших подводных лодок.
13 июня «Фрезьер» патрулировал возле мыса Сириус на Кыске. В 17.58 его радар обнаружил небольшую цель на расстоянии 7000 ярдов. «Фрезьер» направился туда, держа скорость 20 узлов. Отметка исчезла с экрана радара, а потом снова появилась на дистанции 3000 ярдов. Капитан-лейтенант Браун объявил боевую тревогу и снизил скорость до 15 узлов. В 18.09 акустик сообщил, что установил контакт и дистанция до цели составляет 1500 ярдов. Эсминец удерживал радиолокационный контакт, пока дистанция не сократилась до 600 ярдов. В 18.15 наблюдатели эсминца увидели сдвоенный перископ всего в 100 ярдах от корабля.
Цель осветили 2 прожекторами правого борта, а потом открыли огонь из орудий главного калибра и пулеметов. Взрывы вздыбили гладкую поверхность моря, и когда 127-мм снаряды попали в перископ, лодка погрузилась. После этого были сброшены глубинные бомбы. В 18.25 эсминец повторил атаку глубинными бомбами, после чего раздались подводные взрывы, на поверхности появились масляные пятна и большие пузыри воздуха.
Спустя 5 минут капитан-лейтенант Браун провел последнюю атаку. Под водой опять прогремело несколько взрывов, на поверхность поднялось большое количество солярки. Осмотрев район атаки, «Фрезьер» также нашел множество обломков – расщепленные доски, куски пробки, обрывки бумаги и прочее.
После этого акустик доложил, что цель больше не прослушивается. Эсминец потопил подводную лодку I-31.
«Монагхэн» топит I-7
За 3 дня до потопления I-31 американский сторожевик РС-487 потопил недалеко от Кыски I-9. Через 9 дней после победы «Фрезьера» эстафету принял эсминец «Монагхэн», уничтоживший еще одну подводную лодку, которая участвовала в эвакуации Кыски.
Рано утром 22 июня «Монагхэн» (капитан-лейтенант П.Г. Хорн) патрулировал у побережья Кыски. В 01.35 с помощью радара SG он обнаружил цель на расстоянии 14000 ярдов. Хорн повел эсминец, чтобы проверить, что это такое.
Примерно через час «Монагхэн» сократил расстояние до 2300 ярдов. Была ли обнаруженная цель подводной лодкой? Ночь была чернее туши, и потому увидеть цель было невозможно. В 02.30 Хорн приказал открыть огонь. Орудия «Монагхэна» рявкнули и выплюнули столбы пламени. Невидимый противник ответил очередью из пулемета. Пули застучали по надстройкам «Монагхэна». Залпы эсминца эхом отдавались над морем. Дуэль вслепую продолжалась около 10 минут, потом стрельба прекратилась.
Снова началась игра в жмурки. Когда в 03.10 дистанция сократилась до 2030 ярдов, Хорн приказал возобновить огонь. Противник ответил беспорядочными очередями. Такая дуэль была особенно опасна для подводной лодки, ведь любая пробоина для нее может стать роковой. После 8 минут перестрелки люди на мостике «Монагхэна» увидели во мраке багровый сполох в том месте, где находилась цель. Горячее зарево пульсировало и дрожало, словно мифический кочегар открывал и закрывал дверцу топки в небе.
Один из моряков сказал: «Подводная лодка взорвалась».
Но цель все еще виднелась на экране радара, и обстрел продолжался, пока командир «Монагхэна» не приказал прекратить его. В этот момент эсминец находился всего в миле от берега, и капитан-лейтенант Хорн приказал круто повернуть, чтобы не испытывать судьбу возле незнакомого и опасного побережья. Поврежденная подводная лодка направлялась прямо к обозначенной на карте «Двойной скале». Хорн не собирался искать в темноте, где эта скала находится.
Зато подводная лодка, судя по всему, ее нашла. Во всяком случае, на снимках, которые доставили позднее самолеты-разведчики, была видна субмарина, надевшаяся на гранитный столб, подобно мертвому киту. Ее оконечности скрывались под водой, и можно было различить только рубку и часть палубы. Перед тем, как покинуть лодку, японцы взорвали ее.
Меткая стрельба «Монагхэна» заслуживает похвалы особенно потому, что дуэль происходила в полной темноте, когда видимость не превышала 300 ярдов. Орудия наводились исключительно по данным радара. Исключая зарево взрыва, артиллеристы эсминца цели не видели.
Так японцы потеряли еще одну транспортную подводную лодку на Алеутских островах. Гибель I-7 сразу вслед за уничтожением I-31 заставила японское военное командование пересмотреть план эвакуации Кыски.
Подводные блокадопрорыватели сумели вывезти около 700 человек в период с середины мая до 10 июня. Но слишком большие потери лишь усугубили тяжесть положения. Как грустно признался один из офицеров штаба 5-го Флота на допросе после войны: «Операции оказались слишком дорогостоящими. Поэтому план был изменен в пользу эвакуации стремительным рейдом надводных кораблей».
Уничтожив I-31 и I-7, эсминцы «Фрезьер» и «Монагхэн» вынудили противника искать другой способ таскать каштаны из огня.