Текст книги "Коэффициент страсти Генерального (СИ)"
Автор книги: Тая Глиб
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)
Глава 50 – Тренировочный
Маша
Как-то быстро проходит август. Я всё реже встречаюсь с сестрёнками, всё больше погружаюсь в отношения с Димой. Но Машка не знает, поэтому, когда она дома, а не в «имении» и не у мамы с девчонками, стараюсь ночевать у нас. А так – я частенько остаюсь у Димы.
– Даш, давай уже рассекречивать наши отношения. Чё я, пацан? Не обсос какой-то, я хочу, чтобы все знали, что ты моя девушка.
– Я и так твоя! – Вот ты, лиса... Вкусно звучит, и знаешь, что этим попадаешь в нужные точки.
– Я очень хочу выйти из сумрака, но ведь и так хорошо, а вдруг...
– Не вдруг. Всё нормально будет. Я уже хочу тебя себе окончательно. Семью, детей...
– Ну вот ты хочешь семью, а я же не особо к семье. Я сама ещё то дитя.
И если честно, то очень боюсь стать матерью. За ребёнком же глаз да глаз. А возможности потренироваться нет. Да, с Сашкой Ольгиной я нянчилась всё младенчество. Но это всё равно чужой ребёнок, ты, наверное, чуть меньше ссышь... Хотя мне и того хватало...
– Ну давай потренируемся!
– На ком? На кошках?
– На кошках...
Дмитрий
Дашка подала шикарную идею потренироваться с семьёй и детьми на кошках, и я уже даже выбрал нам тренировочный объект. Большой в перспективе, умный... Везу знакомиться.
Дашка в квартире. Что-то вкусное готовит. Запах вызывает слюноотделение ещё в холле.
– Что феячишь?
– Вкусняшки! Это запеканка картофельная с мясом, грибами и сыром. А к ней сметанный соус с чесноком решила не делать, но вот кумин и шамбалу с чёрным перцем добавила – получилось просто космос... А ты где был? Пропал куда-то среди воскресенья. Странно как-то...
Из холла доносится протяжное мяуканье, больше похожее на голос человека в полуотключке. Дашка округляет глаза.
– Ты это кого принёс?
– Тренировочный объект...
Она выходит и видит, что из большой переноски уже вышагивает достаточно увесистый котяра породы мейн-кун.
– Назовём Васька?
– Этому представителю кошачьей аристократии нужно более благородное имя. Например, Бонифаций. Коротко можно звать Боней!
И началась новая глава нашей жизни.
Маша
Боня сразу понял иерархию этой семьи, поставив себя на вершину пирамиды как сфинкса, только уж больно волосатого.
Бонифаций оказался аристократом только глубоко в душе, где-то очень-очень глубоко... На деле же он нещадно заявлял о своих пролетарских корнях: то кричал на весь дом протяжно и очень похоже на «Где моя еда?!», то гоповато тырил у нас еду с тарелок, а потом поносил полдня рядом с лотком. То просто спал, растянувшись в холле на длину всей своей рыжей пушистой тушки, что в лучах заходящего солнца выглядело божественно, но обманчиво – при приближении он сразу вскакивал и улепетывал, так и не дав к себе прикоснуться.
– Припизднутый кастрат, – говорил Димка.
– Недолюбленный мальчик, – говорила я.
Мы вздыхали и жили дальше.
Примерно через две недели Бонифаций к нам привык и уже давал себя гладить, иногда жулькать. Но походило это скорее на проявление снисхождения и терпимого отношения к этим «лысым котам». Что с них взять? Живут здесь, еду приносят – ну не выгонять же... Потерплю.
Димка был в авторитете. С ножницами и стрижкой когтей не приставал, вычесывать тоже не пытался. На меня кот смотрел с прищуром…
Однажды Боня очень охренел, когда мы в порыве страсти не закрыли в спальне дверь, а он пришёл проверить, что делают его подданные. А здесь… Он начал яростно грызть Димке пятки. Хотел, видимо, меня спасти от неминуемой гибели. Ещё бы: это «животное» на мне, то лижет, то покусывает, при этом мотает свою «добычу» вперед-назад. Конечно, кот охерел от такого расклада. Так добычу драть в этом доме может только он! А тут на его глазах творят такое... В общем, это единственный раз, когда Боня отведал леща по ушам и был выставлен прогуляться. Ещё неделю мы лечили ногу Димке, а этот «защитник» искоса стал поглядывать и на него...
После того случая с пятками Боня, кажется, окончательно уверился, что Димка – маньяк-людоед. Больше в комнату он к нам не попадал, но внимательно слушал… Да и не всегда мы ограничивались спальней, так что Боня прочувствовал на себе все пятьдесят оттенков нашего досуга.
Теперь, когда мы просто садимся рядом на диван, кот занимает позицию в углу и смотрит на нас с таким выражением, будто собирается вызывать службу опеки над женщинами. В его глазах читается: «Мать, ты сигнализируй, если этот кожаный опять начнёт тебя грызть – я в этот раз сразу за горло возьму!».
Короче, не семейная жизнь, а цирк с Бонифацием... И каждый день – новый номер. Хотя конферансье всё тот же: «И снова на домашней арене – преподобный Бонифаций!».
Дмитрий
Боня как тренировочный снаряд – это неплохо. Но мне хочется полноценной семьи. И каждый день я к этому Дашку подвожу. По шагу, по чуть-чуть.
Уверен: если даже сейчас я преподнесу ей кольцо и она согласится, то это скорее будет: «Да, но… давай подождем». А я не хочу ждать, я хочу «да» без всяких «но». Можно, конечно, поступить по-скотски и заделать нам малыша… Дашка меня прибьёт! А мне жить охота, желательно с ней, долго и счастливо.
Уломал Дашу на знакомство с моими родителями, но те укатили в Европу на месяц. А надо знакомиться нормально, лично, а не через видеосвязь. Жду…
Напрягает то, что буквально завтра возвращается её сестра Машка, и Даша не сможет так часто (вернее – постоянно) быть со мной… Видите ли, наша королева не хочет сообщать сёстрам новость о моём наличии. Хотя, по тому, что я знаю о Марии и других её сёстрах, это она загнула: все давно по букетам, презентам и довольной мордашке Дашки всё поняли…
На работе тоже только ленивый не заметил наших взглядов, жестов, совместных приездов и отъездов. Но Даша держит никому не нужную оборону.
Пора устраивать диверсию, не меньшем и нахрапом брать свои территории.
Мне сегодня можно даже вслух строить планы своего наступления, поскольку Даша осталась у себя… Главное, чтобы Бонифаций не просек мой генплан, а то этот пушистый пограничник точно организует контрудар по моим пяткам еще на подступах к ЗАГСу…
Глава 51 – Диверсия: день первый
Маша
Надо решать вопрос с раскрытием «наличия» Дмитрия Олеговича… Но сначала нужно усыпить бдительность моей систер. Если она узнает, что я скрываю столь бурные отношения уже три месяца, – обидится смертельно. За то, что не сказала ни про Иркутск, ни про отъезды из имения… Завралась я, короче, по полной.
Сегодня остаюсь дома с Машкой.
Завтра первое сентября, и она как преподаватель университета с утра уйдет на работу. У меня будет целый день, чтобы видеть, чувствовать и любить своего гендира. Но вечером нужно снова вернуться домой… Фух, как я это переживу?
Утро бодрит непривычным Машкиным голосом:
– Даша, вставай, ты просила разбудить!
– А я и не сплю... – сиплю я сонно.
Да, это не Димка с его «вездесущими» поцелуями на рассвете. Но надо вставать и собираться на работу.
Вплываю в офис. Димка попросил зайти к нему. Для отвода глаз при сотрудниках я не пользуюсь его лифтом, а еду со всеми, как одна из сдавленных селёдок. Но после десятого этажа становится свободно. Димка на последнем, двенадцатом. Выхожу.
Здороваюсь с девчонками с ресепшена. Они уже знают, что меня не нужно спрашивать или останавливать, а вообще – можно позволять мне делать всё, что мне вздумается. Но я не злоупотребляю. Здороваюсь и прохожу в приемную.
Ба! Какая женщина! За столом секретаря восседает женщина с большой буквы Ж, «огрудительно» выглядящая…
Дима выходит меня встречать.
– Это что за диверсия, Матвеев?!
Он лыбится и знакомит со своим новым секретарём – Ольгой.
Та вежливо улыбается и кивает, я вторю чуть подкисленной миной с фальшивой улыбкой.
Проходим к Димке. Он тут же запирает дверь на ключ и подхватывает меня.
– Соскучился… – Хочет поцеловать, но не сейчас. Останавливаю его рукой в грудь.
– Что такое?
– Это что там за «Цирк дю Солей»? Что за секретарь такой пышногрудый?
– Кто-то ревнует? – Дима довольно щурится.
– Матвеев, не финти! Пока я вдали, ты тут аппетит нагуливаешь?
– Ну, ем-то я «дома»!
– Ах ты кобель!
– Даша, все мужики смотрят… Все! И на тебя тоже смотрят, мне что – всем глаза выколоть или тебя дома запереть?
– То есть, пока я вдали…
– Не будь вдали!
– А-а-а! Я поняла ваш ход… Не выйдет!
– Уже выходит. Ты ревнуешь, и это охуительно заводит, малышка. И не меня одного. Инстинкты еще никто не отменял!
– Матвеев, ты невыносим, но чертовски прав…
И моё утро наконец-то начинается правильно. С «вездесущих» поцелуев Димы, его объятий и любви, любви, любви…
Ложечки, конечно, нашлись, а осадочек после встречи с этой Ольгой, «распахнительницей грудниц», остался. Не нравится она мне!..
Дмитрий
Ход с ревностью просто блестящий, Матвеев! Хвалю я сам себя.
Вот увидишь, теперь она и при случае, и без случая сама будет лететь к тебе птичкой.
На меня излишняя пышногрудость Ольги особо не влияет – я сейчас очень сытый и довольный кот. Почти как наш Бонифаций, когда тот вкусит своего божественного корма и завалится дрыхнуть на диван в гостиной.
Дашка такая вкуснючая в своей ревности. Обожаю! Всё в ней обожаю!
Ничего, неделя-две – и всё, малышка, сдашься!
Настроение после такого утра взлетает до небес. Можно и поработать!
Несколько встреч, подписание документов… Утренний адреналин развеян. Хочется еще своего допинга, но Дашка сегодня опять будет дома… Может, убедить хотя бы на гостевой вариант до десяти? Как подростки: погуляем, а потом каждый по холодным постелькам – типа спать…
Звоню своей занозе.
– Хочу вас похитить на очень важное совещание по поводу... да и без повода.
– Дим, ты же знаешь, что…
– Верну Золушку к полуночи и в обеих туфельках, даже платье не помну. Мы его заблаговременно снимем…
– Сценарий вашего представления, Дмитрий Олегович, всегда непредсказуем и содержит много моментов для импровизации… Боюсь не справиться с ролью.
– Как опытный режиссер, я направлю… Соглашайся, Даш.
– Нагулял там аппетит? – в душе кричу: «Да!».
– А то! Столько задач сегодня закрыл, одна ты «открытой» осталась. Надо доработать, пройтись еще раз по некоторым местам…
Она в голос смеется. Обожаю этот смех!
– Хорошо. Откроем – закроем, пройдемся – остановимся. Через пятнадцать минут я вся ваша.
– Люблю тебя, девочка.
– И я тебя.
Лечу встречать, любить и наслаждаться…
Конечно, Дашке уже после нашей бурной работы над «задачей» никуда не захотелось ехать. И её платьице Золушки, и туфельки мирно остались стоять в нашем доме. Где им и самое место.
Глава 52 – Подрыв диверсанта
Дмитрий
По мнению опытных диверсантов, путь к сердцу женщины лежит не только через ревность, но и через простые мирские блага. Поэтому заказываю нам утром шикарный завтрак из итальянского ресторана – всё, как любит моя девочка.
Омлет с томатами и вяленым перцем, сыры и прошутто с дыней, оливки и свежайшая чиабатта… Что еще нужно? Кофе! Хороший кофе. С этим уже справляюсь сам.
После завтрака и легкой перепалки относительно образа Дашки мы выезжаем в офис. Сегодня у меня важная встреча, и её коротенькую юбочку я бы точно не смог пропустить, а опаздывать нельзя. Поэтому Даша сегодня в классических брюках, «труднодоступных», и рубашке. Красиво, стильно и не вызывает резких скачков похоти… вернее, вызывает, но таких, которые можно перетерпеть до вечера.
Пока мы ели прошутто, Боня смотрел на нас так, будто мы делим его наследство. Пришлось выделить аристократу кусочек, чтобы он не совершил диверсию в мои туфли, пока мы будем в офисе.
Даша
Дима как всегда прекрасен, поэтому я сдалась по всем фронтам. До дома меня никто не повез – Золушка уснула сразу после бала во дворце.
Утро встретило меня очень вкусно и заботливо. Поэтому, была не была… Но вечером я к Машке.
После обеда решаю зайти к Диме. Он говорил, что после двух будет совершенно свободен… Быстро пролетаю через ресепшен к нему в приемную. «Пышногрудой» нет на рабочем месте. Непорядок прогуливать работу! Или порядок? Для видимости стучусь и залетаю в кабинет. Твою мать, Матвеев!
Перед глазами картина: эта его блондинка, «пышногрудая» со стремящимся к четвёртому размером... Раскрасневшаяся, выныривает у него из-под стола. А он сидит на стуле и лыбится. Кровь в глаза и в голову! Бей или беги?
Размышляя о подобном, я всегда была уверена, что буду бить. Наотмашь так, смачно, чтобы аж слюна летела у него… Потом, когда представляла Димку, его становилось жалко, и моё воображение всё вышеобозначенное творило уже с ней… Но в жизни я оказалась трусло еще то… И я втопила на пятой передаче вон из офиса, забыв и про вещи, и про всё на свете, с одним телефоном в руках.
Вызвонила потом Олега, и он привез мне сумку, а то мне даже в квартиру было не попасть.
Сижу сейчас дома, сопли по рукаву. Звонки Матвеева сбрасываю. Сволочь же!
Я ему лучшие годы… Да ладно, пару лучших месяцев отдала…
А подсознание крутит пальцем у виска и твердит, что я дура и всё неправильно поняла…
Чтобы не умереть от самоедства, буду кормить других!
И уже к вечеру у нас офигительные щи. Да только кто их будет есть? Плов и даже пирог с яблоками… Устала, а голову не освободила.
Время одиннадцать. Матвеев сдался звонить, пишет. Я не читаю.
Влетает Машка в квартиру и с шумом захлопывает дверь. Выбегаю к ней.
– Ты чего такая взъерошенная? Там волки за тобой несутся?
– Нет, не волки.
– Ясно. Не волки…
Она очень нетипично выглядит. Красотка, конечно, в своём коктейльном платье черном и на шпильках… Но щёки красные, глаза блестят... Её кто-то напугал? Ретируюсь к двери, пытаясь выйти и посмотреть, но она меня останавливает. Говорит, что никого там нет, а у неё просто сложный день и она хотела побыстрее оказаться дома. Технично, как, впрочем, и я, переводит тему. Бьёт в самую больную точку. Снайпер, блин!
– Как работа? Как Дмитрий Олегович?
Врать не получается, я слишком эмоционально раскачана. И из меня льется про сегодняшний случай и освоение «силиконовых долин» Матвеевым.
– Даш, а тебе какое дело, кто кого осваивает? – делает вид Машка, что не понимает.
– А… Нехер... – и я хнычу.
– Садись. Рассказывай.
Мы пьем чай, я рассказываю об этом идиотском случае и о том, что Матвеев звонил и в мессенджер написал, но я не ответила...
– Тебе пишет генеральный в личный мессенджер? Даша, ты что-то мне явно недоговариваешь...
– Ну да... Ой, да всё! – всё, полетело наружу. Рассекретила себя. – Ну так... Пару раз вместе обедали...
– Пару раз с генеральным обедали, и ты молчком? Великий конспиратор! Влюбилась?
– Да блин... Ты специально?
– Пал наш Зиккурат.
– Ты ж его видела. Ну, орел-мужчина!
– Ты не накручивай себя, но если что – морду бить вместе пойдём, – поддерживает сестренка, еле сдерживая смех. – Бить я, как ты, не умею, но его подержать смогу…
Уже ржём до слёз.
Дмитрий
Даже не представляю, что буйное воображение моей девочки там увидело и дорисовало. У Ольги выпали документы из папки. Я отъехал на стуле, чтобы встать. И в момент, когда секретарь наклонилась, чтобы собрать эти чертовы бумажки, а я встал, залетела моя заноза. Я, конечно, был рад её видеть и улыбался во все свои тридцать два… А она вскипела и учесала, сверкая пятками. Пока я обходил стол и открывал эти ебучие, захлопнувшиеся на замок двери, Дашка уже усвистала: сначала к лифту, а потом напрямую из здания.
На звонки не отвечает. На сообщения в мессенджере тоже.
А у меня еще одна встреча. Которая хоть и завершилась успешно, но я еле высидел… Хотел полететь к ней. Но ведь не пустит. Надо сначала пар сбросить. Поговорить. Но она игнорит.
Так вскипел, что вся боль досталась Боне. Ему я всё высказал: и за покусанную пятку, и за стыренное прошутто из моей тарелки… Но это же слова. Мешок с шерстью ушел и начал вылизываться, глядя на меня с прищуром и немым вопросом: «Эй, кожаный, где мать оставил? Возвращай давай!»
Надо как-то разруливать. Прошу девушек с ресепшена позвонить или написать Дарье, что я жду её завтра в 10:00 в офисе… Знаю, что придет. Злая, надумавшая себе ерунды, но придет…
Хоть и не виновен, но буду каяться. Показывать запись с камеры… А потом долго любить мою занозу. Простит?
Подписывайтесь на автора и следите за продолжением истории! Ставьте оценки книге и делитесь своими впечатлениями в комментариях!
Глава 53 – Всплыло
Даша
Утро добрым не бывает, если Димки рядом нет.
Но, блин, как так-то? Или я полная дура?
Собираюсь на работу и на встречу с Димой. Девушки из дирекции написали, что он назначил мне встречу на десять. Встречу назначил? Как официально, Матвеев…
Надеваю ту самую короткую синюю юбку, за которую уже не раз «получала» от Матвеева. Пусть позлится или ещё что поделает… И к ней – приталенный жакет, грудь в котором тоже заманчиво говорит: «Привет!». Пусть не четвёртый размер, но тоже стремящийся… Раз вам такое заходит, то «заходите»!
Машка тоже суетит. Договариваемся сегодня встретиться с ней в нашем «итальяно-рест» в обед. Люблю это заведение, там всегда очень вкусно.
Иду на работу. До десяти делаю вид, что чем-то очень занята, а на самом деле сижу и страдаю. Как идти к нему? Очень боюсь, что не заблуждалась вчера, что не вспылила, а он и правда... с этой…
Без пяти. Поправляю красную помаду. Иду на вы! Вздрогнет сейчас Матвеев от красоты такой!. Поднимаюсь. «Грудь XXXL» сидит за своим столом:
– Добрый день, Дмитрий Олегович уже вас ожидает.
Прохожу, игнорируя её. Не до вежливых манер мне. Захожу.
Дима…
Красивый, блин. Он, глядя на меня, сглатывает и ослабляет галстук. Что, Матвеев, в зобу дыханье спёрло? А! То-то же! А у самой-то тоже в горле пересохло.
Он одним жестом просит присесть напротив. Сажусь. Он разворачивает ко мне экраном ноутбук. Там – запись вчерашней ситуации. Ничего критичного: девушка зашла, стоит рядом с ним, пока он подписывает какие-то доки, потом у неё падает пара бумажек, и она склоняется, чтобы их поднять. Димка отъезжает на кресле, чтобы освободить ей место, и вхожу я. Потом он сразу бежит за мной, долго воюет с дверью – захлопнулась…
Сижу красная как помидор. Ну вот, с пустого места…
Дима разворачивает ноут к себе. Молчит. Только смотрит пристально, а мне хоть под землю провались…
– Даш, ты настолько мне не доверяешь? – его тон предельно деловой, без лишних эмоций и чувств.
Я только вожу головой из стороны в сторону.
– Ок. А что тогда это вчера было? Я ж чуть крышей от твоего бойкота не потёк…
– Угу! Извини… Можно я уже пойду?
– Напиши, где обедаешь сегодня. Хочу нормально поговорить не в офисе.
– Хорошо. Я хотела с Машкой встретиться в итальянском ресторане, который рядом с универом.
– В час?
– Да.
– Я подъеду.
– Хорошо.
И я стремительно вылетаю. Как же мне плохо! И непонятно, как сейчас вести себя с Димой. Я что, настолько всё испортила? Иду умыться в уборную, потому что реву, а не хочу, чтобы глаза покраснели и все поняли, что я в полном раздрае…
Работа вся мимо… Жду часа. Уже без пятнадцати выхожу, занимаю нам с Машкой столик, делаю заказ сразу на двоих, а то в обед здесь всегда битком. Димка – ещё неизвестно, приедет или нет…
Вижу Машу, сигналю, что я здесь, и моя красотка-систер уже бодро идёт ко мне.
– Привет! Выглядишь вау, сплошной секс! – говорю Машке. Сообщаю, что уже сделала заказ и нам можно расслабиться.
– Даша, ты мне льстишь. Но мне приятно. Кстати, о костюме. Мне нужна будет твоя и девчонок помощь в подборе нового гардероба.
– Да, Наташка вмиг нас сориентирует. Но в связи с чем смена стиля?
Машка шокирует новостью: её назначили и. о. проректора по внешним связям университета.
– Вау!
Мы ещё о многом говорим. О том, что некоторые из этих «внешних связей» очень даже ничего – например, господин Кармацкий. Я знаю о нём немного из новостей, да к тому же он дружбан Матвеева. Но лично мы не знакомы. Подшучиваю над Машкой, что в «госухе» работа, может, и не сахар, зато можно выгодно выйти замуж… Смеёмся. Так хорошо! Я уже и забываю про сегодняшнее позорище в кабинете. Но Машка бьёт в цель:
– А как там та красотка?
– Пышнодевая грудница?
– Да, да. Пышногрудая девица… – Смеёмся в голос.
– Сидела на своём рабочем месте, а не под его столом, что уже хорошо…
Нам приносят еду. Очень вкусно… Сестрёнка расспрашивает о встрече с гендиром. А что сказать? Что это мой позор от А до Я? Говорю, что Дмитрий Олегович планировал зайти, но если его нет, то… Поднимаю глаза, вижу его, и связки не смыкаются. Шиплю Машке:
– Он здесь…
Машка поворачивает голову, а справа от неё – мой Геракл. В её глазах читается: «Ого, какой брутал!»
Дима первый приветствует.
– Даша, привет!
– Привет, Дима!
По лицу вижу: Машка устроит мне допрос с пристрастием.
Надо их представить друг другу.
– Э… Маша, это руководитель строительного холдинга «Олми-девелопмент» Дмитрий Олегович Матвеев. Дмитрий Олегович, это моя сестра – Мария Александровна Андриевская, проректор по внешним связям университета…
Машка меня поправляет:
– Исполняющая обязанности проректора.
Они протягивают друг другу руки. Машка меня прибьёт – взгляд такой говорящий… Димка же держит всё под контролем.
– Очень приятно, Мария.
– Взаимно.
– Позволите присесть?..
– Конечно, но мне пора. Прошу меня извинить. Даша, Дмитрий Олегович…
– Для вас – просто Дмитрий.
Машка сочиняет на ходу какую-то правдоподобную чушь про совещание и ретируется, на прощание одаряя меня взглядом закатывающихся глаз.
Мы остаёмся с Димой вдвоём.
Дмитрий
Даша. Даша… Проучить бы тебя за вчерашний стряс мне башки. Но она входит в кабинет, и я поплыл. Дашка в этой юбке по самое совершенство, и грудь её манящая… Как она меня может подозревать в каких-то изменах, если я на неё слюнями чуть не капаю? Ну это же очевидно! Разложить бы её прямо здесь…
Горло сжалось, я и сказать ничего не могу. Ну хороша, девка, сексуальна, маняща… Дашка, заканчивай уже со своими долгими шагами… Давно пора уже замуж за меня выскочить и детей начать делать, очень наслаждаясь процессом…
Показываю ей видеозапись.
Сидит багровая, тоже не может и слова произнести. Но поговорить-то надо. Говорю, что в обед приеду куда скажет. Договариваемся.
В час десять подъезжаю к ресторану и – твою мать! Рядом очень знакомая тачка. Астахов-то что здесь делает?
Захожу, и правда он сидит чуть в отдалении от столика Даши. Чё-то мне не нравится такой расклад. Он встаёт. Глазки шальные, дёрганый весь, помятый.
– Привет. Как там Кармацкий? Привет ему и его девушке передавай, – он кивает в сторону Дашкиного стола, где она расположилась со своей сестрой Машей.
– Угу.
Прохожу к девчонкам. Даша знакомит нас с Марией. Они очень похожи. Обе красавицы. Но моя-то заноза прямо в сердце застряла. Поэтому даже копии меня не торкают. Зачем, если у меня оригинал! Её сестра прощается и уходит, а мы остаёмся вдвоём.
Ну что, надо говорить? А мне просто хочется её обнять, почувствовать.
– Даша, иди ко мне.
Она буквально вскакивает и виснет на мне. Девочка моя.
– Дурная твоя голова. Надумала что-то, меня с ума свела. Мне тридцать пять, я ещё хочу лет пятьдесят с тобой в разуме и здравии прожить. Не делай так больше.
– Не буду. Извини. Ну, приревновала. Ну, дурочка, знаю.
– Люблю тебя.
– И я тебя люблю.
Так и стоим около столика… Пока не вызываем косые взгляды не только гостей, но и сотрудников ресторана. Усаживаю Дашку за столик, а сам присаживаюсь напротив…
– Я сегодня приглашён на благотворительный приём. Поедешь со мной?
– А мне можно? – пробую закатить глаза, как она это делает на «ультразвуке». Получается плохо, но попытка засчитана. Дашка смеётся.
– Не можно, а нужно! – мы оба выдыхаем.
После ресторана решаю её отвезти к себе домой. Несколько нарядов уже подобрано для неё, стилист приедет… Всё организовано. Ей нужно только почтить всех своим присутствием, создать мне настроение и составить мне уже наконец-то пару, в том числе и в медиа…
Усаживаю Дашку в машину и звоню Кармацкому, показывая ей пальцами: «три минуты».
Серёга сразу отвечает. Рассказываю ему про Астахова и его приветы. У них была очень стрёмная история, после которой Астахов присел на десять лет, а Серёга восстанавливался после нескольких ножевых.
– Серёга, Астахов и его слова… Как-то это хуйнёй какой-то отдаёт. Вот чую, блядь, крыша у него так и дымит…
– Спасибо, Дим. Я учту.
– Девочку не подставь!
– Какую?
– Марию Андриевскую. Я сегодня, кстати, с ней познакомился.
– Это что ещё за дела? С этого места поподробнее.
– Оу, остынь… Мария – сестра Даши моей. Она нас сегодня представила друг другу. Хорошенькие эти сёстры Андриевские, я тебе скажу, Кармацкий…
– Матвеев, завали.
– А чё, вдруг породнимся?
Шутим, ржём. Но у обоих в голове – Астахов-гнида. Серега подытоживает:
– Спасибо, что сказал про Астахова. Я решу. Сегодня лечу на конференцию в Штаты. Меня не будет до субботы. Если что, подстрахуешь девочек?
– Не волнуйся.
Обещаю, что за Машей пригляжу. Но расклад херовый, лучше бы и Серёга был здесь. Но будем стоять до последнего…
Сажусь к Дашке в машину. Едем…
