Текст книги " Путь к себе (СИ)"
Автор книги: Татьяна Тюрина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 28 страниц)
– Он не хочет никого уничтожать, хотя наверняка смог бы, если бы захотел, даже учитывая то, что сейчас очень слаб и не владеет собственной силой в полной мере.
А вот эти слова приободрили короля, так что он незаметно вздохнул и расслабился. И только после этого осознал, что стоял весь напряжённый.
– Насколько он слаб? Возможно ли его одолеть простым людям? – вдруг спросил маг, который так же, как и король, в первую очередь думал о Драконе как о враге, а уже потом как о мифическом и редком существе. Настолько редком, что все впервые даже слышали о таком.
Риана вздохнула и мягко улыбнулась магу.
– Позвольте, я расскажу вам одну легенду, которая ходит в некоторых мирах. Я не знаю, настолько она правдива, но то, что она появилась в нескольких совершенно не связанных между собой мирозданиях, наталкивает на мысль, что именно так всё и было. Так вот, в этой легенде говорится о двух Первородных, которым надоело создавать пустые миры, и они решили попробовать создать разумных существ. Некоторые говорят, что они поспорили между собой, некоторые – что это был такой договор, а кто-то утверждает, что так всё получилось само собой, но, чтобы создать жизнь, оба они расщепили сами себя на множество частей, породив жизнь именно из собственной сущности. Один из них разделил себя по качествам. Так его сила, гордость и благородство создали Ведущих или Ведьм, которые обладают теми же силами, что и Первородные, только в меньшем объёме. Из мудрости, любви и знаний получились те, кого называют Богами. А те немногие отрицательные части, что существовали, воплотились в тёмных созданий. Второй же считал, что такой подход неверный и, когда делил себя на части, расщепился в великое множество частиц, где все его качества присутствовали в одинаковых пропорциях. И именно таким образом были созданы люди.
На миг в зале воцарилась гробовая тишина.
– То есть... ты хочешь сказать, что все мы – часть какого-то дракона? – спросил Лекамир, который настолько был впечатлён рассказом, что забыл, что в присутствии короля ему полагалось говорить только с его разрешения. Но никто не обратил внимания на это, так как что маг, что сам Анаквий глубоко задумались, а Риане было всё равно на подобные тонкости.
– Это всего лишь легенда, – сказала она, слегка пожав плечами. – Я не могу сказать, правда это или нет. Первородные могущественны, но насколько – никто точно не знает. Всё, что я могу сказать: такое вполне могло случиться.
– Но что же тогда такому могущественному существу понадобилось в нашем мире? – спросил монарх, когда отошёл от шока. – Точнее, что ему нужно от нас?
В его голову навязчиво лезли старые сказки, которые ему в детстве рассказывали няньки. О драконах и похищении юных дев, которых тот сжирал. И чаще всего юные девы были принцессами...
– Ему необходимо собрать частицы, которые попали в этот мир. Эти частицы, или амулеты, уже долгие годы, столетия, а возможно, и тысячелетия удерживают его здесь. И уйти он сможет только когда соберёт их все.
– Тысячелетия? – переспросил маг, который выглядел просто ошарашенным после всего того, что услышал. – И где же он всё это время находился?
– Я точно не знаю, – задумчиво сказала девушка. – Я и не спрашивала. Но, думаю, он спал где-то в западных лесах.
– Что же заставило его пробудиться? – спросил Анаквий, пытливо глядя на Риану.
Увидев мальчишеский интерес в глазах седовласого короля, Риана не могла не улыбнуться.
– Демиург рассказал мне, что всему виной магические потоки, которые нарушили люди. Он пробудился около сотни лет назад и мог погибнуть, но его спас мальчик, каким-то образом оказавшийся рядом.
– Мальчик в лесу? – недоверчиво пробормотал правитель. – Дитя талемов?
– Возможно. Дракон не рассказывал подробно о событиях тех времён. Только то, что к нему приходили и другие люди, кто-то оставался, кто-то уходил. Кто-то умирал, кто-то рождался. А сам он ждал появления жрицы. То есть моего появления. – Риана опустила голову, и все присутствующие впервые смогли увидеть грустное выражение на лице посланницы Богини. – Так что моё появление частично причина того, что началась война.
От подобной мысли Анаквий скривился, но спросил вполне спокойным голосом:
– Я так и не понял, зачем ему эта война.
– Потому что люди отказались отдавать ему остальные частицы. – Жрица вновь вскинула голову и прямо посмотрела на короля, а потом взглянула на мага, которой неосознанно дёрнулся, попав под её строгий взгляд. Он вдруг на миг осознал себя провинившимся мальчишкой под пристальным взглядом недовольной чем-то матери. – Вас ведь просили, не так ли? Почему же тогда вы проигнорировали просьбу отдать "частицу Вигоры"?
– Чего? – переспросил король и посмотрел на мгновенно побледневшего мага.
Услышав это уже забытое во времени название, маг покрылся холодным потом. Он был совсем юным мальчишкой, когда впервые услышал его. И то потому, что подслушивал под дверью за Окарием, который в то время был Первым волшебником Люкении. В тот самый момент он впервые видел своего учителя в такой ярости. Он кричал на человека, употребляя именно это слово, постоянно трогая на груди свой орден. Тот самый, который теперь висел на шее Зермона.
Позже он видел того самого человека повешенным среди преступников, но не придавал этому значения.
– Что такое, мэтр? – переспросил король, видя бледное лицо мага.
– Так значит... – маг дотронулся до ордена в виде капли, – то были посланники этого Первородного?
– Да, – грустно ответила Риана. – Он пытался собрать амулеты, но люди не хотели его слушать. Как видите, если бы вы сразу выполнили обещание предков отдать амулеты, то никакой войны и не было бы.
Зермон провёл большим пальцем по гладкой поверхности амулета, что непроизвольно делал каждый раз, когда глубоко о чём-то задумывался. И сейчас маг никак не мог понять, зачем тратить такие силы на то, чтобы заполучить какую-то древнюю безделушку. Амулет, конечно, имеет небольшой магический запас, но настолько маленький, что почти не ощущался. Да любой маг, при должных знаниях, мог сотворить амулет гораздо сильнее. Правда, эти амулеты быстро приходили в негодность или, точнее, опустошались, и их приходилось перезаряжать. А вот древний амулет был сделан таким образом, что его запасы никогда не истощались, однако и магическую энергию давали совсем маленькую. Поэтому Первые Чародеи их носили, скорее, как знак отличия, символ постоянства и магический силы.
Однажды, когда собрались несколько чародеев, попытались объединить силу сразу нескольких амулетов, но каких-либо значительных изменений не было видно. Поэтому Зермон недоумевал, пытаясь осознать то, что именно из-за этого старого и, по сути, бесполезного куска металла началась целая война.
Что он или все они упустили?
– То есть, по вашим словам, уважаемая жрица, Дракон собирает эти амулеты со всего мира? – медленно спросил он, вкрадчиво глядя на девушку.
– Да.
– Мэтр? – Анаквий посмотрел на мага и приподнял одну бровь в немом вопросе. – Насколько важна вам эта частица... э-э-э... Вигоры?
– Ваше Величество. – Маг встал со своего места и поклонился. Одно дело просто сидеть и наблюдать за беседой короля и совсем другое сидеть, когда сам вовлечён в беседу. Поэтому маг встал, следуя законам этикета. – Мне пока сложно ответить на этот вопрос... Однако, мне кажется, что то, чего так отчаянно добивается наш враг, должно представлять некую ценность, если не для нас, то для него точно.
Король коротко кивнул и посмотрел на жрицу.
– Риана, вы действительно уверены, что, забрав эти амулеты, Дракон прекратит нападения на королевства и отступит?
– Да, уверена, – сказала девушка. – Именно они являются его целью, а не земли и богатства.
Старый маг что-то проворчал под нос, но его никто не расслышал, король же задумчиво потёр подборок.
– В таком случае, нам стоит всё это хорошо обдумать. Вы уже знаете, сколько всего таких амулетов и где они находятся?
– Да. И я намерена в скором времени отправиться за ними.
– Что ж, – Анаквий задумчиво побрёл обратно к своему креслу, – в таком случае, пусть пока уважаемый мэтр оставит свой амулет при себе. Тут он будет в большей сохранности, до тех пор, пока вы не соберёте остальные.
– Это разумно, – согласилась девушка.
– И ещё один вопрос, Риана. – Анаквий вдруг словно очнулся от своей задумчивости и пристально посмотрел на девушку. – Вы обмолвились о своей смертности... – Он вдруг внимательно посмотрел на рыцаря, и Лекамир слегка поёжился от его тяжёлого взгляда. – Значит ли это, что вы избрали себе супруга?
– Нет, Анаквий, это значит, что я встретила своё предназначение. Возможно, будущего супруга, однако в последние дни события летят так быстро, что я не могу точно ответить, кто он. Возможно, если вы зададите мне этот вопрос по прошествии какого-то времени, я смогу вам ответить более точно.
– Что ж, хорошо... – сказал король, хотя вид у него был очень недовольный. – А теперь прошу меня простить, Риана, меня ещё ждут дела.
– Вы просите меня уйти? – вполне простодушно спросила девушка, с лёгким любопытством наблюдая за тем, как король, человек в почтенном возрасте, покраснел под её пристальным взглядом.
– Да... – откашлявшись, сказал он, – не сочтите за грубость или неуважение, жрица. Но не думаю, что вам будет интересно слушать со мной отчёт моих доверенных лиц.
– Почему же? – Жрица пожала плечами. – Мне кажется, это наоборот было бы интересно.
Но, увидев растерянное выражение на лице короля, она, наконец, улыбнулась и даже легонько рассмеялась.
– Не переживай так, Анаквий. Я всё прекрасно понимаю и уже ухожу. Лекамир?
Рыцарю тоже не терпелось поскорее уйти, и он повернулся к королю, чтобы спросить, дозволенно ли ему покинуть зал советов, но тот жестом руки велел ему остаться.
– Я найду тебя позже, Риана.
– Хорошо. – Девушка кивнула и, обернувшись, слегка поклонилась всем присутствующим. – Благослови вас Богиня.
Как только она скрылась за дверью, Лекамир каждой частичкой своего тела почувствовал тяжёлый королевский взгляд. Мысленно он готовился к тому, что сейчас его начнут распекать не только из-за похищения, но и за то, что Риана лишилась божественной силы.
– Сэр Абретис, что вы скажете на всё это? – послышался металлический голос короля.
– Ваше величество? – неуверенно спросил он, не до конца понимая, что именно он имел в виду: похищение или Риану.
– Вся эта история с талисманами – правда?
– У меня нет сомнений в словах Рианы, – склонив голову, ответил рыцарь. – Но сам я ничего не могу утверждать, так как с Драконом не встречался и обо многом сам узнал именно сейчас. Мне только хочется верить, что жрица Небесной Богини знает о том, что говорит, и что ей известно о мире и древних существах больше, чем всем нам.
– Что ж, оставим пока этот вопрос. Что насчёт её смертности? Когда это произошло?
– По словам Рианы, она сама не знает этого. Обнаружили же мы это, когда уже выбрались из дворца. Риана была ранена генералом Аккесом, и только так мы обо всём узнали.
Король опять задумался, и на некоторое время в зале воцарилась тишина, в которой был слышен только треск чадящих факелов.
– Когда жрица отправится на свои поиски остальных амулетов, вы поедете с ней, сэр Абретис, – сказал, наконец, король. – Надеюсь, это вам ясно?
– Да, Ваше Величество.
– Тогда вы свободны.
Лекамир ещё раз поклонился и вышел из зала. Анаквий же откинулся на кресло и опять начал задумчиво тереть подбородок. В его голове крутилось множество мыслей, но ни одна из них ему не нравилась.
– Ваше величество? – попытался привлечь его внимание маг.
– Не здесь, мэтр. – Король вскочил и пошёл к выходу.
Первый волшебник, поняв всё, последовал за ним, старясь не отстать от размашисто шагающего короля. Они вышли из зала советов и направились прямо по коридору, который вёл в личные покои Его Величества. Зермон понимал, что монарх чем-то сильно удручён и что если их разговор переносится в другое, более уединённое место, то им явно предстоит обсуждение серьёзных и даже секретных тем.
Возле самых дверей им повстречался один из помощников короля.
– Ваше Величество! – Тот буквально подскочил на месте, завидев их, и едва не рассыпал свитки, которые держал в руках. – Тут...
– Не сейчас! – отмахнулся Анаквий.
– Но тут важн...
– Я сказал: не сейчас! – рявкнул тот, бросив на слугу злой взгляд. – Пошёл вон!
Парень едва не поседел на месте, однако замер, как каменная статуя, боясь даже дышать, пока король проходил мимо и рывком открывал дверь в свои покои. И, к ужасу незадачливого помощника, вдруг остановился и обернулся.
– Свитки потом. Приведи ко мне сэра Траска.
Слуга сделал лучшее, что он мог в этой ситуации, а именно – со всех ног рванул прочь, радуясь, что если король и решит спустить свой гнев, то уже не на него.
Анаквий, когда зашёл внутрь, плюхнулся в своё любимое кресло. Зермон, зайдя следом, прикрыл дверь и приблизился к нему, встав, как всегда, по правую руку.
– Что вы скажете на это, мэтр?
– Если о Лекамире, то рыцарь не врёт. Он доверяет жрице и даже привязан к ней. Возможно, даже сильнее, чем следовало бы.
– Сейчас не это интересует меня больше всего, – отмахнулся король. – Что за амулет у вас? Почему он так интересен тому, кто, как утверждает жрица, сильнее богов? Что в нём такого особенного? Насколько он ценен на самом деле?
Маг опять неосознанно поднял руку и дотронулся до амулета в виде удлинённой капли.
– Этот амулет излучает небольшую магическую силу на довольно большое расстояние. Но она настолько слаба, что почти не ощутима вовсе. И единственное, что я могу предположить, это то, что нужен не сам амулет, а что-то с ним связанное. Или же это всего лишь часть чего-то большего.
– Часть? – Анаквий удивлённо посмотрел на задумчивого мага. – Часть чего?
– Боюсь, я не могу ответить на этот вопрос, – удручённо заметил Зермон, продолжая рассматривать удлинённую каплю в своих руках. – Но я по-прежнему считаю, что не стоит отдавать что-либо нашим врагам. И дело тут не только в магическом талисмане, я говорил бы то же самое, даже если бы они попросили ночной горшок из моей опочивальни.
– Я так же думаю, мэтр. Но не забывайте, что нам предлагают мир...
– Мне слабо верится, что Дракон и его войска, почувствовав вкус битв и власти, просто так развернутся и уйдут, как только получат кусок старого металла. Что, если всё это лишь способ отвлечь нас? Что, если, пока мы будем суетиться вокруг этих ржавых и никому не нужных древностей, они копят силы, чтобы нанести решающий удар?
Анаквий тяжело откинулся в кресло, смотря перед собой. Его обуревали те же самые мысли, которые только что высказал Первый Волшебник королевства.
– Мы не можем допустить этого. Возможно, если этот... Первородный, или кто он там, обманул жрицу, запутал или ещё чего... мы не можем рисковать и позволить уничтожить наше королевство, а возможно, и всё человечество.
– Но, Ваше Величество, что же нам делать?
– Мэтр, вы же в курсе, что Коргирия укрепляет свои границы и собирает войска? Впрочем, кто сейчас этого не делает? Я скажу Траску, чтобы он увеличил набор и обучение рекрутов. Пусть берут крестьян, оставив на полях только минимум, для того чтобы их засеять. Беженцы, наёмники и даже разбойники. Всех в войска. Нам нужно готовиться.
– Да, но жрице это может не понравиться, она верит, что всё можно закончить миром.
– А ей знать и не обязательно. Возможно, то, что она соберёт амулеты, ещё сыграет нам на руку. В конце концов, если они действительно важны Дракону, у нас будет преимущество. Армия армией, но всё же не стоит упускать вариант того, что Риана права, – задумчиво сказал он, сцепив перед собой руки.
В этот момент в дверь постучались, и после разрешения в покои вошёл генерал Траск. Как всегда в полном вооружении, только боевых доспехов не было. Но можно было не сомневаться, если бы те не были слишком тяжёлыми и неудобными, в будничные дни он бы и их носил, не снимая.
– Ваше Величество, вы звали меня? – сказал он, встав смирно и привычным движением опустив кисть руки на меч. Траск был одним из немногих, кому позволялось носить оружие в присутствии короля.
– Да, Траск, проходи. – Король махнул ему, приглашая давнего друга присесть рядом с собой. – Мне надо с тобой обсудить организацию войск. Мэтр, вы можете быть свободны.
Маг поклонился и вышел из комнаты. В душе его всё ещё кипело беспокойство, но он не смел показывать его окружающим. И лишь добравшись до свой башни, он смог немного успокоиться, но, как оказалось, здесь его ждал сюрприз.
– Мэтр! – Теперь уже безбородый Алекендр стоял у входа в его комнату и переминался с ноги на ноги. – У меня к вам срочное дело!
– Насколько срочное? – без всякого интереса переспросил старый маг. Он не ожидал, что его коллега сможет рассказать ему что-то, о чём он ещё не слышал от Первого Рыцаря и жрицы.
– Настолько, что это может повергнуть вас в шок, – возбуждённо ответил Алекендр. Зермон вдруг присмотрелся к нему и заметил, что тот похудел после похода, хотя в целом стал выглядеть ещё более устрашающим, чем прежде, только вот глаза горят, как у мальчишки после первого посещения ярмарки.
Зермон вздохнул и решил, что вполне может уделить ему немного времени, а там уж и решить, отчитать коллегу за чрезмерную впечатлительность или нет.
– Проходи. – Он кивнул, заходя в свою комнату. – Только без предисловий, прямо и кратко.
Они зашли в довольно мрачную комнату, и старый волшебник тут же выпустил небольшого светлячка, который озарил всё вокруг мягким сумрачным светом. Алекендр отметил, что за то время, которое понадобилась на их короткое, но насыщенное путешествие, здесь ничего не изменилось. Хотя то же самое можно было сказать и о последнем десятилетии. Разве что только слой пыли прибавился.
Алекендр даже в полумраке мог хорошо ориентироваться в этом помещении, полном различными книгами, настойками, статуэтками, зеркалами и прочими нужными и не очень вещами. Старый волшебник мог годами не обращать внимания на всю эту утварь, а мог неделями, не выходя, копаться в ней, что-то практикуя и разыскивая. И если раньше кто-нибудь да пытался вразумить Зермона или прибраться здесь, то теперь все, как один, оставили эту затею, смирившись с чудачеством старого мага.
– Сюда. – Старик поманил Алекендра и пошёл к своему креслу, которое всегда стояло у окна. И только устроившись в нём и накрывшись пледом, он посмотрел на коллегу и разрешил: – Ну давай, рассказывай.
– Мэтр... – Алекендр на миг растерялся, не зная, с чего начать. – В этом путешествии произошло кое-что необычное.
– Похищение принцессы и жрицы само по себе необычно, – буркнул Зармон, доставая свою трубку и набивая её табаком.
– Конечно, но я не об этом. В определённый момент нашего путешествия я уловил необычное магическое волнение. Я не могу сказать, когда точно, но началось всё уже в Сенкине, под Кентрисом. Я почувствовал необычные колебания, а магия вдруг стала другой. Одни заклинания изменились, другие усилились, я не рискнул проверять комбинации, но даже светлячки чуть не ослепили меня, а уж крыса...
– Так, стоп-стоп, – перебил его раздраженным голосом Зермон. – Какие светлячки? Какие крысы? О чём ты говоришь?
– Мэтр, магия изменилась! Я бы продемонстрировал вам, но, к сожалению, эффект долго не длился – всего пару дней, потом всё пришло в норму. Я так и не понял, из-за чего всё началось.
– Ты точно уверен, что тебе не показалось? – Старик скептически посмотрел на него, пыхнув своей трубкой.
– Мэтр, на моих глаза рана сэра Абертиса затягивалась так же, как у принца Стонгута после Большой охоты. Я бы сказал, что после того, как я наложил исцеляющее заклинание, она начала срастаться даже быстрее, чем в тот день, когда вы спасли принца. Я был настолько удивлён, что не сразу глазам своим поверил. А потом стал проверять остальные заклинания. Они тоже все стали сильнее, а некоторые, усилившись, приобретали совершенно другие свойства. А сила ощущалась такая, что... я просто... такая мощь... это что-то неописуемое!
Алекендр буквально захлёбывался словами, пытаясь описать весь тот восторг, что он испытал. Это словно всю жизнь пить из небольшого кувшина, а потом встать под водопад. Это ощущение опьяняло, и уже не хотелось возвращаться к кувшину. Всю обратную дорогу Алекендр чувствовал небывалую усталость и опустошение. И ему хотелось сделать всё возможное, чтобы этот эффект повторился и действовал дольше.
Однако Первый волшебник никак не разделял его восторга, более того, старик сидел, мрачно смотря перед собой и пыхтел своей трубкой.
– Мэтр? – неуверенно позвал его Алекендр. Маг слегка нагнулся, чтобы убедиться, что тот не задремал, а то с него станется.
– Под столицей, говоришь, началось? – резко сказал старый маг, чем немного напугал своего коллегу, который от неожиданности даже подскочил.
– Да.
– А закончилось всё, когда вы возвращались в Люкению...
– Да... Мэтр, что вы?..
– Ты видел Илсория, спрашивал об этом кого-то?
– Нет. Я просто не успел, мы старались быстрее покинуть то место, чтобы вывести принцессу и жрицу.
– Так. Теперь расскажи мне всё с самого начала и не упускай ни одной подробности.
Алекендр почувствовал искренний интерес своего наставника, тут же приободрился и начал рассказывать всё без утайки, глубоко в душе надеясь, что однажды им удастся понять этот эффект и, возможно, сделать так, чтобы тот был бы постоянным. Однако слушающий его Первый Волшебник на протяжении рассказа становился всё мрачнее и мрачнее. Его не опьяняли пережитые ощущения, и он мог трезво посмотреть на всю эту ситуацию.
Дослушав рассказ Алекендра, Зермон отпустил его и погрузился в глубокие раздумья.
С одной стороны – значительно усиленный фон магии, с другой – существо, которое собирает древние, казалось бы, бесполезные амулеты.
И всё это в Сенкине.
Совпадение?
Нет. Он так не думал.
Выйдя из зала советов, Риана решила, что самое время проведать младшую принцессу. Тем более, Вира не было возле дверей, а значит, он, скорее всего, уже у принцессы, рассказывает всё, что слышал. Но, как оказалось, Вир лишь ненадолго её опередил, и когда она вошла в комнату, оба они сидели друг напротив друга, склонившись вперёд, словно дети, которые рассказывали друг другу секреты.
Увидев эту забавную картинку, Риана не удержалась от смешка. И, в тот же миг, сообразив, что в комнате находится кто-то ещё, оба заговорщика подскочили, словно провинившиеся дети. Вир тут же шарахнулся в сторону, прячась за одной из занавесок, а принцесса попыталась сделать разгневанное лицо.
– Кто?.. – выдала она осипшим голосом и закашлялась, однако уже через мгновение оба они поняли, кто именно застал их, секретничающих о государственных делах.
– Вы, если решили играть в шпионов, хотя бы двери закрывайте и учитесь контролировать эмоции. По вам же сразу видно, что вы что-то задумали. И, Вир, балдахин тебя не спасёт.
– Риана! – воскликнула принцесса, даже подпрыгнув на месте от радости. – Расскажи же мне всё скорее! А то этот бездельник, похоже, не так всё понял. Ты действительно вышла замуж?
Жрица удивлённо посмотрела на слугу.
– Насколько я помню, ещё нет.
– Я не говорил, что она вышла замуж, – пытался оправдаться юноша. – Я сказал, что она стала смертной, потому что встретила своего избранника.
– Разве вы смертными становитесь не когда выходите замуж?!
– Здесь всё гораздо сложнее, принцесса. – Риана улыбнулась, присаживаясь на один из стульев. – Тут дело не в замужестве...
– А в чём? В любви? – Принцесса подхватила еще один стул, забыв о том, что Вир, как её слуга, мог это делать за неё. Пододвинув его ближе к Жрице, она уселась напротив и буквально вся обратилась в слух. Уж что-что, а сказки о любви она обожала. – Рассказывай же скорее.
– Я не могу сказать точно... – задумчиво произнесла Риана, пытаясь определить, с чего начать.
– Ты лучше скажи, кто он? – опять перебила её нетерпеливая принцесса. – Это король Дракон, да? Я слышала, что он очень красив. Такой, что любая девушка теряет разум при виде него.
– Ты путаешь его с Альданом. Это он хорош собой.
– Разве это не тот, который ходит в маске? Или ты видела его настоящее лицо? Он что, тоже красавчик? Почему же тогда маску носит?
– Нет-нет. Это Аккес. Я видела его маску, а лица нет.
– Так кто из них Дракон?
Риана вздохнула и подхватила один из гребней, которые, как всегда, валялись по всей комнате.
– Давай так, принцесса Олея. Ты причешешь мне волосы, а я тебе всё расскажу. По порядку. Только, чур, ты не будешь перебивать. Хорошо?
Принцесса аж взвизгнула от удовольствия и, подскочив, тут же побежала собирать свои ленты и заколки. Что может быть лучше, чем заняться красивой причёской, попутно слушая любовную историю? А то, что она будет о любви, Олея не сомневалась.
Даже мальчишка Вир уселся прямо на пол, вслушиваясь в рассказ и радуясь, что его никуда не отослали. Ему не так часто выпадали свободные минутки, когда можно было просто расслабиться. Принцесса либо отсылала его куда-нибудь, либо пытала, дёргая за непослушные кудри, вечно заплетая косички и повязывая бантики из разноцветных лент. А ещё хуже, когда и то, и другое, а потом ещё и отсылала. Приходилось за поворотом всё это срывать, чтобы его остальные слуги не засмеяли, а потом оправдываться, что само растрепалось.
И сейчас он не мог сказать точно, что его больше радовало: возможность послушать рассказ о приключениях или то, что принцесса занялась чьей-то другой шевелюрой. И больше всего его поражало то, что Риане это, похоже, нравилось, впрочем, как и принцессе.
И когда рассказ, так же, как и причёска, были закончены, Олея, только возмущённо замахала руками.
– И это всё?! – Полная негодования, она присела на ближайшее кресло, всё ещё сжимая в руках щётку для волос. – И никто ни разу не признался в любви? И даже... – она слегка понизила голос, – не пытался поцеловать?
– Я не думаю, что кто-то успел бы в меня влюбиться за это время.
– Чтобы влюбиться, иногда хватает всего одного взгляда, – важно заявила принцесса. – Я иногда за один вечер успеваю влюбиться несколько раз. Особенно если красивый мужчина осмеливается пригласить меня на танец.
– Я никогда особо этим не интересовалась, принцесса, – рассмеялась Риана, – но, мне кажется, это, скорее, увлечённость, а не любовь.
– В смысле – не интересовалась? – удивилась Олея. – Ты что же, никогда не влюблялась?
– Нет. Боюсь, что нет. – Риана вдруг задумалась. А Небесный Воин считается? Не то, чтобы она была в него влюблена, это, скорее, восхищение. Решив так, она ещё раз кивнула. – Ни разу. Я росла у Богини, и вокруг были только мои сёстры. Но я наблюдала за мирами и знаю, как люди влюбляются. Появляется привязанность, поцелуи, объятия, страсть, интимная близость. Но, как я говорила, меня это не особо интересовало, тем более, что многого я даже не понимала. Те же поцелуи... люди целуют и тех, кто им нравится, и тех, кто не нравится. Я так и не поняла, важны эти поцелуи или нет, – она беспечно пожала плечами. – Я думаю, однажды я влюблюсь, и тогда уже пойму всё, что надо. Так что любовь для меня пока не важна.
– Да как ты можешь так говорить! – возмутилась принцесса. – Любовь – это самое прекрасное в мире. Это то, когда он смотрит на тебя нежным взглядом, уделяет тебе всё своё внимание, готов совершить ради тебя подвиг, когда он умоляет тебя о танце, даже если это всего лишь гальярда, когда он счастлив уже от того, что ты на него посмотришь. А-а-ах, это прекрасно.
Риана хитро посмотрела на девушку.
– А что делаешь ты?
Принцесса вдруг удивлённо на неё взглянула.
– Как что? Дарю ему своё внимание и красоту. Всё остальное будет только моему мужу. Хотя если очень-очень понравится ухажёр, можно будет... – она придвинулась ближе и заговорила тише, – можно будет подарить ему поцелуй. Но только если никто не видит и если он поклянётся молчать. Иначе позор!
– Принцесса, Вам лучше не говорить о таком вслух, – послышался голос Вира.
– А ты молчи! – Олея тут же обернулась к нему. – Негодный мальчишка, когда ты научишься держать язык за зубами?
Вир что-то недовольно пробубнил по поводу того, что он не мальчишка и что, вообще, старше принцессы, но она уже его не слушала и опять повернулась к Риане.
– Вот что! Когда я вернусь, упрошу отца устроить бал, и тогда всё тебе покажу.
– Вернёшься?
– Ну да, мне надо... Я придумала! – Олея подскочила так резко, что Риана от неожиданности вздрогнула. – Я упрошу отца, чтобы ты поехала со мной!
– Куда?
– К жениху! Куда же ещё? Я должна к нему прибыть, чтобы закрепить помолвку. А потом свадьба в конце лета. Это всё старые дурные традиции. А ты можешь поехать со мной. Там герцог наверняка устроит бал в мою часть и, если повезёт, я даже смогу до замужества ещё раз влюбиться в кого-нибудь. И ты тоже!
Риана хотела рассмеяться, глядя на непосредственное и счастливое лицо Олеи, но потом задумалась. Если Олея поедет к жениху в Тунарию, то почему же ей не составить компанию? Ей всё равно придётся посетить горное королевство, потому что, по словам Дракона, там находится один из амулетов. Таким образом, она сможет сделать сразу два дела.
– Хорошо. Я поеду.
Принцесса радостно вскрикнула.
– Я обо всём позабочусь, будь уверена, ты обязательно влюбишься!
Риана рассмеялась непоколебимости принцессы, хотя не разделяла её убеждения. Однако она прекрасно понимала, что в жизни предначертано многое. Чего-то можно избежать, а что-то при всём желании или нежелании всё равно случится. Но человеку дана воля выбирать путь, который к тому приведёт.
И если ей суждено полюбить кого-то, это случится вне зависимости от старания принцессы.
Келина торопливо шла по коридору, мысленно молясь, чтобы ей никто посторонний не встретился на пути.
Во время обратной дороги и после приезда у неё было время подумать и ещё раз взвесить прошедшие события. И она пришла к выводам, что, во-первых, ей нужно увеличить свои тренировки. Она-то считала себя уже способным воином, а на деле её чуть не убили. Несколько раз. Она не то, что не могла помочь, наоборот – была обузой, и это её очень расстраивало. И теперь своей первоочередной целью она поставила тренировки и ещё раз тренировки. Пусть отец ворчит, пусть придворные шепчутся и смеются, пусть слуги и прочие воины пялятся, она должна уметь сражаться, чтобы и в следующий раз не быть обузой.
И, во-вторых... было кое-что, что никак не выходило из головы...
Свернув за угол, принцесса вышла к крылу, где жили маги. Воровато оглянувшись, она тихонько постучала и вошла. Ей не хотелось, чтобы кто-то знал, что она сюда пришла. Слишком странным мог показаться вопрос, который её сюда привёл.
