Текст книги "Девушка на обочине"

Автор книги: Татьяна Козырева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

АКТИВНЫЙ СПАСКОНЕЦ

Жизнь Сэнди была интересной и насыщенной. Любому коту такой жизни пожелаю. А характер у него был похож на мой: флегматичный, но решительный. Поэтому путешествия ему нравились и не напрягали. Однажды в походе после долгой непогоды выбрались мы сушиться. Сидим вокруг костра, от всех пар валит. Подходит кот – а от него пар не идёт. Подумали мы и решили: это потому, что он, в отличие от нас, ничем не парится.

Новый 2000-й год я встречала без людей – сбылась мечта идиота – в компании своего кота. До этого я многократно хотела провести Новый год без людей, но всякий раз мне делали предложение, от которого я не могла отказаться. И в этот раз зазвали в Торжок на дачу, но мы с котом опоздали на «собаку» в Тверь, а соответственно, и в Торжок. Стопом от Лихославля уехать не удалось: все праздновали.

Потусовались на вокзале в Лихославле. Продавщица в киоске приманивала кота сосиской: очень хотела, чтобы он ей рекламу делал. Следующая «собака», последняя, прибывала в Торжок без десяти двенадцать. Где искать наших, я понятия не имела.

Новый год мы встретили на пустынных улицах старинного русского городка. Стоял лёгкий морозец, падал пушистый снежок, изо всех окон били куранты, похожие на колокольный звон. Мечта! Кот угрелся у меня за пазухой. А потом жители высыпали на улицы, бабахали петардами, наливали мне шампанское. Мы вышли на главную площадь с огромной ёлкой, где горожане благодарили кота, символ прошедшего года, за всё хорошее, что он им принёс.

Ближе к утру мы оба подзамёрзли, а вписываться к нетрезвым аборигенам не хотелось. Я нашла относительно тёплый чердак без замка, постелила там пенку, и мы с Сэнди грели друг друга в спальнике. А наутро пришли на вокзал к отправлению первой электрички. Я рассудила, что кто-то из наших будет уже сбрасываться и скажет мне адрес дачи. Так и вышло, и два последующих дня мы продолжали праздновать в компании физтехов и двух кошек-сестёр с общим именем Кабуки.

Говорят, как встретишь Новый год, так его и проведёшь. У меня почему-то не так. Я бы с удовольствием провела год в путешествиях с котом и без людей, но получилось немного иначе.

Как-то ездили мы с физтехом Денисом Рожковым к родственникам его приятеля в Псков, кота брали с собой. На обратном пути заглянули в Пушкинские горы – ну, чтобы два раза не ездить. Так там словосочетание «кот учёный» мы слышали раз пятьдесят!

Был у нас водный поход по Северному Кавказу с автобусом сопровождения. Между реками Кубанью и Зеленчуком мы заехали на рынок за свежей зеленью, и там кот потерялся, недосмотрели. Всех торговцев опросили – не видели. Сходили мы Зеленчук, перед Аксау-том снова на этот рынок завернули – торговцы нашли кота! Привязали его перед павильоном за грудную обвязку какой-то верёвочкой и ждали нас. Выкатили нам изрядный счёт: якобы кот разбил три десятка яиц, съел кило мяса, покусал окорок… «Три порции шашлыка. Четыре. Выбросила в пропасть». Золотой кот получился. Но ребята в команде оказались с сильным чувством корпоративности: раскидали мой счёт на всех. Спасибо им.

Ещё не раз бывало, терялся Сэнди где-нибудь в населёнке, местные его находили и просили бакшиш. Давала, что ж поделать. За такого кота не жалко.

Хищником он был настоящим. На люблинской квартире они с сыном на пару замочили двух голубей на балконе. Сначала одного, через полгода другого. Не съели, только растерзали. Приходит папа с работы – весь пол в кровище и перьях.

Однажды на «промежуточной» квартире Сэнди вылетел из окна. Квартира была на третьем этаже, а на уровне второго козырёк большого магазина. Я услышала внизу вопли мальчишек: «Лови рыжего кота!» и обнаружила, что ловят моего. Оказалось, он забрался в открытое окно к соседям снизу, загнал под диван местного кота и домогался к его кошке!

Я спустила из окна верёвку с сидушкой для промальпа, пристегнув к ней поводок со шлейкой. Соседские пацаны отловили нашего ухажёра, вдоволь погоняв его по крыше, с горем пополам надели на него шлейку и привязали к сидушке, а я втащила конструкцию в окно.

Сэнди раза три бывал под землёй, в каменоломнях по имени Сьяны. И прекрасно себя чувствовал, если только весь свет не выключали. Боязно, когда нет ни фотончика для чувствительных кошачьих глаз. Однажды физтехам приспичило затащить в Сьяны велики: по штрекам кататься. На входе есть Журнал, куда все записываются, и мы записали кота и три велосипеда. Шедшие следом думали, что это шутка, пока не увидели своими глазами.

На воде Сэнди тоже бывал. Ходил в байдарке по спокойной реке, в распашной лодке по озеру. А на КОТОмаране только на берегу сидел: не брать же его в пороги. Если был стационарный лагерь, там кошак и тусовался, охотился на мелких зверьков и по чужим кострам шакалил. Только бывало это нечасто, потому что походы обычно такие, что детей и зверей с собой не поведёшь.

Нет, на серьёзный сплав я зверя не возьму никогда. Себя бы спасти, ежели что, какой уж тут кот. Хотя коллеги предлагали ему спасжилет сделать из пластиковой бутылки и хвост в горлышко пропустить. Говорили, что из него получится хороший гребец, потому что как минимум две техники – зацеп и подтяг – он знает инстинктивно.

А самая прогрессивная идея была – использовать кота в качестве активного спасконца. Его бросаешь, а он когтями цепляется. К счастью, применять эту идею не практике никто не решился.

И не решится уже. Сэнди выпал с балкона пятого этажа и потерялся, когда я была в Китае. До этого он уже пару раз летал с балкона – за голубями и за кошками, но я тут же развешивала по району объя-вы, и кота находили. Причём вознаграждение принципиально не брали, но я отдаривала книжками. А пока меня не было, никто его не искал. Надеюсь, такой самостоятельный и умный кот не погиб. Может, подобрал его кто.

Когда я рассказала общим знакомым, что Сэнди, вероятно, пошёл по бабам и не вернулся, мужики философски заметили:

– Да, с нами такое бывает.

КРЫСИНОЕ ЛЕКАРСТВО

Однажды семейство Казанцевых на съёмной квартире завело крысу. Хотели кошку, но хозяева не разрешали, а крыса в клетке не заметна. Потом их с квартиры попросили, и крысу временно вписали ко мне. Временное, как обычно, оказалось постоянным.

Крысик прожил у меня с полгода, а потом у него выросла опухоль на шее. Это вообще часто бывает у домашних крыс. У нас на кафедре фармакологии даже ходили слухи, что специально выводят линии декоративных крыс с повышенной склонностью к опухолям, чтобы они умирали быстрее, и увеличивалась выручка зоомагазинов. Уж не знаю, правда или байка.

Казанцевы спонсировали лечение. Ткани огромной опухоли вовсю отмирали, и ветеринарша проделала в ней дырку, выковыряла содержимое насколько можно и прописала «Ируксол» – эта мазь содержит ферменты для очищения ран от омертвевших тканей и микробов. Крыс всё равно долго не прожил, а «Ируксол» остался. И пригодился в ближайшем походе.

На серьёзной реке Чулышман мелкие травмы получали практически все. Андрей Богатов как-то повредил палец на ноге и долго не обращался за помощью, потому что боялся врачей. Это вечная беда мужчин: смерть на поле брани их не страшит, а визит к доктору повергает в ужас. Когда боль вынудила его произвести замену в команде катамарана, он таки пришёл к нашим двум врачам, нервно повторяя: «Ненавижу докторишек!» Я заложила ему в ранку «Ируксол», ехидно заметив, что им лечили и не вылечили крысу. На удивление пациента, нога стала быстро заживать. А он-то ожидал страшной экзекуции! Через день Богатов уже уселся на катамаран, охотно приходил на перевязки и хвалил крысиное лекарство.

ДРУГАЯ СЕМЕЙНАЯ ПАРА

Когда я вернулась из Китая и обнаружила, что Сэнди потерялся, мне стало очень не хватать компаньона для путешествий. Как-то я сходила на концерт группы «Белая Гвардия». Вопросы музыкантам задавали разные, в том числе дурацкие: «Любите ли вы животных? Нужен ли вам хомяк?» На это Зоя Ященко ответила, что готова обменяться на котёнка: вчера у неё родила кошка.

После концерта я с толпой неформалов пошла за кулисы за афишами. «Белая Гвардия», как и многие, практикует выдачу проходок на следующий концерт за расклейку 20–30 афиш. Каждого записывают, указывают место, где клеить. Зимой можно клеить прямо на воду, быстро и удобно, расходов никаких, а музыкантам польза. Заодно я сказала:

– Если у кого-то из ваших котят откроется охота к перемене мест, я с удовольствием его возьму.

Сказала и забыла. А через полтора месяца мне звонит муж Зои Дима Баулин:

– Забирай уже котёнка.

На выбор предоставили двух рыжих котиков. Я долго думала и выбрала тормоза-философа. И не пожалела.

После Китая мне захотелось дать коту навороченное имя. В переводе оно означало Маленький господин Пушистый Жёлтый Кот, в сокращении Хуан Сяо Мао – нормальное китайское имя, а для краткости просто Хуан. Потому что он на самом деле жёлтый, а рыжий – это другой цвет.

Рос он в люблинской квартире, оставшейся от папы. Там жил Сэндин сын Эрни, он и научил котёнка пользоваться ванной в качестве туалета. При папе по-другому не получалось: ванна была единственным местом, которое он хоть иногда убирал. Мне это тоже нравилось: убирать легко и не надо морочиться наполнителем для лотка.

Потом я купила квартиру в Измайлове, и Хуан переехал туда, а Эрни остался. У него в голове была неисправность: страшно боялся выходить из дома, при попытке выноса истерил. Однажды, когда люблинские квартиранты просили забрать кота, мы только заговорили о том, чтобы его вынести, а он уже забился под ванну. Как понял? Назвала я его в честь одного русского из Силиконовой долины – это к которому я через полконтинента свистела, чтобы по-русски поговорить, а он никак не мог починить свою машину, и автостопом один ехать не хотел. Он же упомянут в названии рассказа про органайзер. Ему я написала:

«Про не последнюю роль: у папы живёт кот Эрни, младший сын путешественника Сэнди. У него выражение лица в детстве на тебя сильно похоже было, сейчас меньше похоже. Он тоже любознательный, во все дырки затычка, но выходить из дома стремается…»

Ответ был: «А по поводу выходить из дома, я сделаю вид, что прикола не понял».

Хуана я в первый раз взяла на природу, когда ему тоже исполнилось полгода. Просто раньше взрослую шлейку не наденешь. Начали с пикника, коту понравилось. А в следующие выходные он уже заделался крутым водником: ходил реку Мсту. С нами была пара байдарок, он и в них покатался. А участок с гордым названием Большой Порог преодолел на плоту, у меня за пазухой. Со страху понаделал мне когтями дырочек в брызговухе.

Позже Хуан сопровождал меня в недалеких, но многочисленных поездках по Подмосковью и соседним областям, но до Сэнди ему, конечно, далеко. Был он также на концерте «Белой Гвардии» в ЦДХ, нелегально проехав в рюкзаке. Лежал на бархатном красном кресле, лениво слушая знакомую с детства музыку, и только от аплодисментов нервно вздрагивал. После концерта я унесла его за кулисы общаться. Весь состав умилялся: «Яськин сын! У, какой вымахал!»

Но экстремальную специализацию Хуан выбрал себе сам. Он стал бейс-джампером: прыгнул с 16-го этажа, планируя на своей пушистой шерсти. Сломал одну подвздошную кость, но пришлось выводить из шока. Выжил, чувствует себя прекрасно, но с тех пор пока больше не путешествовал: я увлеклась фестивальной торговлей, таскаю на себе тяжёлые книги, и 5-кг котище – уже обуза…

Решила я, что Хуану одному оставаться дома грустно, да и вообще негоже мужчине быть одиноким. Тут коллега по фестивальной торговле Гиля из наукограда Пущино на Оке сказала, что у подруги котята на выданье. Съездила я в гости к Гиле – когда бы ещё собралась – и привезла кошечку. Тоже жёлтую, с красивыми мраморными разводами по бокам. Окрас обоих зверей я не выбирала, а получилось гармонично.

Кошка тоже получила необычное имя Кисмет. В словаре написано: «кисмет – в исламе – неизбежность, предопределение, полная предрешённость Аллахом всех событий в мире и судеб людей». Короче, судьба, femme fatale. Выросла не то чтобы роковая женщина, но киса с характером. Вредным таким, ещё хуже моего. Мы с ней часто мерялись характерами: кто настоит на своём – с переменным успехом. Потом она стала спокойнее – я, соответственно, тоже.

Дети у них получались в масть: все жёлтые. А пристройкой их занимался в основном мой муж Юра, который к тому времени завёлся у меня в доме. Меня котята больше радовали, а его больше напрягали – вот он и прилагал усилия. Пристроил всех через Интернет, кроме одной кошечки, уехавшей в деревню к Серёге Рамстору.

Юра поступал с кошкой проще: не настаивал, а ставил перед фактом. И потом рассказывал знакомым:

– У нас не кошка, а мастер ушу. Сажусь я на свой стул, а она на нём лежит. Когда касаюсь стула, кошки там уже нет.

Не знаю, сколько повторов потребовалось для обучения, но ни повреждений у кошки, ни царапин на мужниной заднице я не наблюдала. Видимо, неотвратимость надвигающейся задницы животное осознало сразу.

А Хуан восхищал Юру буддистским отношением к жизни. Если этому коту причиняли какой-то дискомфорт, он не пытался изменить ситуацию, а по-настоящему спокойно ждал, пока она изменится сама. Рано или поздно неизбежно дожидался.

Хоть Хуан и перестал совершать дальние путешествия, а Кисмет не путешествовала вообще, но на одном месте им не усиделось. Как-то я пустила к себе пожить семью бездомных корейцев, а у одной кореянки оказалась аллергия на кошек, и мы с котами пару месяцев кочевали по впискам, где я и писала эту книгу. Это отдельная прикольная история. Наверно, и в глубокой старости я не перестану искать на свою… голову приключений. И совсем необязательно ездить за ними куда-то далеко – приключения рядом, надо только не прятаться от них.

КОМПЬЮТЕРЫ НЕ КАКАЮТ

Сэнди и Грейси делали детей два раза. Хуан и Кисмет – тоже два раза. Детей от первой пары я раздавала не всех: нравились они нам, жалко было отдавать. Тогда у нас в трёхкомнатной квартире снимали комнату двое «голубых». Тот, который «жена», мой институтский одногруппник, любил всех котов, а «муж», компьютерщик, от их количества напрягался. «Жена» Вовка объяснял это так:

– Это мы с тобой, медики, к физиологии относимся просто. А компьютеры не какают.

Логично, но меня такое отношение всё равно удивляло и продолжает удивлять. Как будто люди сами не животные, сами никогда не какают. Ладно, воду в унитазе за собой спускают (почти) все, но дома свои загаживает множество «разумных» так, как ни одна кошка не станет. Часто мне кажется, что человек произошёл не от обезьяны, а от свиньи. Большинство животных гораздо чистоплотнее большинства людей. Есть, конечно, исключения в обеих группах.

Не говоря уже о том, что в переносном смысле компьютеры ещё как гадят. А люди – тем более: совершают подлости, на которые животные не способны по определению.

Но вот у меня завёлся муж-компьютерщик, и его тоже напрягает кошачья физиология… Тут мне крыть нечем: его чистоплотность превышает мою. Но в целом несправедливость остаётся.

КОТ-ЙОГ И ДРУГИЕ ВПИСЧИКИ

Есть у нас в тусовке востоколюб Антон Зинченко, он вечно то продаёт элитный чай, то открывает клуб любителей кундалини-йоги или цигуна, и уже сам стал похож на индуса, даже без тюрбана. Однажды он позвонил мне с просьбой вписать кота. Община йогов снимала многокомнатную квартиру, а тут вдруг квартиру собрались продавать. Йоги рассосались по впискам и временным комнатам, но у них был кот, которого нигде не принимали.

Мой муж Юра только-только оправился от раздачи котят, а тут новая напасть. При всех его уникальных позитивных качествах есть у него дефект воспитания: не любит домашних животных. Но делать нечего: «любишь меня – люби и мою собаку». Кота вписали.

Он оказался длинным и чрезвычайно тощим, как и подобает йогу. И ходил на задних лапах. Правда, не всегда. А питался хлебом! Девушка, которая его принесла, выдала нам туалетную кювету с клочком газеты, миску для еды… и белую горбушку. Положила в миску – и кот половину отъел.

Ну, мы такого аскетизма не допускали и йога испортили. Всех котов кормили одинаковой едой. Сначала ел один пришелец: пока наши рычали и шипели, он деловито лопал из их мисок. Наши по-возмущались, а потом притерпелись.

Так к нему и прилипла кличка Чужой. Он действительно напоминал пришельца, принявшего облик земного кота.

Забрали йога через месяц. За это время он ничуть не поправился и ходить на задних лапах не перестал.

Потом я ещё вписывала котов на передержку. Полтора месяца жил ангорский кот Маркиз, очевидно породистый, но тоже почему-то тощий. Ему хозяин поставлял дорогущую еду – а ели её втроём. Голос у Маркиза напоминал несмазанную дверь. Ходил кот по квартире и скрипел. При каждом визите хозяин загружал меня киношными обывательскими проблемами – ну, такими, как в сериалах показывают, а в нашей жизни не бывает. Иногда у меня создаётся впечатление, что мы с собеседниками живём в разных измерениях, в параллельных мирах.

Тётя Катя вписывала своего кота Рыжика на месяц. Так у нас был Союз Рыжих. Наши коты всегда поначалу шипели и рычали, особенно вредина Кисмет, а потом привыкали. Коты-самцы иногда устраивали концерты и чуток дрались, но до криминала не доходило, только клочья шерсти приходилось с пола собирать. Никто из котов не промахивался мимо туалета и не метил специально. Хотя разовые эксцессы, правду сказать, при первом знакомстве бывали. То ли везёт мне на чистоплотных кошек, то ли другие люди воспитывать их не умеют. И ни от кого из вписчиков наша кошка не рожала, хотя все они были полноценными котами. Просто не было у неё в это время течки, такая вот верность.

ГОЛОСА

Муж Юра любил эксперименты. За что он мне и понравился. Однажды Юра специально для наших зверей нашёл в своей фонотеке песню под названием Cat Love, или Cat Song, что-то вроде этого. Песня как песня, только вступлением к ней идут голоса кошек – классический мартовский концерт.

Наши коты моментально вздыбили шерсть и прижали уши. У Кисмет на спине встал гребень, как ирокез у панка, а хвост распушился, как ёршик для посуды. Она тут же съездила по морде Хуану: такая у неё реакция на стресс. Стоило в первый раз включить пылесос или стиральную машину, или принести в дом другого кота – она первым делом била мужа, видимо, за непорядок в доме. Голоса прекратились, но звери возбуждённо бегали по дому, запрыгивали всюду, ища источник безобразия и угрожающе вопя уже самостоятельно.

Минут через двадцать они успокоились, тогда экспериментатор снова включил запись. История в точности повторилась, только без мордобоя. Звук исходил из колонок, но наши коты почему-то решили, что враг заходит в окно, и с воинственным видом обосновались на подоконнике.

В третий раз реакция была гораздо слабее, но была.

А вот попробуйте сами – как себя поведут ваши кошки? А собаки?

ДЕВЯТЬ ЖИЗНЕЙ

Говорят, у кошек девять жизней. Наш Хуан, несомненно, израсходовал две.

Первый раз был у него в полтора года. Квартира у меня на 16 м этаже: я люблю жить «в космосе», а ближе к земле чувствую себя приплюснутой. Кот ходил по балкону и иногда сидел на парапете, но я полагала, что у него хватает ума оценивать высоту. Оказалось, нет. Соседи снизу голубей прикармливали, может быть, дело в этом.

В это время на балконе курил мужик. Сам спихнуть кота он не мог – любит их очень. Говорил потом, что услышал только «мяв!», огляделся и увидел, как кот летит. На пушистом своём мехе планирует. А приземлился с таким громким звуком, что ожидал мужик красную лепёшку.

Заходит он в кухню и говорит спокойно так, но глаза большие:

– Кот упал.

– Чего?!

– Кот упал, говорю, с балкона. И побежал.

– Чего ты гонишь, так не шутят!!

– Я и не шучу, иди посмотри.

Бегу на балкон – правда, кот внизу, но от балкона уже далеко, улететь так невозможно. От ветеринаров я слышала примету: если кошка после падения останется на месте – не выживет, а уйдёт или хотя бы уползёт – выживет.

Оставила мужика вызывать ветеринарную скорую, сама вихрем в лифт. Хуан выглядел совершенно целым, никакой крови, только перепуганным и перепачканным в земле. На участочке под балконами бабушки сажали цветочки, кот прилетел на вспаханную землю. Может, это его и спасло.

Ощупала его: хребет цел, лапами двигает, хвостом мотает. Взяла очень осторожно, принесла домой. От шока кот всё пытался куда-то убежать или запрыгнуть. Задние лапы двигались странно, я не могла понять, есть ли перелом. Я удерживала и гладила Хуана, пока скорая ехала по пробкам. В запарке мужик наш выспросил первый попавшийся телефон по 09, эта клиника оказалась на другом конце Москвы. По телефону нам посоветовали дать коту кордиамин и назвали пару кровоостанавливающих препаратов (времена хлористого кальция, слава Богу, прошли) на всякий случай. Внутреннее кровотечение явно было, но слабое. Мужик метнулся в аптеку, залили кордиамина коту и хлопнули сами.

Врач вколол что-то сильно седативное, расслабленного кота прощупал и перелом нашёл. Увёз его с собой в стационар – наблюдать последствия шока. В опустевшей квартире мы очень нервничали.

Через сутки я приехала к ним в клинику. Рентген показал перелом одной подвздошной кости – это в тазу такая косточка, у людей на неё приходится поясной ремень рюкзака. Вот это крылышко и отломилось. Как он ухитрился на бок прилететь – лапы все целы. Предлагали операцию, но предупреждали, что остеосинтез – штука тяжёлая, а кошки наркоз вообще плохо переносят. Я решила: пусть лучше остаётся хромым.

При мне сделали коту паранефральную блокаду – это укол новокаина в околопочечную клетчатку, чтобы не вырабатывались стрессорные гормоны, и боль снижает тоже. Действует неделю. Врач измерил глазом Хуаново тело и молниеносно – тык, тык – кот даже не дёрнулся. После чего прочёл убедительную лекцию на тему «не пытайтесь повторить это самостоятельно». В самом деле, выглядит очень просто, а стоит довольно дорого. Видимо, многие хозяева соблазняются кажущейся простотой. Ну, мне не надо было объяснять, насколько фатально чуть-чуть промазать.

Кота рекомендовали забрать домой и выхаживать. В общей сложности его полёт обошёлся мне в 14 тысяч. Но ведь выжил, бейс-джампер чёртов!

Я ещё две недели делала Хуану разные уколы в холку. Удобная шкирка у кошек! А заливать лекарства в рот ему очень просто – чрезвычайно лояльный зверь. Но реальные трудности вызвало его упорное стремление посещать привычный туалет – ванну. Обычно это очень удобно для уборки, но с переломом так высоко прыгать кот не мог. Пришлось строить ему целую лестницу из табуреточек и коробочек, снаружи и внутри ванны. Когда мылись, убирали внутреннюю лестницу. Но Хуан всё равно пытался запрыгивать на привычные места в доме. Посмотрев на это, один из гостей сказал:

– Видимо, не прыгать этот зверь не может.

Однако смог, когда кончилась блокада. Несколько месяцев подвижность его была ограничена. Но вот что примечательно – и этот пострадавший со временем совершенно перестал хромать! Хотя никто и не надеялся. Отломок кости, по-видимому, рассосался.

Со временем старые привычки кот восстановил и приобрёл новую: забираясь ко мне на колени, утыкаться в меня носом. Это знак доверия и благодарности. Поначалу я вспомнила «Белого Клыка» Джека Лондона и растрогалась.

Вторую жизнь Хуан израсходовал, когда ему было пять лет. Вернулась я в мае из Карелии – а у кота полная закупорка уретры, резко так. Песок в пузыре, хотела его по приезду ветеринару показать, но не думала, что так сурово будет. Первые симптомы всего пару месяцев тому назад появились, мы сначала удивились, с чего это он вдруг стал метить: делать на полу маленькие лужицы.

Двое суток кот не мочился совсем! Это мне сказали, когда я вернулась домой вечером. Кто может себе представить, что он чувствовал? А он мурлыкал, когда его гладили! Хотя был совершенно никакой, лежал пластом, отравленный собственными отходами. Но круглосуточную неотложку я проигнорировала, раз уж столько времени прошло, а с утра повезла Хуана на приём к однокласснице. Недавно у нас была встреча одноклассников, и я узнала, что Аня Сахарова стала ветеринаром в крутой клинике «Белый Клык» при зоопарке. Вот и пригодилась…

Аня на меня справедливо наехала за такое невнимание к животному. Катетер воткнуть не удалось, воткнули шприц и оттянули кубиков 15 кровавой мути через дырочку в правом боку. И оставили ждать операции, потому что неотложных пациентов было множество. Оперировали уже вечером, после рабочего дня. Аня звонила мне, подробно обрисовывала перспективы и тактично спрашивала, за что я готова платить, поясняя, что будет, если я этого не сделаю. Если бы человеческие врачи хоть вполовину так же чутко относились к пациентам! Она многое бесплатно сделала, но за саму операцию семь штук я отвалила хирургам.

Опасения подтвердились: в изогнутой уретре лежал огромный каменюка, который удалить было невозможно. Пришлось вырезать коту всю его мужскую систему и делать искусственную «дырочку как у девочки». Знала бы я, что болезнь так ураганно развиваться будет… Ещё боялись, как он от наркоза отойдёт при таком токсикозе. Жена-кошка в то время была на сносях, через недельку родить должна была второй раз. Такие хорошие дети у них были, а больше не будет детей.

Кот выжил. Только теперь он не кот, а некто среднего рода: как у плюшевого мишки – гладкий живот с шовчиком. Классический мужской кошмар по Фрейду. Говорят, был похож на Франкенштейна: с бритой задницей в кровоподтёках и длинным швом, с катетерами под хвостом и в лапе, в пластиковом воротнике. Кошка перепугалась, с холодильника не слезала два дня.

Недели три Хуан носил модные памперсы с дыркой для хвоста (я вырезала) и воротник, чтобы шов не разлизал. Жена его долго не признавала, шипела и рычала. Дважды в сутки я обрабатывала страдальца всякой фигнёй, другую фигню в рот заливала. Есть ему можно было только специальный корм, один пакет Аня подарила. И ещё подарила забытую клиентами переноску для кота: раньше-то он всегда здоровым со мной ездил, на рюкзаке или за пазухой, а в больницу – в коробке. Аня категорически не брала от меня денег, даже ненужные медикаменты мне еле удалось ей впарить. Зато книги в подарок приняла.

Сидя в приёмной, я наблюдала сильные сцены. Семья из трёх человек привезла в переноске кота, упавшего с балкона. Через пять минут вышел ветеринар и очень мягко сказал:

– Вы привезли мёртвого кота. У него был разбит нос, он захлебнулся кровью очень быстро. Вы ничего не могли сделать, там все внутренние органы разбиты тоже.

Одна девушка стала рыдать, у другой слёзы полились беззвучно, мужчина с трудом сдерживался. Сотрудники клиники принесли чего-то успокоительного. А люди в приёмной выглядели виноватыми. За то, что их звери больны, но живы. Я тогда понимала, что все чувствуют: «Извините, что цел».

В другой раз в приёмную выскочила большая чёрная собака с совершенно бессмысленными мутными глазами и болтающимися трубками, из которых капало. Она слепо тыкалась во все предметы, видно, старалась убежать от боли и страха. Весь народ опешил. Тут как раз вышла наша Аня. Увидев собаку, она моментально сгребла её в охапку – а девушка маленькая и субтильная – и понесла обратно, ровным голосом повторяя под дверями операционных:

– Кто потерял собаку?

Наш Хуан прекрасно выздоровел, шерсть отросла, стал как новый. Немного потолстел от кастрации, но не слишком. Носится за фантиками как маленький, красиво тряся пышным мехом, а потом отдувается. Как заслышит, что конфету разворачивают, прибегает и жадно следит, куда денут фантик. Берёт его в зубы и уносит, а потом уже футболит. И на пару с кошкой они такую чехарду устраивают, что любо-дорого.

Приходится ему теперь соблюдать диету и иногда пить травяной настой «Котэрвин». Про рыбу и сухой корм я спрашивала, отчего у него песок и камни завелись. Он сырую рыбу очень любит, а теперь нельзя. Но ветеринары говорят, это в гораздо большей степени наследственное.

Ещё семь жизней у Хуана осталось.