Текст книги "Венецианские страсти (СИ)"
Автор книги: Татьяна Ренсинк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)
Глава 31
– Петенька, – прильнула с нескрываемым страхом в душе в объятия милого Иона, когда тот остановился с Тико у двери её гостиничной комнаты.
– Иона, любимая, тебе с нами нельзя. Мы только поговорим с этим Филиппом, – пытался уверить в хорошем Пётр, но любимая переживала сильнее. – Умоляю, думай о нашем малыше, – гладил он её пока мало заметный живот.
– Нет, Филипп опасен! Я верю этим рассказам о нём! Этот человек ужасен! Я боюсь, ты не вернёшься от него! Ни ты, ни Тико!
– Пусть идёт с нами, – кивнул в поддержку Тико рядом. – Дадим пистолет. Будет наготове за дверью?
– Ну,... может, – кратко поразмыслив, Пётр всё же согласился с предложением друга.
Так всё и устроив, Иону спрятали за шторами окна в коридоре прямо у комнаты Филиппа. Она прижимала к груди пистолет, готовая использовать его в нужный момент, и любимый одарил её губы тёплым поцелуем:
– Я вернусь, голубка моя, – прошептал он трепетно.
Иона скрылась за шторой. Воцарилась тишина. Словно в гостинице никто, кроме них, не находился... Переглянувшись друг с другом, Тико и Пётр кивнули в обоюдном решении. Тико постучал в дверь, и оба застыли в ожидании.
Дверь скоро открыл высокий молодой человек. Его узнали... Это был один из тех самых маркизов Сурви: друзей Филиппа. Тот же, не представляя, кого видит, смотрел с удивлением. Сделав шаг навстречу, Пётр с важным видом сказал на французском языке:
– По поводу расследования убийств и покушений на жизнь. Полагаю, Ваш король желает знать больше о происходящем.
Оглянувшись с настороженностью на кого-то, кто ещё был в комнате, маркиз пожал плечами. Он видно получил знак пропустить нежданных гостей и указал рукой Петру с Тико проходить. У окна, за столом, отдыхая с бокалом вина и богатством закусок, сидело ещё двое молодых мужчин: второй маркиз Сурви и сам Филипп.
Филипп, действительно, имел вид величественный, гордый, уверенный в своей силе и власти короля, которую получил не столь давно. Заметно было уже по глазам, что души всех троих похожи, что не остановятся ни перед чем, будь то даже самое жестокое зло, лишь бы добиться той цели, которая поставлена.
– Граф Аминов, – на французском представился Пётр, и Тико следом тоже:
– Граф Фальк.
– И вы ведёте некое расследование, – с явным интересом спросил Филипп, поддерживая беседу на французском языке.
Указав на кресла у стола, он пригласил сесть, и гости, когда все сидели, получили каждый по бокалу вина.
Не дожидаясь другой минуты, Пётр приступил к делу:
– Несколько дней назад на набережной было совершено убийство дипломата Швеции. Мы расследуем.
– Какое отношения к шведу имею я? – без эмоций вопросил Филипп.
– Вы так же обращались в полицию насчёт покушения на личную жизнь? – задал вопрос Тико.
– Да, разумеется, – расслабленно выдохнул Филипп и откинулся на спинку своего кресла, пригубив вина. – Да, кто-то рьяно ходит по следам. Убили моего секретаря! Тогда и заявил в полицию, но, поскольку здесь принято ходить в масках, под которыми преступникам столь легко совершать свои злодеяния, то найти кого-либо трудно. Полиция разводит руками, увы. А вы пытаетесь найти убийцу, – усмехнулся он, не веря в благополучный исход дела.
– Искать надо, не сдаваться, и должно получиться, – с верою кивнул Тико, а один из маркизов Сурви поддержал:
– Вот именно! Сдаваться нельзя никогда! Мы такого же мнения!
– Только секретаря убили? – поинтересовался сразу Пётр.
– О, нет, – отвечал Филипп. – Ещё пару моих приближённых, из моей охраны. Остальных пока ранили и меня пытались пристрелить!
– Меня ранили, – подтверждал другой маркиз Сурви.
– Где Вас пытались пристрелить? Не на набережной? – продолжал подводить к нужным признаниям Пётр.
– И там тоже,– кивнул Филипп и прищурился. – Вы подозреваете, что вашего дипломата убил тот, кто охотится на нас?
– Вполне возможно, – подтвердил Тико.
– Это же, – улыбнулся один из маркизов Сурви Филиппу, и тот улыбнулся в ответ, понимая всё без слов:
– Да, это может помочь нам выйти на убийцу.
– Именно так, – улыбнулся с ними вместе и Пётр.
– Вы его найдёте, думаете?! – с надеждой взглянул Филипп.
– Я всё сделаю для этого, – обещал Пётр. – Но мне нужны детали того покушения, убийства на набережной.
– Что ж, – выдохнул Филипп и рассказал. – Я садился в гондолу, когда кто-то выстрелил. Рядом упал в воду некий господин, полагаю теперь тот дипломат, а в мою гондолу попал ещё выстрел. Я эту гондолу только купил для своих развлечений! Сразу подбили!
– Выстрелов было два? – вздёрнул бровью Тико.
– Выходит, что так, – с недовольством развёл руками Филипп. – А теперь, надеюсь, помог вам и не будете меня больше тревожить. Иных фактов не знаю. Хотелось бы проводить отпуск с наслаждением, а не увлекаться расследованием или убийцами.
– Понимаем, – поднялся Пётр с Тико. – Разумеется.
Маркиз Сурви тут же встал следом и открыл им дверь на выход. Ясно было всё...
– Сообщите, как найдёте, кто это. Можете просто письмо прислать мне во дворец, – сообщил вслед Филипп, и дверь за Петром с Тико закрылась.
– Любимый! – тут же вышла из-за штор у окна рядом Иона.
С облегчённым вздохом она прильнула в его крепкие объятия, и Пётр улыбнулся:
– Всё хорошо, голубка моя... Теперь всё хорошо. Эти люди нам не понадобятся больше.
– Будем верить, – с расслабленным вздохом закурил свою трубку Тико и шёл за ними, удаляясь всё дальше по коридору.
Он иногда оглядывался убедиться, что никто не следит, и, когда пришли к своим комнатам, сказал:
– По крайней мере мы вышли живые.
Пётр с удивлением оглянулся...
Глава 32
– А что? – курил Тико трубку и был серьёзен.
– Идём, выпьем перед сном коньяка, – позвал Пётр.
Обнимая любимую, он прошёл в его с Тико комнату. Сев сразу на диван, Тико продолжал курить трубку и смотреть в пол. Чувствуя, что друг наполняется новыми переживаниями, Пётр поцеловал Иону и проводил её сесть на одно из кресел. Сам же скорее налил в две рюмки коньяка и протянул одну из них Тико.
– Судя по рассказам, они крайне опасные типы... Я б хотел живым вернуться к детям, – сказал сразу тот и пригубил своего напитка.
– Правда?! – улыбнулся ему Пётр, подав любимой стакан воды и сев рядом с ней. – Я рад, что он всё же о детях думает.
– И мы думаем, – поняла намёк она, погладив свой ещё мало заметный живот. – Ему там хорошо, поверь. Всё чудесно.
– Хорошо, – подмигнул ласково Пётр и взглянул на Тико, который вздохнул:
– Дети – всё, что у меня осталось...
Дальше вечер длился не долго. Пётр завёл беседу о весёлых случаях с детьми дома и детьми Тико, пока друг не выпил столько, что уже расслабился и был готов уснуть. Только тогда Пётр покинул его, укрывшись с Ионой в их соседней комнате.
– Я не мог оставить его таким, – ласково целовал милую он, помогая раздеться и лечь в постель.
– Я знаю, – устало улыбнулась она в ответ. – Иначе бы он плакал всю ночь.
– Верно, – хихикнул Пётр...
Скоро оба, уставшие, расслабленные, нацеловавшись, уснули в объятиях друг друга. Снова счёт времени был потерян. Снова было так хорошо, что покидать это тепло совершенно не хотелось.
Раздавшийся же стук в дверь заставил вздрогнуть обоих. Поцеловав милую в плечо, очнувшийся Пётр скорее прошептал:
– Спи, лапушка... Я проверю, что там... Отдыхай ещё...
Он накинул висевший на стуле рядом халат и направился к двери, куда снова кто-то постучал. Оглянувшись на продолжающую спать любимую, Пётр тихо отворил дверь и увидел стоящего на пороге господина. Тот приподнял маску на лице, чтобы показать своё лицо.
– Генрих, – вспомнил его Пётр, и Генрих поспешил сказать:
– Филипп вдруг уехал путешествовать по Италии и когда вернётся – не известно!
– Он мне не нужен, – улыбнулся Пётр.
– Вы что-то узнали ещё? Я говорил с Алексом, – прошептал тот, постоянно оглядываясь в коридоре.
– Вы в панике? – тоже выглянул в коридор Пётр и наигранно сделал удивлённый вид, так же оглядывая пустое от других людей пространство. – Враги же уехали?
– Прекратите издеваться, – строго выдал Генрих. – Это политическое дело.
– Вот и занимайтесь им. У меня иные дела, – строго и на полном серьёзе выдал Пётр. – Если я найду убийцу, узнаете всё в любом случае. Только советую вам всем пока задержаться в Венеции. У меня наверняка будут ещё вопросы.
– До встречи, – всё понял Генрих и поспешил уйти.
– Нервные какие, – усмехнулся Пётр, закрыв дверь, и вернулся сесть на постели.
Иона сразу повернулась и обняла за плечи:
– Думаешь, бежал Филипп? Боится, что всё же убьют?
– Ты всё слышала, – улыбнулся довольный он.
– Не могу спать с такими событиями, – одарила она его плечо поцелуем. – Только не уходи без меня.
– Одевайся. Я пока допрошу слугу, который помогал сему Величеству. Кто-то же должен был ему помогать здесь, – задумчиво молвил Пётр.
Он поспешил переодеться и, пока Иона была занята собой, вернулся к Тико. Оба согласились с идеей допросить слугу или слуг, которые помогали здесь, в гостинице, Филиппу и его свите.
Узнать таким образом многое не удалось, но тот единственный слуга поведал, что только его подпускали помогать данному королю с переодеванием или же мытьём. Он сообщил, что знает точно: Филипп со своими спутниками вернётся ещё в Венецию, а в данный момент уехал путешествовать по Италии, поскольку здесь стало беспокойно и крайне опасно. После, по словам этого слуги, Филипп планирует вернуться домой кораблём.
– Испугался? – предположил Тико, когда вернулся с Петром в комнату к Ионе и оба рассказали ей о беседе со слугой.
Она же, давно готовая к новому дню и ожидающая их возвращения здесь, улыбнулась. Выдержав паузу, Иона смотрела в ответ на удивлённого любимого.
– Алекс хотел преследовать Филиппа, но упустил его таким образом. Никто не знал, что Филипп уедет вдруг и на неизвестное время. Я спускалась заказать завтрак, видела его в этот ранний час уже выпивающего несчитанное количество спиртного в кафе гостиницы, – призналась она скорее прежде, чем супруг может возмутится.
Пётр и хотел высказать недовольство, но, понимая, всё же расслабленно выдохнул:
– Да, мы задержались у слуги... Завтрак пропустили.
– Следует присоединиться к обеду с Алексом, – улыбнулся Тико.
Засмеявшись такому плану, Пётр с Ионой последовали за ним вниз, в кафе. Там быстро нашли стол, за которым Алекс сидел в компании Генриха и пары друзей. Их сразу пригласили присоединиться. Слуги придвинули дополнительный стол, и все удобно расселись вокруг.
– Видя ситуацию, не собираетесь вернуться просто домой? – поинтересовался Тико во время обеда после знакомства с каждым из спутников Алекса и краткой беседы об отъезде Филиппа.
– Алекс отказывается, – кивнул Андре, приходящийся братом Кэтрин. – По его следам хочет идти.
– Заигрались, – понимал Тико и улыбнулся наблюдающему за всем Петру. – Это явно не убийцы.
– Не такие, нет, – еле слышно молвил он, доев свой обед и сделал глоток кофе.
– Мы в любом случае план свой будем претворять в жизнь, когда вернёмся домой. Там с Филиппом разберёмся в считанные дни, – уверенно сказал Крис.
– Вам, как истинному наследнику престола, – взглянул в ответ Пётр. – Пожелать хочется удачи.
– Всё будет, – был не менее уверен в успехе Генрих.
– Что ж, – с улыбкой надев треуголку, Пётр поднялся и улыбнулся Алексу, который взглянул с ухмылкой и полными хмели глазами. – Думаю, и убийства прекратятся теперь, не так ли?
– Вы подозреваете меня, удачи и Вам, – выдал будто с презрением тот.
Глава 33
– Граф, – сел Пётр обратно к столу и обратился к уже довольно опьяневшему от выпитого Алексу. – С Вами общаться пока бесполезно. Я узнал достаточно, чтобы выйти на след убийцы. Осталось найти гондолу Филиппа. Вы только на один вопрос ответьте снова... Вы из какого оружия стреляли?
– Из своего пистолета, – вытащив тот, Алекс встряхнул оружием перед носом собеседника.
Крис тут же вырвал пистолет и положил на стол:
– Тише, друг, тише... Господа не враги. Может, и правда, узнают истину, что не убивал ты их дипломата.
– Как было сказано, – склонился с более дружелюбным выражением лица перед Алексом Тико. – Мы проверим сначала гондолу... Раз Вы утверждаете, что звук оружия был больше похож на мушкетон или охотничье ружьё.
– Я могу ошибаться, – нервно смеялся Алекс, пытаясь через опьянение смотреть прямо в глаза.
– Простите, а у Филиппа была своя гондола?! – удивился Генрих.
– Да, он сам упомянул, что купил гондолу для развлечений. Только купил, и подбили, – признался Пётр, внимательно осматривая пистолет.
– Ясно, как всегда любит сорить деньгами, – улыбнулся тогда Генрих и добавил. – Он уже и с Наполеоном встречался. Насколько известно, говорили о совместном ведении дел.
Видя, что Пётр, вернув Алексу пистолет, мельком поглядывает на печальную подле супругу и видно желает уйти, Тико обратился к нему:
– Думаю, нам следует поспешить.
– Тем более, что нас ждут, – взглядом указал Пётр на выход, где у двери, словно подглядывал и ждал, стоял генерал-губернатор.
Иона сразу посмотрела туда же и встала из-за стола. Все следом поднялись, чтобы попрощаться на этом, и Алекс поцеловал руку Ионы:
– Благодарю за попытку поддержать.
– Это не было попыткой. Я поддерживаю до сих пор, – тепло улыбнулась она. – Я прошу, наберитесь терпения. Последнего терпения. Вы расправитесь с Филиппом, а мы найдём того, кто стрелял вместо Вас.
– По Вашим же врагам, что удивительно, – добавил Пётр с нотой недоверия. – Будто кому-то делать нечего, как стрелять по Вашим врагам вместо Вас и подкладывать такие же рисунки, что хотели подложить Вы. Не кажется всё комедией?
– Мы закончим на сегодня эти размышления. Они вряд ли к чему приведут, – сказал строго Генрих. – И наша сторона, и ваша понимаем безумие, что происходит, и недоверие друг к другу. Но время всё расставит по местам.
– Вы правы, – согласился Пётр.
Он с Ионой и Тико поспешил откланяться. Многое ещё предстояло в тот день узнать, но первое – уединиться для беседы с генерал-губернатором...
Тот сразу вышел на улицу, понимая, что к нему вот-вот подойдут, и, когда шли рядом, словно прогуливались, сказал:
– Я должен уезжать, увы. Возвращаюсь в Швецию. Дела не ждут. У вас уже есть результаты? Хоть какой-то намёк на то, что убийца будет найден?
– Разумеется, – улыбнулся Тико, и Пётр добавил:
– Можете спокойно передать королю, что убийца будет найден. Увы, сказать точно, когда, не смею пока.
– Король будет доволен, если найдёте. Про пользу полиции не напоминаю, – вздохнул генерал-губернатор и остановился. – Что ж... Помните, Линдберг – друг короля, как бы там кто ни говорил. Участие его в заговоре ещё нужно доказать. Потому стоит сначала найти преступника и привезти его в Швецию для дальнейшего дела.
– Что, если Линдберг был убит случайно? – предположил Тико.
Генерал-губернатор вздёрнул удивлённо бровью, а после паузы вопросил:
– Это как?! Вы подозреваете, убить хотели иного?!
– Именно так, – подтвердил Пётр. – Но нам предстоит многое выяснить.
– Что ж, выясняйте. Вы знаете, что король будет требовать ясности в этом деле, – развёл руками генерал-губернатор.
Он не знал, как быть: не верил до конца, что в этом деле получится всё выведать, но доверял своим людям. Оставляя их в Венеции, он скоро ступил на борт корабля.
Пётр, Иона и Тико, распрощавшись с ним, решительно вернулись в гостиницу. Снова нашли слугу, который помогал Филиппу. Снова попросили его уединиться для беседы, и там, в своей гостиничной комнате, Пётр сказал:
– Известно, что король купил гондолу для своих развлечений в Венеции. Вам известно что-либо об этом?
– Да, слышал, – кивнул тот. – Но я большую часть времени провожу здесь, на службе.
– Где бы он мог купить гондолу и хранить её? – тогда задал следующий вопрос Пётр.
– Купил он, как и многие покупают, у самого Ломбардо. У него самые лучшие гондолы! – сообщил слуга, не совсем понимая происходящее, но скрывать ничего явно не собирался. – Вы можете найти его у канала Вигано. Там сразу видна вывеска с его именем и много разных гондол...
Глава 34
После беседы со слугой в гостинице Пётр с Ионой и Тико прибыли к тому самому каналу, о котором слуга говорил: Вигано... Канал был широкий, тянущийся далеко. Здесь и множество кораблей, и гондол.
Увидев вывеску над линией колыхающихся на волнах лодок, Пётр переглянулся с довольными спутниками. Удача была с ними. Ломбардо – пожилой, одетый в старую одежду мужчина выглядел невзрачно. Только тепло в глазах, полных любви к Венеции и своему делу, светилось из глубины души. Он любезно приглашал проходивших мимо прокатиться на гондолах или же купить одну из них, чтобы обладать таким сокровищем навечно.
– Неужели Ваши гондолы столь прочны? – улыбнулся, представ перед Ломбардо, Пётр.
Он спросил это на французском языке, что ничуть не удивило самого хозяина гондол, и тот любезно кивнул:
– Уверяю! Проверьте сами! Прошу! – звал он к любой из них. – Прокатитесь! Осмотрите!
– Осмотреть бы мы согласились, – кивнул довольный Тико. – А скажите, если кто выстрелит в гондолу, она выживет?
– Вы шутите?! – поразился Ломбардо, будто обидели. – Мои гондолы лучшего дерева. Прочнее любого корабля! Немного повредить обшивку легко, но уничтожить мои гондолы может только огонь.
– Разрешите спросить, – с интересом добавил Пётр, осматриваясь вокруг. – А где хранят купленные гондолы покупатели?
– Кто где, сударь, – удивился Ломбардо. – Есть и у меня места для хранения гондол, пока хозяева не вернутся.
– Разрешите взглянуть на одну из них? – протянул ему Пётр документ, когда-то полученный от начальника местной полиции Занетти, разрешающий проводить расследование.
– Вот как? – чуть поразмыслив, но внимательно осмотрев печать Занетти, Ломбардо погладил свою щетину и спросил. – А чью гондолу Вы хотите осмотреть?
– Короля Филиппа, – наклонившись к его уху, Тико прошептал имя и подмигнул.
Ломбардо не совсем понимал происходящего, но чувствовал, что дело куда более серьёзное, что мешать столь настырным собеседникам не стоит. Он молча указал следовать за ним и привёл к находящемуся недалеко деревянному построению, похожему на сарай. Ворота были с двух сторон: на канал и на пристань, на которую пришли.
В самом помещении было светло от множества окон на крыше и боковых стенах. По краям стен располагался узкий проход к гондолам, что стояли на воде посередине подле друг друга.
– Где-то здесь, – пролистав висевшую на ремне записную книжку, Ломбардо подвёл спутников к нужному транспорту. – Должна быть эта гондола...
Он прочитал название её и сравнил с записями:
– Да, она. Прошу, осмотрите, но осторожно.
– Разумеется, – кивнул Тико, присев на корточки и принявшись вглядываться в видимое отверстие от выстрела на обшивке.
– Вы можете присутствовать, – заметив попытку шагнуть в сторону, сказал Пётр Ломбардо, и тот остановился, с удивлением наблюдая происходящее.
Пётр сел рядом с Тико, прикоснулся к углублению от выстрела и стал гладить, проверяя его на ощупь:
– Действительно, похоже на выстрел от пороха... А Вы правы, – оглянулся Пётр на Ломбардо с улыбкой. – Гондола сделана из крепкого дерева! Это повреждение легко исправить.
– Увы, я не могу ничего сделать. Эта гондола уже не моя, – улыбнулся тот в ответ.
– Что ж, – со вздохом выпрямился Тико. – Никакой картечи не заметно... Может, действительно, не Алекс стрелял.
– Я же говорю, я явно видела при нём пистолет тогда, а не ружьё или мушкетон, – с гордостью высказалась довольная рядом Иона. – Горжусь собой!
– Да, это так, – одарил её теплом восхищения Пётр. – Ошибиться в этом ты точно не могла.
– Пора поговорить с Занетти, – кивнул Тико. – Он не говорил, что было вскрытие? Тело Линдберга ведь похоронили.
Пётр резко взглянул с широко раскрытыми глазами. Он молчал. Он взирал так, словно его пронзила стрела понимания.
– Чёрт возьми,... говорил...
– А вот теперь и я горжусь собой, – улыбался с гордостью Тико, выходя следом за засмеявшимся другом и Ионой на улицу...
Глава 35
– Жерардо Занетти, – кивнул в приветствие Пётр, когда его с Тико и Ионой начальник полиции принял вновь у себя в кабинете.
Занетти пригласил сесть к столу, достал вновь дело об убийстве Линдберга и положил папку с этими бумагами на стол:
– Вы вышли на след? Неужели удалось?! – удивился он, искренне радуясь тому обстоятельству и сразу перейдя на беседу на французском языке.
– Почти, – улыбнулся в ответ Пётр, а Тико добавил:
– В прошлый раз Вы упомянули о вскрытии Линдберга перед тем, как его похоронили.
– Да?! – удивился тот и посмотрел в бумаги. – О, да, было вскрытие. Извините, столько дел уже было, подзабыл. Убийства продолжаются.
– С теми же рисунками? – смотрел с удивлением Пётр.
– Вы знаете, этих убийств стало меньше, – сказал Занетти.
– Снова кого-то убили?! – поразилась Иона, переглянувшись со своими спутниками.
– Да, вчера, – признался Занетти. – Только этот убитый никак не связан с тем королём. По крайней мере, о его связи не известно. Убитый был итальянцем. Каким-то актёром. Лет двадцать пять ему, – махнул он рукой.
– Странно, – вздёрнул удивлённо бровью Пётр. – И ему тоже подложили тот рисунок?
– Совершенно верно, – кивал Занетти.
– Однако,... что ж,... нас пока интересует вскрытие Линдберга. Что было обнаружено?
– Да ничего особенного, – протянул бумаги тот. – Стреляли прямо в сердце. Смерть мгновенная. Выстрел мощным был. Картечью.
– Чем? – смотрел внимательно Пётр, а сам уже догадывался обо всём.
– Рубленым свинцом, – уточнил Занетти, снова заглянув в бумаги...
Всё было понятно... Больше вопросов к Занетти никаких не было. Хотелось скорее вернуться в гостиницу и поговорить снова с Алексом. Однако того на месте не оказалось. Лишь Генрих, который развёл руками и на вопрос о том, где остальные, с сожалением сказал:
– Алекс выследил одного из знакомых Филиппа, с которым тот в последнее время часто встречался. Тот под давлением признался, где сейчас Филипп, и Алекс умчался туда. Остальные за ним, чтобы остановить.
– Сумасшедший дом, – покачал головой Тико.
– Он убил ещё кого? – сразу поинтересовался Пётр, чем удивил Генриха:
– Вы так и считаете его хладнокровным головорезом!
– Да, – кивнул Пётр. – То, что может кто-то стрелял быстрее его по его же врагам, не меняет факта...
– Милый, – прошептала Иона, прильнув к нему, чем заставила замолчать. – Давай лучше прогуляемся и подождём, когда Алекс вернётся? Уверена, снова недоразумение.
– Мне б твою уверенность, – усмехнулся он, но согласился...
Генрих снова укрылся в своей комнате. Тико после обеда ушёл отдыхать, а Пётр с Ионой – прогуляться у гостиницы, где на улице снова началось представление прибывших артистов. Стоя в стороне с любимой, Пётр обнимал её, наслаждался временем вместе, но следил за каждым вокруг: кто в маске, кто – нет; кто вышел из гостиницы, кто прибыл...
Когда Алекс, снова скрываясь под маской черепа, поспешным шагом появился на улице, Пётр прижал возлюбленную покрепче к себе. Иона сразу оглянулась и увидела Алекса. Тот не замечал никого вокруг... Никакая собравшаяся толпа людей, которые увлечённо лицезрели выступление артистов, не обращала на себя внимание. Никакая слежка. Никто и ничто...
Алекс быстро скрылся за дверями, как поспешили следом и Пётр с Ионой. Он не успел закрыть дверь в свою гостиничную комнату, как Пётр остановил твёрдой рукой:
– Спокойно.
– Ах, Вы уже здесь, – усмехнулся Алекс и пропустил войти.
Он спокойно сел к столу, куда пригласил гостей, и налил в бокалы вина.
– Мне воды, если можно, – молвила Иона, и Алекс опомнился, тут же подав ей стакан воды.
– Сразу скажу, – сев рядом с любимой, начал говорить Пётр, глядя в удивлённые глаза собеседника. – Да, стрелял в тот день, когда убили дипломата Швеции, ещё кто-то, кроме Вас. Если не лжёте и при себе не имели мушкетона.
– Это был пистолет, – строго выдала вновь Иона. – Я видела.
Она сделал глоток воды и обратилась к слушающему их Алексу:
– И видела, Вы заряжали пистолет порохом на глаз.
– Убитый же был поражён картечью, – добавил Пётр. – Мушкетон мог вполне быть у того человека. С ружьём не был замечен никто, верно? Вы ещё упомянули про звук выстрела...
– Да, – ответил Алекс после затянувшейся паузы. – Громким был выстрел.
– Верно, – согласился Пётр и вздохнул. – Хорошо, поверю, что не Вы стреляли, хотя не понимаю пока многого.
– Мне Ваша вера не нужна. Я избавиться от Вас хочу, – смотрел Алекс исподлобья. – Остальных хватает.
– Вполне объяснимо, – сделав глоток вина, Пётр поднялся из-за стола и подал руку любимой. – Доброго вечера. Будем ждать возвращения Вашего короля, а там и дальше выяснять. Вы его разве не нашли?
– Нашёл, – усмехнулся с искренностью Алекс. – Однако он спешит увильнуть. Но я его изрядно пугаю на расстоянии, оставляя в неведении, кто охотится за ним.
– Треплете нервы, – понимал Пётр. – Эта тактика может довести до паники и дать те самые результаты, к которым стремитесь.
– Благодарю за понимание, – кивнул Алекс, но во взглядах обоих было не совсем ясно: поддерживали ли они друг друга или намекали на иное.
Не дожидаясь большего, Иона увела Петра за собой. Алекс, оставшийся вновь один, откинулся на спинку стула и глубоко вздохнул. Он вспоминал вновь прошлое, думал о настоящем, а желание как-то спасти будущее хотя бы дорогих людей снова заставляло бояться не справиться с трудностями. Только теплилась надежда, что всё же находится на верном пути, а тоска звала к единственной любимой – Кэтрин...
