Текст книги "Венецианские страсти (СИ)"

Автор книги: Татьяна Ренсинк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

Глава 27

– Так что шведа Вашего я не убивал, – закончил рассказ Алекс и снова сделал глоток своего вина.

Пётр последовал примеру, отпив из своего бокала, и отставил тот снова на пол у ног. Немного почитав свои записи допроса, Пётр протянул их Алексу:

– Прошу, прочтите, верно всё?

– Может и подписать? – усмехнулся тот.

– Я заставлю подписать, – кивнул строго Пётр. – Когда перепишем всё чернилами на хорошую бумагу.

– Будьте любезны, – указал на чернила и бумагу на столе Алекс. – За чужие преступления отвечать не собираюсь.

– Не боитесь сгинуть прежде, чем уничтожите главного врага?! Он ведь теперь король, – смотрел с ухмылкой Пётр.

– Не боюсь. Нечего больше терять. Убью каждого, и успокоюсь, – прозвучал ответ, и Иона не выдержала:

– Не говорите так! Ваша возлюбленная не выживет, если с Вами что случится!

– Сколько Вам известно, – усмехнулся Алекс и понял. – Ах, Генрих трепал... Любимая, – снова усмехнулся он, уставившись в стол. – Она и не знает пока, что я жив, что выжил всё, что мне теперешний король устроил лишь бы захватить власть, а между тем и женщину, которую захотел.

Слушая это, Пётр прищурился с подозрениями:

– Что же он Вам устроил?

– Казнить пытался, сжечь в огне... Казнь устроил, – допил вино Алекс и выдохнул. – Думаю, моя личная история не имеет совершенно никакой связи с интересующим Вас убийством шведа.

– Это я сам проверю, – кивнул Пётр и достал пистолет, наставив на собеседника. – Прошу, садитесь и перепишите то, что я записал. Проверю, подпишите... Будем ждать окончания расследования. Не смейте сбежать. Я найду.

– Вам повезло, что я – это я, а не настоящий преступник. Вряд ли бы согласился тот вести подобные беседы, – засмеялся Алекс.

Он спокойно поднялся из-за стола, взял его записную книжку и принялся покорно выполнять указанное.

– Неужели Вы так легко хотите оставить любимую? – молвила снова Иона, когда воцарилось молчание, пока Алекс переписывал свои показания чернилами на бумагу.

Он поднял к ней взгляд, но ответа не последовало. Тогда Иона снова стала говорить, не скрывая искреннего сопереживания, пока Алекс продолжал переписывать записи:

– Да, я беседовала с Генрихом. Он ведь тоже сыщик, верно? Да, я знаю немного о Вашей истории с Кэтрин. Но ведь она приезжала сюда именно для того, чтобы убедиться, Вы это или нет. Живы или нет. С ней так жестоко обошлись. Вы не можете оставить её, так любя. Она любит. Вы любите. Вы победите врага, я уверена. Я верю плану Генриха, чтобы свергнуть Вашего короля, Вашего врага. Он правильно делает, что не позволяет хладнокровно убить. Ваш враг должен мучиться при жизни – это куда более ужасное наказание.

– Откуда вы все только взялись? – усмехнулся Алекс, закончив переписывать.

Он поставил подпись под своими показаниями, которые сразу протянул подошедшему для проверки Петру, и тот стал молча читать. Воцарилась тишина. Когда же Пётр стал кивать, Иона выдохнула:

– Отпусти же его, Петенька.

– Что?! – с удивлением взглянул он в ответ. – Я обязан найти убийцу, кто бы он ни был. Это дело государственной важности. Если не хотят обе стороны нежданной и нежеланной войны.

– Вот как? – понимал серьёзность дела Алекс. – Убитый настолько близок вашему королю?

– Да, он один из его друзей, – подтвердил Пётр. – Вам лучше содействовать ради благоприятного будущего того короля, которого мечтаете посадить на престол.

– Это угроза, граф, – кивнул Алекс и поднялся из-за стола. – Но уверяю, убегать не собираюсь. Того, кто мне мешает убивать врагов, тоже желаю найти. Полагаю, это один и тот же человек.

– Вот как? – засмеялся нервно Пётр.

Он выдохнул, вернулся с листами показаний к креслу и устало сел обратно:

– Что ж,... Вы хотите сообщить ещё что-то?

– Теперь да, – кивнул Алекс. – Я пытаюсь убить всех, кто причинил зло Кэтрин. Однако, кроме секретаря, мне пока не удалось никого пристрелить лично. Рядом всегда находился некто, кто делал выстрел быстрее меня.

– Обождите, – вздохнул Пётр и покачал головой. – По Вам, граф, плачет крепость, тюрьма, не знаю, вечная каторга, что там у Вас в стране за наказания. Вы прямолинейно заявляете о попытках убить важных Вашему королю персон.

– И самого короля, – поправил Алекс.

– Петенька, – жалостливо смотрела Иона. – Это сложная история, но и ты бы убивал их всех. Я же тебе рассказывала.

– Не будем это обсуждать сейчас, – усмехнулся он и снова обратился к Алексу. – Значит, кто-то убивает быстрее Вас тех же самых врагов. Это кто? Один из Ваших друзей, может, или сам Генрих?

– Они уверяют, что это не они.

– Да кто же тогда?! – засмеялся с недоверием Пётр. – Кому нужны Ваши же враги и шведский дипломат?

– Дипломат попался под картечь, скорее всего, случайно.

– Картечь, – кивал Пётр.

– По звуку оружия, могу осмелиться сделать вывод, что стреляли не из пистолета. Скорее всего охотничье ружьё или мушкетон, – выдал Алекс. – При мне было только два пистолета, нож и шпага.

– Это нам пока неизвестно, – поднялся Пётр. – Значит, этим же расследованием занимается и Генрих? – оглянулся он на супругу.

– Да, Петенька, – сразу кивнула она. – Так убеждает он.

– Стоит поговорить с ним, как и с остальными, кстати, – задумчиво молвил он.

– Это с какими остальными? – усмехнулся Алекс.

– А рисунки казни? – задал иной вопрос Пётр. – Вы создали?

– Да, идея создать рисунки и подкладывать после убийств принадлежит мне, чтобы запугать Филиппа, а на родине расправиться с ним окончательно, – признался Алекс и сел за стол, принявшись писать свои дальнейшие признания...

Глава 28

– Однако,... кто-то идею рисунков украл, – договорил Алекс, заканчивая писать свои признания. – Стал этот кто-то, как выяснил Генрих, подкладывать убитым. Тем самым, которых хотел застрелить я. Я хотел таким образом вызвать у врага панику... Коль пока убить его не разрешено моими же товарищами.

– Да, прекрасные товарищи, – кивал наблюдающий за ним Пётр. – Они тоже следили за Вами? Может всё же среди них истинный убийца?

– Знаю, что мои друзья следили за мной, – был строг Алекс. – Но они не убивали ни одного из тех, о ком говорим. Часто следил за мной Андре. Это брат Кэтрин. Следил, чтоб знать, что происходит, но никак не мешать. Каждый понимает мою жажду отомстить.

– Да, Петенька, ведь и ты бы мстил за меня, – опять вставила с переживанием Иона.

– Да, мстил бы, но дело не в этом, – взглянул он с теплом в ответ и вернулся к разговору с Алексом. – О, да, сыщик Ваш, Генрих, скорее всего пытается оградить всех вас. Но разберёмся... Говорите дальше.

– Что говорить? Что ещё Вам может помочь? – удивился тот. – Вы, как хотите, я со своей дороги не сверну.

– То есть продолжите убивать?

– Я не убивал. И что теперь, все убийства припишут мне?

– А кто записки ваши подкладывает?

– Не знаю.

– Их же у вас не крали?

– Нет, они все при мне. Полагаю, кто-то украл просто идею.

– Чтоб подставить Вас? Зачем? Кто ещё Ваши враги, которые знают о том, что Вы живы? – спрашивал Пётр, чувствуя, что вот-вот доберётся к истине.

– Я не знаю, – помотал головой Алекс, и видно было, что не лжёт. – А тех, за кем сам слежу, но они не подозревают пока ничего, могу указать.

– Утром же, – кивнул сразу Пётр, получив следующие признания на бумаге из рук Алекса.

Молча прочитав их, Пётр усмехнулся:

– Значит, Ваш король Филипп не догадывается пока, что Вы выжили в той казни, которую он Вам тайно устроил. Теперь Вы скрываетесь под иным именем, сменили внешность... Бородка, усы, парик... Вернулись через четыре года, чтобы мстить ему, помочь и убрать с престола, который он смог неожиданно заполучить после внезапной смерти отца. Понятно, а теперь побрились. Под некоторыми масками так легче скрыться, – задумавшись, выдохнул он и добавил. – Разрешите попросить не уезжать, не исчезать и позволить мне решать, каким образом вести расследование. Я обязан найти убийцу дипломата Швеции. Это уже не только долг перед моим королём, но дело принципа, – строго выдал Пётр и подал руку любимой, чтобы уйти. – Утром жду Вас внизу, в холле! Если же вспомните или узнаете ещё что, прошу сразу сообщить.

– Я сообщу, – спокойно ответил Алекс. – И обязательно утром укажу на каждого, как обещал.

Было видно по его виду и взгляду, что не лгал. Что-то заставляло душу сжиматься, а новые вопросы появлялись и звали к скорейшему продолжению расследования. Пётр вернулся с супругой в её гостиничную комнату и молча указал на постель.

Иона видно переживала, но не смела ничего сказать, пока любимый бродил вокруг и перечитывал признания Алекса. Она тихо переоделась в ночное платье, легла под одеяло и взяла с ночного столика рядом горевшую свечу. Только хотела её потушить, как любимый вдруг оглянулся.

– Кстати! – подошёл он и поставил руки на пояс. – Любовь моя? Ты говорила, тебе кто-то помогал?! Тогда ты следила за Алексом на берегу... Да, где-то там... Ты играла в карты с моряками? Ты как там оказалась?!

– Я не сказала? – задрожал голос Ионы, и она закрыла рукой глаза. – Соблазняла всех подряд...

Пётр не успел удивиться, поразиться и что-либо высказать, как Иона расслабленно убрала руку и с умилением засмеялась:

– Господи, Петенька, я шучу!

Отставив свечу обратно и поднявшись с постели, Иона взяла любимого за руки:

– Подразнила! Прости! – улыбалась она.

Он же ещё некоторое время молчал, уставившись с широко раскрытыми глазами в ответ, после чего всплеснул руками и выдохнул:

– Я скоро разучусь верить вообще! Не смей дразнить, когда я столь серьёзные вопросы задаю!... Иона...

Пётр сел вместе с ней на постель, убрал её распущенные волосы на спину и стал ласково смотреть в глаза. Взяв ручку и одаривая каждый пальчик теплом поцелуя, он говорил:

– С тех пор, как ты ворвалась в мою жизнь, я не способен вести дела без тебя. Вообще ни на что не способен без тебя.

– Что ты хочешь сказать? – воодушевлённо смотрела милая.

– Не проводи расследований за моей спиной. Давай вместе, – улыбнулся Пётр с небольшой робостью в ответ.

– Я обещаю, – кивнула она. – Я просто так вжилась в историю Алекса и Кэтрин. Давай поможем им?

– Если он, действительно, не убивал Линдберга, он будет свободен от моих обвинений. Как ещё им помочь?! – удивился Пётр, начав покрывать лицо любимой поцелуями, спускаясь к шейке, плечам...

Медленно опустившись на постель, Пётр продолжал путешествовать руками по телу милой, следом покрывая её всю поцелуями и пробуждая желать большей, чувственной, жаркой близости. Она извивалась под ним и стонала, пока он не поспешил освободить себя от одежды...

– Всё потом, – вымолвила Иона, когда любимый склонился вновь над нею и продолжил доводить поцелуями до безумства. – Люби меня... Скорее... Остальное потом... Боже, Петенька, как я люблю тебя!

– И я люблю тебя, – вымолвил он, захватив её губы в плен горячего и долго поцелуя, а тела скорее слились в одно...

Словно давно не были вместе. Словно жизнь вот-вот оборвётся. Всё перестало существовать. Только отрада любить и быть вместе друг с другом...

Глава 29

Для меня нет выше счастья -

Ты у меня одна, одна.

Для меня нет большего тепла,

Чем когда вместе ты и я.

Жизни без тебя мне не надо, нет.

Света без тебя в этой жизни нет, нет.

Нет тепла, нет радости,

Нет ни звёзд, ни благости,

Нет...

Только знай: если вновь разлука – не беда,

К тебе вернусь всегда.

Только знай: если вдруг несчастье – не беда,

Спасу тебя, сберегу, любя.

Нет небес и солнца без тебя мне нет

Ни там, ни здесь.

Нет дороги, цели без тебя мне нет.

Ты – дар, ты – блага весть.

Жизни без тебя мне не надо, нет.

Света без тебя в этой жизни нет, нет.

Нет тепла, нет радости,

Нет ни звёзд, ни благости,

Нет...

Только знай: если вновь разлука – не беда,

К тебе вернусь всегда.

Только знай: если вдруг несчастье – не беда,

Спасу тебя, сберегу, любя.

Закончив петь под гитару тем утром, Пётр отложил инструмент стоять у постели. Иона сидела ещё под покрывалом, зачарованно слушая выступление любимого для неё... Трепет душ... Ласковые взгляды и понимание, что любовь их с годами лишь крепнет...

Одетый к новому дню, Пётр тем утром дождался, когда любимая проснётся, и сразу нежно спел новую песню.

– Когда же ты сочинить успел? – улыбалась счастливая милая.

– Пока ты по балконам лазала, – засмеялся он и скорее одарил её губы долгим сладким поцелуем. – Я хронически болен тобой.

– Смотри, чтоб лекарства не нашлось, – прищурилась игриво Иона и тоже засмеялась.

– Нет такого лекарства и не будет. От настоящей любви не излечиться, – был уверен Пётр и вздохнул. – Увы, я должен поговорить с Тико. Да и одного его оставлять не хочу.

– Понимаю, – кивнула милая. – Иди к нему, расскажи всё, что узнали.

– А ты быстрее одевайся, – смеялся Пётр, прижимая жарко к себе. – Никуда от себя не пущу.

– Как же вот мечта может сбываться, – сияла радостью Иона.

Любимый вновь одарил поцелуем, после которого покинул комнату, и Иона принялась одеваться, чтобы не заставлять себя ждать. Утреннее солнце уже вовсю сияло на небе, снова согревая, но прохладным ветром предупреждая о скором наступлении ранней осени. Будто и природа не могла дождаться тех событий, которые были суждены, которые приближались стремительным шагом незаметно пролетающего времени.

Скоро Пётр за утренним кофе всё рассказал Тико, а после, позавтракав с ним и Ионой внизу, в кафе гостиницы, вышел на улицу. Алекс уже ждал там, как обещал. Приняв удивлённый вид, Пётр сразу его спросил:

– Вы не завтракали?!

– Почему же? – удивился он. – Мне принесли в комнату. Я не ем на людях.

– Ах, да, Вы скрываетесь, – понимающе, с ноткой сарказма, сказал Пётр и представил друга на французском языке. – Мой товарищ, Тико. Он всё уже знает. Вместе ведём расследование убийства нашего дипломата.

– Доброе утро, – протянул Алекс тому руку, ответив тоже на французском, и Тико тут же отозвался, ответив пожатием руки:

– Доброе.

– И Вам доброе утро, – с поклоном поцеловал протянутую ручку Ионы Алекс, а она вновь смотрела с жалостью и теплом.

– Итак, раз столько добра вокруг, – сложил Пётр руки за спину, кратко оглядывая округу и уже проходящих мимо людей в карнавальных масках. – Вы снова намерены следить за врагом? Имени называть не буду.

– Благодарю, – кивнул Алекс. – Да, намерен. Позвольте, лишь укажу на него, а дальше уж вы своей дорогой, я – своей?

– У нас к Вам есть ещё вопросы, – взглянул исподлобья с неким намёком Тико, и Алекс строго выдал:

– Вы знаете, где нужная комната. Я буду там вечером. А вот там, – указал он взглядом на вышедших из той же гостиницы трёх молодых мужчин.

Те пока были без масок, которые держали ещё в руках, и совершенно не подозревали ни о какой слежке в данную минуту. Занятые весёлой беседой, они уходили.

– Это и есть Филипп со своими главными дружками,... маркизами Сурви. Я их имён не боюсь назвать. Скоро сотру с земли, – с этими словами Алекс оставил собеседников.

Он надел свою маску черепа и решительным шагом направился в сторону, куда удалялись враги. Застывшие на месте Пётр, Тико и Иона смотрели ему вслед, пока не исчез за углом.

– Он не оставит их никогда, – покачал головой Тико.

– И я б не оставил, – кивнул Пётр. – Однако убийце Линдберга, кто бы он ни был, придётся ответить за содеянное.

– Петенька, – взмолилась рядом любимая. – Отпусти Алекса. Не виновен он, верю.

– Разберёмся, – обещал Пётр.

– Может сегодня не будем за ним следить? – предложил Тико. – Дождёмся обещанного вечера? В конце-концов, наши охранники делают своё дело прекрасно. А мы всё же заслуживаем денёк отдыха.

Он подмигнул улыбнувшейся в поддержку Ионе, а Пётр снова оглянулся на угол, куда скрылся за врагами Алекс, и задумался...

Глава 30

Когда наступил вечер, Пётр, Тико и Иона вернулись в гостиницу. Прекрасно проведённый день в прогулках по Венеции, катании по каналам и наслаждении погодой и прекрасными угощениями в различных кафе подходил к концу. Его приходилось оставлять и снова настраиваться на продолжение той истории, которая волновала, которая заставляла добраться до истины.

Остановившись у двери комнаты Алекса, Пётр постучал в дверь. Алекс в считанные секунды отворил и с порога спросил:

– Вы хоть поели?

– Да, не беспокойтесь, – улыбнулся Пётр, проходя следом за Тико и Ионой к нему в комнату. – Сами подкрепились? Беседа может затянуться. Проведём её, кстати, на французском. Тико мало знает русский.

– Хорошо. И Вас прошу не беспокоиться, – улыбнулся так же в ответ Алекс, открыв тем самым беседу на французском языке.

Он пригласил гостей сесть вокруг в кресла или на диван. Сам сел в кресло у камина. На вид он был будто доволен. Будто свершилось что-то, чего хотел.

– Ваши планы удались? – поинтересовался Тико.

– Вы не следили? – засмеялся нервно Алекс и резко стал серьёзнее. – Я не имею права пока убить главных врагов, но нервишки им пощекотал изрядно. Я стрелял им под ноги, преследовал, а когда убегал, толкнул одного из них в канал, вручив Филиппу рисунок казни.

– Зря Вы так. Вас словят и казнят уже по-настоящему, – вставил Пётр.

– Та казнь была настоящей, – смотрел Алекс исподлобья. – Мне просто крупно повезло, что Филипп не выносит видеть ни смерть, ни кровь.

– Пусть, – вздохнул Пётр и обратился к подошедшей с нескрываемым переживанием за всё любимой. – Мне нужны все детали от и до от каждого участника дела. Расскажи подробно с того места, как переоделась в моряка и сидела с ними у набережной играла в карты.

– Да, – кивнула Иона с пониманием.

Она села в кресло рядом и взглянула на настороженного, будто что пытался вспомнить, Алекса. Тико с молчаливого позволения Алекса сел за стол к бумаге с чернилами и приготовился всё записывать. Оставшийся же стоять подле жены Пётр пристально смотрел на подозреваемого и слушал...

– Когда я приехала в Венецию, я увидела, что мой супруг следил за Вами, – стала Иона рассказывать Алексу. – Я уже говорила об этом Генриху. Он всё знает. Я думала, мой муж умышленно следил за Вами, но в тот момент всё было случайно. Вы прощались тогда с Кэтрин. Я же решила проследить за Вами и моим супругом ещё пару дней, чтобы может как помочь. Когда я была на берегу среди моряков в мужской одежде, Вы следили за своими врагами. Те беседовали, Вы сели среди моряков, где была я, подслушивать. Вы играли с нами в карты. Я, увы, языка Вашего не знаю, чтобы понять ту подслушанную беседу, но потом, когда Вы ушли, моряк рядом со мной перевёл мне, что услышал. Я была поражена и сразу поняла Вашу жажду мстить.

– Ты была одна во время той слежки среди моряков? – с удивлением взглянул Пётр.

– Нет, что ты, – нежно улыбнулась Иона. – Генерал-губернатор меня одну не отпускал. Со мной был гвардеец генерал-губернатора, для охраны. А потом, – снова взглянула она на внимательно слушающего Алекса. – Потом я следила за Вами в театре, на балу. Со мной попросила быть как раз того моряка, чтобы при случае понять, о чём Вы говорите с кем или что говорят Ваши враги. Тем самым я надеялась быть полезной своему супругу. Пусть пока и за его спиной. Генрих же меня быстро заметил и мне пришлось признаться, что и как.

– А моряк тот? – вопросил Пётр у взглянувшей в ответ любимой. – Как он прошёл на бал?

– Я дала ему билет. Генерал-губернатор помог достать, – сказала она.

– Где моряк теперь? – продолжил спрашивать Пётр.

– Мы расстались. Я ему заплатила в том театре, а он сказал, что уходит в море. Мне он и так уже не нужен, – пожала плечами любимая, а Тико, остановившись записывать, спросил:

– Алекс, а разрешите узнать, где Вы нашли столько масок черепов?

– Да, кстати, – кивнул Пётр.

– На балу в театре, в одной из гримёрных комнат, – последовал его спокойный ответ.

– Это очень может помочь, – задумался Пётр. – Интересно, что не только Вы пользовались этими масками. Вы бы не могли подробнее рассказать об этом?

– Разумеется, – кивнул Алекс, и Тико продолжил записывать. – Вошёл в ту комнату, увидев маски, заметил и бумагу. Там же родилась идея сделать рисунки. После ушёл. На следующий день возвращался, забирал пару масок черепов.

– Я следила, – подтвердила Иона. – Так и было, но когда Вы уходили с бала в театре, столкнулись с тем самым моряком.

– Да? – стал припоминать Алекс. – Да, Вы правы, я с кем-то столкнулся, но я спешил.

– В тот вечер было совершено первое убийство, – пояснила любимому Иона.

– Да, помню, – провёл Пётр пальцами по глазам, потом потёр лоб и устало сел в кресло рядом. – Вы убили секретаря своего короля. А после Вас к телу кто-то подбегал и проверял... Чёрт, – усмехнулся он, словно что понял. – Да, тот человек увидел вложенный в руку Ваш рисунок казни. Он мог украсть ту идею...

– И убивать, подкладывая такие рисунки, чтобы обвиняли именно Алекса, – закончила его мысль Иона.

– Не будем спешить с выводами, – остановил он строго и обратился к усмехнувшемуся Алексу. – А те, за кем Вы сегодня следили, были в день убийства шведского дипломата на набережной?

– Да, были. Я кажется рассказывал, – ответил с глубоким вздохом тот. – Именно они тогда, в компании своих спутниц в масках, садились в гондолы, когда убили вашего шведа.

– Не надо было отпускать моряка, – высказал вдруг Пётр, взглянув на удивившуюся Иону. – Он мог бы что добавить к событиям. Где вот теперь его искать? Ладно, – решительно поднялся он.

Иона пожала плечами с сожалением и поднялась следом.

– Я провожу тебя, а мы с Тико должны пообщаться с этим Филиппом. Там наверняка есть вторая часть рассказа. Его сторона, – оглянулся он на снова усмехнувшегося, но не взглянувшего в ответ, Алекса...