Текст книги "Прости меня (СИ)"

Автор книги: Татьяна Катаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 23 страниц)

Глава 18."Паранойя"

Гордей

И вот этот миг настал. Тот, о котором я молился, и безумно ждал.

Наташа вышла с комы. Не то, чтобы я сомневался в этом. Просто тяжело было ждать. Тяжело было видеть её родителей. Особенно маму. Наташа ведь очень похожа на неё. Но, что больше всего расстраивало меня. Это когда я видел взгляд её мамы. Потухший и болезненный. Она ведь единственная их дочь. А я чуть не убил её.

Я в нескольких метрах от её палаты. Мне безумно хочется увидеть её. О большем даже не мечтаю. Ведь после того, как медсестра дала мне возможность увидеть её, прошло больше суток. Но тогда её глаза были закрыты, и она не реагировала на мои прикосновения.

Я гладил её руки и целовал. Шептал слова любви и просил прощения. Я молил её открыть глаза, или хотя бы пошевелить пальцами. Но она не реагировала.

Впервые в жизни я так горько плакал. Сердце разрывалось от боли.

– Гордей, Наталья готова увидеть вас. Только вы ничего не говорите, когда зайдёте в палату. Хорошо?

Боже, вот и пришло время. Момент расплаты. Сейчас она в присутствии всех скажет, что это я её толкнул. Ну и пусть. Пусть меня арестуют. За то я увижу её глаза наконец-то открытыми. Не уверен, что она захочет меня слушать. Но я попытаюсь попросить прощения.

Её взгляд. Он пустой. Я ничего не вижу в нём. Даже тогда, при первой встрече, в нём было больше эмоций. Сейчас же ничего. Наташа не может, ко мне ничего не чувствовать. Как минимум злость, ненависть из-за моего поступка, должны быть. Она долго осматривает меня. Изучает. Каждая клетка, каждый мой нейрон оживает под её взглядом.

Я оживаю.

Я не слышу и не вижу происходящего в палате. Только она является центром моей вселенной. Она! Живая! Это главное!

– К сожалению, я не знаю этого молодого человека. Извините, – её голос ни разу не дрогнул. Глаза не моргнули. И она говорит это, смотря мне прямо в глаза.

Мой Армагеддон настал. Он сносит всё на своём пути. Стирает меня в порошок и рассыпает по ветру.

Руки сжимаю в кулак с такой силой, что кажется, вены готовы лопнуть. Кровь ударяет в мозг.

Что она такое говорит?! В смысле не знает меня?!

Наташе становиться плохо. Все датчики начинают пищать, а она меняется в лице. Она задыхается. Делаю шаг к ней. Всего один. Но когда она снова начинает говорить, останавливаюсь.

– Это был несчастный случай. Я уверена. Меня никто не толкал в бассейн и не подсыпал наркотики. Закройте это дело и уходите.

Дальше плохо помню что происходило. Следователь вывела меня с палаты, что-то говорила, спрашивала. Но я не помню ничего. Только её взгляд.

Пустой и безэмоциональный.

С того дня, я как больной придурок продолжал приходить в больницу и в тайне наблюдать за Наташей.

Врачи сообщили, что у неё частичная амнезия. Поговорив с одной медсестрой, я выяснил, что забыла она и вечеринку, и время до неё.

Но мне кажется, что забыла она лишь меня. Её память посчитала меня лишней информацией. А главное – ненужной.

Наташа выглядела, как ни странно, полностью здоровой. Чаще всего я видел её в кафе. Она так много в нём проводила времени, что я уже привык видеть её там. Она пила кофе и очень часто улыбалась.

И увидев её улыбку, я чувствовал себя лучше. Это единственное, что радовало меня в ту неделю. Я избегал её. Не пытался столкнуться или же поговорить. Но когда она выбежала под дождь на улицу, я выбежал за ней. Ей нельзя так рисковать.

Гром! Молния! Разряд и ток! Всё в одну секунду, когда наша кожа соприкоснулась. Мне было приятно и в то же время безумно больно.

Она действительно меня не помнит!

Странное сочетание чувств, от бешеного восторга до безысходности. Дотрагиваюсь до её щеки и наполняюсь энергией. Она вспомнит. Я помогу. Самое большое желание обнять её и поцеловать. Она сейчас такая родная, близкая.

Моя!

Но снова в одну секунду всё меняется. Она отталкивает меня от себя. Холодом прошибает всю кожу. Её трясёт. Но вместе с ней и меня.

– Послушай, чтобы между нами не происходило до бассейна, этого больше нет. И не будет. Ты толкнул меня в бассейн. Ты обозвал меня шлюхой. И главное, из-за тебя я пролежала два дня в коме. Та и вообще могла умереть. И всё это из-за тебя. Так что если я когда-то и вспомню, какая причина нашей ссоры. Это уже не будет иметь значения. Потому что я никогда не смогу тебя простить. Никогда!

Она убегает и уносит с собой моё сердце. Она не помнит меня. Всё забыла. Каждый день. Каждую ночь. Каждый поцелуй.

Она вычеркнула меня со своей памяти, как ненужный элемент. Это задевает очень сильно, и я прекращаю ходить в больницу.

Она права!

Даже если Наташа всё вспомнит, это ничего не изменит. Ведь я подверг её жизнь опасности. Более того, я её чуть не убил.

Когда узнаю, что Наташа уезжает домой к родителям, даже радуюсь. В эти дни я продолжаю существовать. Даже заставляю себя пару раз сходить в клуб и развлечься. А ещё у меня четкий план, узнать, кто подставил Наташу на моей вечеринке. Но пока, что всё безрезультатно. Вероника уехала на отдых с родителями, и на мои смс и звонки не отвечает. А она единственная нить, которая пока что у меня есть.

Я даже внушил себе, что не скучаю за своей черри. Мне, правда проще забыть всё то время, что мы провели вместе. Потому, что когда я впускаю её в свои воспоминания, мне становится больно. А ещё я перестаю себя контролировать. Так в клубе я избил какого-то парня. Мне было так хреново, что злость я сместил на другом. За полчаса до драки, я мониторил страничку черри. Новые фото и сторис. Я как наркоман получил дозу, а вместе с тем и передоз. Просто увидев её на фото, сошёл с ума.

С того дня, я ежедневно просматривал страничку и все сторис. Хотя бы так видеть. Хотя бы так…

И вот в какой-то с дней, у неё был прямой эфир. И я не выдержал, зашёл на него. Зачем? Зачем я только это сделал?

Не отрывая своих глаз от экрана, я как маньяк смотрел, как какой-то парень трогает мою Наташу. Обнимает. Даже целует. Берёт на руки. Кружит.

Сука, как же больно это видеть. Она же моя! Наверное, я слишком много на себя взял. Присваивая человека себе, нужно для начала его спросить, согласен ли он. А как показывает ситуация, Наташа моей теперь не будет. Не простит! Не сможет!

А потом началась какая-то чертовщина. Этот придурок прыгает с Наташей в воду. Но они долго не показываются, молодежь суетится. И ещё через пару минут мою Наташу достают с воды без сознания. Откачивают!

Следующее пару часов не помню. Лишь руль и дорога. Мчусь к ней. Я должен её увидеть. А иначе просто сдохну сам!

Найти адрес тусовки помогает брат. Больше просто некому. А ещё, он успевает заскочить ко мне в машину и отправиться в дорогу со мной. В другой день я бы поспорил с ним. Но на это просто не было времени.

Матвей не просто помогает. Он достает точный адрес, где в данный момент находится Наташа. И будь она даже дома с родителями, меня бы это не остановило. Но моя бесстрашная черри, не покинула вечеринку, а осталась со всеми, даже после того, что произошло.

В дом захожу через дверь. Народ настолько бушует, танцует и пьёт, что не обращает на меня внимания. Наташу нахожу в спальне. Она спит.

Тихонько захожу и закрываю за собой дверь. Вот она. Моя мечта. Девушка, с которой я всего лишь хотел быть вместе. Которую хотел любить и беречь. Но сам, же чуть не убил.

Сажусь рядом, и как всё тот же маньяк, трогаю её волосы. А ещё легонько касаюсь её нежной кожи на руках. Делаю всё аккуратно, боясь разбудить.

Сможет ли она простить меня когда-то? Сможет ли вспомнить? Смогу ли я простить себя?

Наклоняюсь и вдыхаю её аромат. Мой бальзам на душу. Он током разноситься по телу. На время исцеляет и возвращает к жизни. Рядом с ней всё приобретает смысл. Рядом с ней вновь чувствую себя живым.

Комнату покидаю через окно, уже ближе к рассвету.

После этого дня мне становится только хуже. Если до этого я пытался держать себя в руках, то после того, как снова почувствовал её аромат и мягкость кожи, окончательно помешался на ней.

С той ночи не захожу больше на её страничку. Не смотрю, не слежу. Ничего не знаю. Быть вдали легче, чем видеть её, и понимать, что она не будет моей.

Пусть лучше не возвращается в столицу. Никогда!

Глава 19."План"

Наташа

Все дни до начала нового учебного года, продумываю план. То, что мне будет сложно, как минимум первые пару недель – даже не сомневаюсь.

Вся элита университета слышала слова Гордея. А те, кто не слышал, я уверена, им уже рассказали. Думаю им не сложно догадаться, почему он так сказал. И даже если никто не знает о ситуации с Матвеем, они могут легко сами всё допридумывать. А это сильно повлияет на отношение ко мне.

Но, ни это меня пугает больше всего. Есть два пункта, от которых мне придётся отказаться.

Первый, но не главный. Мне придётся уйти с команды "Волков". Как бы мне не было грустно, но заниматься вместе с Вероникой я больше не хочу. Та, и я уверена, она первая кто наброситься на меня после возвращения. Это будет сложный момент, но я справляюсь. По-другому просто невозможно.

Второй. И главный пункт. Это вычеркнуть Гордея из своей жизни. Я думаю, мы обоюдно этого хотим. Он не простит мне измены с братом. Я не прощу ему его слова и удар. Вот так вот случайно, мы разрушили то, о чём мечтали.

Просто быть вместе. Просто, попробовать строить отношения. Просто сходить на свидание, и побыть обычной парой.

Всё было просто. Просто в мечтах. На деле же. Всё там теперь и останется.

К первому пункту подхожу более тщательно. Слишком уж мне понравилось быть чирлидером. Нахожу в Инстаграмм капитана спортивной команды "Гладиаторы". Команды по баскетболу. И пишу ей смс.

Да, я люблю футбол. Да, я мечтала быть с "Волками". Но, увы, сейчас я предпочитаю уйти с гордо поднятой головой, чем быть униженной, на глазах у всех.

Татьяна Мартынова, капитан команды, не входит в звёздную элиту универа. Поэтому мы легко с ней находим общий язык.

Я вкратце рассказываю ситуацию, умолчав, конечно же, об реальных отношениях с Гордеем. Говорю, что вышло недоразумение с ним, а его девушка Вероника, капитан "Волков", и после всего, я не хочу с ней тоже работать.

После такого важного решения, и тем более то, что мы с ней договариваемся. Я на радостях еду в салон.

Честно, я очень скучаю за своими волосами. Мне надоела эта короткая стрижка. Тот поступок, лишь показал, что мне надо остановиться. Но я же упрямая. Вот и обрезала. Только кому я и что этим доказала, не понятно.

Принимаю решение перекрасить цвет волос и ещё нарастить длину. Но в последний момент передумала. Цвет менять не буду. Мои темные волосы мне нравится. Не стоит в очередной раз страдать из-за мужиков.

Я попадаю, реально, к крутому парикмахеру. Правда процедура заняла уйму времени. Но, Лина, очень позитивной девушкой оказалась. И скоротала время, отличными шутками и анекдотами.

Длину волос делаем ниже плеч, где-то до начала лопаток. Делать длину, как у меня была, я отказалась. Это будет выглядеть через, чур, не естественно.

Пока сидела в кресле и наслаждалась процедурой (люблю, когда волосы трогают) решилась на ещё один важный шаг.

Каждую ночь, после того, как ко мне вернулись воспоминания, мне снился один и тот же сон. Наша первая ночь с Гордеем. И хоть на тот момент я была сильно пьяная, и какие-то моменты забыла. То теперь они вернулись ко мне с особым жаром.

Я же чертовски влюбилась в этого парня с первой же ночи. Доверилась после. И поверила в нас. А после комы меня словно перепрошили. Перепрограммировали. Стерли жёсткий диск, и записали новую информацию.

К сожалению чувства никуда не делись. Они до сих пор есть. Но я не могу его простить. А может, просто не хочу.

Он так быстро поверил, что я подстилка. В то, что легко пошла на секс с его братом. Даже слушать не стал. Значит я для него очередная. Одна из.

Мысли об этом ранят очень сильно. Мне хочется плакать, но ещё больше кричать. Воспоминания слишком яркие, слишком свежие ещё.

Стоит мне закрыть глаза, и я чувствую его запах, вкус, касания. Мурашки появляются на теле. И прогнать такие наваждения очень сложно.

Но я работаю над этим. Точнее работаю над собой. Но невозможно просто взять и вычеркнуть человека с жизни. Вот поэтому я его просто заменяю. Вместо Гордея у меня будет тату.

Долго выбираю место и само тату. Оно должно напоминать о нём, но и чтоб его никто не видел.

После одного салона, еду в другой. Там рассказываю свою идею, и мастер приступает к эскизу. Лёжа на кушетке, проживаю мгновения нашей близости с Гордеем. Самые волнительные моменты моей жизни. Тот полёт, который он мне подарил в последнюю нашу ночь.

С ним я научилась летать. С ним я открыла космос, безграничный и необъятный. Только он целовал так, что каждая клетка моего тела перерождалась.

Не зря же люди говорят:

"Боль нам приносят лишь те, кто прежде подарил безграничное счастье".

Я понимаю, что произошедшее со мной всего лишь несчастный случай. Что Гордей не планировал наносить мне вред. И, что он всего лишь хотел оттолкнуть меня от себя.

Всё прекрасно понимаю.

Наконец-то смогла это осознать. Но легче от этого не стало. Простить всё равно не могу.

– Я закончил, – сообщает мне молодой парень, который только что делал мне тату.

Я совсем не чувствовала боли в процессе. Сейчас же смотря на результат в зеркале, остро ощущаю жжение под ребром.

Моё небольшое тату, размером около семи сантиметров. Это голова льва, держащая в зубах две черешеньки, одна темно-красного цвета, вторая же виде футбольного мяча, с номером 10 в центре. Сделала я её сбоку от груди на рёбрах.

Результат шикарный. Смотрится круто. Её можно увидеть, лишь если я буду без верхней одежды. Это не важно. Она на мне. Она со мной.

С каждым следующим днём, мне становится только хуже. Чем ближе начало нового учебного года, тем сильнее меня трясёт.

Меня лихорадит от одной только мысли, что нужно вернуться туда. Стены учебного корпуса, раздевалки и даже душ, всё будет напоминать мне о нём. О нашем сексе. Моих оргазмах. О моих мечтах и планах…

Всё связано с ним.

Даже комната в общежитии. Даже она будет помнить его.

Мысли о возвращении настолько сильно беспокоят меня, что я даже задумываюсь о том, чтоб не вернуться. Может перевестись в другой универ?! Может взять отсрочку?! Продлить больничный?! Я всё это могу сделать. Но не делаю.

Сама мысль о том, что я его больше не увижу, убивает. Расплавляет железо, превращая в бесполезную жидкость. И даже мысли о том, что больно будет видеть его, меньше пугают. Чем мысли о том, что никогда больше не встретимся.

И чтоб не сводить больше себя ожиданием, приезжаю в столицу на два дня раньше.

Глава 20."Возвращение"

Наташа

В общагу приезжаю лишь для того, чтоб забрать свои вещи. Посоветовавшись с родителями, я решила съехать на съёмную квартиру.

Жить одной мне не хочется. Тем более я привыкла к шуму общаги. В тех стенах ты никогда не бываешь один, и никогда не бывает тишины.

А её, я как раз боюсь. Тишина – это тоже кома, с которой я могла и не выйти. Тишина – это тот же провал в памяти. Все вокруг тебя знают, слышат и видят. И лишь только ты в тишине, как в коконе. Сам. Одинок. И беспомощен.

И опять пропустив все эти страхи сквозь себя, я понимаю, что сама в одиночестве не справлюсь. И на второй же день, снова возвращаюсь в общагу.

Танюха счастлива, и на радостях даже плакать начала. Прокричав раз сто, что лучше соседки ей просто не найти.

Поэтому ночь перед возвращением в мой собственный ад, я провожу в веселой компании Тани. Мы вспоминаем все приятные моменты нашего первого курса. И пусть в некоторые моменты мне немного грустно. Особенно когда Таня так подробно рассказывает о вечеринке после моего первого выступления. В тот вечер Гордей стащил меня с бочки с пивом, и страстно целовал в губы.

Но я делаю вид, что всё так, же ничего не помню. О том, что я всё вспомнила, никто не знает. И так будет и дальше.

Моё пробуждение наступает почти сразу же с рассветом. И как не пытаюсь, не могу уснуть. Душ и крепкий кофе помогают взбодриться и приготовиться к тяжёлому испытанию.

Делаю лёгкую укладку, макияж. Надеваю бежевую шёлковую длинную юбку, и короткий топ. Босоножки на высокой шпильке. Черная сумочка на цепочке завершает образ.

Вместе с Танюхой выезжаем в институт. Когда такси останавливается и пора покидать салон машины, моя смелость и уверенность рассевается словно туман. Руки начинают дрожать, и внутренняя паника достигает пика.

– Ты как? – интересуется Таня, – Давай постоим, пока я покурю.

Она достает пачку сигарет и подкуривает. Удивительно, но, парковка почти пустая. Точнее не так. Студентов на ней почти нет. Машин же много. Осматриваюсь и понимаю, что ищу всего лишь одну машину. Его. Когда не нахожу, немного успокаиваюсь. Но ненадолго. Когда вижу Тима, паника возвращается. Я должна притворяться и улыбаться ему, как будто ничего так же не помню. Поэтому пересилив себя и свои дрожание руки, поднимаю ладошку и машу ему.

Волнение моё усиливаться, и даже поднимается давление. Мне так страшно. Когда оказываюсь в ловушке льва, играть и выживать сложнее. Просто представлять себя в этой ловушке, легко. Сложно в ней быть настоящему.

– Дай мне, – протягиваю руку и забираю у Тани дымящую сигарету.

– Но ты, же не куришь, – возмущается она, но пальцы всё-таки разжимает.

Когда делаю первую затяжку, и этот жгучий ад попадает в лёгкие, мне, а ж легче становится. А ведь можно эту дьявольскую панику погасить, таким лёгким способом. Просто покурив.

– Всё меняется милая моя. Теперь курю.

Сигарета тлеет в руках, когда вижу Тимура, идущего нам на встречу. Руки снова начинают дрожать. Беру ещё одну сигарету и подкуриваю, как раз когда он подходит к нам.

– Привет, – первая начинаю я.

– Привет, – подозрительно тихо говорит он. И с оскалом осматривает меня. Ха! Проверяет. Не страшно. Беру себя в руки и улыбаюсь ему снова.

– Как здоровье?

– Всё отлично, – выдыхаю дым со рта. – Не стесняйся Тимур, если хочешь спросить за память. Спрашивай.

– Вспомнила?

– Нет. Врачи говорят, что чем дольше амнезия, тем менее вероятно, что я вспомню.

Выдавливать из себя для него улыбку, самое сложное. Но я держусь. Спасибо сигарете.

– Но у меня для тебя грустные новости.

– И это, какие же?

– Тебе надо искать новую партнёршу. Я ухожу с команды.

– Почему? Врачи запретили?

– Нет. Я ухожу с команды "Волков" и перехожу в команду "Гладиаторов".

– Почему?

– Не спрашивай. На это есть причины. Но знай, ты был лучшим моим партнёром.

Бросив окурок в мусорку, я подхожу и обнимаю Тима. Его холодные руки моментально ложатся на талию. Он прижимает меня к себе. Паника внутри набирает обороты.

– Черри, как же вкусно ты пахнешь…

Его аромат проникает в меня и мне блевать хочется. Утренний кофе начал бушевать в желудке и тошнота единственное, что я остро ощущаю. Но это такая мелочь, по сравнению со следующими несколькими минутами.

Когда Тимур меня прижал к себе, на парковку заехала чёрная машина. Она остановилась всего в трёх парковочных местах от нас. Двери хлопнули, и уже через десять секунд я увидела его.

Почему я знаю, что десять секунд? Потому что с момента как Горский заехал на парковку, моё сердце остановилось.

Улыбка, которую я натягивала для Тимура, исчезла с лица. А когда он посмотрел в мою сторону, я и дышать перестала.

Молния с его глаз, попала в моё раненое сердце и вместе с громом разорвала его. Неосознанно, я выставила руки между собой и Тимом, в попытке оттолкнуть его. Но он держал меня крепче, чем мне бы хотелось. А ещё, через десять секунд – это уже не имело значения. Потому что Гордей, осмотрев меня с головы до ног, просто отвернулся и ушёл в сторону своего корпуса.

Я же ещё минуту не могла прийти в себя. А когда наконец-то осознала, что он только что видел и мог подумать, меня и вовсе начало трясти.

То, что произошло, однозначно мне на руку. И Тим видел холод между нами, и Гордей видел нас вместе. Значит, однозначно, не будет со мной говорить.

Но его взгляд, полный безразличия ранил сильнее, чем я представляла. Я знала, что будет больно и неприятно. Но знать, и чувствовать – разные вещи.

Попрощавшись кое-как с Тимуром, я первым делом побежала в туалет. Приступ паники накрыл меня уже там. И спустившись на холодный пол, я ужаснулась.

Паническая атака произошла со мной впервые дома у родителей. Почти сразу по приезду. Я тогда ещё ничего не помнила. Вышла с подругами в кафе и когда проходила мимо мужского туалета, меня за руку схватил какой-то мужик. В одну секунду у меня началась тахикардия, поднялось давление, чувство замирания сердца. Я начала задыхаться, голова закружилась. Скорее всего, что все, что я чувствовала в тот момент, было написано у меня на лице. Потому что мужчина сразу же отпустил мою руку. Но я словно в каком-то пространстве была. Длилось это всего пару минут, но мне казалось целую вечность.

Сегодня же я чувствую себя ещё хуже. К тем ощущениям добавилась ещё тошнота. Слёзы котились по моим щекам.

Я сижу в кабинке туалета и жадно хватаю воздух.

Это место мне тоже напоминает о нём. Именно в этой кабинке мы с ним целовались и прятались от всех. А ещё тогда он дерзко подхватил меня за попу, и овладел, прижимая к двери кабинки. Закрывая рот своей ладошкой, чтобы заглушить мои стоны, он брал меня, пока мы одновременно не кончили.

Не так я представляла своё возвращение. Не так!