Текст книги "Драконьи чары для попаданки (СИ)"

Автор книги: Татьяна Абиссин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Глава 7

Не знаю, почему, но беседа о Парах вызвала у меня волнение. Возможно, из-за Макса и моей несостоявшейся свадьбы. Или потому, что в моем мире ничего похожего не было. Люди встречались, создавали семью, разводились и находили новых партнеров. Это казалось естественным.

– Вы сегодня задумчивы, госпожа Мирабель.

Я встряхнулась, только сейчас заметив в комнате целителя Лореса. Мужчина поставил флакончики с зельями на столик.

– Не могу выбросить из головы это разговор о Парах, – призналась я.

Лорес, молча, смотрел на меня, ожидая продолжения.

– Вам не кажется, что это как-то неправильно? Ты спокойно живешь, и вдруг рождается младенец, которому суждено стать твоей половинкой. Тебе не оставляют выбора, тебя даже не спрашивают, хочешь ты этого или нет. А если у человека уже есть любимая или жена? Разрывать отношения ради того, кого ты даже не знаешь?

Моя эмоциональная речь произвела впечатление на Лореса. Погладив гладкий подбородок – позднее я узнала, что он сводил щетину специальным зельем – целитель осторожно спросил:

– А почему вас это волнует, госпожа Мирабель?

– Пожалуйста, называйте меня по имени, – попросила я. – «Госпожа» звучит слишком официально.

В глазах Лореса промелькнуло удивление, но он ничего не ответил, коротко кивнув.

– Просто… матушка, – слегка запнувшись, сказала я, – рассказала мне о принце, который обрел свою Пару. И якобы это разрушило его помолвку. Не понимаю, что здесь хорошего? Разлучили молодых людей, нанесли обиду принцессе из другой страны…

Целитель, не торопясь, пересек комнату, и опустился на стул у моей кровати. Под его пристальным взглядом я почувствовала себя неловко, и, чтобы скрыть это, поправила лежавшую в изголовье подушку.

– Необычный взгляд на вещи, – негромко произнес Лорес, сплетая пальцы рук. – Обычно юные девушки мечтают о том, что стать чьей-то Парой. Это не только обещает счастливую любовь, но и крепкую семью. В таких отношениях нет места измене, жестокости, насилию. Супруги становятся одним целым и сохраняют свои чувства до конца дней. К сожалению, в обычных семьях часто бывает по-другому.

Я подумала о родителях Мирабель Ренси, которых нельзя назвать счастливыми. Внешне супруги соблюдали требуемые приличия. Но Дира Ренси раздражала эмоциональность жены, её слезы и постоянные жалобы. Он подшучивал над ней, и не всегда эти шутки были добрыми. Айрин же смотрела только на него. Рассказывая о своих планах, выдать меня замуж за принца, она хотела угодить мужу.

«Когда-то я так же пыталась понравиться Максу, – с горечью думала я, – и чем всё закончилось?»

Я встряхнула головой, отгоняя неприятные воспоминания.

– А что касается девушки из другой страны… – продолжил Лорес. – Сомневаюсь, что Его Высочество встречался со своей невестой. Это был политический союз, где нет места чувствам.

– А как принц понял, что появилась его Пара? И почему избранницу ищут среди младенцев? Разве взрослая девушка не сможет ей стать?

Целитель помедлил, постукивая пальцем по подлокотнику кресла.

– Странный вопрос, Мирабель. Разве вы не слышали об этом в Академии? Я думал, первой книгой, которую там читают девушки, является «Учение о Паре».

«Попалась! – разозлилась я. – Забыла, что целитель Лорес слишком умный и внимательный. „Родители“ не удивились бы моей неосведомленности, а он…»

Очаровательно улыбнувшись, я опустила глаза и пролепетала:

– Боюсь, после несчастного случая я многое забыла. И в Академии была не слишком прилежной ученицей.

К моему удивлению, это сработало. Целитель перестал сверлить меня недоверчивым взглядом, и рассмеялся:

– Это правда, Мирабель. Ваши оценки огорчали госпожу Ренси. Она даже говорила, что господин Ренси зря потратил деньги на ваше обучение.

Наверное, мое лицо вытянулось, потому что целитель поспешно добавил:

– Но вы не должны расстраиваться, Мирабель. У каждого человека свой дар, и, если вам не дается магическое искусство, значит, вы талантливы в чем-то другом.

«Еще бы знать, в чем именно», – уныло подумала я.

Мы с наследницей Ренси оказались похожи не только внешностью, но и судьбой. Я в детстве лишилась матери, и Мирабель её мать не любила. Я была тихой, незаметной троечницей, и Мирабель не отличалась успехами в учебе. Я не пользовалась популярностью у мужчин, иначе Макс не вскружил бы мне голову, и наследнице Ренси жениха искали родители.

«Но я с трудом избежала смерти от руки мачехи, а Мирабель…»

Я оборвала эту мысль. Слишком страшно было думать, что моя новая жизнь получена взаймы. Первые дни я боялась, что меня раскроют или настоящая Мирабель Ренси вернется домой. Но сейчас страхи прошли. Не знаю, почему, но я была уверена – моей предшественницы нет в живых.

Наверное, целитель почувствовал мою грусть, и, чтобы развлечь, принялся рассказывать о Парах.

Когда-то давно в Ристании – так называлось королевство, в которое я попала, – жили драконы. Они выбирали себе пару среди своих соплеменников. Но потом, из-за какой-то болезни, у них стало появляться все меньше потомства, и, чтобы выжить драконы стали заключать союзы с людьми.

– Их наследники могли принимать как человеческий облик, так и превращаться в драконов, – сказал Лорес. – Кроме того, они обладали большой магической силой. Но, прошли века, и всё изменилось. Сейчас только король и его приближенные могут менять облик, да и то стараются избежать этого.

– Почему? – удивилась я.

– Превращение забирает много сил, – объяснил Лорес. – Кроме того, наследники драконов страдают без своей Пары. Они могут жениться на любой женщине, иметь детей, но, если их Пара не появится, они чувствуют себя ущербными. Как человек, у которого нет части тела: можно смириться с увечьем, но полноценной жизнь уже не будет.

Вот почему рождение партнера – такая радость, что перед ним меркнут все привязанности и политические расчеты. Ничто не помешает тому, кто обрел свою Пару. Драконы долго живут и остаются молодыми, для них не сложно подождать двадцать лет, пока избранница вырастет.

А что касается взрослых девушек на роль партнера… Я не слышал о подобном. С рождением человека в этот мир приходит новая душа. И дракон, которому она предназначена, сразу же чувствует это. Иногда, правда, не сразу находит, если семья девушки живет в глуши.

«Замечательно, – подумала я. – У девушки согласия на брак не спрашивают. А вдруг ей не понравится её Пара?»

Взяв протянутую целителем чашку, я сделала глоток. Зелье оказалось горячим и очень сладким.

– А дракон не может ошибиться? Принять желаемое за действительное? – спросила я. – Как он чувствует свою Пару?

Лорес покачал головой.

– Трудно сказать. У меня нет знакомых наследников драконов. Если верить тому, что пишут в книгах, то он переживает невероятный душевный подъем, словно испытав все чувства разом. Нежность, любовь, радость, свобода и многое другое. Это состояние ни с чем не спутать.

Целитель бросил взгляд на часы, стоявшие на столе, и поднялся.

– Простите, что утомил вас беседой, Мирабель.

– Я вовсе не устала, – возразила я.

– И все же вам нужно отдохнуть. И не волнуйтесь, Мирабель, – хитро улыбнулся он, – никто вас насильно Парой дракона не сделает. Госпожа Ренси уже спрашивала насчет зелья, обращающего время вспять. Пришлось сознаться, что я о нем и не слышал.

«И если бы зелье существовало, я не дал его Айрин Ренси», – прочитала я в глазах целителя, и с благодарностью пожала ему руку.

Лорес – хороший человек. И, хотя он предан не мне, а настоящей Мирабель Ренси, я могу на него положиться.

Глава 8

Сидя перед зеркалом и расчесывая волосы, я вспоминала рассказанную Лоресом историю.

Все же, это чудесно – найти свою половинку, человека, предназначенного тебе судьбой. Раньше я тоже мечтала об этом, и, встретив Макса, думала, что моя пара – это он.

Как же услужлива память, когда не надо. Перед глазами промелькнули картинки: наша первая встреча, поход в кафе, прогулки по городу, потом знакомство с отцом и мачехой…

«Хотя с Илоной его не требовалось знакомить, – со злостью думала я. – Это ведь она придумала свести меня с Максимом. Мой бывший жених и мачеха – два сапога пора. Расчетливые, жестокие и лицемерные, они не умеют любить, зато отлично притворяются. Почему я была так слепа? Почему не заметила их взглядов, улыбок и якобы случайных прикосновений?»

Моя рука с зажатой в ней расческой опустилась. Я смотрела в зеркало, отражавшее бледное усталое лицо с залегшими под глазами тенями, и даже не огорчилась, что плохо выгляжу.

Мне хотелось найти ответ. Я понимала, что, не расставшись с прошлым, не смогу жить дальше.

Наверное, причина не в том, что мачеха и её любовник искусно притворялись. Я просто не хотела видеть правды. Мне нравился мой мир, сотканный из заботы Илоны и привязанности Макса. Я чувствовала себя любимой и защищенной от всех бед. Я принимал, как должное, интерес красивого парня, советы и внимание мачехи, даже не думая, что Максим мог выбрать любую девушку, а Илона – иметь собственные желания, не связанные с нашей семьей.

И эта беспечность едва не стоила мне жизни.

Но мне дали второй шанс. Я не должна повторить тех же ошибок. Если бы Мира Львова была умной и образованной девушкой, с интересной работой и преданными друзьями, она бы не влюбилась в первого встречного красавчика. Она бы заметила неискренность в поведении Илоны. Она бы не решилась так быстро выскочить замуж, ничего не зная о женихе.

Сердце кольнуло тупой болью. Наверное, это чувство останется со мной до конца дней. Я стиснула зубы. Плакать больше не буду, хватит. Прошлого не изменить, я должна думать о будущем.

Первое, что нужно сделать, – это проверить, есть ли у меня магические способностями. С ними будет легче выжить в этом мире. Целитель Лорес говорил, что Мирабель обладала даром, пусть и весьма скромным. Это не помешало ей учиться в Академии. Кстати, почему она оказалась дома? Может, сейчас каникулы? Или же её отчислили за неуспеваемость?

Мне стало страшно. Если Мирабель выгнали из Академии, ситуация осложняется. Я не только не получу никаких знаний, но и не смогу на законных основаниях уехать из этого дома. Можно не сомневаться, заботливая госпожа Ренси быстро найдет мне жениха, и выдаст замуж, не спрашивая согласия.

Ну, уж, нет. После истории с Максом мне даже смотреть на мужчин не хочется. Пройдет немало времени, прежде чем я смогу думать о замужестве без отвращения.

Значит, если у меня есть способности, я поеду в Академию. Заведу новых друзей, получу образование, узнаю все, что можно, об этом мире. Если же дара нет, то придется искать другой путь. Не все же женщины в Ристонии живут за счет мужей. Найдется работа и для меня.

«Если господин Ренси и его жена тебе позволят», – охладила я свой пыл.

Но, даже если родители Мирабель будут против, я могу уйти от них. Хотя странствовать по незнакомой стране, без денег и друзей, так себе идея.

«Не стоит заранее отчаиваться, – успокоила я себя. – Сначала нужно все выяснить. Мира Львова изменилась. Пройдя сквозь грань между мирами, я могла получить новые способности».

По крайней мере, об этом писали в фэнтези-романах, которые я читала дома.

Вздохнув, я провела расческой по волосам. К моему удивлению, они оказались гуще, чем я помнила, и обрели блеск. Может, в этом мире вода лучше, чем в нашем? Или служанка, моя мне голову, использовала настой редких трав или зелье?

Надо спросить Литу. Мне всегда хотелось иметь красивые локоны, такие же, как у девушки в рекламе шампуня. Но, ни маски, ни бальзамы, ни средства, купленные в дорогом салоне, не помогали. Я обычно стягивала волосы в «хвост» на затылке, утешая себя тем, то роскошные кудри – удел немногих. Или, вообще, обман производителей косметики.

Но сейчас мои волосы стали лучше. А ведь я не применяла ничего, кроме мыльной настойки.

Зевнув, я решила, что вряд ли разгадаю сейчас этот секрет. Да и нужно ли? Красивые пышные волосы – гордость любой женщины. Они привлекают внимание, смягчают черты лица. Можно только порадоваться тому, что я стану симпатичнее.

Той ночью я быстро заснула. Меня не тревожили воспоминания о прошлом или страх перед будущим. Наверное, я начинаю привыкать к роли Мирабель Ренси.

Сначала сновидения были хаотичными, расплывчатыми. Я видела отца, сидевшего в гостиной нашего дома с газетой в руках, потом мачеху, но не ту, уверенную в себе женщину, какую я помнила. Сейчас она казалась моложе и беззащитнее. Илона стояла, глядя в окно, потом вдруг повернулась и посмотрела мне прямо в глаза. На её лице не было ни следа косметики, на скуле проступил свежий синяк, длинные белокурые волосы растрепались.

Я инстинктивно попятилась. Встречаться с мачехой не хотелось, несмотря на то, что сейчас она вызывала жалость, а не страх. И видение исчезло, сменившись каким-то незнакомым местом.

Оглядевшись по сторонам, я увидела большой зал, границы которого терялись во мраке. Потолок поддерживали колонны, украшенные затейливым рисунком. Несколько горящих факелов давали слабый свет.

Наверное, в прошлом этот зал выглядел роскошным и будто созданным для проведения праздников. Но сейчас я заметила толстый слой пыли, покрывавший пол, и грязные потеки, на колоннах, оставленные факелами.

Вокруг царила тишина. Не слышалось ни шороха шагов, ни дыхания, но я откуда-то знала, что не одна в этом странном месте. За мной кто-то наблюдал.

Я медленно пересекла освещенную часть зала. Идти дальше я не решилась, несмотря на то, что не чувствовала опасности. И все же, что-то было не так.

Немного подумав, я догадалась, что именно. Сон казался таким реальным, и, одновременно, ненастоящим. Я знала, что это – всего лишь иллюзия. Значит, я могу проснуться?

Я прикрыла глаза, приготовившись к тому, что зал исчезнет, и вдруг услышала тихий голос:

– Не уходи, пожалуйста.

В этом голосе слышалась такая тоска, что изменила свое намерение. Повернувшись, я вглядывалась в сумрак, пытаясь рассмотреть собеседника.

– Не бойся меня, – продолжал голос.

Я хотела ответить, что не боюсь, но вдруг поняла, что не могу произнести, ни слова. Странный сон лишил меня способности говорить.

– Я знаю, что это глупо: обращаться к ребенку и надеяться получить ответ. Но я хотел убедиться, что ты существуешь. Что мои чувства меня не обманули. Ты нужна мне… если бы ты знала, как сильно ты мне нужна!

«Очень мило, – подумала я. – Обращаться к незнакомому человеку и говорить, что в нем нуждаешься. Лучший способ заслужить чье-то расположение».

Ситуация начала меня беспокоить. Находясь в своем мире, я бы не придала сну никакого значения. Но сейчас я в Ристании, где действуют другие законы. Меня, не спрашивая согласия, затянули в чужую, явно навеянную магией, иллюзию Кто знает, чем это обернется?

Словно почувствовав мое недовольство, незнакомец прошептал:

– Прошу, останься еще ненадолго. Твое присутствие для меня – как глоток свежего воздуха. Я смогу установить с тобой связь и скорее тебя найду.

«А вот этого не надо, – разозлилась я. – Только сталкера мне и не хватает для полного счастья, да еще обладающего магией».

Как же развеять чужую иллюзию? Может, просто пожелать, оказаться подальше от этого места?

И, словно в ответ на мои мысли, по залу пролетел ветер, поднимая тучу пыли. И всё исчезло.

* * *

Я проснулась с головной болью, и не сразу поняла, где нахожусь. Провела рукой по лбу, машинально проверяя, нет ли жара.

Сон, казавшийся таким реальным, вызвал смутное ощущение тревоги. Будто порыв ветра, возвещающий о приближении урагана, или первая вспышка молнии в угольно-черном небе.

Сев в кровати и подоткнув под спину подушку, я смотрела в окно. Ночь выдалась лунной. Сквозь щель между шторами лился поток света, придавая предметам в комнате фантастические очертания.

«Я не дома, – напомнила я себе, – точнее, не на Земле. Я в Ристании, и зовут меня Мирабель Ренси».

Имя отозвалось в сердце глухой тоской. Неужели мне придется всю жизнь притворяться другим человеком? Скрывать правду и бояться разоблачения?

«Нужно выяснить все о путешествиях между мирами», – решила я.

«Родителей» спрашивать бесполезно. Господина Ренси не волнует ничего, кроме собственного спокойствия, а Айрин поглощена выдуманными болезнями и страданиями, и заботой о муже, конечно. Целитель Лорес… Слишком опасно. Он хорошо ко мне относится, но только потому, что считает Мирабель Ренси. Самозванка, занявшая место пациентки, его точно не обрадует.

«А я? – промелькнула в голове горькая мысль. – Кому нужна я? Обычная, не слишком умная и красивая девчонка из другого мира?»

По комнате пронесся легкий ветерок. Шторы едва заметно колыхнулись.

«Ты нужна мне, – внезапно вспомнила я голос из сна. – Очень нужна. Как глоток свежего воздуха…»

Незнакомцу хотелось верить, несмотря на то, что я его не видела. Его голос – негромкий, хрипловатый и пробирающий до глубины души какой-то отчаянной болью – мне хорошо запомнился. Он говорил так, словно у него разбито сердце. Или потерял нечто очень важное.

Я отбросила мысль о том, что это – всего лишь сон, навеянный усталостью и рассказами Лореса. Кто-то знал о моем существовании. Кто-то хотел встретиться именно со мной.

Но, кто? И могу ли я доверять этому человеку? Я уже столько раз ошибалась.

Мой отец – не Дир Ренси, а настоящий – говорил, что любовь и зависимость от человека не имеют ничего общего. Блохи, живущие в собачьей шерсти, погибнут без своего хозяина. Они питаются его кровью, но разве любят его?

Или вспомнить Илону. Её нежный голос, ласковый взгляд, вкрадчивые манеры. Идеальная жена и мать. А на деле – притворщица и убийца, готовая на всё ради денег.

И, если предают самые близкие, как я могу верить какому-то незнакомцу? Мало ли зачем я ему потребовалась. Во сне люди становятся уязвимыми, так считалось в моем мире. Вдруг из меня хотят вытянуть силу, или продлить свою жизнь за счет моей.

«Но ты легко сбежала, – напомнила я себе. – То ли маг оказался недостаточно сильным, то ли не хотел удерживать тебя против воли».

Так ничего и, не решив, я опустила голову на подушку и не заметила, как задремала.

Утром меня разбудила Лита. Девушка принесла горячей воды для умывания и читстые полотенца.

– Как вы себя чувствуете, госпожа? – спросила она, раздергивая шторы и впуская в комнату солнечный свет.

– Неплохо, – зевнула я, поднимаясь с кровати.

После того, как я умылась, Лита помогла мне одеться, а затем усадила перед зеркалом и стала расчесывать волосы. Слуги бывают очень навязчивыми. Я бы с удовольствием одевалась сама, но понимала, что это удивит Литу, и не понравится госпоже Ренси. А вызывать лишние подозрения не хотелось.

– Вы чудесно выглядите, госпожа, – улыбнулась Лита, закалывая шпилькой длинный локон.

Я машинально взглянула в зеркало. Честно говоря, я отношусь к тем редким женщинам, которые не тратят кучу времени, любуясь собой. Не покупают гору косметики, не экспериментируют с цветом и длиной волос, потому что это бессмысленно.

Я была гадким утенком, который так и не превратился в лебедя. Бледная кожа, узкий рот, близко посаженные глаза, негустые волосы. На фоне ослепительно прекрасной мачехи я полностью терялась.

В подростковом возрасте я сильно переживала из-за этого, но потом смирилась. Не всем же быть красавицами. Возможно, мне помогла бы пластическая операция, но ложиться под нож хирурга не хотелось.

Я видела светских «львиц», которые были очень привлекательны… восемь лет назад. А теперь не могут жить без инъекций или мучительных процедур. Стоит ли красота таких жертв?

Но сейчас, взглянув небольшое зеркало, стоявшее на столе, я увидела свежее и чистое личико, без малейшего изъяна. Волосы, темные и блестящие, зачесаны назад с высокого лба. Глаза кажутся больше и выразительнее, они не бесцветные, а темно-серые, как осенняя вода. Маленький нос и очаровательная ямочка на правой щеке.

– Лита, ты просто волшебница, – выдохнула я.

– Но, я ничего не сделала, госпожа, – возразила девушка. – Только уложила вам волосы. Но вы действительно изменились. Говорят, такое случается после несчастного случая: тому, кто выжил, даруется новая внешность и новая судьба.

«Судьба, действительно, новая», – хмыкнула я. Девушка в зеркале казалась милой, но мне хотелось бы знать, в чем причина таких изменений. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

Лита, вспомнив о своих обязанностях, протянула мне шкатулку с драгоценностями.

– Выбирайте, госпожа.

Я принялась рассматривать украшения. Ничего особенного – несколько серебряных цепочек, пара браслетов с затейливым рисунком, золотые кольца, броши… Вещи казались старинными и, скорее всего, передавались в семье из поколения в поколения. Или же, господин Ренси был не так богат, чтобы покупать дочери новые украшения.

Палец что-то кольнуло. Я ожидала вытащить брошь или сережку, но в моей руке оказался осколок фарфора, тускло блеснувший в солнечном свете.

– Откуда это? – удивилась я странной находке.

– Не знаю, госпожа, – растерянно пробормотала служанка. – Я не трогала шкатулку. Давайте выкину?

Но я уже почувствовала в осколке нечто необычное. Словно уже держала его в руках. И рисунок казался знакомым.

Вздрогнув всем телом, я машинально сжала фарфор в ладони. Острый край поцарапал кожу, но я не обратила на это внимание, на мгновение, вернувшись в прошлое.

…Я в своей комнате, читаю письмо тети Оли. Рассматриваю её подарок – фарфоровую статуэтку в виде девушки и дракона…

«Разбить фигурку в трудную минуту, когда не будет другого выхода…»

Илона, стоящая в шаге от меня, с железным прутом в руке. Фарфоровая фигурка, оставив кровавый след на её лбу, падает на землю и разбивается…

И я прихожу в себя уже в Ристании.

Я погладила большим пальцем осколок фигурки. Вот, значит, как всё произошло. Подарок тети Оли спас мне жизнь.

Но, почему перенес меня в другой мир? Или, так и планировалось изначально?

Немного подумав, я поняла, что не ошибаюсь. Недаром статуэтку советовали разбить в случае тяжелой болезни или потери близких. То есть, тогда, когда не жаль расстаться с привычной жизнью.

А я использовала фигурку для самозащиты.

Жалко, что я не знала об её свойствах раньше. Может, не стала бы разбивать? Или, все же, рискнула? Новое имя, новая жизнь в другом мире лучше, лучше, чем смерть в песчаном карьере.

Лита что-то говорила, размахивая руками, но я не слышала, ни слова. Я снова перенеслась в ту страшную ночь, когда узнала об измене Макса и планах мачехи.

Интересно, что с ними случилось после моего исчезновения? Макс, скорее всего, принялся искать другую богатую невесту. А Илона? Вернулась в дом моего отца?

Я очнулась, почувствовав, как по руке течет что-то теплое. Оказалось, кровь: я порезалась осколком статуэтки.

– Госпожа! – девушка протянула мне чистый платок, чтобы перевязать ладонь.

– Спасибо, Лита.

– Давайте я выкину эту дрянь. Не представляю, как она попала в шкатулку.

– Нет! – я сама удивилась своей горячности. Не знаю, почему, но мне не хотелось выбрасывать фарфоровый осколок. Словно он был последней ниточкой, связывающей меня с домом.

С другой стороны, стоит ли разбрасываться артефактами, пусть и поврежденными? Статуэтка перенесла меня в этот мир. Логично предположить, что и дорогу назад можно найти с её помощью. А вдруг фарфор обладает другими необычными свойствами? Ведь осколок как-то попал в шкатулку?

Я напрягла память. Нет, статуэтка разбилась в песчаном карьере. Я не касалась осколков, да и зачем? Тогда я считала, что всё для меня кончено.

«Илоне не повезло, – отрешенно подумала я. – Хитрый план рухнул из-за „дешевой безделушки“, как она назвала подарок тети Оли. Впрочем, сейчас, она, наверное, радуется. Падчерицы нет, и руки марать не пришлось».

Я ощутила покалывание в кончиках пальцев. Словно осколок предупреждал меня о чем-то. И он был теплым, гораздо теплее, чем обычный фарфор.

– Не стоит беспокоиться, Лита. Я сам его выброшу. Иди к себе.

…Я задумчиво рассматривала осколок. Небольшой, овальный, размерами примерно три на два сантиметра. Наверное, это нижняя часть фигурки. Снова сжала его в ладони, стараясь не порезаться.

По руке прошла волна тепла. Так, словно осколок фарфора радовался мне, если можно так сказать о вещи. Но я давно заметила, что даже лишенные магии драгоценные камни по-разному влияют на людей. Одни дают силы и даже исцеляют, другие конфликтуют с человеком, забирая его энергию. Но это – обычные камни. У меня же в руке осколок статуэтки, открывший портал между мирами.

«Жаль, что фигурка разбилась, – вздохнула я. – Целое всегда сильнее части. Но, чего нет, того нет».

Мне хотелось показать осколок Лоресу, но, немного подумав, я отказалась от этой мысли. Слишком многое пришлось бы объяснять. Целитель, возможно, подсказал бы, какими свойствами обладает разбитая фигурка, но затем не спускал бы с меня глаз. Или потребовал бы отдать артефакт главе семьи.

Ну, уж нет! Это моя статуэтка, подарок тети. Всё, что осталось у меня от прошлой жизни.

Он защитил меня один раз, может, пригодиться и впредь?

Пальцы снова кольнуло, словно осколок прочитал мои мысли. Расставаться с ним не хотелось. Вдруг Лита или другая служанка, прибирая в комнате, решит его выбросить?

Порывшись в шкатулке, я нашла маленький бархатный мешочек, в котором раньше хранились драгоценности, опустила в него осколок и спрятала в карман платья.

Как раз вовремя – появилась служанка и сказала, что меня ждут в столовой к завтраку.