Текст книги "КотоФей и дачница (СИ)"

Автор книги: Тали Аксандрова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 33
Ткань с узорами

Уши кота прижались к голове, взгляд тревожно заметался. Вдали снова прогрохотал шум.

– Ты боишься грозы? – спросила Лера.

– Рыжий боится грозы именно здесь, – ответил за него Колючка. – И правильно делает.

Гроза не просто будила дикую магию, она делала ее сильнее, напитывала ей растения.

– Пока далеко, – заверил кактус, прислушиваясь. – Набери еды. А еще крапивы, пора новое платье шить. Добавим серебритиникус евертанус, то ткань выйдет с узорами.

Лера не спорила. КотоФей вздохнул и при очередном далеком грохоте прижал уши к макушке.

Крапива сопротивлялась, но недолго. Еще Лера набрала клубней в зарослях лопуха, охапку чешуйчатых стеблей, плодов несъедобного дерева, прозрачные плоды и даже прихватила зазевавшуюся тыкву. Дома оставалось еще немного туманных грибов и несколько горстей сухого мха. Она принесла еды и большую охапку крапивы, положила их и направилась в сарай.

– Возьми меня! – завопил из дома кактус.

Пришлось забрать его и только потом отправиться в сарай. Рыжий был уже здесь и поправлял что-то на ткацком станке. В сарае было чисто и то, что могло пригодиться в хозяйстве, аккуратно стояло вдоль стен или было сложено в стопки. Битые и поломанные вещи сгрудились в углу. Пол был выметен, на ткацком станке не видно было ни пылинки.

Колючка критически осмотрел сарай и изрек:

– Нам не сюда.

– А куда? – удивилась Лера.

– Ты хочешь ткань с узорами или нет? – проворчал Колючка.

Ему нужна была мастерская ведьмы. Именно там, среди сухих пучков, висел серебритиникус евертанус. Тот самый, который нужно было добавить в самотканную крапиву.

Это оказалась сильно пересушенная трава с серебристым отливом и едва уловимым запахом полыни. Траву пришлось долго перетирать в ступке, кактус критически поглядывал, заглядывал внутрь и говорил только одно:

– Еще.

Получился тончайший серебристый порошок. Его Лера высыпала в ведро, в котором собиралась замачивать крапиву, и размешала. Вода стала серебристой и мерцающей, и только тогда в нее погрузили крапиву. Хорошенько вымочив, ее нужно было высушить и расчесать. И только после этого размещать на ткацком станке.

Если бы Лера собралась делать крапивную ткань в своем обычном мире, это заняло бы очень много времени. Нужно было удалить все листья и боковые побеги, вымачивание заняло бы от двух недель до месяца. Потом ждала долгая сушка, обработка мялками и тщательное расчесывание гребнями.

Но здесь крапива была магической, и дело шло быстро. Когда Лера расчесала ее после сушки, получилось тонкое, шелковистое волокно, зеленоватое, с серебристым отливом.

Небо вдали уже чуть затягивало тучами. Рыжий ждал в сарае, он отступил как можно дальше. Она закрепила первый пучок крапивы, и веретено завертелось, волокна вытянулись в ровную нить. Снова Лера подхватывала новые пучки и подносила к веретену, и снова в сарае густо запахло травами и болотом. Кактус хмуро смотрел и молчал.

Магия помогала работать быстро. Она натянула нити, продела в бердо, закрепила. Как и в прошлый раз, ей пришлось провести почти весь день в сарае, поправляя нити своими руками. Все это время Рыжий старался уйти в тень и не показываться. И время от времени поглядывал на небо, но тучи едва-едва приближались.

– Почему ведьма осталась здесь? – спросила Лера у кактуса.

– Ей так приказали, – неохотно буркнул Колючка.

Ведьма принадлежала к темным силам. Тем самым, что хотели захватить все садовое товарищество. Тем самым, что отправили своего агента к одинокой старушке, а получили бросившего пить дядю Колю.

– И зачем им оставлять ее здесь жить? – уточнила Лера.

– Дикая магия, – ответил кактус.

Ведьма изучала местные растения и готовила особые зелья. Часть из них она продавала в другие миры, а часть предназначалась темным силам. Лера посмотрела на Рыжего. Тот опустил голову.

– Мы не знали, – сказал он. – Дед не знал.

КотоФеи помогали ведьме, потому что она защищала дикую магию от магов-аристократов. Когда они узнали правду, то ушли в свой древний магический лес и больше не вернулись к ведьме. С ней остался только кактус, но он был фамильяром и деться никуда не мог.

А потом ведьме пришлось срочно бежать.

– Она многое оставила здесь, когда убегала в спешке, – добавил кактус. – И я уверен, что она еще вернется. Но сначала отправит кого-нибудь другого.

В мастерской, действительно, осталось немало сухих трав, порошков и флаконов с зельями. И Лере совсем не хотелось встречаться с ведьмой, поэтому она решила поторопиться с тканью. А КотоФей все чаще поглядывал на небо.

Полотно получалось такое же широкое и плотное, мягкого зеленого оттенка, но на этот раз на нем проявлялись узоры. В ткань словно вплетались серебристые нити, проявляясь листьями. Лера замерла, разглядывая их, и кактус довольно усмехнулся. Даже Рыжий шагнул из тени к станку и уставился на крапивное полотно.

Гроза наползала очень медленно. Они успели не только поесть, но и раскроить ткань. Но на этот раз Лера хотела другое платье.

– Вот так, – показала она под грудью, – а дальше до земли. В фильме «Гордость и предубеждение» такие были.

Рыжий приподнял брови. Никакие фильмы, он, понятое дело, не смотрел, но шить умел. Поэтому, задав Лере уточняющие вопросы, все понял. Он разметил ткань и раскроил. Кактус то следил за ними, то поглядывал в окно.

Чтобы вышло быстрее, КотоФей и Лера в этот раз шили вместе, просто кот занимался рукавами.

Да уж, теткино СНТ оказалось со странностями. Прямо со своего дачного участка можно было свалиться в магический мир. Или в мир орков, тут уж как повезет. И во все это невозможно было бы поверить, если бы Лера сейчас не сидела за шитьем платья из самотканной крапивы вместе с КотоФеем, а на них не поглядывал ворчливый кактус.

Когда тучи стали подползать ближе, Рыжий заторопился домой. Она проводила его до леса, вернулась и села за шитье.

– Ты говорил, ведьма готовила зелья, – вспомнила она. – Какие?

Колючка задумался. Видно было, что он что-то бормочет про себя, вспоминая, и Лера ждала подробный ответ.

– Разные, – наконец, ответил он.

Ведьма никогда не советовалась с фамильяром, ничего не рассказывала ему и, отправляясь в мастерскую, не брала с собой. Он нужен был ей в основном только для того, чтобы открыть магическую часть книги о растениях. Но кактус был не менее вреден, чем ведьма, мог отказаться, и тогда она грозила повыдергивать ему все иглы. А, совсем разозлившись, вышвыривала в поле к сорнякам с дикой магией.

В это время снова загрохотало, и на этот раз совсем близко. А в дом заскочил запыхавшийся Рыжий, сжимая в руках конверт.

– Письмо от лорда Дайриса, – выдохнул он.

В это время загрохотало так, что КотоФей пригнулся

и прижал ушли. В лес он уже не вернулся.

Глава 34
Гроза над сорняковым полем

Сразу стало заметно, что поле изменилось. Растения словно вытянулись вверх, в небо, и раскинули листья. Некоторые сорняки торчали, как антенны, некоторые словно развернули локаторы. Порывы ветра налетали и проходили по полю, как по ворсу. На землю упали первые тяжелые капли.

Кактус молчал. Он прислушивался и посматривал в окно, иглы его напряглись. Ветер налетал порывами, капли стучали по крыше.

Лера любила дождь. Не затяжной, а такой, грозовой, который налетал и уносился прочь, оставляя после себя поломанные ветки и запах озона. За окном все больше темнело, и грибница светила все ярче, освещая ткань. Лера спокойно шила платье, прислушиваясь к все ускоряющемуся стуку капель. Рыжий все больше прижимал уши к голове.

– Началось! – вдруг выдохнул кактус.

Все изменилось. По траве пробежала волна, словно кто-то провел по ней огромной рукой. И сразу раздался звук. Сухой, дребезжащий, как треск кузнечиков. Сначала слабый, едва слышный, он нарастал и становился все громче.

Мох разом выпустил споры, и он повис над ним, как туман. По плющу прокатились искры, и его фиолетовые бархатистые листья засветились.

Небо осветила первая молния. Но растения не пригнулись от налетевшего порыва ветра, а напротив, потянулись к темным тучам. Сорняки вели себя странно. Какие-то растения свернулись в тугие спирали, другие резко распрямлялись и выстреливали облаками пыльцы. Эта пыльца не оседала, не улетала с порывами ветра, а повисала в воздухе мерцающим слоем.

После следующего удара грома между растениями пробежали голубоватые разряды, короткие и злые. Они с треском перескакивали с одного сорняка на другой. Трава, которая минуты назад была зеленой, засветилась изнутри. Соцветия засветились пульсирующим светом. Все поле погрузилось в хаос.

Растения, сплетаясь и расплетаясь, вздыбливались корнями и переливались разрядами магии, как в безумном танце. Казалось, молния перебралась на поле и бушует там. Лере пришлось плотнее закрыть дверь. Кактус смотрел в окно, не отрываясь, и на кончиках его игл тоже проскакивали искры.

Гроза закончилась быстро, но по полю все также пробегали искры. Когда Лера вышла из дома, пахло не озоном и влажной землей, а чем-то густым и травянистым. Едва Рыжий показался на крыльце, как сорняки напряглись и угрожающе повернули в нему листья. КотоФей покачал головой и снова скрылся внутри дома.

Весь день они шили. Когда платье было наметано, она решила примерить его. Рыжий вышел на крыльцо.

– Тебе нужно будет отвернуться, – попросила она Колючку. – Я помогу.

Он кинул, и Лера повернула его к окну. Но стоило ей чуть отойти, как у кактуса проявились глаза на спине.

– Ты меня недооцениваешь, – хихикнул Колючка.

Оказалось, такой трюк он научился делать еще с ведьмой и благодаря этому много чего узнал. А пока пришлось закрывать кактус книгой и примеривать платье. Лере оно понравилось сразу, и по ткани, и по покрою, и по тому, как село. Колючка придирчиво осмотрел ее и подсказал, где поправить.

Поле долго еще искрило, а сорняки выглядели враждебно. Хорошо, что дома был запас еды.

– Оно будет опасно еще несколько дней после грозы, – заверил кактус.

Лера подумала, что как раз успеет дошить платье. Колючка вдруг уставился в окно.

– А вот и первые гости, – торжественно объявил он, и вдруг злодейски хихикнул: – Очень вовремя.

Она переглянулась с Рыжим и разом выскочили на крыльцо, оставив дверь открытой. Пруд всколыхнулся, и из его черной глубины показалась серая морда какого-то громилы, похожего на орка, затем полез второй. Лера вскрикнула и попятилась. КотоФей бросился к дровам, где оставил топор.

Первый орк сделал шаг, и слышно было, как захихикал кактус. Растения вокруг пруда затрещали и покрылись искрами, воздух снова сгустился, как было во время грозы. Но орк не остановился и пошел напролом. Второй шагнул за ним.

И тут началось. В орков полетели лианы плюща, стебли, корни, пыльца, колючки, иглы и вообще все. Они опутали первого и легко бросили его туда, где из земли показались корни. Корни лже-борщевика бешено завибрировали, и орк с рыком полетел в пруд и через мгновение исчез в нем. Второй попятился, но его прошиб разряд скопившейся магии и отшвырнул в черноту.

Никого не осталось. Сорняки медленно успокаивались, по ним еще некоторое время пробегали разряды, а в воздухе пахло горелым.

– Вот и все, – сказал кактус.

Незваных гостей, по всей видимости, отправила ведьма. И Лера понятия не имела, что та искала.

– Рыжий! – позвала она.

КотоФей не отозвался, и Лера шагнула с крыльца и обошла дом. Сразу за углом стоял Рыжий, бледный, почти белый, на его одежде торчали колючки, а по щеке текла кровь. Видимо, сорняки чем-то попали в него, когда атаковали орков.

Она помогла коту зайти домой, уложила на лавку и бросилась нарезать новую крапивную ткань на полосы. Кактус нахмурился.

– Не переводи хорошую вещь, – заворчал Колючка, – это все равно не поможет.

– А что поможет? – заволновалась Лера. – Что с Рыжим?

Кактус как-то сразу и резко замолчал и отвернулся. Она подскочила к нему и развернула к себе:

– Что поможет, Колючка?

– Посмотри руку, – неохотно ответил он. – Выше локтя.

Лера бросилась к Рыжему. Выше локтя в кожу коту впилась ресничка, такая же, которая попадала ей в лодыжку. Лера побледнела.

– Что я должна собрать? – непослушными губами спросила она.

По кактусу прошла дрожь, и он невольно бросил взгляд в окно.

– Если тебя не будет, то погибнем мы оба, – пробормотал Колючка.

Он посмотрел на нее, и в его взгляде была тоска. Снова остаться в одиночестве, без капли воды.

– Пожалуйста, Колючка, – попросила она.

– Нужна прозрачная трава, – вздохнул кактус, даже не ввернув сложное название. – В мастерской ведьмы ее больше не осталось.

Когда Лера готовила мазь для раны от реснички, она добавила последнюю прозрачную каплю из флакона. Это был сок стеклянной травы.

Глава 35
Черный пруд

Заросли после грозы стали практически непроходимыми. Корни внезапно вылезали из земли и вцеплялись в ступни, стебли норовили хлестнуть по рукам и лицу. Лера вцеплялась в них голыми ладонями, и только тогда сорняки отступали.

Она добралась до пруда. Хотя издали казалось, что в нем черная вода, вблизи стало ясно, что это черный плотный туман. Чем там булькал смартфон при падении, не очень ясно. Наверное, магический звуковой эффект. Над туманом парили в воздухе крупные бутоны цветов.

Стеклянная трава нашлась не сразу. Почти невидимая, та затаилась между камнями, устилавшими глинистый берег. Лера осторожно шагнула к ней, косясь на сорняки, которые росли недалеко от пруда, но те вели себя тихо.

Ровно до того момента, как она срезала ножницами первый пучок прозрачной травы. Тут же из земли вырвались тонкие, как плети, корни, обвили ее лодыжки и резко дернули. Она покатилась к пруду. В последний момент Лера успела вонзить ножницы в глинистую землю. Хватка корней ослабла, и она выбралась.

И в то же мгновение в плечо ее ударила ветка, с такой силой, что Лера полетела в сторону и упала в переплетенные корни. И прямо перед ее носом оказался камень с замочной скважиной. Гладкий, отполированный, как из моря, с совершенно обычной маленькой замочной скважиной. Камень был так плотно оплетен корнями, что его было едва видно.

Лера прикоснулась к нему. И корень, который она случайно задела, дернулся и отполз в сторону. Она приложила ладони к камню, и корни освободили его.

Лера оглянулась, но сорняки вели себя спокойно. Она осторожно подняла камень, поднесла к уху и чуть встряхнула. Внутри что-то тонко звякнуло. Лера сложила находку в корзину, вернулась к стеклянной траве и, настороженно озираясь, сорвала руками несколько пучков, отложив в сторону ножницы, теперь вымазанные в земле.

Она вернулась той же тропой, и сорняки не сильно ее донимали. Заскочила в дом и бросилась к Рыжему. Он лежал на лавке совсем бледный, но попытался подняться.

– Лежи! – скомандовала Лера. – Я сейчас вернусь.

Она подхватила кактус и поспешила в мастерскую ведьмы.

– Что с ними делать? – спросила, достав стеклянную траву.

– Положи обратно, – проворчал Колючка. – А пока возьми вон тот горшок, третий на средней полке, и поставь на огонь.

Лера сделала все, как он сказал, даже не спрашивая, почему пустой. Огонь разгорелся, горшок слабо затрещал.

– Чего стоишь? – поинтересовался кактус. – Разотри траву, как в прошлый раз делала.

Она не нашла бы ее среди остальных сухих пучков, если бы не помощь Колючки. Растерла крупно и быстро.

Горшок на огне тем временем стал красноватым, и кактус велел бросить туда стеклянную траву. Та легко расплавилась прозрачной массой и стала закипать. На поверхности поднялись пузыри и стали громко лопаться. Колючка отсчитал несколько и потребовал убрать горшок с огня и перелить сок стеклянной травы во флакон.

Лера действовала быстро. Она помнила, что нужно было соединить перетертую траву и сизую жидкость. Нужный флакон отыскался легко, он был полон только наполовину.

– Этот? – спросила у кактуса.

– Переутус криколикус, – кивнул он.

Лера вылила жидкость на перетертую траву, и все засияло голубоватым светом. После того, как она добавила две капли черного дурмана, жидкость в миске забурлила, от нее пошел то ли пар, то ли дым. После капля сока стеклянной травы.

Когда пар перестал идти, Лера подхватила миску с лопаткой и кактуса и помчалась домой.

КотоФей уже не шевелился, только следил за руками Леры. Она зачерпнула мазь лопаткой и нанесла на рану. Кот вздрогнул всем телом, выдохнул и закрыл глаза.

– Рыжий! – забеспокоилась Лера. – Рыжий!

– Он спит, – сказал кактус. – Пусть спит. Ты лучше скажи, что прячешь в корзине?

Она принесла из мастерской корзину и достала камень. Колючка прищурился:

– Так вот за чем они приходили, – пробормотал он.

Лера вспомнила, как серые орки осматривались на берегу. Но вряд ли их послала ведьма, ведь нора-пруд была неуправляема.

– Что это?

– Ведьмино зелье, – ответил кактус. – Она долго его варила, очень долго. Я много раз летал в окно, пока ведьма смогла его приготовить.

– Тогда почему не забрала?

– Потому что не смогла, почему же еще?

– Колючка…

Зелье было крайне ценным для ведьмы. Она спрятала его в магическом камне и заперла на особый, пропитанный магией ключ. Да только не смогла этот ключ найти, когда поспешно убегала. Ведьма разозлилась и потребовала от кактуса сообщить, где ключ. Он не знал, и ведьма оставила его высыхать в мастерской без капли воды.

– Ты правда не знал? – спросила Лера.

Колючка скривился:

– Нет, решил весь высохнуть за правду и справедливость.

– Слушай, – вдруг вспомнила она. – А что, если…

Лера нашла свой халат, порылась в карманах и достала маленький серебряный ключ. Глаза кактуса тут же округлились так, что все стало ясно.

– Где ты его нашла? – пробормотал он.

– На дне вон того горшка, – показала Лера. – Под слоем нагара и остатков еды.

Кактус весь сморщился, странно сморщился, и она поспешила к нему. И у самого стола услышала, что тот просто смеется.

– А я ее предупреждал, – прохихикал он, – что нельзя зарастать грязью. Видимо, свалился, когда она ела прямо из горшка, да там и увяз.

Лера вставила ключ в замочную скважину и повернула. По камню пошла трещина, и она осторожно приоткрыла его. Внутри полого камня, выложенного мхом, лежал стеклянный флакон с темно-зеленой жидкостью. Лера подняла его на свет, и жидкость окрасилась фиолетовым.

– Осторожно, – кактус поджал колючки и отклонился от края горшка, насколько мог. – Ты меня убьешь. Убери!

Она положила флакон обратно на мох и посмотрела на Колючку.

– Что это?

Это было ведьмино зелье для уничтожения растений, очень сильное. Всего несколько капель его хватило на весь пригорок, на котором стоял дом и постройки. Именно поэтому на нем ничего не росло, ни один дикий сорняк здесь не поселился. Кактус знал, и поэтому не хотел получить землю в свой горшок с лысого пригорка.

Колючка не знал точно, почему ведьма не унесла хотя бы камень, он в это время был заперт в мастерской. Но предполагал, что растения вытолкнули ее, а камень выхватили и спрятали среди корней. А Леру, судя по всему, они сами подтолкнули к тайнику.

– И что теперь делать? – спросила она, смотря на флакон.

Его даже просто вылить было нельзя. Если уж несколько капель сделали пригорок лысым, то что будет после целого флакона?

– Прочитать письмо от лорда Дайриса, – ответил Колючка.

Глава 36
К лорду

Конверт был из выбеленной гладкой бумаги, с идеально круглой печатью. Лера, даже не взглянув на надписи, разорвала его и достала письмо. Аккуратным каллиграфическим почерком лорд Дайрис писал, что ей надлежит прибыть в его загородный дом как можно скорее. Называл он ее «ведьмой».

Кроме письма, в конверте лежал прозрачный плоский камень размером с ноготь. Лера достала его и с недоумением повертела в руках.

– Одноразовый активатор входа, – сказал Колючка. – Ты сможешь попасть к магам-аристократам.

– Наконец-то!

– Я бы так не радовался, – проворчал кактус.

– Почему? – Она посмотрела на него.

– Были у него разногласия с ведьмой, – ответил Колючка, – и она применила к нему зелье. Уж какое, не знаю, мне не докладывала. Может, любовное, может еще что похуже.

– Я – не она, – Лера пожала плечами и оглянулась.

Рыжий мирно спал, бледность почти прошла. Когда он совсем выздоровеет, она сможет отправиться к лорду и добыть пропуск в свой мир. А пока есть время дошить платье.

Она приготовила ужин и запекла чешуйчатые корни, но кот почти ничего не съел и снова уснул. В эту ночь он не ушел в лес, и уже в сумерках кактус весь вытянулся, вглядываясь в окно.

– Пришла, – хмыкнул он.

– Кто? – Лера отложила платье и подошла к столу.

Грибы-светильники сразу приглушили свет, стоило ей убрать шитье.

– Невеста Рыжего, – Колючка кивнул на лес.

Из дымки выглядывала черная кошка, даже в сумерках было видно зеленые огоньки ее глаз. Лера едва успела увидеть ее, прежде чем та скрылась в лесу.

Рыжий выздоравливал три дня, очень медленно, совсем не так, как Лера. Кактус объяснял это тем, что кот, в отличие от нее, не был дендрокластом, антимагом растений.

На второй день КотоФей вышел на крыльцо в самый солнцепек. Сел и блаженно прищурился, отогреваясь. Вечером он показался своей невесте и немного поговорил с ней.

За эти дни Лера успела дошить платье. Когда Рыжему стало лучше, она затопила баню, постирала вещи, развесила их на веревке на улице.

Мылась она новым мылом, с желтыми лепестками. Оно неожиданно дало много пышной пены и приятно пахло. Лера тщательно промыла волосы, потом отмылась сама. Она бы и от березового веника не отказалась, если бы такой был. Спина после ночевки на сундуках поднывала, но лавка была нужнее Рыжему.

Волосы после золотистого мыла стали шелковистые и рассыпчатые, а на коже сохранился тонкий аромат.

На следующий день Лера переоделась в новое платье. Оно село очень хорошо, только рукава чуть топорщились. Захватила с собой пропуск и еще письмо от лорда, на всякий случай. Рыжий улыбался, а кактус смотрел хмуро, черные глаза его превратились в щелочки.

– Я не брошу тебя, Колючка, – сказала она, шагнув к нему.

– И ты так собралась идти? – он впился взглядом в ее руку с зажатым в нем письмом.

– Да, – кивнула Лера. – Что-то не так?

– Все не так! – проворчал кактус. Помолчал и добавил: – Как думаешь, зачем лорд тебя позвал? Ты для него всего лишь ведьма, ему дела нет, попадешь ты в свой мир или нет. Пропуск для прохода между мирами получить слишком сложно, чтобы маг-аристократ занимался этим просто так.

Она об этом не подумала. Точнее, думала, но надеялась, что для попаданки сделают исключение…

– Не сделают, – заверил Колючка. – Но если ты нейтрализуешь действие ведьминского зелья, то все может быть.

– Я – не ведьма, – напомнила Лера, но кактус не слушал.

Он задумчиво посмотрел куда-то на потолок, потом так же задумчиво произнес:

– Вряд ли это любовное зелье, тогда фразы в письме были бы витееватее. Думаю, это зелье из тетрентиума липутуса.

Кактус тихо бормотал что-то, все также уставившись на потолок. Лера взяла книгу о травах, открыла и приготовилась листать. Но тетрентиум липутус был сразу же на первой странице, она даже по лбу себя хлопнула, как можно такое забыть. Со страницы на нее смотрело колючее растение, а текст подсказывал, как сделать из него зелье для выживания соседей. Хотя лорда Дайриса только с натяжкой можно было назвать соседом ведьмы.

Как именно оно поведет себя в доме мага-аристократа, нельзя было заранее сказать, потому что зелье для выживания соседей действовало по-разному на разных людей.

– Возьми с собой тот флакон, – кактус кивнул на камень с замочной скважиной. – И будь с ним осторожна! Только капля, и только в помещении! Секатор тоже возьми.

Все это время Рыжий с удивлением смотрел на Колючку, пока тот не заметил и не спросил хмуро:

– И чего ты на меня так уставился?

– Ты помогаешь.

– И? – произнес кактус еще более хмуро.

– Помогаешь Лере уйти, – тихо ответил кот.

Самым большим страхом Колючки было снова оказаться в мастерской без капли воды. Вряд ли кто-то еще смог бы добраться к дому через поле с дикой магией, кроме Леры. Но он все равно помогал ей вернуться в свой мир.

– Я не брошу тебя, Колючка, – повторила она. – Я заберу тебя с собой.

Кактус что-то тихо проворчал. Он дал еще несколько указаний, в том числе, довести дело до конца и убедиться, что зелье подействовало. Она выслушала все очень внимательно.

Лера сложила все необходимое в корзину, попрощалась к Колючкой и вышла. Рыжий вышел с ней. Они вместе дошли до леса, и он исчез в дымке. А она отправилась по знакомой дороге к загородному дому лорда Дайриса.

И в этот раз идти было легче. После грозы прошло уже несколько дней, но дело точно было не в этом. Или дар ее стал сильнее и так действовал на растения, или новое платье из крапивы, или то, что лежало в корзине Леры. Она дошла до прозрачной стены, приложила к ней камень-пропуск и попала в мир магов-аристократов.

Даже воздух здесь оказался другой, не было ни ветра, ни резкого запаха трав, как возле дома ведьмы. Трава идеально подстрижена, или попросту росла так, не выбиваясь.

Леру уже ждали. У ворот стоял невозмутимый высокий старик с гладко зализанной сединой. По всей видимости, это был дворецкий. Он провёл её в восточное крыло, бросил на пороге:

– Лорд ожидает вас внутри.

И ретировался с такой скоростью, будто за ним гнались.