Текст книги "Ведьма без магии (СИ)"

Автор книги: Стефания Джексон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Записи, которым можно верить.

Наш столик находился рядом с панорамными окнами. Слушая теорию Питера, я смотрела на бушующее море. Воды моря разбивались о скалы утеса. Солнце светило ярко в безоблачном небе. С этой стороны острова море всегда бушевало. Вне зависимости от стоящей на улице погоды.

Море Ублюдков соединялось тремя островными городами. Капельница открывала троицу. За Капельницей обосновалась магическая тюрьма для отпетых преступников – жилье Питера – Ясное Пугалово. А чуть южнее – остров подростков-ниндзя Пугалово. Море Ублюдков получило название из-за преступников. Здесь невозможно было плавать – воды моря всегда были холодными. Как и земля на острове.

Подсуетившись, маги приняли решение полностью отказаться от пляжей. Чуть ли не весь остров находился на пологом утесе, но, если приспособиться, то с южной стороны острова можно было спуститься к единственному – слегка защищенному заклинаниями – морcкому побережью.

Уловив суть последнего предложения Питера, не удержавшись, я выдала.

– Дерек мог бы быть наемником. Он не раз говорил мне, что ненавидит светлых магов. И,если бы не наша с ним дружба, давно бы их истребил с острова.

– Мало вероятно.

– Почему?

– Наемники рано или поздно раскрывают себя. О них тут же становится известно всему миру Трех Измерений. Они никогда не ходят к матушке девушки или парня в дом! Знают – если их раскроют, то семью убьют. Поэтому 99 % наемников никогда не заводят первую любовь. А если и заводят, то при вступлении в ряды наемников, обязательно от нее избавляются, в надежде, что та не станет идти на рожон – то есть искать случайных связей с неприятностями по свою душу.

– Но ведь от девушки не так-то просто избавиться. – Пробубнила я, и решила поспешно добавить. – А что, если человек сначала встречался, потом расстался – вступил в ряды наемников, заработал деньги, ушел из наемников – и вновь начал встречаться со своей первой любовью?

– Заманчивое предположение. Но ты забыла одно но!

– Какое?

– Наемники никогда не становятся прежними. Они не могут уйти из рядов наемников, даже если сами очень сильно этого хотят.

– Что же их тогда держит? Связи? Деньги? Легкий заработок?

– Договор.

– Договор?

– Да, договор. Человек, решивший вступить в ряды наемников, подписывает договор о неразглашении. Пункт 1.1, а также пункт 2.30; благодаря которому он самовольно подтверждает вступление в ряды наемников, и обязывается никогда его не покидать. Без подписи пункта 2.30договор считается не действительным. Расторгнутым. До совета наемников. Во время совета решается судьба горе-наемника. Видишь ли, наемники бояться, что их разоблачат. Перед своими они выступают без масок и каких-то защитных заклинаний. Именно поэтому упущению, тех, кто отказался от сотрудничества с наемниками, не подписав необходимые пункты в договоре, убивают.

Я вновь посмотрела на документы, лежащие на столе в хаотичном порядке. Устроила беспорядок на столе, даже не заметив этого.

– Возвращаясь к твоему вопросу скажу – Дерек не стал бы уходить в ряды наемников. У него богатые родители, которые известны в узких кругах. К тому же, прекрасно зная характер парня, скажу, что он личность темная, но всегда – для принятия решений особенно – здравомыслящая натура. Он – в отличие от тебя – никогда не станет заниматься сомнительным делом. А потому и в неприятности впадает редко. Я не раз пытался его подловить на каверзных ситуациях.

– Как успехи?

– Ничего не вышло. – Питер недовольно покачал головой. – Дерек не отступился. Сумел выбраться без моей помощи.

– Может быть ты ему просто не интересен? – Пробубнила я, внимательно рассматривая сидячего напротив мальчишку. – Четырнадцать лет, Питер. Пора бы уже чуток подрасти. Того и глядишь – люди начнут воспринимать твои услуги по оказанию помощи всерьез.

– Не дождешься. – Скорчился Питер. – Мне и в своем возрасте неплохо.

Я закатила глаза. Любимая отговорка мальчишки. На моем опыте он был первым, кто не хотел взрослеть по-настоящему. Не хотел быть как все. Возможно, именно поэтому он и стал на не совсем правильный, но зато действенный путь – очутился в Департаменте.

– Как знаешь. – Я пожала плечами, решив собрать документы в одну стопку. Все равно сейчас мне их изучить в тишине не удастся. – Дерек – козел. Предлагаю сойтись на этом мнении и попробовать решить, что нам делать с Врачевателями Страха дальше.

– Дерек хоть и козел, – хмыкнул Питер, – но наемником ему никогда не стать. Мы оба сейчас прекрасно это понимаем. Ведь если человек становится наемником, то он автоматически становится предателем народа. А Дерек Фиорини не привык предавать близких ему людей. Я не раз наблюдал, как парень стоит за ними горой. Взять хотя бы тебя и твою никчемную жизнь Ходячей Бедствии.

– А при чем здесь я? – Я снова не поняла, как так вышло, что из Врачевателей Смерти мы пришли к разговору обо мне. – В последнем приезде на остров – во время каникул – Дерек даже посмотреть на меня не решился!

– Зато нашел время поговорить с твоей матушкой. – Назидательно заметил Питер. – Значит, ты ему не так уж и безразлична, как считаешь.

– Я так не считаю!

Не удержавшись, повысила голос я. Питер на мое восклицание лишь закатил глаза.

– Верно, не считаешь. Думаешь.

– Разве это не одно и то же?

– Отнюдь. Много думать – вредно. Это давно доказали ученые с планеты Даккар.

– Ага. У них всегда шарики заходили за ролики. Наши ученые и то добились большего. – Не поверила я в сомнительное сравнение мальчишки.

Я не доверяла ученым с планеты Даккар. Не хотела верить тем слухам и статьям, которые невольно – естественно магическим образом – появлялись у нас в Капельнице. Мы – маги и ведьмы – неохотно, но все же были причастны к магии, царившей на планете Даккар.

Ученые делились опытом. Представляли отчетность проделанных открытий Департаменту. Советовали Департаменту убрать взрослых с острова, и полностью погрузиться в изучении магических способностей подростков.

Ученые придерживались мнения, что якобы только у подростков магия развивается гораздо сильнее, нежели у взрослых. Они считали взрослых мусором.

Я же – слыша этот берд – всегда ухмылялась и не верила ученым. Да, они выращивали из колб близнецов, которые умели плести сильные заклинания. Из сильных заклинаний близнецы создавали новое. А те, кто не имел близнеца при рождении и вовсе считались чуть ли не изгоями с повышенной псих оценкой.

Однако несмотря на удачный опыт оплодотворения магических близнецов, сами ученые близнецов не имели. Они были взрослыми, которые со скоростью света пожирали новые знания, выдавая их за новые открытия.

Питер не был согласен с моим мнением. Он благотворил ученых, создавших магических близнецов. Иногда – в моменты забытья – Питер сокрушался, что не он считался создателем стой сильной – по его мнению – машины.

Я знала мальчишку три года. Мы были с Питером в хороших отношениях, когда ему от меня что-то было нужно. Когда что-то было нужно мне, то Питер просто растворялся, словно его никогда и не существовало. Я никогда не могла найти Питера сама. Выход ведьм с острова был закрыт. Мы жили в ловушке, находящейся на приятно обустроенном острове. Порталами я не пользовалась – они меня не слушались. Да и вызвать без магии порталы я не могла. Приходилось по городу – острову передвигаться самостоятельно.

Как дура.

Я снова пыталась искать тему, которая не затрагивала бы существование Дерека. Дерек сейчас должен был находиться на острове. Последний день каникул в Академии. Но я вновь не видела Дерека. Он словно специально гулял по тем местам, куда я ходить категорически не жаловала. У нас на острове существовало несколько мест, где без магии делать было нечего. Без магии там находиться было страшно. На неприятности можно было наткнуться по щелчку пальцев, а зная, как сильно меня любили неприятности, я пыталась игнорировать такие места.

Я словно чувствовала – поговорить по душам больше не получится. Я буду учиться в Академии, получать магические знания. Питер будет заниматься здесь и в мире своими делами, которые были связаны не только с работой в Департаменте.

Сидя в кафе, я хотела понять, что мне следует ожидать от дальнейшей работы с мальчишкой. Вот тут, чисто случайно, мне попался довольно странный рисунок. Мрачный. Похожий на ужастик. Он не связывался с концепцией тех записей, которые мне передал Питер ранее.

Взяв рисунок в руки, и хорошо его рассмотрев, я положила его на середину стола. Питер покачал головой. Он взмахнул рукой, делая рисунок невидимым. Сначала я хотела сокрушаться – какого черта? Но потом, спустя несколько секунд, за поворотом барной стойки появилась та самая официантка. Она – все так же мило улыбаясь – забрала пустую тарелку Питера и две моих выпитых чашки кофе. Питер вновь взмахнул рукой, заставляя рисунок обратно появиться. Не хотел иметь последствий магического расследования. Лишних свидетелей мальчишка всегда остерегался и обходил стороной.

– Тебе необходимо научиться быть более внимательной. – Тоном учёного, который я ненавидела, прокомментировал он мою некомпетентность.

Я лишь пожала плечами, снова облокачиваясь на спинку стула.

– Я не вампир, Питер. Я не могу слышать каждого, кто неслышно подходит к нам сзади, прячась за ширмой магического барьера.

– Я тоже не вампир. Но я сумел уловить ее шаги. Причем вовремя. Нам ни к чему лишние уши. – Сокрушенно учил меня манерам общения Питер. – Если бы я хотел, чтобы о нас знали – я бы не стал уходить из дома твоей матушки, ища более приватное место для нашего маленького разговора.

– Этот наш маленький разговор, Питер, длиться уже два часа. – Заметила я, посмотрев на настенные часы, висящие в холле за спиной мальчишки на противоположной стене кафе. – А мы так к обоюдному соглашению и не пришли.

Питер спокойно облокотился на стул. Он непринужденно скрестил руки на груди и сказал приказным тоном, который я до жути ненавидела:

– Убери рисунок. У нас гости.

– Что? Кто?

Мне хотелось игнорировать Питера. Я не хотела слушаться его дебильных приказов. Но одна деталь заставила меня действовать. Питер был зол. Его тело напряглось, а сам он готов был незамедлительно вскочить со стула и применить магию к тому бы то ни было.

Внезапно дверь «Глазного Яблока» с шумом открылась и в помещение вошли трое – два брата-близнеца и одна девочка, стоящая между братьями ровно по середине.

– Ты точно уверена, что он будет здесь, Клэри?

Спросил один близнец с тонной татуировок на теле. Татуировки были самые разные – от маленьких до больших композиций. Татуировки все были черными. И большинство из них явно сделали давно – черный цвет практически иссох. Его бы обновить, да только обновка татуировки может стоить довольно дорого. В мире Трех Измерений их точно не делали. Возможно, этот парнишка делал татуировки в человеческом мире. Но мне что-то подсказывало, что вся троица приехала отнюдь не из него.

Второй парень выглядел намного скромнее. Если первого пепельно-белые волосы портили из-за наличия тату, то второго они красили и безумно шли. На его теле не оказалось ни единой татуировки.

Одеты парни были одинаково – черные джинсы, черные кроссовки, черная футболка и надетая на распашку косуха, явно подобранная не по размеру.

Девушка отличалась скромностью. При первом взгляде сразу было видно – она выросла в скромной семье. Элегантное черное платье, достаточно свадебного покроя, чтобы бегать от опасности, висело на незнакомке идеально. Ноги укутались в черные кроссовки, а рыжие волосы заплетены в две косички, и спадали на оба слегка ссутулившихся плеча.

– Уверена, Люк. – Вздохнула та, кого назвали Клэри. По ее лицу было заметно, что пустые вопросы одного из парней заметно угнетают девушку. – Меня не мог подвести информатор…Снова.

– Ага, – заржал другой парень, – как в тот раз, когда ты пыталась….

Договорить ему не дали. Девушка шикнула, прислушиваясь.

Я перевела взгляд на Питера. Хоть во мне и не плескалась магия, но даже я понимала – здесь что-то не чисто.

Магический барьер должен был подавлять разговоры из вне. Мы не могли понимать разговоры странной троицы также, как они не могли слушать наши.

Взяв в руки один из листков с уже изученной информацией, и прекрасно понимая, что информация не даст мне никаких новых знаний в области поимки преступников, я написала вопрос: «Мы можем разговаривать?», адресованный Питеру. Скрутив бумагу в летучую птицу – предположительно летучую мышь – я отправила послание Питеру. Поймав птицу и развернув ее, мальчишка лишь глазом посмотрел на написанный текст. Затем хмуро перевел взгляд на меня и приложил палец к губам – мол помалкивай лучше.

Утвердительно кивнув – хваля себя за сообразительность – я вновь покосилась на троицу. Она пришла в это заведение явно не просто так. Кого-то искала. Кого-то пыталась найти. И этот кто-то явно должен был присутствовать здесь в кафе «Глазное Яблоко». Но, прекрасно зная это место, я до последнего сомневалась, что тот, кого искала троица, хмуро сидит передо мной.

В моей голове крутился вопрос – кто же это такие?

Капельница – городок маленький. Здесь каждый второй знает друг друга. Соседи, не знающие себя, но общающееся с другими соседями, рано или поздно интересуются жизнью тех, кто живет рядом. Сначала они расспрашивают о соседях друзей и знакомых. Если эти люди знают семью, то они рассказывают о них все, что им ведомо. Если в последствии рассказа людям нравилась семья, то они приходили с ней знакомится. И всегда знакомства имели благоприятный исход. Редко, но все же бывали моменты, когда в последствии такой дружбы, семьи расходились, оставляя за собой лишь негативное знакомство.

– Что мы тут забыли? – Про гундосил недовольно парень без татуировок на теле. Он достал из-за спины катану и, поставив ее рядом, облокотился на ослепительно отполированный клинок. – Люк?

– На меня не смотри, братишка. – Поднял обе руки в оборонительном жесте Люк. – Я до последнего не хотел идти с вами, помнишь? Это вы оба меня уговорили отправиться на путешествие, которое ничего хорошего, кроме горя нам принести не может.

– Он – не горе, Люк. Он – наша надежда. Я бы не стала просить вас о помощи, но, прекрасно зная ваш характер, вы не позволили мне отправиться сюда в одиночку.

– Ха! Конечно! – Выплюнул Люк. – Ты сто процентов попадешь в неприятности, из которых без нашей помощи не выйдешь. А звонить на планету Даккар в мире, где нет никаких средств коммуникаций – сложно.

– Почему нету? Есть! Я слышал, что в Тенерожденной Академии ректора и профессора начинают осваивать разговорную систему с помощью зеркальных пудрениц. Очень эффективная штука. Но, поговаривают, лягает жутко.

– Нам только этого не хватало – телефонных пудрениц с зеркальцем. – Сокрушенно покачал головой парень без татуировок. – Нас и так дома не жалуют, потому что мы ей помогли. – Он кивнул на загрустившую Клэри. – Думаешь, если мы станем бегать по планете Даккар и кричать что-то в пудреницу, нас станут уважать?

– Мальчики! Брейк! – Крикнула недовольно на парней девушка. – Нам только вашей ссоры для полного счастья не хватало. И так находимся в самой жопе!

Я снова посмотрела на притихшего мальчишку. Он смотрел немигающим взглядом на спорящую троицу. Его тело все так же было напряжено. Руки он сжимал в кулаки, а немигающий прищуренный взгляд пугал. Именно в этот момент – находясь рядом с ним – я порадовалась, что яростный взгляд был направлен не на меня.

Все-таки мальчишка в гневе всегда проявлял хаотичный страх.

Нам с детства говорили, что страх, граничащий с яростью – сомнительное оружие. Оно может как погубить, так и вырвать желанную победу из вражеских лап.

– Мне фиолетово. – Скучающим голосом ответил Люк. – Давайте уже осмотрим это заведение, и, если не найдем его – ретируемся на Даккар.

– Не получится. – Назидательно возразил его брат.

– Почему это?

– Забыл про комендантский час? – Парень без татуировок посмотрел на настенные часы. – Нам еще тут торчать примерно три часа. И лишь по их истечению мы можем вызвать портал домой. Ты сам прекрасно знаешь, что с нами будет, если мы постараемся вызвать портал раньше времени.

Клэри сделала осторожный шаг вперед. Она попыталась осмотреть кафе, но, не найдя ничего интересного, отправилась к барной стойке – видимо пыталась вывести официантов на деловой разговор.

Люк же, чтобы не скучать, вышел на улицу. Буквально через несколько секунд я заметила его стоящим рядом с утесом и смотревшим на море Ублюдков.

В кафе остался стоять парень без татуировок. Стоило мне повернуться к нему, как я похолодела. Он смотрел немигающим взглядом прямо на Питера! Оставив магический фантом, разглядывающий помещение скучающим видом, незнакомец направился к нам за столик. Он без труда смог преодолеть барьер, и, усмехнувшись мне наглой улыбкой, наколдовал рядом со мной еще один стул.

– Гляжу, ты так и не научился пользоваться защитным заклинанием, Питер. – Деловито покачал головой парень. – Не разумно. Они тебя быстро вычислят. Ты даже оглянуться не успеешь. А потому советую тебе побыстрее уносить отсюда ноги, пока есть такая возможность.

– Я не собираюсь убегать от проблем, в отличие от тебя Ривер. – Резонно заметил мальчишка, неожиданно кивнув на меня. – Видишь девушку, сидячую передо мной?

Ривер посмотрел на меня – словно оценивая. Меня всегда тошнило от подобных взглядов. Хотелось блевать. Причем блевать не куда-нибудь в сторону, а именно на смотревшего.

– Очень красивая. Но только на один раз.

– Простите? – Попыталась возмутиться я.

На этом мое возмущение закончилось. Питер поднял ладонь вверх, призывая помалкивать. Ишь чего захотел! Похоже, до него так до конца и не дошло, что я не вещь! Да и мы давно пришли с мальчишкой к единому мнению, что мы – несмотря на подписанный договор – друзья.

– Ходячая Бестия. – Мальчишка улыбнулся, подтверждающее кивая. – Спорим, что у нее получится влипнуть в неприятности намного больше, чем это делает сейчас Клэри?

– Питер! – Прошипела я, пытаясь его образумить.

Меня не слышали. Включили кнопку игнор.

Мальчишки.

Епрст!

– Сорян, я пас. – Отказался Ривер, за что я поставила ему галочку за уважение к девушке. – Мы тут очередные гости.

– Тогда что вас тут держит? Что привело вновь в наш мир?

– Чувак! Не забывай, что мы хоть и находимся на другой планете, но живем в мире Трех Измерений на таких же правах, как и вы.

Быстро же Питер нашел к Риверу рычаг давления. Это плохо. А там, где плохо, там же и подписанный Питером договор о взаимной помощи на спасательный обмен.

– Подождите, – попыталась в третий раз вклиниться в разговор я, – выходит…вы друг друга знаете?

– Разумеется. Иначе я бы не помогал этому подонку. Спустил бы Клэри и Люка. А от них – кажется – ты в последний раз еле скрылся.

– Но скрылся же.

– Ага. С моей помощью. И теперь пытаешься сделать то же самое. Вот скажи мне, будь добр, нафига ты сюда приперся?

– Обсуждаем Врачевателей Страха. – Честно ответил Питер. – На всем острове это единственное место, куда ее пускают и где можно поболтать, не беспокоясь о том, что тебя услышат.

– Не понял. А что с ней не так? Девка как девка. И фигура приличная. Если бы мой брат не встречался с Клэри, то запал бы на нее.

Тут я просто не выдержала.

– Ах твой братик значит, да? А что насчет тебя?

– А что насчет меня? – Он прикинулся болбесом. Только вот играл плохо. Переигрывал.

Я заметила в его глазах едва заметный азартный огонек. Такой огонек нередко встречается у парней, которым нравится играть с девушкой, которая им нравится.

Ничего. Я тоже неплохо играю в любительские игры.

– Ты бы не запал на меня? – Я огляделась по сторонам, словно видела эту часть кафе впервые. – Не вижу тут твоей девушки.

– Ее у меня нет.

– Значит, я бы тебе понравилась?

– Нет.

– Но вы же с братом близнецы!

– И что с того?

– А то, что вы всегда носите одинаковую одежду, значит и вкусы к девушкам у вас должны быть одинаковые.

– Так! Стоп! – Прикрикнул Питер, бессовестно прерывая меня. Но то, что я услышала от мальчишки, заставило покраснеть от стыда. – У Ривера была девушка. Она два месяца назад погибла от Приспешников.

Я невольно потупила взгляд.

– Прости. – Сказала еле слышно.

А произнеся слова, осмелилась посмотреть на притихшего парня. Тот кивнул, принимая мои извинения, но поспешил свернуть язвительные комментарии, брошенные в мою сторону.

– Так кто такие эти ваши Приспешники?

– Их у нас на планете называют Прислужники. – Отозвался Ривер. Теперь его глаза вместо печали отражали неподдельную ярость. – Люди со сверхъестественными способностями, которые во время рождения потеряли брата или сестру-близнеца. Таких личностей ученые, считающиеся нашими родителями, пытались вывести. Уничтожить. Стереть в порошок, пока они не нанесли нашей планете вред. Но они просчитались. Одна из них – сестра Клэри – сбежала во время разбившейся колбы. Мы многие годы считали девушку умершей. Когда она появилась, то начала истреблять близнецов, пытаясь поквитаться за собственную смерть. Клэри хотела ее остановить, и смогла. Правда непростой ценой. Ценой смерти моей девушки.[1]

– Погоди минутку. – Невольно остановила я парня. Он говорил быстро. Словно боялся передумать раскрывать передо мной израненную душу. – Ты сказал, что Приспешниками становятся те, кто остается без близнеца, верно?

Ривер кивнул, подтверждая мои слова.

– Тогда как так вышло, что Клэри, оставшись без близнеца, не стала одной из них?

– Мы не знаем. – Пожал плечами Ривер. – Сейчас мы рады что она вообще осталась жива и получила магические способности, которых раньше у нее не было. С тех пор все вопросы о ее сестре-близнеце ушли на второй план. Осталась лишь месть, которой, кстати, – Ривер выжидательно посмотрел на Питера, – ты бы мог посодействовать.

– Я уже не раз говорил – я не пытаюсь мстить! Я лишь устраняю проблему.

– И в чем проблема помочь нам устранить Приспешников на Даккаре?

– Да в том, что мне это не выгодно. Ни сейчас, ни потом. Мне станет это выгодно только в том случае, если Приспешники придут на мою планету и станут крушить мой мир.

Я впервые видела, чтобы Питер отказывал в содействии. Он настоятельно был против помощи. Почему? Что такого происходило на планете Даккар? Совсем недавно мальчишка непринужденно хвалил созданные учеными изобретения, а сейчас даже и слышать о планете Даккар не желает.

Странно.

Переменчивость в настроении Питера никогда меня не пугала, но она же заставляла о многом задумываться. Например, я всегда в такие моменты думала о приближенных людях мальчишки. Их было немного. Слишком мало, чтобы они назывались семьей. Но достаточно, чтобы Питер знал – в случае опасности ему смогут протянуть руку помощи.

– Знаешь, мне пришлось изрядно потрудиться, чтобы спасти твою задницу от моей семьи. – Ривер пожал плечами, мило улыбнувшись. – Может стоило не применять магию блокатор и дать им возможность надрать тебе задницу?

Я, не удержавшись, хмыкнула. А когда взгляды мальчишек повернулись ко мне – причем оба сделали это настолько синхронно, что меня немного это напугало, – умудрилась немного испугаться. Неужели оба думали, что я промолчу? Глупцы. Питеру давно было пора понять, что я никогда не держу рот на замке.

– Тебя скоро начнут искать. – Как бы невзначай оборонил Питер, не дав мне никакой возможности съязвить. – Тебе стоит вернуться. С нашей последней встречи Клэри стала сильнее. Ее обмануть будет гораздо сложнее, чем Люка. Кстати, давно хотел спросить… Как ты его выносишь? Он же тупой до невозможности!

– Он – моя семья, Питер. Я не стану никого из них предавать, становясь никому ненужной ищейкой. Мой ответ прежний – нет!

А вот это уже было интересно.

Я прикусила нижнюю губу. Ривер оказался импульсивнее Питера. Парень с трудом сдерживал эмоции, не позволяющие выходить за гранью дозволенного. Его глаза – святящиеся нежно-голубым – выдавали все эмоции, которые парень так упорно пытался скрыть. Возможно, находясь на расстоянии и не смотря ему в глаза, можно было не придавать никакого значения его истинным чувствам. Но я сидела рядом. Практически бок о бок. И благодаря этому читала эмоции Ривера словно открытую книгу.

Я не могла оторваться от парня. Меня приманивала не его красота – здесь она не играла никакой роли. Меня больше привлекала его судьба и желание защитить родных. Он тепло отзывался о семье. Защищал брата. Всячески пытался приструнить Питера, если тот заходил со своими выводами слишком далеко.

Я даже отложила в сторону проблемы, решив, что Приспешники и Врачеватели Страха подождут.

Я ошиблась. Не стоило мне этого делать. Не стоило мне о них забывать.

Дверь кафе «Глазное Яблоко» вновь открылось. Сначала я подумала, будто бы вернулся Люк – брат Ривера. Но это был не он. Вновь посмотрев на окна, я заметила все еще стоящего рядом с утесом парня. Он продолжал наблюдать за волнами, словно это был весь смысл его жизни.

Странный парнишка. Не такой как все. Маг или ведьма не смогли бы наблюдать за бушующим морем столь долго. Мы, хоть и любили море, но старались к нему не подходить. Дело было даже не в холодных водах моря Ублюдков. Отнюдь. Малыши, не умеющие слушать и читать книжки с радостью резвились в воде, отыскивая тот единственный пляж, скрытый от остальных. Со временем, когда дети начинали изучать литературу и читать книжки, они натыкались на отпугивающие легенды о море. С тех пор никто их нас так и не стал прежним. И,несмотря на написанные кем-то сказки, мы до сих пор боялись бушующих волн, думая, что внизу – прямо на дне морском – действительно живет оно – чудовище, забирающее человеческие души.

Русалкин. Именно так называли морское чудовище местные жители Капельницы. Если верить написанным сказкам, то чудовище обитает в обоих морях – Море Затонувших Кораблей и Море Ублюдков. Оно перебирается из одного моря в другое. Своими бесхребетными щупальцами утаскивает детей, проносит его по всем морям до своего дома, и, уже там, беспощадно пожирает добычу.

Когда я посмотрела на дверь кафе, мое тело похолодело. Нет, там не было Русалкина. Морское чудовище не может ходить по суше. Вместо него находилось черное существо с большим хвостом и огромной пастью. Чудовищные клыки выпирали изо рта. С левой стороны свисал белоснежный язык. Черные глаза и большие клыкастые лапы не создавали никакого уюта – только страх.

Проследив за моим взглядом, Ривер ругнулся. Он резко встал со стула, который моментально растворился в воздухе. Обернувшись к Питеру, бросил:

– Все еще стоишь на своем?

А сам, не дожидаясь ответа, бросился в лапы чудовища, не забыв пробить магический защитный барьер, окутывающий нас.

Теперь, посмотрев чудовище, явно пришедшее из ада, я поняла, почему сегодня в кафе никого не было.

После исчезновения Ривера – он тут же бросился с чудовищем в бой, зовя во все горло Клэри на подмогу – Питер выругался.

Он встал, поманил меня рукой. Быстро собрав свои вещи, я послушалась. Мне не хотелось сегодня становиться чьим-то обедом. Но один вопрос на языке все же предательски вертелся.

– Кто это? – Спросила я. Перекрикивая шум крика парня и звон бьющегося меча.

Питер, чертыхнувшись, резко вызвал магические фиолетовые искры. Он открыл портал – перенос.

– Приспешник. – Неохотно ответил мальчишка. – А теперь, прыгай.

Не просьба, приказ.

– Одна?

– Одна! Я, так уж и быть, помогу этим недотепам, а ты спокойно отправишься на учебу. Только, прошу тебя, не раскрывай того, что видела. Наверняка, Приспешников больше не будет. Мы не хотим, чтобы народ начал раньше времени паниковать. Ни им, ни нам это ни к чему.

– Ты всерьез хочешь, чтобы я оставила тебя одного? Питер!

– У тебя все равно нет магии. Тебе нет смысла вмешиваться. Подтирать от крови твою задницу я не планирую. – Питер бесцеремонно схватил меня за руку. Когда я оказалась рядом, прошептал, все так же глядя на монстра. – Не забудь про игрушки. Сейчас они у меня на первом месте!

И, не дав мне ответить, с силой толкнул в портал. Я вскрикнула, но от пощёчины воздержалась. Чудовище сумеет надрать мальчишке зад.

В этом я не капли не сомневалась.

[1] Подробнее читайте в серии «Магические близнецы» прим. автора

Прибытие ведьмы (редактура)

Академия давно приняла закон,

О запрете колдовства между учениками

В местах, не подлежащих их учению.

Теперь активировать магию могут только

В учебных классах, да в библиотеке,

Если профессор попросил ученика потренироваться.

Своевольное хвастовство на территории

Карается наказанием.

И только один черный маг,

Вправе избежать такой несправедливости…

Дневники Кэтти, 1895 год.

Записи, которым можно верить.

Только я начала верить в могущество Питера, как прогадала и вновь решительно вернулась к прошлому суждению о силе мальчишки. Он вызвал портал в кафе, но не рассчитал сил и отправил меня на территорию, находящуюся даже не на территории Академии Вирн, а рядом, причем отправил меня туда так, что мне предстояло идти до Академии порядочных нескольких метров.

Я с детства не только притягивала неприятности, но и была слегка неуклюжей в плане небольших падений. Питер грубо вышвырнул меня в портал, а потому мое приземление на землю было слегка незапланированным падением на незнакомого парня, оказавшимся в ненужное для его спины время и место.

Я не сразу поняла, что упала на парня, а не на асфальт. Моя сонная магия отозвалась на темную, предупреждая о возможной опасности. То, что маг был темный, я ни капельки не сомневалась. Благодаря повадкам Дерека, я с легкостью могла различать темного и светлого магов, лишь посмотрев на компаньона. Отголоски светлой магии, конечно же, всегда были в приоритете, но они не всегда реагировали на темных магов сразу. Иногда им необходимо было время, чтобы понять, кто стоит передо мной – друг, враг или недоброжелатель с темной наружностью.

У светлых магов с полностью активированной силой затвора распознавания светлых или темных магов, находящихся рядом, не наблюдалась. Мне же изначально приходилось полагаться на свое чутье, а уже потом прислушиваться к возникающим внутри меня магическим ощущениям.

– Слезь с меня, смертная! – Злобно выплюнул парень с жатыми от тяжести зубами. – Ты не пушинка, а жирный, черствый мешок картошки!

Воевать с темными мне не хотелось. Особенно если они относились к себе любимым особам, которые могли часами стоять перед зеркалом и наблюдать за своим внешним видом. О том, что я упала именно на такого парня, говорили идеально выглаженная школьная форма, да причесанные волосы, которые повидали слишком много геля для укладки волос.

Его форма имела темно-синий оттенок, c маленькими вкраплениями зеленых акварельных и едва заметных клякс. Нашивка предоставляла собой круглую золотистую окантовку. Ровно по центру виднелся рисунок с факультета, куда входил незнакомец. Небольшие, едва заметные погоны на локтях говорили о принадлежности мальчишки к третьему курсу.