290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Сладкое зло (СИ) » Текст книги (страница 3)
Сладкое зло (СИ)
  • Текст добавлен: 25 ноября 2019, 14:00

Текст книги "Сладкое зло (СИ)"


Автор книги: Стар Дана






сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Грёбанное дежавю!

Страх отступил окончательно. Я перестала бояться, перестала плодить в голове навязчивые мысли. Потому что расслабилась. Потому что почувствовала приятную заботу и увидела нежный блеск в его глазах, цвета тёмного капучино.

Сексуальный засранец! Он по-прежнему щеголял на людях в одних только спортивных шортах. И абсолютно босый. Когда боец вошёл в комнату, я тут же сжалась в напряжённый комочек, с силой вцепившись руками в край стола, чувствуя, как ногти ломаются от напряженного давления, вообразив себя трусливым кроликом.

А когда он подошёл ко мне ближе и шепнул ласковым, спокойным тоном утешительную фразу: «Не бойся, не трону… Если сама не захочешь», я немного обмякла, расслабленно выдохнула и закрыла глаза. В тот миг, когда его большие, но такие чуткие пальцы зарылись в мои волосы на затылке, мощное цунами из мурашек атаковало моё тело!

Божеее! Какие нереальные ощущения! С ума сойти!

Его настойчивые руки коснулись моей шеи. Мужчина перебросил на правое плечо копну пышных иссиня-чёрных волос, подушечками пальцев прошёлся по шее, спине, скользнул вниз к локтям, остановился возле подрагивающих запястий.

– Не паникуй. Я всего лишь оцениваю степень твоих увечий. Этим безмозглым ублюдкам повезло, что я вовремя успел остановит месиво. Иначе… из каждого бы сделал фарш для фрикаделек. – Нащупал несколько синяков, тут же оскалился, – В следующий раз я позабочусь о том, чтобы тебя определили в ВИП зону.

Здорово! Ужа всё за меня решил.

Не думаю, что этот «следующий раз» ещё когда-нибудь наступит.

Я снова дрогнула и готова была провалиться в другое измерение, или вывернуться внутренностями наружу, когда амбал начал заботливо обрабатывать каждую ссадину, каждый синяк на пульсирующем истомой теле. И снова я пропотела как раб, чуть было не задохнувшись от его наглого вторжения в мой мир, пока он, будто ярый собственник, шарил своими крепкими лапищами по моему телу.

И ужаснулась! Потому что его прикосновения не вызывали отвращения, или паники, хотя должны были, так как видимся мы во второй раз и я даже имени его не знаю.

Господи! Какая же я хрупкая, по сравнению с этим Гераклом! Жалкая капля у берегов нещадного океана! Никогда не видела таких гигантских мужчин!

Кстати, «ублюдки» – это он так толпу поклонников назвал?

Парень без комплексов, называется.

– Где болит? Здесь? – прошёлся подушечками пальцев по коже у корней волос, исследуя на ощупь каждый сантиметр, пока не нащупал небольшой выпуклый шарик, отчего я дёрнулась. – Потерпи. – Немного погладил это место, а затем приложил холод.

И боль прошла. Но больше не от льда, или от антисептика.

А от его лечебных прикосновений.

Вот уж дежавю, твою ж матушку! Тогда в кафе лоб мне натирал, теперь вот снова натирает. Только вот уже в другом месте. И весьма не очень приятном месте.

А парень-то оказался не таким уже и ужасным монстром.

Тем более уж не насильником.

Наверно именно поэтому мне захотелось, чтобы он не останавливался. Чтобы прощупал также и остальные участки тела… Потому что его прикосновения действовали на меня как наркотик. Я перестала боятся и поняла, что нахожусь в абсолютной безопасности. И в абсолютной заботе.

Вот только никак не могла понять, почему он со мной так щепетильно возится?

Неужели, понравилась?

Такой себе вариантик, если честно.

Кругом ведь столько других, не менее достойных красоток! Выбирай любую! Такому мачо откажет разве что слепая, или пенсионерка.

Неожиданно, мне вдруг тоже захотелось отблагодарить своего спасителя за заботу. Минет я делать не умею, к тому же жутко стесняюсь, ведь у меня ещё никогда не было мужчин, поэтому взамен за доброту я предложила кое-что другое:

– Давайте теперь и я вас подлечу?

– Да, позаботься обо мне, крошка. Мне очень и очень больно. – Наигранно заскулил, протягивая мне навстречу окровавленные ручища.

Идиоткаааа!

Ты что, совсем что ли сбрендила??

И хочется, и колется!

Да пофиг вообще! Ну подумаешь, потрогаю немного паренька… я ж не спать с ним на этом чёртовом грязном столе собираюсь! Просто… он очень милый. И я чувствую, что у него безумно доброе сердце, несмотря на эти жуткие татухи по всему телу, грозный взгляд, объемные кулачища и, разумеется, габаритное телосложение, которым я не устану восхищаться никогда!

Ещё мне до исступления чертовски нравиться его брутальная щетина, его модная стрижка и эти интересные татуированные полосы с непонятным узором, украшающие каменные бицепсы. А на предплечье я вижу тату с розами и грозным черепом.

В двух словах, ходячий идеал, не иначе!

Конечно же боец был ничуть не против, чтобы и я к нему прикоснулась. Вон как опешил от неожиданности, улыбнувшись до самых ушей. Протянул свои перебинтованные эластичным бинтом руки, и задержал дыхание, глядя на то, как я дрожащими пальцами едва-едва касаюсь острых костяшек. Перепачканных кровью. – Это в основном чужая кровь, – хвастается, пока я бережно разматываю бинты, – Кровь моих противников. Кстати, тебе понравился бой? И как часто ты ходишь на подобные мероприятия?

Не знаю, что ответить. Соврать? Чтобы не считал меня забитой зубрилкой.

И за чем мне это вообще надо? Не понимаю! Я будто бы превратилась в куклу марионетку, которую кто-то невидимый дёргает за ниточки. И этот кто-то – «из ниоткуда взявшиеся странные чувства».

– Не знаю. Вообще я здесь случайно. Подруга притащила. На самом деле я ненавижу насилие…

Странно было то, что я до сих пор не грохнулась в обморок при виде чужой крови. Меня немного подташнивало, но я держалась, хотя вообразила себя бравой медсестрой, а сама, по сути, даже мясо порезать на гуляш боялась. Наверно, просто не обращала на эту фобию никакого внимания. Ведь были страхи куда более важные.

Мне казалось, что здоровяк в любую секунду возьмёт и сорвется. Толкнет меня на стол, схватит за горло, разорвет на мне трусики и жёстко отымеет. От мужчины буквально разило энергией полового недержания и прущего через грань тестостерона.

Не смотрю на него. Сосредоточенно копошусь с ранами. А сама кожей чувствую, как он насквозь сверлит меня пристальным взглядом, где-то в области разорванной блузки, поэтому спешу поправить ткань так, чтобы моя наполовину выглядывающая грудь не мозолила нахалу глаза. Наверно он уже раз сто подряд трахнул моё юное тело в своих наглых мыслишках. Причём, в самых изощрённых позах.

Кажется, словно я выпалила эту глупость вслух! Потому что боец, якобы случайно, шагнул ещё ближе, так, что я вдруг почувствовала, как что-то твёрдое, как камень, и очень, ооочень горячее повелевающее коснулось моей коленки. В ушах тут же противно зазвенело, все внутренние органы скрутило морским узлом, а по затылку покатились липкие градины пота.

О, Боги! Что это?

Взгляд вниз – и я реально лечу в бездну, когда вижу насколько дико он возбуждён! Насколько огромный у него член, который там, в боксерских шортах, буквально трещит, пылает и рвётся наружу, выпирая острым штырём!

Мамочка родная…

Он видит страх в моих глазах, и снова отступает. Я облегчённо выдыхаю, практически заканчивая делать перевязку. Удивительно, храбрец даже ни разу не дёрнулся, когда мне пришлось капнуть перекисью на содранные в кровь костяшки. Он что, терминатор? Робот? Или мазохист, который не чувствует боли. Наверно, просто привык к постоянным травмам.

Ужас! Какой всё-таки жестокий спорт!

И зачем только нужны эти жуткие мордобои?

Глядя на увлечья, мне вдруг стало искренне жаль мужчину.

Не знаю, как так получилось, но я на несколько секунд взяла его за руку и просто подержала, чувствуя сумасшедшее тепло. Приятное, успокаивающее тепло. Подняла глаза, вздрогнула, когда незнакомец в ответ сжал и мою руку тоже. А после… сладко улыбнулся.

– Спасибо. Ты прелесть.

Проклятье!

В груди началась атомная война! Он только что пустил в моё сердце очередной снаряд. Который, сразил его наповал.

Этот парень выиграл войну. Теперь я в его власти. Вся. От кончиков волос, до кончиков ногтей, в каждой клетке ДНК.

Никогда не испытывала ничего подобного! Кожа леденеет от его пристального взгляда, а от слов, наоборот, пылает диким пламенем! В то время как грудь саднит от мурашек, соски напрягаются и твердеют, врезаясь в ткань лифчика, ну а между ног течёт как из бракованного крана.

Боксер пытается соблюдать расстояние, понимает, что я не такая как его обычные на всё согласные давалки. Сам же, исходя из огромного стояка, еле-еле сдерживается, чтобы не сорваться, чтобы не наброситься, чтобы не сделать меня своей.

– Как тебя зовут? – вспоминает о самом важном.

– Соня. – Мурлычу, чувствуя, как уголки губ невольно растягиваются в улыбке.

– Со-ня… – Закатил глаза, прошептал по слогам, лаская своим бархатным голосом каждую букву, с такой порочной интонацией, будто только что бесстыже трахнул моё имя. – Давид. – Его массивное тело врывается в моё личное пространство, когда он снова делает уверенный шаг вперёд, а пухлые, умопомрачительные губы оказываются на чертовски близком расстоянии от моего уха, – Со мной можно на «ты». Мне всего-то двадцать девять. – Шепнул, так, что коже стало жутко горячо от его частых и горячих выдохов.

Сколько-сколько??

Двадцать девять?

А мне вот девятнадцать.

Спасибо хоть не сорок девять.

Ну вот и все. Капут мне.

Мама меня точно прибьёт!

Но перед этим хорошенько отметелит.

ГЛАВА 6.

Наши губы оказались на опасно-близком расстоянии друг от друга. Я сижу на столе – он нависает надо мной, такой мелкой, такой крошечной, непроходимой скалой. И я, задержав дыхание, зажмуриваюсь, в панике ожидая, что наше знакомство, как у обычных нормальных людей, по сути, должно завершится рукопожатием. Но у нас, напротив, оно клонится к безрассудному, пылкому поцелую.

Вот только мы не нормальные люди.

Мы с ним из разных миров.

Я вода – он огнь.

Я примерная девочка – он жестокий бандит.

Я добро… а он – лютое зло.

И в будущем, я ещё тысячу раз пожалею, о том, что впустила этого демона в свою сердце и вот так вот глупо подарила дьяволу свою душу.

Спонтанно. Легкомысленно. Неразумно.

Отдавшись чувствам, наплевав на предупреждения разума.

Неожиданно, в дверь постучали, и от этого стука я немного пришла в себя.

Отстранилась, опустила голову в пол. Давид с яркостью сжал челюсти и даже стукнул кулаками по столу, после чего, ругнувшись себе под нос, нехотя направился к двери.

У меня глаза из орбит вылезли, когда там, за порогом, показалась хохочущая Карина. Да ещё и в каком виде! Юбка подруги выглядела так, будто её только что вытащили из одного места на букву “а”. (В “Википедии”, кстати, это слово трактуется как “}отверстие в нижнем конце пищеварительного тракта животного или человека”) Край шва юбки с левой стороны надорван, на топе порвана одна лямка, а лифчик, зацепившись застёжкой за взлохмаченные волосы, вообще болтается где-то на заднице!

Какой кошмар!

Однако, это было ещё не самое шокирующее! Её лицо и её внешний вид – выглядели куда более ужасней потасканной одежды проститутки. Под пустыми, плавающими глазами – фингалы от потёкшей туши, а по щекам размазанная красная помада. На шее – лоснятся фиолетовые следы от засосов. От девчонки несло водярой. То, что она было в угаре, не понял бы лишь мёртвый.

В общем, она была похожа на драную, подзаборную кошку, которую только что хорошенько вытрахала стая бродячих собак.

Вот ведь гадюка! Явилась не запылилась!

Ну погоди у меня!

Надеюсь, твои лохмы застрахованы!

Внезапно, я вдруг вспомнила их недавнишний разговор с Безжалостным, именно ту самую острую фразочку: «За зрелище нужно платить». Теперь я поняла, что билеты достались ей не бесплатно и не за красивые глаза. Моя гипотеза подтвердилась, когда я увидела ещё одного «интересного» персонажа, появившегося в дверном проходе.

За девчонкой, ухмыляясь, стоял некий незнакомый парень – огромный темноволосый крепыш с татуировкой быка в области груди, выдувающего пар из ноздрей, набитой на загорелом, мясистом теле. Он тоже был без футболки. Босый, в одних лишь шортах.

У них, млин что тут, клуб какой? Здоровых и нагих бруталов, главное правило которого, – это, чтобы его члены сутками напролёт щеголяли в одних только боксёрках?

Для меня одного тела за день слишком много… А тут, блин, ещё один красавчик нарисовался. Действительно я сейчас пребываю в состоянии шока «средней тяжести». Я ведь впервые в жизни увидела настоящих мужчин. НАСТОЯЩИХ!

Собственными глазами, а не на обложках глянцевых журналов.

– Здаров, братюнь! – незнакомец пропел хриплым басом, – Развлекаетесь? – кашлянул и хохотнул одновременно, – Не помешал?

– Не парься. – Давид явно не обрадовался его вторжению, но виду не подал. – Это Соня. А это – Буйный. – Представил нас друг другу.

– Или можно просто – Макс. Приятно познакомится! – Слегка поклонился, а затем вдруг обхватил Кринку за талию и по-свойски припечатал задницей к своему паху. Девчонка радостно охнула.

– Эмм, да… Приятно. – Я смущённо кивнула, непроизвольно вытащив из сумки телефон.

Твою ж!

Неожиданно, я вдруг вспомнила про время и про то, что последний раз отписывалась маме в смс-ке час назад.

– Ой, простите! Но к сожалению, нам уже пора. – Протараторила, спрыгивая со стола. В голове снова пробудился торнадо, а в глазах потемнело. Невольно схватилась за край опоры.

– Я отвезу вас. – Уверенно выдал Давид, подхватывая меня под руку.

Если взять его ладонь и мою… то его рука – выглядела как три мои.

В одну линию вместе вытянутые.

– Нет, спасибо, мы как-нибудь своим ходом. – Мигрень отступила, я снова почувствовала себя в обычном ритме.

– Где вы живете?

Назвала адрес.

– Охренеть! Это же на другом конце города! – Мне показалось, здоровяк сейчас реально лопнет от возмущения. Как воздушный шар, перекаченный гелием. Но он и слушать меня не стал. Уже давно всё решил. – Макс, я тачку возьму.

– Только не лихач сильно, зверина! – предупредил друг, не стесняясь в этот момент, ставить очередные засосы на шее моей неадекватной подруги и также шарить руками по её извивающемуся телу.

Карина была не против. Она хохотала, урчала, похотливо покручивала попой, ненасытная сучка.

Ну не потащу же я её сама в таком позорном состоянии!

И когда только успела?

Засранка! Наклюкалась в хлам! Так, что на ногах не стояла.

***

Всю дорогу до «парковки», пока Буйный тащил алкашку на своём габаритном плече, будто безвестный мешок, к машине, пока она верещала в голос какие-то непонятные бренди. И один раз её даже хорошенько вывернуло ужином наружу.

Когда мы сели в тачку – гадюка отрубилась.

Я тоже немного вздремнула. Глаза сами по себе закрылись, будто на ресницы нацепили свинцовые пластины. Качнулась вбок на крутом повороте, завалилась плечом на похрюкивающую Карину и выпала из реальности на неопределённое время. Усталость и стресс окончательно отправили мое сознание в нокаут.

У «штурвала» навороченного, жутко опасного «Гелендвагена» восседал Давид. Он единственный из всех его пяти «братьев» был трезвым.

Макс нас провожать не стал. Особенно после того, как Карина щедро обрыгала его спину и его шорты, которые из слов бойца «приносили ему удачу в боях». То бишь, являлись чем-то вроде талисмана удачи.

В этот эпический момент я еле-еле сдержалась, чтобы не расхохотаться на весь заброшенный склад. Бедолага! Наверно теперь ему придётся выбросить свою талисман. И, скорей всего, после этого он вряд ли когда-нибудь возжелает позвонить Каринке.

А вот Давиду я правда, искренне, была благодарна.

Он оказался очень милыми и заботливым парнем, а я уже с нашей первой встречи навешала на него дурацких ярлыков, исходя из типично-бандитской внешности. Первое впечатление действительно обманчиво.

Мой новый друг довёз меня практически до самого дома. С комфортом, с приятной, расслабляющей мелодией, звучащей в салоне, в котором пахло кожей, табаком и шоколадом. Его машина мне безумно понравилась! На такой тачке я каталась разве что в своих наивных снах. Соответственно, в реальности – впервые. И это было до опупения круто!

Водил он, между прочим, осторожно. Несмотря на то, что гнали мы на приличной скорости. Но я не боялась. Потому что видела с какой беззаботной уверенностью он держит руль. Будто родится с ним в руках.

И если бы не Давид – я бы точно опоздала. Мать посадила под арест и больше никогда не выпустила из дома, кроме как на работу и в универ.

Своим ходом мы бы добирались ещё часа два. А тут… домчались минуть за пятьдесят. Первым делом, отвезли пьянчужку к себе в общагу, а затем уже и меня. Всю дорогу от её дома до моего мужчина рассказывал мне немного о боксе и о своих названных братьях. О своей жизни я рассказала парню совсем немного. В первую очередь то, что я живу с мамой, что я абсолютно свободна от мужских ухаживаний, и что мать у меня та ещё тиранша.

Давид недовольно нахмурился, с силой сжав кожаный переплёт руля.

Интересная такая реакция!

Нужно было его предупредить. Про мать. Чтобы он остановил у соседнего подъезда, чтобы не заезжал во двор. Когда спортсмен приглушил двигатель, сердце в моей груди забилось звонким набатом, так что мне показалось, что мужчина тоже слышит этот треклятый звон.

– Огромное спасибо, что выручил.

– Да фигня. – Смущённо почесал затылок, небрежно взъерошив непослушные волосы.

Глубокий вдох, набираю побольше воздуха в лёгкие, залпом выпаливаю:

– И ещё… с-спасибо за то, что спас. За то, что не дал им меня раздавить.

Выдохнула, быстро схватилась за дверную ручку, чтобы удрать, страшась неожиданного поцелуя, потому что он в этот момент наклонился ближе ко мне, а его изумительные глаза в темноте блеснули как звёзды на бархатном небе.

После того, что Давид для меня сделал, люди, в качестве благодарности, обычно занимаются сексом. Оральным, или анальным.

Ну, или хотя бы спаситель должен получить жаркий поцелуй с языком.

Такие вот правила нашего современного общества.

Но я была не готова даже на поцелуй. Потому что до этого никогда не была настолько близко с мужчиной. Причём, с таким совершенным мужчиной.

Больше всего на свете… я боялась не мамы. Нет!

Я боялась облажаться.

Боялась своей проклятой неопытности.

И как только я собралась дать дёру, Давид схватил меня за локоть, уверенно сжал, так что я почувствовала, как его горячие ладони буквально до дыр расплавили моё пальто, оставляя на коже невидимые ожоги.

– Пойдёшь со мной в кафе? – грубый голос рестлера наполнился сладким мёдом. – Завтра. Ты ведь обещала.

Мой ответ вырвался сам по себе:

– Я люблю плюшки на завтрак, а вы?

– А я люблю то, что любишь ты…

Вот ведь! Ловелас наглый!

– Ах-ха-х, – не удержалась, рассмеялась так, что скулы заныли, —

– Ты такая милая. А когда улыбаешься – похожа на ангела.

Прекрати! Прекрати! Прекратииии!

Я сейчас с ума сойду! Рехнусь от таких приятных комплиментов!

– Тогда завтра в кафе «Сладкие пончики». В девять. Я всегда по утрам пью там кофе с плюшками.

– Как скажешь, Крошка. И, к слову, давай на «ты».

Кивнула, ещё раз улыбнулась, выскочив из машины как заведённый зайчик из рекламы «Дюрасел».

***

Когда я бежала по лестнице вверх на второй этаж, думала, как мне так незаметно пробраться в свою комнату, чтобы не нарваться на мать в таком «шлюшечьем» виде.

Иначе конец. Конец свободе на несколько месяцев.

Дрожащими руками вытащила из сумки ключи, чуть было не уронила. До сих пор в ушах звенит его бархатный голос, а перед глазами мелькает мужественно лицо с брутальной щетиной и пухлыми губами, о которых с жадностью мечтает каждая девушка мира.

Крошка…

Крошка…

Крошка…

Как одержимая, больная шизофреничка слышу в голове своё новое прозвище.

Соберись, тряпка! Соберииись! Иначе твои мечты угаснут, не успев начать осуществляться, если прямо сейчас не возьмешь в кулак свою расхлябанность!

Крошка…

Крошка…

Крошка...

Чёрт тебя дери, дурочка! Соберись!

Мысленно отвешиваю себе «любимой» подзатыльник, немного возвращаюсь в реальность. Спустя пару секунд нахожу в себе силы осторожно воткнуть ключ в скважину и практически беззвучно провернуть. На цыпочках крадусь по коридору. В квартире темно, спокойно. Слышно лишь как телек шумит в гостиной.

Осторожно заглядываю в гостиную, мысленно охаю – мать лежит на диване и утробно похрапывает, а на полу валяется опрокинутая чекушка.

Писец.

Выпивала она редко. Точнее – никогда.

Это из-за меня что ли?

Так я вроде бы вовремя вернулась.

Напрягаю извилины и тут же вспоминаю. Сегодня годовщина смерти отца.

Теперь всё понятно.

На носочках проходу в комнату, набрасываю на её расслабленное тело одеяло, выключаю телевизор и спешу в свою комнату, чтобы избавиться от этого дьявольского рванья.

Когда увидела себя в зеркале – меня саму чуть-было не стошнило, как нажравшуюся до беснования Карину: на голове – куриный сеновал, на лице – уродливые потёки от косметики, а вот одежда… я выглядела так, словно на меня напала стая диких гиен.

Такая вот “красота” случилась со мной после того, как я чуть было не погибла в давке, в подпольном мордобойном клубе.

Супер! И такая вот “красотка” понравилась самому завидному холостяку города?

Мне вдруг стало до тошноты стыдно.

После расслабляющего душа я плюхнулась на кровать и улыбнулась, вспоминая позитивные моменты сегодняшнего адского вечера. Вспоминая то, как меня лично на своей купецкой тачиле подвёз настоящий альфа-красавчик. Именно тот мужчина, о котором я так долго мечтала.

Если честно, мне нравились плохие парни. И в детстве я не мечтала о принцах на белом коне, а мечтала о лютых варварах, на бронированных джипах.

Не знаю откуда взялись такие больные фантазии? Скорей всего, гены.

Как говориться – запретный плод сладок.

Мать всю жизнь внушала мне неприязнь к мужчинам с наколками, но наоборот, воспитала неудовлетвороённое влечение.

Положила обе ладони на грудь – Божеее! Как же бешеного сердце колотится! Как прокажённое! До сих пор никак не уймётся! С этим парнем я заработала себе пожизненную тахикардию.

Сжала руками простынь, терзая ткань до дыр, закрыла глаза, а по щекам слёзы катятся.

Мамочки…

Что это? Что творится с моим телом, душой и сердцем?

Какие сладкие, невероятный ощущения!

Хочется петь, плясать, обнять и расцеловать весь мир!

Господи!

Кажется... я влюбилась.


ГЛАВА 7.

[Давид]

Этим субботним вечером я решил заскочить в барчик, чтобы немного расслабиться перед предстоящим боем. Обычно всегда так делал – выпивал по бокалу пива, а потом снимал какую-нибудь горячую шлюшку и от души отрывался, особенно после боёв.

А когда увидел эту темноволосую малышку – меня, млять, что-то переклинило.

Причём, не только в яйцах, но и где-то в области груди. Заныло, запульсировало, сердце заколотилось как бешеное, будто я только что выиграл поединок с чемпионом на мировой лиге. Нееет, не в том клоповнике, где махался кулаками нелегально, рискуя шкурой, а на настоящем ринге премиум класса.

Начиная с того вечера и до самого боя я, как помешанный шизик, думал лишь об этой Крошке с огромными зелёными глазами и нежным взглядом, в котором искрилась сама невинность. Чистая, непорченная, и, судя по всему, не замызганная ни одним мужиком. И мне вдруг до опупения захотелось обладать этим нетронутым трофеем.

А когда я увидел девчонку там, на ринге, вообще на хер рехнулся!

Это был реальный подарок судьбы. Я не верю в случайности. Наверно просто потому, что целые сутки рисовал в своей башке её изумительный образ. Пока вселенная не подарила мне, что я так неистово жаждал. Мысли ведь материальны?

А эта крошка… кажется она даже что-то мне выкрикнула в толпе! И это завело с пол-оборота! Похлеще, чем укол тестостерона, млять! В член! Тройная доза!

Я тогда немного повы*бывался на «сцене», поиграл с соперником, а потом одним махом завалил дрыща в беспросветный нокаут, когда вдруг увидел, как девчонка исчезла в толпе. Такая маленькая, хрупкая как тростинка…

Ей не место среди этого потасканного мусора! Она уникальна. Я таких милых малышек ещё никогда не видел. Кукольное личико, мягкие шелковистые волосы, которые хотелось нюхать и накручивать на пальцы, как опиум, глазища – просто ураган! Как драгоценные, гранённые камни... И такие огромные, цвета весенней листвы.

Я ещё вчера решил, когда случайно сшиб малютку в баре, что красотка будет моей.

И точка.

Потому что я, сука, всю ночь не спал – мне этот нежный ангел всюду мерещился. Сначала думал о бездонных глазах девчонки, а затем вдруг вспомнил её стройные ножки, выглядывающие из-под коротенького розового платья официантки.

Млять!

Да здравствуй стояк!

Мраморный, болезненный, мощный!

Стоило лишь на секунду вспомнить миниатюрную тёлочку, с ласковым именем Соня (нашкрябанном маркерном на бейдже) яйца в трусах от дикого напряжения тут же выкрутило наизнанку, а член превратился в острый меч, который не давал покоя до самого утра. Пришлось заниматься рукоделием. Давно этого не делал. Всегда под боком имелась покорная, на всё готовая шлюха.

Но завтра бой, поэтому я копил энергию для своих соперников.

Тупо не смог сдержаться. Тупо не смог заснуть. Особенно, лёжа на животе. Кое-что огромное и жутко горячее мешало спать, до боли упираясь в матрас.

Вот это новость! Втюхался, словно озабоченный подросток!

Никогда не страдал от нехватки бабского внимания, а тут пришлось подрочить. И дрючил я свой каменный, налитый кровью и спермой елдак на её сладкий образ, мелькающий в опьяненной похотью башке. А ещё, я чуть было не выебал подушку, представляя на месте перьевого валика округлую попку моей сладкой брюнеточки.

О, даааа! Я успел её рассмотреть. Во всех самых сочных ракурсах.

Особенно во время второй встречи. Когда посадил на свой стол в подсобке, залитый пивом, присыпанный чипсами и пристроился между её гладкими ножами, обтянутыми прозрачными колготками. Но лучше бы это были чулки...

Хотя, нет! Наоборот! Иначе я бы тупо не сдержалась и разорвал бы к хренам тонкую кружевную ткань, забросил бы нежные ножки малютки к себе на плечи и жёстко бы отодрал, в тот же клятый вечер, ещё до того, как сказал бы ей своё имя.

При мысли о чулках, я мгновенно получил крышесносный оргазм и кончил в собственный кулак за какую-то долю секунды, выкрикивая до срыва связок грязные маты, потому что чуть-было не взорвался как атомный снаряд.

И это бляха был такой опупительный экстаз, что я даже не миг забыл какое сейчас время суток и на какой планете мы живем!

Отпустило.

Но ненадолго.

Пляяяяяяять!

Снова встал, демон ненасытный!

И как блин теперь с этим жить??

Это прям реальная хандра! Убиться просто!

Впервые у меня такое. Жесть.

Никогда и ни с кем не испытывал подобных эмоций.

Это нечто большее, чем просто сексуальное влечение. Мне хотелось не только трахаться, используя девочку в качестве источника разрядки, а мне… захотелось познакомиться с ней поближе. Узнать, что она любит есть, где любит отдыхать, какой её любимый фильм, песня, цвет, время года!

С ума сойти…

Именно поэтому я, в первую очередь, пригласил Крошку в кафе.

Мне впервые не хотелось давить. С такими куколками нужно осторожно и постепенно. Я до жути боялся обидеть девчонку. Она и так зыркала на меня глазами испуганного зайчонка. Такая хрупкая, маленькая на фоне меня, аномально огромного буйвола. Я бы порвал её с одного только толчка, сделав малышке невероятно больно!

А я этого не хотел.

Хотел оберегать, заботиться, познакомиться поближе.

И сам не знаю н*хуя оно мне надо?

Просто хочется. Просто так внутренний голос вопит.

Тогда я даже не понимал, что втюрился. По-настоящему.

Потому что не знал, как именно выглядит истинная любовь и почему люди настолько сильно дуреют от этих безбашенных ощущений, что готовы даже пожертвовать собственной жизнью, ради дорого сердцу человеку.

И вот, только в свои двадцать девять я, наконец, познал истинную силу этого

изумительного чувства.

Только благодаря ей.

Девочке с внешностью ангела.

ГЛАВА 8.

На следующий день, перед утренним свиданием, я встала пораньше и больше часа крутилась возле зеркала, решая, что надеть и как уложить волосы. Мать проснулась позже меня, но выглядела она как огурчик. В принципе, мама была в настроении (ещё бы, после того, как заглушила горе целой чекушкой), особо донимать вопросами не стала. Я ведь бесстыже наврала ей, что фильм был невероятно трогательным и что нам с Каринкой очень понравилась эта смазливая драма. Она кивнула, даже улыбнулась, поспешив на работу.

И я тоже поспешила. Чтобы ни в коем случае не опоздать на встречу, и чтобы, пока мать закрылась в ванной, тайком вынести вчерашние потрёпанные огрызки в мусорку.

Мне чертовски повезло, что самые крупные синяки я заработала в невидимых местах, которые спрятала под одеждой. Но левую скулу все-таки пришлось замазать тоналкой.

***

Сегодня двадцать второе марта, восемь тридцать утра, и сегодня я впервые совершила жуткое преступление – прогуляла первую пару по грамматике.

Просто потому, что очень хотела встретиться с Давидом.

Вот и начался «скат по наклонной». Сегодня прогуляю пару, завтра получу «неуд» на зачёте, а послезавтра меня вышвырнут из универа.

Отлично! Так держать, подруга!

Но разве разум может противиться чувствам?

Разумеется, нет.

Поэтому на свой страх и риск я всё же попёрлась в назначенное место.

В это замечательное утро погода радовала нас своим необычно-аномальным теплом. На небе поблескивало приветливое солнышко, пели птички, на фруктовых деревьях распускались ароматные цветы. Вдохнув запах весны я, вприпрыжку, скакала по тротуару, одаривая каждого встречного прохожего лучезарной улыбкой.

Сегодня я надела белый свитер, голубые джинсы, а сверху лёгкое пальтишко бежевого цвета. Волосы распустила, слегка подкрутила концы на плойку.

Через минуту уже буду на месте. И первое, что увидела, когда подошла к кафешке – отполированный до кристального блеска крутецкий байк.

Тот самый, который я видела два дня назад.

И снова весь кислород выветрился из лёгких, в голове всё завертелось-закружилось, а кости в ногах превратились в вязкое желе.

От страха хотелось развернуться и бежать назад. Но это было бы жутко неправильно. Всё же, пересилив собственную неуверенность, сделав несколько глубоких вдохов – переступила порог кафе «Сладкие пончики».

Давид, подперев подбородок рукой, сидел за самым последним столиком, задумчиво уставившись в окно. Заскучал, бедолага. Меня, небось высматривает. Когда я подошла ближе – тут же обалдела! Потому что столик был завален всевозможными булками, плюшками, пироженками.

Весь этот пир – смерть для моей бесстыжей задницы.

И особенно для бёдер.

Но отказываться от ухаживаний мужчины – как-то неуважительно.

– Доброе утро, Крошка! – он явно повеселел, когда увидел того, кого так яро ждал, – Прости, не удержался. Купил всё. Не знал, что именно ты будешь сегодня.

От такой щедрости у меня даже язык на несколько секунд онемел.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю