Текст книги "Искорка надежды (СИ)"

Автор книги: Софья Коваль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 17 страниц)

Я не могла ответить, потому что всё ещё не могла говорить, а Анисса растерялась под взглядами королей.

Начал рассказ Тристан, но его прервал ворвавшийся посол. Он упал в ноги Генриха, а затем подполз к сапогам Фауста. Это было очень комично, учитывая, что именно из-за его жажды власти всё началось.

– Схватить предателя! – приказал отец.

Пока они бежали, Клавдий ударил своего сына по лицу, а когда его руки скрутили, стал проклинать всех. Он обещал отобрать у отца королевство, власть и любимую женщину.

От последнего заявления были в шоке все, включая мою мать.

– Я всегда тебя любил! А ты бежала за властью, за титулом. Я женился на твоей сестре лишь бы быть ближе к тебе! Мне было легче думать, что Дерек – наш сын, а не мой и Аделии! Каких усилий мне требовалось, чтобы втереться в доверие короля! Всё ради тебя и для тебя! Ради моей любви.

Дерек поднял опущенную голову, в его взгляде кипела ярость. Он не знал о настоящих намерениях отца.

– Отец? Ты любил мою мать! Я видел, как ты рыдал у её костра. Видел, как ты относился к ней. Это всё было твоё потрясающее притворство? Как ты мог?!

Он начал вырываться из крепких рук гвардейцев, но одним ударом из него выбили желание дёргаться.

– Леди Анисса, – приказала Ариадна, – дайте воды принцессе.

Королева указала на бокал и графин. Девушка, боясь такой близости и количества королевских особ, с дрожью в руках набрала воды и поднесла ко мне, попутно усаживая в кресло.

Вокруг началась шумиха: ругань и крики о том, чтобы посадить в темницу предателей. Я забилась вглубь кресла и быстро выпила воду.

– Оставим до завтра в подвалах дворца, – приказал Генрих.

Дверь резко раскрылась, ударяясь резной ручкой о стену. С воплями и женскими визгами, разъярённой походкой хищника появился Каспиан. Следом за ним, почти волоком, зашла Моргана. Я не сразу поняла, что он крепко держит её за волосы у затылка. С силой он потянул и уронил кричащую девушку к ногам отца. Следом за ней полетело что-то металлическое. Я пригляделась – это было очередное оружие, по оформлению похожее на стилет Дерека.

– Принимай невестку, – зло плюнул Каспиан.

Повисла тишина. Каспиан оттянул ворот своей широкой рубахи и показал неглубокий порез, нежно розовый, словно сделанный давно и теперь заживающий.

– Быстро исцелился, – усмехнулся Дерек, и его усмешка была полна презрения и недовольства.

– Что всё это значит, Моргана? – спросил он, но девушка лишь плакала, закрывая лицо тёмными кудрями. На мгновение мне стало её жаль. Однако вскоре стало ясно, что её слёзы – это лишь способ манипуляции.

– Эта дрянь пыталась меня убить, – ответил средний Райгард, тяжело дыша.

– А судя по твоему внешнему виду, ты хотел от неё другого, – сплюнул кровь Дерек. – Ублюдок, как от тебя ещё не пошли бастарды.

Наконец он отвлёкся от своих проблем и обратил внимание на остальных: на побитого брата, задержанных заговорщиков и на меня.

На мгновение мне показалось, что он испугался. Хотя нет, не показалось – то, как быстро он оказался рядом, говорило о страхе за мою жизнь.

– Что с тобой? Что вообще происходит, Фрея? Скажи мне! Я же обещал…

Я пятилась от него, вжимаясь в спинку кресла, лишь бы быть подальше от него. При всей моей любви к нему, он просто играл и развлекался. Если бы он любил меня по-настоящему, то не целовался бы с Морганой на глазах у Жоржика и не рассчитывал бы на близость с ней.

– Эй, ты чего? Почему ты молчишь? – Он хотел дотронуться до моей разбитой губы, но я отвернула от него лицо.

– Она ничего тебе не скажет. И в принципе не скажет, – ответил Тристан. – Дерек опоил её. Наверняка купил настойки в базарных переулках.

– Ты говорил, что пресёк это! Отец!

Проблемы Скандарии огорчили меня. От обиды на то, что я навсегда потеряла голос, я не смогла сдержать слёз. Это не укрылось от Каса и довольного Дерека.

Однако довольство Дерека быстро исчезло с лица, когда Каспиан ударил его. Каспиану было всё равно, что Дерек в наручниках, а понятия чести включают правило «безоружных не бьют». Но это же Каспиан, он не считается с правилами и моралью, он сам себе судья.

– Отойди от него! – Моргана, словно наседка, бросилась к Дереку и начала отталкивать своего жениха. – Не трогай его! Дерек, тебе больно? Прости, прости, я не смогла…

Эта сцена была омерзительной, но она потешила моё самолюбие. Есть, по крайней мере, одна женщина, которая не хочет видеть кронпринца Скандарии в своей постели.

– Хватит! – пробасил Фауст. Было понятно, что для королей произошедшее было лишь театральной постановкой, и они будут судить об уровне актёрского мастерства. – С предателями короны Генрих разберётся завтра. А ты, Моргана? Ты могла бы стать королевой и вознести свой дом до небывалой высоты. Почему ты связалась с малородным лордом?

– Я люблю его, ваша светлость, – сказала она, прижимаясь к груди Дерека, который уткнулся носом в её волосы. – Всегда любила.

– А ещё любила власть, – улыбнулся Тристан, подходя к моему креслу. – Дерек хотел подстроить всё так, словно Фрея наложила на себя руки из-за моего отказа жениться.

– Об этом мы ещё поговорим, – вставил Фауст. – Тебе повезло, что прибежала эта милая девушка.

– И тогда единственным наследником считался бы племянник по линии супруги короля Генриха, то есть Дерек. А его планы были грандиозны.

До Каспиана тоже дошёл смысл заговора. Он кивнул сам себе.

– Захватив трон Мэйнфилда и женившись на Моргане, она бы перестала считаться гражданкой Скандарии, а отвоевав нашу страну, признал бы её невиновной в убийстве принца. – Он посмотрел критически на брата. – Ну или принцев.

Клавдий, неужели любовь к Амелии довела тебя до безумия? Ты был ближайшим ко мне другом. И никакой ревности со стороны отца, просто недоумение от того, как он не смог заметить предательство лучшего друга.

– Подозреваю, что и войну между нами разжёг он. Мы читали документы и письма. Они явно не совпадают.

Генрих согласно кивнул Фаусту, а их жёны сели на софу у камина.

– Что прикажешь с ней делать? – спросил Каспиан, дёрнув за руку Моргану. Наверняка останутся синяки на её молочной коже. К слову, она даже не пискнула, как было до этого.

Дерек снова попытался приблизиться к возлюбленной и получил за это удар по спине.

Фауст взял её за подбородок. Моргана лишь распрямила плечи и задрала нос.

– Казнить её я тебе не дам, сын, – решил король, не отрывая зрительного контакта. – Только из уважения к твоей старшей сестре и её стремлениям во имя государства я отпущу тебя на суд отца. Пускай он сам решает, как с тобой поступить.

Я увидела в её глазах испуг, а Каспиан лишь закатил глаза, понимая, чем сестра Морганы может быть полезна своей родине.

– Уведите их, – сказал Фауст, и гвардейцы повели предателей куда-то, куда мне было неизвестно.

– Вы тоже можете идти, – обратился отец к двум королевам. Я даже не представляла, зачем они здесь присутствовали. – Ваше присутствие больше не нужно.

Обе королевы посмотрели на меня, и только Ариадна сочувственно улыбнулась, прежде чем направиться к выходу.

– Леди Гот, вы тоже можете идти.

Анисса присела в реверансе. Но я не собиралась оставаться одна. Я потеряла голос, но не лишилась поддержки.

Я схватила её за руку и поднялась следом. Мои зубы были сжаты так сильно, что скрипели, но это не имело смысла. Никто не услышал бы моих угроз.

Тристан заметил мой молчаливый протест и перевёл королям:

– Принцесса Фрея сегодня пережила немало страхов. Позвольте ей уйти. Ей нужен отдых.

– Брат, расскажи мне всё, – потребовал Каспиан.

Я замотала головой так сильно, что перед глазами заплясали белые точки.

– Она не хочет, – ответил Тристан, пресекая любую возможность узнать детали происшествия.

Я сделала шаг, но моё тело всё ещё плохо слушалось, и я чуть не упала туда, где недавно валялась Моргана.

Каспиан бросился, чтобы помочь мне, но, поддерживаемая Аниссой, я вырвала руку из его захвата.

– Отец, давай закончим этот ужасный день, – устало ответил младший Райгард. – Право слово, он слишком насыщенный, чтобы ещё хоть что-то обсуждать и выяснять. Так или иначе, ты не убедишь меня жениться на принцессе, а принцесса не пойдёт за меня замуж. Отложим скандалы на завтра.

Мне не показалось, я уверена, что услышала вздох облегчения со стороны Каспиана. Видимо, он ещё не осознал, что я больше не буду участвовать в его играх. Я не могу побороть огонь любви, но однажды он погаснет, как и моя любовь. А со стороны Каспиана не было и нет ни капли искренности.

В комнате я чувствую себя почти спокойно. Я жестами попросила Аниссу остаться со мной, и когда она помогла мне снять платье, мы уснули вместе на моей кровати.

Глава 30

Когда Анисса осторожно разбудила меня утром, я попыталась заговорить:

– Вы можете говорить?

Я положила руку на шею, услышала хрипы и прочистила горло.

– Кажется, могу, – ответила я очень слабо и едва слышно, но голос всё же вернулся.

– Приказать подать завтрак?

– Спасибо, что осталась со мной, но сейчас мне хочется побыть одной. Окажи мне услугу – прикажи принести много фруктов в библиотеку.

– Вас наверняка ждут родители за малой столовой.

– Плевать.

Девушка ушла, а я надела лёгкое домашнее платье и отправилась к Жоржику.

– Девчуша, – как обычно с потолка слетает моя каменюка и начинает делать сальто в воздухе. – Я переживашки, где ты былашка?

– Тебе рыжеволосая женщина приносила фрукты?

– Ага, – уселся на невидимую воздушную табуретку Жоржик и положил лапу на лапу. – Так боялась, но я не удержался и уронил одну книгу с полки. – Заговорщицки проскрипел мой друг. – А ты плохенько выглядишь! Что случилось?

– Много всего, и всё не очень хорошее. Лучше скажи, ты нашёл ответы на мою просьбу?

– Нашёл, но немного. Пойдём.

Он взял меня за руку своей когтистой лапой и, быстро размахивая крыльями, повёл меня на второй ярус библиотеки.

– Смотри, – сказал он, протягивая мне две книги. – Я нашёл это в древних писаниях религиозных служителей. Говорят, несколько тысяч лет назад на месте этих мёртвых земель была целая цивилизация. – Он указал когтем на старую карту. Я посмотрела через его плечо на глобус и действительно увидела, что сейчас там только белый цвет с тёмными обозначениями. – Люди там были умными и богатыми. А там, где есть богатство, есть и развлечения, праздность и неосознанные преступления. Постепенно люди погрязли в грехах.

– Как они не разорились? – размышляю я, листая записи и рассматривая картинки.

Летописец Ианан рассказывал, что у короля был особый артефакт. Он исполнял желания людей. А кто не захочет богатства? Все пожелали себе денег и драгоценностей. Но артефакт перестал работать, и люди, забывшие о работе и труде, начали злиться и ссориться друг с другом. Им не хватало средств, они привыкли к хорошей жизни. Их охватила гордыня, и все пороки стали явными.

Король не хотел принимать помощь от соседних стран. Но в это время их боги снизошли до людей и предупредили о грядущей гибели, если они не изменятся.

Я вижу картину, на которой с гор спускается божество – красивый мужчина с длинными волосами и драгоценным камнем на шее.

– Однако король только посмеялся над этим предсказанием. Он потратил последние средства на празднование и предавался грехам. Лишь две деревушки отреклись от своей страны, но королю было всё равно. Они не имели большого значения.

– Сбылось ли пророчество?

– Пророчества всегда сбываются, независимо от того, были ли они переданы богами напрямую или через служителей. – Жоржик был доволен своей работой. – Теперь гордый народ некогда великого королевства стал ледяными статуями. Их души не обрели покой и остались заточены в телах хозяев.

– Но какое отношение имеет эта легенда к монстру, которого я растопила?

– А теперь посмотри сюдашки.

Он открыл вторую книгу, и на первой же иллюстрации был изображён похожий монстр.

– Ты думаешь, мёртвые земли никого не интересуют? Есть люди, которые стремятся покорить проклятый холод. Один из таких наткнулся на ледяное изваяние с красивыми формами тела. Он подумал, что это оставил его предшественник на память о себе. А позже он увидел другое изваяние – уродливое, с большим животом и широкой мордой. И это только на окраине.

– Ты хочешь сказать, что эти изваяния живые?

– Я не знаю, девочка, но рассказываю то, что нашёл в книгах. Слова нужно отшлифовывать, как зерно на мельнице. И это очень похоже на то, что ты описываешь.

– Спасибо тебе. Слуги принесут фрукты, ты, наверное, голоден?

– Ой, ты что, девочка, – усмехнулся Жоржик. – Я по ночам начал изучать дворец. Кстати, ты нашла брата?

Книга, лежавшая у меня на коленях, скатилась на пол.

– Какого брата?

– Ну ты даёшь, девочка, – почесал затылок горгулья. – В роду твоей Богини всегда должны быть мужчина и женщина с даром, иначе проклятье падёт на твою страну.

– Да, но у моих родителей я одна дочь. И всё равно всё сходится. Мой отец владел огнём, и я тоже его открыла. Никакого брата.

– Милая, ты даже своей истории не знаешь. Если бы ты чаще приходила к своему другу, то знала бы, что если один из детей Камы теряет свой огонь, он остаётся вне поля зрения богини, а ваш огонь, как маяк, даёт богам понять, живы ли вы. У твоего отца была сестра, но она умерла сразу после твоего рождения. Твой отец на войне использовал весь свой резерв, а ты пропала в другом мире. Это значит, что должен быть кто-то ещё, кто раскрыл свой огонь после тебя, чтобы проклятье начало рушиться.

– Значит, где-то на этом континенте живёт мой брат?

– Да, это так. У нас нет другого выбора. Я изучил нашу родословную, и выяснилось, что только брат может быть тем, кого мы ищем.

– Спасибо, Жоржик, я непременно ещё навещу тебя.

Весь день я провела в своей комнате. Я сидела в остывающей воде, ходила из угла в угол и пыталась осмыслить и связать всё, что сказал мне Жоржик. Ближе к ночи я осознала, что мне нужно самой найти своего брата. Он был моей единственной надеждой избежать коронации.

Но что, если отец отправил его сюда специально? Почему он не живёт во дворце? И почему мать так легко расстаётся со своими детьми?

Преисполненная твёрдой решимости, я направилась к родителям. Стражники сообщили мне, что они изволили отужинать в малой гостиной. Я поспешно направляюсь туда. В гостиной они сидят вдвоём и пьют чай. Не разговаривают. Каждый погружён в свои мысли.

– Где мой брат?

Отец чуть не поперхнулся, а мама… Я не смогла понять, что она чувствует. Да и вообще, я уже давно поняла, что с отцом общаться проще.

– Какой брат, дочь моя?

– Родной! Оттепель началась, батюшка!

– Потому что ты раскрыла свой дар, – холодно ответила Амелия.

– Но проклятье спало не только поэтому. В роду должны быть мужчина и женщина, наделённые огнём.

– Твой отец…

– Мой отец уже давно только по крови сын Камы. Ты израсходовал свой резерв и больше не пылаешь для богини.

– Значит, он жив…

Голос отца едва слышен. Он поднялся со стула и подошёл к матери.

Королева поспешно встала, чтобы быть на одном уровне с мужем.

– Ты солгала мне! – кричит отец. – Ты сказала, что она родила мёртвого ребёнка и уехала в Устиладу, не выдержав горя!

– Да! – со слезами в голосе отвечает мать. – Ты думаешь, я бы приняла ребёнка какой-то шлюхи, которую ты сделал своей фавориткой после того, как наша дочь была за тысячи вёрст от нас?

Обычно я против насилия, но в этот раз пощёчина отца была оправдана. Мать с криком упала на пол, держась за ушибленную щёку.

– Это всё из-за тебя! Если бы он не выжил, королевство просто замёрзло бы!

– Твоя дочь родит столько наследников, что этот ничтожный бастард не будет иметь никакого значения.

Королева посмотрела на отца. По её лицу бежали слёзы предательства. Но ведь она тоже предала…

– Любой ребёнок короля считается наследником, – сказал король. – Так гласит закон моего королевства. Ты всего лишь тело для моих наследников, и то смогла понести лишь одного!

Кстати, я знаю забавную историю о том, как бастард стал кронпринцем.

– Отец… – начала я, но он не слушал. Он смотрел на супругу так, словно был разъярённым быком, и, казалось, только дым из носа не шёл. Я поспешила уйти, чтобы не видеть, что он может с ней сделать.

Оставалось одно – взять карту в библиотеке и сбежать под покровом ночи, чтобы найти брата. Но я даже не знала его имени и как он выглядит. Знала только приблизительный возраст – семнадцать – восемнадцать лет.

В комнате я ищу в гардеробной подходящую одежду для побега. Вдруг я натыкаюсь на коробку с запиской: «Моей музе от верного помощника». Фабьен снова сшил для меня камзол и штаны, но теперь они чёрного цвета, а вышивка на груди выполнена чёрным бисером.

Я обещаю себе, что после возвращения наследника обязательно отблагодарю кутюрье. Выбегаю тайком в библиотеку, но Жоржика там нет. Тогда я собираю со стола у глобуса карты и спешу в конюшню. Удивительно, что меня никто не заметил и не остановил. Хотя, учитывая, как суетились придворные после скандала родителей, произошло что-то интересное.

Я нахожу лошадь, на которой каталась незадолго до приезда скандарской делегации. Прошу пажа оседлать коня, а сама кладу карты в седельные сумки. От знакомого голоса я роняю сумку.

– Каспиан? Что ты здесь делаешь? – спрашиваю я.

– Могу задать тебе тот же вопрос, – отвечает он с очаровательной улыбкой.

– Это не твоё дело. Это семейный вопрос.

– Я даже рад, что у тебя объявился брат, – говорит он, складывая руки на груди. Его сюртук натягивается на плечах. – Он будет править, а я получу тебя.

– По лицу ты получишь. Откуда узнал про брата?

– Милые дамочки не умеют хранить секреты.

– Особенно если им сам принц строит глазки. Не мешай мне, Каспиан.

– Фрея, – из тени выходит Тристан. Он застёгивает кожаную сумку и говорит: – Не слушай его. Он не умеет объясняться.

– Вот минус его почти коронованной особе.

– На самом деле, мы хотим тебе помочь. Из столицы пришли вести, что с севера нападают странные существа. Мы едем разыскивать одного учёного летописца. Он должен дать подсказку о том, что за твари идут с мёртвых земель.

– Я еду в Устиладу. Нам не по пути.

– По пути, – возражает Каспиан. – Я не смогу тебя оставить одну. Там же дикари, а не мужчины.

– Про вас тоже много интересного рассказывают, – говорю я, поднимая с земли сумку. Вдруг что-то шевелится внутри неё, и я испуганно вскрикиваю: из сумки вылезает Жоржик.

– Девчу-у-шечка, – почесывая пятую точку когтистой лапкой, – ну куда же ты без меняшеньки.

Мне стало смешно от того, как быстро Каспиан спрятал меня за своей спиной. Признаюсь, мне это нравится. Мне нравится, как он заботливо обнимает меня и защищает от опасности.

– Фрея, что это? – спросил Тристан. Он понял, что существо не опасно, а судя по моему смеху, мы давно знакомы.

Я ловко выскользнула из объятий Каспиана и позволила Жоржику сесть на дверцу стойла.

– Позвольте представить, – обратилась я к принцам, – Жиренше Динген Дер Сесил Третий. Мой друг и товарищ.