Текст книги "Шепот пустыни: кровавая охота (СИ)"

Автор книги: Софья Берк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)

Фиона глубоко вдохнула. Голоса не исчезли, но впервые среди бесконечного хора она услышала другое. Надежду.

«Помоги…»

Она медленно выпрямилась. За спинами раздавалось шипение, визги, щелканье. Монстры, захваченные алым туманом нападали на них.

– Я готова.

Кассий кивнул и сделал шаг к самому краю Разлома. Жар мгновенно ударил ему в лицо. Он медленно поднял руку. Вокруг ладони вспыхнуло пламя.

Через мгновение огонь уже струился по земле, оплетая края исполинской трещины огненными нитями. Они быстро разрастались, превращаясь в раскаленные цепи, которые начали стягивать разорванную землю.

Камни задрожали. Разлом впервые дрогнул. На лице Кассия появилась напряженная улыбка. Все получается. Неужели так просто?

В следующее мгновение из глубины донесся глухой рев. Вся земля содрогнулась. Алый дым ударил вверх мощным потоком, словно живое существо вырывалось на свободу. Огненные цепи одна за другой начали трескаться.

– Нет… – тихо произнес Кассий.

Последняя печать лопнула с оглушительным треском. Вспышка отбросила его на несколько шагов назад. Разлом стал еще шире. Из его глубины вырвался густой алый туман и стремительно пополз по камням.

Кассий не сразу поднялся на ноги. Он еще смотрел на медленно затягивающуюся огненными печатями рану земли, словно надеялся, что Разлом поддастся. Но алый дым уже разрывал его заклинания одну за другой.

Последняя печать рассыпалась искрами. Вампир опустил руку.

– Недостаточно… – Он произнес это почти шепотом.

Фиона почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Она больше не могла ждать. Быстро достала из-за пояса потертый кожаный мешочек. Несколько мгновений она просто держала его в ладонях, будто собираясь с силами.

– Прости меня…

Кассий непонимающе посмотрел на нее. Фиона развязала шнурок. На ее ладонь с тихим металлическим звоном опустился древний браслет.

Алый камень в его центре вспыхнул так ярко, что даже густая дымка вокруг словно отступила.

Кассий застыл. Он слишком хорошо знал этот артефакт.

– Белиал… – В его голосе смешались неверие и потрясение. – Настоящий артефакт. Откуда?

– Джина передала его мне, – тихо сказала Фиона. – Я не знала, что это за вещь. Только потом догадалась.

Он медленно перевел взгляд на девушку.

– Почему ты молчала?

Позади раздался оглушительный рев. Ифрит отбросил хвостом сразу двух обезумевших аспидов, а остальные пустынные монстры из последних сил удерживали натиск зараженных.

– Не сейчас. – Фиона покачала головой. Еще один удар сотряс скалы. – Если хочешь злиться на меня – сделаешь это потом. – Она шагнула ближе. – Если бы я сказала, тогда ты бы ушел, а они продолжили умирать. Я не могу сделать это сама. Ведь ты… истинный правитель Сейтара!

Кассий молчал. Она знала, что он понял. Несколько секунд он не сводил с нее глаз. Потом медленно протянул руку. Девушка вложила браслет в его ладонь. Вампир знал, какой может быть цена за использование силы. Но её взгляд. Он не может подвести её. Ту, что поверила его обещанию. Ту, что доверила ему свою жизнь.

– Спасибо, что заставила меня ошибиться. – Он решительным движением надел артефакт на запястье. Браслет мгновенно ожил. Камень вспыхнул. По древним узорам побежали огненные линии.

Кассий вздрогнул. Первородная, неудержимая сила хлынула в него потоком. Он ощущал ее лишь однажды – когда Каин впервые признал его мастером клана. Но почти сразу вампир понял: этого мало. Разлом даже не дрогнул.

– Почему?..

Фиона понла, что именно сейчас она должна сделать это ради тех, кто доверился ей. Ради эти существ. Она готова принять этот мир. Она готова принять этого вампира. Здесь и сейчас. Вампирша подошла совсем близко и молча протянула ему руку.

– Потому что ты опять пытаешься сделать все один.

Кассий посмотрел на нее. Не раздумывая, крепко сжал ее ладонь. В тот же миг мир вокруг словно исчез. Браслет вспыхнул ослепительным золотисто-алым светом. Сила многократно усилилась. Но это уже не была сила одного Кассия. Она текла через них обоих. Через их соединенные руки. Через доверие, которое они успели обрести. Через чувства, в которых оба уже не боялись признаться.

Кассий смотрел в эти янтарные словно золотой песок глаза. Она сделала последний шаг, поднялась на носки и легко коснулась его губ. Поцелуй длился всего мгновение. Она сама поцеловала его. Метка на его руке вспыхнула. На ее плече тоже. проступил светящийся узор.

В груди Кассия словно распахнулось пламя самого Каина. Он впервые почувствовал себя не просто носителем силы Первородного, а ее достойным проводником. Развернувшись к разлому, Кассий поднял свободную руку. Пламя вырвалось наружу ревущим потоком. Оно смешалось со светом браслета и золотым сиянием, исходившим от Фионы. Огненные нити устремились к исполинской трещине, оплетая ее края и стягивая их, словно искусный лекарь сшивал смертельную рану.

Разлом содрогнулся. Из его глубины вырвался последний отчаянный вой. Земля затряслась. Алый дым рванулся вверх, но уже не смог прорваться сквозь сияние браслета. Трещина начала смыкаться, пока наконец не закрылась окончательно.

Наступила тишина. Алый туман растаял, будто его никогда и не существовало. Обезумевшие чудовища, еще мгновение назад бросавшиеся в бой, внезапно замерли. Красное свечение погасло в их глазах. Одно за другим они тяжело оседали на землю, словно после долгой, изматывающей болезни.

Фиона услышала их тихое, почти счастливое:

«Спасибо…»

И только тогда она поняла – они не умерли. Они наконец освободились.

Кассий тяжело опустился на один из обломков скалы. Пламя вокруг его ладоней окончательно погасло, а дыхание оставалось неровным. Закрытие разлома отняло почти все силы. Он никогда прежде не пропускал через себя столько первородной энергии. Даже браслет Белиала на его запястье потускнел, словно тоже исчерпал свой запас магии.

– Как ты? – Фиона присела рядом.

– Жив. Для начала этого достаточно. – Кассий устало усмехнулся. – Удивительно, но я даже не чувствую, что браслет забрал у меня часть души. Впрочем, это явно еще одна твоя заслуга. – Он перевел взгляд на свою метку. Она ярко сияла серебром

Она осторожно коснулась его метки, а затем посмотрела на свой разодранный рукав, где ее метка теперь также ярко светилась и переливалась.

– Спасибо.

– Нет… Это тебе спасибо. Без тебя у меня ничего бы не вышло. – Он посмотрел на нее долгим взглядом. Ответить Фиона не успела.

Позади послышался тяжелый скрежет чешуи. Ифрит приблизился к ним и неожиданно опустился на землю перед Фионой. Огромная голова склонилась почти до самой земли.

– Хозяйка Пустыни. – пророкотало чудовище. Фиона все прекрасно понимала.

Следом за своим королем преклонили головы остальные пустынные создания. Аспиды, гигантские скорпиды, песчаные волки, ящеры – те самые существа, которых еще недавно люди называли бездушными чудовищами. Теперь они молча ждали ее слова.

Фиона растерянно оглянулась на Кассия. Тот лишь тихо произнес:

– Они признают тебя своей госпожой. Не стоит заставлять ждать свой…народ, – ухмылка Кассия была весьма красноречивой.

Девушка покачала головой.

– Нет… Не преклоняйтесь передо мной. Я лишь сделала то, что должна была сделать. Теперь вы можете быть свободны.

Король Пустыни медленно поднял голову.

– Вы освободили моих детей. Без твоего голоса, Хозяйка Сейтара мы не смогли бы победить эту враждебную силу.

– Мы сделали это вместе.

Фиона опустилась перед ним на колени, чтобы их взгляды оказались почти на одном уровне. Она ласково и совсем без страха уже прикоснулась к морде чудовища. На секунду ей показалось, что он издал какой-то странный вздох. Кажется, ему понравилось.

– Я буду служить лишь тебе Фиона, хозяйка пустыни Сейтар. Я присягаю на верность тебе и твоему роду. – рокот монстра сотряс скалы каньона.

– Не бойся того, что он сделает сейчас. Доверься нам. – Кассий понял, что собирается сделать монстр и не стал препятствовать.

– Своим огнем я приношу тебе клятву. Своей кровью я закрепляю её. Отныне и вовек, Фиона, хозяйка пустыни, я буду служить тебе! – Ифрит собрался и выдохнул прямо на нее струю пламени.

Фиона отшатнулась и зажмурилась. Она и пискнуть не успела, как оказалась объята огнем. Но он не причинял ей вреда или боли. Скорее ласково щекотал ее кожу. Когда она осознала, что ей не больно и она не горит, девушка удивленно распахнула глаза. Она объята пламенем. Но оно не трогает ее. Не причиняет боли. Согревает.

Ифрит же ударился хвостом о камень и, слизывая языком выступившую кровь, облизал всю вампиршу. Она понимала, что это явно какой-то древний ритуал, но остановить его уже не могла.

– Огонь не вредит вампирам, чья стихия огонь. И ты, моя огненная девочка, убедилась в этом только что. Другим кланам огонь может нанести непоправимые увечья. Мы же защищены силой Каина. – пояснил ей вампир. Он с нескрываемым восхищением смотрел на свою женщину. Кассий уже не сомневался, что она – его. Впереди их, наверняка еще будут ждать испытания и не сразу все будет идеально, он понимал это. У самого характер отвратительный, и она упрямица жуткая. Зато его. От этой мысли на душе стало так тепло. Фиона пискнула и покраснела.

– Что это? – спросила она – не понимаю, что со мной происходит. Меня перебивает столько эмоций, что я теряюсь.

– Это нормально. Пока мы не научились закрываться друг от друга. То, что ты ощутила сейчас, это мои чувства. Вернее их отголосок.

– Я не могу это идентифицировать. Но думаю, что со временем разберусь. – девушка снова посмотрела на ифрита. – Ты что-то сделал, да, – она сказала это скорее как утверждение.

– Я всего лишь сделал то, что должен. – монстр снова склонил голову. И вслед за ним на все лапы и конечности сталь опускаться монстры пустыни, выражая покорность и почтение своей новой хозяйке.

Фиона уже поняла, что это ее ответственность и никто кроме нее не сможет помочь этим созданиям. Однако сейчас оставался еще один нерешенный вопрос.

– Ифрит, я не вправе просить тебя или вас, но все равно попрошу. Хочу, чтобы вы услышали меня. – На морде древнего чудовища промелькнуло удивление. Фиона глубоко вдохнула. – Нам предстоит еще одна битва.

– У него отняли дом. Трон. Все, что было ему дорого. – Фиона посмотрела на вампира, который рассматривал песок под сапогами. – Я не оставлю его с этим. Он столько сделал для меня. И я обязана вернуть ему долг. – Несколько секунд она молчала, прикидывая, как им сказать. – Я прошу помочь нам вернуть Керн.

Ифрит медленно поднялся во весь свой исполинский рост. Его хвост тяжело ударил по земле.

– Вам не нужно просить, Хозяйка. – Он склонил голову еще ниже. – Для монстров пустыни честь сражаться рядом с той, кто подарил нам свободу.

За его спиной один за другим раздались утвердительные рыки, шипение и клекот. Освобожденные чудовища поддержали своего короля без единого колебания.

Кассий молча наблюдал за этой сценой. Он прожил не одно столетие. Командовал армиями.Заключал союзы. Но впервые видел, чтобы опасные монстры, чья разумность вызывала вопросы, были готовы идти за этой хрупкой девушкой не из страха и не по долгу. Они хотели пойти с ней, за ней. И это вызывало восхищение. Он медленно поднялся.

– Тогда не будем терять время.

– До Керна несколько дней пути для людей. – Ифрит повернулся к каньону, а затем посмотрел на Кассия. – Для нас – значительно меньше.

Король Пустыни опустился на землю.

– Хозяйка, я готов доставить тебя и повелителя пустыни.

Кассий помог Фионе забраться на широкую спину огромного полускорпиона. Лишь убедившись, что девушка устроилась удобно, он сел позади нее.

– Кажется, пешком мы уже не пойдем. – Фиона невольно улыбнулась.

– Боюсь, нет, – с легкой усмешкой ответил Кассий.

Ифрит издал низкий рокочущий рык. По обе стороны от него выстроились пустынные монстры. Их было немного – всего несколько десятков, но каждый был готов защищать своего короля и свою Хозяйку до последнего вздоха.

Огромное тело Ифрита плавно двинулось вперед. Остальные существа беззвучно последовали за ним.

Фиона обернулась лишь однажды. Позади остался прочно закрытый разлом. Над каньоном больше не клубилась алая дымка. Впервые за долгое время над древними скалами сияло чистое небо.

Впереди же их ждал Керн.

Глава 14

Тяжелые створки дверей захлопнулись за последним слугой, и тронный зал погрузился в тишину. Еще недавно здесь постоянно звучали голоса советников, военачальников и придворных, спешивших засвидетельствовать почтение новому мастеру клана. Теперь же Сайф предпочитал оставаться наедине лишь с теми, чье молчание мог купить или чью преданность успел обеспечить угрозами. Слишком много вопросов появлялось у людей в последнее время. Слишком пристально они смотрели на браслет, который он носил на руке, словно пытались разглядеть в золоте ответ, достойный ли его владелец занимать трон Керна.

Делия стояла перед ним, сцепив пальцы так сильно, что ногти впивались в кожу. Обычно она умела сохранять спокойствие. Умела улыбаться, когда хотелось кричать, и говорить мягко, даже если внутри поднималась ярость. Именно это качество помогло ей столько времени оставаться рядом с правителями, внушая каждому из них, что она способна стать незаменимой. Но сейчас маска давала трещины. Она видела, как Сайф смотрит на нее, и понимала: одной улыбкой его уже не успокоить. Тут не поможет даже лесть. Новый мастер клана был в ярости. И причина проста: настоящий браслет исчез.

– Повтори, – негромко произнес он.

В его голосе не слышалось ни крика, ни раздражения, и оттого Делии стало еще страшнее. Она знала: когда Сайф говорил тихо, это означало, что ярость уже перешла ту грань, за которой он переставал себя контролировать.

– Браслет был у меня, – ответила она, заставив себя поднять голову. – Я выкрала его так, как мы и договаривались. Никто меня не видел. Я лично принесла его в свои покои и спрятала в ларце с двойным дном.

– И теперь его нет.

– Нет.

Сайф медленно поднялся с трона. В последние дни он почти не покидал это место, словно боялся, что стоит ему отвернуться, и власть тут же выскользнет из рук. Он настоял, чтобы слуги заменили покрывало на троне, сняли герб Кассия со стены за его спиной и вынесли из зала все, что могло напоминать о прежнем мастере. Однако даже после этого присутствие брата ощущалось здесь слишком явно. Кассий словно продолжал незримо наблюдать за ним с высоты, и Сайфу постоянно казалось, что каменные стены помнят другого хозяина и отказываются признавать нового.

Он подошел к Делии и остановился так близко, что она почувствовала исходящий от него жар.

– Ты понимаешь, что говоришь? – спросил он. – Настоящий артефакт исчез из твоих покоев. Из комнаты, которую охраняли мои люди. Из дворца, где без моего разрешения никто не способен пройти даже по коридору.

– Я сама не понимаю, как это произошло, – поспешно произнесла Делия. – Двери были заперты. Окна тоже. Ларец оставался на месте, замок не был сломан. Но когда я открыла его, браслета внутри уже не оказалось.

Сайф дернул уголком рта. В следующий миг его кулак с грохотом обрушился на ближайшую колонну. По мрамору побежала трещина, а на пол посыпалась белая крошка. Делия невольно отшатнулась, прикрыв лицо руками.

– Ты должна была сохранить его! – заорал он, и эхо подхватило его голос, понесло под своды зала. – От тебя требовалось лишь одно! Одно-единственное поручение, с которым ты не смогла справиться!

– Я сделала все, что могла!

– Ты сделала недостаточно!

Он схватил ее за плечо и резко притянул к себе. Делия поморщилась, но не попыталась вырваться. Гнев Сайфа пугал ее, однако еще сильнее пугала мысль о том, что произойдет, если он действительно поверит в ее предательство.

– Из-за тебя все летит в бездну! Ты хоть понимаешь это⁈

– Я говорю правду! – почти заплакала вампирша. – Дверь была заперта. Никто не входил. Я все перевернула. Каждый сундук. Каждую вазу. Даже стены простучала! Его нигде нет!

Сайф дал ей пощечину. Звук шлепка разрезал тишину зала. Затем вампир резко оттолкнул ее.

– Дура…

Она упала на пол.

– Бесполезная идиотка… Я уже объявил себя мастером клана, – прошипел он. – Я заставил Совет склонить головы. Я посадил в темницы всех, кто осмелился открыто выступить против меня. Я убедил народ в том, что Кассий сбежал, оставив Керн на произвол судьбы. И теперь ты говоришь мне, что настоящий Белиал исчез?

– У тебя есть копия, – выдохнула Делия. – Никто не заметит разницы.

Пальцы Сайфа сильнее сжались на ее плече.

– Они уже замечают.

В этих словах было больше страха, чем ярости, и Делия впервые посмотрела на него внимательно. Сайф выглядел изможденным. Под глазами пролегли темные тени, движения стали резкими, а в глубине взгляда поселилось напряжение человека, который слишком долго ждал удара в спину. Он получил то, чего хотел, но трон не принес ему удовлетворения. Напротив, с каждым днем власть становилась тяжелее, а каждый новый приказ требовал все большей жестокости.

Сначала ему казалось, что достаточно объявить Кассия предателем, и люди смирятся. Пустыня была огромна и беспощадна, а мастер клана исчез бесследно. Ни одного гонца, ни одной записки, ни одного достоверного свидетельства того, что Кассий все еще жив. Любой другой правитель воспользовался бы этим как неопровержимым доказательством его гибели, но Керн упрямо отказывался верить. Народ слишком хорошо знал своего мастера. Поэтому Сайф был вынужден действовать иначе. Он велел объявлять на площадях, что Кассий покинул Керн, преследуя собственные цели. Распространял слухи о том, что брат добровольно отказался от власти. Намекал, что тот сошел с ума из-за своей этты и ушел в пустыню навстречу смерти. Каждый день ложь становилась все изощреннее, но вместе с ней росло и недоверие.

– Я найду браслет, – пообещала Делия. – Дай мне немного времени.

– Времени у нас нет.

Сайф отпустил ее и отвернулся, возвращаясь к трону. На его запястье тускло блеснула копия Белиала. Она была выполнена безупречно. Тот же рисунок, те же древние символы, те же темные камни, вкрапленные в металл. Даже человек, который видел настоящий артефакт множество раз, едва ли сумел бы отличить подделку с первого взгляда. Однако внешнее сходство не могло заменить силы. Браслет оставался холодным и безжизненным, сколько бы Сайф ни пытался вызвать скрытую в нем магию. Он носил его постоянно, надеясь, что присутствующие примут молчание артефакта за обычное спокойствие, но некоторые уже начали задавать вопросы.

– Никому не говори, что он исчез, – произнес он, усаживаясь. – Даже слуги не должны знать, что ты его искала.

– Они ничего не знают.

– Проследи, чтобы так и осталось.

Делия кивнула, собираясь уйти, но голос Сайфа вновь остановил ее.

– И помни: если браслет окажется у кого-то из сторонников Кассия, я буду считать, что именно ты передала его им.

Она резко повернулась.

– Я бы никогда…

– Я не спрашиваю, что ты сделала бы. Я предупреждаю.

Их взгляды встретились, и Делия поняла, что продолжать спор бессмысленно. Еще недавно она была уверена в Сайфе. Видела в нем вампира, способного дать ей все, чего она заслуживала: положение, власть, покои хозяйки дворца и вампира-игрушку Кассия Ламия. Он был амбициозен, решителен и не боялся идти против брата, тогда как Кассий видел в Делии лишь женщину, которая просто грела его постель. Но теперь в Сайфе появилось нечто, что заставляло ее все чаще задумываться, не выбрала ли она сторону проигравшего.

Она покинула тронный зал, сохраняя достоинство до тех пор, пока двери не закрылись за ее спиной. Только тогда Делия позволила себе выдохнуть и прижаться ладонью к ноющему плечу и щеке. Где-то глубоко внутри нее уже зародилось нехорошее предчувствие. Браслет не мог исчезнуть сам. Значит, кто-то проник в ее покои и забрал артефакт, не оставив следов. Кто-то, кто знал, где искать. Кто-то, кто находился слишком близко.

Пока Делия пыталась понять, кто мог ее предать, Керн продолжал жить под гнетом страха. По улицам ходили вооруженные патрули. На воротах вдвое увеличили число стражников, хотя Сайф объяснял это необходимостью защищать город от внешней угрозы. В действительности же большинство воинов следило не за пустыней, а за собственными жителями. Любая громкая фраза могла быть воспринята как призыв к мятежу. Любой спор превращался в донос. Люди старались не упоминать имя Кассия на площадях и в тавернах, но за закрытыми дверями продолжали говорить о нем.

В темницы отправлялись все, кто отказывался признавать власть Сайфа. Среди заключенных оказались советники, воины, служившие Кассию не одно десятилетие, старейшины нескольких влиятельных родов и простые жители, неосторожно заявившие, что новый мастер не имеет права занимать трон. Сайф хотел устроить показательную казнь. Уже приказал возвести помост на главной площади и подготовить цепи для осужденных, однако в последний момент отступил. Пока судьба Кассия оставалась неизвестной, убивать его сторонников было опасно. Если брат действительно погиб, казнь могла укрепить власть Сайфа. Но если он вернется, кровь невинных людей станет тем преступлением, которое не простит ни Кассий, ни народ.

Эта неопределенность сводила Сайфа с ума. Он пытался уничтожить надежду, но она упрямо возрождалась в самых неожиданных местах. На стенах домов появлялся знак солнца – старый символ рода Ламий. Торговцы передавали друг другу странные записки, в которых не было ничего, кроме слов: «Мастер вернется». Даже воины, назначенные охранять дворец, начинали переглядываться, когда кто-то произносил имя Кассия.

Причиной большинства этих слухов была маленькая Джамала.

Никто не воспринимал рыжеволосую девочку всерьез. Стражники видели в ней обычного ребенка, слишком любопытного и болтливого. Она легко пробиралась на рынок, носилась между прилавками, помогала старикам донести корзины и могла часами сидеть рядом с торговцами, слушая их разговоры. Но стоило рядом оказаться кому-то, кому она доверяла, как Джамала тихо сообщала, что Кассий жив. Девочка не знала, так ли это, но верила всей душой.

Она не кричала об этом на площадях и не призывала людей поднимать оружие. Лишь шептала нескольким знакомым женщинам, что настоящий мастер обязательно вернется. Рассказывала пекарю, будто видела вещий сон, в котором Кассий шел через пустыню, окруженный огнем. Убеждала старого оружейника, что Сайф захватил трон обманом и носит ненастоящий браслет. Через несколько часов слова девочки уже передавались из уст в уста, обрастая новыми подробностями. Одни говорили, что Кассий заключил союз с чудовищами. Другие уверяли, будто сама Лилит явилась ему в пустыне и благословила на возвращение. Третьи клялись, что видели ночью над городом огненный знак, предвещающий падение узурпатора.

Чем сильнее Сайф пытался задушить слухи, тем быстрее они распространялись. Арестовывая одного человека, он заставлял еще десятерых поверить, что новый мастер чего-то боится. И боялся он, по мнению жителей, лишь одного – возвращения брата.

Роберто наблюдал за происходящим молча. Он оставался рядом с Сайфом не из преданности, а потому, что понимал: Керну нужен хотя бы один человек, способный удержать нового правителя от безумных решений. Старый советник никогда не отличался доверчивостью. Он привык верить не словам, а фактам, и потому с самого начала история Сайфа вызывала у него сомнения.

Больше всего его тревожил браслет.

Роберто присутствовал при многих церемониях, во время которых Кассий надевал Белиал. Он видел, как артефакт отзывался на истинного владельца. Это невозможно было объяснить простыми словами. Сила не обязательно проявлялась пламенем или ослепительным светом. Иногда едва заметно дрожали факелы. Иногда воздух становился плотнее, будто сама пустыня замирала в ожидании приказа. Магия разливалась по залу, заставляя каждого вампира чувствовать древнюю кровь рода Ламий.

Когда Сайф впервые предстал перед Советом с браслетом на руке, ничего подобного не произошло. Артефакт не откликнулся. Он выглядел великолепно, но оставался мертвой драгоценностью.

Сначала Роберто решил, что Белиал отвергает нового владельца. Подобное казалось возможным: древняя магия могла признать Сайфа недостойным. Однако чем внимательнее советник присматривался к браслету, тем сильнее становилось подозрение, что никакой магии в нем нет вовсе.

Он не спешил высказывать обвинения. Сайф окружил себя людьми, которые докладывали ему о каждом неосторожном слове, и Роберто слишком дорожил возможностью оставаться рядом с троном. Но сомнения росли, особенно после того, как он начал наблюдать за Делией.

Женщина, называвшая себя эттой Кассия, вела себя так, словно его исчезновение стало для нее избавлением. Она не требовала отправить новые поисковые отряды. Не расспрашивала вернувшихся разведчиков. Не пыталась выяснить, где последний раз видели ее предначертанного. Вместо этого Делия переселилась в лучшие покои, распорядилась заменить в них мебель и собрала вокруг себя верных девушек из гарема.

Ее не мучила боль истинной пары. Не беспокоило молчание связи. Она смеялась за ужином, наслаждалась музыкой, носила дорогие украшения и без малейшего стеснения проводила ночи в покоях Сайфа. Роберто слишком долго прожил среди вампиров, чтобы не понимать, насколько противоестественным было подобное поведение для этты. Истинная связь не позволила бы ей спокойно принять исчезновение Кассия, а тем более разделить ложе с его братом.

Он встретил Делию во внутреннем саду ближе к вечеру. Жара уже начала отступать, и в тени арок поднимался легкий ветер, приносящий запах нагретого камня и цветущих пустынных трав. Делия сидела у фонтана и рассматривала новый браслет, украшенный россыпью гранатов. Рядом стояла служанка, державшая поднос с фруктами, но при появлении Роберто женщина тут же отпустила ее жестом.

– Советник, – приветливо произнесла Делия. – Как неожиданно.

– Госпожа.

Она улыбнулась, хотя по тому, как напряглись ее пальцы, Роберто понял, что встреча ей неприятна.

– Вы хотели поговорить со мной?

– Я хотел узнать, как вы себя чувствуете.

– Благодарю, прекрасно.

Ответ прозвучал слишком быстро. Роберто медленно подошел к фонтану и остановился напротив нее.

– Рад это слышать. Хотя должен признаться, ваше спокойствие удивляет меня.

Улыбка Делии потускнела.

– Почему?

– Потому что мастер Кассий до сих пор не найден.

Несколько мгновений она молчала, а затем опустила взгляд на украшение.

– Разумеется, я переживаю за него.

– Разумеется, – повторил Роберто, не отводя глаз.

Делия нахмурилась.

– Вы сомневаетесь в моих словах?

– Я сомневаюсь во многом из того, что происходит во дворце.

Она медленно поднялась. В ее движениях по-прежнему сохранялось достоинство, но прежняя уверенность исчезла.

– Говорите прямо.

– Хорошо. Вы утверждали, что являетесь эттой Кассия. Связь, предназначенная самой Лилит, считается сильнее любых обещаний и клятв. Истинная пара чувствует друг друга, даже находясь на огромном расстоянии. Потеря вампира причиняет этте боль. Она не может спокойно есть, спать и продолжать жить так, словно ничего не произошло.

– Люди по-разному переживают горе.

– Это верно. Однако вы не выглядите скорбящей.

Щеки Делии вспыхнули.

– Вы не знаете, что происходит у меня внутри.

– Тогда объясните мне. Почему вы ни разу не потребовали отправить в пустыню новые отряды? Почему не встретились с теми, кто вернулся с поисков? Почему не попытались почувствовать Кассия через связь, о которой столько говорили?

– Сайф заверил меня, что делает все возможное.

– И этого оказалось достаточно?

– Вы переходите границы, Роберто. – Делия стиснула зубы.

– Возможно. Но я слишком долго служил дому Ламий, чтобы не задавать вопросов, когда вижу обман.

Она шагнула ближе.

– Вы обвиняете меня?

– Пока нет.

Роберто произнес это спокойно, однако угроза прозвучала яснее любого открытого обвинения.

– Я лишь говорю, что не верю вам. Не верю, что женщина, предназначенная Кассию самой Лилит, могла так легко занять его покои, принять власть его брата и делить с ним ложе, пока судьба ее истинного остается неизвестной.

Лицо Делии побледнело. На короткое мгновение в ее глазах мелькнул страх, и Роберто понял, что попал точно в цель.

– Будьте осторожнее, советник, – прошептала она. – Сайфу может не понравиться подобная дерзость.

– Передайте ему мои слова, если пожелаете. Но прежде подумайте, почему вы так боитесь вопросов, на которые истинной этте было бы легко ответить.

Он поклонился и ушел, оставив Делию у фонтана. Она долго смотрела ему вслед, не замечая, как пальцы сжимают драгоценный браслет до боли. Роберто был опасен. Не потому, что обладал армией или мог открыто выступить против Сайфа. Его опасность заключалась в другом: он умел видеть то, что остальные предпочитали не замечать.

К вечеру во дворец прибыл гонец с северной заставы. Его привели прямо в зал Совета, хотя заседание уже закончилось. Роберто остался рядом с Сайфом, как и несколько военачальников. Гонец выглядел так, будто не спал несколько дней. Плащ был покрыт пылью, губы потрескались, а лошадь, на которой он добрался до Керна, пала у самых ворот.

– Говори, – приказал Сайф.

Воин опустился на одно колено.

– На северо-востоке замечено движение, мастер.

– Караван?

– Нет.

Гонец поднял голову, и в его взгляде отразился неподдельный ужас.

– Чудовища.

Несколько военачальников переглянулись. Подобные сообщения не были редкостью. Пустынные твари время от времени подходили слишком близко к границам земель клана, особенно в периоды сильной жары или нехватки воды. Обычно дозорные успевали отогнать стаи, а более крупных монстров сдерживал сам Кассий, если возникала такая необходимость.

– Сколько? – спросил Роберто.

– Мы не смогли сосчитать.

По залу прокатился глухой ропот.

– Что значит «не смогли»? – раздраженно произнес Сайф.

– Их несколько десятков. Точно. Возможно, больше. Они движутся одной массой, мастер. Песок под ними дрожит. Среди них есть скорпиды, аспиды, крылатые твари и те, которых я никогда прежде не видел.

Сайф медленно поднялся с кресла.

– Где Ифрит?

– Его не заметили.

Роберто почувствовал, как внутри все похолодело. Отсутствие Короля пустыни тревожило сильнее, чем его возможное появление. Ифрит был опасен, но именно он удерживал многие стаи от нападения на людские поселения. Если чудовища двигались без его контроля, значит, в пустыне произошло нечто, нарушившее древнее равновесие.

– Как скоро они доберутся до Керна? – спросил один из командиров.

– Если не изменят направление, через день.

Тишина, опустившаяся на зал, оказалась тяжелее прежней. Несколько дней назад Сайф мог позволить себе угрожать собственным подданным и демонстрировать власть над безоружными людьми. Теперь перед ним возникла угроза, которую невозможно было запугать арестами. Чудовища не признавали королевских указов и не склонялись перед титулом.