Текст книги "Шепот пустыни: кровавая охота (СИ)"

Автор книги: Софья Берк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)

Когда глаза привыкли к свету она поняла, что жутко хочет пить. На ней были ее пижамные штаны и майка, лежала она на соломе, внутри телеги. Впереди сидел мужчина в лохмотьях и маленькая девочка с густой копной огненно-рыжих волос.

– Во…воды… – прохрипела Фиона, надеясь, что ей все это только снится.

Девочка тут же обернулась, поразив Фиону своими яркими голубыми глазами и веснушками. Она достала флягу с водой и помогла Фионе напиться.

– Вы очнулись, госпожа, – улыбнулась девочка. Фиона, напившись, размышляла, что же с ней произошло. Где она и как тут оказалась? Что это за девочка?

– Не волнуйтесь, госпожа. Мы привезем вас в деревню, – тоненький голос девочки был полон энергии. – Меня зовут Джамала. Мы с дедой едем в Фейф. Вы такая красивая, госпожа! Как вы тут оказались? Наверное на ваш караван напали разбойники или скорпиды, да?

Фиона схватилась за голову, которая болела от натуги и попытки вспомнить хоть что-то. Она даже ущипнула себя. Боль пришла сразу, как и осознание того, что это не сон. Утолив жажду, девушка почувствовала, как тело наполняется божественной жидкостью и даже дышать стало легче.

– Где я? – спросила Фиона, рассматривая унылый пустынный пейзаж.

– В Сейтаре, – охотно ответила девочка. на вид ей было лет десять и она явно была активным и любознательным ребенком.

Фиона отчаянно вспоминала, а есть ли в мире место с названием Сейтар. И пришла к неутешительным выводам.

– Как вас зовут, госпожа?

– Почему ты называешь меня госпожой? – задала наконец мучивший вопрос Фиона.

– Потому что у вас странная одежда. Видно, что вы не из этих мест и что у вас магическая метка Великой Лилит!

– Магическая? – Фиона перестала что-либо понимать. – Лилит?

– Госпожа, у вас наверное было тяжелое ранение. Когда мы вас нашли, вы были в крови. – Теперь Фиона понимал откуда этот запах. Кровь. А кровь это мощнейший магнит для хищников. А в том, что здесь они были она ни секунды не сомневалась.

– Зови меня Фиона, – девушка пыталась уложить в голове крупицы информации.

Конечно, это было непросто. Но в том, что она не дома, кричало буквально всё.

– Я в другом мире? Похоже я перегрелась. И, видимо, впала в кому. Иначе как объяснить то, что я еду в какой-то телеге по пустыне и это мало похоже на сон. Перечитала любовных романов про мифических существ? Жара невыносимая. Надо бы во всем разобраться. И правда метка на руке какая-то. Прямо на плече. Нет, я, конечно, мечтала о татуировке, но не настолько сомнительной. Еще и люди эти странные. Кочевники что ли? Мужчина молчит постоянно. Странно.

– Госпожа Фиона! Какое у вас имя красивое. Вы какому клану принадлежите? – девочка явно была кладезем информации для Фионы, чем и решила воспользоваться девушка. Раз уж это новая реальность, стоило разузнать побольше.

– Клану? – Фиона будто вырвалась из раздумий.

– Ну, вампирским кланам. Или вы из людей?

– Вампирским? – Фиона думала, что ей послышалось. —Прекрасно! Тут еще и вампиры обитают?

– Джамала, скажи, а почему твой… спутник молчит?

– А, так дедушка глухонемой, – охотно отозвалась девочка. – Его Назим зовут. Мы живем в Фейфе. Это недалеко от Керна. Вы не думайте, мы не вампиры. У меня тетка дампирша только. Просто мы с ней в ссоре. Она мастеру клана служит. Распорядительница гарема. А меня дедушка воспитал. А больше никого и нет. Про маму и папу ничего не помню. Да и не надо мне. Мы живем хорошо вместе с дедушкой.

– Вот как. А мастер клана это у вас правитель, да? – догадалась Фиона и села поудобнее. Джамала казалась ей такой миленькой.

– Да. Глава клана Ламий. Чистокровный вампир.

– И он на солнце не боится выходить? – Фиона осторожно стала задавать уточняющие вопросы, чтобы сложить цельную картинку. Раз уж речь зашла о вампирах. Фиона хотела понять, насколько они опасны.

– Что вы! Клан Ламий получил от Первородного бога вампиров свою силу огня. И свет никому не страшен. Наше солнце особенное.

– Да уж. Палит так, что я будто горю заживо. – Фиона сделала уже сама глоток из фляги. – Как вы нашли меня?

– Вы лежали у входа в Ущелье мертвецов вся в крови. Мы вас к себе взяли, не бросать же на верную смерть.

–А могли бы и бросить,– подумала Фиона и девушка впервые попыталась улыбнуться этой девочке искренне. Ведь они действительно спасли ей жизнь.

– Кажется, я потеряла память, – девушка решила сыграть на этом. К тому же это ведь даже и не ложь. Она же действительно не помнит последние пару часов своей жизни.

– Госпожа, это ужасно! Но вы явно из какого-то клана. Надо как-то о вас рассказать во дворце или порасспрашивать в Керне. Вдруг кто-то вас ищет.

–Искренне надеюсь, что нет. Не хватало мне только, чтоб меня вампиры искали– подумала Фиона.

Дорога вилась по раскаленной пустыне, и девушка в повозке видела лишь бесконечные пески. Вдруг перед ней возникла деревушка – простая, дома из глины, на улицах несколько деревьев, дающих скудную тень. У ее края, словно живительный пульс, текла река, ее воды устремлялись в темный каньон. Казалось, это все, что может предложить эта суровая земля.

Но стоило ей бросить взгляд подальше, как перед ней открылся поразительный контраст.

За деревушкой, на фоне скалистого утеса, раскинулся настоящий город. Его крыши, словно драгоценные самоцветы, сияли в лучах солнца, а величественный дворец отливал таким ярким золотом, что казалось, будто само солнце решило поселиться здесь.

Жизнь в этой пустынной деревне текла по своим, веками устоявшимся законам. Днем, когда солнце достигало своего зенита, все укрывались от палящих лучей в тени своих жилищ. Лишь немногие смельчаки отправлялись на поиски скудной растительности для своих немногочисленных животных или пытались выкопать колодец в надежде найти воду. Вечером, когда жара спадала, жизнь возвращалась.

Женщины занимались приготовлением пищи из того, что удавалось добыть, чинили одежду и плели корзины.

Дампиры, которых посылали сюда для поддержания порядка в деревне и для защиты от монстров, играли в карты или ходили в питейные.

Дети, которых было немного, играли в пыли, их смех разносился по тихой деревне. Каждый день был похож на предыдущий, наполненный трудом и надеждой на лучшее.

Дом Джамалы и Назима, как и большинство жилищ в этой деревне, был воплощением бедности и простоты. Он представлял собой небольшую хижину, построенную из глины и веток, покрытую грубой тканью. Внутри было темно и прохладно, но не уютно. Единственная комната была обставлена самым необходимым: несколько старых ковров на полу, пара глиняных горшков для воды и еды, и несколько мешков, служивших для хранения скудных запасов. Фиона явно не привыкла к такому «комфорту». Но в глазах Джамалы и Назима читалось искреннее желание помочь, предложить то немногое, что у них было, незнакомке, которая нуждалась в помощи.

Назим остановил повозку. Джамала ловко спрыгнула и помогла выбраться Фионе. Девушка повернулась к старику и поклонилась ему. На что он сделал удивленные глаза и отчаянно замахал руками.

– Я сделала что-то не так? – Фиона, подгоняемая девочкой очутилась в доме.

– Госпожа Фиона. Дедушка не привык, чтобы его благодарили такие господа. Не надо привлекать к нам лишнее внимание. Нас и так сторонятся из-за того, что моя тетка во дворце работает.

– Ясно. Простите. Я многое забыла и не могу вспомнить, – Фиона поежилась. Джамала вошла в комнатку, разделенную тонкой шкурой и вынесла ворох вещей.

– Переоденьтесь, госпожа. Так вы не будете сильно выделяться. Это вещи моей мамы. – Она старалась казаться веселой, но в больших голубых, как небо, глазах читалась грусть. Девочка скучала по матери. – Они чистые, вы не волнуйтесь! – поспешила заверить девушку рыжеволосая.

– Спасибо, – Фиона скрылась за шкурой, куда ранее выходила девочка. Поначалу ей показалось, что ей дали тряпичный мешок из-под картошки. Но присмотревшись, это оказалась туника, пожелтевшая от времени, из грубой необработанной льняной ткани. Темно-коричневые шаровары не стесняли движений и благодаря ткани пропускали воздух, отчего было не так жарко.

Фиона вышла и теперь ничем не отличалась от других женщин.

– Госпожа! Вы такая красивая! – восхитилась девочка. И это неподдельное восхищение смутило Фиону, которая не знала куда деть глаза. Пока девушка переодевалась, Назим распрягал повозку, а Джамала готовила обед. Фиона как-то тепло посмотрела на девочку.

Сердце сжалось. Она ведь мечтала о дочери. Но бывший муж оставил только недоверие к мужскому полу.

– Ой! Я забыла! – Девочка стала рыться в углу комнаты. – Вот. Браслет мамы. – Красивый широкий браслет из золота идеально сел на предплечье. Девочка сама застегнула его. У Фионы заблестели слезы. Эта малышка отдала самое дорогое, что у нее было, совершенно незнакомой девушке просто потому, что хотела помочь.Никто и никогда ничего подобного для нее не делал. – И лучше наверное вам не показывать лицо. Вы очень красивы, Госпожа! Некоторые воины могут… – девочка замялась, протягивая плотный кусок ткани, но Фиона и так догадалась, что могут сделать некоторые мужчины. Впрочем, она не была робкой и могла за себя постоять.

Назим и Джамала позвали ее к столу. Девочка вываливала на Фиону информацию тоннами. В какой-то момент у нее даже голова снова разболелась.

– Госпожа, вы не хотите остаться с нами, пока не восстановитесь? – в этом вопросе было столько мольбы, что Фиона не смогла отказать. Да и идти ей сейчас по сути некуда. На обед были лепешки из муки. Перекусив, и напившись воды Фиона снова почувствовала вкус к жизни. Так спокойно было тут.

Но это спокойствие было хрупким, как тонкий лед на утренней луже.

Первым его нарушил не звук, а дрожь. Едва заметная, она прошла по земле, заставив посуду в домах тихонько звякнуть. Люди замерли, прислушиваясь. Затем дрожь повторилась, сильнее, настойчивее.

Фиона посмотрела в окно. Над дальними дюнами поднималось марево, но оно было не от зноя. Оно было багровым, рваным, словно само небо кровоточило. И в центре этого марева двигалось нечто колоссальное. Снаружи кто-то крикнул.

– Ифрит! Ифрит песков!!! – и это слово, подхваченное ветром, пронеслось по деревне, как погребальный звон. – Король Пустыни идёт!

Паника вспыхнула мгновенно, как сухой хворост от искры. Крики ужаса заглушили все утренние звуки. Матери хватали детей, загоняя их в дома, чьи глиняные стены казались теперь не надежной защитой, а тонкой скорлупой. Торговцы бросали свои товары, пытаясь укрыться. Мирная, сонная деревня превратилась в растревоженный муравейник.

А он приближался. Огненный змей с телом скорпиона. Его чешуя переливалась, как расплавленное золото, отражая солнце тысячами слепящих бликов. Длинное, гибкое тело извивалось над песками, оставляя за собой дымящуюся борозду. А сзади, над землей, возвышался чудовищный хвост скорпиона, увенчанный огромным жалом, с которого капал яд, шипя и испаряясь при соприкосновении с песком. Его голова была головой змеи, но из разверстой пасти вырывались не шипение, а рев, похожий на скрежет камней и треск всепожирающего пламени.

Ужас сковал многих. Люди плакали, молились, прощались друг с другом. Казалось, что против такой силы нет спасения. Это был не просто зверь, это было воплощение самой ярости пустыни, её огненного сердца и смертоносного жала.

Резкая боль пронзила голову Фионы. Шипение в голове стало отчетливым.

– Хозяйка! С-с-с-спаси! Хозяйка!

Девушка схватилась за голову. Назим раскидывал солому, из-под которой показалось кольцо подвала. Что-то мыча он звал Джамалу и Фиону. Но девушка схватила кусок тряпки, который ей давала Джамала, повязала на лицо наподобие маски, а затем выскочила на улицу, показав жестом, что не будет прятаться с ними.

– Копья! – раздался зычный голос мужчины, который бежал с небольшим отрядом к воротам. – Дампиры клана Ламий, к оружию! – сам он достал саблю.

Паника начала уступать место яростной отваге. Из домов выбегали мужчины, вооруженные чем могли: охотничьими копьями с каменными наконечниками, тяжелыми тесаками для рубки.

Их лица были бледны, руки слегка дрожали, но в глазах горел огонь. Они знали, что их шансы ничтожны. Знали, что многие из них могут не увидеть следующий рассвет. Но они также знали, что бежать некуда. Пустыня была их домом, и они не собирались отдавать его без боя.

Вся деревня превратилась в единый организм, движимый отчаянием и любовью к своей земле. Они выстроились у ворот, горстка людей против стихийного бедствия. Они смотрели, как Король Пустыни приближается, как земля дрожит под его весом, и как жар от его тела уже опаляет им лица.

Страх никуда не ушел. Он сидел ледяным комком в животе у каждого. Но поверх него росла готовность. Готовность встретить свою судьбу с оружием в руках. Готовность сражаться за свои семьи, за свои дома, за право жить на этой земле.

Фиона чувствовала, что ей нужно выскочить за ворота деревни, прежде, чем их закроют.

– Стой! Куда! – раздались крики вслед летящей вперед девушке.

Сердце ее бешено стучало. Ворота деревни остались за спиной, когда Фиона, подгоняемая чистым ужасом, выбежала на открытое пространство. Перед ней, сотрясая землю каждым шагом, надвигалось чудовище. Ифрит. Его силуэт искажался в мареве жара, исходящего от его тела, а глаза горели, словно два раскаленных добела уголька. Она замерла, не в силах сдвинуться с места.

Он не несся на нее, не готовился к прыжку. Он просто неотвратимо и медленно надвигался, и вся его мощь была сосредоточена на ней одной. Фиона подняла голову и встретилась с ним взглядом. В тот же миг в ее сознании прозвучал шепот, сотканный из пепла и древней боли. Он не был похож на человеческую речь, но она понимала каждое слово. Голова перестала болеть.

– Хозяйка! – он зашипел и наклонился к ней. – Нужна помощь… – пронеслось в ее голове. Голос был полон страдания.

– Зачем вы нападаете на деревню? – выдавила из себя Фиона, увидев, что ее не трогает это чудовище. Не то чтобы она не любила змей, она не боялась их. Но когда кобра больше тебя в пять раз, поневоле оцепенеешь от страха.

На смотровых вышках дампиры застыли, не веря своим глазам. Исполинский монстр навис над девушкой, его низкий, утробный рык вибрировал в самом воздухе, но клешни оставались неподвижны. Фиона стояла прямо перед ним, живая и невредимая, и ее шок был не меньшим, чем у наблюдателей. Это чудовище почему-то не касалось ее.

Несколько воинов-дампиров с обнаженными клинками бросились к ней, думая спасть эту сумасбродную женщину. Реакция Ифрита была мгновенной. Он не тронул их, но выдохнул перед ними стену огня – яростное, неоспоримое предупреждение.

– Стойте! – закричала Фиона, перекрывая рев пламени. – Не подходите! Он не враг!

– Хозяйка! Рана! Болит! – исторгал из себя слова монстр. И тут Фиона заметила торчащее из скорпионьего тела копьё. Глаза монстра с вертикальными зрачками буквально молили о помощи. Сердце дрогнуло.

– Ты ранен! Позволишь помочь тебе? – говорила она громко и четко, не прерывая зрительный контакт. Ифрит качнул головой и повернулся к ней раненым боком.

Кажется, что дыхание задержали все.

В этот момент с другого конца деревни прискакал Кассий. Она взлетел на вышку и сам застыл от картины, которую увидел. Девушка говорила с Ифритом, и он слушался её. Ее внимание было приковано к зазубренному копью, глубоко вонзившемуся в бок монстра. Было очевидно, что именно оно причиняло Ифриту невыносимую боль и поддерживало его гнев.

Кассий замер, не в силах отвести взгляд от разворачивающейся перед ним картины. Она говорила с ним – тихим, успокаивающим голосом, словно пыталась достучаться до разума в этом средоточии пламени и ярости. Он слышал ее слова.

– Сейчас будет немного больно, потерпи, – прошептала Фиона, скорее для себя, чем для огненного гиганта.

Собравшись с духом, она крепко ухватилась за древко обеими руками. Резкий, отчаянный рывок – и с диким ревом Ифрита копье вышло из его плоти. В тот же миг рядом с ухом девушки просвистел арбалетный болт, посланный кем-то из стражи, и бессильно вонзился в песок. Вероятно, нервы сдали.

Но Фиона даже не обернулась. Ифрит, тяжело дыша, склонился к ней, и вместо того чтобы испепелить свою спасительницу, он доверчиво подставил ей свою массивную, покрытую чешуей голову. Девушка искренне, без тени страха, улыбнулась и мягко погладила его по горячей коже.

Все, кто наблюдал за этой сценой, застыли в немом изумлении. Воины опустили арбалеты. Кассий же был не просто удивлен – он был потрясен до глубины души. Ему уже доложили, что какая-то сумасшедшая в одиночку вышла против монстра, но он и представить не мог такого исхода. Король Пустыни склонил голову перед человечкой! Кто она? Он смотрел на нее, не сомневаясь ни секунды, что перед ним девушка – слишком уж изящными и женственными были ее черты. Но было в ней и что-то иное, пугающее и завораживающее. В ее глазах, казалось, плясали живые языки пламени, отражая саму суть усмиренного ею чудовища.

Она будто почувствовала опасность и повернувшись прыгнула закрыв собой Ифрита. Жгучая резкая боль пронзила левое плечо девушки, из которого торчал арбалетный болт.

Монстр взревел и плюнул огненный шар в сторону деревни.

– Сайф! Зачем⁉ – Крикнул Кассий. Вампир опустил арбалет.

Фиона понимала, что ситуация выходит из-под контроля. Монстр заревел. Прямо перед Фионой появился Кассий. Его черные волосы тут же покрыла пыль песков.

– Уходи! – Фиона крикнула Ифриту. И оттолкнула Кассия, который не ожидая подобного от девушки действительно потерял равновесие, и ему тут же пришлось прокатиться по песку. Фиона видела, что монстр собирается вонзить жало в Кассия потому и толкнула его, в надежде, что ему хватит ловкости увернуться от жала.

– Беги! Беги! – умоляюще прокричала Фиона, глядя в глаза Ифриту.

– Хозяйка! Вернусь! Спасибо! – прошипел монстр и развернувшись стал быстро уползать в пустыню.

– Ты что творишь, дурная⁉ – спросил Кассий, но не успел услышать ответ, девушка потеряла сознание, и он едва успел подхватить ее на руки. По плечу стало расползаться темное багряное пятно. Запах ее крови напомнил ему о голоде, который он не испытывал уже очень давно.

Кассий забрал девушку.

– Повелитель, что вы намерены делать? – спросил Сайф.

– Заберу ее в Керн. Хочу разобраться в том, кто она такая. Ты должен допросить дампиров и жителей. Важная любая мелочь. Мне нужно доставить ее к лекарям.

– Есть, – принял приказ к исполнению вампир, но его глаза очень недобро сверкнули, когда Кассий повернулся спиной и вместе с раненой девушкой возвращался в столицу.

Глава 4

Тьма вокруг была мягкой и обволакивающей, как бархат. Фиона не чувствовала своего тела, лишь странное ощущение полета в пустоте, словно она стала легкой, как перышко, и парила в бесконечной невесомости. В этой тишине раздался голос – властный, глубокий, проникающий прямо в сознание.

– Открой глаза, дитя.

Фиона подчинилась, хотя и не помнила, как это делать. Перед ней не было ничего, кроме той же бархатной тьмы, но теперь в ней мерцал женский силуэт, сотканный из алой дымки и лунного света.

– Кто вы? Где я? – голос Фионы прозвучал слабо, как эхо.

– Я – та, кто привела тебя в этот мир. Я – Лилит, первородная мать вампиров. Сейчас ты в моем пространстве. Твоя душа не принадлежит телу, пока я не верну ее, – ответила богиня вампиров. Ее голос был спокоен, но не допускал возражений. – Ты здесь не случайно. Эклипс – мир вампиров. Мы создали его, чтобы наши дети могли жить счастливо, однако сейчас ему грозит опасность. Ты можешь помочь бороться с ней. Магия крови никогда не лжет и она избрала тебя. Поэтому ты обязана выполнить мою миссию.

– Миссия? Какая еще миссия? Я ничего не просила!

Лилит проигнорировала ее вспышку.

– Детали тебе знать пока не положено. Но чтобы помочь тебе, я дала тебе дар. Отныне ты будешь понимать язык зверей и птиц. Они станут твоими глазами и ушами.

Фиона ощутила, как внутри закипает возмущение. Дар? Миссия? Все это звучало как бред.

– Мне не нужен ваш дар! И я не собираюсь выполнять никакую миссию! – дерзко выпалила она. – Верните меня домой! Я насмотрелась на ваших монстров и прожарилась на вашем солнце. Кстати интересно, почему вы на нем не горите. В моем мире вампиры становились пеплом на солнечном свету.

Силуэт Лилит приблизился, и Фиона почувствовала ледяной холод. Голос богини стал жестким, как сталь.

– Глупое дитя. Ты думаешь, у тебя есть выбор? Эта миссия – твой единственный путь домой. Выполнишь ее – и вернешься. А до тех пор… привыкай.

Последнее слово ударило, как молот, и бархатная пустота начала рассыпаться на тысячи осколков.

Фиона лежала без сознания на роскошном бархате дивана, хрупкая и беззащитная в чужом дворце. Кассий склонился над ней, его тень поглотила ее почти полностью. Он протянул руку и осторожно, словно боясь спугнуть видение, снял с ее лица грубую ткань.

Под ней открылась картина, поразившая его до глубины души. Старый, глубокий шрам пересекал нежную кожу от лба и до середины щеки. Следы когтей давно зажили, но остались уродливым напоминанием о встрече со зверем. Кассий нахмурился. Этот шрам был ошибкой. Неправильностью. На таком совершенном лице, с его точеными чертами и мягкими изгибами, не должно было быть места подобным изъянам.

Он не удержался и почти невесомо провел кончиками пальцев по рваной линии шрама, ощущая под кожей его грубую текстуру. Его прикосновение было легким, как дыхание. Пальцы соскользнули ниже, к ее губам – полным, мягким, сейчас приоткрытым и беззащитным. Мысль о том, насколько она красива, даже с этим уродливым клеймом, пронзила его сознание.

Он видел тысячи женщин. Но та, что лежала сейчас единственная цепляла. Запах жасмина бил наотмашь. Проникал в сознание, заполняя легкие.

Внезапно ее тело изогнулось в судороге, кожа стала горячей. Лихорадка. Кассий решился вырвать из её плеча торчащее древко арбалетного болта. Не медля ни секунды, Кассий крепко ухватился за него и резким, выверенным движением вырвал из ее тела.

Горячая кровь хлынула из раны, пачкая его пальцы. И в тот же миг знакомый, сводящий с ума аромат ударил ему в голову. Его клыки удлинились против воли, инстинкт вампира взял верх над разумом. Он с усилием отшатнулся, делая шаг назад, словно от огня.

Он поднял руку к лицу. Темные капли на его коже манили, обещали запретное наслаждение. В нос ударил ее уникальный аромат: сладкий жасмин, смешанный с чем-то горьковатым, пряным. Эта кровь была подобна наркотику для него. Не в силах сопротивляться, он поднес пальцы к губам и слизнул ее кровь.

По его телу пронесся разряд тока, обжигающий и пьянящий одновременно. Жажда, до этого дремавшая, взревела, требуя еще. Это было похоже на глоток терпкого, выдержанного вина – восхитительного, дурманящего, заставляющего желать больше.

Кассий сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Все его существо кричало, умоляло склониться и впиться клыками в ее шею, испить до дна этот божественный нектар. Он едва сдерживался, ведя мучительную борьбу с собственной природой, чтобы не укусить эту девушку и не погубить ее окончательно.

Сейчас нельзя. Пока он не выяснит, кто она такая, нельзя позволять инстинктам брать над собой верх. Он распорядился, чтобы плечо девушки обработали, а Джина должна была переодеть ее во что-то более подобающее.

Сознание возвращалось медленно, словно пробиваясь сквозь густой туман. Первым ощущением был легкий ветерок, нежно коснувшийся её кожи. Фиона открыла глаза и замерла. Она лежала на огромной кровати под белоснежным пологом, а вокруг простирались роскошные покои, залитые мягким утренним светом. Резные арки, низкие диваны с горами шелковых подушек, мозаика на полу – всё это напоминало иллюстрации к восточным сказкам.

Но эта идиллия рухнула в одно мгновение. Память нахлынула ледяной волной: искаженная яростью и болью морда монстра, боль в плече, а затем… разговор. Разговор с той, кто назвала себя богиней вампиров. Фиона рывком села на кровати, сердце заколотилось в груди. Оглядев себя, она похолодела ещё больше. Её одежды не было. Вместо неё – странный, откровенный наряд. Плотный лиф, больше похожий на драгоценное украшение, чем на одежду, полупрозрачная туника, не скрывающая ровным счетом ничего, и длинная атласная юбка, чьи смелые разрезы по бокам заставили её вспыхнуть от смущения. Фиона подошла к огромному зеркалу. Сама от себя не ожидала такого. Красивая женщина, в чьх глазах виднелся опыт прожитых лет. Но сейчас она чувствовала себя одновременно и пленницей, и экзотической игрушкой, выставленной на показ в этой золотой клетке.

Левое плечо было перевязано чистой тканью.

Дверь отворилась, и на пороге возник Кассий. Фиона ни на секунду не усомнилась – перед ней был вампир. Он был безупречен, словно сошедший со страниц античного мифа Аполлон: темные вьющиеся волосы спадали на плечи, а пронзительные карие глаза под густыми ресницами, казалось, видели ее насквозь. Легкая небрежная щетина и тяжелый, властный взгляд завершали образ. Она уже догадалась, что это тот самый правитель о котором говорила Джамала.

Его смуглая кожа и простая черная одежда никак не выдавали в нем правителя могущественного клана, но сама аура, исходившая от него, была почти осязаемой. Она давила, сгущала воздух в комнате, заставляя все вокруг подчиняться его воле. Фиона невольно засмотрелась на этого сильного, завораживающего мужчину.

Внезапно опомнившись, она резко вскочила с кровати. Сердце колотилось от страха перед неизвестностью, но она изо всех сил старалась скрыть свою панику, выпрямив спину и вскинув подбородок.

Кассия это откровенно позабавило. Он уже успел рассмотреть ее, пока девушку переодевали, и теперь изучал ее жадным, хищным взглядом.

Эта смесь отчаянной воинственности и животного ужаса, который он буквально чувствовал – слыша, как бешено стучит ее сердце и пульсирует кровь в тонких жилках на шее, – была восхитительна. Легкая усмешка тронула его губы.

– Кто вы? Где я? Почему на мне…это? – Фиона решила пойти в наступление, надеясь хоть на какое-то преимущество. Вампир лишь тяжело вздохнул, показывая, как ему не нравится возиться с ней. Он сделал шаг к ней. Девушка инстинктивно отступила и схватила вазу с ближайшего стола, выставив вперед как щит или даже оружие. В глазах полыхала непоколебимая решимость дать отпор при любой опасности.

– Опусти это и мы спокойно поговорим, пока что.

– Н-нет. Это гарантия моей безопасности, – уже не так уверенно произнесла Фиона. Кассий просто усилил давление своей ауры.

Девушке стало катастрофически не хватать воздуха. Будто кто-то держал руку на горле. Фиона упустила вазу из рук, отчего та раскололась, и, пошатнувшись, упала на мягкий ковер на четвереньки. Кассий перестал давить своей силой. Фиона тяжело дыша поднялась.

– Сядь, – в этом тоне было лишь одно: приказ. Она не могла не повиноваться. Чувствуя неловкость, она села так, чтобы не видно было ее левую щеку. Вампир недовольно посмотрел на широкий браслет на ее плече. – Я мастер клана Кассий Ламий, и пустыня Сейтар – мои владения. Я не буду больше повторять свои вопросы. Отвечай честно. От твоих ответов будет зависеть твоя дальнейшая жизнь, – он говорил вполне себе серьезно.

Вампир прошел к окну, чтобы видеть её всю лучше. И этот шрам, который она так усиленно старалась скрыть.

– Кто ты?

– Фиона Файер.

– Фиона значит. – Он так произнес ее имя, будто произносил его миллионы раз и не в такой обстановке. – Как ты сюда попала?

– Ну, вероятно, меня сюда принесли, – нахмурилась девушка, вспоминая события, предшествующие ее пробуждению в этой комнате. – А если серьезно, то меня сюда притащила какая-то богиня и сказала, что я должна спасти этот мир. А я так-то вообще домой хочу.

– Что ж, – Кассий усмехнулся. В его глазах промелькнул интерес. – Допускаю подобную подставу от любимой богини. Но меня интересует, как ты усмирила Ифрита?

– Кого? – не сразу поняла Фиона.

– Монстра, что напал на Фейф.

– Он был ранен! И не собирался нападать. Это вы, как последние варвары стали палить из арбалета. Он просто просил вас не подходить.

– Хочешь сказать… он тебя попросил? – Кассий скептически выгнул бровь. – Монстр, которого боятся даже другие чудовища пустыни⁉

– Ну, да, – ответила Фиона, искренне не понимая, почему он ей не верит.

– Ложь! – отрезал Кассий. В его голове не укладывалась эта информация. – Я узнаю, какую магию ты использовала, ведьма.

– Да не ведьма я. И вообще, если не верите, то не вижу смысла мне тут находиться. Дайте мне мои вещи. Я пойду.

– Куда? – нехорошо так ухмыльнулся Кассий. Его взгляд прожигал. Фиона чувствовала, что он просто играет с ней. – Ты никуда не пойдешь, пока я не выясню, кто ты и что здесь делаешь.

Его голос, низкий и вибрирующий, казалось, заставил воздух в комнате похолодеть. Он сделал шаг к Фионе, нависая над ней, как грозовая туча.

– И будь благодарна, что я не бросил тебя в темницу. Там не слишком хорошие условия, тем более для такой как ты.

Но вместо страха в ее глазах он увидел лишь ледяное презрение. Фиона дерзко вскинула подбородок, и ее ответ прозвучал как удар хлыста.

– Мне все равно! – в ее голосе звенела сталь. – Там, в деревне, осталась малышка Джамала. Я должна вернуться и убедиться, что она и ее дедушка в порядке!

– Ты никуда не пойдешь!

– Да отвали…те, ваше вампирячество! – Фиона скрестила руки на груди. Весь ее вид выражал крайнюю степень раздражения и негодования.

Кассий задохнулся от возмущения. Ярость, которую он сдерживал, прорвала плотину. Еще никто! Никто и никогда не смел так с ним разговаривать. Тем более женщина, жалкая смертная!

– Ты будешь наказана за свою дерзость, – прорычал он, и в его глазах вспыхнули багровые искры.

В ответ Фиона рассмеялась. Звонко, открыто, прямо ему в лицо. Этот смех был чистым вызовом, и в нем не было ни капли страха. В этот миг она перестала его бояться, видя в нем не всемогущего вампира, а лишь разъяренного мужчину.

Но ее смех оборвался, когда Кассий в одно неуловимое движение сократил дистанцию. Его рука, холодная как сталь, сомкнулась на ее запястье, а лицо оказалось в сантиметре от ее собственного. Дыхание замерло в груди Фионы. Он наклонился к самому ее уху, и его шепот был подобен ядовитому шелку – томный, обволакивающий и полный угрозы:

– Ты пополнишь мой гарем, Фиона. – То, как он произнес ее имя звучало как приговор. – И, пожалуй, именно сегодня ночью ты будешь меня развлекать.

Слова ударили по ней, как раскаленный металл. Отвращение и гнев вскипели в ней с такой силой, что затмили любой страх. Она резко вырвала руку из его хватки, и в следующее мгновение звонкая пощечина эхом разнеслась по комнате.

Кассий медленно повернул голову, и на его щеке алел отпечаток ее ладони. Он посмотрел на нее. Этот взгляд был страшнее любого крика. Холодный, пронизывающий, он обещал мучительную расплату. У Фионы по спине пробежал ледяной озноб, а по коже поползли мурашки.