Текст книги "Невеста обезьяны"

Автор книги: сказки народные

Соавторы: сказки народные
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 22 страниц)

КАК СОБАКА С ЛИСОЙ ПУТЕШЕСТВОВАЛИ

Как-то раз отправились собака с лисой путешествовать. Идет лиса и хвастается:

– Я знаю, что делается за тысячу ри позади меня, я могу отгадать, что делается за две тысячи ри впереди меня. Все мне открыто! Я умею людей морочить, а ты – слуга у них на побегушках.

Я всех умнее в этой стране! Мне всюду храмы построены!

Досадно собаке, но молчит: отвечать-то нечего! Так добрались они до реки. Посмотрели: моста нигде не видно. Придется вброд переходить.

Приказывает лиса:

– Иди, собака, вперед!

А собака ей в ответ:

– О нет, ты ведь самая умная, тебе и переходить первой реку. Разве я посмею идти впереди тебя!

Лиса давай отнекиваться. Спорили они, спорили, но как увидела лиса, что у собаки вся шерсть дыбом встает, сразу уступила.

– Хорошо, я пойду через реку первой. Мой нос учует все на две тысячи ри вперед!

Стала лиса реку переходить, а собака за нею. Зашла лиса вглубь. Вдруг как залает собака! Лиса с перепугу бултыхнулась в воду, только плеск пошел!

А собака смеется:

– Ну что, умница? Ты знаешь все, что делается за тысячу ри позади тебя, ты можешь отгадать все за две тысячи ри впереди себя, а вот что случится перед самым твоим носом, догадаться не смогла!

Посмеялась собака и пошла дальше.

«ЕПИСКОП ЯМА»

В чужой рот дверь не вставишь, – говорят в народе. И правда: если уж люди захотят над кем посмеяться, им не запретишь. Любую кличку прилепят, и не отделаешься.

Жил, к примеру, в городе Киото святой отец, по имени епископ Рёгаку.

И случилось так, что перед его храмом росло дерево эноки. Люди и дали святому отцу кличку «Епископ Эноки». Никто в городе его иначе и не называл.

Епископ был человек вспыльчивый:

– Как они смеют меня звать епископом Эноки, когда у меня настоящее имя есть! Срубить это глупое дерево!

Дерево эноки срубили.

«Теперь все пойдет по-другому!» – подумал епископ Рёгаку. Но не тут-то было! От срубленного дерева остался пень, и все стали звать святого отца «Епископ Пень».

Это его еще больше рассердило.

– Выкопать пень! – заорал он.

Выкопали пень, осталась большая яма.

Теперь епископа Рёгаку стали звать «Епископом Яма». Так и осталась за ним эта кличка на всю жизнь.

ЯДОВИТЫЕ АМЭ

Жил-был на свете один настоятель, жадина, каких мало. Все вкусное он всегда сам съедал, а служке и попробовать не давал. Досада брала служку. И решил он проучить настоятеля.

Как-то раз получил настоятель в дар от одного прихожанина очень вкусные амэ, положил их в кувшин, спрятал кувшин под аналоем и лакомится ими потихоньку.

Раз случилось ему куда-то отлучиться. Призвал он служку и говорит:

– В кувшине под аналоем спрятано страшное снадобье! На вид точь-в-точь как амэ, а на самом деле это смертельный яд. Только в рот положишь, сразу умрешь. Не прикасайся к кувшину, если жизнь тебе дорога!

Не успел настоятель выйти из дома, как служка достал кувшин и съел все амэ без остатка.

Потом разбил он любимую чайную чашку настоятеля, накрылся с головой одеялом и давай стонать и охать, будто помирает.

Вечером вернулся настоятель. Видит, огня в доме нет, темно. Закричал настоятель:

– Эй, служка! Ты что делаешь?

А служка ему отвечает из-под одеяла голосом тихим и слабым, как стрекотанье цикады в осеннюю пору:

– Простите меня, настоятель! Пришел мой смертный час. Нет мне спасенья! Об одном прошу, прочтите после моей смерти по мне хоть одну молитву из сострадания…

От таких нежданных слов настоятель перепугался:

– Служка, служка, что с тобой случилось?

– Мыл я сегодня вашу драгоценную чайную чашку. Вдруг котенок прыгнул ко мне, выскользнула чашка у меня из рук и разбилась на мелкие части. Как мне было на глаза вам показываться? Решил я умереть, вынул яд из кувшина и съел все без остатка. Разлился яд по телу огнем, приходит мне конец. Прошу вас, помолитесь о моей грешной душе… Ах, тяжко мне, так тяжко, что и сказать не могу!

УДИВИТЕЛЬНАЯ ЗМЕЯ

Один человек любил все преувеличивать. Раз увидел он в лесу большую змею, пришел домой и рассказывает жене:

– Ты знаешь, я сегодня встретил змею. Вот это змея! Никогда еще такой не видал. Страх, какая большая!

«Ну, опять понес!» – подумала жена. Но виду не подала и спрашивает:

– Какая же она большая?

Муж и давай расписывать:

– Да как тебе сказать, длиной, пожалуй, дзё[51]51
  51 Дзё – японская мера длины, равная 3,03 метра.


[Закрыть] десять будет да в обхват целый дзё!

А жена ему серьезно так говорит:

– Полно, может ли змея быть такой длины?

– Ну, не десять, а дзё семь – это точно.

– Что ты, что ты! Такая длинная? – опять не согласилась жена.

– Но уж три-то дзё было, – с неохотой поправился муж.

– Да нет, должно быть поменьше. Посмотри, у нас на картине дракон и тот короче!

Посмотрел враль на картину, совсем смутился и раздраженно проговорил:

– Пусть так, но дзё в ней был, это уж наверняка!

– Ах вот как! – засмеялась жена. – И длиной дзё и толщиной дзё. Так это, видно, не змея была, а бочка!

ФЛЕЙТА И ЗАБОР

Возвращался один человек с праздника домой. Вдруг захотелось ему на флейте поиграть. Зашел он в музыкальную лавку и стал подбирать себе флейту. И так приложится, и этак, все кажется ему не то, что нужно. Попал у него указательный палец левой руки в одно из отверстий флейты и застрял.

Сколько он ни старался вытащить палец, ничего не получалось. Красный, как рак, от натуги, обливаясь потом, пытался он освободить руку, но от этого флейта впивалась в палец еще больнее.

Делать нечего, заплатил он хозяину, сколько тот запросил, и купил флейту.

«Ладно, – думает, – как-нибудь доберусь до дома, а там разобью флейту и выну палец.

Так и побрел он по улице с этой флейтой.

Прошел он немного и видит: стоит большой дом, а из дома дивные звуки несутся – кто-то на кото играет.

Наш малый с флейтой был человек любознательный, забыл он сразу про свой больной палец, нашел щель в бамбуковом заборе, которым был обнесен дом, и заглянул во двор. Но ничего не увидел.

Тогда он протиснул голову между бамбуковых прутьев как можно дальше. Наконец, голова его очутилась по ту сторону забора. Но тут звуки кото в доме смолкли, а на веранде опустили штору.

– Вот тебе и на! Только собрался посмотреть, а они… Ну и люди!.. – недовольно бурчал человек, пытаясь вытащить голову обратно из щели. Но не тут-то было! Голова накрепко застряла в заборе.

И так и этак крутился он, натер себе шею до крови, но освободиться от забора не смог. На шум прибежал хозяин дома.

– Ты что здесь делаешь? – набросился он на человека. Тогда тот в замешательстве спросил:

– Скажите, пожалуйста, за сколько вы продадите забор?

ЗВЕЗДЫ

У настоятеля синтоистского храма был сын дурак. Только, видно, пошел сын в отца. Сам настоятель не уступал сыну в глупости, а порой и превосходил его.

Однажды был ясный летний вечер. Забрался сын настоятеля на крышу храма, посмотрел на небо, усеянное яркими звездами, и принялся размахивать шестом для сушки белья.

Отец в это время отдыхал в беседке в саду.

– Что ты там делаешь? – спросил он сына.

– Да вот, видишь, звезд на небе много, и все такие красивые, – отвечает тот, – хочется сбить их оттуда!

Настоятель громко расхохотался и говорит:

– Ну и дурак же ты! Кто же таким коротким шестом звезды сшибает? Возьми подлиннее!..

БЕЗГЛАЗОЕ ЧУДИЩЕ

Много лет назад на горном перевале Татто жил трехглазый монах-великан. Изо рта у него торчали два клыка, и прыгал он на одной ноге. Встретишься с таким в горах – насмерть перепугает!

Никто не решался в одиночку ходить через горы. Но один слепой не знал, что на перевале живет такое страшилище, и отправился в путь. Идет он, впереди себя палкой дорогу постукивает. Вдруг выскакивает из лесу великан. Увидел он путника, прискакал на середину дороги да как крикнет громовым голосом:

– Эй ты, куда идешь? Я трехглазое чудище на одной ноге.

Смотрит великан во все три глаза и гадает про себя: «Что прохожий со страху делать будет! А слепому все равно, кто там перед ним. Пошарил он своей палкой впереди себя и говорит спокойно:

– Это кто там еще на дороге? А ну, посторонись! Не видишь разве, что я безглазое чудище на трех ногах?

Испугался великан и убежал в горы.

ДЛИННОЕ ИМЯ

Получилось так, что никто не знал настоящего имени Тёна по прозвищу «Только-Тён».

Его покойная мать хотела ему придумать какое-нибудь очень хорошее имя, чтобы жизнь у него была хорошая.

Думала она три дня и три ночи, думала, думала, заболела и, умирая, успела только еле слышно прошептать:

– Аx, наконец, придумала! Назовите его Тён…

Но так и не договорила. Пришлось назвать мальчика только Тёном; ведь это все, что осталось от его имени.

Много времени не прошло, отец Тёна взял в дом вторую жену, и родился у него еще один сын.

Кто-то сказал матери, что, если ребенку дать короткое имя, у него и жизнь будет короткая. Чем длиннее имя у ребенка, тем и жизнь его будет длиннее. Захотелось ей дать своему сыну длинное, длинное имя, чтобы жил он подольше. Думала она, думала, долго ломала себе голову и, наконец, придумала вот какое имя:

«Бонза-болыпой, Бонза-меньшой, Бонза-над-всеми-бонзами-бонза, Бонза-толстяк, Бонза-в-мошне-деньги-бряк, Бонза-просто-так, Бонза-не-знаю-дальше-как, Богач-разбогач, Богаче-самого-как-бишь-его, Чашка-да-чайник, Главный-начальник, Все-пьют-воду-сам-пью-чай, Чудо-герой, Серебро-горой, Звать-по-таковски, Звать-по-сяковски, И-эдак-и-так, И-пере-так-так-так, На-горе-храм, На-храме-крыша, Над-крышей-сосна, Над-сосной-луна, Эй-эй-расти-скорей-Эйске!»

Стали братья подрастать, начали ссориться между собой. Младший брат досадит старшему, выкинет какую-нибудь злую шутку, а потом убежит подальше и дразнится:

– Тён-Тён, Только-Тён! Тён-Тён, Только-Тён.

Тёну станет обидно, захочет он отплатить брату тем же и начнет в насмешку выкрикивать скороговоркой его имя:

– Бонза-большой, Бонза-меньшой, Бонза-над-всеми-бонзами-бонза, Бонза-толстяк, Бонза-бряк… Нет, не так! Бо-бонза… Бонза… Тьфу!

Заплетался у него язык, и только еще досадней на душе – ну, никак не выговоришь. А за это время 6paiui убежит так далеко, что его и не догнать.

Да и отец тоже, если нужно что-нибудь сделать, все время звал Тёна, потому что его имя легче было выговорить:

– Тён, сделай это! Тён, сделай то!

Вся работа доставалась на долю одного Тёна.

И за шалости Тёну сразу же крепко попадало:

– Эй, Тён, а ну-ка, поди сюда! Вот тебе, озорник!

А если младший брат что-нибудь натворит, отец начнет его звать на расправу:

– Бонза-большой, Бонза-меньшой, Бонза-над-всеми-бонзами-бонза, Бонза-толстяк, Бонза-в-мошне-деньги-бряк… Уф! Да ну его совсем!

Устанет и отстанет.

А мать радуется:

«Как хорошо, что я своему сыну такое длинное имя дала!»

Как-то раз играл Только-Тён на дворе с ребятами и нечаянно угодил в колодец.

Дети закричали:

– Ай-ай, Тён упал в колодец! Ай-ай, Только-Тён упал в колодец!

Все прибежали, кто с веревкой, кто с лестницей, и вытащили Тёна из колодца.

А мачеха подумала:

«Видно, правду говорили, что дети с короткими именами долго не живут. Ведь едва вытащили!»

Дня через три опять затеяли дети игру на дворе.

Эйске Длинное имя стал хвалиться:

– Тён свалился в колодец потому, что у него имя короткое. А я буду делать, что хочу и не упаду, потому что я счастливый, у меня имя длинное!

Тут свесился он над колодцем и стал ловить ведро, да и полетел камнем в воду.

Дети перепутались, бросились в дом, стали звать на помощь:

– Сейчас Бонза-болыпой, Бонза-меньшой, Бонза-над-всеми-бонзами-бонза, Бонза-толстяк, Бонза-дурак… Нет, не то!.. Бонза-не-знаешь-дальше-как. Бонза-загребай-деньги-в-кошель… Так, что ли?… Богач-разбогач, Перебогаче-самого-перебогача… Нет, еще богаче! Забыли! Вот незадача? Миска-да-ложка? Сбились немножко! Подушка-да-одеяло? Не начать ли сначала? Ступка-да-пестик? Вспоминайте все вместе! Ага? Чашка-да-чайник! Сам-староста? Нет, нет! Главный-начальник! Пьет чай? Нет, не было сроду. Пьет-вино-как-воду. Кажется, так! А кто под горой? Старый-дед-под-горой! Да нет же, Толстый-дядя-гора-горой! Звать-по-таковски, Не-знаем-по-каковски. Не-то-эдак, не-то-так, не вспомнить никак! Стоит-дом, На-крыше-дома-старая-солома.

На-соломе-кот-мышку-ждет, кот-прыг-прыг, мышь-дрыг-дрыг, заплелся-язык… Эй-эй, бегите скорей! Эйске упал в колодец!

– Ах, какое несчастье!

Все бросились на помощь, но было слишком поздно: Эйске Длинное имя уже утонул.

А ГДЕ ЖЕ Я?

Как-то раз взяли под стражу одного монаха, любившего поживиться чужим добром.

Связал его стражник и повел в тюрьму. По дороге попалась им харчевня.

– Выпить бы в последний разок! – говорит монах. – Деньги у меня еще есть, а в тюрьме их все равно отберут. Соблазнился стражник.

– Ну что ж, выпьем! Зачем зря деньгам пропадать!

– Так-то так, только стыдно мне связанному в харчевню идти.

– Что ж, развяжу, только не обмани меня. Поклянись, что не убежишь!

Стал монах клясться всеми святыми. Развязал его стражник, и пошли они пить в харчевню.

Напоил монах стражника до бесчувствия, вывел на большую дорогу, надел на него свою рясу, а себе взял его платье. Потом обрил ему голову[52]52
  52 Буддийские монахи бреют голову.


[Закрыть] и бросил мертвецки пьяного на дороге.

Очнулся стражник под вечер, вспомнил, что было, и обмер от страха.

– Вдруг монах убежал, пока я тут спал?

Увидел он на себе рясу, пощупал свою бритую голову и успокоился:

– А-а, бонза здесь! Остается только узнать: где же я сам?

БОГ СЧАСТЬЯ

Один богач любил устраивать праздники по всякому случаю. Вот однажды под Новый год позвал он своего слугу Ёро и говорит ему:

– Наступает большой праздник. Ступай отдохни, а завтра чуть свет приходи. Подойдешь к воротам, постучишь. А когда я спрошу: «Кто там?» – ты отвечай: «Бог счастья пришел». Ведь завтра – Новый год. Что может быть приятнее поздравления самого бога счастья?

На другой день проснулся богач чуть свет, умылся быстро, надел новое платье, вышел во двор и ждет: вот-вот бог счастья пожалует. Слуга тоже не заставил себя долго ждать, пришел рано, как и было условлено. Подходит он к воротам, стучится.

– Кто там? – спрашивает богач.

И вдруг слышит в ответ:

– Это я!

«Ведь наказывал же ему, чтобы богом счастья назвался! Забыл, скотина!» – открывая ворота, в сердцах думал богач! Но слуге виду не подал.

А Ёро и не заметил, что оплошал. Натаскал он воды, огонь развел, хлопочет у очага, новогоднее дзони[53]53
  53 Дзони – новогоднее блюдо.


[Закрыть] готовит. Только видит он, хозяин не в духе: молчит и все хмурится.

«С чего бы это?» – недоумевал слуга.

Разлили праздничное сакэ, поели, повеселились. Потом Ёро стал убирать обеденные столики, и только тут вдруг вспомнил о боге счастья.

– Что же я наделал! Забыл, совсем забыл!..

С пустой бутылкой из-под сакэ и грязной посудой в руках остановился Ёро перед гостями и громко крикнул:

– Здравствуйте, я – бог счастья! Спасибо за угощение. До свидания!

И вышел из комнаты.

ЗНАТНЫЙ ПОКУПАТЕЛЬ

Возвращался со службы один вельможа. Ехал он в карете по улице, и вдруг на глаза ему попалась лавочка старьевщика. В ней были выставлены рукояти старинных мечей. Подозвал вельможа слугу и приказал их купить.

Слуга вошел в лавку.

– Эй, послушай! – обратился он к продавцу. – Эти рукояти покупает мой господин. Назови цену.

Хозяин лавки перепугался и поспешно, дрожащим голосом вымолвил:

– Двадцать сэн[54]54
  54 Сэна – 0,01 иены, основной денежной единицы в Японии.


[Закрыть], если угодно.

– Ты что, не видишь, у тебя князь покупает? Подумай хорошенько и назови цену как надо.

Старьевщик совсем перетрусил. Но делать нечего. Набрал он побольше воздуха да как завопит во всю глотку:

– Двадцать сэн, пожалуйста!!!

МОНАХ И ЛИСА

Отслужил монах службу в храме и пошел себе домой. А в кустах у дороги лиса притаилась. Увидела она монаха, забежала вперед и оборотилась красавицей. Повстречались монах и лиса-«красавица». Улыбнулась лиса монаху обворожительной улыбкой и говорит певучим голосом:

– Куда это ты, почтенный монах, путь держишь?

А сама так вся и вьется перед ним.

Посмотрел монах на «красавицу» и говорит:

– Плохой из тебя оборотень, госпожа лиса. Сразу тебя насквозь видно.

– А по чему ты меня распознал? – удивилась лиса.

– Да я же сам старый лис, – отвечает монах. – Я-то умею в людей превращаться, а вот у тебя ничего не получается. Спереди ты еще похожа немного на человека, а посмотришь на тебя сзади – настоящая лиса. Вон даже хвост болтается и уши торчат.

– И в самом деле! – вздохнула лиса. – Какая из меня девушка! А вот ты мастак! Никто и не заподозрит в тебе лиса. Ни дать ни взять – настоящий монах!

Засмеялся монах и спрашивает:

– А ты чем чары свои наводишь?

– Да вот этим полотенцем. А ты?

– А я вот этим колпаком.

– Слушай, давай поменяемся! – предложила лиса. – Ты мне – колпак, а я тебе – полотенце.

Стал монах нарочно упрямиться:

– Ишь чего захотела! Так я тебе и отдам свой колпак!

А лиса пуще прежнего пристает к нему: давай да давай меняться!

Наконец, с недовольным видом, но в душе – с большой радостью, взял монах у лисы ее волшебное полотенце, а взамен отдал ей свой старый, поношенный колпак. Нахлобучил монах колпак лисе на голову и расхваливает:

– Ах, как тебе идет! Вот теперь все хорошо!

Потом повязал себе голову волшебным полотенцем и туг же превратился в красивую девушку.

Поговорили они еще немного и разошлись: монах налево, лиса направо.

И решили они испробовать каждый свою обновку: монах – волшебное полотенце, а лиса – старый колпак.

На другой день собрались возле храма деревенские парни. Зовут монаха, а его нет и нет.

Недоумевают все: «Что с нашим монахом?» Вдруг из храма выглянула красивая девушка. Увидели ее парни и диву дались: «Откуда такая красавица в храме?»

Спрашивают красавицу:

– Ты что, одна там? Монах ушел?

– Да, я одна, – отвечает красавица.

Обрадовались парни! Забежали в храм и давай гоняться за девушкой. А та убегает от них, смеется да глазки им строит. Гонялись, гонялись за ней, наконец поймали в главном приделе. Только хотел один парень ее обнять – глядь, а перед ним не девушка, а монах!

Громко расхохотался монах: хорошо служит волшебное полотенце!

А лиса с колпаком монаха пошла в город.

Напялила старый колпак на голову и думает: «Теперь меня никто не узнает!» Но как увидели люди, что прогуливается по улице лиса в колпаке, погнались за ней с палками. Еле, бедняга, ноги унесла!

С тех пор лиса как увидит монаха – сразу лезет в кусты от стыда.

САМЫЙ ЛОВКИЙ ВРАЛЬ

В старину жили в городах Эдо, Осаке и Киото три знаменитых враля. Как соберутся все трое вместе, сразу начинают врать наперегонки. Один говорит:

– Недавно я оторвал небо от земли и сунул их себе в ноздри. Что же вы думаете? Все равно в ноздрях пусто! Слышите – свистит!

Другой говорит:

– Ха, только и всего? А я так вчера для забавы щелчками подбрасывал небо и землю, да вдруг чихнул, их и сдуло без следа!

А третий подхватывает:

– Недавно солнце очень пекло, так я надел целый мир себе на голову, только так и укрылся в тень.

Но решить, кто из них самый ловкий враль, они так и не могли.

Как-то раз враль из Киото и враль из Эдо отправились в гости к вралю из Осаки.

Выбегает им навстречу его маленький сынок и говорит:

– Папы нет дома!

– Куда же он пошел?

– Папа сказал, что недавно ураганом гору Фудзи свернуло, она еле держится, того гляди упадет. Вот он и пошел подпереть ее двумя курительными палочками.

– А мама твоя где?

– Мама сказала, что вся Индийская земля изорвалась, взяла с собой три иголки для шитья и пошла ее залатать.

Оба враля были совсем ошарашены. Хотели было бежать без оглядки, да досада их забрала, вернулись назад.

– Эй, послушай, мальчуган, недавно ураганом у нас унесло большую каменную ступку, уж не залетела ли она к вам в дом?

– Что ж, очень может быть, – отвечает мальчик. – Поглядите, не запуталась ли она в паутине над окном.

Прикусили оба враля языки и поскорей удирать!

Тут и отец домой вернулся. Сынок ему говорит:

– Сейчас к нам приходили дяденька из Киото и дяденька из Эдо.

– Хо, в самом деле? А что дальше?

– Они меня спросили: «Где твой папа?» Я им говорю: гора Фудзи еле держится, ураганом ее подломило, вот ты и пошел туда – подпереть ее двумя курительными палочками. Они спросили: «Где твоя мама?» А я им говорю: Индийская земля изорвалась, мама взяла три иголки и пошла ее латать. Они ушли, да потом вдруг вернулись и спрашивают, Не занесло ли к нам бурей их каменную ступку. Я говорю, посмотрите – может, она в паутине запуталась. Тут они сдались и убежали со стыдом.

Ужаснулся отец, слушая этот рассказ!

– Ты еще ребенок, а врешь так бессовестно! Не буду тебя дома держать, отнесу куда-нибудь.

Посадил он мальчишку в мешок для угля, завязал мешок веревкой, взвалил на спину и пошел.

Скоро попался ему по дороге питейный дом. Потянуло оттуда винным духом. А отец любил выпить. Повесил он мешок с мальчишкой на ветку сосны и отправился пить вино.

Тем временем маленький враль нашел в мешке дырку и стал смотреть наружу. Вдруг видит, ковыляет по дороге сгорбленный старичок. Тогда мальчуган затянул нараспев, словно молитву:

– Старый, стань молодым! Старый; стань молодым!

Подошел старичок к мешку, окликнул мальчишку:

– Ты, что там в мешке делаешь?

– Да ведь это волшебный мешок! Если влезть в него и прочитать заклинание: «Старый, стань молодым! Старый, стань молодым!» – любой помолодеет. Я нынче утром был шестидесятилетним старцем, но вот влез в мешок и слишком долго читал заклинания. Теперь, как видишь, стал совсем недоростком.

Старик от изумления глаза вытаращил.

– Скажи пожалуйста, какой чудесный мешок! Я тоже хочу помолодеть! Пусти меня в него!

– Что ж, можно, только даром я тебя не пущу.

– Хочешь, я дам тебе эти вкусные мандзю?

Мальчуган взял мандзю, посадил старика вместо себя в мешок и убежал домой.

Вскоре старый враль вышел навеселе из питейного дома. Посмотрел – и глаза стал протирать от изумления: сидит в угольном мешке вместо его сынка незнакомый старик и голосит вовсю: «Старый, стань молодым! Старый, стань молодым!»

Удивился отец, но когда узнал, в чем дело, вовсе голову потерял:

– Ах он негодник! Это мой маленький сын, враль каких мало, вас обманул. Простите, пожалуйста. Извините великодушно! – И, рассыпаясь в извинениях, он освободил старика из мешка.

Вернулся отец и видит: сынок давно уже дома, сидит и уплетает мандзю. Схватил старый лжец маленького враля за ворот и снова засунул в угольный мешок.

– Ах ты негодяй этакий! На этот раз я тебя проучу!

Пошел он с ним по другой дороге. Но и там тоже оказался питейный дом. Тянет из него винным духом – мимо пройти невозможно! Крепился, крепился отец и не выдержал; снова повесил мешок на ветку сосны и пошел пить вино.

Выглянул мальчишка сквозь дырочку из мешка и видит, идет по дороге старушка подслеповатая. Подождал он, пока она подойдет поближе, и давай бормотать заклинания: «Очи, прозрейте! Очи, прозрейте!»

Удивилась старушка, подошла к самому мешку и спрашивает:

– Что ты там делаешь?

– Как что делаю? Сижу в волшебном мешке и читаю заклинания: «Очи, прозрейте! Очи, прозрейте!»

Я уже с самого утра читаю эти заклинания – и вот прозрел. А раньше был совсем слепым.

– Ах, какой удивительный мешок! Я очень плохо вижу, нельзя ли пустить меня в этот мешок хоть на минуточку, – просит старушка.

– Отчего же нельзя, только даром я не пущу!

– У меня есть хурма. Всю тебе отдам, только пусти меня в мешок.

Дала она мальчишке целую корзинку хурмы, а он запрятал старуху в мешок и со всех ног пустился домой.

Вскоре вышел отец из питейного дома в самом веселом расположении духа. Глядь – сидит в мешке незнакомая старуха, моргает глазами и причитает: «Очи, прозрейте! Очи, прозрейте!» Изумился отец, но, узнав, в чем дело, еще более диву дался: – Это все проделки моего негодного сынка, отъявленного враля! Простите, пожалуйста! – И, повторяя без конца извинения, он выпустил старуху из мешка.

Вернулся отец домой, и что же он видит? Наелся его сынок хурмы до отвала и храпит себе, развалившись посреди комнаты.

Ну что с таким будешь делать!

С тех пор враль из Эдо, враль из Осаки и враль из Киото уже не спорили, кто самый ловкий.