Текст книги "Академия Космического Флота: Спасатели (СИ)"

Автор книги: Сирена Селена

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 28 страниц)

Прода 27.01

Виктор шагнул ко мне, перегородил своим грузным телом обзор как на Бронеслава, так и на Сохора с Дениз, свёл на лице густые каштановые брови и тихо заговорил:

– Кристин, я против методов Брони, девушек вообще обижать не люблю, но и ты пойми: мы скоро здесь загнёмся от голода. Давай ты уже нормально всё объяснишь, как открыть люк и взять содержимое, и мы отстанем.

Внутри меня в истерике билась беззащитная и такая же голодная Кристина-человек-с-Захрана, которая хотела накричать на всю эту пятёрку необразованных идиотов, что еды на «Солнечном ветре» нет. Совсем нет! Но Кристина-кадет-Соколова потребовала взять себя в руки и включить мозги. Именно она испуганно закивала, страх даже подделывать не пришлось – за правым плечом Виктора мелькнул Сохор, который перехватил Дени за горло, а окровавленный нож поднёс к губам и смачно облизал.

Это был красноречивый намёк на то, что он будет делать, если еда не найдётся.

Озноб пробрал до костей.

Пол обжигал ноги холодом.

Тархан неожиданно оглушительно чихнул, Пит поёжился, пряча руки в карманы. Даже Бронеслав, и тот сложил ладонь в кулак, подув внутрь горячим дыханием. С острым желанием утолить голод могло посоперничать лишь желание наконец-то согреться.

– Люк открывается сам, – пробормотала я, растягивая слова.

– Сам? – Виктор фыркнул, но незлобно. – Тогда я красив так же, как вот эта девчонка. – Он мотнул головой в сторону Дениз.

– Да-да, сам. – Я сосредоточилась на собеседнике, ловя его взгляд. Если врать – то врать так, чтобы поверили, и непременно смотреть в глаза. – Обычно тут буквально один тумблер дёрнуть, но так как на борту низкая температура, механизмы плохо работают. Чтобы тайник открылся, нужно прогреть помещение.

Я прошла к торпеде управления кораблём и с умным видом подёргала тумблер, отвечающий за поднятие и складывание закрылок. Благодаря тому, что мне пришлось экстренно заменять Селвина на кресле первого пилота, эти рычаги и кнопки я знала. Разумеется, ничего не произошло.

Мужчины хмуро переглянулись.

– Чую печёнкой, эта рыжая брешет, – пробурчал Бронеслав, но неожиданно его команда встала на мою сторону:

– Бронь, а тебе не пофиг? Чем мы рискуем-то? Обогреем рубку, жрать зато в тепле будем. Велика жертва – согреться, – сказал Тархан и повторно чихнул, даже не пытаясь прикрыться рукавом.

– Да, как-то да, я б тоже брюхо погрел… – глубокомысленно протянул Сохор.

Виктор несколько секунд заглядывал мне в глаза, строя из себя детектор лжи, по-видимому, а затем коротко кивнул:

– Ладно, а как отопление рубки сделать?

Я воспряла духом, но быстро затолкала неуместную радость поглубже.

– Обогрев теперь только из инженерного отсека включается.

На этот раз никто даже не усомнился в моих словах: слишком много раз люди видели, как Аскелл и Дениз спускались на нижнюю палубу, чтобы что-то включить или отремонтировать.

Бронеслав жестом указал, чтобы мы с Дениз вышли первыми из рубки. Сохор с неудовольствием отпустил жертву, а я под внимательными взглядами мужчин нагнулась и взяла несколько упаковок с бинтами. Никто не возразил.

Наша маленькая процессия двинулась по коридору. Броня, как звали его приятели, угрожающе рыкнул, чтобы я не смела звать на помощь.

А кого, собственно, звать-то?

Я нервно фыркнула, но, как назло, звук превратился в лающий надсадный кашель. Пришлось даже опереться на переборку – так драло лёгкие. Мужчины промолчали, давая мне откашляться.

Почему не пришёл Аскелл, стало понятно сразу, как только мы вышли из рубки. Длинная доска – точно такая же как у Тархана – одним концом упиралась в угол, а другим плотно лежала в углублении двери, служившим ручкой, если что-то случалось с электроприводом. Лейтенант Лесли был заперт, как и лейтенант Санди. На помощь последнего я в целом и не надеялась, он с трудом вставал с кровати, но вот таноржец мог бы помочь. Остальные попадающиеся на корабле люди прятались в каюты или отводили глаза в сторону. Все чётко понимали, что происходит, но никто не собирался вступаться за меня и цваргиню.

– Развели тут швархов, понимаешь, – слышалось недовольное ворчание Бронеслава позади. – Мы всего лишь возьмём то, что нам причитается. Мы швархов на корабль не заносили, а значит, хавчик по праву наш! Пускай инопланетники сами свои лапы сосут…

Именно на этих словах я встретилась взглядом с Зарой. Женщина ойкнула, стремительно побледнела и вжалась в стену. Уж кто-кто, а она точно знала, что экипаж не виноват в заражении «Солнечного ветра» опасными, пожирающими металлы насекомыми. Лейтенант Ир’сан повёл себя более чем благородно, не став сообщать правду всем пассажирам…

Но вместо того, чтобы привлечь внимание мужчин или сознаться, что всё началось из-за её семьи, мать Зои опустила голову и плечи и попыталась слиться с обстановкой.

Я лишь со вздохом покачала головой.

Она хорошая женщина, но слабая. Я много думала о том, почему на первых курсах Академии Космофлота такой большой отсев кадетов, а до окончания обучения и звания лейтенанта добираются и вовсе единицы. Ведь дело не только в знаниях, стараниях и физической силе… Дело в желании.

В желании думать и заботиться не только о себе.

В желании защищать слабых.

В желании сделать Вселенную лучше.

В том самом пресловутом внутреннем стержне, о котором как-то раз упоминал Хальгард, объясняя, что настоящая сила не в мышцах… хотя в них, конечно же, тоже. Как же до шварховой печёнки мне хотелось развернуться и раскидать глупцов, которые возомнили себя главными на корабле. Они считали, что вершат правосудие, но при этом мысли не допускали, что Космофлот уже это сделал – разделил запасы остатков пищи поровну между пассажирами. Они не видели и не хотели замечать, что офицеры Раадши-Харт и Ир’сан каждый день выходят на поиски и рискуют не вернуться, но ищут пропитание для таких вот… жадных и недалёких захухрей.

Во всех Мирах Федерации синие мундиры с золотыми шевронами уважали, к гуманоидам, носящим их, испытывали если не пиетет, то как минимум уважение. Да, на Захране представителей иных рас некоторые побаивались, но всё же мундир обычно был важнее внешности.

Прав был Ивес, предчувствуя, что из-за голода у людей поедет крыша вместе с обшивкой. Прав был, что не стал говорить о том, как на корабле завелись швархи…

«Да, в общем-то, во всём он был прав», – внезапно подтвердил внутренний голос.

Ох, Ивес, где же ты…

Мы остановились перед шлюзом, ведущим на нижнюю палубу. В центре круглой двери лепестками диафрагмы сходилось двенадцать пластин из мощного сплава металла и пентапластмассы. Я мельком отметила, что как раз благодаря неоднородному составу двери она осталась целой и невредимой даже после нашествия швархов.

Прода 28.01

Процессия остановилась, лейтенант Деро вопросительно на меня посмотрела. Прежде чем она успела сказать хоть что-то, я демонстративно достала из кармана упаковку с бинтами, вскрыла содержимое одним движением и приложила к её шее. Возможно, это было и лишним – не знаю, но мне требовалось невербально подчеркнуть, что перед мужчинами всего-навсего слабая девушка. Да, другой расы, но девушка.

Сохор громко фыркнул, явно не испытывая вины за содеянное, Тархан озадаченно почесал отросшую щетину, словно он только заметил, какой вред они причинили цваргине, Пит покраснел до кончиков ушей и уставился на пол, Бронеслав никак не отреагировал, а Виктор нахмурился. Всё это я отметила периферийным зрением, кусая онемевшие губы и мысленно молясь: «Хоть бы получилось!»

– Отсюда леди Дениз доберётся сама.

Именно «леди Дениз», а не «лейтенант Деро» – мелочь, но такая важная.

– Хм-м-м… а как мы узнаем, что она включит отопление? – Бронеслав заупрямился.

– Она включит, – серьёзно ответила. Цваргиня кинула на меня вопросительный взгляд «а точно ли надо?», но я не рисковала играть в гляделки. Потом всё объясню, если будет возможность. – А мы поймём по изменившейся температуре в рубке, и как только потеплеет достаточно, сразу же сможем открыть люк.

Намёк на то, что мужчины будут находиться рядом с едой, когда механизм тайника заработает, захухре понравился, вот только…

– Надо с ней кого-то отправить, – возразил Бронеслав.

– Давайте я пойду, – предложил Виктор.

Вот этого я и опасалась. Виктор хоть и выглядел настроенным положительно по отношению ко мне и Дени, но он был огромным. С таким она точно не справится… А мне хотелось бы, чтобы после того, как настроит обогрев «Солнечного ветра», Дени в рубку не возвращалась. Хватит того, что ей уже попытались порезать горло, – неизвестно, как отреагируют мужчины, если выяснят, что их обманывают, раньше, чем вернётся Ивес.

– Пускай Пит присмотрит, – тут же выпалила я, глядя на Бронеслава. Главный тут не Виктор, а всё-таки он, а значит, убеждать надо его.

На выразительно выгнутую бровь я прошептала:

– Еды осталось мало.

Намёк «а зачем делить содержимое тайника на пятерых, если можно поделить на четверых?» был понят мгновенно. Пит – худющий замкнутый парень – явно не имел ничего общего с группой захухрей и был подговорен в последний момент. Даже в рубке он остался стоять в дверях в качестве дозорного.

– Хорошо. Пит, иди с девушкой. Проследи, чтобы она включила обогрев, и побыстрее.

Я мысленно перевела дыхание. Отлично. Дени зайдёт в инженерный отсек и там и останется, а заодно или уговорит Пита не возвращаться, или приложит гайковёртом. Я в неё верю.

Когда лепестки шлюза открылись, цваргиня перешагнула порог и обернулась. В её глазах чётко читалось: «Уверена?»

Я еле заметно кивнула, хотя уверенности не испытывала ни капли – просто отчаянно надеялась, что Ивес вернётся вовремя. На капитанский мостик вернулись я, Бронеслав, Сохор, Тархан и Виктор. Несколько секунд они напряжённо ждали, сжимая до побелевших костяшек пальцев импровизированное оружие, и лишь когда вентиляция слабо загудела, расслабились.

– Отлично, – первым нарушил молчание, как ни странно, Тархан. – Теперь хотя бы согреемся!

– Да мне пожрать бы, – высказался Сохор, но уже не так агрессивно, как говорил ещё десять минут назад.

Тепло порадовало людей. Мы принялись ждать.

Вентиляция гудела и гудела, нагнетая горячий воздух в рубку, и мужчины один за другим постепенно сняли верхнюю одежду, расслабились, их щеки раскраснелись, на лицах появилось довольное выражение. Давно желанное тепло заполняло пространство, а я чувствовала, как невидимая пружина в животе сжимается с каждой минутой всё сильнее и сильнее. Где же Ивес? Я не смогу играть эту комедию бесконечно…

Меня тряс озноб, но люди вокруг этого не замечали. Они искренне радовались теплу… Но как долго они согласятся ждать? Отчаянно хотелось посмотреть на коммуникатор, но это могло привлечь ненужное внимание. Минуты тянулись томительно долго. Слово за слово мужчины начали отпускать скабрезные шуточки, позабыв и о Пите, и о Дениз, но всё чаще Бронеслав дёргал:

– Посмотри, люк открывается?

– Нет, еще температура слишком низкая.

– А теперь?

– Пока всё ещё нет.

Я поворачивала тумблеры закрылок, кусала губы и отчаянно разводила руками. К слову, отчаяние даже имитировать не приходилось, потому что за стеклопакетом иллюминатора снежные хлопья валили всё гуще и гуще.

«А если ребята где-то застряли? Если им самим сейчас требуется помощь?»

Чем теплее становилось в рубке, тем сильнее сгущалось напряжение. Оно витало в воздухе и, несмотря на дурацкую беседу, заставляло волоски на моих руках подниматься дыбом. В груди разрасталась паника.

– Ха, и представляешь, я ей говорю: «Жди меня через пять лет. Я же шахтёр, вернусь с Техора – озолочу», – вещал Сохор, поигрывая ножом в воздухе.

– А она чё?

– А она ничё. Тупая ж. Будто не знает, что на Техоре металлов нет, – развёл руками Сохор и громко заржал. Тархан подхватил смех товарища, Виктор слабо улыбнулся и побарабанил пальцами по подлокотнику сиденья.

– Я чё, дурак, что ли, чтобы сидеть на Захране и выплачивать алименты на всех её спиногрызов? Вообще, мало ли от кого она их нагуляла?

Я сглотнула противный липкий ком в горле. Несмотря на страх быть раскрытой, отвращение к конкретно взятому захухре пересилило, а желудок издал утробную трель.

– Так, надоело мне всё это! Готов сожрать хоть тритона, хоть швархов! – неожиданно гаркнул Бронеслав, поднимаясь со своего места. – Рыжуха, открывай кормушку!

Я подскочила и бросилась к панели управления, разом ткнула в десяток безобидных кнопок.

– Заело! – Я обернулась к мужчине, но тот словно ожидал такого ответа, схватил меня за шкирку и подтолкнул в сторону стола.

– Значит, забирайся и открывай сама!

Я закивала как болванчик и медленно, делая вид, что боюсь упасть, залезла на вмонтированный в пол громадный стол на капитанском мостике. Так уж вышло, что место, где якобы находился тайник, приходилось аккурат над этим предметом мебели.

– Показывай, какой стык? – продолжал злиться Бронеслав. – Столько времени впустую… Бред какой-то. Уже давно бы брюхо набили и спали спокойно.

Я наугад ткнула в ближайший шов между двумя квадратными листами.

– Здесь.

– Отходи. – Он яростно сверкнул глазами. – Учти, если там нет никакой жрачки…

Мужчина не договорил, но взял металлический прут наизготовку и ударил с такой силой, что мне стало дурно. Железная палка пронеслась в десятке сантиметров от моей головы. Если бы так ударили меня, а не бездушный потолок, то Кристины на этом свете уже не было бы. Однако пентапластмассовые листы оказались крепко приколочены, по пластинам пошли лишь трещины.

Все присутствующие в рубке подобрались, Виктор поднялся со своего места и сжал черенок от лопаты:

– Подсобить?

– Ща-ща, я сам! – рыкнул Броня, даже не оборачиваясь.

Последовал ещё один мощный удар. На этот раз с полотка посыпалась мелкая пластиковая крошка, а трещина углубилась.

В конце коридора я увидела мелькнувшую рогатую фигуру. Сердце с грохотом ударилось о рёбра и зачастило вдвое быстрее.

«Он здесь! Он поможет!»

Вот только Ивес мелькнул вдалеке, приложив к губам палец, а Бронеслав уже заносил арматуру. После очередного удара на нас вывалились разноцветные провода, какая-то пластиковая труба и несколько крупных обломков самой плиты.

– Чего? – изумлённо пробормотал мужчина, перевёл растерянный взгляд на меня, а затем вдруг побагровел: – Ты, тварь, соврала!

Когда напротив вас находится крупный, очень злой и голодный мужчина, сжимающий в руке металлический прут, не испугаться сложно. И всё равно, что вы стоите напротив него на столе и чуть выше в росте. Он сильнее, злее и вооружён. Мне требовались какие-то секунды, чтобы удержать внимание на себе, но, видимо, я слишком сильно обрадовалась вернувшимся лейтенантам.

Словно что-то прочитав на моём лице, Бронеслав стремительно развернулся, увидел прокрадывающихся внутрь рубки Хэла и Ивеса и крикнул:

– Бей солдафонов!

Ещё бы секунда. Может, две – и ребята выиграли бы эту схватку играючи…

Всё слилось в общий беспросветный кошмар. Я видела, как Виктор, Тархан и Бронеслав наотмашь бьют ребят. Сохор кровожадно улыбнулся и с выставленным вперед ножом попытался проткнуть спину Ивеса. Я даже вскрикнуть не успела – уставший и замёрзший цварг, к счастью, оказался быстрее. Он крутанулся вокруг своей оси, отобрал доску у Тархана и ею же выбил нож из рук Сохора, а затем ударил коленом в челюсть. Миг – и захухря уже валяется на полу и кричит от боли, потому что Ивес сапогом надавливает на лучезапястный сустав.

Время то ли остановилось, то ли понеслось вскачь, будто кто-то изменил пространство-время. Какие-то удары я видела как в замедленной съёмке, а некоторые движения участников потасовки, наоборот, были такими быстрыми, что воспринимались смазанными пятнами. Двое профессиональных военных, Хальгард и Ивес, против четырёх крупных шахтёров с Захрана. При любом другом раскладе я не сомневалась бы ни секунды, на чьей стороне будет победа, но сейчас в глаза бросались и обмороженный хвост цварга, и слишком медлительные для ларка удары. Измотанные повышенной гравитацией и вьюгой Хэл и Ив противостояли, как ни крути, большему количеству противников, которые, ко всему, ещё и наивно верили, что дерутся за последнюю еду на корабле. Но вроде бы лейтенанты справлялись.

Хэл каменным кулаком приложил Тархана, а Ивес удерживал Сохора и отбивался от Виктора. Я продолжала стоять на столе, боясь сойти в это месиво тел, как заметила, что Бронеслав на четвереньках незаметно подполз к отскочившему в мою сторону ножу, взял оружие и медленно поднялся на ноги. Я оказалась идеально за его спиной. Вряд ли какой-то из мужчин в рубке воспринимал меня как бойца, да и я и не планировала вмешиваться в драку, здраво оценивая собственные физические способности… Ровно до того момента, как Бронеслав встал, расставив стопы на ширине ног, и поудобнее перехватил нож за лезвие.

Он целился в Ивеса. В его голову. Даже сомнений не возникло.

– Ну получи, космический уродец!

Человек отвёл локоть назад, прицеливаясь. Ивес стоял боком и совершенно точно не видел Бронеслава.

Сердце ударило вначале в горле, заставляя задохнуться от страха за любимого мужчину, а затем ушло в пятки. На миг меня парализовало от мысли, что будет, если этот нож воткнётся в лицо Ивеса, а уже в следующую секунду я воспользовалась тем, что стояла на столешнице, – подняла ногу и со всей силы ударила в висок нападающего.

Адская боль пронзила тело, молниями ударила по нервным клеткам и прострелила по всему позвоночнику. Я совсем забыла, что так и не надела ботинки. Мужчина передо мной рухнул мешком на пол, а я, обессиленно опускаясь на стол, надсадно завыла:

– А-а-а…

В глазах отчаянно защипало, прозрачная солёная жидкость потекла по щекам. Вселенная, как же больно! Удар арматурой в желудок – ничто, по сравнению с этой болью. Лейтенанты в несколько секунд уложили зачинщиков драки.

– Где Дени?! – зарычал Хэл.

– В инженерном, – махнула я рукой, стараясь хоть как-то придержать потоп слёз.

Ларку только это и требовалось. Миг – и лишь серебристая грива мелькнула в открытом проёме. Я даже не успела крикнуть, чтобы Хальгард случайно не убил Пита. Кто-кто, а этот парень явно оказался в компании шахтёров случайно.

– Крис, Кристина, Крисси, ну зачем же ты это сделала?

Подбежавший Ивес ловко запрыгнул на кресло и подхватил меня на руки.

– Малышка, ох, я чувствую, как тебе больно, – продолжал бормотать он. – Кристин, ты о такой вещи, как субординация, вообще слышала?

– Да. – Я всхлипнула.

– Что-то незаметно, – пробормотал Ив и опустил меня на кресло. Одновременно с этим он сел на корточки и принялся аккуратно снимать носок с травмированной ноги. – Ну вот скажи мне, как ты понимаешь фразу «пообещай мне, что никогда не встанешь между мной и опасностью»? Кристина, ну?!

Ловкие прохладные пальцы стянули сразу обе оставшихся пары носков, обнажив стремительно опухающую и неестественно вывернутую бледную лодыжку.

– Так я и не вставала между, я вставала позади…

Оправдание вышло так себе. Ивес лишь грозно блеснул аквамариновыми глазами, поджал великолепные сливовые губы и расположил обе ладони с внутренней и внешней стороны моей щиколотки.

– Так, сейчас я сниму боль, тут явно перелом, но чтобы наложить правильно шину, я ещё тебя и усыплю, ладно?

– Нет, не ладно! – возмутилась я.

На обезболивание, разумеется, я была согласна, но на сон – нет. Мне столько всего надо было высказать этому цваргу! Как я его ждала, как надеялась, что он вот-вот вернётся, как переживала, не замело ли его снегом… Какого шварха они вообще столько времени на морозе провели? Почему не вернулись раньше?! Мне было страшно! Все эти часы…

– Это был риторический вопрос. Считай, что это приказ лейтенанта-коммандера, – сурово произнёс Ир’сан, а я уже почувствовала, что он начинает воздействовать: боль притупилась.

– Погоди… – вяло пробормотала, но не смогла договорить из-за громкого зевка.

– Спи, Крис, спи, – послышалось над ухом. – Я о тебе позабочусь. Всё будет хорошо.

– Я знаю.

«Я тебя люблю».

Глава 30. «Межгалактический страж»

Спать хотелось ужасно, но впервые я проснулась в тепле и от странных звуков. Это был пол рубки «Солнечного ветра». Ивес меня обнимал, но стоило ему прислушаться, как он вздрогнул, резко поднялся и куда-то убежал…

Я пошевелилась, попробовала спросить «что случилось?», но из-за внезапной боли в стопе получилось что-то странное. Где-то вдалеке послышалась ругань Ивеса, а затем он вернулся, положил руки на мою ногу. Боль ушла, но вместе с ней спать захотелось еще сильнее.

Звуки – это было жужжание, которое с каждой минутой становилось всё громче, – заполнили рубку. Послышались возбуждённые голоса, межгалактический диалект с разными акцентами, топот ног. Я услышала мелодичный голос Дениз и отрывистые команды Ива:

– Говорит лейтенант-коммандер Ир’сан. К эвакуации готовы!

– Да, все пассажиры живы, но не все смогут пройти по планете собственными ногами. Кроме того, на борту есть дети. У вас получится состыковаться?

– Двое членов экипажа в плохом состоянии, нужны гравиносилки.

Затем голос Ива потонул в других многочисленных голосах – радостных и ворчливых, – и я всё-таки уснула.

***

– Давай, девочка, просыпайся, здесь на медицинскую капсулу целая очередь, между прочим. – Приятный женский голос ворвался в сон, а затем меня ещё и потрясли за плечо.

– Да-а-а, – пробормотала я. – Только ещё чуть-чуть…

– Никаких «чуть-чуть»! – строго сказали мне и на этот раз неприятно побрызгали водой в лицо.

Пришлось открыть глаза и сощуриться от непривычно яркого света. Стандартный медицинский блок и лечебная капсула, огромный дисплей со множеством диодов, молоденькая девушка на крутящейся табуретке рядом – я бы назвала её миттаркой, вот только волосы выкрашены в ярко-малиновый, а кожа не голубая, а совсем как человеческая – персиковая.

Стоило моему взгляду сфокусироваться на незнакомке, как она затараторила:

– Ну наконец-то проснулась! А я говорила доку, что на такой вес снотворного надо меньше…

– Доку? Адам Бланк здесь?

– Адам Бланк? – Малиновые брови взлетели на лоб девушки, на секунду на хорошеньком лбу проступили горизонтальные складки. – А-а-а, это не КС-700. Ты же Кристина Соколова, верно? – Она взглянула на электронный планшет и, прежде чем я отреагировала, сама себе ответила: – Верно. Это военный линкор Космического Флота «Межгалактический страж». Нам на днях с главной станции поступило сообщение проверить систему Каллисто. Мой друг как раз смену в качестве навигатора заканчивал, он же и засёк над Тальвилем маяк. Подлетели ближе, пока в этой вечной мерзлоте нашли неожиданный замороженный сюрприз в виде вас, еще полсуток потеряли.

Я рассеянно кивала, слушая собеседницу. Выходит, на главной станции всё-таки спохватились, что «Солнечный ветер» не вернулся, и попросили нас поискать.

– В базе Космофлота, кстати, помечено, что у тебя какая-то болезнь и ты с трудом переносишь нелюдей, – тем временем поделилась полумиттарка. – Из всех помощников дока я вроде как больше всего на человека смахиваю. Кадет восьмого курса, прохожу стажировку на «Межгалактическом страже», Лана.

Она улыбнулась и протянула руку. Я машинально ответила на рукопожатие.

– Кристина. У меня нет уже никакой болезни, я вылечилась…

– О! Отлично, я передам тогда доку, что проблем нет, но когда пометку из базы снимут – не знаю. – Лана мило сморщила носик. – Там какая-то убийственно долгая процедура редактирования данных, это же военная медицинская база… Нога как?

Нога? Ах, точно, Ив сказал, что я сломала стопу…

Я перевела взгляд вниз и обнаружила симпатичный кремовый гипс от середины игры до самых пальцев, для которых была сделана прорезь Пошевелить последними получилось, и даже оказалось, что это не больно.

– Нормально, – протянула я, всё ещё взвешивая ощущения. К сожалению, ботинок с таким гипсом не наденешь.

– Кашлять не хочется? Дышится хорошо?

– Да…

– Замечательно! – Лана хлопнула себя по коленкам и вскочила с кресла. – Ну тогда я побежала, а ты готовься к переводу в каюту.

– Что? Как? Лана, погоди. – Я встрепенулась. – А где экипаж «Солнечного ветра»? Где все? Расскажи хоть что-нибудь!

Миттарка с непривычной внешностью замерла у самой двери и посмотрела на наручный браслет.

– Слушай, Крис, времени совсем нет. Мне надо на дежурстве напарника подменить. Если тебя история болезни интересует, то вон планшет, информация занесена в базу, можешь прочитать. Пароль я не ставила. Остальное… потом как-нибудь.

– Пожа-а-алуйста, – взмолилась я. Вроде бы мозг утверждал, что всё хорошо и мы наконец спаслись с Тальвиля, но на сердце было тревожно.

Лана шумно выдохнула.

– Ладно, если кратко: мы сейчас на орбите Техора, вылечиваем людей от всех болячек, что они нахватали, и в шлюпках пересылаем на поверхность. Вроде как с высоким начальством это согласовано.

– Всех?

– Без понятия. – Девушка пожала плечами. – Может, всех, а может, нет. Там всё командор-коммандер Дюссон с лейтенантом-коммандером Ир’саном решают.

«По крайней мере, Ивес здесь, а значит, всё действительно закончилось».

– Ох, я ещё не видела таких молодых и привлекательных лейтенантов-коммандеров, – внезапно с придыханием добавила Лана, а я неожиданно поймала себя на зарождающейся ревности. Неприятное, надо признать, чувство: Ивес мне ничего не обещал. Космос, да у нас даже отношений с ним нет!

– А остальные члены экипажа «Солнечного ветра»? С ними всё в порядке? – поинтересовалась как можно суше.