Текст книги "Глупышка (ЛП)"

Автор книги: Синди Майлз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 23 страниц)

– И, Оливия… – добавил Ной. Мы с Браксом остановились, но он продолжал смотреть перед собой, а я глянула на Ноя через плечо, – Драконидс обещает быть зрелищным, лишь небольшой лунный свет будет портить вид, – он улыбнулся. – Это будет... Будет полезно для твоего журнала наблюдений.

Я кивнула:

– Спасибо.

Не говоря ни слова, мы спустились по лестнице, прошли через холл и наконец дошли до выхода. Я думала, что Бракс просто взорвется. Мы дошли до парковки, и больше я терпеть не могла, потому что знала, что он все прекрасно слышал то, что сказал Ной.

– Бракс, прости. Я не знаю…

– Что это вообще было, Грейси?

Бракс, все еще с телескопом на плече, стал ходить взад вперед. Гнев, исходящий от него, был осязаем, а на его лице была просто буря эмоций. В свете уличного фонаря я заметила, что боль была одной из них.

– Ты что обсуждала НАС с ним?

– Нет, я…

– Он не имеет права лезть в наши дела, Грейси, – его глаза были такими злыми, они прямо горели, своим взглядом он мог убить.– Никакого права! – Он накрыл лицо руками. – Чертов студенти-магистр. Он меня ооочень плохо знает,– он посмотрел на меня. – Единственная причина, по которой я не разбил ему чертов нос, это потому что я не хочу, чтобы ты попала в неприятности. Точка!

Он был так зол:

–Бракс, ты злишься на меня?

Он подошел ближе, заполняя все пространство собой. Он говорил все громче, все злее:

– Да, потому что ты обсуждала нас, Грейси. Меня. И с кем? С этим придурком! Да, я злюсь!

Я тоже разозлилась:

– Я ничего не обсуждала с ним, Бракс! – затем понизила голос и с обидой произнесла: – Я не просила у него совета, он сам это сказал, внезапно.

Бракс подошел ближе, наклонил голову, посмотрел на меня, обвиняя:

– Но ведь ты даже не удосужилась поправить его.

Его обвинения опалили меня, и я почувствовала, как ледяной ужас охватывает меня. Я вытащила ключи от грузовика из кармана:

– Ты не дал мне времени это сделать. Дай, пожалуйста, мою сумку с телескопом.

Он даже не шелохнулся, тогда я развернулась и пошла к машине. Бракс шел за мной по пятам. Дойдя до машины, я открыла дверь:

– Ах, теперь ты злишься на меня? Ты серьезно? – сарказм и недоверие явно читались в его голосе. – Позволь тебе напомнить, что это я нашел тебя, сидящую с этим придурком на платформе, вы сидели там, смотрели на звездочки и обсуждали то, что ты должна быть со мной осторожной, – внезапно он рассмеялся. – Просто дай мне чертову передышку, Солнышко. Даже ты не можешь быть такой наивной.

После его слов меня накрыла волна эмоций: боль, ярость и осознание того, что у Бракса, похоже, серьезные проблемы с ревностью. Прямо как у Келси. Я взяла сумку с телескопом с плеча Бракса, положила ее на переднее сиденье и сама села в машину.

– Стой, – наконец сказал Бракс, схватив меня за талию обеими руками и вытаскивая из машины. Когда мои ноги коснулись земли, мое сердце готово было выскочить из груди, трудно было дышать. Я возненавидела себя за то, что впервые с момента нашего с Браксом Дженкинсом знакомства мне хотелось сбежать от него.

– Ты что, собираешься вот так вот просто взять и уехать? – спросил Бракс.

Я повернулась к нему лицом, спиной к открытой двери и, посмотрев в его прекрасные, пугающие, удивленные глаза, сказала:

– Я не знаю почему, но Ной вдруг решил предупредить меня о тебе. Я не могу контролировать его слова, и уж тем более я не просила его говорить их. Ты как раз услышал его фразу, когда вошел, Бракс, и я была точно так же ошеломлена, как и ты, – я сняла его руки с моей талии. – Но вот что больше всего меня поражает, так это то, как быстро твой гнев обратился на меня, – я резко развернулась и запрыгнула в машину, слезы жгли мои глаза, но я не давала взять верх. – И я не настолько наивна, как ты думаешь.

Я дернула дверь, чтобы закрыть, но Бракс поймал ее и, держа открытой, сказал:

– Грейси, подожди, не уезжай. Мне жаль.

Грусть превратила мои глаза в две тяжелые гири:

– Мне тоже, – когда я снова дернула дверь, Бракс все еще ее не отпускал, тогда я завела двигатель и поехала с открытой дверью.

Бракс со всей силы ударил по крылу моего грузовика:

– Я же сказал тебе ПРОСТИ! – закричал Бракс. – Грейси!

Боль пронзила меня, и мне хотелось ему ответить, а еще мне хотелось сбежать, сбежать куда подальше, и хотя такой поступок был вовсе не взрослым, я все же не остановилась. Слезы капали из глаз, я сердито смахнула их прочь, это была дурацкая ссора, я прекрасно понимала. Это была наша ПЕРВАЯ ссора. И она была не очень хорошей, совсем нет. Черт, я не хочу, чтобы он видел мои слезы.

Я выехала с парковки и, не оглядываясь, уехала прочь.

18. Почти рай

Я знала, что Бракс поедет за мной, кругляшок света в зеркале заднего вида был лучшим доказательством. Я понимала, что у него были все причины злиться на меня, но меня почему-то так обидел тот факт, что он весь свой гнев направил на меня, а не на Ноя, хотя я здесь вообще ни при чем. И я ничего не могла поделать с вырвавшейся у Ноя фразой про плохую репутацию Бракса.

Въехав на парковку возле общаги, заглушив двигатель и открыв дверцу, я увидела, что Бракс уже был там, он поставил байк на подножку и встал возле моей машины. Открывая мне дверцу, он сказал:

– Черт возьми, Грейси, пожалуйста.

Я сидела в машине с каменным лицом, смотрела прямо перед собой и не двигалась, костяшки моих пальцев побелели – так сильно я сжимала руль. В его голосе была боль, и ее было больше, чем могла вызвать наша ссора или слова Ноя, или даже его случайное вторжение в наш разговор. Я медленно выдохнула и все еще молча наблюдала за слезой, которая упала мне на бедро и сейчас растеклась в маленькое пятнышко на моих джинсах.

– Детка, Господи Иисусе, я такой идиот, пожалуйста, не плачь, – мозолистые пальцы Бракса прикоснулись к моему подбородку, заставляя меня повернуть голову и посмотреть ему в глаза. Меня окутало смущение, я моргнула, пытаясь заставить предательские глаза перестать плакать. Бракс стер след от слезы своей шероховатой костяшкой. Затем он присел, джинсы плотно обтянули его бедра, майка плотно облепила мускулистые плечи, а затем он поднял взгляд на меня. И положив руки на мои колени, слегка сжал их. Затем вздохнул, посмотрел себе под ноги, и наконец, подняв взгляд на меня, сказал:

– Ты должна верить мне, когда я говорю ПРОСТИ, Грейси. Все уже позади, – он посмотрел в сторону, обдумывая свои слова. – Я решил, что он убеждает тебя не встречаться со мной, – его взгляд опалил меня, я заметила в его глазах сомнение. И оно было наверняка больше, чем он хотел мне показать. – Я подумал, что ты ему поверила.

На меня стали надвигаться признания Бракса с той ночи на бейсбольном поле, и я была поражена силой страхов, которые были похоронены глубоко внутри него. Сказать, что он испытывает чувство одиночества – значит, ничего не сказать. Во многих аспектах он был самым сильным человеком, которого я только знала. Те ужасы, которые он пережил в детстве, сделали его сильным и мужественным. Тем не менее часть его, вне зависимости от того, насколько маленькой она может оказаться, сидела внутри как маленький, испуганный ребенок, который боится быть брошенным возле мусорного контейнера, как и много лет назад...Просто тогда он перестанет существовать. Осознание этого опечалило меня, я вовсе не жалела его, а даже наоборот, уважала. За то, что он показал мне эту свою уязвимую сторону Бракстона Дженкинса, за то, что он впустил меня в свой мир, ведь я уверена на 100 процентов, что ни одна живая душа в Техасе не была свидетелем этого. Интересно, значит ли это что-нибудь? Может ли он настолько обо мне заботиться, как и я в тайне забочусь о нем? Я потянулась к его рукам, которые все еще сжимали мои коленки и переплела свои пальцы с его пальцами. Мой голос оказался тихим и хлипким:

– Я обычно сама делаю выводы, Бракс, обо всем и обо всех. Это правило относится не только к тебе, – я тщательно старалась подбирать слова. – Я обычно никого не пускаю в свою душу, – я прижала одну руку к сердцу. – Вот сюда не пускаю. Поверь мне, если меня не испугали слухи, которые я слышала о тебе в самом начале, то меня ничего не испугает.

Его пальцы сжали мои, и на мгновение я увидела облегчение в его глазах, которое он так старался от меня скрыть.

– Ной был не прав, он сам признал это, сказав вначале, что лезет не в свое дело. Я же понятия не имею, что подтолкнуло его предупредить меня насчет тебя, – я пристально взглянула на него. – Мне не нужны предупреждения. А еще я не люблю, когда на меня кричат, Бракс, или обвиняют ни за что. Я прекрасно тебя понимаю, понимаю, что ты почувствовал себя третьим лишним, думая, что помешал мне и Ною, но, поверь, это совсем не так. Ведь я не такая, я не такой человек, – улыбнувшись, увидела, как сожаление смягчает черты Бракса. – Я другая, не такая, как все, помнишь?

Бракс встал, оперся одной рукой о дверь и наклонился ко мне. Отбросив косу с моего плеча, он взял меня за подбородок и, придвинувшись губами к моим губам, прошептал:

– Да, я знаю.

Затем Бракс поцеловал меня, поцеловал страстно, углубив поцелуй, он нежно ласкал меня своим языком, так протяжно и эротично, что у меня стало покалывать губы. Без раздумий я подвинулась на сиденье, Бракс проскользнул внутрь и закрыл за собой дверь, подтолкнув меня, чтобы я легла. А поцелуй все длился и длился, мое сердце колотилось просто с бешеной скоростью. Боже, этот поцелуй мог бы далеко зайти очень далеко.

Или еще дальше. Но как только я об этом подумала, – подумала о сексе – Бракс отстранился, его руки лежали на моих ребрах, на моей голой коже, мы дышали синхронно и очень быстро, окна в машине были запотевшими. Вместо продолжения он открыл дверь и помог мне выбраться из машины. Затем обнял меня одной рукой за плечи, в другой руке он нес сумку с моим телескопом и проводил до дверей общаги. Он снова меня поцеловал, открывая моей карточкой дверь, подтолкнул внутрь после еще нескольких поцелуев, а потом смотрел в след, пока темнота общего зала не скрыла меня в своих объятиях. Даже на лестнице был слышен гул мотора, а я стояла и слушала, как звук постепенно угасает, увозя Бракса все дальше от меня. Этот звук был прямо как обоюдоострый меч: с одной стороны, он был таким уютным и знакомым, а с другой – означал отъезд и то, что Бракс отдаляется от меня, исчезает. Этот звук и мои мысли буквально нанесли мне удар под дых, и я не понимала, почему испытывала эти чувства.

***

Закончился сентябрь, первый день октября принес легкие изменения в атмосферу Уинстона. Конечно же, на температуре воздуха это мало сказалось. Я имею в виду, Техас есть Техас, и если бы Господь благословил нас похолоданием, мы все были бы счастливы. Но независимо от температуры воздуха, ранние признаки осени все же наблюдались, и приближающий Хэллоуин вселил озорство в людей. Девушки пытались носить свитера и кофты с длинным рукавом просто потому, что наступила осень, и вроде как положено в это время года носить свитера. Вечеринок стало все больше. Братство Сигма продолжало свою битву с братством Каппа: они разыгрывали друг друга, и шалости набирали оборот. Красочные тыквы и разноцветные листья украшали дом “Ламбада”. Излюбленным занятием по выходным стали футбольные матчи. Болельщики вытворяли невинные шалости, до, после и даже во время игры. К примеру, вешали нижнее белье на бамперы автомобилей или приклеивали лифчики к ветровым стеклам. Кто-то из братства Сигма вообще оделся в костюм жнеца и преследовал студентов, которые от страха перебегали из одной аудитории в другую. Они казались мне незрелыми идиотами, но все же это было весело.

До тех пор, пока я не стала мишенью одной такой шутки.

Снова.

Мой бедный грузовик.

Ной и доктор Каландер оставили нас со Стивеном за старших, чтобы посетить на выходных конференцию в Форт Уорте. Мы не только закончили установку новой экспозиции суперкрутого метеоритного дождя Дракониды в смотровой комнате номер два с имитацией звездной пыли и тумана, но и успели сделать очень важную запись в своих журналах наблюдений, проведя эксперимент в астрономической лаборатории. Там мы разобрали спектрометр, чтобы посмотреть его функции относительно изучения света и звезд.

–Ты ведь понимаешь, что наш проект – просто бомба? – сказал Стивен, запирая входную дверь в обсерваторию. – Надо будет отметить.

Я засмеялась:

– Да, он крутой, мы молодцы.

Стивен всегда парковался с другой стороны здания, на противоположной парковке возле главной дороги, поэтому я помахала ему рукой, когда он спускался по ступенькам:

– Увидимся в понедельник.

– Да, – сказал он и скрылся в темноте, а затем крикнул. – Эй, Лив, а где твой парень?

Я обернулась и ответила:

– Осенняя игра с “Северной звездой”. Он приедет позже, и мы пойдем смотреть на “Дракона” с крыши Оливер Холла. – Дракон – это созвездие, его название всегда у всех вызывало недоумение, особенно у тех, кто никогда не наблюдал за звездами. Созвездие Дракона было моим любимым.

– Мило. Я просто хотел убедиться, что не пропустил каких-нибудь девчачьих намеков о расставании. Увидимся!

Я спускалась по трапу вниз, на другую сторону обсерватории. Подняла голову вверх – ночь просто идеальна, небо полностью прозрачное, луна не светит. Звезды заполняли небосвод, и я подумала, что эта ночь, наверное, будет одна из самых идеальных для обзора созвездия. В тот момент, когда я посмотрела на свой грузовик, тут же поняла, что что-то не так. Он, конечно, стоял не под самым фонарем, и с первого взгляда казалось, что все хорошо, пока не заметишь колеса.

Вернее, их отсутствие.

Я резко остановилась как вкопанная. Не издавая ни звука, я просто смотрела и не верила своим глазам. Едва дыша и, конечно же, не говоря ни слова. Затем до меня наконец дошло, что же произошло.

Я опустила голову и уставилась на свою растянувшуюся на парковке тень и выругалась:

– Черт, черт, черт! – сплюнув на землю и упершись руками в талию, просто стояла и...Таращилась. Я осмотрела парковку. Кто вообще в здравом уме решил подъехать так близко к обсерватории и снять шины и колеса с моего грузовика, а затем закинуть их в мой багажник? Но это случилось, просто случилось и все. Они сняли все четыре колеса и сейчас вместо колес были кирпичи, они поддерживали раму.

Черт!

Я обозленно и разочарованно выдохнула, стала ходить по парковке взад-вперед. Ну конечно же, все это случилось, когда Бракс меня не встречал после работы. Замечательно. Я всмотрелась в темноту – туда, куда не падал света фонаря, и прислушалась, но ничего не услышала и не увидела. Не было никаких телефонов, снимающих меня, не было злорадных смешков – ничего.

Затем откуда-то из темноты послышался смех. Я так прикинула, что шагах в ста от меня. Похоже, смеялись мужчина и женщина, за смехом последовало несколько вспышек. Я отвернулась и просто игнорировала их. Меня интересовало только одно – кто это? Хорошо хотя бы то, что грузовик не был разрисован позорными надписями.

Где-то вдалеке слышалась музыка одного из домов братства, должно быть, футбол тоже закончился, так как были слышны барабаны и крики людей. Я снова ругнулась, когда в дальнем конце площадки, ближе к главной дороге, кто-то завел двигатель, но это было вдалеке от света фонарей, поэтому я не смогла рассмотреть марку машины. Я могла лишь сказать, что это был грузовик, на этом все. Я снова отвернулась, прежде чем кто-то еще сможет получить мою фотку. Последнее, чего мне хотелось, это снова стать звездой интернета, я просто хотела покончить с этим и уехать отсюда.

Да уж, задачка не из легких. Она, конечно, выполнима, но одной справиться будет ух как не просто.

– Колеса сами себя не поставят, пока ты будешь на них пялиться, Бомонт, – пробормотала я вслух сама себе. Мой внутренний голос был прав. К счастью, я знала, как поставить колеса на место, иначе мне бы пришлось потратить кругленькую сумму, чтобы вызвать ремонтников. Я откинула задник багажника и забралась внутрь, затем сняла замок с ящика и вытащила из него инструменты и домкрат. Я положила инструменты на асфальт возле водительского сиденья, затем запрыгнула снова и, взяв одно из колес, подкатила его к краю багажника, спрыгнула вниз и аккуратно спустила колесо, затем подкатила его к переду машины и приступила к работе.

Когда три из четырех колес были на месте, рев выхлопной трубы разорвал тишину. «Камаро» Кори влетело на парковку, он даже не успел остановить машину, как передняя дверца открылась, и Бракс на ходу выпрыгнул из машины. Он побежал ко мне в бутсах, под козырьком бейсболки Силвербэков выражение его лица было темным и грозным. Правое бедро и задница были сплошь заляпаны глиной. Нет сомнений в том, что он поскользнулся и проехал задницей по полю. Кори заглушил двигатель, вытащил свое мощное тело из машины и последовал за Браксом, его форма была такой же грязной, как и форма Бракса.

– Ты в порядке? – спросил Бракс, смотря мне в глаза до тех пор, пока я не ответила:

– Сейчас со мной все в порядке, – я хотела, чтобы его гнев развеялся. – Но часом ранее… – Я усмехнулась и, понизив голос, сказала. – Я говорила матерные слова, вслух. А вы ребята как, выиграли?

Ну что ж, похоже, моя уловка сработала. Темнота ушла, и Бракс улыбнулся, подошел ко мне и крепко обнял:

– А сейчас ты как? – спросил он. – Прости, что меня не было рядом. Да, мы выиграли. Почему ты мне не позвонила? Или Тессе?

– Потому что. Тесса уехала к родителям на выходные, а ты был на игре, – я пожала плечами. – Это, конечно, нелегко, но я смогла с этим справиться сама. Кстати, а как вы ребята узнали, что я здесь?

– Ты уверена, что хочешь быть астрономом? – спросил Кори. – Потому что ты у нас просто местная звезда, – он покачал телефоном у меня перед носом. – Которая получила большую популярность в интернете.

Я задрала голову вверх и, посмотрев на звездное небо, сказала:

– Блин, замечательно. Мой брат увидит это и заложит меня.

Лицо Бракса появилось прямо надо мной, и он коснулся губами моих губ:

– В таком случае, мне нравятся твои братья, – он взглянул поверх моей головы на грузовик, затем посмотрел на меня. – Поверить не могу, что ты, черт возьми, сама можешь поменять колесо в машине и засунуть покрышку внутрь...

– Хммм, – ответила я. – Навыки, которыми я обладаю, просто... – Я пожала плечами, – Просто умопомрачительные.

Он поцеловал меня в шею, и я вздрогнула:

– Какая у меня клевая девушка, а, Максвел?

– Да, Дженкс. Я тебе завидую белой завистью. А у тебя ведь только братья, да, Бомонт?

Я посмеялась над словами Кори, которому я наконец-то начинаю нравиться. С той нашей встречи в кабинах для тренировок по бейсболу он называет меня только по фамилии. Это очень мило.

– Прости, дружок, только братья.

– Мама?

– Чувак, – поддразнил его Бракс. – Сбавь обороты.

Кори просто рассмеялся:

– Ладно, вы два сиамских близнеца, слившихся друг с другом, перерезайте пуповину и давайте уже соберем эту развалюшку до конца, – он посмотрел на Бракса. – Нам еще нужно найти этих придурков.

Я глянула на Кори, затем на Бракса, и обратно:

– Что ты имеешь в виду?

Бракс отпустил меня и, запрыгнув в мой багажник, взял в одну руку последнее колесо, а в другую – покрышку, и спрыгнул вниз:

– Мы же не можем просто оставить это, да?

– Без вариантов, – ответил Кори.

– Я серьезно, нет никакой необходимости вообще обращать на это внимание, – уговаривала я. – Это просто чья-то шалость. Только и всего. Это мог быть кто угодно. Ничего страшного, тем более уже все починили. Вам не нужно из-за этого куда-то ехать и кого-то искать, чтобы разбить ему лицо.

Бракс наклонился к задней дверце, его кудри развевались на ветру:

– Это не важно, к тому же над тобой уже один раз прикололись.

– Да, и этот прикол был полной безвкусицей, никакого воображения у людей, – сказал Кори.

– Дважды прикольнуться над моей девушкой? Кто вообще посмел? – Бракс подошел к колесу и стал прикручивать его на место. – Так что прости, Солнышко, пощады не будет, – его искренняя защита привела к тому, что акцент стал еще сильнее, но я бы солгала, если бы сказала, что мне не понравились его слова о том, что я его девушка.

Я оставила все как есть. Просто потому, что их было не переубедить. Они были такими же упрямыми, как и мои братья. Через несколько минут Бракс покончил с установкой колеса, а Кори сложил мне в багажник кирпичи.

– Увидимся позже, – сказал Кори, и его «Камаро» скрипнула, когда он открывал дверь, – Все гуд, чувак?

– Да, – ответил Бракс и взял с пассажирского сиденья свою сумку. – Они еще отхватят, брат.

Кори улыбнулся мне, затем сел в машину, хлопнув дверцей, и высунув голову в окно сказал:

– Как-нибудь увидимся, заучка.

Я тоже ему улыбнулась:

– Если не раньше, – он умчался на своей машине, и задники фар вспыхнули в темноте.

Бракс притянул меня к себе, обнял и уткнулся подбородком мне в шею:

– Разрешишь мне принять душ у тебя, прежде чем будешь показывать своего Дракона?

От его дыхания на моей коже у меня задрожали коленки, ну и от того, что я представила Бракса в своем душе, помимо воли мои глаза закрылись:

– А разве ты не поедешь сперва надирать кому-то там задницу? – спросила я хриплым голосом и обвила своими руки талию Бракса.

Смех Бракса вернул меня в действительность:

– И пропустить просмотр созвездия Дракона и вечер со своей девушкой? – он еще раз уткнулся в меня носом. – Это было бы адом для меня, поэтому нет.

Он подтолкнул меня в сторону грузовика, и мой желудок перевернулся в ожидании предстоящего вечера. Я была поражена, что Браксу удалось вызвать у меня такое ощущение надежности, и меня больше не беспокоила травма, преследующая со средней школы, я больше не чувствовала себя неуверенно. Все это магическим образом исчезло, а мое сердце было открыто достаточно, чтобы рассказать свою тайну. В данный момент он верил, что я девственница, но сегодня я все ему расскажу. Он был честен со мной до конца, теперь моя очередь. Это был последний шанс, и только эта мысль заставляла меня чертовски нервничать. Но все же я должна это сделать, время пришло.

Его губы нежно коснулись моего уха и прошептали:

– Пойдем, Солнышко.

И я растаяла.

Я жутко занервничала, когда мы стали подниматься по лестнице в мою комнату. Бракс взял у меня ключ и открыл дверь, внутри мне казалось, что стены обступили меня со всех сторон, потому что Бракс в буквальном смысле заполнял собой всю комнату, он вдруг показался мне большим, возвышаясь надо мной как гора, и, как бы это странно ни звучало, он душил меня. Конечно же, в хорошем смысле этого слова, в... привлекательном смысле. Как только дверь ванной комнаты закрылась за ним, и включился душ, я стала быстро собираться: стянув кеды, закинула их в угол, быстро выскочила из штанов и сняла рабочую майку. Я стояла перед маленьким шкафом, обдумывая свой выбор. Мои пальцы коснулись любимой пары джинс и тонкой бордовой майки на бретельках, затем я так же быстро натянула все это на себя и села на кровать в ожидании, пока Бракс в тридцати шагах от меня закончит принимать душ. Мое беспокойство слегка прошло, когда он стал напевать песню Эминема. Чем громче он пел, тем сильнее я улыбалась. Наконец, душ выключился, я быстро надела сапоги и переплела свои непослушные волосы.

Затем Бракс вышел из моей ванной с мокрыми, растрепанными, кучерявыми волосами, босиком и без рубашки, на нем были только рваные джинсы, которые едва держались на его бедрах. А про его выточенное из камня тело, тату и надписи на латинском, растягивающиеся дугой…

У меня перехватило дыхание, и возвращать его в норму было реально больно. Теперь моя комната была до отказа заполнена Браксом Дженкинсом и его обжигающим пылом, настолько густым, что я чувствовала, как он отталкивается от стен, прямо как пар, валящийся из ванной. Он подошел и плюхнулся рядом со мной на кровать, от его веса я просела. Натягивая чистые носки и обуваясь, он не сводил с меня глаз, так что я начала ерзать. Мышцы Бракса казались жидким металлом под кожей, когда он двигался, я обратила внимание на толстые как торсы вены, которые вились по его руке, плечам, шее. На его лице, горле и спине были шрамы – молчаливые свидетели его избиений, а кельтский крест между лопатками означал спасение. Он восхищал меня, Бракс восхищал меня.

Он встал и потянул меня за собой:

– Взять твой телескоп?

– Нет, не надо, – ответила я.

Пока Бракс надевал белую майку на пуговках, я потянулась за одеялом и подушками. Как раз тогда, когда он застегнул последнюю пуговицу, я свалила подушки в протянутые им руки. Я осталась с одеялом и, взяв с тумбочки гаечный ключ, сказала:

– Это все, что нам нужно.

На его лице тут же появилась хитрая улыбка:

– Да?

Я нахмурилась и, придержав для него дверь, сказала:

– Да, это все, а теперь пойдем пока не поздно, умник.

Я дала ему выйти в коридор и, пройдя за ним, закрыла дверь на ключ.

– Умник, хм, а что, мне нравится, – смешок Бракса пронесся эхом по лестничной клетке, пока мы поднимались наверх. Открыв дверь на крышу, я включила фонарик и, взяв его в зубы, просунула гаечный ключ в дверную щель, чтобы дверь вдруг не захлопнулась, Бракс снова рассеялся:

– Ты кто вообще? Героиня “Миссия Невыполнима”? Я так предполагаю, ты не в первый раз сюда забираешься?

– Возможно, – ночной воздух был прекрасным, было не холодно и не жарко. Отыскав свое обычное место, я расстелила одеяло, встала на колени и разгладила углы.

– Просто мне, как правило, хватает одного случая, чтобы не повторять ошибок в будущем, – я повернулась к нему лицом. – Однажды дверь захлопнулась, и я была заперта на крыше несколько часов. – Поднявшись с колен и указав на другой конец одеяла, сказала: – Ты можешь положить подушки здесь.

Он положил их, куда я сказала, и я переложила их так, как я хотела, затем перебралась на другую сторону одеяла и легла на спину. Я лежала и смотрела вверх, прямо на Бракса, так как он встал рядом и смотрел на меня сверху вниз. Внутри меня все дрожало, надеюсь, что на моем лице это никак не отображалось. Я похлопала по одеялу рядом с собой, затем медленно вдохнула и выдохнула:

– Ложись уже, Бостон, прямо сюда.

Хотя он и улыбнулся, его взгляд оставался бездонным и безэмоциональным, он все еще не сводил с меня глаз. Бракс лег рядом со мной, и я сунула ему под голову подушку, а на вторую легла сама. Мы лежали бок о бок:

– Удобно?

Он нахмурился:

– Нет, неудобно, иди ко мне, – он потянулся ко мне, но я оттолкнула его и засмеялась, но это его не остановило, он поймал меня, подтянув к себе и крепко обняв. – Так-то лучше.

Я сердито на него посмотрела, хотя и очень любила вот так с ним лежать.

– Бракс, ты вообще хочешь увидеть созвездие Дракона или нет? – я посмотрела на него, изучая черты лица, замечая четкие очертания, плоскости и грани его щек, подбородка, запрятанные в тени, ведь его лицо было очень близко. В этот момент я подумала, что не видела ничего красивее в жизни. Такой контраст, если сравнить нашу первую встречу, с этим моментом. Мне пришлось заставлять себя дышать:

– Ну? – спросила я тихо, но мой голос не дрожал.

Наклонившись, он слегка коснулся моих губ своими губами:

– Да, я хочу увидеть Дракона.

Я сузила глаза:

– Вот и хорошо.

Я положила голову Браксу на плечо, тогда он переплел свои пальцы с моими. Ночное небо было просто идеальным – безлунным и безоблачным, звезды так и сверкали, а ориентиры и того ярче. Я подняла руку вверх, я указала в небо и спросила:

– Расскажи мне, что ты видишь?

Бракс вдохнул, выдохнул, затем ответил:

– Я вижу звезды, Солнышко. Много звезд.

– И все?

Он помолчал немного, затем ответил:

– Некоторые мигают ярче остальных.

Я улыбнулась в темноте:

– Да, правильно. А ты можешь различить рисунки? Очертания фигур?

Снова тишина, я ждала, пока он всматривался в небо:

– А разве должен?

Я тихонько усмехнулась:

– Ага, – я подняла вверх наши переплетённые руки. – Внимательно следи за кончиком своего пальца, соедини свой указательный палец с моим, – он все сделал, как я сказала. – Запоминай каждую точку, на которую указывают наши пальцы, а затем мысленно соединяй звезды линией. Как в волшебном экране (Игрушка представляет собой экран с двумя ручками для создания эскизов. Внутри экрана засыпан алюминиевый порошок. Если потрясти экран – изображение исчезнет, и рисовать можно). Готов?

– Всегда.

Я прижалась к нему ближе.

– Отлично, вот здесь мы начнем, – я начала двигать нашими указательными пальцами. – Видишь вот эту яркую звезду?

– Ага, – его губы касались моего виска, посылая мурашки по телу.

Я сконцентрировалась. Точнее, изо всех постаралась это сделать.

– Это звезда и будет нашей отправной точкой, теперь мы двинемся вниз, еще ниже, затем вверх, – я продолжила. – Мы только что прочертили с тобой кончик хвоста Дракона. Теперь внимательно следи за нашими пальцами, и мы поднимаемся вверх, еще и еще, – я ясно видела все созвездие целиком, но ведь я смотрела на него всю свою жизнь. – Видишь? – Я продвинула наши руки еще раз с самого начала, пока не прочертила все созвездие целиком, затем опустила их и слегка повернула голову, наблюдая, как Бракс всматривается в небо.

В ту самую минуту, когда он его нашел, я уже знала об этом – его лицо говорило мне все.

Очень медленно он сел, не сводя глаз с неба. Несколько минут просто молчал, а его глаза продолжали бегать по небосводу.

– Оно прямо там, – наконец сказал он. Бракс вытянул руку вверх и прорисовал созвездие Дракона от начала и до конца сам, без моей помощи. – Черт возьми! Я вижу созвездие Дракона, Грейси!

Я тоже села на одеяле:

– Я знала, что ты увидишь.

Его восхищение от того, что он увидел созвездие Дракона, мерцающего на октябрьском небе, по моему телу внезапно прокатилась волна удовольствия. Он подумал о чем-то, мне эта его реакция очень понравилась, это было так...Интересно? В это было сложно поверить.

– Захватывающе, правда?

Он ответил мне не сразу, его взгляд все еще был полностью сосредоточен на созвездии Дракона, но уже через секунду его взгляд перешел с небес на меня. В темноте эти призрачные глаза смягчились, когда он заглянул мне в глаза, а шрам на его скуле в тени показался мне просто грязной полоской, нарисованной сажей.

– Черт возьми, да!

Он взял меня за подбородок, большой палец скользнул по шраму на моей губе.

– Поверить не могу, что все это время оно было прямо там.

Мое дыхание застряло в горле, и вне зависимости от того, как сильно я старалась, я просто не могла отвести свой взгляд. Бракс опустил голову и прижался своими губами к моим.