Демон в теле Наследника (СИ)

Текст добавлен: 25 июля 2026, 19:30

Текст книги "Демон в теле Наследника (СИ)"

Автор книги: Сергей Восточный

Жанры:

Попаданцы

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)

Назад к карточке книги

Annotation

Я погиб, прикрывая отступление легионов Повелителя Ада.

Для Архидемона смерть это не конец,а всего лишь очередной виток к новому, более совершенному возрождению.

Но что-то пошло не так.

Вместо того что бы возродиться, я очнулся в теле смертного подростка. Мало того. Новая оболочка оказалась бракованной: яд в крови, медленно разъедающий разум, загубленный магический дар.

Решение очевидно – "помочь" телу умереть и вернуться в истинный облик.

Я уже был готов но в последний миг что-то дернуло проверить Печать Зверя. Клеймо, которое делало меня рабом, но в то же время даровало бессмертие.

И её не оказалось.

А это значит что в этот раз смерть будет настоящей. Навсегда.

Похоже придётся жить в человеческом теле.

И кстати, кто такой Романов в теле которого я оказался? Что за государство Российская Империя?

Раньше я о таком не слышал.

Отец-Император мёртв.

Мачеха-регент плетёт интриги.

Впереди – отречение от престола в пользу младшего, сводного брата.

Шансов нет?

Не было. До меня.

Демон в теле Наследника

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Демон в теле Наследника

Пролог

Битва Света и Тьмы

Мир дрожал.

Чёрные разрезающие небосвод молнии, алые разрывы, рёв тысяч глоток и шум вражеских барабанов сливались в единый кошмарный гул.

Архидемон Каэл’Рахар стоял по колено в крови и пепле. Рядом держались последние из его воинов: крылья обуглены, рога изломаны, доспехи расплавлены вражескими чарами. Но глаза их ещё горели – ненавистью и верностью.

– Во имя АДА! – рявкнул он, вонзая клинок в грудь небесному стражу. – Ни шагу назад!

В ответ разнёсся вой. Высшие демоны и низшие твари вставали плечом к плечу, упиваясь последней битвой, зная, что уйдут в Круговерть Пустоты.

Впереди давила бесконечная стена закованных в серебряные доспехи воинов, несокрушимых и ослепляющих.

Силы таяли. Каждый удар выбивал ещё одного из его бойцов, но строй не дрогнул: никто не думал об отступлении, все лишь жаждали утащить за собой больше врагов.

Каэл’Рахар раз за разом обрушивал пылающий чёрным пламенем меч. Он понимал: гибель неизбежна. Но смерть – это не всегда поражение.

Архидемон обернулся. Потерпевшая поражение армия Преисподней отступала в спешке. Легион за легионом уходили прочь, ныряя в мрачные красно-фиолетовые порталы.

Сражение проиграно, но война – ещё нет. Нужно сохранить основные силы. Лишь небольшой отряд добровольцев остался прикрывать отход – и Каэл’Рахар возглавил их.

Не потому, что жаждал смерти, нет. Его доминион только что развился до седьмого круга, дел было невпроворот. Но он понимал: погибнув достойно, он заслужит внимание Повелителя и будет вырван обратно раньше других. А может, даже станет одним из принцев. Для него это была не жертва, а скорее инвестиция в будущее.

– Не пропускайте их ко мне, что бы ни случилось, – бросил он двум Привратникам Бездны.

– Да, господин, – одновременно прорычали огромные краснокожие демоны в чёрных доспехах, державшие полыхающие зелёным секиры.

Каэл поднял руки к алому небу и заговорил на древнем наречии.

– Остановите его! – завизжал один из небесных всадников, пикируя вниз. Но его в отчаянном рывке сшибла горгулья, врезавшись на полном ходу, и оба, вращаясь и терзая друг друга, рухнули в гущу боя.

Архидемон, казалось, не заметил этой отчаянной попытки. Его хриплый голос перекрывал даже шум битвы.

Слова достигли конца.

Печать сорвана. Воздух задрожал, пространство треснуло. Заклятие, запрещённое тысячелетия назад, рвалось наружу.

Но и вторжение сил Света в Ад было под запретом.

Нарушен один запрет – будет нарушен и другой.

Небеса потемнели. Враги закричали, чувствуя, как сама реальность вокруг них ломается.

– Армагеддон! – проревел Каэл’Рахар.

Мир разорвался в пламени. Не осталось ничего: ни его, ни его воинов, ни орд врагов. Только пепел и трещины реальности.

Сознание погрузилось в пустоту. Он знал, что будет дальше: умирал десятки раз. Сначала – простым магогом, потом тварью провала, затем Привратником Бездны. Демон всегда возвращался – пройдя муку Круговерти, он возрождался в доминионе, становился сильнее, если погиб и жил достойно.

Он приготовился к боли.

И вдруг…

– Помогите…

Слабый детский голос. Шёпот.

– Я отдам душу… только помогите…

Каэл’Рахар усмехнулся во тьме. Душа? У него их сотни тысяч, прикованных к доминиону. Только в этой бойне он собрал десятки тысяч новых. На что ему эта, жалкая?

Но шёпот повторился. Резче. Громче. Пронзительнее.

И вдруг его вырвало из пустоты. Словно крюк вонзился в сердце и утянул сквозь все планы бытия.

– Что за?!. – рык сорвался с его уст, когда мрак разорвался, ломая привычный порядок.

Каэл’Рахар.

Глава 1

В новом теле

Тьма разорвалась. Я вздрогнул. Ждал огня, боли, пустоты – привычной дороги в круговерть. Но вместо этого грудь рвануло первым вдохом. Лёгкие заполнились воздухом. Голова болит невыносимо. Во рту вкус, будто адская гончая насрала.

Я открыл глаза. Сверху потолок. Белоснежный, покрытый золотыми линиями причудливой росписи. Линии переплетались в цветы и узоры. Обычный, пусть и очень красивый, потолок. Судя по отделке, я был в каком-то богатом доме или замке.

Посмотрел на свои руки.

Человеческие…

– Ангела вам в задницу… – выругался я.

Тонкие, бледные руки. Очень ухоженные. В голову пришла паническая мысль.

ЖЕНСКИЕ?

С ужасом проверил себя ниже пояса.

Слава АДУ, нет! Не женские.

Просто очень слабые. Без когтей. Зато есть ногти. Розовые, чистые, аккуратно подпиленные. На ладонях ни следа от мозолей. Кожа гладкая, не видавшая ни работы ни боя. Хозяин тела вряд ли держал в руках что-то тяжелее вилки с ложкой.

Это какая-то ошибка! Я не должен быть тут!

Взгляд упал на висевшую на стене декоративную саблю. Первая и самая логичная мысль – закончить с этим здесь и сейчас. Просто броситься грудью на клинок и вернуться в круговерть. Возродиться вновь у себя в доминионе, таскать суккубок себе на ложе, обустраивать седьмой круг…

Я встал с постели и едва не упал вновь. Приступ головокружения. Что такое? Привычно взглянул внутрь организма.

О Ад! В жилах у парня тёк мерзкий коктейль из дурмана, яда и ангел его знает чего. Я обратился к источнику. Дьявол, как же я слаб… Но должно хватить…закрыл глаза, напрягся, искажая реальность в себе самом. Воля демона – сильнее всякой пакости. Я сжёг яд внутри, как будто вырвал занозу. Голова прояснилась.

Вытер со лба выступивший от напряжения пот.

Да уж… Едва смог. Раньше, чтобы провернуть подобный фокус, мне нужно было просто подумать об этом, пожелать. А теперь… Дар был настолько слаб, что хотелось плакать… Но надо сказать спасибо, что он вообще сохранился! Могло быть и хуже. Теперь, чтобы развить его до прежнего уровня, нужно потратить ещё очень много времени и сил.

Впрочем, я и не собирался этого делать.

Я стянул со стены саблю, потрогал лезвие. Тупое, но мне хватит. Кожа у людей тонкая. Направил клинок на живот, взялся за рукоять. Зажмурился.

Но что-то меня остановило.

Решил проверить. Сам не знаю зачем.

Засунул руку под пижаму, положил на лопатку. Клеймо зверя… Его не было! Проклятие!

Я рванул на себе ночную рубашку, обнажая спину. Повернулся к зеркалу, поднял руку. Гладкая кожа. Печати владыки Ада нет!

– Нет… – выдохнул я, и, вероятно в первый раз за тысячи лет, почувствовал, как холод пробирает изнутри.

Если печати нет, значит я не отправлюсь в круговерть. Больше не возрожусь. Без клейма Зверя демон – это не демон. Смерть будет настоящей. Что ждёт меня дальше? Небытие? Другое тело? А если после смерти я опять стану человеком? Или того хуже…опять стану импом. От мысли что весь путь нужно будет проделать заново мне стало плохо. Подняв выскользнувшую из руки на пол саблю, я осторожно вернул её на место. Умирать мне сейчас категорически нельзя.

Вернулся к зеркалу. В отражении – подросток лет пятнадцати. Лицо правильное, красивое. Тонкие аристократические черты. Глаза серые. Чёрные волосы взъерошены, небрежно торчат в разные стороны. Насколько могу судить, по человеческим меркам я был весьма красив. Вот тело… да, стройное, отлично сложенное, генетика хорошая. Но мускулов нет. И жил тоже. Бывший хозяин с физическими нагрузками не дружил.

Кстати. Интересно, кем он был? Кто я сейчас?

Я огляделся. Под ногами мягкий ковёр, стены обтянуты тканью, резная мебель. Богатые покои.

– Какой нибудь князь или граф… – пробормотал я.

Взгляд упал на висевший на стене портрет. Мужчина, в мундире, с тяжёлым клинком в руках и прожигающим насквозь взглядом. Подпись: «Император Николай VI».

Я пригляделся к лицу Императора. Потом опять поглядел в зеркало, подойдя поближе. Угадывалось явное сходство. В зеркале и в портрете были одни и те же линии.

– Я что… из Императорской семьи?– произнёс я тихо.

Не так уж плохо, жить можно. В груди впервые шевельнулись не отчаяние, а интерес.

Я вернулся в кровать. Сдвинул в сторону одеяло и с удивлением обнаружил лежащего в постели плюшевого медведя.

Серьезно? Тряпичная игрушка? У подростка?

Я фыркнул.

В самом худшем случае тут должна лежать служанка. А по-хорошему, какая-нибудь молодая графиня или княжна.

Я прошёлся к стоящим вдоль стены высоким стеллажам. Дерево дорогой породы, лакированное, с резными узорами. Книги были расставлены аккуратно, корешки блестели золочёными буквами. Я наугад вытянул один том в ярком малиновом переплёте.

«Влюблённая в счастье».

Скривился, пролистал. Скучные странички о какой-то девушке, её чувствах и «возвышенной любви». Вернул на место, взял другую.

«Любовь вне закона».

Полистал – то же самое. Приторная чушь, одинаковая как две капли воды.

Я окинул взглядом всю полку и понял, что почти все книги – из этого разряда. Женские романы, сказки о принцах и принцессах, о драконах и рыцарях, написанные так, будто их авторы соревновались, кто прольёт больше сахарного сиропа на бумагу.

Тьма разорвалась. Я вздрогнул. Ждал огня, боли, пустоты – привычной дороги в Круговерть. Но вместо этого грудь рвануло первым вдохом. Лёгкие заполнились воздухом. Голова болит невыносимо. Во рту вкус, будто адская гончая насрала.

Посмотрел на свои руки.

Человеческие…

– Ангела вам в задницу… – выругался я.

Тонкие, бледные руки. Очень ухоженные. В голову пришла паническая мысль.

ЖЕНСКИЕ?

С ужасом проверил себя ниже пояса.

Слава АДУ, нет! Не женские.

Просто очень слабые. Без когтей. Зато есть ногти. Розовые, чистые, аккуратно подпиленные. На ладонях ни следа от мозолей. Кожа гладкая, не видавшая ни работы, ни боя. Хозяин тела вряд ли держал в руках что-то тяжелее вилки с ложкой.

Это какая-то ошибка! Я не должен быть тут!

Взгляд упал на висевшую на стене декоративную саблю. Первая и самая логичная мысль – закончить с этим здесь и сейчас. Просто броситься грудью на клинок и вернуться в Круговерть. Возродиться вновь у себя в доминионе, таскать суккубок себе на ложе, обустраивать седьмой круг…

О Ад! В жилах у парня тёк мерзкий коктейль из дурмана, яда и ангел его знает чего. Я обратился к источнику. Дьявол, как же я слаб… Но должно хватить… Закрыл глаза, напрягся, искажая реальность в себе самом. Воля демона сильнее всякой пакости. Я сжёг яд внутри, как будто вырвал занозу. Голова прояснилась.

Вытер со лба выступивший от напряжения пот.

Впрочем, я и не собирался этого делать.

Но что-то меня остановило.

Решил проверить. Сам не знаю зачем.

Засунул руку под пижаму, положил на лопатку. Клеймо зверя… Его не было! Проклятие!

– Нет… – выдохнул я и, вероятно, в первый раз за тысячи лет почувствовал, как холод пробирает изнутри.

Если печати нет, значит, я не отправлюсь в Круговерть. Больше не возрожусь. Без клейма Зверя демон – это не демон. Смерть будет настоящей. Что ждёт меня дальше? Небытие? Другое тело? А если после смерти я опять стану человеком? Или того хуже… опять стану импом. От мысли, что весь путь нужно будет проделать заново, мне стало плохо. Подняв выскользнувшую из руки на пол саблю, я осторожно вернул её на место. Умирать мне сейчас категорически нельзя.

Кстати. Интересно, кем он был? Кто я сейчас?

Я огляделся. Под ногами мягкий ковёр, стены обтянуты тканью, резная мебель. Богатые покои.

– Какой-нибудь князь или граф… – пробормотал я.

Взгляд упал на висевший на стене портрет. Мужчина в мундире, с тяжёлым клинком в руках и прожигающим насквозь взглядом. Подпись: «Император Николай VI».

– Я что… из Императорской семьи? – произнёс я тихо.

Не так уж плохо, жить можно. В груди впервые шевельнулись не отчаяние, а интерес.

Серьёзно? Тряпичная игрушка? У подростка?

Я фыркнул.

В самом худшем случае тут должна лежать служанка. А по-хорошему, какая-нибудь молодая графиня или княжна.

«Влюблённая в счастье».

«Любовь вне закона».

Полистал – то же самое. Приторная чушь, одинаковая как две капли воды.

Видно было, что библиотеку подбирали намеренно. Но кому нужно, чтобы мои мысли занимали не государственные дела, а выдуманные страсти?

Только в самом тёмном углу нижней полки стояли другие тома. Толстые, тяжёлые, с тиснением, без картинок и украшений.

«Уголовный кодекс».

«Свод законов Российской Империи».

«Полное собрание законов Российской Империи».

«Справочник юриста».

Я замер, глядя на них. Вот это было уже интересно. Осторожно провёл пальцем по корешку. Пыль. Никто к ним не прикасался годами.

Открыл «Свод законов Российской Империи». На развороте обложки подпись: «Моему сыну Александру. Храни, учи и соблюдай законы державы, которую однажды доведётся вести за собой. Отец твой, Император Николай.»

Я обомлел. Да я, оказывается, не просто «родственник» Императора! Я его сын! Александр Николаевич Романов! И, похоже, что не просто сын, а наследник престола!

Это вызывало ещё больше вопросов. Дело явно было не чисто. Особенно если вспомнить о плещущемся в моей крови яде.

Словно отвечая на мой немой вопрос, дверь скрипнула. В проёме появился сгорбленный старик в балахоне. Лицо морщинистое, глаза мутные, как у дохлой рыбы. Он склонился в поклоне, потом замер, таращась на меня с удивлением.

– Ваше… высочество? – прошептал он. – Вы… проснулись? Мне сказали, стража слышала шум… Я поспешил. Вот, ваше лекарство. Нужно выпить. Поможет уснуть.

Ничего не говоря, я уселся на постель и, сложив ногу на ногу, насмешливо наблюдал за старым лжецом.

Он сделал шаг ближе, протягивая кружку. В ней колыхалась мутная жидкость. Запах я узнал сразу. Та же дрянь, что текла по жилам хозяина тела. Дурман, делающий из человека овощ.

– Вам плохо, Ваше Высочество, вы больны, – забормотал старик. – Нужно выпить… хотя бы пару глотков. – И сунул кружку прямо мне в лицо.

– Нет, спасибо, – нейтрально ответил я, мягко отталкивая рукой кружку. – Я чувствую себя хорошо. Не нужно лекарство. – Смотрю на старика-отравителя, ровный и спокойный тон.

– Это значит, лекарство действует, – обрадовался дед. – Если вы прекратите пить, станет хуже. Давайте, хотя бы пару глотков. – Он опять ткнул кружкой мне в нос.

Я отстранился. Уставился на кружку. Первая мысль была простая: притвориться. Сделать вид, что поверил ему, а потом вновь очистить кровь. Не привлекать лишнего внимания до той поры, пока не разберусь в происходящем… Но в следующую секунду что-то в груди рвануло. Ярость. Нет…

Ярость! ЯРОСТЬ!

Не холодный расчёт, не злость. Первобытная, демоническая ярость. Мысль о том, что меня, архидемона, владыку доминиона, пичкает ядом, как скотину, какой-то мерзкий старик, бесила.

А ещё больше меня бесила мысль о том, что я должен буду юлить, притворяться и потакать этому мерзкому подлому отравителю.

Я сорвался с места. Кружка полетела в стену, разлетелась осколками. Старик взвизгнул, когда я сбил его с ног ударом.

– Ты хотел затравить меня, тварь⁈ – рявкнул я и ногой врезал ему в бок. Тот застонал, тщетно пытаясь прикрываться руками.

Я пнул ещё раз, и ещё раз, и ещё: по рёбрам, по плечу, по голове. Дед завыл, съёжился на полу.

– Вон отсюда! – прорычал я. – ВОН!

Он, спотыкаясь, пополз к двери. Я добавил пинка, и он кубарем вылетел в коридор. Дверь захлопнулась.

Я стоял, тяжело дыша, до дрожи сжимая кулаки. Грудь жгло от ярости. Да, тело очень слабое. Будь старик чуть смелее – и я бы сам от него п…зды получил. Но он попросту не ожидал такого отпора.

Наслаждаясь чувством одержанной победы, я запрокинул голову и рассмеялся. Смех вышел низким, злым. Запоздалая мысль кольнула: надо было не кружку разбивать, а заставить старого ублюдка самому хлебнуть этой дряни. Пусть знает вкус собственного «лекарства».

Кровь кипела, руки дрожали. Я усилием воли взял эмоции под контроль. Слишком сильная реакция на такую мелочь.

Заставил себя выровнять дыхание. Не хватало ещё радоваться победе над дряхлым отравителем, будто я поверг Властителя Небес. Не солидно.

Что он сказал? Стража слышала шум? Наверное, они за дверьми.

– Стража, – закричал я, сплюнув на ковёр. – Стража, ко мне.

Через миг в комнату ворвались трое охранников в строгих чёрных костюмах. Под пиджаками бугрились жилеты, на поясах – пистолеты. Один держал клинок, отливающий синим светом. Он держался впереди. Двое других чуть дальше.

– Да, Ваше Высочество. Что случилось?

– Почему вы пропустили ко мне этого старого ублюдка? – спросил я, кивая в сторону, куда уполз дед.

– Это ваш лекарь, Ваше Высочество. Он всё время к вам ходит, – поклонившись, развёл руками один из них. Высокий, под два метра ростом. Строгий чёрный костюм сидел на нём как влитой. Лицо крупное, грубые скулы, тонкие губы. Несмотря на возраст – лет сорок – в коротко остриженных волосах светлела седина. На шее едва заметный шрам, словно когда-то ему пытались перерезать горло. Внимательные зелёные глаза. Судя по нашивкам, старший смены.

Андрей Савельев

– А то, что тут стоял крик и грохот? Бокал разбился, схватка. Разве вы не должны были войти?

– Должны. Но такое уже бывало, Ваше Высочество. Лекарь говорил, что если вы пропускаете приём лекарства, то становитесь буйным.

Я прищурился. Значит, мальчишка несколько раз приходил в себя и пытался сопротивляться «лечению». Значит, времени у меня мало. Старик уже побежал докладывать. Скоро сюда вломятся «успокоители» для восстановления здоровья «разбушевавшегося наследника».

– Вы двое свободны, – кивнул я. – Ты останься. Имя.

– Андрей Савельев, Ваше Высочество, – поклонившись, удивлённо ответил охранник.

– Ты старший?

– В этой смене – да, Ваше Высочество.

– Хорошо, Андрей. Этого человека больше ко мне не пускать. Это приказ.

– Есть, Ваше Высочество, – коротко кивнул он. – Но я хочу предупредить, что приказ вашей матери имеет для нас большую силу. – Он развёл руками.

– Учту, – бросил я на Савельева хмурый взгляд. – А где моя одежда? – спросил я, оглядевшись. В комнате нет ни шкафа, ни сундука для одежды. Только кровать, стол и зеркало, и стеллажи с книгами. – Тут есть что-то кроме… этого? – я с отвращением показал на покрытую рюшками и кружевами ночную рубаху.

– Я не знаю, – пожал плечами Савельев. – Это лучше спросить у слуг. Обычно они приходят утром и одевают вас перед завтраком.

– Слуги? – усмехнулся я себе под нос.

Значит, даже штаны мне тут подают?

– Таков порядок, – пожал плечами Савельев. – Ваше Высочество, с вами точно всё в порядке? Хотите, я позову их сейчас?

– Зови, – махнул я рукой. – И, Савельев… когда мы одни, забудь «Ваше Высочество». Просто «вы».

Он замялся, потом коротко кивнул.

– Как скажете.

Начальник смены вышел.

Я прошёлся по комнате, постучал пальцами по подоконнику. Камень был гладким, холодным. Хотел было открыть окно, но понял, что это невозможно. Нет, оно не сломано – так задумано тем, кто его устанавливал. Глухое, лишённое механизма. Видно, тот, кто держал тут наследника Империи, боялся, что тот, оставшись один, захочет совершить какую-нибудь глупость.

За стеклом мерцали огни города. Красиво. Я невольно залюбовался.

«Санкт-Петербург. Столица.» – пронеслось у меня в голове.

Я вернулся к кровати, сел. Слуги всё не шли.

Ну и ладно. Пока эти распустившиеся шавки плетутся, займусь делом. Судя по тому энергетическому фону, что я ощущаю вокруг, в этом мире существует стихийная магия. Взглянем, на что способен наследник.

Я закрыл глаза, прислушался к себе. Сосредоточение откликнулось сразу – легко и быстро. Ещё даже не проверив стихии, я понимал, что потенциал – колоссальный. Дар огромный, но… загубленный. Тренировки надо было начинать лет с шести, если не раньше. А мальчишке уже шестнадцать, и он даже не прошёл инициацию. Даже если я пройду её завтра, то в таком виде проиграю любому местному недоучке, если тот вовремя начал развивать свою силу. Догонять придётся долго.

– Плевок в лицо карьере мага, – пробормотал я. – Кто же так «заботится» о будущем Императоре?

Но я – не он. Я однажды уже прошёл этот путь, овладев человеческой магией, ещё не будучи Архидемоном. Теория мне хорошо известна. Принципы работы тоже. Так что второй раз пройти этой дорогой будет проще.

Ладно. Проверим способности. Без инициации, конечно, точно не скажешь, но примерный уровень оценить можно и сейчас.

Я поочерёдно воззвал к стихиям.

Огонь. В нутре дрогнуло тепло, но слабое, как уголь под мокрой золой. Искра есть – костра не будет.

Вода. Непокорная, булькнула, вспенилась, нехотя отозвалась. Волна, но не цунами.

Огонь и вода, пусть и слабые, – это уже неплохо. Редкое сочетание.

Воздух и земля. Похожие истории. Слабое владение, никакой высоты. Архимагом, идя этими путями, не стать – даже за сто лет.

Кстати, а сколько тут вообще живут люди? Разберусь позже.

Владение четырьмя стихиями, пусть и на самом низком уровне, – это уже хорошо. Но и это не конец.

Остались две стихии, что обычно называют первородными.

Смерть. Я коснулся холода, не зимнего, а того, что идёт из могилы. В ответ – тишина. Сила мёртвых не отзывалась. И слава Аду. Многие ошибаются, считая, что демоны и смерть шагают рука об руку. Нет!

Демоны – это не мрак и тлен. Демоны – это воплощение ярости и силы. Мы живые. Нам не чуждо благородство. И даже чувство справедливости, пусть и весьма своеобразное. Мы далеки от холодной расчётливости смерти. Нам ближе сумасбродство и кураж. Мысли о гвардейцах богини Хельхейм всегда вызывали во мне отвращение. Их холодное, чуждое «правосудие» отталкивало меня, как и их мрачная холодная сила.

Жизнь. Я едва подумал об этом – и золотистые нити захлестнули тело. Поток пронёсся сквозь меня, освежая голову, наполняя мышцы. Словно у меня открылось второе дыхание.

– А вот это уже интересно, – хмыкнул я.

Парень оказался сильнейшим магом жизни. Я знал таких: если развить этот Дар как положено, умереть будет очень тяжело. Даже отрубленная голова могла врасти обратно, не говоря уж о руках-ногах. Теперь понятно, почему тело так стойко сопротивлялось воздействию яда. Я ещё удивился дозе дурмана в крови – она была смертельной для такого мальчишки. Но парень, сам того не зная, взывал к Дару. И тот был настолько силён, что отзывался, будучи даже не активированным.

Внезапно дверь распахнулась, и в комнату ввалились два парня в чёрных костюмах. На шее у каждого галстук-бабочка, через плечо перекинуто белое полотенце. На лицах – плохо скрываемые усмешки.

Это они надо мной смеются, что ли?

– Чего угодно… Ваше Высочество? – не особенно услужливо проговорил один из них, не утруждая себя даже лёгким поклоном.

Это нормально? Нормально, когда к наследнику трона заходят без стука? Сначала этот ох…й дед, теперь эти двое… Горячая волна раздражения подступила ко мне. Я опять начинал закипать.

– Вышли, – сказал я спокойно.

– Что? – не понял слуга. На его остром лице отразилось недоумение.

– Я сказал, вышли на…й из моей комнаты. А затем вернулись и вошли как положено. БЕГОМ! – под конец фразы я добавил в голос металла и, кажется, даже немного сорвался на рык.

– А как положено? – туповато спросил второй слуга.

Оба переглянулись, не понимая, что сделали не так. Всё же сделали как обычно…

– Ну всё. Вам п…ц, – констатировал я, вставая с кровати.

Опешившие слуги стояли как вкопанные, неотрывно смотря на меня, ещё не понимая, что я затеял.

Я спокойно подошёл к стене, снял саблю и демонстративно потрогал лезвие.

– Сойдёт, – пробормотал я сам себе, играя клинком.

Всё таким же спокойным, размеренным шагом я направился к ним. Когда я был в трёх шагах и занёс уже было саблю для удара, только тогда до них дошло, что я не шучу, – слуги взвизгнули и рванули к двери.

– Всё в порядке, Ваше Высочество? – заглянул Савельев.

– Всё отлично, Савельев. Не дайте им уйти, – крикнул я.

– А что с ними делать, Ваше Высочество?

– Закройте дверь и постучите в неё их головами. Пусть запомнят раз и навсегда, что в мои покои без стука не входят!

– Сделаем, Ваше Высочество, – коротко ответил он.

Дверь захлопнулась. Несколько секунд раздавались звуки борьбы. Затем в дверь постучали. Громко.

Я проигнорировал, старательно разглядывая ноготь на своём большом пальце.

Раздался смачный, похожий на оплеуху, шлепок:

– Дозволение спроси, дебил, – услышал я шёпот Савельева.

– Ваше Высочество, это слуги. К вам можно? – раздался сдавленный голос одного из слуг.

– Кто-то стучал? – крикнул я, не отрываясь от своего занятия.

Раздался ещё один стук. Сильнее. Теперь каждый удар сопровождался стоном боли.

– Ваше Высочество, это слуги. К вам можно? – повторно попросил всё тот же, но теперь ещё и всхлипывающий голос.

– Можно. Войдите, – смиловавшись, разрешил я.

Дверь распахнулась с тяжёлым скрипом. Охранники выполнили приказ буквально: держали тела слуг на манер небольших таранов, роль наконечников которыми били в дверь играли головы несчастных. Лбы у незадачливых слуг были в синяках, лица в крови и отёках, глаза полуприкрыты. Ещё бы. Дверь-то тяжёлая, цельный дуб.

По команде Савельева двух слуг поставили на ноги. Он подошёл, с преувеличенной заботой смахнул с плеча одного соринку и поправил галстук-бабочку другому, как бы проверяя: всё ли в порядке с нарядом. Обошёл их, как инспектор, и затем доложил:

– Выполнено, Ваше Высочество.

– Савельев, – кивнул я. – Примите мою благодарность.

– Спасибо, Ваше Высочество. Рады служить, – широко улыбнувшись, ответил охранник.

Я дождался, когда охрана скроется за дверью.

– Принесите мне мою одежду, – велел я. – И что-нибудь перекусить.

– Но… Её Императорское Величество запретила…

«Её Императорское Величество?»

Мама. Вернее, мачеха, – опять память тела дала о себе знать.

Внезапно нахлынувшие образы вспыхнули в голове один за другим:

Первая жена Николая VI, Анна Олеговна, моя мать, хоть и была невероятно красива, грациозна и любима народом, происходила «всего лишь» из древнего, но всё-таки графского рода Российской Империи. Их брак считали мезальянсом, хотя сам Николай безумно любил её.

Анна умерла вскоре после родов, несмотря на все усилия Императора. Николай не мог этого простить себе. Всю свою любовь к жене он обратил на сына. Александра с младенчества окружали теплом и заботой. До того момента, как появилась она…

Ведь Император такой огромной страны не мог оставаться вдовцом слишком долго. На носу война, а двору требовалась хозяйка. Нужен был крепкий и надёжный тыл.

Поэтому вскоре, уступив давлению своих ближайших сподвижников из высшей аристократии, Николай согласился повторно жениться, отдав на этот раз право выбора своей невесты на откуп государственным мужам.

Таким образом, уже через полгода после смерти Анны был заключён новый брак. У дворца появилась хозяйка – вторая жена Императора Николая VI, Анастасия Романова.

Представительница старинного немецкого княжеского рода. Её появление при дворе многие встретили с облегчением: наконец-то Император выбрал себе «равную», достойную по крови супругу.

В голове всплыл её образ – красивое, ухоженное лицо. Мягкие шаги по мрамору дворца. И вечный чёрный веер в руках. Взгляд, наполненный недоверием и презрением.

Отец умер более десяти лет назад. Вернулся из Австрии с дипломатической миссии, захворал и угас за несколько месяцев. Ничего не помогло – ни консилиум лучших целителей Империи, ни собственный Дар жизни. Болезнь пришла стремительно и бесповоротно. Слухи шептали о яде или проклятии, но вскоре они стихли – словно их выжгли калёным железом.

Когда Императора Николая VI не стало, наследнику Александру было всего пять. Слишком мало, чтобы понимать, но достаточно, чтобы помнить колючие усы, улыбку отца. А ещё истории о различных приключениях их предков из рода Романовых, которые Николай каждый вечер рассказывал сыну перед сном.

Назад к карточке книги "Демон в теле Наследника (СИ)"