Текст книги "Эволюция целителя 3 (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

Соавторы: Сергей Харченко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

– Но ведь этого недостаточно, верно? – побледнел старик.

– Конечно, – продолжал я подыгрывать ему. – Прекратите принимать таблетки. Они только усугубляют ваше состояние.

– Понял, – нервно сглотнул пациент. – Прекращу. А что вместо них принимать? Это же опасное заболевание.

– Очень опасное и коварное, но против него уже изобрели средство, – широко улыбнулся я. – Так что вам переживать незачем.

– Так, так, и что это? В какой аптеке купить? – оживился старик, бодро вскакивая на ноги и напрочь забывая о своей трости, которую прислонил к кушетке.

Я подумал и рассмеялся про себя. Вспомнил про обойму, которую Пуля крутил в руках.

– Такую таблетку ни в одной аптеке не продают, – сообщил я. – У вас же есть медицинский полис?

– А как же, есть конечно, – начал копаться во внутреннем кармане старик. – Вот.

Я взял у него пластиковую карточку с фотографией и длинным цифровым номером, отдал Насте.

– Так вот, по специальной государственной программе такие инновационные лекарства мы выдаём бесплатно, по полису, – продолжил я. – Сейчас я вам принесу эту таблетку.

– Да, я подожду, конечно, – закивал старик, довольно улыбнувшись.

Я вышел из приёмной, прошёл мимо Виктории к будке у входа, в которой развалился Пуля, попивая кофе.

– Всё нормально? – он озадаченно уставился на меня. – Куда того старпёра дел?

– Ещё на приёме, – сухо сообщил я. – Я у тебя видел недавно обойму, с шариками.

– А, да это я к племяшу ездил в гости недавно, – хохотнул Пуля. – Подарил ему пневматический пистолет. Постреляли по мишеням, потом я отвлёкся и увёз в кармане одну из обойм, прикинь?

– Дай мне одну из пулек, – попросил я.

– Тебе то зачем? – Пуля удивлённо вытянул лицо, доставая из кармана обойму, затем вытащил один кругляш размером раза в два меньше стандартной горошины. – Держи.

– Потом расскажу, – улыбнулся я.

Я прошёл в одну из свободных палат, нашёл спирт и полил им пульку, затем положил её на круглую впитывающую салфетку и торжественно понёс в приёмную.

Захарыч с Викторией лишь проводили меня озадаченными взглядами.

– Вот она, та самая инновационная таблетка, «Шторм-пять», – протянул я оранжевую пульку старику. – Рассасывать натощак по полчаса три раза в день.

– Одна таблетка? – удивился пациент, рассматривая псевдо-лекарство со всех сторон. – А если она закончится?

– На то она и особенная, что никогда не заканчивается. Она вечная, – сообщил я. – Через неделю вы забудете о тахикардии Мавроди.

– Вот это я понимаю, – расплылся в улыбке старик, пожимая мне руку. – Спасибо, док. Сколько я должен?

– Таблетка бесплатно, а за диагностику… – я прикинул, сколько взять со старика за вредность. – Десять рублей.

– Вот, держите, – протянул мне купюру пациент и, бодро подскочив к кушетке, схватил трость. Спустя несколько секунд он покинул приёмную.

Настя тихо прыснула со смеху, а потом рассмеялась в голос. Затем зашёл Захарыч, которому Настя, задыхаясь от смеха, рассказала, что только что произошло.

– Алексей, не ожидал, – ухмыльнулся Захарыч. – Не ожидал, что ты так лихо спровадишь этого наглеца. Очень хорошо придумал. Инновационная таблетка. М-да. Ха-ха! Забавно.

Сразу после этого случая мы собрались на чаепитие. Настроение у всех было отличным. Пуля и остальные смеялись, услышав свежую историю про старика и тахикардию Мавроди.

Ну а позже начали прибывать пациенты более адекватные, и с настоящими диагнозами. В основном болячки были незначительными, и я отпустил до обеда двенадцать пациентов. В итоге заработал больше двух тысяч рублей и девятьсот очков опыта.

Когда я вышел в коридор, выдохнув от облегчения, что скоро обед, увидел забежавшего Пулю.

– Я вычислил ещё одну симку этой шкуры… Ну Леонида. Могу позвонить, – радостно сообщил здоровяк.

– Давай, звони, – кивнул я, и Пуля нажал на кнопку вызова, поставив на громкую связь.

В динамике какое-то время раздавались длинные гудки, а потом они затихли.

– Да, слушаю. Кто это? – раздался чей-то вкрадчивый голос.

– Леонид? – хмуро спросил Пуля.

– Да, кто говорит? – напряжённо спросил таргетолог.

– Ты видно забыл про клинику «Возрождение», – напомнил ему Пуля.

– Какую клинику? Вы, видно, ошиблись, – Леонид бросил трубку.

– Вот же сучий потрох, – Пуля набрал номер ещё раз.

Длинные гудки – и вновь Леонид взял трубку.

– Я же сказал, вы ошиблись, – процедил он. – Больше не звоните сюда.

Я махнул Пуле, чтобы он поднёс смартфон поближе ко мне.

– Леонид, даём тебе пять минут, – обратился я к таргетологу. – Ты должен пятьсот рублей за выплаченный аванс и ещё пятьсот в качестве компенсации за пропущенный день.

– Что за бред? Ты вообще кто такой? – процедил Леонид.

– Я тот, кто хочет тебе помочь, – ответил я. – Не вернёшь тысячу – будут последствия.

– Да пош-шёл ты, каз-зёл, – злобно прошипел Леонид и вновь сбросил звонок.

– Вот же чертила! – зарычал Пуля, пытаясь вновь дозвониться до мошенника, но тот не брал трубку.

К нам подошёл Захарыч, который уже собрался на обед.

– А что такие напряжённые? Аппетит ещё не нагуляли? – оскалился он.

– Сейчас нагуляем, – отправился я на выход. – Пуля, ты ведь засёк адрес этого урода?

– Конечно, – ухмыльнулся здоровяк, выходя со мной на лестницу. – Обижаешь, Лёха. Прога засекла его. Таганский переулок, дом восемь, квартира двадцать шесть.

– Тогда поехали навестим бесстрашного, – сбежал я по ступеням, и Пуля последовал за мной.

Через двадцать минут мы оказались на месте. Переулок был настолько узким, что мы едва влезли на «Ниве», припарковавшись на небольшой площадке рядом с двумя неказистыми седанами.

Один из соседей нажал на кодовый замок подъездной двери, затем зашёл внутрь. Мы и воспользовались этим. Поднялись по лестнице, затем оказались у обитой коричневым дерматином двери.

– Погнали, – улыбнулся Пуля, нажимая кнопку звонка.

В квартире раздалось дребезжание.

– Да иду я, иду! – закричал кто-то за дверью. – Кто там?

– Мы проводим перепись населения, – улыбнулся я в дверной глазок, отпихивая Пулю в сторону, чтобы не вызывать подозрений. – Артемий Кукухин здесь живёт?

– Нет здесь никаких Кукухиных, – пробурчал мужской голос за дверью.

– Нам нужен ваш паспорт, мы зафиксируем пребывание по этому адресу, – начал на ходу сочинять я, радуясь, что так всё складно и доходчиво выходит. – Напоминаем, что за непредоставление личных данных в ходе переписи полагается крупный штраф, согласно имперскому указу номер тыща триста пятнадцать.

Замо́к тут же щёлкнул, затем открылась дверь, демонстрируя небритую физиономию с сигаретой в зубах.

– Давай только по бырому, а то времени нет, – выдавил мужик в майке и трико.

– Ты Леонид? – вышел из тени Пуля.

– Н-нет, – побледнел мужик, открывая рот, и сигарета упала на пол. – Я Трофим.

– А Леонид где? – спросил я, переступая через порог.

– Он т-там, на кухне. А что собственно?.. – попятился он.

– Трофим, кто там⁈ – услышал я знакомый голос с кухни, и в прихожей показался худой усатый мужчина в джинсах и футболке.

– А вот и Лёня, – расплылся в улыбке Пуля, подрываясь. – Мы тебя предупреждали?

Здоровяк сгрёб усатого за воротник, прижимая к стене, затем поднял над полом.

– Трофи-им, зови Палыча, – просипел своему приятелю мошенник, и тот лихо выскочил из квартиры. – Вам хана, утырки.

Пуля прошёлся свободной рукой по карманам Леонида, достал бумажник и распахнул его, заглядывая внутрь.

– О, а вот и тысяча, – оскалился здоровяк. – Ну надо же, какой вы щедрый, Леонид!

– Вам хана, ур-роды, – засмеялся мошенник, пытаясь разжать руку Пули, которая продолжала сжимать его воротник. – Щас с вами разберутся.

– Пусть приходят, – улыбнулся Пуля. – Палыч, Шмалыч, кто там ещё? И с остальными разберёмся.

– Ха, вы даже не представляете, придурки, что вас ждёт, – оскалился Леонид и тут же получил удар под дых.

Пуля отпустил мошенника, который скрючился на полу.

– Ты видел? Ещё и угрожает, собака бешеная, – процедил здоровяк, слыша шаги на площадке и вытаскивая беретту.

– И твой пистолет в задницу тебе засунут, – захихикал Леонид, пытаясь подняться.

– Лежать! – приказал ему Пуля, толкая ногой в плечо и отправляя обратно на пол.

Я услышал громкие голоса, топот ног.

/ВНИМАНИЕ!

Зафиксирована опасность в радиусе пяти метров.

Вероятность летального исхода – 50%/.

Во как. Я аж оторопел от такого сообщения Системы.

Не успел я обдумать план действий, как дверь распахнулась.

Глава 4

Я увидел мелькнувший впереди кулак, на котором что-то блеснуло. Вроде кастет, но он не коснулся меня. Перед ним сгустился клочок пространства и образовалось некое силовое поле. Оно и врезалось в меня, отбрасывая.

Очнулся уже на полу, замотал головой. Из рассечённой брови капала кровь, заливая правый глаз, а в голове пульсировала боль.

Пуля уже вырубил рукоятью беретты одного из заскочивших в квартиру. Крепкий парень рухнул от удара здоровяка как подкошенный. А вот второй, низкорослый мужик с вытянутым лицом, одетый в чёрный костюм, оказался не так прост. Он был более проворным, и я заметил в его руках тот самый странный кастет.

Узколицый взмахнул артефактом. Теперь я смог рассмотреть его действие. Из нескольких звеньев кастета потянулась энергия, моментально закручиваясь в силовое поле. И это поле врезалось в Пулю так же, как и в меня чуть ранее.

Здоровяк охнул, падая на спину, затем вновь подскочил. Разумеется, узколицый готовился обрушить на Пулю ещё один удар в надежде вырубить здоровяка. Но кто ему даст это сделать?

Я моментально усыпил противника. Хотя организм его оказался крепче, чем я предполагал. Часть энергии потратилась на то, чтобы прорвать невидимый ментальный барьер. Либо этот гад владел даром, либо оказался защищён артефактом. Пуля быстро обшарил карманы мужика с кастетом, достал паспорт и что-то вроде небольшой шариковой ручки.

– Защитный артефакт, причём серьёзный, но одноразовый. Уже отработал своё, – хмыкнул Пуля, удивлённо взглянув на меня. – Как ты смог его вырубить?

– Как-то смог, – хмыкнул я, всмотревшись в сторону Леонида, который почти скрылся в своей комнате.

– Это мы возьмём себе, – Пуля вытащил из бумажника несколько сотенных купюр, затем вгляделся в паспорт. – Так, посмотрим… Ну да, Александр Павлович. Видно, тот самый Палыч, который хотел наказать нас, – пнул он узколицего в правый бок. – Ну что, наказал, шкура ты дырявая⁈

– Смотрю, у тебя трофей появился, – ухмыльнулся я, останавливая кровь на рассечённой брови. Для этого достаточно было выплеснуть регенеративные лучи. Хотя энергии я потратил прилично, почувствовал лёгкий откат в виде головокружения. Но рана затянулась полностью, что мне и было нужно.

– А, ты ж не в курсе! Да это же пробойник! – хохотнул Пуля, примеряя магический кастет на руке. – Знаешь, за сколько его на чёрном рынке продают? Почти как джип наш сто́ит, я те отвечаю.

– Ах вы гниды! – из комнаты выскочил Леонид, исказив лицо от злости. В руках он держал биту, причём поблёскивающую, будто её натёрли фосфором.

– Отдыхай, – взмахнул Пуля пробойником, и силовой импульс ударил в Лёню, отправляя его прямиком в небольшой шкафчик в прихожей.

Мошенник врезался в шкаф с такой силой, что проломил дверцы, провалившись внутрь, да так и застыл, теряя сознание.

– Блин, немного не рассчитал мощность, – хмыкнул Пуля, обыскивая ещё одного и вытаскивая деньги из бумажника. – Было ваше, стало наше.

Больше нам здесь делать было нечего. Мы покинули квартиру, возвращаясь в «Ниву».

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы вновь успешно применили «Веселящий анестетик»!

Награда: +100 очков опыта.

Бонус за оперативность: +100 очков опыта.

Текущий уровень: 7 (1190/7500)/.

Пуля уселся в водительское кресло, повернул ключ в замке зажигания и заставил джип сорваться с места.

– Жаль только из-за этих ублюдков время потеряли, – покачал головой Пуля, пряча кастет во внутреннем кармане.

– Не страшно, нагоним в ближайшее время, – улыбнулся я. – Главное, вернули деньги с компенсацией.

– Ещё какой, – хохотнул здоровяк. – У тех двоих я ещё полторы тыщи целковых вытащил.

– Оставь себе эти деньги. Премия за работу, – одобрил я. – Только ни слова Захарычу, а то он опять заведёт свою шарманку насчёт расходов.

– Да, ты прав, держи, – Пуля протянул мне тысячу рублей. – Ты выручил меня.

Я забрал деньги, спрятав в портмоне, затем взглянул на красный лоб здоровяка.

– Ну как? Голова кружится, тошнит? Помощь нужна? – поинтересовался я.

– Не кружится и не тошнит, всё нормально, – оскалился Пуля. – Я до Креста секьюрити в ночном клубе работал и участвовал в подпольных боях, чтоб хоть как-то сводить концы с концами. Так вот… там я похлеще получал, но ни разу не отключился. Так что это всё ерунда.

– И сколько поражений? – улыбнулся я.

– Из более тридцати боёв всего два раза проиграл, – хмыкнул Пуля, поворачивая на знакомую улочку. – И то засудили, черти. После этого я и психанул, подавшись в криминал. А чо? Как-то выживать надо было. У меня кредитов выше крыши, в долгах как в шелках был.

– Главное, что сейчас никому и ничего не должен, – произнёс я, и Пуля довольно закивал.

– Да, именно так. И всё благодаря тебе, Алексей, – здоровяк взглянул на меня, благодарно и в то же время с почтением. – Захарыч бы не вывез, вот зуб даю. И старикан это понимает, так что молчит и радуется такому фарту.

– Каждый из нас делает своё дело по мере своих сил, – заметил я.

– Но ты больше всех, – подчеркнул Пуля. – Так что даже не отрицай, это и так понятно, что именно ты вывозишь «Возрождение». Хотя да, каждый работает по совести.

Мы добрались до клиники, где я увидел на обочине небольшой светлый автомобиль вроде минивэна. Как только мы оказались с Пулей у дверей клиники, я всмотрелся в эмблему на кузове. Раскрытая газета и сверху яркая надпись «Вестник эпохи».

Всё же Елизавета добралась до «Возрождения», опоздав на день. Другого варианта мне в голову не приходило.

Боковая дверь минивэна с шумом отодвинулась в сторону. Из салона показалась довольная Елизавета.

– Алексей, привет! – махнула она мне. – Наконец-то мы дождались тебя. Что, начинаем? Есть время?

Я достал смартфон, покосившись на часы.

– Двадцать минут до окончания обеденного перерыва, – сообщил я. – Максимум у тебя есть полчаса.

– Успеем, – пухлые губки Елизаветы расплылись в улыбке. Она обернулась к щуплому небольшого роста мужчине с фотоаппаратом на шее. – Федя, ещё штатив возьми.

– Да-да, – закивал фотограф, закидывая небольшую сумку за плечо и выскакивая на тротуар. – Всё с собой.

Елизавета взяла меня под ручку, прищурилась, всматриваясь в меня, и довольно улыбнулась. Видно, вспоминала нашу уж очень откровенную беседу в приватной кабинке.

Мы зашли в холл и двинулись по ступеням на второй этаж.

– Ну что, как работаешь? Много ли спас жизней за последние два дня? – спросила она.

– Достаточно, чтобы быть довольным, – ответил я, преодолевая очередную мраморную ступень.

– Кстати, извиняюсь, что опоздала, – произнесла Лиза. – Пришлось дожидаться фотографа. Фёдор проводил фотосессию Меньшиковым.

– О, даже так? Княжеской семье? – хмыкнул я.

– Именно, одной из самых богатых людей столицы, – кивнула журналистка. – Таким отказывать себе дороже, сам понимаешь.

– Разумеется, понимаю, – ответил я. – Это говорит о Фёдоре как об отличном фотографе.

– Да, фотограф он хороший. Но тут произошёл форс-мажор, – улыбнулась Лиза. – Личный фотограф Меньшиковых заболел, ну и мой босс подсуетился, предоставив Фёдора как крутого спеца.

– Даже не буду спрашивать, сколько твой босс получил за это денег, и сколько выдал Феде, – хохотнул я.

– Увы, всё как и везде, – печально пожала плечами Лиза. – Работодатель платит ровно столько, чтобы работник не помер с голода. Премию ему выписал, аж целых пятьдесят рублей.

– Ух, сколько деньжищ-то, аж голова закружилась от такой цифры! – воскликнул я, рассмеявшись, и Елизавета рассмеялась следом.

Мы с Лизой устроились в одной из палат. Она положила диктофон на стол, похожий больше на миниатюрный овальный портсигар, и включила записывающий прибор, начиная интервью.

Я ответил на общие вопросы – как мы придумывали название клиники, с чего начинали работу, как к нам пошли клиенты, и даже вкратце приоткрыл кулисы, рассказав о том, насколько серьёзные операции клиника проводит.

Разумеется, я не упомянул о причастности Гены к развитию нашего бизнеса, в том числе не выдал ненужные нюансы о «Реаниматоре», представив наше устройство уникальной купелью, которая действительно продлевает жизнь.

Федя в это время прошёлся по коридору и комнатам, делая нужные фото, а затем снял всю нашу команду, когда мы собрались вместе.

– Ты озадаченный чем-то, – заметила Елизавета, когда я провожал её к выходу.

– Да, есть отчего, – признался я. – Таргетолог нас кинул. В итоге до сих пор не запущена рекламная кампания чудо-купели.

– Так что вы заморачиваетесь, – удивлённо взглянула на меня Лиза, остановившись. Она достала смартфон, тыкая в экран. – Есть у меня одна знакомая. Тамара Шелест. Может слышал?

– Может и слышал, – кивнул я, и правда вспоминая фамилию. Где-то я её встречал. То ли в Сети, то ли в новостях мелькала её фамилия.

– Она вам всё по красоте сделает, – улыбнулась Елизавета.

– Толковая, говоришь? – принял я сообщение от Лизы с номером Шелест.

– Просто офигенный продажник, – подтвердила Лиза. – Даже пуховые одеяла в Африку продаст, если придётся. Причём купят оптом.

Я вернулся к Виктории, забирая текст, который мы составляли для рекламы, затем подошёл к ожидающей меня на выходе Елизавете.

Журналистка уже созванивалась со своей знакомой.

– Да, Тамар, конечно. Я сообщу твои расценки, – продолжала она разговаривать с ней и кивнула мне, принимая лист бумаги. – Конечно… И текст рекламный есть… Фото? Да, тоже имеется.

Я подождал, пока Лиза завершит созвон.

– Рекламную кампанию Тамара готова запустить уже сегодня, – сообщила мне Елизавета. – Но стоить будет вся эта радость восемьсот рублей.

– За месяц? Тогда устраивает.

– Да, кампания будет длиться месяц, – кивнула Елизавета. – Чей контакт ей отправлять?

Я прикинул. В целом, не прочь я с ней пообщаться, но всё же, как мне кажется, это займёт много времени. Зачем постоянно отвлекаться, если можно делегировать эту работу той, которая также работала в продажах. Продажник продажника всегда поймёт.

Я углубился в контакты, нашёл телефон Виктории.

– Записывай, – сообщил я Лизе и продиктовал номер.

– И ещё момент, – вздохнула Елизавета. – Ей нужно всё равно испытать вашу чудо-купель на себе, чтобы потом передать ощущения. Сам понимаешь.

– Вообще не вижу никаких препятствий для этого, – улыбнулся я.

– Ну всё, тогда я поехала. Спасибо за интервью, – подмигнула Елизавета и приблизилась, чмокнув меня в щёку нежными бархатными губами. – У меня вся неделя загружена, а потом может что-нибудь придумать.

– Мне нравится ход твоих мыслей, – заметил я, провожая Лизу взглядом до минивэна.

Я отправился обратно, зайдя в здание клиники. Направился не спеша по ступеням, размышляя насчёт того, как я отношусь к связи с Лизой. Эта девушка мне нравилась. Но как-то началось у нас всё бурно. Я не привык к такому, хотя был совсем не против. Слишком мало я знал о ней, поэтому, скорее всего, я и был слегка растерян.

Поднявшись наверх, я встретился взглядом с Пулей, который проводил меня взглядом и ехидно улыбнулся. Видно понял, что меня с Елизаветой связывает нечто большее, чем просто знакомство.

Вернулся я сразу в обеденную. Хоть время обеда было безвозвратно потеряно, пациентов ещё не было, и Настя решила приготовить поесть на скорую руку.

Мы поели куриный суп, приготовленный за пару минут на быстро-плите, но не успели перейти к чаю с эклерами, которые принесла Дарья. В коридоре появились первые пациенты.

И вновь я принял несколько больных с незначительными проблемамиы, что принесло клинике ещё тысячу двести рублей, а мне лично семьсот очков опыта.

Когда поток пациентов иссяк, мы всё же решили добраться до чая. Эклеры Дарьи были очень вкусными, с шоколадной начинкой.

– Кстати, из «Радуги», – заметила наша техничка.

– «Радуга»? – удивилась Настя. – Что-то знакомое.

– Сеть пекарен, – напомнила Виктория.

– Точно! – воскликнула Настя, доедая очередной эклер. – Да, очень вкусные, прям и придраться не к чему.

– Там их всегда вкусно готовят, – добавила Дарья.

Дверь в обеденную была открыта, и мимо неё кто-то прошёл. Затем в дверях мы увидели короткостриженую девушку с весёлым взглядом, алыми волосами. На руках несколько витиеватых татуировок.

– Приятного вам аппетита, – бархатным голосом произнесла девушка. – Я созванивалась с Викторией.

– Да, это я, – поднялась со стула блондинка. – Вы же Тамара Шелест?

– Можно просто Тамара, – махнула продажница. – И общаемся на «ты». Терпеть не могу эти выканья.

– Добрый день, – Захарыч покосился на причёску Тамары, затем на татуировки. – У нас вообще-то перерыв.

– Но, несмотря на это, мы можем выделить время, – добавил я, подходя к девушке.

– Я могу взглянуть на вашу купель? – заинтересованным тоном произнесла Тамара.

– Конечно, я сейчас вас проведу к ней, – направилась к ней Виктория.

Остальные остались, кроме Дарьи. Даша должна была включить установку, настроить режимы и контролировать работу купели на протяжении всего сеанса.

Через полчаса Тамара вышла в коридор. Глаза её чуть ли не огнём горели. – Это действительно чудо-купель, – призналась она.

– Даш, какой режим ставила? – поинтересовался я.

– Утро в лесу, – сообщила Дарья, довольно улыбаясь. – Рады, что вам понравилось.

– Тогда с вас аванс в четыреста рублей, – сообщила Тамара. – И приступаем. Кстати, фото у меня уже есть, текст тоже, так что больше от вас ничего не нужно.

– Может, как-нибудь обойдёмся без аванса? – подошёл к нам Захарыч.

– Я работаю исключительно с авансом. Мы заключим договор… – продолжила Тамара.

– Уже заключали договор, ага, – забурчал Захарыч, покрываясь пятнами и поправляя воротник рубашки.

– Егор Захарович, всё будет хорошо, – отвела его в сторонку Настя. – Может, вам успокоительного накапать? А то у вас пульс участился. Всё хорошо?

– Не обращай внимания, – улыбнулся я продажнице. – У нас это больная тема.

– Да, Лиза мне говорила, – кивнула Тамара. – Так что прекрасно вас понимаю. Есть и откровенное жульё, которое наживается на доверчивых гражданах. Сейчас, главное, не переживайте. Реклама начнёт работать уже завтра, а разгонится… – продажница закатила глаза к потолку, затем вновь перевела на меня взгляд, – думаю, через пять дней. Ваша купель действительно чудесная. Я буду только рада её рекламировать.

Я ненадолго задумался. Захарыч у нас банкует по оплатам, но сейчас с ним говорить бесполезно. Ему Тамара не понравилась, и дойдёт до того, что сама продажница устанет от его бухтения и пошлёт «Возрождение» куда подальше. Поэтому я и решил, что проще будет оплатить услуги мне. Потом старик, скорее всего, спасибо скажет. Что-то мне подсказывало, что Шелест отлично прорекламирует купель.

– Продиктуйте телефон, я отправлю аванс, – улыбнулся я, и через несколько секунд Тамара довольно причмокнула.

– Отлично, а теперь подпишем договор, – сообщила она, отправляясь к Виктории.

Я же вернулся в приёмную, готовясь к приёму очередных пациентов. Но вместо пациента в помещение зашёл нахмуренный Захарыч.

– Намалевала себе на кожу пакость. Тьфу, блин, – пробурчал старик, останавливаясь у стола. – Я не собираюсь ей платить, учтите. Очередная мошенница. А волосы? Вы видели её волосы?

– Егор Захарович, угомонитесь, – обратился я к старику. – Она знает своё дело.

– Леонид тоже знал, и что в итоге? – скривился Захарыч, встречаясь с нами взглядом. Но потом понял, что бесполезно спорить, и отмахнулся, кинув напоследок. – Да с кем я разговариваю вообще?

– Я уже оплатил ее услуги! – бросил я ему вслед.

– Ну и попрощайся с деньгами… – услышал я голос старика из коридора. – Оплатил он…

– Не обращай внимания, Лёш, – натянуто улыбнулась Настя. – Наш старичок в своём репертуаре. Брюзжит до поры до времени, а потом вместе с нами радоваться будет. Не знаю, почему, но я верю Тамаре. А интуиция меня никогда не подводит.

– Думаю, всё будет хорошо, – подтвердил я, заметив в дверях довольно бледного пожилого мужчину с аккуратно стриженой бородкой и бакенбардами.

– Добрый день, – поздоровался он и остановился в дверях.

– Добрый, – ответил я. – Проходите, пожалуйста.

Мужчина направился неуверенной походкой к столу, а Настя замерла, затем всмотрелась, охнула и подбежала к мужчине, растерянно улыбаясь.

– Добр-рый день, Михаил Христофорович, – пробормотала она. – Что с вами случилось?

Вообще ничего не пойму. Откуда Настя его знает? Что за странное поведение?

Но ладно, потом выясним. Сейчас, главное, понять, что с пациентом.

– Случилось… Да вот, что-то давление пошаливает, акх-ха-кх-ха! – зашёлся в приступе кашля мужчина, а затем начал задыхаться, округлив глаза.

– Ох, что же это с вами, Михаил Христофорыч⁈ Лёша, что с ним? – чуть не заплакала Настя, когда мы подвели пациента до кушетки.

Но я пока не мог ответить. Мне нужно было время, чтобы продиагностировать пациента.

Мужчина сел на кушетку, продолжая кашлять, а затем согнулся. И в этот момент из его рта на мраморный пол закапала кровь.