Текст книги "Мой Советский Союз Магических Республик 3 (СИ)"

Автор книги: Сергей Вишневский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Глава 19

После смены бригада скорой помощи расположилась в курилке – тесной комнате. Крашеные стены потускневшего зеленого цвета, прокуренный воздух, смешанный с запахом черного пережженного кофе, старенький, пожелтевший вентилятор вместо форточки. Семен и Кирилл сидели за потрёпанным столом, потягивая чай из кружек с потрескавшимся лаком – горячий, с лёгкой кислинкой от лимона, который кто-то из работников оставил в холодильнике. Судя по состоянию лимона – лежал он там давно. Юрий Анатольевич, старший бригады, стоял у окна с сигаретой в руке, выдыхая дым в неподвижные лопасти вентилятора, и неторопливо объяснял:

– Понятное дело, что все непросто, – начал он, сделав глубокую затяжку, – Нам нужен прибор, который сможет показать кости. Четко, без помех. Чтобы переломы, трещины – всё как на ладони. А то порой сам черт ногу сломит. Трещину за ушиб принять – раз плюнуть. Травматолог-то на глаз прикинуть может, а я вот уже не всегда. Вот привозим травмированного – удар головой, например. Есть кровь в голове? Нет? А у него голова разбита, потому что упал? Или потому что у него тромб в голове?

Сидевший рядом с парнями Алексей шмыгнул носом. Он держал в руках кружку с кофе, черным и густым. Пару раз он глянул на студентов, на доктора, после чего опустил кружку под стол. Второй рукой он достал фляжку и под столом ливнул из нее в кофе. Спрятав плоскую, потрепанную, с вмятиной от какого-то старого случая фляжку, он как ни в чем не бывало снова поставил чашку на стол, оглядел присутствующих и плеснул в кружку янтарной жидкости. Сделал глоток, поморщился слегка, но на лице мелькнула довольная ухмылка. Он откинулся на стуле и уставился в потолок.

– И органы, – продолжил Юрий Анатольевич, стряхивая пепел в жестяную банку. – Структурно. Чтобы видеть, где что не так – печень, лёгкие, сердце. Без всей этой громоздкой ерунды. А то как сейчас – пальцем в небо тычем, пока в больницу не довезем.

Леха снова потянулся к фляжке, плеснул ещё немного в кружку под столом, размешал ложкой, отчего звякнул металл о керамику, и сделал глоток поглубже, чувствуя, как тепло разливается по телу.

– А ещё артерии, вены, – затянулся врач, выпуская дым кольцами, – и кровоток по ним. Чтобы видеть, где закупорка, где тромб, где всё нормально течёт. И главное – аппарат должен быть носимым. Не эта бандура размером с шкаф, которую в больнице ставят, а что-то компактное, чтобы в сумке унести и на вызове использовать.

– Ох, помню деда одного, – подал голос Леха, сделав ещё глоток из кружки. – Упал на улице, головой стукнулся. Мы его в травматологию увезли, думали, сотрясение. А там глядь – тромб в голове, инсульт приключился. Если б сразу увидели – может, и по-другому всё пошло.

Семен кивнул, достал из кармана блокнот и ручку, принялся быстро записывать – строчки выходили неровными, но четкими. Кирилл, сидевший напротив, сделал то же самое, отставив кружку с чаем и нахмурившись в сосредоточенности.

– А вес? – уточнил Семен, не отрываясь от блокнота. – Сколько максимум?

– И длительность работы, – добавил Кирилл, чиркая ручкой. – На сколько заряда хватит?

Юрий Анатольевич умолк, глянул на Леху – тот уже поплыл, глаза стеклянные, на лице блаженная улыбка, и кружка в руке чуть покачивается.

– С кристаллами ещё можно что-то придумать, – ответил врач, туша сигарету. – Ну, САТО для скорой сколько-нибудь выделит. А вот вес надо ограничить. Хотя бы десять килограмм.

– Мало, – подал голос Семен.

– У нас баллон на десять литров, – подал голос Леха. – Попробуешь с ним на пятый подняться и остальное тащить?

– Ну, я…

– Десять киллограм, – повторил Юрий Анатольевич и кивнул. Тут его взгляд переместился на фельдшера, что расслабленно откинулся на спинку стула, вытянул ногу и мелкими глоточками прихлебывал кофе.

В этот момент из кармана выпала фляжка, звякнув о бетонный пол.

– Ну, не на работе же! – проворчал реаниматолог и осуждающе глянул на Алексея.

Леха хмыкнул, стукнул пальцем по циферблату наручных часов и ответил:

– А я и не на работе! У меня уже отсыпной!

* * *

Семен с Леной шли из кинотеатра по вечерней аллее. Теплый летний вечер обволакивал город: солнце уже скрылось за крышами, оставив на небе отголоски мягкого оранжевого и розового, воздух был наполнен ароматом цветущих цветов на клумбах и пыли после дневной жары, а в кустах стрекотали сверчки, перекрывая шум редких машин.

Еще не стемнело, но уже включились фонари, а кое-где и вывески магазинов.

– Мне вот интересно, зачем подсветку вывесок включают, – задумчиво произнес Кот, вышагивая рядом с девушкой. – Не работают ведь!

Лена шла рядом и прижимала к себе букет цветов, что парень притащил в больницу, когда она выписывалась. После чего огорошил билетами в кино. Она улыбалась, вдыхая запах свежих роз.

– Где ты их достал? – с лёгкой улыбкой произнесла она, перекладывая букет в другую руку.

– Места надо знать… И парочку армян, – пожал плечами Кот, пару секунд помолчал, а затем произнес: – Как тебе лежать в больнице?

– Крайне скучно, – буркнула в ответ девушка. – Я там чуть с ума не сошла от скуки. А еще теперь практику отрабатывать… Но есть и плюсы.

Тут она слегка толкнула Семена плечом в плечо.

– Букет все равно утешает. Спасибо, Сема.

Семен хмыкнул, поправляя сумку на ее плече.

– Да ладно, пустяки. Главное, что ты в порядке.

Лена глянула на него и спросила:

– А у тебя какие планы на лето? Решил все же в деревню? Ну, после практики…

– Пока нет, – пожал плечами парень. – Вернее не совсем.

– Это как?

– Надо бы работу искать наверное, только в деревню надо, бабушку проведать, – пожал плечами Кот.

– Ты деревенский, – глянула на него Лена. – Всегда хотел быть целителем?

– Нет, конечно… У нас на потоке только ты целителем изначально быть хотела по моему, – усмехнулся парень. – А я… Раньше, когда еще не поступил, идей много интересных было. Я же до поступления планировал стать артефактором. Хотел дома рунную ферму сделать. Чтобы и творог, и молоко, и сыр, и яйца в больших количествах в райторг сдавать.

– А потом? – заинтересованно спросила девушка.

– А когда на целительский поступил, понял, что придется в городе осесть. В деревне только фельдшер один на всю деревню и несколько докторов на район.

Лена кивнула, задумчиво глядя под ноги.

– Расскажешь про эту рунную ферму? Как ты ее себе представлял? Руны на курицах рисовать собирался?

Семен хохотнул, представив себе это зрелище, почесал подбородок, приобнял Лену за талию и принялся объяснять, жестикулируя свободной рукой:

– Ну, смотри, Лен. В деревне у нас сарай большой, старый, от деда остался. Я хотел его переоборудовать под артефактную линию. Начать с простого: руны на таре для молока. Я, еще когда в РайТорге шабашил, заметил – большая проблема с молочкой. Срок годности маленький.

– Так вроде же пастеризация и… – начала было девушка.

– Да, но тут тоже свои нюансы. Я думал сделать так, чтобы молоко не кисло, и творог подольше хранился.

– И коров бы завел, пас, – хмыкнула Лена.

– Зачем? У нас, считай, почти в каждом дворе по корове. Договорился бы, собирал излишки, упаковывал и продавал, – пожал плечами Семен. – Назвал бы их как-нибудь. Можно было бы оформиться как кооператив и работать спокойно.

Лена усмехнулась, представив.

– А сыр? Сыр бы делал?

– Сыр посложнее, – кивнул Семен. – Там и бактерии нужны, и сычужный фермент, да и аппараты. Ну, которые постоянную температуру держат…

– Термостат, – подсказала девушка.

– Вот. С бактериями я ничего сделать не смогу. По крайней мере, пока. Сычужный фермент тоже закупать пришлось бы. Ну, а термостаты – это да. Для созревания сыра – самое то. Вообще, если так хорошо подумать, можно такую ферму отгрохать, что все соседние колхозы обзавидуются.

– Звучит как несбыточная мечта, – усмехнулась Лена.

– Не то чтобы не сбыточная, – поправил Семен с ухмылкой. – В деревне работы и так хватает – поле, огород. А тут считай, тоже работать надо. Кур покормить, молоко собрать, закваски там всякие, ферменты… Я сейчас уже понимаю – сильно замахнулся. Облегчить труд фермеров – да. Можно. А вот полностью его автоматизировать… Ну, это вряд ли. Это прям большой колхоз надо уговаривать работать по-новой.

– Их-то уговоришь, – хмыкнула Лена.

– Вот и я о том же, – вздохнул Семен и сунул руки в карманы.

Пару минут они шли вместе, после чего девушка спросила:

– А как тебе в деревне жилось? С бабушкой? Я прям в деревне никогда не жила.

– Ты же с района, вроде бы, – нахмурился Семен.

– А у нас в крае других городов нет? – глянула на него Лена

Семен неуверенно пожал плечами, а затем улыбнулся, представив родные места.

– Нормально жилось. Свежий воздух, река рядом, лес. Иногда одиноко было. У меня… друзей почти не было. Больше так… Знакомые, – тут Кот глянул на подругу и спросил: – После практики поедешь со мной в деревню? С бабушкой познакомлю.

– Ты уже звал, но… Знаешь, а давай! – кивнула Лена. – Все равно делать летом в городе нечего. Только работу искать.

– Говорю вам, новая вывеска у «Камы»! Яркая такая, с огнями! Пошли, сами увидите! – донеслось до прогуливающейся парочки.

Семен глянул в сторону лавочки, на которой сидела троица парней. Перед ними стоял четвертый, что-то оживленно рассказывая и указывая в сторону, куда направлялись Семен с Леной.

После оживленного рассказа, парни рванули в указанную сторону.

Лена же сморщилась, глянула по сторонам и взяла Семена под руку.

– Ты чего? Болит что-то?

– В хирургии, после выписки, у всех одна и та же проблема, – проворчала девушка. – Попа болит от уколов. Я на мопед села – больно.

– Грелку надо, – кивнул с легкой улыбкой Семен, а затем почему-то вспомнил друга. – Кириллу не получается собрать свой мопед. Тебе собрали, а дальше…

– На опытном затянули гайки жестко? – спросила девушка.

– Не то слово, – кивнул парень. – Наши договорились с Фролами. Туда переводятся. Кооператоры их с руками всех сгребли. Даже автобус нашли. Будут с рынка всех забирать.

– Ну, – нахмурилась Лена. – Может тогда прототип Кириллу отдать?

– Ну, я вроде как… – нахмурился Кот.

– А ты меня возить будешь, – глянула на него Лена.

Семен глянул на девушку, затем на миг представил, как к нему будет прижиматься подруга, и расплылся в улыбке.

– Что у тебя с лицом? – хохотнула Лена.

– Что с ним? – тут же смутился парень.

– Кот, ты словно банку сметаны на халяву достал, – подтянула к себе поближе парня девушка. Семен кашлянул. Постарался принять максимально серьезный вид и произнес:

– Если отдадим Кириллу прототип, то сами на твоем в деревню можем рвануть. Вместе. Как раз испытания получатся. Почти сто двадцать километров ехать.

Парочка как раз дошла до перекрестка Они повернули и обнаружили тех самых парней с лавки у остановки. Мальчишки стояли и пялились на новую, яркую вывеску «Кама» над рестораном. Красные, яркие, неоновые лампы. Синяя рамка в наступающих сумерках. Выглядело это крайне эффектно.

Лена толкнула друга в плечо.

– Ты чего встал?

Парень стоял, молча глядя на вывеску с отсутствующим взглядом.

– Семен?

– А? А, прости…

– Ты чего?

– Ничего, просто… У меня появилась идея! – ответил Семен, не сводя взгляда с вывески.

* * *

Семен стоял у стола на кухне. Морщился, вытирал слезы рукавом, но продолжал шинковать лук. Тот отвечал хрустом и мелкой крошкой, что рассыпались по доске. Воздух вокруг парня наполнился резким, едким запахом, от которого щипало в носу и глаза слезились еще сильнее.

Лена стояла рядом и резала мясо – куски постной говядины ложились на доску ровными кубиками под ее уверенными движениями ножа. Сока было мало, говядина была слегка серой, но девушку это совершенно не смущало. Мясо было куплено напрямую у мясника, что приторговывал налево обрезками на рынке.

– Не нужно идти по пути стационаров, – произнес Семен, шмыгнув носом и моргая от рези, пока слезы катились по щекам, оставляя мокрые дорожки. – Это тупик, Лен! Полный тупик. И нет необходимости для такой точности, понимаешь? Это скорая, не стационар. Надо действовать по-другому. Нужно схематичное изображение, вот!

Лена глянула на него, не отрываясь от мяса, и усмехнулась. Ее волосы слегка прилипли к вспотевшему лбу от жары плиты.

– Ну, и как ты себе это представляешь?

– Нужно как в вывеске! – оживился Семен, размахивая ножом для пущей убедительности, отчего несколько мелких кубиков лука с ножа разлетелись по столу. – Сделать простой поисковый комплекс. Ну, типа учебного, но вывернуть его так, чтобы он работал по телу. А чтобы он все подряд не перекапывал в машине – выставить ограничители.

– А искать-то ты что будешь?

– Ну, так в самом приборе выставлять, что ищем. И еще сделать тонкую подстройку. Кость, кровеносные сосуды, артерии-вены. Ну, еще по органам. Может, удастся настроить воспаление, а? И проекцию сделать на полметра вверх от тела. Представь: в машину каталку завезли, ограничители выставили – и все видно, как на ладони!

Лена нахмурилась, отложила нож и вытерла руки о фартук. Уперев их в бока, она тяжело вздохнула и оглядела фартук, ткань которого была испачкана пятнами от мяса.

– Ограничители – это не то, Семен. Совсем не то! Это так не работает, поверь. Я читала в геологических заметках – мол, пробовали на рудниках искать залежи, и геологи пробовали. Слишком большой расход, да и ограничители тоже жрут энергию как не в себя. Не выйдет твоя затея, только зря силы потратишь.

В этот момент на кухню с виноватым видом зашли Истукан и Кирилл, их шаги эхом отозвались по линолеуму, а дверь скрипнула, пропуская запах улицы – пыли и вечерней прохлады. Семен расплылся в улыбке, увидев их, и тут же кивнул на миску с морковью, где лежала морковь.

– О, подкрепление! Киря, давай, берись за дело – чисть и режь морковь. А то я тут с луком мучаюсь, столько слез, что плов походу солить не надо будет.

Осетренко замер, глянул на овощи и мотнул головой, потупив взгляд. Несмотря на уставшую позу, лицо выглядело вполне довольным.

– Не… не голоден я. Перекусил уже.

Лена замерла и повернулась к Кириллу. Оглядев его с ног до головы, она без особого интереса спросила:

– С Катей, да?

Кирилл неуверенно кивнул, почесав затылок, его щеки слегка покраснели.

– Ну… да, с ней.

Та молча кивнула и отвернулась к плите. Словно ей было все равно.

– Семен, я долго лук ждать буду? Или ты там в слезах утонешь?

Семен протянул ей миску с нашинкованным луком и глянул на Истукана, приподняв бровь, пока воздух наполнялся ароматом жарящегося мяса.

– А ты тут чего тогда? Просто так заглянул?

Тот пожал плечами, глянул в спину Осетренко, что направился в сторону своей комнаты, а затем на свои ботинки, что оставили следы грязи на полу.

– Да, я… Со смены еду… Автобус через весь город тащится, черт его дери. Голодный как волк, поесть не успел – вот и подумал, может, у вас…

Семен покосился на Лену. Та кивнула не оборачиваясь. Взяв мясо с доски, она высыпала его на сковороду. Кот же с довольной миной взял нож и морковку, которые с торжественным видом вручил Истукану.

– С соизволения великой, несравненной и прекрасной – присоединяйся! – продекламировал Кот. – Кстати, ты не в курсе, как заставить поисковое заклинание показать кость?

– В смысле? – растерялся Истукан. – Зачем?

– Ты чисть, чисть, – кивнул на тарелку с морковью у него в руках. – Суть – нужен диагностический аппарат с визуализацией. Переносной, чтобы до десяти килограмм.

– Так, – сел на табуретку Истукан.

– Я сторонник визуализации через поисковое заклинание, – начал пояснять Кот. – Но если мы берем стандартное поисковое, то нужны ограничители на тело выставлять. Лена говорит – они всю силу сожрут.

– Так… – встряхнул головой старшекурсник. – Давай сначала ТЗ, ограничения и прочее…

– Ну, смотри… – вздохнул Семен и принялся пояснять с самого начала.

Лена же повернулась к парням и с улыбкой уставилась на Кота. Тут ее взгляд скользнул к Кириллу, что показался в проеме. Она молча кивнула ему на свободный табурет, что стоял у стены, и вернулась к готовке.

* * *

Глава 20

– Рук вот сюда, и здесь у нас соединение с третьим комплексом получается, – вывел на доске Семен, после чего повернулся и глянул на Кирилла, что стоял у окна с задумчивым выражением лица. – Поисковое? Да. Ограничители есть? Да! А вот этот комплекс будет проецировать, как у вывески неоновой.

Осетренко стоял у окна, рамы которого были покрыты свежей белой краской. Парень задумчиво смотрел на ясное голубое небо, без единого облачка и словно мечтал о чем-то. Однако, обращение к нему тут же сняло с него задумчивый вид. Кирилл тяжело вздохнул, почесал лоб и подошел к доске.

– Это только кости. Смотри, меняем вот тут на поисковое крови и… – тут он взял мел у друга и сделал несколько исправлений в рунах поискового комплекса. – И что получается?

Тут, сидевший на столе у стенки в позе лотоса Истукан, спустился на пол и произнес:

– У вас вся проекция и ограничители смещаются, – парень подошел к доске, ткнул палец в коробочку с мелом, и прямо им начал вводить поправки. – Коэффициенты нагрузки вот тут и тут уходят. А это значит, фонить будет. Фон будет отдавать на проекцию и никакой точности у тебя не будет вообще.

Кот открыл было рот, чтобы возразить, но спустя пару секунд закрыл его и нехотя кивнул.

– Проблема не в исполнении поискового заклинания, – продолжил Истукан. – Проблема в принципе. Ты хочешь заставить работать площадное заклинание в крайне ограниченном пространстве. А это даже звучит глупо.

Семен сложил руки на груди, отошел от доски и хмуро уставился на нее.

– Нужен другой подход, – кивнул Кирилл и встал рядом с другом.

– Нужен, только… Какой? – тяжело вздохнул Семен.

В этот момент в кабинет красного уголка, где собрались ребята, зашла Лена. Девушка поставила термос и пристроилась рядом с парнями, вглядываясь в систему рун на доске.

– А почему именно поисковое? – спросила она спустя несколько секунд.

– А есть другие варианты? – хмыкнул Кот.

– Ну-у-у-у-у… А почему не делительное? – пожала плечами Лена и принялась откручивать крышку термоса. – Помните, как мы песок, гвозди и масло разделяли?

– А причем тут… – нахмурился Кирилл. – Мы же их в банке разделяли, а не…

– Если можно разделить их в банке, то почему нельзя разделить их… сигналы?

Секунд десять в комнате стояла полная тишина.

– Отклик «Шолохова», – тихо произнес Кот, принявшись потирать подбородок. – Передатчик на ноги, приемник на макушку. На приемнике задавать, что выводить. Кровь, скелет или мочу, например.

– А вывод? – глянул на доску истукан. – Там вывод волновой или через резонанс?

– Понятия не имею, – признался Семен и глянул на Кирилла.

– Отклик этот только в металлоконструкциях применяют, – пожал плечами Осетренко. – Я, его толком и не разбирал. Так, мельком видел, что металл можно проверять на каверны.

– Так, – Семен глянул на Лену. Та ливнула в крышку еще кофе и передала ему. – Киря, ты займешься откликом?

– Угу, – кивнул парень.

– Надо схему, и четкое понимание по какому принципу оно работает и каким образом идет вывод информации, – продолжил Семен и глянул на Истукана. – Слушай, а у вас там случаем магокалькутрона нет? Ну, на заводе.

– Нету, – пожал плечами парень.

– Плохо, – буркнул нахмурившийся Кот.

– Может к Одинцову обратимся? – подала голос Лена. – Он может подсказать и…

– Я к ним ни ногой, – буркнул Семен и глянул на Кирилла.

– Я тоже, – буркнул Кирилл и глянул на Истукана. – Может проще в САТО попроситься на разовый проект? К Льву Петровичу.

Семен пару секунд подумал, а затем кивнул.

– Я к ним съезжу. Попробую договориться.

– Мяса и муки прихвати по дороге, – кивнула Лена, забрав крышку от термоса. – Пельмени будем лепить.

– Почему пельмени? – удивился Кирилл.

– А вы не заметили, что как кураж ловите, так мне помогать некому? – хмыкнула девушка. – Я на вас троих готовить одна не буду! А так пельмени в морозилку и всегда быстро сварить можно.

– Ну, я как бы… – подал голос Истукан.

– Ты еще скажи, что по вечерам с этими двумя сидеть не будешь, – хмыкнула девушка.

– Буду, – с усмешкой кивнул парень.

– Значит и лепить будем, – кивнула Лена. – Много!

* * *

Помещение САТО было размещено в массивном бетонном здании. Каркасе, еще на стадии заливки бетона, была распределено достаточно много защитных и экранирующих рун. Это по началу было проблемой для размещения специальных комплексов для контроля температуры, но опытные артефакторы нашли выходы, разместив охлаждающие и нагревающие комплексы в вентиляции.

Однако, даже так, в особо жаркие дни, когда от солнца нагревался не только воздух, но и сам бетон, эти приемы совершенно не помогали.

Именно по этому парочка артефактов в мастерской сидели в рубахах с мокрыми спинами.

Лев Петрович подтянул к себе пластиковую коробку, взял отвертку и принялся откручивать болты, на которых виднелась краска с завода.

– Лева, – раздался голос рядом. – Нам за это хотя бы заплатят?

Мужчина тяжело вздохнул, подергал ворот рубахи, чтобы немного охладить мокрое от пота тело, затем покосился на полного артефактора, что сидел рядом и буркнул:

– Заплатят… Потом догонят и еще раз заплатят. Ты накопитель в охладителе проверял?

Коллега рядом тяжело вздохнул, посмотрел на часы, над дверью и буркнул, взяв кисточку и придвинув к себе бутылек с краской:

– Зачем? Знаешь ведь, что бесполезно… У меня, кстати, теща сегодня приезжает из Тюмени. Жена стол накрыла. Просила не задерживаться, – проворчал он. – А тут, блин… Трудовой подвиг.

– Валя, любой подвиг – это чей-то прое…

– Вот и я про то же, – кивнул артефактор. – Кто вообще допустил резонансный сдвиг на складе? И почему это все должны разгребать мы, а не кретины, что модули в одно место свалили?

– Если им хватило мозгов свалить высокоточные модули в одну кучу, то с чего ты решил, что им хватит мозгов исправить три руны и поменять изоляционный лак? – хмыкнул начальник САТО.

– Ну… да, но… – Валентин тяжело вздохнул, слегка сгорбился и произнес: – Моя меня с потрохами сожрет.

Он принялся молча выводить руны в приборе, а Лев Петрович хмыкнул и покосился на стопку коробок с такими же агрегатами. Затем его взгляд покосился на часы, после чего он произнес:

– Жалко студенты ушли. Было бы кого подвязать.

– Жалко, – кивнул Валентин. – С тележкой у них красиво вышло. На работу интересно ходить было, а то у нас все одно и то же… То перезарядка, то замена накопителя, то вот… Рукожопы со склада.

В этот момент с улицы послышался странный гул, похожий на кошачье «тр-р-р-рх». Валентин не обратил на него внимания, а вот Лев Петрович нахмурился. Он уже отвинтил крышку и молча уставился на ту же, что и в предыдущих коробочках, проблему – выгоревшие руны.

– Здрасте, Лев Петрович! – заявил Семен, что без стука вошел к помещение.

Синицин хмыкнул, поднял взгляд на парня и кивнул.

– Здорова! Какими судьбами? – взял кисточку артефактор.

– Да, вот… – Семен оглядел недовольную парочку, что и не думала отрываться от процесса, а затем кивнул на дверь. – Приехал похвастаться! Мопед! Капля! Наша разработка!

– Слышал, видел, – кивнул Лев Петрович, начав заново наносить краску на руну. – Интересный аппарат.

– Это ваших рук дело? – оторвался от рун Валентин и закрыл флакончик, придвинув к себе другой. – Сами проектировали?

– Ага! Я на нем! Может глянем?

Валентин глянул на старшего, затем на коробки с высокоточными модулями и, тяжело вздохнув, принялся наносить лак на схему.

– Некогда, Кот. Некогда, – проворчал лев Петрович, выводя руны. – Срочный ремонт целой партии.

Кот глянул на коробки, затем на десяток готовых модулей и спросил:

– Так, это… Может помочь?

Старший артефактор хмыкнул, отложил кисть и глянул на Валентина. Тот смотрел на него с видом мольбы и не произнесенной вслух просьбы.

– Так… – вздохнул он и кивнул на коробки. – У нас тут почти три сотни модулей. Везде одно и то же. Три руны заново краской нанести и покрыть лаком. Сколько можешь подтянуть людей?

– Ну-у-у-у… – растерялся Кот. – Если надежных – еще двоих. Один под вопросом. Может вечером сможет. Тут ведь вопрос в другом.

Лев Петрович покосился на Валентина. Тот молча показал ему четыре пальца.

– Триста на нос. Но всю работу проверять будем.

– Лев Петрович, так я на разгрузке вагонов больше зарабатываю! – возмутился Семен. – А тут квалифицированный труд, причем объемы…

– Сема, не летние каникулы – у меня тут очередь бы стояла, а ты…

– А я очереди не вижу, а у вас тут завал, – кивнул на коробки Кот. – Четыреста! И доступ к магокалькутрону!

– Ты, не борзей, Кот. Магокалькутрон у нас один, да и допуск к нему…

– Мы руны вам все сдали, – напомнил Кот. – Да и работали уже.

– Под нашим присмотром, – вставил артефактор.

– Так нам другого и не надо, – закивал Семен. – Четыреста и доступ к магокалькутрону, под вашим присмотром.

Лев Петрович глянул на напарника. Тот состроил кислую мину, чтобы подыграть и произнес:

– Так-то больно дорого, но… – тут его взгляд снова упал на коробки. – Но и мы не в том положении. Думаю, мы это себе позволить можем.

– Зови своих, – кивнул на телефон в углу на столе Лев Петрович. – Иначе мы тут до полуночи возиться будем.

Семен подошел к столу, взял трубку и быстро набрал номер.

– Киря! Ты где?.. Ага… Слушай, тут помочь надо… В смысле, где? В САТО!.. Да… Да, четыреста на нос и доступ к магокалькутрону…. Ага… Стой! За Ленкой заедь! Да, и записку Истукану оставь, чтобы сюда пер, как со смены приедет…

Тут Кот покосился на коробки, затем на артефакторов и усмехнулся.

– Да. Работы точно на всех хватит!

* * *

Семен недовольно сопел, смотря как Валентин Николаевич заканчивал схему на темной зеленой двери что выполняла роль доски. Из-за того, что схема была громоздкой, пришлось ее рисовать сверху вниз, отчего конец ее оказался ниже дверной ручки и дописывал схему Валентин согнувшись в поклоне.

– Ну, зачем… Зачем это? – подошел Кот и ткнул пальцем в круг из мелких рун. – Это же усложняет, и наводка из-за круга будет! Почему не линейная схема? К чему это все?

– Потому, что твои линейные схемы – это геморой в будущем! – буркнул мужчина и глянул на Кирилла, что сидел за магокалькутроном и тыкал пальцем в руны. – Ты сейчас упростишь, а потом костыли будешь мастерить.

– Причем тут костыли? – нахмурился Кот.

– Фон – раз, – начал загибать пальцы артефактор. – Твои линейные схемы будут выдавать фон и…

– Экранируем, – отрезал Семен.

– А это не костыль? Зачем делать экранирование, если можно просто сделать циклический конструкт. У них коэффициент… – тут он на свободном кусочке двери начал выписывать цифры. – Семнадцать сотых. А у линейных почти единица, даже при условии, что ты все углы выставишь, меньше чем ноль четыре ты не сделаешь.

– Ну…

– Второй момент – самопроизвольное сопряжение, – продолжил давить артефактор. – Помните, как у вас УШМ синхронизировалась с тележкой? Тут ведь такие же стандартные руны.

– А циклическая разве не будет… – стал еще более задумчивым Кот.

– Чтобы у тебя сработал эффект самопроизвольного сопряжения надо, чтобы круг был один в один, с тем же потоком и тем же тактом потока силы.

– Ну, допустим, – нехотя кивнул Семен.

– Я тебе еще три причины могу назвать, но даже этого достаточно, – постучал блым от мела пальцем артефактор по двери пальцем. – Сделай нормально сразу – нормально работать будет, а не мастери костыли. Понятно?

– Понятно, -кивнул Кот и покосился на Кирилла. – Киря, что там получилось?

– Складно получилось, – задумчиво произнес Осетренко и покосился на книгу у себя на коленях. – Если выставить углы, то коэффициент фона выходит девять сотых.

– Ладно, – кивнул Семен. – Тут вы правы. Только нам еще вывод надо сделать. А с циклическим вариантом у нас вся идея с отображением идет к черту.

– Мысль, конечно у вас интересная, – подал голос Лев Петрович. – Но ты прочему уперся в это выведение через цветовой фон?

Семен смутился, глянул на старшего артефактора, затем на Лену с Истуканом, что молча занимались нанесением рун, а после неуверенно пожал плечами.

– А как еще?

– Вот она, современная система образования артефактов, – хмыкнул Валентин Николаевич. – Если этого нет в учебнике, то этого не может быть.

– Они целители, – хмыкнул Лев Петрович.

– Ну, даже так – все равно… – начал было Валентин Николаевич.

– Что-то я ничего не понял, – нахмурился Семен.

– Ты мыслишь узко, – вздохнул Лев Петрович. – Ты хочешь выводить эффект от артефакта так, чтобы было видно всем. То есть проекция над больным. А зачем?

– А как еще? – Семен глянул на Лену с Истуканом. Те уже принялись покрывать лаком руны.

– Можно сделать так, чтобы было видно одному, – подал голос Истукан. Парень работал, но не забывал слушать разговор.

– Это как?

– Как сварщик, – произнес старшекурсник.

– Эти вроде как маска у сварщика, да? – подала голос Лена. – Ничего не видно, пока варить не начнешь, так?

– Что-то типа прибора, который… Будет показывать визуально то, что запросишь? – неуверенно произнес Семен, глянул на схему, а затем на Валентина Николаевича, что расплылся в довольной улыбке.

– Глянь, прям подметки рвут, – усмехнулся он, глянув на старшего артефактора.

– Есть такое, – кивнул мужчина и отложил очередной модуль.

– Маска как у сварщика не покатит, – задумчиво произнес Семен. – Нужно, чтобы было видно и тело и то, что видит артефакт.

– Если зациклить вашу схему, там потребление будет копейки, – подал голос Кирилл, глядя на исписанную дверь. – И не делать ее узкой в плане отображения. А все настройки перенести на устройство, которым смотреть будем.

– Каленое стекло, – тут же произнес Семен, открыл дверь и принялся строчить на нем руны. – Можно что-то типа очков…

– Маска, – выдал Осетренко. – Очки нецелесообразно. Будут громоздкие.

– Через руны настройку задолбаемся делать, – выстукивая мелом по двери, произнес Кот.

– А зачем ее вообще делать? – спросил Кирилл.

Семен тут же замер и выглянул из-за двери.

– В смысле?

– Так, а почему бы основу не сделать на корпусе, а всю считывающую часть на стекле? Ну, и менять стекло, в зависимости от того, что надо глянуть.

Семен хлопнул глазами, глянул на замершего Льва Петровича, затем на Валентина Николаевича, что стоял вскинув брови.

– Киря, – усмехнулся Кот. – Считай!

– А как бы… – растерянно произнес младший артефактор.

– Валентин, – кивнул Лев Петрович на место рядом с собой. – Хватит помогать. Сами разберуться.

Мужчина неуверенно прошел к месту, затем вернулся к двери, заглянул на обратную сторону, где Семен продолжил выстукивать мелом руны. Постояв так секунд пятнадцать, он вздохнул и вернулся к столу. Усевшись рядом с коллегой, он взял сломанный модуль и принялся его разбирать.

– Что там? – с усмешкой спросил Лев петрович.

– Он всю цепь в один круг замыкает, – буркнул Валентин Николаевич.

– Потенциальный сдвиг считать надо…