Текст книги "Мой Советский Союз Магических Республик 3 (СИ)"

Автор книги: Сергей Вишневский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 17

Леша сидел с прикуренной сигаретой и хмуро поглядывал на студентов, что оделись в форму скорой помощи.

– Орлы, млять… – буркнул он, стряхнул пепел и тяжело вздохнул. – Время сколько?

– Полвосьмого, где-то, – пожал плечами Кирилл.

– Смена через сколько начнется?

– Через полчаса, – отозвался Семен.

– И сейчас у нас что? – спросил фельдшер и затянулся.

– Пересменка…

– А на пересменке делают что?

Парни переглянулись.

– Передают ящик с лекарствами, проверяют оборудование и… – начал было Осетренко, но Леша его перебил:

– А какого хрена вы тогда передо мной стоите?

Семен ткнул друга в плече и направился к подстанции.

– Семен, так мы ящик толком… – начал было Кирилл.

– Разберемся, – шепнул Кот и направился первым.

Ребята прошли в здание подстанции, прошлись по коридору и оказались у двери в комнату отдыха реанимационной бригады.

– Здрасте! – вошел в комнату Семен и уставился на женщину, что спокойно выкладывала из ящика лишнее. Парень немного растерялся. – Э-э-э… А как бы…

– Студенты? – не глядя на них произнесла та.

– Ага.

– С кем будете?

Кирилл с Семеном переглянулись.

– С Алексеем.

– Леша… – вздохнула она, явно какой-то местный работник. – Не повезло.

Женщина оторвалась от ящика, осмотрела студентов. Прикинув что-то в уме, она спросила:

– Какой курс?

– Третий.

Покачав головой, она пододвинула к ним ящик и спросила:

– Кто у вас руки, кто ящик?

– В смысле?

– Кто из вас будет делать манипуляции, а кто будет готовить лекарства и контролировать ящик?

– А это обязательно или… – начал было Осетренко.

– Обязательно. Когда по двое работаем на бригаде – всегда четкое распределение. Знать и уметь должны оба, но если сразу не договорились – будет суета и лишние телодвижения, – отозвалась она. – Если все согласовано – никто никому под руку не лезет.

– Мы в прошлый раз просто носили, – неуверенно произнес Кирилл. – Мы как бы…

– Третий курс – по меркам обычного меда – уже должны уметь, – пожала плечами сотрудница. – И раз не решили, то ты! – указала она на Кирилла. – Будешь на ящике. А ты, – перевела палец на Семена, – ты будешь руки.

Тут дверь открылась, и на пороге показался хмурый Алексей.

– О! Леша, прими ящик! Мне на классный час надо, к дочке, – тут же спохватилась женщина.

– Вот эти двое пусть принимают, – недовольно буркнул Алексей.

– И расписываться тоже им?

Фельдшер, что уже собирался достать свою кружку, тяжело вздохнул, глянул на женщину и недовольно буркнул:

– Ну, и язва ты, Оль! Дай кофе попить спокойно, а?

– Пошли, давай, – хмыкнула та и направилась из комнаты.

Леша глянул на студентов, достал из шкафчика бумагу с таблицей и передал парням.

– Сверьте по списку. Что есть, чего нет. Это список укладки.

Семен глянул в распечатку, затем на друга и пожал плечами:

– Ну, вроде все просто. Смотрим в список, ищем в ящике, – пожал плечами Кот.

– Десятая бригада! Десять! – раздался женский голос из динамика, что был закреплен на стене.

Парни переглянулись.

– А… – хотел было что-то спросить Семен.

Однако Кирилл молча развернул ящик, на боку которого была нарисована крупная цифра десять.

* * *

Машина рыкнула и выехала из двора подстанции.

– Повод слышали? – спросил Леша, сидя в кресле.

– На улице. Без сознания? – спросил Семен.

– Угу… – кивнул Алексей. – А это значит что?

– На улице, без сознания?

– Это значит, что лежать может как алкаш, бухавший всю ночь, так и человек, которому внезапно стало плохо. Так?

– Так, – хором отозвались ребята.

– И как отличать будете? – хмыкнул фельдшер.

– Ну, от алкаша перегар, наверное, будет, – пожал плечами Кирилл.

– Рожа пропитая? А еще одежда может быть… – добавил Семен.

– Алкаш от человека с инсультом отличается… – тут Алексей достал пачку сигарет. – Ничем!

– В смысле…

– В прямом. И алкаш, и обычный пенсионер – советские люди, – Алексей открыл пачку, затем задумчиво глянул в окно, а после закрыл ее и сунул в карман. – И если вы думаете, что алкаш получит другое лечение – зря.

– Как-то не справедливо, – проворчал Кот.

– А ты кто, Семён? – глянул на него Алексей. – Судья? Бог? С чего ты решил, что лечение для какого-то человека может быть таким или другим?

– Ну, я…

– Мы лечим. Мы не судим, не рассуждаем, не решаем, кому жить или нет… – тут Алексей сморщился, а затем тише добавил: – За определенным исключением.

Тут машина свернула во двор и остановилась у детской площадки. Там, на лавочке без спинки, спокойно посапывал мужик в засаленной рубашке и трениках. Рядом возле лавки стояли тапочки, банка из-под шпрот и пустая бутылка.

– Леша, нашатырку захвати, – устало буркнул доктор, вылезая из машины.

Кирилл было дернулся к ящику, но Алексей его остановил.

– Не лезь. У нас всегда есть… – тут он повернул кресло и сунул руку в небольшую нишу. – Есть запаска для таких случаев.

Парень вытащил бутылку с нашатырем и открыл дверь, после чего вылез на улицу.

– Уважаемый, – начал дергать его за плечо доктор. – Уважаемый!

Спящий никак не отреагировал. Доктор глянул на Алексея и кивнул, после чего подошел к студентам.

– Ну, как вас? Семен и Кирилл? – оглядел он их.

– Угу, – кивнули ребята, бросая взгляды на наставника, что держал голову алкоголика и принудительно заставлял его дышать парами нашатыря.

– Вы с ПолиМага, так?

– Так.

– Заклинания учили? Ну, там целительские какие-нибудь?

– Ну, у нас там вроде как все учебное, – неуверенно произнес Кирилл.

– По факту – сращивание тканей, ну и диагностика, но там вообще непонятно было зачем, – пожал плечами Семен.

– Понятно, – кивнул доктор.

– Абы…вы… КТО⁈ – раздался невнятный вопль от лавочки.

– Имя? Фамилия?

– Огублю… М-м-м-м⁈ Пнял?

Алексей глянул на доктора.

– Грузи, – кивнул ему на машину мужчина.

Алексей отдал команду и Семен с Котом быстро и оперативно вытащили каталку, а затем погрузили на нее пьяное тело. Загрузив его в машину, ребята потеснились к ее концу, так как Алексей принялся притягивать слабо сопротивляющееся тело.

– Леш, по стандарту – давление, сахар, кардиограмма, – произнес доктор с переднего сиденья.

– Принял, – кивнул Леша и глянул на студентов. – Чего сидим?

Парни тут же засуетились.

– Киря – сахар, я кардиограмму, – буркнул Семен и достал сумку с кардиографом.

Через пару минут, фельдшер передал доктору кардиограмму, попутно сообщив:

– Сахар пять и два.

– Голова у него целая? – пробежав взглядом по кривой линии на бумаге, спросил Доктор.

– Целая… – кивнул Алексей и глянул на доктора. – Но если надо – сделаем не целую.

– Нам бы в областную его сдать, – задумчиво произнес доктор. – Глянь его хорошенько.

– А чего его смотреть? – обернулся к больному Алексей. – У него склеры желтые.

Доктор обернулся, глянул на пациента, кивнул и скомандовал водителю: – Саш, давай в областную!

Машина рыкнула мотором и двинулась, а два студента хмуро уставились на алкаша, что пытался что-то сказать и подняться:

– Бую… му… худа?

– А ничего, что он связан? – спросил Семен. – Как бы он…

– Самый большой вред для пьяного, – достал из кармана пачку сигарет Леша. – Это не алкоголь, и не вода, как многие думают. Самый большой вред для пьяного человека – он сам.

Тут фельдшер кивнул на пациента и, прикурив, добавил:

– По этому он и привязан.

С пару минут ехали молча. Семен с Кириллом поглядывали на пациента, что вяло пытался освободиться от ремней, что притягивали его к каталке. Леша курил в открытую форточку. Однако тишину нарушил доктор. Глянув в проход, он спросил:

– Зажиточные студенты нынче пошли. Откуда деньги на мопед новый?

Ребята переглянулись.

– Так мы их собирали, – подал голос Семен. – Наша разработка. Один – прототип. С него испытания начинали. Второй уже…

– Второй – премия за разработку, – подал голос Кирилл.

– Что, прям вот сами разрабатывали? – нахмурился реаниматолог. – руны и все остальное?

– Ну, да, – кивнули студенты.

– И что, в рунах соображаете?

– Не мастера, но кое-что понимаем, – отозвался Кот. – Тут смотря что.

– Угу, – кивнул Кирилл. – У нас присказка есть: «Нет ТЗ – результат – ХЗ!».

– Правильная присказка, – кивнул доктор. – Потом поговорим. Есть мысль одна.

* * *

Юрий Алексеевич глянул на недовольного хирурга и развел руками.

– Я вас, конечно, уважаю, – недовольно произнес доктор стационара, а затем добавил: – Но у меня как минимум один вопрос: Зачем?

– По делу, – со вздохом произнес реаниматолог. – Евграфов у себя?

Хирург покосился на пьяное тело, что бормотало невнятную ругань под нос и покачал головой.

– Это не тот случай. Дергать целителя из-за алкоголика, что допился до цирроза…

– Я по другому делу.

Хирург вздохнул и нехотя кивнул.

– Леш, кофе организуй, ладно? – глянул он на него.

– Сделаем, – кивнул Фельдшер и обернулся к студентам. – Переложить, куда скажет медсестра. Каталку протереть и в машину. Понятно?

– Понятно, – отозвались хором Семен с Кириллом.

Алексей тут же направился к лестнице, а доктор прошел по коридору и свернул в сторону ординаторской приемного отделения.

– Здравствуй, Никит, – вошел он в кабинет, где на диванчике лежал целитель и листал книжку. Юрий Анатольевич глянул на парочку терапевтов, что строчили документы и хмыкнул: – Вроде утро, а вы уже нахватали.

– Это с ночной, – поднялся с дивана целитель. – Под утро прорвало всех.

Мужчина пожал руку реаниматолога, а затем кивнул на улицу.

– Подышим?

– Пойдем.

Мужчины вышли через пожарный выход на улицу, после чего Никита спросил:

– По делу или так, повидать зашел?

– Сам знаешь – я языком чесать не очень люблю, – хмыкнул доктор и достал пачку сигарет. – У нас тут на скорой пара студентов на практике.

– М-м-м? У нас тоже вроде прислали кого-то, но так… Отсиживаются.

– У нас отсидеться не получится, – улыбнулся доктор. – Вот решил с тобой посоветоваться.

– Припрячь их хочешь по целительскому? – тут же смекнул Никита.

– А почему бы и нет? Только… Я в этих штуках ваших не очень понимаю. Есть что-нибудь, чтобы по быстрому можно было их натаскать?

– Ну, нет, – усмехнулся целитель. – Диагностические заклинания – это серьезно. Это сложно. Ставлю бутылку, у них резерв небольшой, поэтому заклинания с нуля они врят ли потянут.

– Был бы хороший резерв – они в вояках оказались, или артефакторах. Может какой костыль можно придумать? Ну, там руны всякие, а? – глянул на него Юрий Анатольевич и прикурил.

– По большому счету – вам на скорую, под эгидой догоспитальной диагностики, что-то типа монитора Захарова надо. Чтобы элементарно светить.

– Слышал я про такой, – вздохнул Юрий Анатольевич, затянулся и продолжил:. – Штука хорошая, но это же полноценный артефакт. А кто его заряжать будет? Кто обслуживать? У нас ни компетенций, ни обеспечения. Такого точно не дадут.

– Так у тебя студенты под рукой. Вот пусть они и заряжают, и обслуживают, – пожал плечами целитель. – Если голова варит – может и сами его сделают.

Реаниматолог затянулся, выпустил дым и задумчиво уставился на целителя.

– Слушай, а у тебя тут… – тут доктор глянул на больницу и с прищуром поглядел на старого знакомого. – А у вас тут вообще эти мониторы есть?

* * *

Лена тяжело вздохнула, покосилась на пустую комнату со стульями, где стоял выключенный телевизор, а затем потихоньку поплелась по коридору.

Мимо прошла медсестра с подготовленной капельницой, вдалеке из туалета, шаркая тапочками по полу, вышел старичок, от которого всегда пахло странным азиатским бальзамом. Смесью мяты ментола и какой-то непонятной добавки.

– Так ведь и со скуки помереть можно, – проворчала девушка и остановилась у своей палаты.

Вид упал на её койку, под которой стояло несколько пакетов, что нанесли ребята с предприятия. Под койкой они находились, так как в тумбочке место не было.

– Пять кило халвы, – вздохнула девушка. – Я ей тут торговать должна что-ли?

В очередной раз тяжело вздохнув, слегка придерживаясь за живот, Лена снова пошла на очередной круг по отделению. Делать все равно было нечего, а лежать и смотреть в потолок – просто невыносимо.

– Патрушева! – раздался голос медсестры с поста.

Девушка обернулась и удивленно уставилась на медсестру.

– Мне уколы уже сделали! – осторожно произнесла она, и на автомате погладила ягодицу, куда процедурная медсестра вонзила иглу.

– Таблетки?

– Выпила!

– Градусник?

– На тумбочке, в чехольчике.

Тетка нехотя кивнула и вернулась к заполнению своей документации.

Лена же вздохнула и поплелась дальше по коридору и резко вздрогнула, когда дверь в отделение резко открылась и на пороге показались Семен с Котом.

– Явление председателя ЦК партии коммунистам! – с улыбкой произнес Кот. – Привет Лен! А ты чего тут… ходишь?

– Лежать уже не могу, – буркнула девушка. – А вы…

Тут она оглядела их с ног до головы. Оба в синих хирургических костюмах. на ногах – тапки. Сверху белые халаты и колпаки.

– Вы чего тут делаете? Практика что-ли или…

– Долгая история, – буркнул Кирилл. – Нас на скорую отправили, на практику. Мы сутки отработали, а сейчас тут…

– В смысле тут? Вас и сюда что-ли припахали?

– Ну, можно и так сказать, – кивнул Семен и показал авоську, что скрывал за спиной. – Мы тут…

– Если там халва, я тебя убью! – буркнула девушка.

– Не, там апельсины, – смутился Кот. – Мы с Кирей на телефоне час сидели, пока нашли, где есть.

Лена приняла авоську, кивнула и буркнула:

– Спасибо.

– А чего с халвой не так? – спросил Кирилл. – Не вкусная?

– Вкусная, но у меня под кроватью пять килограмм этой халвы лежит. Воротит с нее. Объелась.

– Сестрам отдай.

– Так я сразу отдала половину. Это остатки.

– Это сколько они притарабанили? – удивленно спросил Осетренко.

– Большую сумку. Килограмм десять. наверное. Может больше, – усмехнулась девушка. – Лучше бы книжек каких принесли. Или учебники. Скука здесь смертная.

– Это наверное за паек от Мотовилихи, – покивал головой Семен. – У нас же уже другое начальство на предприятии. Столичные.

– Воротят что попало, – закивал головой Кирилл. – Графики ставят от балды, каждую смену по два часа лекций.

– Угу, – кивнул Кот. – Вот, видимо наши и рвут последнее что есть, перед уходом.

– В смысле… – растерялась девушка.

– Почти весь коллектив уходит, – кивнул Семен. – С Фролами договорились. Они выплатят авансом, сразу на предприятие. Наши будут должны заводу во Фролах. Там и ставка побольше, да и график нормальный. А рук не хватает.

– Получается… – растерялась Лена. – Наше экспериментальное производство… Все?

– Пока нет, но скорее всего да, – кивнул Кирилл и опустил взгляд в пол. – Обидно.

Девушка хмуро кивнула, но Кот тут же сменил тему:

– Да, ладно вам. Придумаем что-нибудь новое, ну! Мы, вообще к тебе по делу заскочили, – Семен нагнулся к девушке. – Два два дела!

– Какие?

– Первое – про кинотеатр все в силе? – с улыбкой спросил он.

Лена хмыкнула, кинула взгляд на Кирилла и кивнула.

– Второй – ты что-нибудь про монитор Захарова знаешь?

Лена нахмурилась.

– Что-то вроде диагностического артефакта, да? – спросила она.

– Что-то вроде, – кивнул Семен. – Предлагаю смыться с отделения в приемный покой! Там такой есть!

– А… – девушка оглянулась на пост, где медсестра не поднимая головы заполняла бумаги.

– Задача такая – понять как он работает, воспроизвести и придумать как сделать портативный вариант для скорой, – Кот глянул на друга и толкнул локтем.

– Да, нам бы твой взгляд не помешал бы, – кивнул он.

– Я в халате… – растерянно оглядела себя Лена. Розовый халат с цветочками, тапочки на ногах. Волосы в култышку сложенные.

– Это решаемо! – хмыкнул Осетренко и достал мятый белый халат. – Да и не будет никто смотреть. Мы же разбирать его не будем, так?

Тут он глянул на друга, что поджал губы и отвел взгляд.

– Не будем, ведь?

Глава 18

В коридоре послышались шаги. Приглушенные из-за ковровой дорожки. Спустя несколько секунд, в кабинет постучали, а затем вошел пожилой человек. Он подошел к столу, за которым сидел глава службы Государственной Безопасности и еще один подчиненный и молча положил папку на край стола.

Лаврентий Павлович молча кивнул, пододвинул к себе папку с документами, а затем поднялся со своего места и подошел к небольшому столику, где исходил паром чайник.

– Что-то еще? – спросил он, взяв заварник и налив в чашку немного темной заварки.

– По факту – нет. Фомин, главный конструктор, работает добровольно, – кивнул мужчина в форме ГБ, сидевший на стуле перед столом. – Там никакой крамолы, только жадность и непреодолимое желание оказаться в ЦК партии.

– Амбиции – это хорошо, – кивнул Лаврентий. – Но вот методы у этого товарища мне не нравятся. Рано или поздно попытается прыгнуть выше головы.

– Прикажете его взять в разработку? – оглянулся на начальника подчиненный.

– Бери, но пока не трогай. Смотри, составляй дело, – спокойно произнес глава ГБ и налил кипятка в заварку. – Трогать не торопись. Если его амбиции смогут привести его в столицу – он может оказаться полезным.

– Принял, – кивнул мужчина, достав блокнот и чиркнув в нем что-то.

– Что еще есть? Что-то слышно по перехватам?

– Есть, но… – тут мужчина смутился и пролистнул пару страниц в блокноте, что держал в руках. – Перехват в районе Финского залива.

Берия, держа чашку одной рукой, протянул руку, взял блокнот и пробежался глазами по нему. Хмыкнув, он произнес:

– Интересно… – слегка пригубив горячего чая, он спросил: – Зачем им схемотехника мопеда?

– Возможно… – начал было подчиненный, но спустя пару секунд выдохнул и произнес: – У меня пока нет версий. То, что пытаются выслужиться – в расчет не берем.

Глава службы Государственной Безопасности прошел на свое место, сел и задумчиво уставился на подчиненного.

– Василий, вы пытались вычислить…

– Кооператоры. Молотов. Скорее всего механический цех. В подозреваемых около тридцати человек, – кивнул мужчина.

– Спорно. Могли добыть один и по винтикам разобрать.

– Привод изнутри лакирован. Чтобы узнать основную часть, придется снимать лак, а это реагенты. Сложные. Все под учетом и просто так их не достать.

– Так тут и нет ничего про привод. Только общая схемотехника и принцип.

Подчиненный нахмурился и поджал губы.

– Работайте, там поглядим. Думаю все же на стороннее изучение, – произнес Лаврентий. – Смысла подставляться и лезть на завод не вижу. Данный мопед с приводом можно просто напросто купить.

– Возможно, – нехотя кивнул Василий.

– Что по Шалому и Репью? Есть подвижки? – спросил начальник ГБ и пригубил чаю. – Хоть что-то?

– И да, и нет, – нехотя ответил мужчина. – Операция «Подстава» была проведена успешна. Наш агент Чешир был снят с «общака». Сейчас он назначен смотрящим по Молотову.

– Заяц и Гольф у нас держат Ижевск и Свердловск, – кивнул Берия. – Выходит, Урал под нашим контролем.

– Да, но, несмотря на это, у нас все та же информация. Залетный или гастролер. Картежник. Пришел, сделал заказ, ушел.

Лаврентий Павлович откинулся на спинку кресла, задумчиво глянул в потолок и произнес:

– Затаились, значит.

– Были развернуты пункты скрытого наблюдения. Выловили одного оборотня, но… – тут Василий вздохнул. – Пешка. Мелкий исполнитель. Зашифрованное послание и не более того.

– Связной?

– На встречу не явился.

Глава службы Государственной Безопасности постучал пальцами по столу, выражая недовольство, затем глянул на портрет, висевший на стене и спросил:

– Что с Репеем и Шалым?

– Выведены из игры. Официально за штатом.

– Не вышло, значит, приманки…

– Лаврентий Павлович, с предприятием студенческим, которое «Искра», – начал подчиненный. – Ставленники из министерства тяжелой промышленности откровенно саботируют работу предприятия. Есть информация о массовых увольнениях студентов.

– Я бы удивился, если бы туда нормальных управленцев послали, – хмыкнул Берия. – Это Савушкин. Он уже разворачивает дополнительные мощности под столицей под эти мопеды. Будь уверен. Как только развернет – возьмется за кооператоров.

– А мы?

– А мы, Василий, служба Государственной Безопасности, а не министерство промышленности, – хмыкнул хозяин кабинета.

– Просто отойдем и не вмешиваемся?

– Ну, почему же… Котелкову дай информацию по студенческому предприятию. Пусть пристально смотрит за нашими столичными. Это их профиль.

– А цель…

– Цель – не дать Савушкину монополизировать производство. А то будет как с Москвичем. По двадцать лет одно и то же делаем, – Лаврентий Павлович тяжело вздохнул. – И по Репью с Шалым.

Глава службы Государственной Безопасности пригубил чаю и продолжил:

– Пусть пока за штатом. Наблюдение не снимать.

– А если они сами…

Берия на пару секунд умолк, сдвинул брови к переносице, а затем кивнул.

– Эти могут… Накрути кураторам, чтобы глаз с них не спускали.

– Есть, – кивнул подчиненный и умолк, выжидательно уставившись на начальство.

– Чай будешь, Василий? – кивнул на столик Лаврентий Павлович.

* * *

Семен шмыгнул носом – полуденное солнце в парке у больницы припекало немилосердно, воздух был густым от запаха нагретой пыли и свежескошенной травы на газоне, где муравьи тащили крошки от чьего-то бутерброда.

– И чего он завелся? – спросил он, доставая термос из сумки – металлический, потрепанный, с царапинами от шабашек, где кофе всегда был крепким.

– Но спросить-то всё же стоило, – хмыкнул Осетренко, вытирая пот со лба рукавом. Ткань прилипла к коже, оставив влажный след.

– Скажешь тоже, – хмыкнул Кот, откручивая крышку термоса – пар вырвался с шипением, аромат черного кофе, густого и горького, с ноткой корицы, ударил в ноздри, перебивая пыль и жару.

– Надо было сразу книжку по схемотехнике этой штуки спросить, – подала голос Лена, присевшая к ним на лавочку между парнями. Её ноги в сандалиях уперлись в сухую землю тропинки, где сорняки пробивались сквозь трещины. Она придвинулась ближе, плечо к плечу с Семеном, и слегка его толкнула. – А то действительно нехорошо получилось.

– Ну, блин, что вы заладили? – глянул на них Семен, наливая в крышку термоса кофе – тёмный, дымящийся и густой, словно чёрная нефть.

Лена тут же потянулась, пальцы её – тонкие и аккуратные – перехватили крышку, и она сделала глоток – горячий, обжигающий, но приятный, с лёгким вздохом облегчения. Передала Семену свёрток с халвой – бумажный, смятый, внутри кусок липкой массы.

– Держи.

Семен взял свёрток, хмыкнул и отломил кусочек халвы – сладкий, маслянистый, с привкусом подсолнечника, что таял во рту под солнцем. Закинув его в рот, он пригубил кофе – Лена уже вернула крышку – и глянул на Кирилла, что уже пролистывал тонкую брошюру к артефакту – страницы шуршали, бумага нагрелась на солнце, как стопка чертежей на верстаке.

– Ну, что скажешь? – спросил Кот, жуя. Крошки посыпались на колени, но он тут же их смахнул. – В чём соль?

– В том, что мы это не повторим, – буркнул тот. Голос его был приглушенным.

Семен с Леной переглянулись. Она усмехнулась уголком рта, глаза блеснули.

– Смотри. Этот экран. По нему тремя потоками идут линии напряжения. Две перпендикулярно, одна на косую. Так как линии идут очень близко, то получается эффект Титова. Наружу стекла проецируется то, что находится под стеклом. Юстировкой изменяют глубину.

Тут Осетренко умолк и глянул на друзей, что жевали халву и запивали кофе. Лена снова потянулась за крышкой, перехватила её у Семена одним ловким движением, сделала глоток, поморщившись от горечи, и вернула опустевшую посуду. Кирилл проглотил кусок халвы. Сухо. В горле словно ком встал. Он с трудом сглотнул, облизнулся, взгляд скользнул к термосу. Семен налил ещё раз кофе, сделал глоток, но Лена перехватила крышку и сделала пару глотков.

– Пока ничего сложного. Руны мелкие или там послойно?

– Послойно. Полмиллиметра с задней поверхности стекла.

– Внутри стекла можно заложить руны, – отозвалась Лена. – Правда, оптический состав нужен и станина артефактная. У нас такой нет в университете точно.

– САТО? – глянул на неё Кот, отламывая ещё кусок халвы – липкий, сладкий, с дроблёной семечкой подсолнечника, что хрустела на зубах под знойным солнцем.

– Там должно быть, – кивнула девушка, и снова рука её потянулась к крышке – кофе кончался, пар слабел, но она сделала последний глоток, прежде чем передать Семену. Кирилл жевал второй кусок, морщился. Без запивки ком стоял в горле, он сжал челюсти, взгляд на миг задержался на термосе, но Лена уже отвернулась, поправляя халат, прилипший к коже.

– Это ещё не всё. Потоки должны идти синхронно. Минимум колебаний, а это значит, что как ни крути – питание одно. Так?

– Ну, так… – нахмурился Семен, допивая остатки кофе, что остыл и стал горьким с гущей на дне, что оседал на языке.

– А отсюда у нас резонанс. Частоты одинаковые, направление разное. По сути источник питания один.

– Обратное отражение по Зайцеву? – задумчиво произнёс друг, жуя последнюю крошку – сладость таяла, но рот был сухим от разговора и жары.

– Там резонанс, а не фон, – подала голос Лена и забрала у Семена крышку термоса с кофе – жест привычный.

– Чтобы убрать резонанс, они «землю» сделали, – подал голос Кирилл и передал другу тонкую книжку, забрав у него халву. Он отломил, закинул в рот, но без кофе проглотил с усилием, ком в горле скользнул вниз, оставив приторный сладкий вкус. – По сути – это стабилизационные комплексы на каждом потоке, а сброс идет по простому металлу, через «Грид». Там написано, что конец металла с обратным «Кос» должен быть под землёй. Не меньше трех метров глубины. Оптимально – пять.

– Это вам на скорой… Получается, надо каждый раз штырь в землю забивать? – хмыкнула девушка, глянув на парней, что быстро и весьма настойчиво уничтожали полукилограммовый кусок халвы.

– Можно попробовать воспользоваться домовым заземлением. Ну, должна же быть в доме земля? – хмыкнул Кот, закинув кусок халвы в рот.

– А потом огребать от электриков, которые будут местную подстанцию чинить. Сема, ты уверен, что резонанс по проводам до самой подстанции не пойдёт? – глянул на друга Кирилл, рассасывая следующий кусок медленно, ком стоял, он сглотнул, взгляд на миг скользнул к пустой крышке, но Лена уже допила последние капли, прежде чем передать Семену.

– М-м-мда, – протянул Семен. – А если потоки сделать от разных источников?

– Задолбаешься синхронизировать, – покачал головой Осетренко, проглатывая халву.

– Тоже верно, – нехотя кивнул Семен, выливая остатки кофе.

Парочка умолкла. Лена тем временем приняла крышку, сделала ещё пару глотков и произнесла:

– Вы не в ту сторону думаете.

– В смысле? – глянул на неё Кирилл.

– В прямом. Задача у вас стояла какая?

– Повторить этот диагностический аппарат или…

– Вам аппарат для диагностики нужен, а не копия этой бандуры для скорой, – Лена перехватила крышку с кофе поудобнее и задумчиво уставилась на пар, что поднимался от горячего напитка. – Вам бы принцип посмотреть, как оно работает, а не пытаться повторить.

– Просвечивает оно ткани, – пожал плечами Кирилл. – Ну, как телевизор, только вглубь. И всё видно.

Семен почесал подбородок, задумчиво спросил:

– А нам такое на скорой зачем? Ну… в смысле… А оно нам надо?

Кирилл неуверенно пожал плечами, а затем произнёс:

– Это всё из-за Юрия Анатольевича.

– В смысле? – глянул на него друг.

– Ну, главный постулат инженера…? – глянул на него Осетренко.

– Нет ТЗ – результат ХЗ, – кивнул Семен, после чего глянул в сторону окна, откуда на них пялился целитель – силуэт его в рамке стекла казался неподвижным, как статуя в знойном мареве. – Завтра на смене спросим. Будет ТЗ – будем работать, а так…

Лена кивнула и уже хотела было сделать глоток, но тут раздался возмущенный голос Кирилла:

– Блин, мне сегодня кофе достанется, или я в чём-то провинился⁈

Семен хрюкнул от смеха, Лена смутилась и передала последнюю порцию кофе Осетренко.

Солнечный день был в разгаре. Солнце припекало, слабенький летний ветерок шевелил листву, хруст гравия под чьей-то подошвой эхом отозвался в тишине.

Халва кончилась, остывал опустевший термос, брошюра лежала раскрытой на лавочке, а страницы под лёгким ветерком трепетали, словно ожидание завтрашней смены.

* * *

Старушка, сгорбившись от тяжелой сумки, вышла из дверей магазина и глянула по сторонам.

– Ох-хо-хо-юшки, – вздохнула она.

– Ну, ты набрала, мать, – хмыкнул Анатолий Красников, стоявший рядом. – Донесешь хоть?

– А куда деваться, милок? – глянула на него старушка, аккуратно спускаясь со ступенек. – Чай не помру, пока несу.

– Типун тебе на язык, – хмыкнул Тоха и подошел к старушке. – Давай, помогу. А то не ровен час действительно помрешь.

Старушка заулыбалась и закивала головой, вручая сумку.

– Тебя как звать? Наш или пришлый? – спросила она, пристариваясь сбоку от парня, что перехватил сумку поудобнее.

– Пришлый. На работу приехал, – кивнул парень. – Антоном зовут.

– Антоша, значит, – закивала старушка и указала на проулок. – Пойдем милок, сюда мне.

Парочка свернула и спустя несколько минут оказалась во дворе, между парочкой домов. Пройдя мимо дворика с качелями, они еще раз свернули, в переулок между домами, без окон, где вид старушки тут же преобразился. Она слегка выпрямилась, взгляд стал острым цепким. Оглянувшись, она глянула на парня и спросила:

– Сделал?

– Нет, – мотнул тот головой. – В приводном цехе сейчас студенты. Много, но там бригадир…

– Что с ним?

Антон немного помялся, глянул по сторонам и произнес:

– Чуйка… не простой мужик. Все строго, по армейскому, – произнес он.

– ГБшник?

– Не знаю, но что-то с ним не так, – кивнул парень.

Старушка кивнула, пару секунд разглядывала парня, а затем произнесла:

– Из студентов есть с кем-нибудь контакт?

– Есть парочка, но…

– Через них работай. Задание надо выполнять, – ответила та. – Что с целями?

– Глухо, – ответил Анатолий. – На предприятии не появлялись. Из опытного производства их вроде как поперли. Да, и может… не они это все.

– Они… – тихо ответила старушка. – Надо чтобы ты на них вышел.

– Как? – удивленно глянул на нее парень. – Я же…

– Они тебя знают. Ты им помог, – глянула на него. – Мне тебя учить надо?

– Дак…

Старуха хмыкнула, достала из кармана ключи и протянула их парню.

– Толстого восемь. Квартира пятнадцать. Там все есть. Если с ними не выйдет – будет приказ о зачистке.

– Всех? – хмуро глянул на нее парень.

– Всех, – кивнула пожилая женщина.

– Это ведь просто студенты и…

– Они систему разработали, что наших на заводе взяла. И они же агентов в личине разоблачать научились. Теперь привод… И есть информация, что привод для Мотовилихи сделали, – спокойно ответила старушка. – Либо ты их завербуешь, либо зачищаем.

Тоха вздохнул, глянул в сторону качелей и молча кивнул.