Текст книги "Школьные Воины (СИ)"
Автор книги: Сергей Булл
сообщить о нарушении
Текущая страница: 28 (всего у книги 29 страниц)
Глава 20.2
Спустя двадцать минут, после того как Ын Джон с юристом Пэ и госпожой Кон проверили не просто папки в стопках на столе, но и содержимое каждой, повисла напряжённая тишина.
– Ничего не понимаю, – её нарушила растерянно Пэ.
– Госпожа, пожалуйста, вспоминайте, – взмолилась Ын Джон. – Прошу! Для меня это критически важно! Если я не найду документы… мне конец. Всему конец.
И гнев Со Ён с очередным скандалом был меньшим из зол. Всего лишь очередная бытовая ссора с дочкой, к которым она привыкла ещё со старшей школы. Со Ён всегда была бунтаркой и показывали зубы, часто забивая на традиции и все манеры приличия. Но, лишиться недвижимости в центральной части Каннама… это было смерти подобно.
– Давайте проверим ещё раз, – с сомнением в голосе предложила юрист Пэ.
Женщины начали второй раз перебирать папки, ещё внимательнее, изучая содержимое.
– Только прошу, ложите документы обратно, туда, где они лежали. И смотрите по заголовкам. Там видно будет ваши документы. Вообще-то, это конфиденциальная информация.
Пусть Ын Джон и была немного наивна, особенно когда влезла во всю эту авантюру со службой доставки. Ладно, тогда она поступила как полная дура. Но в целом Ын Джон не считала себя глупой. И если переезд в Гин По до этого казался ей чем-то временным, то сейчас… она ощущала хватку нищеты, которая плотно сжималась вокруг её шеи, чтобы навсегда надеть ошейник и толстой цепью безысходности приковать к Гин По.
Спустя ещё двадцать минут тщательного поиска документ так и не обнаружился.
– Ничего не понимаю, – повторилась Пэ, почёсывая макушку. – Я же вроде бы взяла все документы, что были у меня дома.
– Госпожа, может, что-то забыли, – с надеждой смотрела на неё Ын Джон.
– М-м-м, – промычала бухгалтер. – Странно. Надо бы глянуть. У меня остались документы дома, но… только директору не рассказывайте, – перешла на шёпот она. – Не хочу, чтобы он знал.
– Знал, что? – всполошилась Кон.
– Ш-ш-ш! – зашипела Пэ. – Не кричи. Это подработка. И нашей фабрики она не касается.
– А директор запрещает, что ли? Это же твоё дело…
– Давайте съездим к вам домой и посмотрим, – сложила руки в молебном жесте Ын Джон. – Прошу! Умоляю. Вы вообще видели документы?
– Видела. Но до отпуска. Они точно были у меня дома. В этих папках.
От этих слов ноги Чо Ын Джон подкосились.
Кон едва успела её подхватить подмышку. А Пэ тут же вцепилась с другой стороны.
– Госпожа Чо. Не надо так! – сказала юрист. – Конечно, мы съездим и посмотрим. Сразу после работы. Будьте спокойны и не переживайте! Они не могли потеряться. Уверена, просто получилась какая-то путаница. Ноги же у них не выросли.
Мусороперерабатывающий завод «Новая Жизнь» располагался в районе Со-гу на северо-западе от Сеула на окраине города-спутника Инчхон, переходящего в болотистые окраины Кимпхо. Завод был частью крупнейшего экологического полигона в регионе и частью эко-кластера «Судоквон».
Сюда свозили мусор со всей сеульской агломерации. И «Новая Жизнь» была не единственным таким предприятием. Здесь же располагались и другие огромные перерабатывающие комбинаты, станции сортировки и ТЭЦ, работающие на свалочном газе.
Втроём они отправились домой к госпоже Пэ, когда рабочий день у женщин был окончен. Любопытная аджума Кон увязалась вместе с ними.
– Какая классная машина у госпожи Пэ, – удивлялась госпожа Кон, пока они ехали вместе с Ын Джон.
В отличие от малютки Kia Чо, юрист завода ездила на новеньком кроссовере от того же автопроизводителя. У болтливой Кон зазвонил телефон.
– Да. Хорошо, – закивала она в трубку. – Госпожа Пэ, просит остановиться на той парковке, – от завода они проехали всего минут десять.
Женщины съехали с дороги и остановились в обозначенном юристом месте. Туда же заехала и госпожа Пэ.
– Садитесь ко мне в машину, – сказала она. – Я потом вас привезу обратно. На подземной парковке, скорее всего, не будет свободных мест.
– Госпожа, а где вы живёте? – удивлённо смотрела на неё Кон.
Они стояли на парковке, откуда открывался вид на современный международный бизнес-район Инчхона Чхонра. Огромный умный город, построенный с нуля на намывных землях.
– Здесь и живу, – улыбнулась Пэ. – Садитесь уже! Темнеет.
И они сели. Шустрая Кон прыгнула спереди, а Ын Джон залезла назад. Сейчас ей было всё равно, где сидеть.
После глухой, монохромной промзоны въезд в этот футуристический «умный город» казался перемещением на другую планету.
Десятки зеркальных небоскрёбов пронзали вечернее небо вертикальными линиями неоновой подсветки. Широкие проспекты были залиты мягким светодиодным сиянием, а вдоль искусственных каналов уютно светились витрины европейских ресторанов, винных баров и кофеен, где расслабленно отдыхали местные жители и экспаты.
Даже Ын Джон, привыкшая к видам Каннама, удивлялась местным видам. А болтливая Кон вообще трещала без умолку, осыпая Пэ вопросами, словно попала куда-то в будущее лет на сто. И много чего пропустила.
Госпожа Пэ держалась спокойно и смотрела на них по-доброму. Отвечала на бесконечные вопросы Кон, продолжая управлять автомобилем.
Её машина бесшумно проскользнула по идеальному асфальту мимо бескрайнего тёмного моря гольф-клуба Bear’s Best, окаймленного ландшафтными огнями. Юрист мягко свернула к своему высотному жилому комплексу, электронный терминал послушно считал карту, и кроссовер нырнул в стерильно чистый, залитый безупречно белым светом подземный паркинг.
– Вы живёте здесь? – удивлённо озиралась по сторонам Кон.
Они находились в окружении премиальных авто.
– Нет, на доставку приехала, – усмехнулась Пэ.
– Правда. Вы ещё и на доставке подрабатываете? – наивно спросила Кон.
– Шучу, конечно. Я здесь живу.
– А откуда столько денег? – удивлённо воскликнула Кон и сразу осеклась, начиная, извинительно кланяться. – Простите, госпожа. Это не моё дело. Сболтнула лишнего.
Пусть все они работали в душном, миниатюрном и старомодном офисе завода «Новая Жизнь», а ещё возрастом были примерно равны, но на деле их социальный статус сильно разнился. Особенно очевидно это стало сейчас.
– У господина Ли я работаю очень давно. И платит он хорошо, особенно за выслугу лет. Вот вы сколько работаете?
– Полный год только. С небольшим, – сказала Кон и ответила за Ын Джон. – А бухгалтер Чо всего пару месяцев.
– Вот видите, а я уже больше десяти лет исправно тружусь у господина Ли, да и муж у меня неплохо зарабатывает. Ладно, пойдёмте.
Они поднялись с парковки на лифте прямиком на последний тридцатый этаж.
Дверной замок тихо пискнул, считывая отпечаток пальца владелицы, и тяжёлая дверь квартиры бесшумно отворилась. Аджума Пэ первой по-хозяйски шагнула на полированный мрамор прихожей.
Умный дом тут же отозвался на её появление – по периметру потолка мягко разлился тёплый, рассеянный свет.
Интерьер квартиры был выполнен в строгом корейском минимализме: просторная гостиная, объединённая с кухней, минимум мебели из светлого дерева, скрытые системы хранения и идеально белые стены.
Здесь не было случайных вещей или кричащих деталей – каждая линия подчёркивала статус, функциональность и стремление к абсолютному порядку, в котором так нуждался её утомлённый за день разум.
– Подождите здесь, – сказала хозяйка.
Она скинула обувь и скользнула в домашние тапочки. Быстро дошла до небольшой хозяйственной комнаты, где хранились сезонные вещи, чемоданы и располагалась стиралка и сушилка.
Хоть Пэ и старалась не смешивать личную жизнь с работой, но в современных реалиях это плохо получалось. Так что все документы, которые она приносила домой, всегда убирала на полку в одно место, пряча от мужа в коробке. Они оба знали, про домашние подработки друг друга, потому что его документы лежали на соседней полке. Это были такие известные, но не гласные секреты, о которых между собой они просто молчали.
Пэ взяла всю коробку, где лежал остаток её документов, и вынесла её к незапланированным гостям.
– Сейчас я посмотрю при вас, – вздохнула она. – Должны быть где-то здесь. Они же не могли пропасть.
После того как она начала листать документы ещё раз, Ын Джон начала заваливаться. Её поймала Кон.
– Госпожа, соберитесь. Всё будет хорошо.
Минуты для Ын Джон казались вечностью, а каждая новая папка в руках юриста заставляла сердце пропускать удары. И наконец, когда папка опустела:
– Документов нет. Это очень странно. Может, муж случайно перепутал и взял из моей коробки, – правда, Пэ сама не верила в подобное, но всё-таки пошла проверить.
– А можно нам взглянуть? – спросила Кон.
– Да, госпожа Пэ, давайте мы посмотрим, – подключилась Ын Джон с последней надеждой.
Юрист посмотрела на двух женщин. Конечно, так нельзя было делать, но обречённое лицо Ын Джон, заставило её нарушить правила. Тем более среди документов не было ничего такого, что можно было скрывать. Просто подработка по другими юридическим делам за пределами фабрики.
Спустя полчаса госпожа Пэ привезла их обратно на парковку. Женщины ехали молча. Ын Джон всхлипывала и постанывала без слёз, а болтливая Кон молчала, ощущая наэлектризованное напряжение.
– Простите, госпожа Чо. Это полностью моя вина. Я ещё спрошу у мужа. Может, он случайно забрал ваши документы на работу. На него это не похоже, – как и на меня, не стала она добавлять эти слова, потому что чувствовала себя виноватой. Этот вариант ей казался ещё более не реалистичным. – На крайний случай вы же можете запросить документы…
Пэ оборвалась, прекрасно понимая, насколько это глупо звучало в ситуации Чо.
– Надеюсь, – обречённым голосом сказала Ын Джон, смотря в окно.
Когда юрист Пэ уехала, уже в своей машине она добавила вслух, говоря сама себе:
– Мне конец! Я умру.
Болтушка Кон взглянула на неё, желая выдать что-то обнадёживающее. Но Ын Джон разрыдалась.
* * *
Hotel Nest
Я ушёл на отдых. Душ. Разминка и растяжка нагишом в пустом номере получились очень приятными, а главное, полезными для тела.
Потом всё-таки оделся и принялся латать мозоли на ногах, фоном слушая какого-то блогера, который рассказывал о тонкостях корейского этикета. Услужливый Им выдал нам медикаментов в виде пластырей ещё в первый день прогонки на цокольном этаже.
Надо бы с моим агентом Со Ён на тему местно культуры поболтать подробнее. Из первых уст, как говорится. Но не сейчас.
Сестра была слишком увлечена удачно нарисовавшей компанией Джи Хён. Ещё сюрпризом для меня называла свою подругу. Кто ещё для кого был сюрпризом. И больше всех здесь выигрывала именно Со Ён. А Джи Хён так и продолжала смотреть на меня, краснея и постоянно отводя взгляд, но стоит отдать ей должное, сейчас она держалась уже подольше. Но не сильно.
И сегодня эти две красотки наблюдали за моими страданиями, лёжа у бассейна. Тоже мне агент. Эх. Со Ён. Хорошо устроилась. Но я не был на неё зол. Просто меня веселило её напускное вовлечение в «наш совместный заработок». Пусть отдыхает. А компания богатенькой Джи Хён позволит сохранить наш заработок. Как бы меркантильно это ни звучало.
Интересно, после таких впечатлений в Сеуле, как сестра вернётся потом к работе в своём кафе. И сколько она продержится ещё в Пусане?
Вскоре появилась Со Ён с Джи Хён.
– Благодаря моим стараниями сегодня, вы, звезда мод На Хва Джин, справились отлично, – она рассмеялась над собственной шуткой, как злодейка из какого-то дешёвого кино.
– Ха-ха, – отреагировал я с улыбкой. – Как работа агента у топ-модели? Видел, у вас сегодня был плотный график. Охраняли бассейн?
– Охраняли? Покоряли! И я справилась на отлично! Правда, Джи Хён. Меня тоже можно назвать моделью. Народ так на меня глазел.
Но подруга её проигнорировала.
– Хва Джин? – озабоченно посмотрела на меня Джи Хён, подходя ближе. – С тобой всё в порядке? Что с твоими ногами?
– Рабочие моменты, – я доклеил последний пластырь на большом пальце ноги. – Не переживай. Заживёт.
– А ты дойдёшь до ресторана? – посмотрела она на меня.
– Конечно, – кивнул я. – А ты приглашаешь?
Она залилась краской и кивнула.
– Да. Я же ещё вчера говорила.
– И мы уже сходили. Днём. Кормят здесь очень хорошо, – довольно похлопала себя по животу Со Ён.
– Что⁈ Он уже не плоский? – поднял я бровь, указывая на её живот.
– Чего⁈ – набычилась сестра. – Да я утилизирую всё без остатка, – и сестра показала бицепс, а потом рельефный живот. – У меня всё в порядке, а у тебя?
– Нет, – покачал я головой. – Вокруг меня все говорят, что мне надо больше есть.
– Ну, сказать честно, ты поднабрал в последнее время. Возвращаешь форму, – скорчила рожу Со Ён. – Правда, если бы она у тебя хоть какая-то была.
– Мы идём? Хва Джину же опять завтра рано вставать и на репетицию, – нарушила наш обмен любезностями Джи Хён. – Завтра же последний день репетиции. А открытие должно быть в субботу. Потом ещё вечеринку планируют в самом большом пентхаусе Неста. Слышали об этом?
– Неа, – мотнула головой Со Ён. – Почему не рассказала?
– Пойдёмте в ресторан, там всё и расскажу.
– Но нам надо же приодеться, – вытянула лицо Со Ён. – У меня же даже нормальных вещей нет. Как я могу в таком виде пойти.
– Я тебе одолжу что-нибудь из своего. Как и сегодня днём.
* * *
The Platz был визитной карточка отеля и его главным рестораном.
Зал был спроектирован в виде амфитеатра с трёхметровыми ступенчатыми террасами. Благодаря этому и гигантским панорамным окнам от пола до потолка, с любого столика открывался безупречный вид на Жёлтое море.
Вместо дневного шума зал полнился приглушённым гулом тихих светских разговоров, звоном дорогого хрусталя и ленивым, обволакивающим джазом, который доносится из скрытых в бетонных стенах колонок.
Мы расположились за столиком на одной из верхних террас. Джи Хён забронировала заранее. И если Со Ён оделась в одно из свободных платьев своей подруге, которое ей было к лицу. Да и сама Джи Хён выбрала наряд в стиле «Резорт кэжуал» – элегантный, но расслабленный стиль одежды для отдыха. То я в своём неизменном спортивном костюме от Джей Си в их компании смотрелся лишним.
Однако помимо меня в зале было много молодых людей, одетых ещё более броско и пёстро. Молодые богатеи.
Огромные панорамные окна от пола до потолка отражали гаснущие фиолетово-розовые краски инчхонского заката. Внутри зала не горело яркое освещение, а царила мягкая контурная подсветка ступеней-террас и тёплый свет дизайнерских светильников на каждом столике, создавая немного интимную обстановку.
Ужин проходил в формате премиального шведского стола.
– А народу прибавилось, – заметила Со Ён, когда мы набирали себе еды внизу на самом базовом уровне ресторана у подножия огромных панорамных окон.
В зале было людно, но при этом никто не торопился и тем более не толпился рядом с едой. Люди ходили неторопливо от свои посадочных мест вниз и обратно наверх по каскадным бетонным лестницам, словно дефилируя.
Пространство было наполнено изысканным ароматом дорогих блюд.
Официанты в безупречных фартуках двигались как тени. Стоило гостям отложить пустую тарелку и подняться за новой порцией, как посуда исчезала со стола за секунды.
Вода в бокалах и заказанное вино средней категории обновлялось мгновенно.
С подобными шведскими столами мне уже доводилось сталкиваться, и это был особый формат, непохожий на бюджетные курорты Турции, где за последний кусок деликатеса вполне могла разыграться нешуточная бойня.
Здесь же работали открытые кухни.
За каждым таким островом-станцией стояло по два, а то и три повара в белоснежных кителях. Стоило указать на желаемое блюдо, и тебе накладывали порцию на абсолютно чистую тарелку, которые стояли подогретые на каждом таком островке.
Только дорогие напитки заказывались отдельно через официанта. А внизу на шведских столах можно было взять воды или свежевыжатого сока. И мой выбор пал на второй вариант, им я и ограничился. А вот Со Ён ни в чём себе не отказывала. Впрочем, как обычно, с Джи Хён.
За ужином мы непринуждённо болтали. По мелочи обо всём. Проведя день в компании с моей сестрой, у Джи Хён явно приподнялось настроение. Она приоткрыла завесу тайны по поводу вечеринки после показа мод. Но никакой тайны и не было. Обычное дело, просто чуть более масштабное, чем обычно, как и сам показ.
Во время наших спусков за едой, Джи Хён то и дело встречала знакомых и даже парочку уже знакомых мне подруг из VIP-комнаты во время презентации Фэй и Джей Си.
Сегодня они приехали в отель просто на ужин, но так же собирались посетить субботнее масштабное инди-мероприятие. Но для этого не обязательно было останавливаться в отеле. Тем более у них уже были приглашения.
После ужина мы прогулялись по пляжу, но недалеко, я уже порядком утомился и решил пойти спать. А сестра и в этот раз не хотела рано ложиться.
– Переночую у Джи Хён. Если мы вообще будем спать, – сказала хмельная Со Ён, она немного увлеклась дегустацией вина.
Джи Хён же вела себя более сдержанно и не выглядела сильно пьяной. Она улыбнулась и посмотрела на меня дольше обычного.
– Доброй ночи, Хва Джин.
– Доброй ночи, нуна.
* * *
На следующий день
Пятница выдалась особо напряжённой.
Хотя начиналось всё, относительно неплохо, на линейном, пусть и изнурительном прогоне на цокольном этаже практически не было замечаний. Всё проходило гладко и спокойно, с редкими криками главного режиссёра и уже привычным недовольством Айши, но крайне редким.
И мы как топы себя давно показали и отработали. Так что наше постоянное участие и не требовалось. Пёль и девочки вроде нашли общий язык и свободно ходили туда-сюда. Что-то стримили, общались между собой, снимали. Пытались меня затянуть, но я пока отказался. Хотя Сивилла явно проявляла ко мне интерес, пусть и холодный.
Менеджер Им бледной тенью бегал за ними больше как прислуга, ведь остальные модели-новички целиком и полностью оказались в руках организаторов.
А потом, когда мы поднялись на пляж. Обстановка быстро накалилась. И это была даже не финальная репетиция.
Режиссёр-постановщик стал крайне раздражённым. Капризы Айши по сравнению с ним, теперь выглядели штилем на фоне бури.
И дело уже было не в технике моделей. За предыдущие два дня дефиле каждого участника было отработано до идеала. А неугодные заменены. Даже совместная проходка, была почти безупречна.
Но, как всегда, было то самое НО.
А крылось оно, во-первых, в совместном выступлении. Режиссёр-постановщик с четвёркой дизайнеров всё не могли решить, какой формат выступления выбрать. И гоняли нас то так, то так. Что не прибавляло ясности и вносило лишнюю суматоху в происходящее.
Дизайнеры настаивали на популярном формате «парных выходов», где мы должны были двигаться вместе по сцене одновременно по два человека девочка и мальчик, с подобранными похожими луками.
Режиссёр же отстаивал формат «перекрёстного конвейера», когда модели выпускались на подиум по очереди. Парень потом девушка с небольшим интервалом в семь-десять секунд. И в реализации формат был более сложный. Потому что на тридцатиметровом пластиковом подиуме одновременно могло находиться до десяти моделей, а во время встречного расхождения между нами оставалось расстояние всего тридцать сантиметров.
Ещё был третий вариант – «гендерные блоки», но его отбросили сразу.
Сюда же вторым раздрожитилем прибавился сброс занавеса, который должны были утащить за несколько секунд в сторону работники.
Однако к вечеру страсти улеглись. Отработка пошла более гладко, а режиссёр победил в выборе формата.
Меня, кстати, выбрали открывающей моделью. А за мной шла инфлюенсер Сивилла. Вконец закрывающими поставили Пёля с Аваной. Их пара, как, мне кажется, отлично сочеталась. Они постоянно бурно о чём-то спорили.
Но и моя последовательная пара с Сивиллой смотрелась не хуже. Девушка была холодна и отлично дополняла меня. Ну, или я её. Здесь, как ещё посмотреть. Всё-таки по масштабу она была самая звёздная. И холодная, разве что уступая Айше в этом.
* * *
Суббота
Сегодня прогонка на цоколе закончилась гораздо быстрее. Репетиция на пляже началась в половину одиннадцатого.
Это был последний шанс исправить ошибки перед тем, как на пляж Nest Hotel начнут прибывать первые VIP-гости. На этой репетиции прогоняли всё – музыку, свет, занавес и жёсткий тайминг. Вместе.
И это должно было работать ровно так, как это будет на вечернем шоу.
Несколько дней подготовки не прошли даром. Но само время на улице было не самым лучшим.
Воздух над Жёлтым морем стал плотным. Уже висела влажная корейская духота. Модульный пластиковый подиум, уходящий вглубь пляжа, раскалился под прямыми лучами и начал предательски пружинить и «дышать» под ногами пуще прежнего, создавая новые трудности.
Сильный утренний бриз непрерывно засыпал матовый настил подиума мелким сухим песком с пляжа. Крупинки песка превращали гладкий пластик в настоящий каток.
Ассистенты шоу со швабрами в панике носились по подиуму между прогонами, пытаясь зачистить настил.
И, честно, во всей этой суматохе, я всё больше и больше чувствовал себя в своей тарелке. Пёль был не лучшим образцом подражания. Слишком суетливый. Но не лишённый какого-то обаяния, от части детского и наивного.
А вот Сивилла в качестве образца в модельно-блогерской сфере выглядела неплохо. Высокая, стройная, холодная. Мне-то и стараться не надо было. Мой образ полностью соответствовал. Тем более я уже ощутил вкус сонбэ в таком нехитром деле, где требовалось каменное лицо и идеальное владение телом. Пусть со вторым у меня ещё имелись некоторые проблемы, но с дефиле я справлялся на отлично.
В общем, я всё больше и больше проникался новой для меня жизнью.
Но, пока ещё разглядывал её под разными углами. Торопиться было некуда. Я молод. Вся жизнь впереди, настоящая и нормальная жизнь. Не та, что была раньше. Заранее заготовленные сценарии. Много сценариев, обычно, в финале тесно связанных со смертью.
От этого моя кончина уже не казалась чем-то из ряда вон выходящим. Хотя до сих пор я чувствовал явный привкус постановы.
Возможно, это загадка разрешится. Но зачем бередить прошлое, когда будущее сулит всё больше интересного и интригующего. Позиция для старта была не самая лучшая, но чем труднее испытание, тем сильнее я буду в конце. И тем слаще победа.
– Эй, На Хва Джин, – обратился ко мне Сивилла, наша четвёрка-топов отдыхали в шатре, пока остальных гоняли по подиуму. – Скоро наш выход. Ты что такой хмурый?
– Да, ничего. Призадумался, – улыбнулся я ей.
– Готов к нашей проходке. Не сейчас. А когда вокруг сцены будут толпиться наши богатые ровесники и всякие селебрити, – она шагнула чуть ближе и заговорила шёпотом. – Поделюсь инсайдерской информацией. Слышала, что даже несколько топовых айдолов будет. И, возможно, кто-то из чеболей. Представляешь? У меня было не мало показов, но что-то подобного масштаба впервые. Вот нас столько дней и маринуют. И не зря.
– А ты знаешь, кто будет?
Девушка пожала плечами.
– Если бы. Их будут держать в секрете до самого конца, а то наш показ мод превратится в автограф-сессию или пресс-конференцию знаменитостей.
– Спасибо, за инфу, сонбэ. Я не подведу, – уверенно сказал я.
– Мне нравится твоя уверенность. Но советую, не задирать сильно нос. Айша правду говорит лучше медленно взлететь, чем раз вспыхнуть и сгореть.
* * *
Nest Hotel
Пляж
Близко к 16:57
Вдоль всего тридцатиметрового подиума уже была забита VIP зона. Три ряда кресел. Первый ряд стоял буквально в полуметре от края пластиковых плит, так чтобы взгляд гостей провожал моделей.
Здесь расположились самые привилегированные и богатые. Со Ён затесалась сюда вместе с Джи Хён и У Джин. Для них не составило труда выбить ещё одно удобное кресло в первом ряду. Позади уселись богатенькие подруги Джи Хён. Но сейчас Со Ён чувствовала себя максимально неловко. Будто, была не на своём месте.
На конце Т-образного тупика, уходящего вглубь пляжа к морю, развернулась зона прессы, в большинстве своём состоящая из популярных инфлюенсеров, которые приехали освещать событие.
Но также здесь была организована профессиональная зона для официальных фотографов и видеографов с настоящими телеобъективами на специальных ступенчатых подиумах-лестницах в три яруса. Стояли они довольно плотно.
Остальная публика те, что без приглашения не могла подойти к боковым линиям подиума. Там стоял охрана отеля, вперемешку с грозного вида парнями из организаторов. Чтобы чётко отделить эту зону были натянуты декоративные канаты.
Зеваки, туристы и не приглашённые плотной массой сконцентрировались на периферии, заполнив бетонную набережную самого отеля. Те, кто мог себе позволить, расположились на балконах ресторана Platz, а кто не мог, расползлись далеко на флангах пляжа, за спинами фотографов и у тех самых сосновых кустов.
Оттуда был виден подиум, но в профиль или издалека.
Много людей собралось в самом конце пляжной косы на больших валунах, бревнах, выброшенных штормом. Кто-то стоял прямо на песке у подножия густых прибрежных кустов и сосен.
В это время на пляже появился один из теневых организаторов мероприятия Сын Ги на пару с Чжин Хёком. За юным мажором следовал верный Хэ Ну, а молодого гангстера сопровождало несколько крепких парней.
Чжин Хёк с Сын Ги шли чуть впереди вдоль VIP зоны, направляясь сторону занавеса, и общались. А их свита в качестве сопровождающих следовала чуть позади так, чтобы не слышать, о чём они говорят. Сын Ги то и дело кто-то окликал, здоровался. Хвалили организацию столь масштабного шоу, теша и без того раздутое чувство собственного величия.
– Да, всё будет идеально, – уверял богатея Чжин Хёк. – Уже не время глядеть на моделей. Надо было раньше приезжать. Репетиция шла с самого утра. А сама подготовка несколько дней.
– У меня были дела. Понимаешь. Я занятой человек. А время ещё есть, хочу взглянуть на нашу прикормку, достаточно ли она хороша для настоящих зверей, – довольный собой улыбался высокий Сын Ги, глядя на гангстера с высоты своего роста.
Охрана у занавеса увидела их и сначала сомкнулась, но потом, признав, расступилась в сторону.
Разговоры в зрительском ряду и по всему пляжу мгновенно стихли, когда мощная звуковая система у соснового бора выдала первое глубокое, вибрирующее техно-вступление, обозначив три минуты до старта показа.
В этот же момент Сын Ги с Чжин Хёком поднялись в закулисье на стартовую зону подиума.
Басы были настолько сильные, что песок под ногами гостей и матовый пластик подиума начали физически вибрировать.
– Всего одним глазком, просто хочу это видеть, – Сын Ги пришлось склониться и шепнуть гангстеру.
– Давай, только быстро. Шоу вот-вот начнётся.
– Да, знаю я, – рыкнул Сын Ги. – Нашёлся мне учитель.
Цепким взглядом мажор окинул первую волну моделей.
За занавесом они уже выстроились в строгую живую линию согласно номерам своих луков. Он пробежался взглядом от бэкстейджа, где в белых-палатках шатрах готовились к выходу остальные, и его глаза упёрлись в остриё этого живого копья.
Он не мог поверить своим глазам.
Померещилось? Это что правда?
Для надёжности моргнул несколько раз.
– Какого хрена он тут делает? – закричал он, попадая между битом и тыкая пальцем в парня, стоящего у самого занавеса.
– Постой! – крикнул Чжин Хёк, пытаясь схватить своего подельника, но мажора было не остановить.
Он вывернулся и широкими шагами двинулся к своей цели.
