Текст книги "Школьные Воины (СИ)"
Автор книги: Сергей Булл
сообщить о нарушении
Текущая страница: 25 (всего у книги 29 страниц)
Глава 19.2
Нас с Пёлем и ещё с десяток человек менеджер Им со своими странными пёстрыми помощниками повёл на цокольный этаж. Некоторые из ребят уже были мне знакомыми, но основное внимание досталось Пёлю, ведь он был в этом деле сонбэ и уже немало повидал подобных показов.
Сначала к нам присоединился народ с посиделок, но весьма быстро подключились и остальные, услышав полезную информацию для себя. Мы ещё не успели дойти до места назначения, как его уже разрывали вопросами, а мне оставалось только слушать и вникать. По большому счёту.
Всё-таки я тоже здесь был новичок. В отличие от других ребят, подписался на это мероприятие исключительно из-за заработка. Но кто знает, что из этого выйдет.
– Сонбэ. Сонбэ, – верещала высокая, и на мой взгляд, чересчур худая девушка. – А что это за мероприятие такое? Нас собрали гораздо раньше и говорят, прогонка будет целых два дня. Даже ещё подиум не собрали. Я смотрел на него, он тоже какой-то странный. Больше, и там, похоже, есть место для занавеса. Мы что театральные костюмы представляем?
Пёль был доволен собой и держался хорошо. Видно было, что подобное внимание ему по душе. Он понизил голос и заговорщически сказал с хитрой улыбкой.
– Я слышал, что это показ особенный. Он пройдёт дольше. До самых выходных. И это хороший вариант подзаработать. Для нас всех. А вы что против.
– Денег бы ещё больше платили, – крикнул один молодых моделей парней.
– И так выше стандартной ставки! – фыркнула красивая девчонка.
– Но, если нам тут до выходных быть, что одним кимбапом питаться?
Но его вопрос быстро перекрыли. В этой суматошной и нестройной болтологии, которую устроил Пёль с молодняком, я сделал несколько важных выводов.
Мероприятие явно нестандартное. Обычно подобные показы длятся один или два дня, не больше. Плотно и напряжённо. Для новичков, это время, похоже, словно неделя. Но тут даже график посвободнее. И за всё это ещё и платят неплохо. Мы же пробудим в Nest минимум в два раза дольше. Возможно, даже пять дней.
Вчера Пёль отмахивался от инсайдов, мол разделял личное время и работу. Но сейчас он прям сверкал. Но даже так по его лицу было видно, что он что-то не договаривает. Надо бы с ним наедине перетереть. Расспросить подробности. Но пока, решил его не трогать будут наблюдать.
Мы миновали нижние этажи отеля и спускались глубже. Наша кучка народу сбилось перед двойными дверьми.
– Сегодня, да и завтра, скорее всего, работаем здесь, – сказал он с усталой улыбкой, но некоторым торжеством.
От новичков сразу посыпались вопросы, они отлипли от Пёля, так что вопрос задал я.
– Здесь? Или там за дверью.
Пёль мне кивнул, но его лицо скривилось. Явно это не очень нравилось ему.
– Всё хватит, – повысил голос менеджер Им. – Вам несказанно повезло, что текущие организаторы нашего показа очень щедрые люди. И вместо двух дней нам дали минимум в два раза больше. Так что выдыхайте. Будем работать чуть спокойнее. Однако, – однако он развёл руки в стороны. – Это не значит, что не надо выкладываться.
– А почему мы пришли не с остальными? – выкрикнул вопрос один из высоких парней. – Получается, у них будет больше времени на подготовку. Это не честно! И те две дамочки… Обещали визажистов всем, а по итогу, что? Они там уже час сидят, а нас сюда пригнали.
– Нечестно! Дайте нам ещё времени! – зашумел народ.
– Удивительно, – хмыкнул Пёль. – Ну и молодёжь пошла. Где их только руководитель Ким нашёл. В Гин По, что ли? – хохотнул блогер.
Я даже улыбнулся. Забавно.
– Это что восстание? – рыкнул неожиданно менеджер Им, таким я его увидел впервые. – Вот именно за это вы и здесь. Многие из вас. Да почти все здесь впервые, – он бросил беглый взгляд в нашу сторону, где встретился с Пёлем. – И у организаторов есть определённые сомнения на ваш счёт.
– Не понял, – тут же возмутился блогер. – Это как понимать? То есть насчёт меня ещё сомнения? Надо с ним поговорить.
– Так что будьте умниками и умницами и покажите, на что вы способны! Постарайтесь!
Менеджер Им опять махнул руками, разводя их ещё шире. Его помощники распахнули двойные двери технического коридора цокольного этажа. И мы увидели длиннющий тоннель, уходящий вглубь.
Он уже был заставлен вдоль стен неподъёмными кофрами со световым оборудованием, коробками с обувью и вешалками-рейлами. Дизайнеры-участники оккупировали разные углы, и это было видно по немного разной одежде.
Несколько человек яростно спорили с каким-то дядечкой лет сорока. Нервный корейский мужчина лет в чёрной оверсайз-футболке, с планшетом в руках и рацией на поясе. Все они возбуждённо кричали и махали руками в другом конце коридора. Но несмотря на хаос и насыщенное наполнение, места тут хватало. Пространство было просторным.
Когда мы вошли, суета чуть улеглась и на нас сразу накинулось несколько человек. А точнее, сначала на менеджера Има. Это были дизайнеры. Парни и девушки скорее ближе к тридцати. Да, они выглядели молодо, но всё равно в них чувствовалось уже какая-то зрелость. Явно старше моей Со Ён. Потихоньку начинал разбираться во внешности и их возрасте.
– Ну, что так долго. Это ваши зелёные юнцы. Надо быстро взглянуть. На всех! Но эти пусть будут в первую очередь, – Им понимающе закивал, а потом указал в нашу сторону.
Они о чём-то заговорили, но уже тише.
– Да, что это с ним? – возмущённо всплеснул руками Пёль. – Это же нечестно! Я больше не буду работать с их агентством. Найду себе другое! Я им больше нужен, чем они мне.
Но его слова звучали не убедительно. Скорее ситуация была наоборот. Однако я решил его поддержать.
– Сейчас всё и узнаем. Они идут к нам.
– Вот прошу, – менеджер Им отошёл чуть в сторону и представил нас по очереди, а мы поклонились. – Господин Пёль уже имел опыт в работе на подобных мероприятиях. А молодой господин На Хва Джин участвует первый раз, но наш руководитель Ким был о нём весьма высокого мнения. Вы же нас не подведёте?
Ещё бы я знал в чём, но уверенно кивнул и улыбнулся добавляя:
– Не подведу.
Почему-то мне казалось, что в этом нет ничего сложно.
– Кстати, – сказала девушка со стрижкой Каре, обращая внимания на меня. – Заметила вашу одежду. Отличный выбор и прекрасный вкус. Я тоже часто вдохновляюсь линейкам Джей Си. А это ещё и коллаба была сногсшибательная, жаль я не попала на релизное выступление. Там же была сама Фэй. Вы представляете?
Она явно была старше моей сестры, но так восторженно отзывалась о к-поп айдоле. Хотя чего удивляться в Корее это почти что боги. Для некоторых.
– Давайте перейдём к делу, – хмыкнул высокий парень в модной одежде, ещё бы, он же дизайнер. – Пёля я знаю, мы как-то пару раз с вами работали. Вы показываете себя неплохо.
При этом комплименте у него дёрнулась губа. Я прям и прочитал на его лице «что значит неплохо?». Но он благоразумно промолчал. Явно не хотел по глупости терять своё место. А мне вообще казалось, что несмотря на все вводные, что я получил ранее у меня всё ещё был шанс пролететь, если я их не устрою. Ох, ну расстроиться сестра если мы уедем домой раньше времени. Она там хоть проснулась. Или дрыхнет наверное ещё.
– Но вот этот молодой человек, кроме внешности, холодного спокойно взгляда, – он ткнул пальцем мне в лицо. – Что только плюс. С таким и ходите во время показа. Однако. Даже если вы новичок, у вас же должна быть поставлена модельная походка? Понимаю, что мужское дефиле гораздо проще женского.
– Поддерживаю! – поднял руку второй дизайнер или модельер, я вообще хрен кто эти ребята, он отличался густыми пышными бровями, и, возможно, сильно ими гордился. – Давайте его прогоним первыми.
Менеджер Им тем временем уже испарился, оставив нас на растерзание этой дизайнерской четвёрки.
– Давайте лучше начнём с него, – сказала стройная высокая девушка с серыми глазами и серебристыми волосами, наверняка, крашенные. Но образ у неё был, прям поёжиться можно, снежная королева, не иначе.
Остальные удивлённо уставились на него. И чуть не синхронно три против одной воскликнули.
– Это же Пёль! – указывая на него рукой. – Он безупречен.
– Пёль. Моль. Пыль. Гниль, – чеканила холодно снежная королева. – Я хочу это видеть. И если устраивает вас, не значит, что устроит меня. У нас есть время, но это не значит, что оно бесконечно. А даже с запасом этого времени до выходных, не факт, что мы найдём нормальную микрознаменитость. Поэтому начнём с него, – она ещё раз ткнула в Пёля пальцем.
Я едва сдержался от широкой улыбки. И чуть улыбнулся краяшками губ. Реакция Пёля была бесценной. Он и без того был бледный, а сейчас он стал почти белый.
Снежная королева перепрыгнула на меня взглядом и, цокая каблуками, шагнула ближе. Ниже меня ростом, но взгляд бил обжигающим холодом.
– Тебе весело?
– Немного, – улыбнулся чуть шире я, и пальцем показал на губы. – Примерно настолько.
Её губы, наоборот, сжались в тонкую линию, словно на кардиомонитор пропал пульс.
– Сейчас мы глянем, на что способен Пёль, а потом приготовься к своему позору. Если меня не устроит твоя проходка. Приготовься к смерти, как медийная единица, – чеканила девушка каждое слово, подобно пощёчине.
Я заметил, что даже остальная тройка наших оценщиков чуть отступала от её нападки в мою сторону. Сколько раз я бывал под дулом пистолета и в ситуациях гораздо опаснее физически, но сейчас реально ощущал что-то похожее. Помимо холода от неё веяло угрозой.
– Сонбэ-ним Айша можно вас, – они все втроём вцепились в неё сзади и оттащили от меня, она до последнего смотрела в мои глаза, а я их не отводил.
Пока мы ещё выясняли отношения, в коридоре уже началась прогонка других участников. Троица зашептали Айше, а на её лице с каждым новым словом прорезалась небольшая мимическая морщинка.
– Да я! – визгнула она. – Мне вообще плевать! Кто он там! Похороню карьеру любому, кто задирает высоко нос! Эй, Пёль, а ну, марш в очередь на проходку, – после она понизила голос, вернув его к спокойному состоянию, и посмотрела на меня. – А потом ты, На Хва Джин. Глянем на что способен мальчик по блату с большой зарплатой. У меня такого не прокатит. Я уважаю только дело.
* * *
Тренировочный комплекс агентства PYJ
Стены студии звукозаписи, обитые тяжёлыми звукопоглощающими панелями, казалось, сжимались с каждой минутой. Внутри аппаратной за толстым тройным стеклом царил полумрак, разрываемый лишь неоновым сиянием двух огромных мониторов и бегущими дорожками аудиоредактора.
Главный рэпер группы Хаймун сидела в мягком кресле у стены студийной комнаты, вытянув ноги в массивных кроссовках. На её коленях лежал блокнот с текстом заглавного трека, весь исчёрканный маркерами.
Внутри душной вокальной кабины перед тяжёлым студийным микрофоном стояла макне. Между ними, в массивном кресле по ту сторону стекла, восседал звукорежиссёр – сонный, равнодушный мужчина в кепке с логотипом агентства натянутой на глаза.
Он уже видел сотни таких айдолов. И с лёгким пренебрежением и безразличием относился ко всему происходящему. Воздух был наэлектризован, а между Хаймун и Фэй чувствовалось напряжение.
Уже пошёл второй час отработки общего рэп-сонара, где строчки младшей и старшей должны были переплетаться в безумном, скоростном темпе, создавая эффект «переклички».
Звукорежиссёр нажал на кнопку внутренней связи. В наушниках макне раздался его сухой, почти компьютерный голос:
– Снова мимо бита на третьей строчке. Ты зажёвываешь окончание. Из-за этого у нас дыра в тайминге полсекунды, и партия главного рэпера звучит так, будто она вступает слишком рано. Еще дубль.
Фэй судорожно вздохнула, облизывая пересохшие губы. Её ладони, сжимающие распечатку текста, мелко дрожали.
– Киса-ним… Ещё раз, пожалуйста, – прошептала она в мембрану микрофона, по привычке кланяясь стеклу аппаратной.
Бит включился снова. Тяжёлый бас ударил по ушам. Младшая зачитала свою строчку, стараясь выдать нужную агрессию. Всё шло идеально, быстро, хлёстко и… на стыке слогов язык снова запнулся.
– Стоп, – оборвал трек звукарь.
Он даже не стал ничего говорить, просто устало потёр переносицу.
В этот момент главный рэпер поднялась с кресла. Её движение было медленным, пугающе спокойным. Она подошла к тяжёлой двери вокальной кабины, толкнула её и вошла внутрь, оставив дверь приоткрытой. В тесном пространстве кабины сразу стало нечем дышать. Старшая вырвала из рук макне лист с текстом.
– Сколько раз ты репетировала этот транзит дома? – тихо спросила она. Голос звучал ровно, но в нем сквозила опасная сталь.
– Я… я учила всю ночь, онни… – макне подняла полные слёз глаза, не смея перечить или заплакать. Она едва сдерживалась.
В голове звучала мантра: я лёд, я холод. Только этот лёд вот-вот сейчас треснет от напряжения и начнёт таять горючими слезами.
– Всю ночь? – главный рэпер горько усмехнулась, ткнув пальцем в строчку. – Ты не чувствуешь синкопу. Ты позоришь рэп лайн нашей группы перед звукорежиссёром. Если ты не вытянешь это мясо, продюсеры просто отдадут твой кусок вокалисткам, а тебя оставят открывать рот на бэк-вокале. Ты этого хочешь? Чтобы все говорили, что макне взяли только как довесок?
– Нет, онни, пожалуйста… – слеза, наконец, покатилась по щеке младшей, но она тут же смахнула её, боясь разозлить старшую еще сильнее.
В корейской индустрии плакать на записи – значит проявлять непрофессионализм. На удивление Хаймун не обратила внимание на эту слабость. Кажется, в её глазах даже промелькнуло что-то… но не жалость. Понимание?
Звукорежиссёр в аппаратной цинично наблюдал за этой сценой через стекло, даже не думая вмешиваться. Для него это были обычные будни к-попа: старшие строили младших, чтобы выжать идеальный продукт, повторяя этот замкнутый круг. Когда-то он и сам также отчитывал Хаймун. А Фэй пришла в SkyPink после провального дебюта в другой группе. Да и в SkyPink были гораздо выше требования. И макне придётся пройти этот путь или сгинуть в небытие корейского шоу-бизнеса. Так что он лишь лениво крутил колёсико мышки, готовя новый трек.
– Подвинься, – приказала главный рэпер, бесцеремонно оттесняя младшую плечом от микрофона. – Смотри на мою челюсть. Слушай, где и как я ставлю акцент на согласных. У тебя нет времени дышать там, где тебе хочется. Ты дышишь только после четвёртого такта.
Старшая наклонилась к микрофону и без музыки, на одном сухом дыхании выдала зубодробительный кусок текста с идеальной, бритвенно-острой артикуляцией. Каждое слово отскакивало от стен кабины как пуля.
Она повернулась к бледной макне и вернула ей лист:
– Теперь ты. Сделаем это вдвоём. Без минуса. Мой голос идёт первым, ты цепляешься за мой последний слог. Если ты снова опоздаешь хотя бы на миллисекунду, я попрошу лидера исключить тебя из этого трека. Будешь открывать рот на бэк-вокале. Как под фонограмму. Поняла, – она посмотрела на Фэй снизу вверх.
Но даже в таком положении макнэ ощущала себя крошечной.
– Да, сонбэ, я всё поняла, – кивнула и поклонилась Фэй. – Выложусь на все сто!
– Тогда начнём!
В замкнутом пространстве вокальной кабины воздух казался осязаемым. Главный рэпер стала чуть боком к ней, лицом к микрофону, контролируя каждый миллиметр пространства. Они оказались чертовски близко, что ещё сильнее увеличивало напряжение.
Хаймун даже не смотрела на макне. Её взгляд был прикован к стеклу аппаратной, за которым звукорежиссёр лениво потянулся к пульту.
– Включаю, – раздался в наушниках его равнодушный голос. – Без минуса. Только запись.
Фэй приходилось ориентироваться только на старшего рэпера. Четыре такта на вступление. Время замедлилось.
Хаймун резко вскинула голову. Её челюсть двигалась с пулемётной скоростью, выдавая жёсткий, агрессивный поток слов. Она не просто читала – она задавала планку, выстраивая безупречный ритмический рисунок. Каждое окончание слога срезалось словно опасной бритвой.
Строчка старшей оборвалась ровно на долю секунды. Стык. Самый опасный момент.
Макне зажмурилась на мгновение, поймала это мимолётное движение плеча старшей и прыгнула в бит, который звучал только у неё в голове.
Она не стала глотать воздух, как делала до этого. Вместо испуганного писка из ее горла вырвался плотный, низкий речитатив. Она буквально зацепилась за последний слог онни, впечатывая свои слова ровно в те доли, которые они ловили в зеркале танцевального класса во время отработки движений.
Они начали читать вдвоем, лицом к лицу, внахлёст, дыша одним ритмом. Слова переплитались в бешенной чехарде. Ошибка просто исключалась. Сейчас это было подобно смерти. На последней фразе макне выжала из себя максимум вокальной агрессии и закончила кусок синхронно с финальным ударом баса, который всё так же звучал только в её голове.
Повисла оглушительная, звенящая тишина. Слышно было их тяжелое, прерывистое дыхание.
Макне замерла, не смея опустить микрофон. На её лбу выступили капли пота, а сердце готово было пробить грудную клетку. Она умоляющим, полным надежды взглядом посмотрела сначала на старшую, а затем через стекло на звукорежиссёра.
В аппаратной киса-ним медленно откинулся на спинку кресла. Он несколько секунд молча смотрел на монитор. Дорожки их голосов легли идеально стык в стык, без единого зазора.
– На удивление чисто, – буркнул он в микрофон связи, даже слегка улыбнулся. – Я записал. Скину вам обеим послушайте. Также добавлю наложение на минус, – он показал сердечко. – Всё чётко! А сейчас мне нужен холодный кофе, так что мне придётся вас покинуть.
Звукарь выключил пульт и тут же уткнулся в свой телефон, встав с кресла, он направился к выходу, словно специально оставляя девушек вдвоём.
Макне облегчённо выдохнула, ее плечи резко опустились. Она повернулась к главному рэперу, заглядывая ей в глаза, словно преданный щенок, ждущий одобрения. Но старшая хранила молчание. Она молча сняла наушники, аккуратно повесила их на стойку и поправила воротник своей оверсайз-толстовки.
Она направилась к выходу из кабины, и сердце макне снова сжалось от холода.
Неужели всё равно плохо? Неужели я опять разочаровала её? Даже киса-ним похвалил.
Такие мысли проносились в голове у Фэй.
Старшая взялась за ручку тяжёлой двери, потянула её на себя, но на секунду замерла. Не поворачивая головы, глядя исключительно на тёмное стекло аппаратной, она произнесла ровным, почти безразличным тоном:
– Уже лучше. По крайней мере, мне не пришлось за тебя краснеть.
Хаймун сделала шаг за порог, но прямо в дверях добавила чуть тише, едва заметно смягчив голос:
– Попей воды. Через десять минут жду в машине, будем повторять текст для нашего завтрашнего лайва. Тебе ещё старые треки подтягивать надо. Ты же теперь вместо Аланы. Фэндом не забыл наши старые песни и к ним тоже надо возвращаться. А у тебя и там пробелов хватает, – это был упрёк, но прозвучал он гораздо мягче обычного.
Дверь захлопнулась. Макне осталась одна в кабине. На её лице впервые за это бесконечное утро появилась робкая, но счастливая улыбка. Она быстро смахнула остатки слёз и поклонилась в спину Хаймун, прошептав в микрофон:
– Спасибо… – но её никто не услышал.
В этот момент дверь открылась и на студию вошла лидер. Она о чём-то начала говорить с Хаймун, а потом посмотрела через окно на Фэй и поманила её рукой. Макнэ сорвалась и пулей, чуть ли не через окно вылетела к лидеру, которую боялась и боготворила ещё больше чем старшего рэпера.
Если Хаймун как и полагается рэперше была немного бунтаркой, то лидера была для неё идеалом. Недостижимым идеалом. И не только для неё. Для всех в SkyPink.
– Девочки, – смотрела на них с высоты своего роста лидер. – У меня должок перед одной моей подругой, – она даже едва уловимо кивнула. – Выручайте! Я, конечно, обещала сама поучаствовать в презентации, но это было давно, и каких-то точных сроков мне называли, но на эти выходные у меня запланированы дела. Не могу отменить. С руководством агентства я уже решила вопрос, так что не переживайте. Всё будет официально, и вам за это ещё заплатят.
– Ридо-ним, ну что там? – словно недовольная младшая сестрёнка обратилась Хаймун. – Не тяни уже? Наверное, опять что-то интересное? Презентация чего?
– Сами решите интерсно для вас это будет или нет. Надеюсь, вам понравится. Я обещала подруге поддержать презентацию её коллекции одежды. Дефилировать на подиуме вас никто не заставляет. У них денег не хватит на это, но вот среди почётных гостей засветитесь. Покажите, что Sky Pink в тренде и следит за инди-модой. Ну что, выручите меня?
– Да! – тут же отреагировала фэй и поклонилась. – Всё что угодно сонбэ-ним.
У ней-то и выбора не было. Да и макне прекрасно понимала, что это хорошая возможность показать то, насколько она предана делу.
– Ты бы поосторожнее со словами была Фэй, – поправила её лидер. – Ну а ты что Хаймун? Не тяни!
– А что мне за это будет⁈
– Тебе заплатят, – лицо лидера стало серьёзным. – Да и я не просто так обратилась к вам с Фэй, считайте это будут незапланированные профилактические выходные. От вас многого не требуется. Проведёте время вместе. Прошу тебя, не будь так строга к Фэй. Покажи себя… как старшая сестра. Вам надо поладить. А то из-за этого Фэй постоянно нервничает.
– Нет. Что вы ридо-ним. Просто мне не хватает опыта работы в таком высококласном коллективе. Хаймун-ним здесь не при чём.
– Ой, да ладно тебе Фэй, – махнула рукой Хаймун. – Ты же сама своим словам не веришь, – а потом глянула на лиреда. – Поняла я, ридо-ним. Еду. Едем. Будто у меня был выбор.
– Выбор есть всегда, – улыбнулась довольно лидер.
– Ага. Только не против тебя. Ты играешь наперёд на десять, а то и двадцать шагов вперёд. Я же перед тобой в долгах как в шелках.
– Спасибо, – опять легко кивнула лидер и развернулась в сторону двери. – Повеселитесь. А теперь пойдёмте. Пора за дело! До выходных нас ждёт ещё много работы.
Два репера остались вдвоём. Хаймун подняла руку, сжала в кулак и плавно коснулась плеча Фэй отчего та вздрогнула.
– Молодец, макнэ. У тебя правда стало получаться лучше. Но не задирай нос. Нас двоих ждёт длинный путь. А со словами будь посторожнее, особенно с ридо-ним, – она сделалась серьёзной. – Всё что угодно? Не говори так никому!
* * *
Nest Hotel
Цокольный этаж
Казалось, злодейка Айша решила выжить нас с Пёлем. И ему, как сонбэ досталось первому. Его проходка чуть не стоила ему сердечного приступа. Но он собрался и пошёл. Ровная осанка, чёткий шаг. Мне казалось он держится достойно. Начало дистанции, вообще казалось идеальным, однако это длилось недолго. Замечания посыпались уже через десяток шагов:
– Шире шаг. От бедра! Размашисто и уверенно, а не мелкими шажками. При твоём-то росте! Не семени! Держи две параллельные линии. Ты же не девушка! Парни не ходят взахлёст! Ноги на ширине плеч!
И это он только до середины дошёл. Все остальные замерли, с ужасом, наблюдая и вникая в разгромную критику.
Айша же отрывалась всей душой.
– Фиксация бёдер! – рычала она. – Держи таз стабильным, никакого виляния бёдрами и быть не должно. Расслабленный корпус! Плечи развёрнуты и опущены, грудь раскрыта, но верхняя половина тела не должна выглядеть каменной или заваленной. Соберись! Контролируй руки. Они должны двигаться естественно, в такт шагу. Пальцы полурасслаблены, ладони не сжимаются в кулаки, а словно парят.
Он словил такое количество замечаний. По моим прикидкам замечания были вообще обо всём. Каждое движение её не устраивало.
– Ещё раз! – рявкнула Айша. – И это будет твой последний раз, – она глянула на тройку дизайнеров. – А вы мне ещё говорили, что он всё может!
Те опустили головы.
– Если у вас такие стандарты, тогда всё ясно. И это вы назвали безупречным. Ащщ.
Я стоял примерно в центре дистанции проходки. По краям стояли те самые пёстрые сопровождающие менеджера Има с бейджами «персонал».
– Сонбэ! – полушёпотом подбадривающе обратился к поникшему Пёлю. – Соберитесь! У вас всё получиться.
Остальные отобранные для первой проверки даже слово боялись вымолвить. Их потряхивало. А худая девчонка, что расспрашивала десять минут назад Пёля, стала бледной словно труп. И, казалось, вот-вот потеряет сознание. Или уже потеряла. Стоя.
– Поехали! Вторая проходка! – крикнула Айша.
Пёль стартанул. Но мои слова, кажется, его подбодрили, и он стал двигаться увереннее. А Айша на удивление почти не сделала замечаний. Всего пару пустяковых реплик. Я же во все глаза сканировал то, что делал Пёль, готовясь повторить. Выглядело несложно.
– Ладно. Этого оставляем! Ты действительно можешь когда хочешь. Но лучше хотеть и делать постоянно. А не после хорошей встряски. Сейчас прогоним остальных, но сначала, – её взгляд упёрся в меня. – Давай наш избранный и привилегированный новичок. Покажи всем, что с людьми творят деньги!
* * *
Айша не была предвзята. Просто она не любила всяких выскочек. И её требования были весьма высоки. Потому что стремилась на наверх. И её подъём начинался с самого дна. А там, наверху не любят слабаков или тех, кто покупает себе места хорошими знакомыми и деньгами. Это же высокий парень с холодным взглядом сильно раздражал. Возможно, тем, что чем-то он напоминал ей себя в молодости. Как он сюда попал она не знала, но его называли топом. Пусть и покажет топ дефиле.
Но когда он вышел на дистанцию. Внутри что-то дрогнуло.
Первые пары шагов вышли неловким, он даже слегка качнулся, но она решила чуть-чуть подождать, делая скидку, на то, что он новичок. Но дальше…
Его проходка превратилась в абсолютный баланс между первобытной силой и безупречным аристократизмом. Он словно бил в те самые точки, которые она называла при первой проходке Пёля.
Плечи развёрнуты, грудь расправлена, но в теле нет ни капли искусственного напряжения или солдатской зажатости. Каждое движение дышало хищной, кошачьей грацией. Спина идеально прямая, словно по ней проходит невидимая ось уверенности, удерживающая весь этот безупречный силуэт.
Он шёл не по одной линии, а буквально парил по двум параллельным прямым. Шаг широкий, размашистый, рождавшийся глубоко от бедра. Стопы опускались твёрдо и плотно, без суеты и лишнего шума. Бетонный пол будто сама принимал его вес.
Бёдра оставались абсолютно неподвижными, подчёркивая монументальность и мужественность фигуры. Руки двигались свободно, в такт шагам, ладони расслаблены, а пальцы едва уловимо скользят по воздуху.
И больше всего, что пробирало Айшу, не давая даже открыть рот – его…
Лицо – каменное изваяние, лишённое эмоций, но полное скрытого магнетизма. Подбородок слегка приподнят, а взгляд направлен строго вперёд. Словно он прямо сейчас смотрел сквозь объективы камер или куда-то в толпу за горизонт.
Он не искал одобрения, он завладел этим местом с первого шага.
Дойдя до края дистанции, Хва Джин замер на долю секунды. Вес тела плавно перенёсся на одну ногу, плечи едва заметно развернулись. Фиксация. Один мимолётный, пронзительный взгляд в невидимый объектив. Его игра завораживала, словно он был рождён для подобного.
Он плавно развернулся через плечо, уходя обратно. Одежда из новой колекции Джей Си струилась на нём, продолжая движение мастера, который только что показал, как выглядит абсолютная уверенность.
Все замерли. В цокольном коридоре воцарилась гробовая тишина. Кажется, даже само время притормозило свой бег, пытаясь осмыслить, что случилось.
Айша сглотнула несколько раз. Вздохнула. Выдохнула. Голова стала стерильно чистой. Одни эмоции. Это был шок. Даже реальные топ-модели не производили на неё такого впечатления, как этот парень. Он словно был рождён для этого, но не для подиума… он был рождён как олицетворение уверенности.
Она всё-таки постаралась найти в себе силы и высказать хоть какое-то критическое замечание.
Но взрослый дядечка сорока лет – режиссёр-постановщик всего шоу захлопал первым.
– Браво! Это был фурор! – моментально, сразу после его слов помещение взорвалось аплодисментами.
А Айша так и стояла, хлопая глазами с открытым ртом, не понимая до конца, что увидела. В моменте она поймала себя на том, что и она аплодирует этому… невероятному парню.
