Текст книги "Звездный Поток. Клановец (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

Соавторы: Виталий Останин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

– Отлично! – подбодрил его я.

– Гарантировать успеха не могу, – пробурчал он в ответ. – Я не Учитель, и для меня «копье» делать естественно, как дышать…

– Но попробовать стоит.

– Ну с меня тогда молнии Терра, – улыбнулся Коррен.

– Наташа, а ты может тогда… Наташа?

А кому я это говорю? Никого уже не было. Косыгина, сообразив, к чему идет разговор, использовала отвод глаз и пропала. Попросить, что ли Наю, чтобы она ее оттуда выпнула. Как тогда, в первый раз? Хотя, пофиг. Пусть прячется, если хочет.

– Тогда предлагаю сходить на наш полигон после чая с булочками. Попробуем, кто что может…

Все сразу воодушевились, особенно Терра. Которому, видимо, было жизненно необходимо доказать своему клану, что он не какая-то обраковка, а полноценный одаренный. Способный потянуть родовые техники от обоих родителей. Не знаю, стал бы я на его месте так заморачиваться. На мой взгляд, родители должны любить своего ребенка просто по факту его существования, а не за то, что он молниями может швыряться.

Но это точно не мое дело. Чужая душа – потемка, а уж чужая семья – вообще темный лес!

Некоторое время все просто болтали. Немного расслабившись, даже Зандер стал вести себя почти, как нормальный человек. Нет, он и дальше продолжал понемногу душнить, имея на любой аспект разговоры свое бесценное и безусловно важное для всех мнение. Но уже без такого жесткого вызова в сторону всех клановых.

– Коррен, а у тебя лицо изменилось, – услышал я вдруг. От него.

– В смысле? – искренне удивился Терра.

Я, признаться, тоже подвис. Как это – лицо изменилось?

– Ну мы же с тобой в одной группе были, – пояснил мистер Душнила. – Те несколько дней, пока ты в «апасные» не перешел. И помню твое лицо, когда ты только приехал. У меня очень хорошая зрительная память!

Ну кто бы сомневался!

– Мы же дети, – покровительственно протянула Анасдея. – Растем, меняемся. Что в этом удивительного?

– Но не за две же недели, – запротестовал Зандер. – Я серьезно, у Коррена скулы были тоньше, и мочки ушей другие. Вот как у тебя, Ори.

Дебра сразу полезла смотреть вблизи, а тезка только махнул рукой, мол, ну хорош уже! Я тоже ухмыльнулся. Мочки ушей! Да кто вообще смотрит на форму мочек ушей? Только такие все обо всем знающие «специалисты», как Зандер.

– Давайте уже чай пить, – сказал я, прекращая глупый спор. Булочки я из духового шкафа достал уже минут десять назад, и сейчас они доходили, распространяя аромат свежей сдобы на всю кухню. – А потом идем на полигон.

– А мы вовремя! – в дверях возникла микростратегша, вернувшаяся с прогулки. За ее спиной возвышался Джар Ян. – А что за поход на полигон? Сегодня же выходной.

– Да мы вот решили поделиться секретными клановыми техниками, – заговорщически произнес я.

– Отличная мысль, я в теме! – Шая попыталась ухватить одну из булочек и сразу же запихать ее в рот. – Ай!

Я был готов к этому.

– За столом, Шая Ренфолд!

– Вообще-то, я командир группы!

– Не на моей кухне!

– Деспот!

– И руки помой! Аня, я все вижу!

Глава 15
Вакуум

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

После первых двух недель обучения, сумбурных и нервных, на удивление все устаканилось. С одной стороны – в группе не осталось свободных мест, с другой – наставница как задала высокий темп, так его и не снижала. Даже когда закончился «месяц быстрого запоминания». Вернее, особенно когда он закончился – и пришлось забивать память учебной информацией без мнемоники. А ведь мы еще и по вечерам самостоятельно на выделенном неформальном полигоне занимались! Для этого, правда, приходилось дергать Бена Ферандо – но он, кажется, был скорее за движуху. Как он мне сказал: «ваше присутствие мотивирует меня тренироваться на сдачу экзамена на грандмастера».

Заучивание клановых приемов, как я и думал, грозило занять значительно больше времени, чем постижение повсеместно распространенных. Самым простым, удивительно, оказалось понять принцип «копейного удара» Сервантес – я даже смог его повторить! Но – только я. Самым сложным в этом «простом» оказалось синхронизировать движения телом и потоки энергии в теле. Уже получив результат, я понял, с чем можно сравнить удар витальным «копьем»: с выстрелом из большого лука! Не спортивного, не охотничьего роликового – а древнего клееного композитного лука в рост человека! Когда приходилось работать всем телом, чтобы натянуть тетиву «на разрыв». Одновременно всем телом целясь!

Я невольно поднял свое мнение о Идальго, когда я оценил, насколько он овладел своим «коронным» клановым ударом. Не даром в клане все турниры выигрывал – действительно выдающийся молодой спортсмен! Именно спортсмен: отец его продвигал именно в этом пути развития, надеясь таким образом «закинуть» сына куда выше своего потолка возможностей в клане. В результате вышло что вышло. Н-да. Ну, хотя бы врагом Хот меня больше не считал и молчаливо признал мое лидерство в группе.

На вечерних занятиях Сервантес корпел над «железной рубашкой»: его очень впечатлил тот факт, что она не дала ему проткнуть меня насквозь. Тут, правда, гордому «испанцу» больше помог мой братец Цзан: его-то учили осваивать прием классически, через боевые искусства. То есть как раз через движения тела и медитацию. После чего дело пошло на лад, и сейчас Идальго мог укрыть свою кисть в черноту защитного приема секунды на три! По-моему, его самого удивлял такой явный прогресс.

Зандер, помнящий, как я «прижег» его одногруппников шаровыми молниями решил развиваться в Проявления – ну или в направление термодинамического воздействия, если пользоваться классификацией Вечной Пятерки. Чем спровоцировал Дебру, немедленно взявшуюся за ту же область. Немного притеревшись к остальным, и что-то для себя решив, это парочка немедленно начала выяснять, кто из них самый умный.

Остальные как-то не горели принимать участие в этой специальной дисциплине, а меня оба исключили из противостояния. С одной стороны, как судью, а с другой стороны, как повара, сумевшего из предоставляемых Академией продуктов приготовить их любимые блюда. Я вообще заметил, что возможность оставить без сладкого – колоссально действенный рычаг управления одногруппниками!

Это в начале учебного года все сползаются от родителей наевшиеся вкусняшек и отдохнувшие. А вот когда учеба реально жмет из тебя соки неделю за неделей и до зимних каникул целая вечность – вот тогда-то вкусная еда и начинает цениться. Даже клановыми кадетами, что уж говорить про детей из обычных семей. Теперь-то я очень хорошо понял Бена Ферандо, когда он еще будучи Борком Раулем, мне на Бруасе рассказывал, как ему запомнился торт на Новый Год.

К сожалению, нашего неформального наставника забирать из Академии было некому. И я ведь чуть не разделил его судьбу – если бы Констанция не нашла Тесс, в семь мне была бы прямая дорога прямо вот к воротам Академии… Ладно. Как говорится: история не имеет сослагательного наклонения. Мне повезло, Фернадо тоже повезло в конце концов: он своими руками убил своего врага, восстановил свое доброе имя (и фамилию), поменял работу на куда более респектабельную, чем ловить бандитов и работорговцев. А теперь мои коты еще и помогали Учителю в его тренировках, гармонизируя вокруг себя энергию Потока, а где и потихоньку поправляя ошибки экс-призового охотника.

Справедливости ради надо сказать, что моя цветная четверка помогала всем, кто приходил на площадку. Шаманы просто слышали их подсказки, а остальным – так же, как с Беном. Остальным – это всем, кроме Наташи. Как тогда, при первом разговоре она ушла в невидимость – так и пошло: едва речь об обмене знаниями, так Полночь волшебным образом исчезает. Что не помешало ей заявляться на неофициальный полигон вслед за нами… первые три раза. Зеленая с трудом, но её находила. А вот на четвертый раз фамильяры огорошили меня известием, что знают, как сбивать инвиз!

– Те волны, что выпускал пиратский гранд, которого мы впятером с тобой с трудом прибили! – волнуясь, протараторил Синий. – Они не от Зверей Потока, это способ увидеть невидимок! Нас по сути побочкой отбрасывало!

– Я врубала отвод глаз и Кер с Ра подбирали воздействие, чтобы меня найти, – обстоятельно объяснила Зеленая. – Оказалось, «инвиз» можно разорвать нашим когтем! Если попасть, конечно.

– Короче, «отвод глаз» – это что-то вроде искусственного энергетического тела, – влез Ра. – Теми энерговолнами его можно просто сдуть. Ну или хотя бы пойти рябью. Хоба – и мышка поймана!

Что и произошло на ближайшей тренировке. Договорившись с названными братьями и сестрами, я на тренировки выпустил волну.

– Смотри, приведение! – азартно выкрикнула Анасдея, первой заметив пошедшую рябью маскировку Наташи.

Кто ж знал, что наши новички засандалят по ряби каждый по молнии? Вот дети, блин: реально испугались! Хорошо, что они Проявления в варианте клана Терра не освоили – и «приведение» отделалось легким испугом, удар принял на себя кадетский комбез. Надо сказать, что легкий удар током не заставил Косыгину потерять концентрацию и маскировку она удержала. Но намек поняла и больше не лезла. Кому другому это грозило бы как минимум одиночеством, но блондинка умело и как бы случайно рушила все естественным образом возникающие психологические барьеры. У меня даже возникло предположение, что она так специально тренируется на нас: отталкивает и притягивает по-очереди. Что ж, её выбор.

Если на земной манер наименовать месяцы учебного года Академии Элитеи, то за сентябрь и октябрь мы полностью закончили курс экстренной медицины от Аэлиты Брин. К огромному облегчению кадетов старших курсов, которых за мелкие провинности заставляли работать для нас «куклами». А Ферандо после слитой по дурости «боевки», бывало, целую группу или даже две загонял к нам, а не в капсулы. Если, конечно, не было серьезных травм. Говорят, дисциплина и успехи в спаррингах и групповых учениях у выпускного и предвыпускных потоков взлетели на недосягаемую высоту!

Но вот настал «ноябрь» – и мы погрузились в таинства направления дистанционной кинетики. Это было интересно и тяжело – взять и перевернуть в голове свое представление о телекинетических приемах, заучиваемых еще с самым первым учителем. Мне все опять давалось проще, чем другим – но эмоций вызывало не меньше. Особенно страшно оказалось первый раз полететь без поддержки щитов. Это как научится плавать, только без воды – воздух-то не может человека без специальных средств удержать. А вот волны Звездного Потока – оказывается, могут! Ровно до того момента, пока ты не потеряешь концентрацию и собьешь структуру телекинетического кокона.

– Как только все смогут как Ори и Аня – группу ждет кое-что захватывающее и интересное! – объявила Брин.

– Наставница, ну зачем нам полет? – тут же заныл Зандер. – Мы обязательно самостоятельно изучим движущиеся щиты Макира: их использовать проще и надежнее! И движение, и защита сразу!

«И атака,» – явственно подумал Идальго, потирая затылок, но промолчал.

– Насколько я знаю, у тебя, Зан, и по термодинамике пока успехи не сказать, чтобы прямо выдающиеся, – незло хмыкнула Аэлита. – А телекинез себя, поверь уж, очень важный навык. Как только все освоите – дам на собственном опыте убедиться. Так что уж постарайся. Хотя бы ради меня!

– Л-ладно, – Волковский покраснел и отвернулся, чтобы наставница это не увидела. Под гнусное тройное девичье хихиканье, конечно же.

Впрочем, смех почти сразу же оборвался: если переступить черту «социально допустимого», высшая социалка вместо вечерней самостоятельной тренировки уводила проштрафившегося для профилактической беседы. Причем ведь для каждого находила свои слова, чтобы «влезть под кожу» и реально заставить ребенка почувствовать, в чем и почему он был не прав. Во всяком случае, Ильтазар она отучила чуть что бычить, а Косыгину – исчезать во время официальных занятий. А вот Коррена сумела как-то так ободрить, что он перестал стесняться демонстрировать свои успехи и стал осторожно высказывать собственное мнение, когда это требовалось.

К моему удивлению сносно держать себя в воздухе мои одногруппники смогли к началу условного «декабря». Судя по довольной улыбке Аэлиты – она заранее смогла рассчитать сроки и теперь довольно улыбалась: уложились все.

– Группа «ВИО-шесть» получает зачет по дистанционной кинетике, – хлопнула она в ладоши. – А теперь все спускайтесь на землю и идемте за обещанным захватывающим и интересным!

Пробежка по улицам Академии привела нас в парк, а в нем – к отдельно стоящему павильону. Который оказался надстройкой над здоровенной лифтовой шахтой! С управляемой гравитацией сложно сказать на какую глубину мы спустились: за стандартную минуту высокие технологии могут увезти и на триста метров, и на три километра, и на все пятьдесят! Понятно, что вверх – внизу-то уже где-то на пятнадцати магма пышет жаром и давление запредельное. Так что по-логике получалось скорее три сотни, чем три тысячи.

– Шлюз? – удивился всезнайка Волковски – Зачем лифт ведет в шлюз?

– Сейчас все узнаешь, – изобразила улыбку Джоконды Брин. – Проходите вторые ворота, как только закроются первые… а теперь вот к этому иллюминатору. Компьютер, поднять защитные жалюзи!

В первый момент я не поверил своим глазам – и никто не поверил. Видели снимки лунной поверхности? Вот за стеклом расстилался подобный пейзаж, подсвеченный прожекторами и… звездами⁈

– А вот и наш лифт, – вовремя указала рукой наставница. Твою ж! Немного приплюснутый куб на опорах мигнул двигателями – двигателями⁈ – и взмыл в черные небеса. Где и растворился.

– Внимание, учебный полигон «Вакуум Девятнадцать» переходит в рабочий режим, – заговорил автоинформатор. – Условия: спутник газового гиганта в системе Марина Четырнадцать. Эмуляция естественной гравитации через три… два… один…

Желудок резко дернуло вверх, голова закружилась. Зато все тело стало легче перышка, так и норовило само взлететь!

– Спасите!!! – тоненько пискнула Нокс.

Идальго явно хотел выругаться, но смог промолчать. Аня и Дебра ограничились восклицаниями, а Наташа аж мигать начала, на мгновение проваливаясь в невидимость и тут же выходя из неё!

– Поздравляю с началом начальной пустотной подготовки, дети, – Аэлита искренне веселилась, глядя на нас. – На две недели эта учебная станция станет вашим – нашим! – домом.

– Без тяготения? – Цзан справился с рвотным рефлексом. Почему-то ему почти-невесомость далась особо трудно. Я даже думал помочь, но лезть под руку не стал: зря, что ли, медицину учили и практиковали?

– А вот это по вашему выбору… – прищурилась наставница.

– Да мы все «за», чтобы генераторы отключили! – хрипло высказался Зандер, перебив преподавателя. – Правда, народ?

Все закивали… кроме меня и Анасдеи. Потому что я уже догадался, в чем подвох и передал по мосту «наложнице». Учителя надо было внимательнее слушать

– Вы не поняли, – вроде как обычно ласково улыбнулась Брин, но почему-то показалось, что мы видим оскал тигра! – Выбор в том, что можно наслаждаться почти-невесомостью или использовать полученные на занятиях по кинетике навыки, создав персонально себе эмуляцию тяготения. Тот же кокон, только вектор усилия будет не тянуть вас вверх, а прижимать к полу.

– Кажется, даже немного проще, чем полет, – пройдясь по полу словно её вес остался прежним, – осторожно оповестила всех Шая. – Надо только не терять концентрацию… Ой!

Это «ой» стоило нашему микростратегу удара головой об потолок – но, по-моему, она даже не заметила столкновения. Вышедший из соседнего отсека «ой» был в преподавательском комбезе, но при погонах. Судя по знакам различия – в звании не ниже майора по классификации, принятой на моей первой родине. Крупный такой дядька с короткой стрижкой «под машинку» и чисто выбритым лицом. Именно «дядька», а не просто мужчина. За плечами преподавателя чувствовался опыт.

– Командир учебной станции полигона «Вакуум Девятнадцать», – представился он нам, отдавая воинское приветствие. – Довожу до сведения кадетов, что распоряжением ректора Ли вы переходите под мое командование на две недели. Ко мне обращаться «командир Леонов» или просто «командир». Вопросы есть?

– Русский космонавт! – хором взвыла у меня в голове цветная четверка! – Настоящий!

– А где тут туалет? – тут же влез Зан.

– И когда нас покормят? – одновременно спросила Дебра. – И, главное, как?

Я толкнул Шаю в бок, отчего она чуть не улетела к противоположной стене. Блин, опять забыл про микрогравитацию! Но нить успел протянуть и подсказал, что надо ответить. В смысле, она сама тоже знала – просто растерялась.

– Командир учебной группы Ренфолд. Вопросов нет, командир Леонов!

– Ну хоть кто-то из вас интересовался Уставом, – улыбнулся этот персонаж. Но тут же сделал серьезное лицо. – Так, слушай приказ! Двадцать четыре часа на адаптацию к микрогравитации, и выходите на посты. Занять каюты согласно штатному расписанию, оно в ваших коммуникационных устройствах. Ознакомится и разойтись! Наставник Брин, проследите… пока что.

– Я так и не поняла, будут ли нас кормить? – трагически прошептала Дебра.

– Ну что, дети, – привлекла наше внимание хлопком в ладоши Аэлита. – Вот он ваш первый шаг в настоящий космос. Не пассажирами уютных кают в лайнерах и торговых судах, а без скидок. Не забывайте применять полученные а Академии навыки и учитесь субординации. За эти две недели вы сами поймете, насколько важно соблюдать вертикаль подчинения на борту. К сожалению, руководство Академии выступило резко против заодно пройти с вами курс борьбы за живучесть…

Зная, как тренируют будущих офицеров-подводником, мне стало плохо от одной мысли об учебных ситуациях. Это ведь пожары в отсеках, разгерметизации и прочие подобные «прелести»! Фух, хвала и слава ректору Ли, что пронесло! Пока пронесло, конечно.

– Да, на счет кают, – «вспомнила» наш официальный куратор. – Приказ «разойтись» отдан потому, что через шесть-восемь часов в организме человека начинается перестройка процессов под невесомость. С головными болями, слабостью и тошнотой. Но вы-то у меня все подготовленные, так что используйте это время с толком: изучите все присланные вам документы. Отнеситесь к ним как можно более серьезно. Особенно к инструкции по пользованию туалетом – слышал, Зан?

Упс. Туалет типа «пылесос». Как же мы попали! Особенно если кто-то действительно не справится!

– Зато Приключение! – ободрила меня Зеленая.

Да. Приключение. Очень ждал. Вот спасибо-то.

Где-то двенадцать часов спустя я влез в спальный мешок и попытался заснуть, прижав себя к полу кинетикой. Симптомы «космической болезни» я успешно подавил, так что оставалось убедить свой вестибулярный аппарат, что я не падаю в бесконечную пропасть.

Ладно. Все плохое, что могло – уже произошло. Я и про туалет в том числе. Даже интересно вступить на путь предков, которые на моей Земле мне были почти что современниками…

– Ори, просыпайся! – голос Стуния у моего уха заставил меня дернуться и улететь к потолку. Да твою ж!

– Что еще⁈

– Кель закончил свой лечебный сон, – «обрадовал» меня красноперый оборотень. – Теперь ему желательно недели две от тебя вообще не отлучаться, держать максимально близкий контакт.

– Ты ведь соскучился, Ори⁈ – обвил мою грудь Змей. – Соскучился, правда⁈

З-зараза!!!

Глава 16
Станция

Год 1140 от начала Экс… так, нет.

Звездная дата неизвестна.

Тренировочная база «Вакуум-19»

День первый

Просыпаться в невесомости – отдельный квест. Один из самых мразотных, если подумать. Мозг еще не понял, где верх, а где низ, а тело уже норовит уплыть в сторону – не подумав, я слишком рано отстегнул крепление спального мешка.

Судорожно вцепившись в край «кровати», я попытался вспомнить, какого вообще кварка тут происходит. И тут же получил толчок в плечо.

Случайный. Сервантес, с которым мы делили на двоих кубрик, вставая, неосторожно меня задел.

– Да чтоб тебя! – если бы не держался за кровать, уже летел бы к стене. Плюс еще Кель помог. Намотался хвостом на поручень, а верхней частью тела на мою кисть.

– Прости, Ори! – Идальго от столкновения тоже слегка закрутило, и он принялся балансировать руками, пытаясь восстановить равновесие.

Еще тринадцать дней так!

– Да не волнуйся ты так! – считав мой эмоциональный фон, вылез с ободрением Кель. Странным, как он сам. – Я же с тобой!

База «Вакуум-19» была точной копией древней лунной или астероидной станции чуть ли не времен начала Экспансии – тесной, перегруженной техникой и с постоянным гудением вентиляции. Гравитация здесь была… если можно так выразиться – один процент от привычной. Ходить приходилось осторожно – стоило только потерять концентрацию, упустить состояние «полетного кокона», в котором создавалась внутренняя гравитация для одного человека, как ноги сами отрывались от пола. На утреннем разводе кто-то из группы постоянно куда-то уплывал.

Шая пока стояла на полу твердо. С таким видом, будто ее совершенно не беспокоили дрейфующие мимо однокурсники. Сверилась с расписанием на день, полученным от командира, и начала выдавать наряды.

– Так, сегодня Коррен бортинженер, пост номер три, Наташа – оператор связи, Дебра – завхоз, Ори – проверка научного оборудования…

– А я? – К моменту, когда Ренфолд перечислила всех, остался только Зандер.

– А ты – сантехник, – улыбнулась микростратегша. Как мне показалось, немного мстительно. Что в их коридоре успело произойти?

– Эй, за что⁈

– Ты же сам сказал, что временные нормативы на пользование туалетом – бред бредовый? И еще что-то про норму потребления воды? Вот, все санузлы станции в твоем полном распоряжении. На сегодня. Приказ командира Леонова.

Точно – что-то случилось. Кто-то – не будем показывать пальцем – слишком долго умывался.

– Моя месть будет ужасна!

– Это угроза, кадет Волоковски? Старшему по званию?

– Выдвигаюсь на пост! – донеслось уже из коридора. – Не слышу ничего!

* * *

Ничего особо сложного в назначенных нам работах не было. Минимум технических знаний, максимум внимательности и терпения. Я к примеру, отвечал за научное оборудование станции – всякие там сканеры, спектрографы, криогенные накопители и прочие биодатчики с ультрафиолетовыми обеззаражевателями. К слову – все было вполне современное.

Его нужно было проверить на работоспособность, осмотреть на предмет физических повреждений и убедиться в том, что каждый прибор находится на своем месте. И закреплен – гравитация, помним, да?

Я уже прошелся по своему чек-листу, и собирался заняться изучением документации, когда по станции вдруг разлетелся тревожный звук сирены. А вслед за ним голос станционного ассистента.

– Внимание, аварийная ситуация. Зафиксировано повышение концентрации углекислого газа. Зафиксировано падение эффективности фильтров на 47 процентов. Ожидаемый запас кислорода без устранения неполадки – 6 часов 12 минут. Персоналу базы занять места согласно штатном регламенту и приступить к устранению неисправности.

– Да чтоб вас всех! – беззлобно проворчал я, покидая свой пост и пытаясь вспомнить, куда идти. – Обещали же без борьбы за живучесть!

В первый же день, блин. Дали бы хоть привыкнуть немного.

Вспомнил, что делать подсмотрев в планшете инструкции. Лаборант идет в отсек со скафандрами, где ожидает дальнейших распоряжений. А оперативная группа – Цзан и Джар, при содействии дежурного техника, отвечающего за системы регенерации воздуха – сегодня у нас это Идальго, пытаются все починить.

Надеюсь, шести часов им хватит, а то воздух уже тяжеловатый. Или рвануть к ним на помощь? Нет, так нечестно будет, да и ребята обидятся. Решат, что я им не доверяю. Я бы, честно говоря, один бы справился, тем более что опыт есть, но так будет нечестно.

Не мог даже посмотреть, как они там действуют. Стуний попросил котов не появляться в подземном полигоне без крайней на то необходимости. Сказал, что Келю полезно побыть со мной тет-а-тет.

– Мне кажется, ты слишком на эту тему морочишься, Ори, – поделился мнением Кель, так и обвивающий мою грудь на манер пулеметной ленты. Этот-то точно не собирался никуда лететь и показывать, что там в отсеке с воздушными фильтрами. – Просто учения. Если хочешь знать мое мнение, ваши наставники перемудрили со сложностями.

– А ты бы все упросил?

– Именно! – Пернатый Змей после долгого лечебного сна пылал желанием общаться и давать советы. – Сам подумай – зачем это все? Ни у Ста Миров, ни у Доминионов, нет действующих станций, в которых бы отсутствовала гравитация. Да и системы жизнеобеспечения дублируются раза на четыре. Падение уровня кислорода, фильтры 47 процентов – ну бред же.

– Всякое бывает в космосе, – отмахнулся я от еще одного душнилы. – Станции без гравитации, кстати, есть – те, что по-настоящему давно построены. Во всяком случае, так в методических материалах, скинутых Леоновым, написано. Потом, мало ли в каких условиях придется службу нести. Вот нас и натаскивают по самому паршивому сценарию.

– Такой еще специально поискать придется!

– Согласен. Но… Четкая Фортуна и наше там появление, как тебе такое?

Бывший божественный фыркнул. Звук, как из шланга воздух стравили:

– Уел. Ладно. Топай по своему штатному расписанию.

* * *

Справились ребята всего за пару часов – ни у кого даже головокружения от недостатка кислорода не случилось. И больше в этот день приключений не было. Ну, если не считать за таковое небольшой скандал, который Дебра Нокс устроила на камбузе.

– Опять? – Дебра с отвращением на лице разглядывал тюбик с надписью «Паштет мясной, обогащенный витаминами». – Как это вообще есть можно?

Девочка по какой-то причине решила, что уж на ужин-то командование расстарается, и выдаст вместо пасты нормальную еду. Не знаю, что ее привело к этой мысли.

– Выдавливаешь и глотаешь, – философски отозвался Цзан. А секундой позже продемонстрировал. – А-ам!

– Гадость! – девушка даже содрогнулась, глядя на это. – Ори, а может ты приготовишь что-нибудь.

Так вот в чем дело! М-да, расслабил я однокурсников!

Режим дня на учебной базе был в чем-то даже возведен в разряд ритуала. Обязательного к исполнению: хочешь спать, не хочешь, а будь любезен отправиться в кровать. Если, конечно, не в оперативной смене. Даже «наверху» в Академии, с этим было не так строго. Нет желания спать – пожалуйста, читай. Главное, другим не мешай.

Тут же, стоило станционному времени отсчитать одиннадцать вечера, как освещение везде гасло. Лишь дежурное тускло горело, не погружая коридоры во тьму. Гудели системы рециркуляции воздуха, едва слышно попискивали другие приборы. Ночь, короче говоря.

Мне было предельно понятно почему так. Режим – при полном отсутствии примет смены дня и ночи – спасал кукушку от выгорания. А вот Келю с непривычки было тяжко.

– Ори, мне не спится! – едва слышным шепотом произнес он мне в самое ухо. Выбрав для этого тот самый момент, когда я уже начал проваливаться в дрему.

– Ты Зверь Потока, Кель, – проворчал я в ответ. – Ты в принципе не можешь спать.

– Тут так тихо и одиноко! – не сдавался он.

– Это учебная база, а сейчас ночь!

– Давай выйдем и посмотрим на звезды?

– Мы под землей!

– Ну Ори!..

– Да дай же мне поспать, шланг-переросток!

День третий

За двое суток рутина станции успела въесться в кожу. Постоянная борьба с отсутствием гравитации, однообразная еда и учебные тревоги делали свое дело. Настроение у всех было, как вкус того паштета в тюбике: серое и безрадостное.

– Ненавижу невесомость, – простонал Зандер за ужином, катая по столу тюбик с рагу. Тот периодически пытался улететь, но однокурсник его вовремя ловил.

Большинство из нас уже приноровилось двигаться в условиях практически отсутствующей гравитации. Но успехи у всех были не одинаковы. Я, например, уже почти не замечал усилий, который тратил на удержание «полетного кокона», Шая с Анасдеей приспособились не только по полу ходить нормально, но и по стенам с потолком.

А вот Зандер… В теории-то он про направленную на себя кинетику мог лекцию прочитать, на практике же все было не так гладко. Еще и стены на него будто сами напрыгивали. Никто из группы на себя столько биогеля не переводил.

– Ненавижу туалеты, – мрачно добавила Ильтазар, на смену которой сегодня пришлась учебная тревога. В одном из санузлов. Нет, не буду ничего рассказывать про это. Кажется, такой злой я свою «наложницу» видел только в самом начале нашего знакомства.

– Ненавижу вас всех, – без выражения буркнула Косыгина, выныривая из инвиза, забирая свою порцию и сразу же исчезая.

Сегодня наша шпионка была в медико-санитарной службе, и опережая всех, даже аварийщиков, под привычным инвизом рванула к месту тревоги. Подоспела как раз к моменту, когда… Нет, обещал же, не буду ничего рассказывать!

– Ори, ну давай ты что-нибудь приготовишь нормальное? Я бы что угодно сейчас отдала за суп-пюре со шпинатом!

Дебра так и не сдавалась. Решила действовать измором. Даже каким-то образом заставила меня пообещать посмотреть – только посмотреть, не больше! – что можно сделать с помощью многозональной микроволновой печи, которая стояла в научном отсеке и была предназначена для работы с образцами грунта. В теории, если создать вокруг нее такой же «полетный кокон», который мы использовали для передвижения, и в получившемся эрзац-гравитационном поле…

– Бу-э! – прокатилось вдруг по всему камбузу.

Зря, конечно, Дебра упоминала про шпинат. Наташа еще не отошла после ликвидации аварии.

День пятый

По коридорам базы плыл дым. Истошно орала сирена, спокойный голос станционного ассистента сообщал, что в научном блоке произошло возгорание. Командир Леонов в респираторе стоял в коридоре и наблюдал за тем, как оперативная смена несется на пожар.

Реально несется. Коррен с Идальго уже полностью свыклись с новой средой обитания, и фактически передвигались длинными, точно рассчитанными прыжками, используя кинетическое воздействие только при входе в повороты.

Я двигался чуть позади них – медики не должны путаться под ногами у тех, кто ликвидирует опасность. Вспомним Наташу Косыгину и извлечем урок из ее печального опыта.

Да и вмешиваться не спешил. Леонов очень четко дал понять, что во время аварийной ситуации мозговые штурмы, помощь товарищу и вот это вот все, могут подключаться лишь в том случае, если оперативная смена не справилась.

«Каждый выполняет свою задачу. Иначе, как потом вашу успеваемость оценивать? – в первый же день спросил он. – А вот когда товарищ облажается – тогда пожалуйста!»

Жестко, но справедливо. За время пребывания на подземной «лунной» станции, все мы уже поняли, что гоняют нас не просто так. А безжалостно выдавливая любые слабости. В том числе и тем, что вскрывали их. Космос ошибок не прощает. У одаренных, может, и побольше шансов выжить при том же пожаре или разгерметизации корпуса, но не сказать, что намного.