Текст книги "Чернокнижник из детдома 3 (СИ)"

Автор книги: Сергей Богдашов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Я положил трубку и посмотрел в окно. Закат догорал над Уссурийском. Где-то во дворе парни гоняли мяч, девчонки смеялись, блонды, кажется, снова кого-то соблазняли – наверное, бедного Никифора, который в очередной раз пытался от них сбежать. И я догадываюсь куда – к вечно занятой Тамаре.

Всё как всегда. Всё хорошо.

Но где-то в глубине души шевельнулось нехорошее предчувствие. Слишком уж гладко всё шло последнее время. Слишком много успехов. А за это, как известно, приходится платить.

Ладно. Завтра разберёмся. А сегодня – спать. Завтра будет новый день. И новые проблемы.

* * *

Пробой я специально подбирал. Досталась равнина, пусть и далеко от города.

Почти день добирались в две машины по почти непролазным лесным дорогам. Часто останавливались, чтобы снести пару – тройку молодых деревьев, а то и разросшиеся ветки, которые мешали проезду по той тропе, что дорогой звалась.

Ранг В. Не сказать, чтобы сложный, но самое то, чтобы обкатать тактику работы на свободном пространстве.

Мы зашли в Пробой ровно в полдень. Солнце здесь, в этом иномирье, светило как-то по-другому – желтее, гуще, словно через старую фотографическую плёнку. Равнина простиралась насколько хватало глаз, лишь кое-где поросшая странными, похожими на гигантские одуванчики растениями. Вдалеке виднелась роща из низкорослых корявых деревьев, а за ней – цепь невысоких холмов.

– Красота-то какая, – выдохнула Катька, выглядывая из-за меня.

– Красота красотой, а твари где-то рядом, – буркнул Савельич, настраивая оптику на своём «Печенеге». – Я таких мест насмотрелся – где красиво, там всегда опасно.

Я отошёл от машин и активировал Поисковую Сеть. Магия ушла вперёд, сканируя пространство. И почти сразу вернулась с информацией: живое есть. Много живого. Километрах в трёх, в той самой роще.

– Есть контакт, – сообщил я. – Стая. Крупные особи. Похоже на тех ящеров, что мы на карьере видели, но больше. И их не меньше трёх десятков.

– Элитки? – присвистнул Никифор.

– Не элитки, обычные твари. Но крупные. Наши маги с ними справятся, если мы правильно отработаем. Слушайте сюда.

Я разложил на капоте багги карту – наспех набросанную карандашом схему местности, продолжая дорисовывать детали уже в процессе разговора.

– Вход в Пробой здесь. Мы – здесь. Роща – здесь. Делимся на три группы. Первая – багги с пулемётами. Ваша задача – выйти на прямую видимость, завязать бой, выманить тварей из рощи на открытое пространство. Стреляете короткими очередями, не даёте им приблизиться. Вторая группа – маги. Выдвигаетесь следом за багги, но держитесь сзади. Как только твари выйдут из рощи – бьёте Молниями и Каменными Шипами. Цель – не убить, а рассеять, разбить стаю, заставить разделиться. Третья группа – стрелки. Вы с Савельичем остаётесь здесь. Это наш последний рубеж. Если твари прорвутся – встречаете их огнём. Если нет – подбираете то, что останется после магов.

– А ты, Санчес? – спросил Гришка, который уже сидел за рулём первого багги.

– Я – свободный художник. Буду между вами, подстраховывать порталами. Если кого-то начнут зажимать – вытащу. Всем понятно?

Кивки. Сосредоточенные лица. Никто не улыбался, никто не шутил. Дело серьёзное.

– Поехали! – махнул я рукой

Багги взревели моторами и рванули вперёд. За ними, чуть медленнее, двинулись маги. Они бежали, поддерживая друг друга баффами на скорость.

Я остался чуть позади, готовый в любой момент открыть портал.

Первые выстрелы грянули минут через пять. Багги выскочили на край рощи, и пулемёты ударили короткими, злыми очередями. Твари взвыли – низко, утробно, отчего у меня заныло в висках. И попёрли.

Их было больше тридцати, наверное. Здоровенные, выше человека в холке, покрытые чешуёй, с длинными хвостами и пастями, полными острых зубов. Они вылетали из рощи, как чёртики из табакерки, и неслись на багги.

– Огонь! – орал Гришка по рации.

Пулемёты заговорили чаще. Первые ряды тварей стали валиться, подкошенные свинцом. Но остальные не останавливались, перепрыгивали через убитых, неслись дальше.

– Маги, работаем! – скомандовал я.

Ударили Молнии. Три, четыре, пять разрядов – и сразу несколько тварей рухнули, дымясь. Но стая уже разделилась – часть бросилась на багги, часть – на магов.

– Савельич, твой выход! – крикнул я в рацию.

Пулемёт с багги Савельича ударил издалека, снимая самых резвых, тех, что почти добрались до магов. Я в это время открыл портал прямо перед мордой тройки самых крупных – они влетели в него и вывалились метрах в ста позади, дезориентированные, злые и без лап.

– Красиво! – донеслось откуда-то.

Бой кипел минут двадцать. Потом твари дрогнули, начали отступать обратно в рощу. Но багги не дали им уйти – пулемёты били вдогонку, маги добивали раненых.

Когда последняя тварь рухнула, прошитая очередью с двух сторон, наступила тишина. Только ветер шелестел в странной траве и где-то далеко кричали птицы.

– Отбой, – выдохнул я. – Осмотреть всех, пересчитать трофеи. Никифор, как маги?

– Устали, – признался он. – Но живы. Колян чуть не пропустил удар хвостом, я его щитом прикрыл.

– Молодец.

Я подошёл к багги. Гришка стоял, опершись на пулемёт, и глупо улыбался. Весь в пыли, с разбитой губой – видимо, приложился о что-то во время гонки – но счастливый.

– Санчес, это… это кайф! – выдохнул он. – Они на нас пёрли, а мы их косили! Как траву!

– Как траву, – усмехнулся я. – Только не забывай, что трава эта могла и вас покосить. Если бы маги не подстраховали, если бы Савельич не прикрыл… Без команды вы бы тут одни не справились.

– Понимаю, – кивнул он. – Но всё равно – круто!

Я похлопал его по плечу и пошёл считать трофеи.

Двадцать семь туш. Шкуры, когти, зубы, железы – всё это стоило немалых денег. Часть можно было продать в Гильдии, часть оставить для наших нужд. Например, чешуя этих ящеров, если её правильно обработать, давала неплохую защиту от магии.

– Санчес, – подошёл Савельич, – А давай мы тут лагерь разобьём? Заночуем, а завтра с утреца по этим холмам пройдёмся. Чует моё сердце, там ещё что-то есть. Следы я видел – крупнее, чем эти.

Я посмотрел на холмы. Действительно, за рощей начиналась гряда, уходящая вдаль. Кто знает, что там может водиться.

– А чего не заночевать? – пожал я плечами. – Палатки есть, еда есть, вода есть. Переночуем. Только охрану выставить – на всякий случай.

– Само собой, – кивнул старик.

Вечером, когда стемнело, мы сидели у костра, разведённого прямо посреди равнины. Жарили мясо тех самых ящеров – оказалось, вполне съедобное, похожее на курятину. Парни травили байки, девчонки смеялись. Даже блонды, которые в этот раз напросились с нами, вели себя прилично – сидели тихо, слушали, только глазами стреляли по сторонам.

– Санчес, – вдруг спросил Никифор, – А как ты думаешь, мы когда-нибудь столкнёмся с теми, кто эти ловушки ставит? С теми, кто хотел Катьку украсть, кто Пробои минирует?

Я посмотрел на него долгим взглядом. Вопрос был не праздный. Я и сам об этом думал постоянно.

– Столкнёмся, – ответил я. – Обязательно столкнёмся. Такие вещи просто так не заканчиваются. Рано или поздно они вылезут. И тогда мы будем готовы.

– А если они сильнее? – подала голос Катька.

– Сильнее? – я усмехнулся. – Мы сегодня три десятка тварей положили, которые сильнее любого человека. Мы – команда. А команда, если она настоящая, любого врага порвёт. Потому что мы друг за друга горой.

Они замолчали, переваривая. А я смотрел на костёр и думал о своём.

Где-то там, в темноте за холмами, пряталось неизвестное. Но пока мы вместе, пока мы едины – нам ничего не страшно.

Ночь прошла спокойно. Утром мы двинулись дальше. Туда, где были холмы, хранившие свою тайну.

Глава 9
Мелкие проблемы…

Рассвет в этом Пробое наступал быстро – словно кто-то щёлкнул выключателем. Только что было темно, и вдруг – серый, размытый свет, от которого глаза слезились. Я поднялся первым, проверил посты – парни не спали, дежурили честно. Гришка, сидевший у пулемёта на багги, зевнул и помахал мне рукой.

– Всё спокойно, Санчес. Никто не лез.

– Молодец. Буди остальных, завтракаем и выдвигаемся.

Через час, наскоро перекусив вчерашним мясом и запив его крепким чаем из термосов, мы двинулись к холмам. Багги шли впереди, прощупывая грунт – местами попадались трясины, замаскированные высокой травой. Отряд с Савельичем и девчонками держался чуть позади, готовый в любой момент прийти на помощь.

Холмы оказались ближе, чем казалось вчера. Через полчаса мы уже въезжали в рощу, что росла у их подножия. Деревья здесь были странные – толстые, корявые, с листвой неестественно сизого цвета. Между ними вился туман, цепляющийся за ноги.

– Санчес, тут следы, – крикнул Никифор, сидевший на втором багги.

Я подошёл. Следы были огромные – трёхпалые, глубоко вдавленные в землю. Отпечатки тянулись вглубь рощи, к ближайшему холму.

– Крупный, – оценил Савельич, присев на корточки. – Тонны две – три, не меньше. Идёт не спеша, не бежит. Значит, не чувствует опасности.

– Или чувствует, но не боится, – добавил я. – Проверим.

Двинулись дальше, но теперь медленнее, осторожнее. Багги заглушили моторы – слишком шумно, покатили на руках. Маги приготовили заклинания, стрелки сняли оружие с предохранителей.

Роща кончилась внезапно. Мы вышли к подножию холма и замерли.

Он лежал прямо перед нами, метрах в ста. Огромный, размером с небольшой автобус, ящер, похожий на тех, кого мы били вчера, но… другой. Спину его венчали костяные пластины, выстроившиеся в два ряда. Хвост заканчивался массивным набалдашником – костяной булавой, утыканной шипами. Голова маленькая, с умными, внимательными глазами, смотрела прямо на нас.

– Мать честная… – выдохнул Гришка. – Стегозавр, что ли? Они же вымерли!

– Вымерли, но не здесь, – тихо ответил я. – Это Босс. Элитка ранга В. Может, даже В+.

Ящер не двигался. Он просто лежал, греясь на утреннем солнце, и смотрел на нас с ленивым любопытством. Казалось, он размышлял: стоят ли эти мелкие существа того, чтобы ему стоило поднимать своё массивное тело.

– Что делаем? – спросил Никифор шёпотом.

Я быстро прокручивал в голове варианты. Лобовая атака – самоубийство. Эта туша одним ударом хвоста разнесёт багги в щепки. Магией его брать – долго, энергозатратно. А пулемёты… Пулемёты его, скорее всего, только разозлят.

– Работаем по плану «Сеть», – решил я. – Багги – отвлекаете, уводите его на себя. Маги – готовите связки, бьёте по ногам, по суставам. Стрелки – по глазам, если получится. Я – с вами, буду порталами страховать. Главное – не дать ему ударить хвостом. Там сила страшная.

Парни разбежались по позициям. Багги завели моторы и начали объезжать ящера с флангов, стреляя короткими очередями. Пули звенели о костяные пластины, не причиняя особого вреда, но отвлекали внимание. Ящер недовольно мотнул головой, приподнялся на лапах.

– Работаем! – крикнул я.

Маги ударили. Молнии, Каменные Шипы, Ледяные Копья – всё понеслось в тварь. Ящер взревел, дёрнулся, попытался встать. Но одна нога его подломилась – удачно попавший шип пробил сустав. Он завалился на бок, взметнув тучу пыли.

– Есть! – заорал Гришка.

– Не расслабляться! – рявкнул я. – Он ещё жив!

Ящер, несмотря на рану, был полон сил. Он развернулся на боку, взмахнул хвостом – и один из багги, тот, что подъехал слишком близко, взлетел в воздух, переворачиваясь. Гришка и Колян вывалились из него, покатились по земле.

– Савельич! Прикрой! – заорал я, открывая портал прямо перед мордой ящера.

Тот сунулся было в него, но вовремя остановился – портал вёл в скалу, и тварь это поняла. Она отшатнулась, и в этот момент Савельич дал длинную очередь по голове. Пули взрыли землю вокруг, несколько даже попали в глаз – ящер дёрнулся, зажмурился.

– Добиваем! – скомандовал я.

Маги, уже выдохшиеся, собрали последние силы. Ещё одна Молния – самая мощная, которую смог выдать Никифор – ударила прямо в шею твари. Ящер дёрнулся, замер, и рухнул, наконец, затих.

Тишина.

Только тяжёлое дыхание бойцов и шипение пара из разорванных магией ран.

– Все живы? – спросил я, оглядываясь.

Ответом были усталые, но живые голоса. Гришка с Коляном уже поднимались, отряхиваясь. Багги лежал на боку, но, кажется, был почти цел – колёса крутились, мотор работал, а погнутые трубы защиты не в счёт.

– Уф-ф-ф… – выдохнул Савельич, выпуская из рук пулемёт. – Ну и зверюга. Я таких только в книжках видел.

Я подошёл к туше. Огромная, тёплая ещё, пахнущая магией и кровью. Босс. Настоящий Босс этого Пробоя.

– Трофеи, – коротко сказал я. – Пластины, хвостовая булава, зубы, глаза, железы. Всё снимаем, грузим. Это очень хорошие деньги, парни.

Работа закипела. Парни, забыв про усталость, бросились разделывать тушу. Даже девчонки помогали – таскали воду, подавали инструменты, фиксировали на камеру процесс для отчёта Гильдии.

А я стоял чуть в стороне и смотрел на холмы. Кто знает, что ещё таится в этом Пробое. Но сегодня мы победили. И это главное.

Осколки Сердца Пробоя тоже нашлись. Крупные, изрядной толщины, но какие-то блеклые. Собрал всё. Посмотрим, что это за новый вид.

– Санчес, – подошёл ко мне Никифор. – Ты как?

– Нормально. Думаю.

– О чём?

– О том, что нам нужны ещё такие же выезды. Много. Чтобы каждый из вас научился чувствовать такие бои. Чтобы мы стали настоящей силой.

– Мы уже сила, – тихо, но гордо сказал он.

– Пока нет. Но будем. Обязательно будем.

Я похлопал его по плечу и пошёл помогать грузить трофеи в свой огромный Пространственный Карман. Впереди была долгая дорога домой. И новые бои. Новые победы. Новая жизнь.

* * *

Забегая вперёд, скажу, что Имперская Академия меня сильно радует. Они стали нашим постоянным покупателем. Стоило мне только заикнуться, что мы добыли древнего динозавра и он у нас заморожен для торгов, как уже знакомый проректор по хозяйственной части тут же спросил:

– А если без аукциона? Просто скажи сколько ты хочешь?

– Тогда давайте я сначала вам фотографии вышлю, как мы его разделали. А то вдруг он вам в таком виде не подойдёт. Зато, как только определитесь, то и цену обсудим.

На самом деле я лукавил. Сам толком не успел понять, сколько такой трофей может стоить. В отечественной базе трофеев его не значится, а в мировой каталог я отчего-то залезть не догадался. Нужно успеть исправить ошибку.

Выяснил, на свою голову и к великой печали. Оказывается, вытащи мы тушу целиком, то миллиона на два с половиной – три могли бы рассчитывать, а так, по запчастям, раза в три– четыре меньше выйдет.

И кто в этом виноват? Я, кто же ещё. Давно нужно было озаботиться Пространственным Карманом соответствующих габаритов. Но тут есть одна сложность, чисто техническая – мощность.

Пространственному Карману, как тому же холодильнику, требуется энергия. Постоянно, как только он будет активирован. Вся беда лишь в том, что накопителей на такую мощность я ещё в этом мире ни разу не создавал, как и мои старики – электронщики ещё не ваяли зарядных устройств на такую прорву энергии. Хотя, может стоить их озадачить – пусть поищут готовое промышленное решение. Одна беда – техзадание я пока не могу им выдать, так как сам не понимаю, на какую мощность и на какое напряжение мне нужна зарядка. Требуются расчёты. И моя чуйка прямо таки вопит, предсказывая – стандартными решениями здесь не обойтись.

Но как представлю, какие деньги мы потеряли на этом гадском ящере… аж зубами скриплю.

Что в итоге. Миллион сто за разделанного динозавра и ещё почти на полмиллиона мы продали запчастей от других ящеров. Понятно, что полтонны мяса себе оставили. Ничего такое. Вроде жестковатой куриной грудинки. Камни с Тварей… те все мне пошли. И никто из отряда даже не вякнул. Знают, не меньше половины вернётся в отряд уже готовыми артефактами.

Кстати, пора бы нам свой интернет-магазин организовать. А то скоро новая очередь артефактов на подходе – более крутых и продвинутых, а старые куда девать? Вот и будем их продавать неспешно.

* * *

Выложенные видеоролики с динозавром произвели на Охотников Гильдии гораздо меньшее впечатление, чем багги с пулемётами.

Ох, как там рвануло! Понятное дело, в заявленный пробег на полторы тысячи километров никто не поверил, пока я не уточнил детали. Да, если по ровному асфальту будет кататься один человек весом до девяносто килограммов и на скорости в семьдесят километров в час, то пробег примерно то на то и выйдет. А как уж на пересечённой местности, да вдвоём и с пулемётом… Тут и надвое можно пробег делить.

Большинство Охотников после такой ремарки успокоились, но около десятка, особо душных, продолжали утверждать, что такого быть не может.

Вызов? Ещё какой. Весь следующий день любой желающий мог наблюдать, как на Центральном стадионе Уссурийска два багги наматывали круги. Там лишь водители менялись время от времени. Зато официально подтверждён пробег – тысяча шестьсот пятьдесят у первого, и тысяча семьсот двадцать у второго. Если что, протокол заверен представителем Гильдии и непрекращающейся видеосъёмкой.

Да, это не те три тысячи, про которые я говорил старикам, так и место под второй накопитель пустует. Точней сказать, не совсем пустует, так как занято под коробки с лентами для пулемёта, но если что – можно воткнуть вместо них и ещё один накопитель. Просто пока нам быстрый доступ к патронам важней.

Про то, как Отец учил ребят чистить пулемёт и набивать пулемётные ленты, рассказывать не стану. Я это дело вовремя услышал, ещё на подходе, и от той комнаты позорно слинял. На цыпочках… Понимаю, что дело нужное и полезное, но давайте без меня. Без этого забот хватает!

– Эльвира Захаровна, вызывали? – постучав, засунул я нос в кабинет директрисы.

– Приглашала, – поправила меня она, вздохнув, – Опять взятки предлагают.

– За что на этот раз? – поинтересовался я участливо.

– Двух деток хотят к нам определить. И что характерно – из вполне благополучных семей.

– Мальчики или девочки?

– Мальцы, лет двенадцати.

– И много предлагают?

– По пятьдесят тысяч за каждого.

– Пф-ф, не соглашайтесь, пока цену втрое не поднимут, – помотал я головой, – И сразу скажите, что это за год.

– Смеёшься?

– Я серьёзен, как никогда. Где ещё за такие копейки твой ребёнок может стать Одарённым? А у нас – может, но без гарантий.

– То есть, только сейчас ты мне вот так прямо всё-таки решился сказать, что все эти Одарённые – твоих рук дело? – попыталась Эльвира изобразить негодование, но вышло у неё так себе.

– Конечно же нет. У нас просто многое совпало. Мясо, заряженное магией, немного повышенный магический фон, а самое главное – коллектив. Детский коллектив, вместе штурмующий границы невозможного. Вы бы видели, как они помогают друг другу, а когда пытаются научить других, лишь сами ещё лучше усваивают то, что раньше не поняли! Тут, если поверить в мистику – основной фактор – это коллективный Разум детдома. Причём, заметьте, я говорю это вовсе не в своё оправдание. Скорей всего именно так дело и обстоит. И первейшая роль в наших неожиданных пробуждениях Дара – это сами дети. Их коллективный штурм доступа к магии!

– Считай, что я тебе поверила… – начала было директриса.

– А вот сейчас было обидно. Я перед вами, на полном серьёзе, наизнанку вывернулся, а вы ко мне вот так… – насупился я в ответ.

– Извини, – всё-таки произнесла Эльвира Захаровна, после почти минутной паузы, – Похоже, я была не права.

– Взятку из опеки предлагали, или напрямую? – продолжил я беседу, словно ничего не случилось.

– Через опеку.

– Просите двести пятьдесят в год. При необходимости можете на меня сослаться.

– Каким образом?

– Так всё же просто. Вы у меня спросили, нужны ли в отряд новые кандидаты. Я уточнил у вас детали и отказал. Пусть живут, но сами по себе. В детдоме, но не среди отряда и его кандидатов.

– А если они согласятся?

– Тогда можете пообещать, что вы меня уломаете, – усмехнулся я, и довольно цинично, прекрасно понимая, что тут меня будут продавать. Ладно хоть не в армянские бани, а всего лишь в роли инициатора Одарённых. – Но на получение Дара никаких гарантий не давайте! Магия – дело тёмное. Может и ничего не получиться.

– Вряд ли они согласятся, – покрутила Эльвира головой.

– Вы предложите им компромиссный вариант. Если за год ребёнок станет Одарённым, то с них полмиллиона, а если нет, то всего-то пятьдесят тысяч.

– А они станут Одарёнными? – прищурилась Эльвира.

– За полмиллиона я воробья в поле насмерть загоняю, – задумчиво поскрёб я в ответ подбородок, – А у нас с вами капитальный ремонт котельной так и просится, и окна малышне надо бы поменять, на современные, пластиковые трёхслойные. Чтобы всегда было тихо и тепло.

– Александр… – чуть помялась директриса, – А можно мне обращаться к тебе – Санчес?

– Это мой позывной в отряде, – чуть растерялся я, помедлив с ответом.

– Так и я в него готова вступить…

Пу-пу-пу… Вот это поворот! Та самая дилемма, когда и «Да» нельзя сходу сказать, и «Нет» будет понято неправильно.

Пожалуй, ещё никогда шестерёнки в моих мозгах не вращались с такой скоростью.

– В Охотники вас точно не примут, правила у Гильдии довольно жестокие, а вот мы, в Совете Отряда, будем рады вас видеть, как внештатного консультанта, и даже с правом голоса.

– Молодец. Проверку прошёл. Но я пошутила, если что, – хмыкнула директриса, и как по мне, даже чуть расстроилась.

– А я – нет. Могу дать вам пару дней на размышление, но пока моё предложение в силе, – загрузил я её так, что она как дышать забыла.

И вот не нужно говорить, что я гений экспромтов! Сам знаю.

* * *

Обе блонды, по определению, существа непоседливые и с моторчиком в одном месте, естественно спокойно отсидеться пару дней не смогли.

Раз им нельзя работать с магией, то покупки же никто не запрещал?

Деньги у них появились, и в приличном количестве, а времени на шоппинг никогда не хватало, а тут вдруг все карты в руки! И деньги есть, и время, и никто за ними не присматривает!

Вот они и намылились, в поисках шмоток и приключений, и конечно же, нашли и то, и другое.

Звонок раздался, когда я как раз собирался лечь спать. Номер незнакомый, но местный.

– Санчес? – голос в трубке был незнакомый, мужской, с лёгкой хрипотцой.

– Он самый.

– Тут это… Вас из отделения полиции беспокоят. Ваши две девчонки, блондинки, Галина и Алёна… Они у нас. В камере.

Я сел на кровати, мгновенно проснувшись.

– Что случилось?

– Да понимаете, дело такое… – замялся голос. – Они в торговом центре троих парней избили. Сильно. Двое в больнице, один в реанимации. Парни те – местные авторитеты, точнее, сынки авторитетов. Теперь папаши рвут и мечут, требуют посадить девчонок надолго.

– А что парни сделали? – спросил я, уже догадываясь об ответе.

– Ну… они приставали к ним. Сначала словами, потом руками. А девчонки… они же Одарённые? У них знаки Гильдии на пальцах были. Ну, парни, видимо, не придали значения. А когда одна из блондинок сказала «отвали», он её за задницу схватил. И всё. Дальше как в тумане. Охрана прибежала – уже трое лежат, а девчонки стоят, отряхиваются, и даже не запыхались.

Я вздохнул. Ну, блонды… Ну, дали волю рукам. Вернее, ногам, судя по всему.

– Скоро буду, – сказал я. – Ничего не предлагайте подписывать, никого не слушайте. Это вам зачтётся. Я уже выезжаю.

Через полчаса я был в отделении. Блонды сидели в коридоре на скамейке, обе в слегка помятых, но всё ещё эффектных платьях, и смотрели на меня виноватыми глазами.

– Санчес… – хором начали они.

– Молчать, – оборвал я. – Потом поговорим.

Прошёл к дежурному, представился. Тот, мужик лет сорока с усталыми глазами, только рукой махнул:

– Проходите, там следователь ждёт. Только… вы это, поаккуратнее. Там такие папаши собрались, мама не горюй.

Я зашёл в кабинет. Там, помимо следователя – молодого ещё парня в очках – сидели трое мужчин. Дорогие костюмы, золотые перстни, злые лица. Местная «элита», судя по всему.

– Это вы за этих… девиц? – спросил один, с густой бородой и тяжёлым взглядом.

– Я, – ответил я спокойно. – Глава их отряда. Что тут произошло?

– Что произошло? – взорвался второй. – Они моего сына покалечили! Он в реанимации! Врачи говорят – если выживет, инвалидом останется!

– А зачем ваш сын трогал моего бойца за задницу? – так же спокойно спросил я. – И зачем он и его друзья к ним приставали?

– Да они… они шлюхи! – выкрикнул третий. – В таких юбках ходят, сами напрашиваются!

Я перевёл взгляд на следователя. Тот сидел, вжав голову в плечи.

– У вас есть запись с камер? – спросил я.

– Есть, – кивнул он. – Мы уже посмотрели. Парни действительно приставали, руки распускали. Девушки предупреждали, просили отстать. Потом одна из них… ударила. Сначала по рукам.

– Ударила? – усмехнулся я. – Вы видели, как они двигаются в Пробоях? Они там тварей покрупнее этих уродов заваливают. Если бы они хотели их убить – убили бы. А они всего лишь… защищались.

– Защищались⁈ – заорал бородатый. – Да они их как котят!

– Значит, ваши котята слишком много на себя брали, – отрезал я. – Слушайте сюда, дядя. Я забираю своих девочек. Сейчас. Если вы хотите разбираться дальше – мы будем разбираться в суде. С привлечением Гильдии, с экспертами, юристами и с видеозаписями. И тогда выяснится, что ваши сынки напали на Охотников, которые имеют право на самооборону и защиту своего достоинства. А это, между прочим, отягчающее обстоятельство для нападавших. Им светит не хилая статья. Если не верите, то зря.

Папаши замолчали. Переглянулись.

– Ты… ты не понял, – начал было бородатый. – У нас связи, деньги…

– А у меня – отряд Охотников. И рейтинг, лучший в регионе и четвёртый по всей стране. И поддержка Гильдии. И, между прочим, пара очень серьёзных людей в ФСБ, которые терпеть не могут, когда обижают детей из детдома. Так что давайте не будем меряться, у кого что длиннее. Я забираю девчонок. А вы быстренько пишете заявление, что претензий не имеете. И тогда мы расходимся… мирно. Иначе…

Я не договорил. Но они поняли.

Через час блонды сидели в Крузаке, который поднятый по тревоге Савельич пригнал к отделению. Обе молчали, только шмыгали носами.

– Ну, – сказал я, когда мы тронулись с места, – Рассказывайте.

Они рассказали. Всё как на камерах – приставали, хватали, лезли. Словами, руками, потом один полез целоваться. Галка первой не выдержала – врезала. Потом Алёна подключилась. И понеслось…

– Мы не хотели, – всхлипнула Галка. – Они сами…

– Знаю, – оборвал я. – Вы молодцы. Защитили себя. Но теперь у нас проблемы. Папаши этих уродов не успокоятся. Будут искать способ отомстить. Поэтому – неделю сидите на Базе. Никуда не выходите. Поняли?

– Поняли, Санчес, – шёпотом ответили обе, почти дуэтом, как всегда.

Я вздохнул. Ну, блонды… Что с них взять. Хорошо хоть не убили никого. А то пришлось бы совсем по-другому с местными «аторитетами» разговаривать.

Дома нас встречала вся детдомовская братия. Новость уже разлетелась – видимо, кто-то из наших видел, как я уезжал. Парни смотрели на блонд с уважением, девчонки – с восхищением.

– Молодцы, – коротко сказал Никифор. – Так тем уродам и надо.

– Ладно, – махнул я рукой. – Разошлись все. Завтра тренировка в девять утра. Всем, включая блонд. И никому никаких поблажек не будет.

Народ разбежался. А я пошёл в мастерскую – думать. О том, что мир вокруг нас становится всё сложнее. Что враги могут быть не только в Пробоях, но и рядом, в городе. И что защищать своих нужно не только магией и пулемётами, но и головой.

Хорошо, что сегодня обошлось. Но надолго ли?