Текст книги "Чернокнижник из детдома 3 (СИ)"

Автор книги: Сергей Богдашов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

– Китайцы через свою торговую палату. Мол, у нас не хватает специалистов для ликвидации Пробоев, они готовы прислать своих. Бесплатно, заметь! А потом, разумеется, за это потребуют концессии на порты. И японцы – те напрямую, через свой консульский отдел. Говорят, обеспокоены экологической обстановкой и готовы поделиться технологиями очистки от магических загрязнений.

– Технологиями? – переспросил я.

– Какие там технологии! – Терехов стукнул кружкой по столу. – Они хотят создать на нашей территории свои исследовательские центры! Под видом экологических миссий! И самое смешное – Москва молчит. Ни да, ни нет. Ждут, как я выкручусь.

Я задумался. Ситуация была серьёзнее, чем я думал. Китай и Япония, две мощнейшие экономики региона, вдруг одновременно проявили интерес к Приморью. Совпадение? Вряд ли.

– А вы им что ответили? – спросил я.

– Сказал, что подумаю. Что Край сам справится. Но они не отстанут. Уже через неделю новые звонки, новые намёки. А у меня, – он развёл руками, – Даже нормальной силы нет. Охотников мало, артефактов мало, денег в бюджете – кот наплакал.

– Артефакты у вас есть, – усмехнулся я. – Мои. И я их делаю здесь, в России.

– Знаю, – кивнул Терехов. – Потому и приехал. Санчес, я хочу предложить тебе… не то чтобы сделку. Скорее, партнёрство.

– Какое?

– Ты – наш главный производитель артефактов. Официально. С государственной поддержкой, с льготами, с заказами. Мы создадим приоритетное направление – развитие магических технологий. Твоя компания станет флагманом. А я… я смогу сказать этим «партнёрам», что у нас есть свои разработки. Свои специалисты. И мы ничьей помощи не просим и в неё не нуждаемся.

Я молчал. Предложение было заманчивым. Но и опасным. Мало мне было врагов внутренних, теперь ещё и иностранцы появятся.

– А если Москва будет против? – спросил я.

– Москве нужен результат. Если мы покажем, что справляемся сами – отстанут. Если нет… – он не договорил, но я понял.

– Вы хотите сделать меня своим козырем в большой игре.

– Я хочу сделать тебя гарантом того, что Приморье останется русским. Без иностранных «помощников». Это, – он посмотрел мне прямо в глаза, – Важнее любых денег.

Я откинулся на спинку стула. Терехов, которого я привык видеть политиком-популистом, вдруг открылся с другой стороны. Патриот. Грубый, неуклюжий, но настоящий. Правильный. Готовый положить свою должность на кон.

– Ладно, – сказал я. – Но у меня есть условия.

– Какие?

– Полная автономия. Я сам решаю, что производить, кому продавать и по каким ценам. Никаких чиновников, которые будут указывать мне, как работать. Второе – защита. Если на меня или мой отряд кто-то нападёт, я жду помощи. Быстрой и эффективной. И третье – земля. Мне нужны территории под расширение производства. Те самые пустыри вокруг детдома и бывшие склады за институтом.

Терехов усмехнулся.

– Автономия – это сложно. Чиновники будут лезть, я их не остановлю. Но я могу дать тебе «зелёный свет» и своё личное вето на любые проверки. Защиту – обеспечу. Землю – оформлю. Это я могу.

– Тогда по рукам, – я протянул руку.

Он пожал её крепко, по-мужски.

– Санчес, – сказал он, уже у порога, – Ты знаешь, что я тебе должен. Не только за выборы, за всё. Я это помню.

– Я тоже помню, – ответил я. – Потому и согласился.

Он уехал. А я остался сидеть в мастерской, глядя на остывший чай. В голове уже крутились планы, расчёты, варианты. Расширение производства, новые станки, новые люди.

– Санчес, – в дверь заглянул Никифор. – Там это… Ван просил прийти. Говорит, у него готов скелет под прототип нового пространственного артефакта.

– Иду.

Я встал и пошёл в цех. Впереди была работа. Много работы. Но это было хорошо. Работа – лучшее лекарство от всех проблем.

Глава 22
Крупный заказ

Мы провозились с Ваном почти до полуночи. Прототип, который он называл «скелетом», выглядел внушительно – сплав керамики, меди и тончайших рунных нитей, впаянных в гибкую основу. Получалось нечто среднее между разгрузочным жилетом и туристическим рюкзаком. Четыре слота по тридцать литров объёма, распределённые по корпусу так, чтобы не сковывать движения и иметь возможность смены опустевших накопителей простым переключением на резервные.

– Смотри, – Ван подсвечивал фонариком внутреннюю поверхность, – Здесь будет базовый контур. Если всё рассчитать правильно, то накопители можно ставить в любую из четырёх позиций. Меняешь конфигурацию – меняется и распределение нагрузки на руны.

– А если поставить все четыре накопителя в режим расширения и задействовать такое расширение на все слоты?

– Тогда получится около сотни литров на один слот. Но цена… – он поморщился, – Цена вырастет впятеро. И надёжность упадет. Слишком сложная вязь.

– Значит, делаем базовую версию на тридцать литров. А для тех, кому нужно больше – персональные заказы. По двойному, а то и тройному тарифу.

Ван хмыкнул, но не возразил. Я уже заметил, что чисто коммерческие решения давались ему тяжелее технических. Зато в расчётах ошибок не было.

– Материалы, – он протянул мне распечатанный лист, – Треть того, что идёт на пояса. Но времени нужно в два раза больше. Слишком много ручной работы. Станки не могут вывести такую геометрию контактов.

Я пробежал глазами цифры. Выходило, что себестоимость нового артефакта будет в полтора раза выше, чем у пояса, а продавать его можно будет раза в десять дороже. Разница – в чистом маржинальном доходе.

– Запускай первую партию. Десять штук. Два сделай с возможностью расширения до сотни – для показа.

– Есть, – кивнул он и тут же, спохватившись, поправился: – Сделаем.

Я оставил его в цехе, а сам поднялся к себе. В кабинете меня ждал сюрприз – на столе лежала папка, которую принёс, видимо, кто-то из дежурных. На ней красовалась синяя печать администрации Приморского края.

Внутри – постановление о передаче земельных участков в бессрочное пользование. Три пустыря за институтом, два склада рядом с детдомом и… я присвистнул. Ещё и полоса отчуждения вдоль железнодорожной ветки, которая шла к нашим складам. Почти гектар земли. Терехов не тянул – оформил всё в тот же день, как уехал.

Я достал телефон, набрал его номер. Ответили не сразу.

– Санчес, – голос у губернатора был уставшим, но довольным. – Дошло?

– Дошло. Спасибо. Только вот железная дорога… ты чего, решил мне свой железнодорожный узел отдать?

– А ты не хочешь? – в голосе Терехова послышалась усмешка. – Там ветка тупиковая, всё равно её собирались сносить. А тебе, глядишь, пригодится. Артефакты вывозить, материалы завозить. Свой транспорт поставишь – ни от кого зависеть не будешь.

– Хитрый, – я не смог сдержать улыбку. – Значит, я теперь ещё и железнодорожным магнатом заделался?

– Ты у нас кем хочешь, тем и будешь. Лишь бы работало. Но, Санчес…

– Что?

– Ты там поосторожнее с этими… пространственными штучками. До меня слухи дошли, что на твои изделия не только у нас, но и за границей цену знают. Найдутся желающие «поделиться опытом». Понял?

Я посмотрел на цех, где горел свет, потом на ворота, где Гришка выставлял ночной караул.

– Понял, – сказал я. – Спасибо, что предупредил.

– Держи меня в курсе. И ещё – через неделю приедет комиссия из Москвы. По магическим технологиям. Будут смотреть, что мы тут создаём и не в авантюру ли деньги вкладываем. Ты уж постарайся, чтобы им было что показать. Не подведи.

– Не подведу, – ответил я и отключился.

В окно было видно, как на пустыре за забором вспыхнули фары грузовика. Свои. Я узнал по манере парковаться – Никифор привёз очередную партию осколков. В свете фар мелькнула его фигура, потом он махнул кому-то в кабине, и машина въехала на разгрузку.

Я смотрел на это, и странное чувство спокойствия разливалось по телу. Всё шло по плану. Не тому, который я когда-то строил, сидя в кабинете директора детдома, и не тому, который мне навязывали со стороны. Моему плану. Тому, который рождался из обстоятельств, из людей, которые оказывались рядом.

Ван с его гениальной головой и подозрительным прошлым. Гришка, который вырос из шпанистого пацана в надёжного командира. Ольга, которая появилась неизвестно откуда, но теперь стала почти своей. Терехов, который из конкурента превратился в союзника, пусть и неудобного. И дети. Детдомовские пацаны и девчонки, которые постепенно переставали быть просто воспитанниками, становясь бойцами, магами, просто людьми, которым есть куда идти и кого защищать.

Я закрыл папку с постановлением, убрал её в сейф. Завтра нужно будет вызвать прораба, начинать планировку новых цехов. И с Осениным переговорить – раз уж мы теперь соседи не только по пустырю, но и по железной дороге. И с блондами созвониться, чтобы готовили документы на лицензирование новой продукции. И…

Телефон пиликнул. Сообщение от Ольги: «Завтра буду после обеда. Есть разговор. Не по работе».

Я посмотрел на экран, потом снова на окно. Там уже погасли фары, Никифор закончил разгрузку и теперь, судя по всему, стоял в сторонке, разговаривая с кем-то по телефону.

Набрал в ответ: «Жду».

Лёг спать я далеко за полночь, но сон не шёл. В голове крутились схемы, расчёты, лица. И где-то на задворках сознания маячил тот самый Иван – «прозрачный», как назвал его Всеволод. Человек без прошлого, с документами из Германии, который появился в самый нужный момент и так же бесследно исчез.

В такие совпадения я не верил. И это означало только одно – скоро что-то должно было случиться. Что-то, что либо перевернёт всё, что мы построили, либо… либо станет следующим этапом. Второго варианта я пока не видел, но чувствовал, что он существует.

Утром меня разбудил звонок. Гришка.

– Санчес, тут это… – голос у него был странный, – К нам гости. Из Москвы. Сказали, что по поручению комиссии. Но документы у них… мутные какие-то.

Я сел на кровати, прогоняя остатки сна.

– Сколько их?

– Четверо. Все при оружии. Артефакты на поясах – я таких не видел. Говорят, что ждать не будут.

– Веди в кабинет. Я сейчас спущусь.

– Санчес… – Гришка помялся. – Они просили передать, что знают про Ивана. И про Вана. И про всё остальное.

Я замер.

– Через десять минут, – сказал я спокойно. – Пусть подождут.

Звонок оборвался. Я встал, подошёл к окну. Во дворе стоял чёрный микроавтобус с тонированными стёклами. Никаких опознавательных знаков. Вокруг него, делая вид, что занимаются своими делами, крутились трое наших – все с автоматами, но без лишней суеты.

Проверил кобуру, сунул за пояс запасной накопитель. На всякий случай. А потом позвонил Всеволоду, вводя его в курс.

Всё, что мы строили, всё, что мы создавали – оказалось под ударом в одно утро. И я пока не знал, кто эти люди. Враги? Союзники? Или те, кто решил, что наше место – под чьим-то крылом?

Внизу уже слышались голоса. Гришка что-то доказывал, ему отвечали вежливо, но твёрдо.

Я глубоко вздохнул и пошёл вниз.

В конце концов, я всегда умел договариваться. Даже когда договариваться было не с кем. А уж сейчас, когда за моей спиной был целый отряд, производство, губернатор и, чего уж скромничать, репутация человека, который умеет делать невозможное – я точно найду, что сказать этим гостям.

Дверь в кабинет была открыта. Я вошёл, и четверо мужчин в штатском обернулись ко мне.

Старший, седоватый, с цепким взглядом, шагнул вперёд.

– Александр Сергеевич? Полковник Громов, Управление магического контроля. У нас есть к вам разговор.

Я улыбнулся. Той самой улыбкой, которая, как говорили мои бойцы, обещала собеседнику либо большой разговор, либо большие проблемы.

– Присаживайтесь, господа. Разговор так разговор. Только давайте сразу договоримся – я не люблю, когда мне угрожают. Даже если у вас есть на это полномочия.

Полковник на мгновение замер, потом усмехнулся.

– А я и не угрожаю. Я предлагаю. Сотрудничество. На взаимовыгодных условиях.

– Это другое дело, – я сел за стол, жестом приглашая их располагаться. – Рассказывайте.

Седоватый кивнул своим, и те расселись по креслам. Я заметил, как один из них, самый молодой, положил руку на пояс, где висел незнакомый артефакт. Не кобура. Что-то другое.

Попробовал оценить. Далековато, но очень похоже на нейтрализатор магии.

– Для начала, – полковник достал планшет, – Мы хотели бы поговорить о вашем мастере Ване. О его прошлом. И о том, почему он до сих пор находится на территории России, не имея на это законных оснований.

Я молчал, выдерживая паузу. За окном занимался новый день. И, кажется, он обещал быть интереснее, чем все предыдущие.

* * *

Площадь Приморского Края огромна. Она больше Греции, в два раза больше Чехии, а таких стран, как Швейцария, здесь так и вовсе четыре штуки можно разместить. Согласно статистике Гильдии у нас в Приморье за год появляется примерно триста – четыреста Пробоев. Многие из них, примерно треть, закрывает армия. По крайней мере те, что открываются рядом с крупными городами, где есть армейские гарнизоны. Остальными занимаются Охотники. Они же, обычно, уничтожают и Тварей, которые выбрались из Пробоев, но умирать не торопятся. Да, я не оговорился. Не все Твари умудряются выжить долгое время в наших условиях. Тут на нашей стороне и неизвестные им болезни, вирусы и слабый магический фон, который им зачастую нужен, как воздух, и наш климат. Зимой так вообще красота. Большая часть таких вырвавшихся на нашу землю, мрёт от холодов почище немцев в сорок втором. Это меткое сравнение я как-то раз от Волкова услышал и запомнил.

Ещё недавно территорию Приморья в основном «окучивали» три Клана Охотников: «Цезари», «Фениксы» и «Медведи». Но вот беда, Цезари с Фениксами в последнее время сильно сдали. А в лидерах оказались мы с Медведями. Причём, конкурируем мы с переменным успехом. И это несмотря на то, что по количеству бойцов мы на самом последнем месте, среди клановых отрядов приморских Охотников. Зато активности и мобильности нам не занимать. Иногда за день не только Пробой успеваем закрыть, но ещё и пару заданий выполнить, если они по пути окажутся.

Да, за серьёзные Пробои мы пока не берёмся. Пожалуй, ранг Г – это наш предел на сегодня. Дальше начинается лотерея, а терять хоть кого-то из своих бойцов я не намерен.

Если коротко, то всю эту информацию я вывалил на приехавших «гостей», пару раз их прерывая, когда они уже собирались задавать мне вопросы. Минут семь ораторствовал, и уже почти выдохся, но тут открылась дверь и к нам вошёл куратор с мощным сопровождающим. Этаким богатырём, ростом под два метра.

– Майор Иванов, ФСБ, – светанул он «корочкой», – Курирую по линии нашего ведомства этот приют, этого молодого человека и организованное здесь производство артефактов. Имеете какие-то вопросы? Можете задавать их мне.

– Ладно, вы тут веселитесь, а я тогда пошёл. Работы и в самом деле очень много. Готовимся федеральный заказ раньше срока сдать, – хмыкнул я, и бочком – бочком покинул помещение, пока высокие договаривающиеся стороны оценивали друг друга взглядами.

Кстати, около минивэна «гостей» стоял почти что его близнец, но с символикой ФСБ на борту, и четверо вооружённых бойцов в бронежилетах. Это я уже по пути отметил.

А если учесть, что ещё и у нас по отряду объявлен «аларм», то «гостям» я не завидую. Будь я на их месте – просто не рискнул бы быковать. Не зря же я столько времени им трындел, что они прибыли на территорию отряда Охотников.

* * *

– Насчёт твоего китайца, – щёлкнул Всеволод пальцами, когда мы с ним взглядами проводили минивэн «гостей», которые уезжали, не солоно хлебавши, – Я пробил, что у него временное разрешение, ещё Фениксами оформленное, но через пару недель оно заканчивается.

– Нужно новое оформлять?

– По закону, уже постоянное можно.

– Понял. Сегодня же юристов озадачу.

– И мэра подключи, – чисто по-дружески посоветовал куратор, явно зная, как животворящий пендаль сверху может ускорить череду бюрократических процессов.

– Эти-то что хотели? – с намёком кивнул я на окно.

– А сам как думаешь?

– Всего и сразу, и чтобы они здесь всем рулили, – выдал я прямо-таки напрашивающуюся версию.

– В общих чертах угадал, – как всегда расплывчато ответил этот закоренелый службист.

– У меня с Тереховым разговор был, – начал я про ожидание возможных проблем, – Ему китайцы и японцы помощь предлагают, чтобы с Пробоями своевременно справляться, а он скоро им скажет, что у нас самих есть всё необходимое, и откажется. Заодно предполагает показать пару – тройку моих артефактов, которых у них точно нет, и надеюсь, не будет никогда.

Вот тут-то лицо майора заледенело, и ноздри затрепетали. Вопросец-то чисто по его ведомству. А шанс поймать на меня, как на живца, сколько-то иностранных шпионов – это несомненная удача и заслуга! И кто на этом срубит себе славу и почёт? Понятное дело, что не «живец», а рыбак. А в рыбаках у нас он – майор Иванов!

Это ли не прекрасно?

Из положительного – Вану я сказал, чтобы поутру все документы, что у него есть, мне принёс. Будем его как гражданина оформлять, а потом и как члена нашего отряда через Гильдию проведём.

Видели бы вы, как его проняло… До слёз.

* * *

У нас в отряде пополнение. Сразу трое парней в этом месяце получат паспорта и войдут штатными бойцами отряда. Одного к себе Никифор забирает, а Гришка, так сразу двоих. Так, глядишь, наши боевые пятёрки скоро уже в десяток начнут превращаться. А давно ли мы на двойки – тройки делились.

А из столицы заказ пришёл. Необычный. Ну, это для кого как, а мы уже Тварей живьём брали. Видимо по этому принципу к нам и обратились. Тут-то я и задумался.

Если что, моя портальная магия как специально создана для пленения Тварей любого калибра. Главное, чтобы клетки хватило и артефактной защиты на ней. А так, вроде особых проблем-то нет – открыть один портал перед Тварью, а второй на входе в клетку.

Чисто теоретически – беспроигрышная комбинация.

Осталась мелочь – реализовать её на практике. С этим мы и выехали, взяв очередное задание.

Заказ пришёл от Московского государственного университета, с пометкой «срочно» и грифом, который я раньше видел только на федеральных документах. Если честно, я даже немного офигел, когда Всеволод переслал мне скан. Оказывается, у них там, в столице, целая лаборатория по изучению Тварей. И, судя по тону письма, живые экземпляры им требовались регулярно, а вот возможности их добывать – была не всегда.

– Санчес, ты это видел? – Гришка ткнул пальцем в монитор, где я открыл полную спецификацию заказа. – Они за одного живого «клыкача» третьей категории обещают полтора миллиона!

– Видел.

– А за «медузу» четвёртой – три!

– И это тоже видел.

– Так чего мы сидим? – он уже натягивал бронежилет, хотя выезжать собирались только через час. – Это ж целый полугодовой бюджет!

Я усмехнулся. Гришка всегда был таким – сначала действие, потом мысли. За это я его и ценил, но сейчас требовалась голова, а не кулаки.

– Ты клетки проверил? – спросил я. – Те, что мы под заказ делали. Все четыре?

– Ван сказал, готовы. С артефактной защитой, с усилителями. Даже тест-драйв провели – кинули туда «прыгуна», которого мы на прошлой неделе взяли. Сидит, злобный, но не ломится. Защита держит.

– А кормить его не забыли?

– Так он же не котик, – Гришка пожал плечами, – Ему раз в три дня кусок мяса кидают. Специалист из Москвы прислал инструкцию. Вообще, они за этим «прыгуном» уже машину выслали, сегодня к вечеру заберут. Деньги перевели ещё вчера.

Я кивнул. С лабораторией мы сотрудничали уже месяц, и пока всё шло гладко. Деньги приходили вовремя, претензий к качеству «товара» не было. Даже наоборот – оттуда периодически звонили, уточняли, не можем ли мы увеличить объёмы. А когда я вякнул про клетки с усиленной защитой, они не моргнув глазом оплатили половину затрат на их разработку.

Вот и сейчас – заказ на четырёх «клыкачей» и одну «медузу». И всех живыми.

– Ладно, – я встал из-за стола, – Пора.

Нас выезжало две пятёрки. Гришка со своими двумя новыми, которых он уже обкатывал на лёгких заданиях, и я с Никифором. Плюс двое дополнительных водителей на грузовиках с клетками. Полноценная экспедиция, не то что раньше – когда мы на одной «Ласточке» выскакивали, даже без нормальной страховки.

Пробой, который нам указали в задании, находился в тридцати километрах от города, в низине, где когда-то был посёлок. Три года назад его эвакуировали, потому что Твари стали вылезать чуть ли не каждую неделю. Теперь там только развалины, колючка по периметру и патруль, который проверяет, не прорвалась ли очередная тварь в сторону трассы.

– Остановитесь здесь, – сказал я водителю, когда до развалин оставалось километра два. – Дальше пешком.

Выгрузились, проверили оружие. Я открыл портальный карман, достал артефактные браслеты – по два на каждого бойца. Ограничители, на случай если Тварь всё-таки вырвется из портала. Не самый приятный сценарий, но мы готовились ко всему.

– Запомните, – сказал я, глядя на своих, – Главное – не геройствовать. Моя задача – открыть портал, ваша – загнать тварь в створ. Не получилось – отходим, не рискуем. Повторяем попытку. У нас клетки в грузовиках, времени много.

– А если «медуза»? – спросил один из новичков, парень по кличке Червь. Его так прозвали за худобу и умение пролезать в любые щели, но сейчас он выглядел вполне уверенно.

– Если «медуза» – держаться за мной. Её порталы не любят. То есть, она их не то чтобы боится, но ощущает как угрозу. Будет пытаться обойти. Второй портал на клетку я открою заранее, так что нам нужно только подтолкнуть её в нужную сторону. Поняли?

Поняли. Кивнули.

Пошли.

Развалины встретили нас тишиной. Слишком тишиной – это я умел чувствовать. Когда Твари рядом, они или шумят, или замирают, устраивая засаду. Сейчас был второй вариант.

Я поднял руку, останавливая группу. Прикрыл глаза, сосредоточился. Моя способность к поиску работала не только на артефакты – я уже научился различать и «тепло» Тварей. Там, где они копошились, пространство словно бы пульсировало.

– Три «клыкача» в подвале, – сказал я тихо, – Метрах в пятидесяти. И одно крупное. Возможно, «медуза». Она глубже.

– Начинаем с мелких? – спросил Никифор.

– Да. Начинаем с них. Гришка, ты с левого фланга заходишь. Я открываю портал перед входом в подвал, второй – на клетку. Ваша задача – выкурить их наружу.

– А если разбегутся?

– Не разбегутся. Клыкачи – стайные. Держатся вместе. Выкуривай одного – выйдут все.

Так и вышло. Гришка с двумя своими грохнули по стенам, создавая шум, я в этот момент открыл портал – полутораметровый круг прямо перед дырой в подвал. Второй портал, как и планировал, вывел в клетку, которая стояла в кузове грузовика.

Первый клыкач вылетел через секунду – здоровенная тварь, похожая на помесь волка и дикобраза, с костяными наростами на спине. Он даже не понял, что произошло – просто переступил с бетонных плит на железный пол клетки, и тут же дверца и защита захлопнулись.

Второй – следом. Третий замешкался, почуял неладное, но Гришка зашёл сбоку, шуганул его выстрелом, и тварь сиганула прямо в портал.

– Есть! – крикнул кто-то из наших.

Я закрыл порталы. Проверил резерв – расход энергии был минимальным. Пространственные артефакты работали чисто, без сбоев.

– С «медузой» будет сложнее, – сказал я, поворачиваясь к центру развалин. – Она глубже. Метров десять под землёй. Похоже, там был погреб или бомбоубежище.

– Как будем заманивать? – спросил Никифор.

– А никак. Я сам спущусь.

Он посмотрел на меня, но спорить не стал. Знал – если я что решил, переубеждать бесполезно.

Я подошёл к провалу, который когда-то был лестницей в подвал. Оттуда тянуло сыростью и чем-то сладковатым – запахом, который всегда сопровождал «медуз». Эти твари не были агрессивными в привычном смысле. Они не охотились, не нападали. Вместо этого – распространяли вокруг себя туман, который парализовал жертву, а потом… потом медленно переваривали жертву, всасывая органику через тончайшие щупальца.

Я надел респиратор, проверил артефактный щит. Всё в порядке.

– Открываю портал, – сказал я Гришке. – Прямо в клетку. Я её приведу. Готовьтесь.

Он кивнул. Я шагнул вниз.

Тьма сгустилась сразу, но я видел – магическое зрение не подвело. «Медуза» висела в центре подвала, распластав щупальца по стенам. Она была размером с легковую машину, полупрозрачная, мерцающая бледно-голубым светом. Вокруг неё клубился туман – тот самый, парализующий.

Я чувствовал, как артефактный щит начинает вибрировать. Туман давил, пытался найти брешь, но пока держался.

– Эй, – сказал я негромко. – Иди сюда.

«Медуза» не реагировала на звук. Она вообще не реагировала на привычные раздражители. Только на движение. На тепло. На магию.

Я поднял руку, создал небольшой огонёк – пульсирующий, яркий. И тут же бросил его в сторону, где должен был открыться портал.

«Медуза» качнулась. Щупальца зашевелились, потянулись к огоньку. Она двигалась медленно, величественно, и казалось, что вся эта конструкция из плоти и энергии плывёт сквозь воздух.

Я отступил к порталу, подманивая её. Ещё шаг. Ещё.

Когда она почти коснулась края створа, я рванул назад, вылетая из подвала. «Медуза» потянулась следом – и провалилась прямо в клетку.

– Закрывай! – крикнул я в рацию.

Портал схлопнулся. Вдалеке, в грузовике что-то грохнуло, загудело – защита включилась на полную мощность. А потом наступила тишина.

– Готово, – выдохнул я, садясь на бетонную плиту.

Гришка подошёл, протянул флягу.

– Молодец, Санчес. Теперь нам эти московские учёные до конца жизни должны будут.

– Они уже должны, – ответил я, делая глоток. – Но это только начало.

Обратно ехали медленно, с оглядкой. «Медуза» в клетке вела себя спокойно – видимо, защита работала как надо. Клыкачи рычали, бились о прутья, но быстро выдохлись. Петрович потом сказал, что это нормально, они так энергию сбрасывают.

Вернулись уже затемно. У ворот нас встречал Всеволод – серьёзный, без обычной своей усмешки.

– Санчес, – сказал он, отводя меня в сторону, – Там это… Из Москвы звонили. Из той самой лаборатории. Они в восторге от «прыгуна», которого вы отправили. Говорят, уникальный экземпляр. Хотят заключить долгосрочный контракт.

– На что?

– На отлов. Живых Тварей. Всех категорий. И, – тут он замялся, – Они спрашивали, не сможете ли вы обучать их людей. Вашей технике портального пленения.

Я присвистнул.

– Это уже серьёзно.

– Более чем. Они готовы оплатить и обучение, и методику. Но, – он понизил голос, – Я проверил этих людей. Они действительно из университета. Однако есть нюанс.

– Какой?

– Их финансирование идёт через Министерство обороны. Похоже, нашим военным тоже нужны живые Твари. Для… исследований. Думаю, ты догадаешься, каких.

Я посмотрел на грузовики, где в клетках возились пленники. Потом на цех, где горел свет – Ван уже вовсю колдовал над новыми артефактами. Потом на детдом, где в окнах мелькали тени – пацаны готовились ко сну, не зная, что их лидер только что поймал монстров, которых потом будут изучать в столичных лабораториях.

Мир менялся. Стремительно. И мне нужно было решать – становиться частью этой новой системы или оставаться самим собой. Тем, кто просто делает свою работу. Защищает. Растит. Строит.

– Всеволод Степанович, – сказал я, – Передайте им – я согласен. Но на моих условиях.

– Каких?

– Первое – мы работаем только на контрактной основе. Никакой «помощи» со стороны, никакого «шефства». Второе – все Твари, которых мы ловим, передаются только через меня, только с полным пакетом документов и только после предоплаты. Третье – если они хотят учиться, пусть приезжают сюда. К нам. Я не поеду в Москву читать лекции, у меня и здесь дел по горло.

Всеволод усмехнулся.

– Жёстко.

– По-другому нельзя. Иначе они нас быстро подомнут. А я не хочу, чтобы мой отряд превратился в придаток какого-то министерства. Доходчиво объясняю?

– Понял. Передам.

Он ушёл, а я ещё долго сидел на крыльце, глядя в ночное небо. Где-то там, за горизонтом, в столичных кабинетах решалась судьба этого контракта. Но меня это уже не волновало. Главное, что сегодня мы сделали ещё один шаг. Не в сторону – вперёд.

И, кажется, этот путь был правильным.