Текст книги "Чернокнижник из детдома 3 (СИ)"

Автор книги: Сергей Богдашов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Я молчал. В голове билась только одна мысль: Катька. Её хотят скормить собакам.

– Что делать? – спросил я глухо.

– Для начала – ничего. Не дёргаться. Мы взяли это дело под контроль. За ними следят, прослушка стоит. Если они попытаются оформить удочерение – мы вмешаемся. Но нужно, чтобы они проявили себя. Чтобы клюнули на что-то. Ты должен сделать так, чтобы Катя Самойлова стала для них ещё более желанной целью.

– То есть использовать её как наживку? – рыкнул я.

– Как приманку, – спокойно поправил Всеволод. – Всё под контролем. Мы не дадим её в обиду. Но если мы возьмём их с поличным – они сядут надолго. И, возможно, закроем целую сеть. Такие «питомники» не в одиночку работают. У них есть заказчики. Покупатели на «магическое мясо».

– Мясо… – повторил я. – Вы сейчас серьёзно?

– Абсолютно. В магических кругах это запретная тема, но слухи ходят. Некоторые Твари, особенно элитки, если их кормить Одарёнными, развиваются быстрее, становятся сильнее, поддаются дрессировке. Это чудовищно, но это реальность. И твоя Катя – идеальный кандидат. Молодая, с пробудившимся Даром, безродная, из детдома. Никто не хватится.

Я закрыл глаза. Передо мной стояло лицо Катьки – веснушчатое, с озорными глазами, вечно лезущее с объятиями и глупыми вопросами. Она доверяла мне. Она считала меня своим защитником. А я должен был…

– Я согласен, – сказал я, и голос мой прозвучал как чужой. – Но если с ней хоть что-то случится…

– Не случится, – твёрдо ответил Всеволод. – Я лично за этим прослежу. И ты будешь рядом. Мы подготовим операцию так, что они и шагу не ступят без нашего ведома. Но Катя должна быть в курсе. Она должна знать, что участвует в игре. Добровольно.

– Она согласится, – сказал я. – Она смелая. Бесшабашная.

– Тогда готовь её. И жди сигнала.

Разговор с Катькой был самым тяжёлым в моей жизни.

Я завёл её в мастерскую, закрыл дверь, усадил на табурет и сказал всё как есть. Без прикрас, без смягчений.

Она слушала молча. Глаза её становились всё больше, лицо бледнело, но она не плакала. Только сжимала кулаки.

– Значит, я должна притвориться, что хочу к ним? – спросила она, когда я закончил.

– Да. Должна вести себя так, будто ты не против удочерения. Будто тебе всё равно, куда ехать, лишь бы отсюда. Чтобы они поверили, что ты лёгкая добыча.

– А они не сделают мне больно? – в её голосе дрогнула только одна нотка, самая краешек.

– Не сделают. Мы будем рядом. Всегда. Я лично буду следить за каждым их шагом. И как только они попытаются тебя забрать – мы их возьмём.

Катька помолчала. Потом вдруг встала, подошла ко мне и обняла крепко, по-своему, по-детски.

– Я согласна, Санчес. Ради тебя. Ради всех нас. Если мы поймаем этих гадов – другие девочки будут в безопасности. Это того стоит.

Я обнял её в ответ и почувствовал, как внутри закипает холодная, лютая злоба. На тех, кто придумал этот бизнес. На тех, кто его поддерживает. На весь этот мир, который позволяет такое.

– Мы их поймаем, – пообещал я. – Клянусь.

Глава 7
Багги и прочее

Не знаю, как скоро меня куратор собирался успокоить, но догадываюсь, что может быть и никогда, но тут дело к сдаче заказов подошло и ему волей – неволей пришлось приехать к нам, сопровождая важного гостя.

– Что с удочерением? – начал я, вместо «здравствуйте», чуть отведя его в сторону.

– Ничего. Оно не состоится, – попробовал он ответить равнодушно, но лицо дрогнуло.

– Они передумали?

– Погибли, – признался он нехотя.

– Не-не-не… Я там ни ухом, не рылом, – тут же открестился я от столь неожиданного поворота.

– Знаю. Иначе мы бы с тобой не здесь разговаривали. Всё у полиции на глазах произошло, – буквально начал он выдавливать из себя подробности, – Когда следователь приехал, хозяин всех собак во двор выпустил, а сам дома забаррикадировался. Орал, что сейчас стрелять начнёт. И действительно начал. Всех кобелей пристрелил, а потом полицейского ранил. Они тогда как раз газовыми баллончиками начали собак отгонять. Потом шутки закончились, а когда подкрепление прибыло, он жену застрелил. Затем этот дебил первый этаж дома с помощью канистры с бензином поджёг и сам застрелился. Короче, не осталось ни свидетелей, ни улик, ни подозреваемых. Ещё и пожарные подъехали ровно в тот момент, когда дом обрушился и спасать уже нечего и некого было.

– Хм… Но следователь для чего-то же приезжал?

– Хотел разрешение на эксгумацию подписать, – соврал куратор на голубом глазу, не предполагая, что я такие нюансы влёт палю.

– Как всё глупо и вызывающе странно… – посмотрел я на Всеволода.

– Наш психолог считает, что параноидальная шизофрения и не на такие финты способна.

– «Хм, а я бы поставил на жёсткие ментальные закладки», – подумал я про себя. – Так эксгумация всё-таки состоится?

– Откуда мне знать? Это дело по полицейскому ведомству проходит и у меня нет никаких оснований на запросы.

– Даже если мы коллективное письмо вам напишем? Позавчерашним числом?

– Так, ты мне эти фокусы прекращай! Что мне надо, я и без вашего письма узнаю, – почти что «раскололся» куратор, невольно подтвердив, что есть у него «стукачи» в рядах полиции.

– А я что… Я ничего. Пойдёмте заказ принимать, – изобразил я простецкое лицо, уже чисто для гостя, который был недоволен тем, что ему никто не оказывает внимание. Вот жеж, какая он пися – королева капризная…

Впрочем, увидев двух блонд в спортзале, который мы по летнему времени стали использовать под склад, высокий гость прямо расцвёл.

Ещё бы, в коротких служебных халатика, что всего-то лишь на пару – тройку сантиметров ниже надетых на них мини шорт, сестрёнки выглядели на редкость сексуально, что собственно и подтвердила упавшая челюсть нашего гостя.

– Вам какие показать? Вы лишь пальцем ткните, и мы сами вам образцы достанем, – предложили блонды гостю, и что не удивительно, его выбор выпал на те одинокие ящики, что стояли не на поддонах, а на полу.

– Какой вам достать? – шаловливо играя голосом и глазами, спросила Галка, наклонившись с прогибом над открытым ящиком, – Точно этот?

– Всё нормально. Все артефакты ровные, как по линеечке. Никакого подвоха, – шёпотом успокоил я куратора, когда он было дёрнулся, чтобы прекратить весь этот цирк.

– Тогда зачем? – почти прошипел он мне в ухо.

– Чисто для радости. Красиво же, – пожал я плечами, – Опять же вам зачтётся. Не так ли?

Что-то невнятно булькнув в ответ, куратор заткнулся.

Понятное дело, что все образцы артефактов, действие которых сестрёнки продемонстрировали, отработали, как надо. Думаю, этот показ наш гость надолго запомнит.

А блонды… ну, заслужили награду, чего уж там. По поцелуйчику в щёку от меня. По десять тысяч премии. И… ладно, я же не жлоб – по получасовой тренировке. Заодно там и проверю, готовы ли они к Первой Печати. И вот это уже серьёзно! Такое от меня ни за какие деньги никто посторонний не купит.

И вроде бы всё хорошо, радоваться надо, но рассказ куратора про погибших кандидатов в удочерители оставил гадкий осадок на душе. Чую, есть в этой истории даже не двойное, а тройное дно.

* * *

Поток раций, которые казались незыблемым способом заработка, понемногу начал спадать. То ли в нашем федеральном округе рации к концу стали подходить, то ли все армейские группы были ими укомплектованы. Остался жалкий ручеёк – порой всего лишь по пять штук в неделю. И мои старики – радиоинженеры резко заскучали. Того и гляди сорвутся на испытанное лекарство от скуки – выпивку. Надо их срочно чем-то занять и таким, чтобы глаза горели и пар из ушей шёл.

– Отцы, есть проблема! – озадачил я их, заходя в уютную кондейку, обустроенную по их вкусам – с коротковолновой рацией, проигрывателем виниловых пластинок и разномастными магнитофонами, – Нам нужно изобрести электромобиль!

– Тю-ю-ю… было бы что изобретать! Зайди в Сеть и тебе десятки, а то и сотни моделей предложат на любой вкус и кошелёк, – фыркнули стариканы, и вроде бы, справедливо.

– Вы не дослушали, – присел я на самодельную табуретку у их стола, – Нам нужен электромобиль, который будет иметь запас хода в три тысячи километров, и в потенциале, должен справляться с работой в Пробоях. По отдельным частям у меня всё есть. В том смысле, что идеи по энергетике у меня почти готовы, а по защите – всего лишь требуют апробации.

– Тогда для чего мы нужны? – спросил меня один из Анатолиев, тот, что Петрович.

– Представь себе, что я создал батарейки к фонарикам, пусть и очень крутые, которых фонарю на год хватит, и такую же защиту для этого фонаря. Но фонарь – это, по сути, игрушка. Путь от фонарика до электромобиля, который может передвигаться в Пробое мне в одно лицо ни за что не осилить.

– А от нас-то что надо? – уже Семёныч не выдержал, – Мы тебе кто? Конструкторский отдел гиганта автопромышленности? Так нет. Чего ты от нас-то хочешь?

Много чего, дорогие вы мои… Тут-то я и начал грузить стариков сначала принципами магической коммутации, а потом и её обратным переводом в электричество. Прониклись, когда поняли, что проблему с ёмкостью аккумуляторов я решил на совершенно другом уровне. Осталось их только скомпоновать в могучий кластер, и эта аккума станет революцией!

– Я же сказал – электромобиль. Кстати, пару моделей багги на электроприводе я уже из Китая заказал. На первом этапе вам всего-то потребуется поменять источники питания. Ну, и всю периферию продумать. Начиная с их зарядки от обычной розетки, – скромно добавил я небольшую деталь.

Поняв, что вопросами механики я их грузить не собираюсь, а задача поставлена на вполне внятных для их понимания принципах, оба Анатолия приободрились.

– Багги, которые работают на электричестве, нам доставят завтра к вечеру. А проверить их в Пробое я планирую дней через пять. Так что вы с решениями и расчётами не особо затягивайте. Ах, да. Вот вам принципиальные схемы на те багги, – сбросил я им на телефон полезную информацию.

Видели бы вы их лица…

Люблю я это дело – ставить перед людьми трудновыполнимые задачи! Зато сразу видно, кто чего достоин!

Революция не революция, но этот мир не знает, как можно относительно недорого сохранять электроэнергию в больших количествах. А я – знаю!

Её всего-то нужно перевести в магию, поместить в накопители, а затем выдать обратно. Через мои артефакты. Потери, они безусловно есть. Даром ничего не бывает. Процентов пять потеряем на переходы, если не станем экономить на материалах контактных пластин, и пожалуй, около двух-трёх процентов за месячное хранение. Саморазрядка.

Тем не менее – планка задрана высоко! И задачи перед стариками поставлены вовсе не детские. Транспортное средство, работающее в Пробое – это ли не чудо?

* * *

Через три дня первое багги было готово к испытаниям.

Старики работали как проклятые – забыли про выпивку, про радио, про всё на свете. Они перебрали китайскую игрушку до винтика, встроили в неё мои накопители, переделали систему управления, поставили дополнительную защиту на электромотор.

– Санчес, – позвал меня Анатолий Петрович, когда я заглянул в их мастерскую, – Ты только глянь! Мы тут вольтаж подняли, момент на колёсах вырос вдвое. Теперь этот малыш по стенке ездить может!

– Почти, – скромно добавил Семёныч, – Но в грязи не застрянет точно. Ресурсу, понятное дело, это в минус пойдёт, но на три тысячи километров его точно хватит. Затем обязательное ТО.

Я осмотрел багги. Выглядел он внушительно – широкие колёса с зубастым протектором, усиленная подвеска, каркас безопасности, обшитый тонкими пластинами моих защитных артефактов. На месте водителя – два кресла, с ремнями, как у гоночных болидов.

– Заряда хватит на три с лишним тысячи километров, – гордо доложил Петрович. – Если, конечно, не гонять на пределе. А если гонять – всё равно на две с половиной.

– Отлично, – похвалил я. – Завтра едем в Пробой. Испытывать.

Парни, узнав про испытания, чуть не передрались за право сесть за руль. Пришлось бросить жребий. Повезло Гришке и Никифору – они и должны были стать первыми пилотами.

Выехали рано утром. Пробой выбрали недалёкий и несложный, уровня Б, с пересечённой местностью – старый карьер, поросший кустарником, где, по слухам, завелась стая каких-то ящеров.

Багги вёл Гришка, Никифор сидел рядом с артефактами наготове. Я ехал следом на Крузаке, с остальными бойцами, готовый подстраховать.

Вход в Пробой – и мы оказались в совершенно другом мире. Серое небо, красноватая земля, огромные валуны, разбросанные в беспорядке. И тишина, только ветер свистит.

– Поехали, – скомандовал я по рации.

Багги рванул с места так, что комья земли взлетели в воздух. Он нёсся по карьеру, огибая валуны, взлетая на пригорки, проваливаясь в ямы – и везде держался уверенно, мощно. Гришка хохотал в шлемофон, Никифор что-то кричал, размахивая руками.

– Работает! – заорал он в эфир. – Санчес, оно работает!

Я улыбнулся. Ещё бы не работало.

Ящеры появились внезапно – выскочили из-за скалы, пятеро, размером с небольшую собаку, но с длинными хвостами и острыми зубами. Они кинулись наперерез багги.

– Никифор, работай! – крикнул я.

Никифор не подвёл. Молния ударила прямо в центр стаи, разметав тварей в стороны. Двоих убило на месте, остальные, визжа, бросились наутёк.

Багги проскочил мимо, даже не сбавив скорости.

– Есть! – донеслось из рации. – Мы их сделали!

Час парни гоняли по Пробою, тестируя машину в разных режимах. Багги вёл себя безупречно – резво, манёвренно, устойчиво. Защита держала удар, когда пару раз ящеры пытались атаковать с флангов. Накопители даже не думали садиться.

К обеду мы выбрались обратно, оставив за спиной зачищенный Пробой и кучу трофеев, которые побросали в кузов Крузака.

– Ну что, командир, – подошёл ко мне Гришка, сияя, – Будем серийное производство запускать?

– Погоди, – осадил я его. – Сначала всё протестируем как следует. И посчитаем, сколько это стоит. Но идея… идея хорошая.

Вечером, когда стемнело, я сидел в мастерской и смотрел на чертежи, разложенные на столе. Электромобили, работающие от магии. Транспорт для Пробоев. Альтернативная энергетика для детдома, для города, для всей страны…

Мысли текли медленно, лениво. Но одна из них свербела постоянно, не давая покоя – история с удочерителями. Слишком уж гладко всё закончилось. Слишком чисто. И куратор врал про эксгумацию – это я понял сразу.

Кто-то очень не хотел, чтобы та девочка, первая, умершая в питомнике, стала объектом расследования. Он убрал свидетелей, уничтожил улики, замёл следы. И этот кто-то был достаточно силён, чтобы заставить ФСБ играть по своим правилам.

Я вздохнул и отложил чертежи. С этим тоже придётся разбираться. Но не сейчас. Сейчас – работа, отряд, развитие. А там… посмотрим.

– Санчес, – в дверь легонько постучали. – Там это… Катька плачет. Говорит, что боится спать. Просится к тебе, – судя по голосу, одна из блонд подкралась, определил я, даже не глянув в монитор, который показывал мне всех, желающих меня навестить.

Вздохнув, я встал и пошёл к двери. Ночь обещала быть длинной.

* * *

– «Не берите сегодня никаких заданий!» – получил я с утра сообщение на свой телефон.

Контакт – Борислав. Тот самый, из «Цезарей», чью группу мы от смерти спасли.

Весьма любопытно, а что у нас сегодня с заданиями?

Сайт Гильдии по нашему региону на сегодня предлагал больше, чем обычно. И там была пара заданий, словно специально под нас прописанных. В любой другой день, сразу оба бы застолбил, не задумываясь, но сейчас решил подождать. Слишком там всё просто и слишком сладко. Опять же – очень мне интересно, кто нам про эти замечательные предложения попробует намекнуть, если мы вдруг решим уйти на выходной.

А чтобы ни у кого сомнений не возникало, то этот самый выходной я и объявил всему отряду. Только обеих блонд попросил остаться. Им сегодня придётся нелегко. Первая Печать. Какая, они ещё не знают, но это будет Концентрация…

Изначально была у меня мысль начать их развитие с Регенерации, но…

Обе они у меня с уклоном в целительство, а Печать Регенерации первого уровня… ну, так себе подарок. То, что она за три дня восстановит, целительница их уровня за пару часов излечит. Зато Концентрация их заклинания сделает заметно эффективней, и расход маны будет более экономным.

Короче, лежали сегодня обе красавицы на животиках голенькими, и страдали. Лиц я не видел, одни лишь вздрагивающие попки передавали их эмоции. Но Печати я выполнил филигранно, ни на что не отвлекаясь. Каждую можно занести в учебник по идеально сформированной Печати! Впору начинать гордиться…

Форум Гильдии я начал просматривать лишь ближе к вечеру. А там – сюрпрайз!

Один из отрядов Феникса напоролся на неприятности. Понятно, что ничего особо внятного сказано не было, но пятеро у них сейчас пребывают в коме. Поймали какое-то неизвестное Посмертное Проклятие от нежити.

Хм… Лично я про такое Проклятие знаю, как и про то, как его можно запросто снять. Нежить предсказуема. Оттого и Проклятия у них не меняются.

И тут вопрос – стоит ли мне помогать тем Фениксам, которые, как я уже понял, далеко не однородный коллектив, что решили украсть у меня Задание? Там же чуть ли не в прямую написано было, кто должен его принять. А эти решили перехватить… И нарвались.

Впрочем… Да ладно. Размерами членов мы с ними потом померимся, а тут люди могут умереть.

Порыскав в телефоне, нашёл нужный контакт.

– Ваших, которые в коме, могу спасти. Дайте мне доступ в их палаты с парой помощниц, – надиктовал я голосовое сообщение одному из их руководителей, – И они уже завтра будут готовы на выписку.

– «Доступ даём, но вы за них отвечаете», – пришёл мне ответ где-то через полчаса.

Облагодетельствовать решили? Так вот хрен там!

– «Тридцать тысяч за каждого. Согласие подтвердите через сайт Гильдии. Контракт я выслал», – очень по-деловому отозвался я на их согласие, ставя их своим ответом в весьма неприличную позу. Этакую – коленно-локтевую.

Теперь пусть попробуют отказать.

Вокруг же не полные дураки сидят. Все уже поняли, что Фениксами двигало, прежде, чем они вляпались. Гильдия и Кланы – они такие… все друг за другом присматривают, якобы из лучших побуждений.

– Санчес, ахтунг! – замолотил кулаками в мою дверь Гришка, – Я не знаю, что ответить!

– Что случилось? – спокойно щёлкнул я кнопкой пульта, открывая дверь.

– Во Владике конкурс прошёл! Пятеро победителей к нам едут! Завтра утром нужно их встречать!

– К нам – это куда? – уточнил я на всякий случай, хотя ответ и так был ожидаем.

– Так в наш отряд! Что тут непонятного? Это у них приз такой был, пусть с нами ни разу не согласованный.

– Ну, во первых, огорчи, что им никто не рад. Во-вторых, мы все Одарённые… а они…

– И они то же, – выдохнул Григорий, – И там не только парни, но и две девчонки! Ты бы видел, что они в финале творили!

– Ладно. Закажи на утро Крузака, а поселим их… да хоть в том же спортзале.

– Сделаю, не сомневайся. Заодно и мы на них посмотрим, – ехидно ухмыльнулся Григорий.

Глава 8
Пулеметы

В госпиталь я поехал с Катькой и Тамариком. Блонды пока на каникулах. Им я вообще пару дней запретил магию применять в любом виде. Не дай Бог мои идеально нанесённые Печати нарушат.

Нас встречали.

– Контракт мы подписали, но с оговоркой – оплата по факту, – нехорошо усмехнулся широкоплечий рыжий мужик с густой бородой и неслабыми усами.

Несколько мрачных типов и врач стояли чуть в стороне, но всё слышали.

– Вот завтра, перед вторым сеансом и заплатите, – пожал я плечами, – Если не хотите, чтобы им потом снова поплохело.

– А если такое всё же случится, то что тогда? – попытался он быковать, скорей всего, по привычке.

– Слушай, а я ведь сейчас могу не согласиться с вашими поправками, расторгну контракт, развернусь и уеду. Ты думаешь, для меня так сильно ваши деньги важны? Я и без них отлично живу. Охотников жалко, помрут ведь. А оплата – это не столько за излечение, сколько штраф за наглость. Чтобы не пытались выхватывать то, что не под вас заготовлено.

– Пф-ф-ф… Не понял. Что значит – заготовлено? – проворчал он, явно сбитый с толка.

– Очередная ловушка там была. Проверяют наш отряд какие-то злыдни, и уже не первый раз. А тут вы, влезли в чужие игры. Вот и огребли, – вбросил я Охотникам информацию для размышлений.

Глядишь, все вместе и быстрей узнаем, кто это у нас такой коварный. Фениксы давно в этом котле варятся, наверняка и связями обросли, и людишками, которые многое знают. Пусть тоже поищут. Хотя бы ради того, чтобы заставить деньги за лечение вернуть.

– Вам нужна операционная? – спросил у меня врач, поняв, что наша перепалка закончена.

– Достаточно одиночной палаты и ведра с круто посолённой горячей водой. Такой, чтобы соль уже в ней перестала растворяться.

– Первый раз про такое лекарство слышу, – буркнул сбоку рыжий.

– Это не лекарство, а кладбище. Буду скидывать туда то, что они в Пробое поймали. Кстати, тебе на будущее – если захотите оберегами от такой дряни обзавестись, то партию штук в двадцать, не меньше, изготовлю по десять тысяч за оберег, – не преминул я прорекламировать новый вид артефактов, которые ещё ни разу не предлагались покупателям.

На самом деле – очень простых в изготовлении, если под них заказать штамп.

– Считаете, что солёная вода подойдёт? – прищурился врач, явно желая подробней разузнать столь необычные детали.

– Агиасма из храма тоже сгодится, даже получше будет, вот только вряд ли она у вас есть свежая и в нужном количестве, – спокойно пожал я плечами, и в то же время дал понять, что моё лечение – дело богоугодное, а не какая-то чертовщина.

– Тогда минут десять придётся подождать. Скажу на кухне, чтобы воду нагрели.

– Просто принесите в палату ведро с водой и пачку соли с какой-то палкой для размешивания. Я сам её магией за полминуты вскипячу, – небрежно хмыкнул я, позволяя оценить моё умение контролировать магию.

Вроде посыл был верно понят. Каждый прикинул про себя, а сможет ли он такое исполнить, и сам себе сказал – нет. Это боевыми заклинаниями можно бездумно разбрасываться, не боясь переборщить, а ведро кипятка за полминуты, да прямо в палате – это уже совершенно другой уровень Контроля.

Как я и предполагал, проклятье от нежити было вполне стандартное – я видел его, как чёрную плёнку, которая закрыла Одарённым резерв Силы и теперь ползла вверх по энергоканалам. К счастью, проклятье было свеженькое и толком никуда ещё не внедрилось, но всё равно я перепроверил всё на два раза, когда отрывал пассами эту плёнку от Источника и сбрасывал её в ведро.

– Первый чист, – сказал я минут через десять, вытирая пот со лба, – Катя, ты качни ему немного Силы в Источник, а Тамара пусть пройдётся и подлечит каналы. На следующем пациенте поменяетесь. Особо не упирайтесь, его не сильно задело, а у нас впереди ещё четверо.

Сам же отошёл в сторону и приоткрыл окно. Палата не велика, а ведро кипятка даёт о себе знать. Так что пот у меня на лице вовсе не от напряжения, а по вполне естественным физическим причинам – от пара и температуры. И мне вовсе не хочется, чтобы к концу лечения летние девчачьи платьица промокли насквозь и облепили их, став полупрозрачными. Ладно ещё Катька, там пока смотреть не на что, а вот у Тамары вполне сформировавшаяся фигура школьницы – старшеклассницы. Кстати, вполне себе аппетитная. Так что чисто по-мужски я Никифора прекрасно понимаю. Есть отчего запасть на эту девушку. Всем хороша!

Мы уже занимались третьим из Фениксов, когда в дверь тихонько поскреблись. Не отрываясь от пациента, я кивнул Тамаре и она открыла дверь.

– Первый уже очнулся и очень быстро приходит в норму! – услышал я восторженный шёпот врача, – Может нам глюкозу ему ввести?

Я отрицательно мотнул головой, и Тамара перевела это на русский.

– А можно я посмотрю. Ну, хотя бы пару минут? – спросил врач, явно пытаясь через плечо девушки пронаблюдать за моей работой.

Я кивнул, и он тихо-тихо затаился в углу, явно надеясь, что про него забудут.

Представляю, как это выглядело для него со стороны. Словно я вожу с десяток секунд руками, потом цепляю что-то невидимое и бросаю его в ведро. С плеском! Другими словами – со вполне понятным материальным подтверждением, что что-то в воду упало. Да и водичка в ведре уже так себе. Словно уборщица её для пары палат использовала, отмывая швабру.

– Чисто! Девочки, работаем, – в очередной раз выдохнул я, отходя к стулу у окна, – Катя, ты как, ещё держишься? Только честно!

– На одного меня ещё точно хватит, – закусила губу мелкая, занимаясь каналами пациента.

– Тамара?

– Я в порядке. Меньше половины потратила.

– Доктор. Следующего больного лишь минут через десять привозите. Мне нужно помощниц в порядок привести, – обратился я к врачу, который смотрел на наши действия, как на таинство, чем они собственно и были.

Этакий маленький ритуал изгнания проклятий.

Десятиминутный перерыв мы провели за столом у открытого окна. С меня был крепкий чай с лимоном, мёдом и по четыре воздушных безе к нему. Хорошо, когда у тебя всё есть в пространственном кармане, включая воду и чайники.

А Катеньке между делом добавил силушки, положив свою руку на предплечье. Нельзя ей выкладываться до полного истощения, чревато. Каналы у моей куколки ещё не как у взрослых, нежные. Детские. Такие потом восстанавливать – ювелирная работа! Зачем нам такие испытания? Обойдёмся нормальным развитием. В конце концов – мы в ответе за тех, кого приручили! И это не я придумал!

Через полчаса, когда всё было закончено, мы пошли на выход, под робкие аплодисменты персонала госпиталя. Ещё бы. Уже второй пациент очнулся, и во вполне добром здравии!

– Александр Сергеевич, а мы не могли бы обращаться к вашей помощи в подобных случаях? – поймал меня врач, который всё видел, уже перед самым выходом.

Вместо ответа я дал ему свою визитку. Угу, очень красивую. Правда там всего лишь мои ФИО и номер мобильного, не основного, а для левых разговоров, на которые я далеко не всегда реагирую и отвечаю.

Понятное дело, что на следующий день я приехал в госпиталь. Все пациенты в норме, лишь у одного поджелудка колет. Проверил. Фактически – моя тема. Кто-то поставил ему «дятла». Ничего опасного он не делает, но стоит поджелудочной железе чуть воспалиться, и он стучит по нервным окончаниям. Проклятие, но слабенькое, безвредное, в плане здоровья – скорее этакая «напоминалочка» – «Пить нужно меньше. Нужно меньше пить!»

– Вы же женаты? – спросил я у пациента, вовсе не собираясь снимать «дятла».

– Женат. И детишек трое, – с какой-то гордостью отозвался Охотник.

– Бухать прекращай, а то до добра это не доведёт. И доктора тебе не в помощь. Просто – завязывай. Пить перестанешь, и про боль в боку забудешь. Может быть – навсегда, – «обрадовал» я мужика, прекрасно понимая, что это мелкое проклятие скорей всего жена ему подвесила, или кто-то из её подруг, но из лучших побуждений. Такое проклятие не убивает, здоровью не вредит, но болевые ощущения присутствуют.

– А может лекарства какие? – с надеждой спросил он.

– Не поверишь, не помогут. Где-то ты по пьянке сильно провинился, и это наказание.

– А снять можно?

– Только на кого-то другого перенести. Есть желающие? – обвёл я взглядом палату выздоравливающих, – Ну, на нет и суда нет. А так, с моей точки зрения все здоровы. Что там с оплатой? – кинул я через плечо рыжему жлобу.

– Уже перевели, – сверился он с телефоном.

– Держи визитку. Звони, если что, – этак, почти по-дружески, сунул я ему в руку кусок красивой картонки.

* * *

А у нас – Праздник! И вовсе не всенародный, а наш, личный.

Мы в рейтинге доползли до подачи заявки на статус Клан – кандидат!

Отчего у меня такой восторг? С этим всё просто. Теперь нам разрешено приобретение автоматического оружия.

– Эх тачанка – ростовчанка, наша гордость и краса! – распевали мои парни, когда мы везли оба багги в мотоклуб.

Смысл поездки прост – установить на багги пулемёт. И тут наш выбор пал на «Печенег». Собственно, особого выбора Гильдия нам в этом плане не предложила, но пара таких пулемётов на складе нашлась. И теперь мы собираемся озадачить механиков из мотоклуба, как бы нам на эти багги поставить пулемёт. Чисто теоретическое решение есть. Сошки с пулемёта снимаются легко, остаётся только само оружие на какой-то вертлюг посадить, который нужно будет приделать к корме нашего транспорта. И у меня сразу есть некоторые дополнения. Например парочка артефактов в виде дополнительного щитка над стволом и артефакта охлаждения. И пусть мне оружейник уверенно сказал, что у Печенега ствол как раз греется меньше, чем у остальных моделей, но отчего бы не добавить приятную деталь. С ней он вообще забудет про перегрев.

И на этом бонусы не закончились!

* * *

Савельич, узнав про пулемёты, ходил сам не свой. А когда я сказал, что один из багги с пулемётом очень скоро появится в его полном распоряжении – у старика глаза загорелись таким огнём, что я всерьёз испугался, как бы он не спалил мастерскую.

Пришлось третий экземпляр доделывать ударными темпами.

– Ты понимаешь, что это меняет всё? – вещал он, размахивая руками. – Мы теперь не просто отряд поддержки. Мы – мобильная огневая единица! Заходим с фланга, поливаем Тварей свинцом, пока маги готовят удар. Или наоборот – отвлекаем на себя, даём отойти раненым. Это же тактика нового уровня!

– Тактика нового уровня, – усмехнулся я, – Это когда у тебя есть две тачанки с пулемётами и отряд магов, которые могут эти тачанки прикрыть от любой твари. Мы это обкатаем. Обязательно.

Никифор, который крутился рядом, вдруг спросил:

– Санчес, а можно я с Савельичем поеду? На его багги? Я хочу научиться стрелять с движения.

Я посмотрел на него. Парень рос не по дням, а по часам. Уже не тот неуверенный детдомовец, что полгода назад мял в руках куртку. Настоящий боец.

– Можно, – кивнул я. – Но с условием – магию не забываешь. Пулемёт – это подспорье, а не замена Дару. Понял?

– Так точно! – вытянулся он.

А Гришка, услышав это, тут же подскочил:

– А я? Я тоже хочу!

– Ты будешь командиром огневой группы, – осадил я его. – На первом багги с Савельичем. Будешь учиться у него тактике, взаимодействию, всему. А Никифор пока поездит вторым номером. Потом посмотрим.

Гришка расплылся в довольной улыбке.

* * *

Вечером, когда все разошлись, я сидел в мастерской и думал.

Клан-кандидат. Автоматическое оружие. Багги с пулемётами. Артефакты, которые лечат, защищают, питают энергией. Девчонки-целительницы, которые уже могут работать самостоятельно. Пацаны, которые стали настоящими бойцами.

Мы сделали это. Мы вытащили себя из того дна, на котором находились. И теперь…

Мысль оборвал телефонный звонок. Всеволод.

– Слушаю.

– Александр, есть разговор. Серьёзный. По поводу тех… удочерителей. Всплыли новые детали. Завтра сможешь подъехать?

– Смогу. Во сколько?

– В десять утра. К нам в управление. И… будь готов к тому, что это надолго. Есть вещи, которые нужно обсудить лично.