Текст книги "Портфель точка два (СИ)"
Автор книги: Сербский Владимир
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)
Глава 6
Эпизод 6.2
Неожиданное знакомство.
Приобретение нужных обновок не затянулось. Как и переодевание, впрочем. Бывшая жена Беседина в подобной ситуации вряд ли уложилась бы в пару часов, Саша же потратила, на все про все, пять минут. Выйдя из кабинки в новых штанах, она тут же присмотрела Степану бейсболку. Подходить к зеркалу Беседин не стал, доверился вкусу Саши. Джинсы, стоило отметить, сидели как влитые.
В соседнем бутике неугомонная девчонка узрела акцию «бесплатной стрижки», которой, по ее мнению, Степанову голову требовалось подвергнуть немедленно. В целях конспирации, естественно. С помощью шустрого парикмахера акция свершилась молниеносно. И, не мешкая, туристы отправились «за продуктами».
– Степа, посмотри, человек потерялся! Я тоже такой тощей была?
Худенький мальчишка в шортах на вырост и застиранной футболке, лет пяти на вид, стоял посреди прохода, мешая тележкам. На него натыкались, обходили, оглядывались раздраженно. Маленького человека это мало волновало. Неподвижно замерев, шевеля губами, он гипнотизировал полку с рыбными консервами.
– Ты не потерялась, ты нашлась, – Беседин попытался обнять, но Саша увернулась.
– Привет! Чего стоим, кого ждем? – она присела.
Мальчик без интереса глянул, отвернулся. «Ходят тут всякие» – читалось в его глазах.
– Меня зовут Саша, это Степан. Мы просто прохожие. А тебя как звать? – она протянула руку.
– Лёва, – помедлив, мальчишка подал ладошку.
– Давно стоишь, Лёва?
– Таня сказала ждать.
– Хм… И чтоб не скучать, буквы изучаешь?
– Чего буквы? Я читать умею! – насупился Лёва. – Вон написано: «шпроты». А вон: «сайра». Еще «сардины». Я люблю шпроты. И чтоб хлеб потом макать.
– Акселерация, – улыбнулась Саша. – А Таня кто?
– Таня со мной гуляет.
– Это так она гуляет? Хм…
– Таня сестра. Она большая, учится в колледже на хакера.
– Серьезное дело! – одобрила Саша. – И где же та сестра, которая хакер?
– Не знаю, – мальчишка соврал, покраснев.
Это было видно невооруженным взглядом. Ему было стыдно, но выдавать сестру человек не собирался.
– Так, – сказал Степан, выходя из прохода.
Неподалеку, в кафетерии, весело галдела стайка молодежи.
– Саша, ты же хотела пломбира? – он подмигнул девчонке. – Только я не помню, с орехами или с вишневым вареньем?
– И с лимонадом, – подыграла она. – Пошли, Лёва? Степан угощает.
– Таня сказала ждать! – мальчишка оказался не прост, несмотря на вожделение в глазах при слове «мороженое». – Сказала, по шее даст.
– Ну, это мы еще посмотрим, – Саша согнула руку. – Видел бицепс?
– Ого, – дотронулся парень. – Круто!
– А то, – согласилась Саша. – А сестра, небось, зависает с ухажером в кафетерии. Свидание у них?
Опустив глаза, мальчишка красноречиво молчал.
– Ладно, пошли, там встретимся. Да не бойся ты, с сестрой я договорюсь! – Саша протянула руку.
… Поскольку ведерка не нашлось, одной порции Саше не хватило. Чтобы выразить всю любовь к пломбиру, ей потребовалось три розетки. Для начала. Одну она с ходу опустошила:
– И часто Татя дает тебе по шее?
– Не, она только грозит, – мальчишка с восхищением следил за Сашиной ложкой. – Таня добрая, она со мной дружит. Не то что мама.
– Мама тебя бьет? – девчонка поперхнулась.
– Когда пьяная, – смакуя, он неторопливо вылавливал из мороженого кусочки ореха. – Таня обещала их всех убить.
– Кого всех?
– Ваську и Ашота. Они водку приносят. А потом к Тане пристают. Хватают. Тогда она дерется, они смеются, а она плачет.
– Ты не вылечишь мир, и в этом все дело… – Степан взглянул на Сашу.
У той заблестели глаза, а у мальчишки в кармане стандартной «Нокией» вдруг заиграл телефон.
– Кушаю мороженое, – нажав кнопку, солидно ответил он. – Пломбированное, с орехами и шоколадной крошкой. Где, где! В кафетерии, вот где.
Пауза длилась недолго. Девушка в бандане защитного цвета и желтом переднике поставила на пол переносной инструмент со шваброй:
– Лева, мы же договорились! Как это понимать?
Беседин усмехнулся:
– А ты говоришь: «зависает с ухажером». Ошибочка вышла.
Открывшая от удивления рот Саша тут же пришла в себя:
– Да, Акелла промахнулся… Что-то мой барометр стал давать сбои. Второй прокол за сегодня. Видимо, по голове мне досталось серьезнее, чем я думала.
Девушка, поправив косынку, с недоумением прислушивалась к разговору.
– Таня? – утвердительно произнес Беседин, разглядывая швабру в ее руках. – Когда смена заканчивается?
– Так вот, – стушевалась она. – Переодеться только.
– Мы подождем, – Степан махнул рукой. – Иди-иди, никто твоего брата не обидит.
Лева ел вторую порцию не спеша, с видимым наслаждением на лице. Какую розетку поставили перед Сашей, сосчитать было сложно. Беседин вдохнул запах из стаканчика – огорчился. Кофе от «Старбакс» оказался обычным, с узнаваемым вкусом, средней паршивости. Дома у Беседина напиток вроде эспрессо получался на порядок лучше.
Между тем явилась сестра Лёвы. При ближайшем рассмотрении она оказалось невысокой, но ладной девушкой. Худенькая брюнетка восточного типа с высокими скулами, Таня смотрела на мир чудными раскосыми глазами. Приятная девчонка. Слегка угловатая фигура еще не утратила подростковых черт, но этот изъян время вылечит быстро.
…Заказав еще один кофе, Беседин продолжил беседу «за жизнь»:
– Что делать, Таня, квартирный вопрос испортил не только москвичей. Да и жизнь не всегда сладкая штука. Хм… Работать где-то надо, я понимаю. Но почему со шваброй, а не на компьютере, по специальности?
– Да я бы с радостью, – эту фразу она воскликнула без радости. Даже с горечью. – Учусь хорошо. Только кому нужен компьютерщик без диплома, на неполный рабочий день? Устала уже пороги обивать.
– Никому ты не нужна, – согласился Степан.
– Ага, еще с ребенком на руках, – она поджала пухлые губы.
– В свое время через это все проходят. Я тоже помыкался, пока своим делом не обзавелся.
– Вы директор?
– Типа того.
– А Саша помощник?
– Саша мое горе, – Степан похлопал по шее. – Свалилась на голову, и ноги свесила.
– Как это? – она вытаращила глаза.
– Ну вот, например, едем вдоль реки, говорит: «хочу кататься на лодочке»!
– И что?
– И катается. Или идем по улице, говорит: «Ой, хулиганы»!
– И что?
– И разгоняет!
– Круто, – Татя недоверчиво взглянула на Сашу.
Та невозмутимо поедала мороженое. Беседин усмехнулся и продолжил:
– А сегодня сказала: «Хочу летать на самолете»!
– И что?
– И полетела! Боялась в полете, правда, минутную слабость допустила, но мне эти сорок минут понравились.
Саша возмущенно пихнула локтем в бок.
– Не слушай его! Выдумщик и фантазер.
– А что не так? – Беседин с деланным удивлением пожал плечами. – А теперь без шуток. Вот визитка, Таня. Пришлешь на «мыло» резюме, в течение недели отвечу. Фрилансер – знакомое слово?
Таня робко кивнула.
– Отлично. Справишься с простой работой, получишь сложную. А там видно будет. Все поняла? Вот и ладно.
Слова благодарности Степан не услышал – девушка ошарашено разглядывала картонный прямоугольник. Но этих слов он и не ждал, деньги будут заплачены исключительно за работу. Ты не вылечишь мир, и в этом все дело.
Глава 7
Эпизод 7.2
Неожиданные встречи и новые знакомства.
В людской реке, текшей по широким переходам торгового комплекса, Степан налетел вдруг на смутно знакомого денди.
– Несешься как лось по лесу, – укоризненно заметил щеголь, поднимая на лоб модные солнцезащитные очки. Легким движением руки он осадил активность свиты за своей спиной.
– Я несусь? – возмутился Беседин, бросая груз, чтобы протянуть руку. – Это ты на людей бросаешься, Гриша.
По доброй кавказской традиции они обнялись.
– Григорий Лепс! – прошептала девчонка, сверкая снизу-вверх восторженными глазами.
Поставив пакеты, она застыла в полусогнутом положении, подобно пловцу на стартовой тумбе.
– Что ты делаешь в этом богом забытом месте? – вопросил Григорий.
Очки съехали на нос, и поверх них денди покосился в сторону замершей девчонки.
– Продукты покупаю, – честно ответил Степан.
– Хм… Отоварился ты знатно.
Объемные пакеты туристов подтверждали правоту наблюдения.
– Кушать хочется часто, – признался Беседин.
– А я только собираюсь за шопингом.
– Тоже проголодался?
– Если бы. Подарок надо, – в голосе Григория почудилась тоска.
– Банкет-юбилей? «Газпрому» триста лет?
– Все проще, Степа. На свадьбу позвали, – тоска в голосе усилилась.
– Гриша, зачем тебе чего-то покупать, когда ты сам лучший подарок! – засмеялся Степан.
– Ага, вам лишь бы ржать да валяться, – Григорий нахмурился, делая вид, будто обиделся. – Ты еще посоветуй ленточкой с бантиком обвязаться.
– Отличная идея!
– Такие у меня друзья, – горько заметил Григорий, обращаясь к свите за своей спиной. – Никакого уважения к старшим.
– Гриша, да ты певец от бога! И рады тебе будут без всяких условностей.
– Ага. Что печально, добрые люди в конце вечера на сцену, конечно, потащат. А подарок нужен, понял? Потому что обязательно! Не конвертик же молодоженам совать. Хотя конвертик тоже… Может, посоветуешь, чего подарить этакого, особенного?
Степан развел руками. В подобной ситуации он бывал не раз. И кроме дружеского соболезнования предложить было нечего.
– Ненавижу магазины, – с чувством сказал Лепс. – Магазины как зубы: их много, а хороших мало.
Саша, наконец, пришла в себя. К сожалению Степана, одновременно закончилась демонстрация «нормальных ягодичных мышц».
– Послушай, у тебя остались старые монеты? – выпрямилась она.
– Конечно. Дорожный запас в надежном месте, – Беседин похлопал себя по груди.
– Давай Григория Викторовича выручим? Если можно.
– Да ты что такое спрашиваешь? – возмутился Степан. – Не стыдно?
Он протянул Саше распахнутый бумажник и голосом цыганской гадалки продекламировал:
– Деньги твои, только твои, и они от тебя не уйдут, а приумножатся и вернутся к тебе стократно.
– Ух ты! – удивился Григорий, принимая из рук Саши монету. – Тяжелая!
– Тяжелая, потому что древняя, – сказа Степан. – Кстати познакомься, девушку зовут Саша. Мой друг и твой фанат.
– Очень приятно, – Лепс улыбнулся. – Замечательный друг у моего друга Беседина.
Саша зарделась и совершила короткий книксен.
– «Шесть рублей на серебро», – сдвинув очки на лоб, прочитал Григорий. – А что тут по кругу начертано?
– «Чистой уральской платины», – подсказал Степан.
Свита за Гришиной спиной зашепталась, оттуда вылезла чья-то рука и цапнула монету.
– «Шесть рублей на серебро»? «Чистой уральской платины»? – восхитилась свита. – Классный прикол!
– Молодым понравится, – согласился Лепс. – Они любят поржать. Я гляжу, Степа, у тебя там полный бумажник, давай еще одну, для пары.
Степан взглянул на Сашу, та кивнула.
– Берите, – сказала она. – Пусть монеты, подаренные в знак долговечности брака, отгонят злых духов и оберегут молодоженов от несчастий.
– Отлично сказано, надо запомнить, – пробормотал Лепс.
Он обернулся, и тут же ему в руки вложили компакт-диск.
– Ладно, ребята, с вами хорошо, но пора идти подарок подбирать, время не ждет. А за прикол спасибо, – Григорий щелкнул шариковой ручкой. – Степа, есть планы побывать в ваших краях, позвоню. Саша, примите диск на память. Буду рад увидеть вас в зрительном зале!
Поправив ряд оставшихся монет, Степан застегнул змейку кармашка портмоне. Оглянулся – жизнь в торговом комплексе кипела. Где-то играла музыка, людской поток волнами накатывался на бутики. Гудел стилизованный под паровоз электромобиль, набитый визжащими от восторга детьми. У разноцветного фонтана разряженные гуляки, смеясь и размахивая планшетами, безудержно фиксировали друг друга на память.
Подпираемый свитой, Григорий Лепс уносился вдаль по фарватеру живой реки, а обалдевшая девчонка, не веря своим глазам, очередной раз перечитывала надпись на обложке диска: «Александре, замечательной девушке с великолепным чувством юмора».
* * *
Пока добрались до автовокзала, совсем стемнело.
– Ближайший автобус будет через пару часов, – Степан оторвался от расписания на стене здания. – Постой здесь, сейчас попутку поймаю.
Беседин скрылся за углом, а Саша нагнулась к пакетам, высматривая яблоко.
– О, классные джинсы, – раздался восхищенный голос за спиной. – Подходящий вариант!
Девчонка оглянулась – рядом с ней бесшумно материализовалась забрызганная грязью «бэха». Подкралась незаметно, во как бывает… И из окна торчала говорящая голова. Саша с недоумением прислушалась к себе, опасность не ощущалась вовсе. Ну вот, дожилась. Совсем нюх потеряла с этим Бесединым и его Григорием Лепсом. Она сокрушенно покачала головой.
– Нема вопросов, – рядом с говорящей головой показалась еще одна.
Не такая крупная, зато с усами и хорошо поддатая. Потеснив водителя, усатая голова тянула шею, оценивающим взглядом раздевая девчонку.
– Однако Сема сказал привезти двух телок!
– Сказал – привезем, – согласился водитель. – Ему найдем двух, а эта мне пригодится.
Нетрезвым голосом усатая голова тут же скомандовала:
– Эй, чего застыла? Прыгай взад! Нам еще пиво покупать.
Саша оглянулась по сторонам – автовокзал жил своей обычной жизнью, народ с баулами целеустремленно бежал в обе стороны. И никому дела не было до мирной беседы у расписания движения автобусного транспорта.
Она молча шагнула вперед и резким движением ладони толкнула голову водителя. Раздался характерный звук соприкоснувшихся арбузов. Голова пассажира мотнулась, но, в отличие от водителя, глаза его не закрылись, а всего лишь помутнели. Крепкая черепушка у парня оказалась, сразу не отключилась. Пришлось соударение повторить, чтобы пьяное мычание прекратилось.
Воровато оглянувшись, Саша дернула водительскую дверь, поправила тела уснувших ухажеров и подняла окно. Шагнув назад, критическим взглядом проверила обстановку. Что происходит внутри машины, с тротуара видно не было, напрочь затонированные стекла надежно скрывали содержимое салона.
Она доедала яблоко, когда из-за угла показался Степан.
– Нашелся там один тип на раздолбайке. Вроде сговорились. Правда, к озеру ехать отказался.
– На трассе высадит, что ли?
– Ну да.
– А зачем, Степа? Трястись в транспорте, чтобы потом пешкодралом до заимки с мешками тащиться?
«Ашановских» пакетов была куча, и весили они неслабо.
– Ты на что намекаешь? – Степан с подозрением уставился на девчонку.
– Предлагаю простое решение, – подтвердила она его опасения, подхватывая свою половину пакетов.
– Нет– нет! В черную дыру не хочу.
– Да ладно тебе. Страшно было первый раз, – похоже, мнение Беседина ее мало интересовало. – А после десятого проситься еще будешь! Надо только местечко безлюдное найти.
Безлюдное местечко нашлось за ларьками. Пахло здесь сомнительно, но не ночевать же они собрались? И даже не прогуливаться.
– Степа, готов?
– Айн момент, – бросив пакеты, Беседин присел, чтобы перевязать шнурок.
В темноте получалось плохо, девчонка нагнулась помочь, и тут же из-за гаражей вынырнул луч фонарика.
– Для приезжих на автовокзале туалет оборудован, – раздался ленивый голос. – А так хулиганство выходит, граждане. Документики.
Слово «пожалуйста», которое вальяжно добавил невидимый голос, выглядело явным издевательством.
Степан поднял голову. Два стража порядка, в темной форме и с куцыми автоматами на плечах, не без любопытства разглядывали Сашины джинсы.
– Да вы что подумали? – вскочила девчонка.
– Тихо, – цыкнул Беседин, задвигая ее за спину. – Документы у нас есть.
Бумажником он светить не стал, достал из кармана тощую стопочку «дорожных» денег. Отделил из-под скрепки сторублевую купюру:
– Вот.
– Документов должно быть два, – строго заметил сержант. – А по-хорошему —три.
– Не вопрос, – Степан завершил расчет. – Мы пойдем?
– Да нет, это мы пойдем, – снисходительно изрек старший наряда. – А вы уж заканчивайте свои дела скорбные.
Принципиальные ловцы хулиганов скрылись между железными коробками, и дела сразу закончились. На стене гаража нарисовался провал, сияя знакомой подсветкой. Без лишних слов Саша шагнула в пустоту, Беседин прыгнул следом. Темнота, зловеще скалясь, бросилась со всех сторон, затянула старую песню. Но пролезть в душу не успела – Беседин уже валялся на полу лесного домика. А рядом, собирая пакеты, выпавшие из ашановских сумок, ползала на коленях Саша.
* * *
– Алло, это Николай Бойко. Появился мой шеф? Нет еще? Тогда запиши: туристы вернулись.
– Чего⁈
– Вернулись, говорю. Ужинают.
– Не понял. Они же на самолете улетели?
– Вот так, брат. Улетели, а теперь вернулись. Как на базу прошли, никто не заметил. Наверно, на соседней поляне высадились. Или с парашютом спрыгнули.
– Ну дела!
– Ладно, разберемся. Спецназ ваш хваленый получит триндюлей точно. А пока пиши доклад: к охране периметра приступил.
Справка. Платиновые монеты чеканились с 1828 по 1845 год, при Николае I. Никакое другое государство более не позволяло себе платиновые деньги для регулярного обращения. Русские купцы сразу оценили одно несомненное достоинство монет из платины. Достоинство было чисто практическое – платиновые монеты не плавились при пожаре, как золотые или серебряные.
Глава 8
Эпизод 8.2
Вечерние посиделки.
Уставшие путники по очереди сходили в душ и сели ужинать. Лампочка во дворе перегорела еще вчера, поэтому зажгли керосиновую лампу. При свете древнего устройства трапеза выглядела романтично и богато, бог много чего послал из Ашана.
Волкодава в компанию взять не забыли, аперитив в виде ливерной колбасы Вайфай проглотил сразу. И теперь энергично молотил хвостом, жадно принюхиваясь к запахам «своего» котелка, который остывал в тазике с водой. К трапезе волкодава ждали щедрые остатки шулюма, разбавленные кашей. Проблема аппетита собачку не мучила, доброе ведро вечно голодный пес метнул за пять минут.
После ужина туристы поспешно отступили в домик. Вечернему чаепитию на воздухе категорически возразили комары, которых после дождя вылетела огромная черная туча. В комнате, под работающим кондиционером, кровососы моментально теряли боевые качества. И хотя холодила система отвратительно, комарам, тем не менее, жизни не давала.
Просушив голову феном, Саша в обнимку с ноутбуком завалилась на кровать, а Степан неспешно принялся бриться. Процесс шел сам по себе, на ощупь. Зеркальце было выставлено с иной целью – чтобы отражать девчонку, болтающую ногой в такт музыке. Для сна она надела топик, дополненный яркими трусиками. В неслабом ценнике, помнится, этот наряд был скучно наречен «летним пижамным комплектом».
– Степа, а ты давно знаком с Григорием Лепсом? – она щелкнула коробочкой компакт-диска.
– Да сто лет, наверно. Мы оба сильно уважаем бильярд.
– Да? Он играет?
– Сражаемся регулярно, при первой возможности. Мой любимый кий, кстати, Гришин подарок.
Завершая процедуру бритья похлопыванием щек, Степан щелкнул выключателем. И под прикрытием темноты пополз, пристраиваясь ближе к экрану. Как бы вглядываясь в развеселый клип, он сократил дистанцию до минимума. Неловко ткнулся носом в узкое плечо, успев губами испробовать вкус, а руку индифферентно завел под топик. Загорелая гладкая кожа на животе девчонки тут же отреагировала мурашками. Незаметные до того микроскопические волосики встали дыбарем.
– Назад, – пробормотала она. – Зорька, стоять. Место!
– Там диван совсем продавленный, – обиженно возразил Степан. – А спать еще рано.
И хитро перевел разговор в интересующую его плоскость:
– А чего это ты под майку все время лифчик надеваешь? Вроде бы твои формы такого насилия не требуют.
– Сиськами только лохушки светят, – невозмутимо пояснила Саша. – А воспитанная девушка должна соблюдать приличия в обществе малознакомого мужчины.
– Хм… Раньше этим ты вроде не страдала.
– Тогда мой спаситель гардеробом не сразу озаботился. Но, справедливости ради, когда сделал, сделал хорошо, – она мягко убрала руку нарушителя границы. – Ладно, проехали.
Дежурно чмокнув в щеку, снова уставилась на экран. Степан узкую ладошку придержал. Помедлил, перебирая тонкие пальцы, и поцеловал жилку на локтевом сгибе. Девчонка дернулась, но промолчала, позволяя ему изучить путь жилки от локтя к ладони. Рука – вся, до подушечек пальцев, – оказалась такой ошеломляюще сладкой, что дегустатору пришлось неоднократно оценить аромат и послевкусие.
Саша заворочалась, глубоко вздохнула. Рельефно вспух загорелый бицепс, четко обозначилась плечевая мышца, в очередной удивляя Степана нелогичной гармонией силы и хрупкости девушки. Она мягко забрала руку. Он легко отдал, но только для того, чтобы помочь ей стянуть маечку.
– Какая жара, – прошептала она, поворачиваясь. – Степа, может не надо? Давай просто… полежим.
– Давай полежим, – согласился он, подползая совсем вплотную. – Спинку только поглажу, не бойся.
– Беседин, я все время боюсь! – в затуманившихся глазах блестели слезы. – Боюсь, что не смогу уйти, и навсегда здесь застряну. Боюсь, что уйду, и никогда тебя не увижу. Боюсь, что сам ты не выкрутишься, а там бабушка одна останется.
– Это горе не беда. Заберем твою бабушку, места всем хватит. А домик в деревне ей потом купим, – он расстегнул бюстгальтер и запустил ладонь под ёжик модно стриженого затылка.
– А ты меня не бросишь? Смотри, Степа! Только попробуй, – она прижалась, обняла рукой и ногой.
– Смотрю! Пробую, – невнятно пробормотал Степан, и коснулся языком розового соска.
– Ой, – отозвалась девчонка севшим голосом. – Ой, не надо!
И подставила другую грудь, жестом указывая Степиной руке, что надо делать.
Ноутбук с удивительной скоростью менял клипы один за другим. Саша, видимо, тоже это заметила, и слабо простонала:
– Степа?
– А?
– Степа, хватит, – она прерывисто дышала, удерживая его руку на своей груди. – Я боюсь!
– Чего еще? – удивился Степан, отвлекаясь от малоизученной области за ухом.
– Степа, я боюсь забеременеть. Очень боюсь… Сейчас опасный период!
– В смысле?
– В опасном смысле! Давай не будем, а? Если залечу, будет беда.
Одновременно с убежденной, полной трагизма речью, Саша попыталась избавиться от нижней части спального комплекта. Одной рукой делать это было неудобно, и еще мешали Степины шорты, придавившие пижамные трусики. Следовало бы повернуться, отпустить Степана, но такой вариант Саша даже не рассматривала. Наоборот, ёрзая, все крепче налегала на шорты – видимо, в надежде расплющить.
– У тебя есть презерватив? – ослабив борьбу со строптивыми трусиками, она явно ожидала отрицательного ответа.
– Воин не знает, когда оружие понадобится, воин всегда с оружием.
Неопределенный ответ вызвал возмущение:
– Так есть или нет⁈
– У меня три презерватива. В кармане. Вот, держи.
Саша замерла:
– Ты сразу наденешь… все три⁈
– Могу, конечно. Ну, только если ты будешь настаивать.
– Я не буду! Дура, что ли?
– Как скажешь. А то еще в дорожной сумке можно порыться.
– Порыться? А что, может не хватить? Ты сумеешь использовать их все… последовательно?
– А почему нет? Торопиться нам вроде некуда.
– Торопиться не надо. Степа, мне страшно, – шипящим шепотом Саша боялась ему прямо в ухо. – Мне страшно, обними меня. Крепче! Вот так. Теперь целуй. Еще… Еще! Я тебе нравлюсь? Правда? Сильно? Не врешь?
– Не вру. Очень не вру. Ты замечательная. Нежная. А вот здесь особенно нежная…
Лихорадочно дергавшей ногами Саше удалось, наконец, избавиться от трусиков. Правда, не без помощи Степана. Ей сразу стало не до разговоров, она часто задышала открытым ртом. И, вздрагивая всем телом, взялась ритмично помогать Степиной руке.
– Мама! – заголосила она вдруг, царапаясь, – Ой, мамочка!
Забытый ноутбук съехал по одеялу на пол, но клипы петь не перестал. Люди за стенкой могли бы подумать, что Саша совершенно невпопад выкрикивает текст из караоке. Но соседи, слава богу, отсутствовали. Да и Петрович сегодня ночевал в другом месте. Так что критиковать бессвязный реп было некому. А Саша, всегда обо всем осведомленная, сдерживаться в караоке не пыталась.
Потом она взяла короткий перерыв. Короткий настолько, что он уместился в одну фразу:
– Степа, я вижу опасность! Давай сегодня не будем, а?
Развивая и повторяя эту мысль, Саша залезла ему на грудь.
Устроилась, ёрзая. А затем, для большей устойчивости, развела полусогнутые ноги. Передохнула. И с причитанием о своих смутных, но горьких подозрениях, тихонько поползла назад, оставляя на Степином животе горячий влажный след.
Продвижение остановило естественное препятствие, таившееся в Степиных шортах. Она налегла, надеясь толчками и хитрыми маневрами продавить неприступный шлагбаум, но он устоял, надежно защищенный шортами и укрепленный плавками. Почему-то победно вскрикнув, Саша медленно отступила, беспорядочными поцелуями прокладывая путь. После нескольких заездов, тяжело дыша, она поправила Степины руки у себя на груди:
– Степа…
– А?
– Тебе с женой было хорошо?
– Хорошо.
– А со мной?
– Не знаю.
– Почему⁈
– Сначала надо узнать…
– Да⁈ А я боюсь забеременеть!
Сашина грудь ходила ходуном, царапая ладони окаменевшими сосками. Степан никак не решался снять шорты, пока Саша горячечно, со всхлипами, бормотала что-то про опасность. Впрочем, руки все равно были заняты Сашиной грудью.
Она вздохнула горько, и решилась – поползла освобождать из плавок согнутого, но не сломленного узника.
– Здравствуй, дружок! – аккуратно обняла воспрянувшего на свободе героя. – Ну-ка, стой смирно, сейчас одеваться будем…
Справка. Исследование французских ученых показало, что ношение бюстгальтера не снижает нагрузку на спину и не способствует поддержанию тонуса женской груди. Наоборот, бюстгальтер может способствовать потере упругости и отвисанию груди.
Ученые в течение нескольких лет измерял бюсты участниц эксперимента. В исследовании, которое проводилось в госпитале Безансона, приняли участие 130 женщин в возрасте от 18 до 35 лет.
