Текст книги "Спящее искупление (ЛП)"
Автор книги: Сэди Винчестер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)
Глава Семнадцатая
Почувствовав, что мой дом готов вот-вот вспыхнуть, я побежала к задней двери. Я сунула обе ноги в пару темно-серых тапочек, которые держала там, прежде чем рывком открыть раздвижную стеклянную дверь.
Выйдя на улицу с понижающейся температурой, я поискала источник дыма. Мои чувства сразу же были встречены дымным ароматом горящих дров и готовящегося мяса. Еще один холодный порыв ветра донес до меня еще больше запаха.
Наконец определив источник, мой взгляд остановился на Атласе, стоявшем у импровизированного костра. Ему удалось соорудить платформу, на которой у него была чугунная решетка над открытым огнем. Шипение стейков сливалось с симфонией потрескивания поленьев, поддерживающих огонь под ними.
Я обхватила себя руками, пытаясь согреться после того, как вышла сюда в одном свитере, леггинсах и крайне неподходящей паре тапочек для использования на улице. Я потопала туда, стараясь не поскользнуться на вчерашнем снегопаде, который тонким слоем лежал на моей лужайке.
– Что ты делаешь? – Я уставилась на Атласа, который продолжал следить за едой. – Ты пытаешься сжечь дотла мой задний двор?
Он усмехнулся и понес согреть руки перед собой, используя тепло, исходящее от самодельной кухонной плиты, которую он соорудил. Взглянув на меня, он ухмыльнулся и полностью проигнорировал мой вопрос.
– Голодна?
Резкие зимние морозы вызвали у меня дрожь, и я крепче обхватила себя руками.
– Не настолько, чтобы замерзнуть здесь до смерти.
Атлас кивнул на раздвижную дверь, которую я оставила открытой.
– Иди внутрь, все будет готово через несколько минут.
Тяжесть внизу живота напомнила мне, как сильно мне хотелось что-нибудь съесть. Без персонала под рукой моим единственным выходом было заказать еду на вынос.
Тон моего голоса смягчился.
– Хорошо. Только не забудь погасить огонь, когда закончишь. – Я отступила на несколько шагов, прежде чем повернуться, чтобы вернуться в дом. Подойдя к двери, я быстро оглянулась на него и заметила, что он тоже украдкой смотрит в мою сторону.
Отмахнувшись от него, я вернулась внутрь и стала терпеливо ждать, когда аппетитные стейки окажутся внутри. Подойдя к кухонному столу, я заметила, что он уже накрыт. Два столовых прибора были разложены рядом, моя любимая бутылка красного вина уже открыта и налита в оба бокала.
Больше всего на свете я хотела забыть нежную сторону Атлассиана, то, как он удовлетворял мои потребности, а не свои собственные. И все же, вот он здесь, делает то, что делал всегда. Он следил за тем, чтобы у меня было именно то, что мне было нужно.
Ты же знаешь, он сделает это снова. Он умрет за тебя.
Голос эхом отдался в моей голове, вызвав болезненное выражение на моем лице. Преисполненная решимости прогнать прочь слова Дьявола, я подняла один из бокалов с вином и сделала большой глоток. Ноты вишни и дуба согрели мое тело, прогнав озноб.
Стейк рибай был приготовлен идеально, напомнив мне о том, почему я всегда оставляла приготовление блюд Атласу. Он готовил большую часть еды, которую мы делили вместе на свежем воздухе, всегда собирая самые свежие ингредиенты и проявляя большую заботу о том, чтобы приготовить пир, достойный королей и королев.
Разговор за обеденным столом был легким, в основном потому, что я запихивала себе в рот столько еды, что все, что я могла делать, это слушать. Это оставило неловкое молчание между нами на протяжении большей части ужина.
Я откинулась на спинку стула, держа в руке бокал с вином, прежде чем сделать последний глоток.
– Стейк был восхитительный. Я не знаю, как тебе всегда удается… – Я оборвала свои слова, осознав, что они привели к воспоминаниям о нашем трагическом прошлом.
Атлас понимающе улыбнулся и, пропустив мои слова мимо ушей, встал. Он взял мою тарелку и остановился рядом со мной, наклонившись, как будто собирался поцеловать меня в макушку, но внезапно остановился.
Отойдя, он отнес грязную посуду в раковину, аккуратно сложив ее там.
– Я просто рад, что тебе понравилось. Мне бы не хотелось услышать от Сайласа, когда он вернется сюда, что я позволил тебе голодать.
Я слегка улыбнулась, благодарная слышать, что Сайлас был раздражительным не только со мной, но и со всеми остальными.
Глядя в окно над кухонной раковиной, губы Атласа изогнулись в горько-сладкой улыбке. Было трудно понять, о чем он думал в тот момент, но это заставило что-то в нем измениться. Он отошел от раковины и подошел ко мне, забирая у меня из рук бокал с вином и ставя его на стол.
Переплетя свои пальцы с моими, он поднял меня на ноги и повел к раздвижной задней двери.
– Пойдем со мной, я хочу кое-что увидеть, – было его единственным объяснением своих действий.
Веря, что он не собирается выставлять мою задницу на мороз и запирать меня дома, я последовала за ним, когда он вывел нас обоих на улицу. Глубокая синева ночного неба прогнала цветовую гамму, которую я оценила ранее, когда солнце садилось. Его рука сжала мою, согревая, несмотря на зимнюю температуру. Начался очередной снегопад, наполнивший воздух вокруг нас нежными пушистыми снежинками.
Атлас вывел меня на середину моего заднего двора и отпустил мою руку, как только встал прямо передо мной. Его кобальтовые глаза были полны чего-то настолько искреннего, что это казалось почти болезненным.
– Что мы здесь делаем? – Спросила я, вино настолько волшебно действовало на мое тело, что алкоголь согревал меня снаружи.
Он протянул руки, положив ладони на каждую из моих щек, прежде чем сделать шаг ближе ко мне. Снег прилипал к нам обоим, пока мы стояли неподвижно, каждая уникальная снежинка находила пристанище на наших телах.
Говоря мягко, большой палец Атласа погладил мою щеку, отводя выбившуюся прядь светлых волос в сторону.
– Я просто хотел увидеть тебя такой, какой я запомнил тебя в последний раз. Снежинки на твоих ресницах…твоем носу…твоих губах.
В тот момент время, казалось, остановилось между нами, когда я потерялась в его глазах, вспоминая, как он выглядел, когда мы поднимались по склону Сент-Кассиуса. Мои легкие остановились в груди, сердце сжалось от глубокой боли, когда я вспомнила человека, который был готов отдать свою жизнь за мою.
– Атлассиан, – прошептала я.
Он опустил голову, прижимаясь своим лбом к моему, и это лишило меня возможности рассказать ему о буре эмоций, бушевавших внутри меня.
Нерешительно, он провел своими губами по моим в легчайшем прикосновении. Короткой связи между нами было достаточно, чтобы разжечь крошечное пламя внутри меня, которое, как я думала, давным-давно погасло.
Мои руки остановились на его предплечьях, борясь с мыслью оторвать его руки от моего лица или притянуть его ближе. Атлас, должно быть, почувствовал мой конфликт и отстранился от меня.
– Прости меня, ангел. Я не имел в виду…
Не дав ему закончить свои извинения, я прижалась к нему, моя рука легла ему на затылок, когда я прижалась губами к его губам, прижимаясь к нему с силой, равной силе трех жизней разлуки.
Руки Атласа опустились, обвивая мою талию и прижимая меня к себе с такой силой, что угрожала разорвать меня пополам. Его рот яростно накрыл мой, короткая щетина вокруг его рта царапала меня.
Казалось, что внутри меня взрывается цепная реакция фейерверков, побуждающая меня обладать всем им, а его – мной. Мои пальцы скользнули вверх по его затылку, запутавшись в маленьком хвостике из прядей цвета жженого меда. Когда я положила другую руку прямо на его крепкую грудь, его сердце заколотилось где-то под поверхностью.
Мы оба, спотыкаясь, направились обратно к моему дому, не желая разрывать нашу связь друг с другом. Убрав одну руку с моего тела, Атлас открыл дверь, и мы неуклюже пробрались внутрь. Тыльной стороной пятки я задела узкую подставку, на верхушке которой было установлено паукообразное растение. И подставка, и горшок упали на пол, горшок разлетелся на крупные куски, и земля рассыпалась по моему ранее чистому кухонному полу.
Больше не находясь на леденящем холоде, внезапный жар внутри дома и бушующее во мне желание довели меня до исступления, заставив стянуть с себя этот чертов свитер. Ослабив хватку, я дернула ткань, потянув ее вверх, пока не была вынуждена оторвать свой рот от его.
Его глаза были полны сильного вожделения и еще более сильного отражения его любви ко мне, когда он помог мне снять свитер через голову, пока тот не упал на пол, оставив меня в леггинсах и малиновом атласном лифчике.
Прежде чем я успела перевести дыхание, он схватил мое лицо и снова соединил наши рты в обжигающем поцелуе, заставляя мои губы приоткрыться, а наши языки переплестись друг с другом. Атлас проводил меня до тех пор, пока моя задница не уперлась в край кухонного стола.
Не колеблясь, он схватил меня за талию, поднял и посадил на стол. Когда он уложил меня на спину, свесив ноги с края стола, мои руки опрокинули почти пустую бутылку вина. Бутылка накренилась и скатилась прямо со стола, упав на пол и пролив остатки вина на пол.
Стоя между моих ног, Атлас прокладывал поцелуями путь вниз по моему горлу, каждый поцелуй оставлял ощущение покалывания на моей коже. Мое тело таяло, уже находясь на пути к тому, чтобы реагировать на каждый контакт, который он осуществлял со мной, между моих ног уже образовалась лужица возбуждения.
Его руки скользнули под меня, расстегивая застежку моего лифчика, который он быстро стянул с моего тела. Запечатлев еще один жадный поцелуй на моей груди, Атлас пробормотал напротив моей плоти.
– Кинли, ты никогда не была слаще на вкус, чем сейчас. – Его руки потянули за пояс моих леггинсов, стягивая их вниз по моим ногам, в то время как его нежные поцелуи путешествовали вместе с ними спускаясь по моему животу.
Атлас издал тихий одобрительный рык, увидев, что я не надела никаких трусиков под леггинсами, оставив свое тело полностью открытым для него.
Прямо перед тем как продолжить свой путь вниз, он отстранился, чтобы снять с меня тапочки и леггинсы. Я не отрываясь смотрела на него своими ярко-голубыми глазами, пока мой камбион, ставший ангелом, не выпрямился и не стянул через голову футболку, оголив рельефный торс. Под кожей перекатывались мышцы – и выглядел он даже аппетитнее, чем в моих воспоминаниях. Спасение ему чертовски шло.
Я приподнялась, потянулась к его ремню и рывком притянула его обратно – между своих колен.
– Ты же прекрасно знаешь, во мне нет ни капли сладости, – напомнила я с игривой улыбкой. Мои пальцы расстегнули ремень, затем пуговицу, и я медленно опустила молнию, натянутую на его члене.
Он схватил меня за бедро одной рукой, в то время как другой взял в горсть мои длинные светлые локоны.
– Я не согласен. Я знаю, по крайней мере, одну часть тебя, которая на вкус как выжженный солнцем мед прямо из улья. – Его рука скользнула с моего бедра между моих бедер, его пальцы поглаживали мою влажную киску. Прикосновения Атласа посылали толчки удовольствия, когда он дразнил мой чувствительный клитор.
Дыхание стало тяжелее, когда я застонала, мои руки нетерпеливо натянули его джинсы и боксерские трусы под ними вниз по его бедрам. Его твердый член выдвинулся вперед, его толстая и жилистая длина была полностью выставлена передо мной.
Взяв его член в руку, я большим пальцем размазала капельку преякулята по набухшей головке, поглаживая его основание. Из глубины его груди вырвался стон от моего прикосновения. В свою очередь, его пальцы сильнее массировали мой клитор, исторгая из меня еще один страстный стон. Когда я поглаживала его быстрее, он делал то же самое, пока мы оба не потерялись в удовольствии друг друга.
Я была почти на грани срыва, готовая внутренне воспламениться, если он вскоре не окажется глубоко внутри меня.
– Черт, ты нужен мне, Атлас, – жалобно захныкала я.
Услышав мольбу в моем голосе, он сбросил ботинки и вылез из штанов и боксеров. Я чуть не сбила его с ног, когда спрыгнула со стола и запрыгнула на него, обхватив ногами его бедра, а руками – шею.
Поймав меня, он обеими руками обхватил мою задницу и повел меня через кухню. Украв у меня еще несколько собственнических поцелуев, он прижал меня спиной к двери кладовой. Он провел головкой своего члена по моему клитору, заставляя меня извиваться в предвкушении, когда он надавил на тугой вход в мою киску.
Целуя меня в подбородок, каждый поцелуй был еще более отчаянным, чем предыдущий, Атлас медленно погружал свой член в меня, мои стенки растягивались, чтобы принять его. Он застонал прямо у меня под ухом, его горячее дыхание согревало мою кожу, пока он говорил.
Об– Ангел, я не могу передать тебе, как приятно чувствовать, как твоя тугая киска снова сжимает меня.
Когда наши тела прижались друг к другу – мои груди к его обнаженной груди, а его член полностью вошел в меня – удовольствие, зарождавшееся в моем теле, смешалось с эмоциями прошлого.
Мои ладони скользили по его плечам, пальцы нащупали на спине новую текстуру – и я провела ими по верхнему краю, изучая её. Я слишком хорошо знала эти шёлковистые, похожие на шрамы линии, прорезанные в его плоти – у меня самой были такие же выходные точки для крыльев.
Атлас задержался глубоко внутри меня, его рот спустился к моему плечу, прежде чем оторвать от себя одну из моих рук. Его рука оставалась чуть ниже моего запястья, когда он вытянул мою руку в сторону, прижимая ее к стене за моей спиной. С озорным блеском в серых глазах он наблюдал за моей реакцией на каждый дюйм приближения его губ к внутренней стороне моего локтя.
– У моего ангела все еще есть свое любимое местечко там, где оно было раньше? – В его насмешливой усмешке был намек на любопытство.
Мое тело извивалось рядом с ним, но его крупная фигура удерживала меня зажатой между ним и дверью кладовой. Биение моего сердца участилось, пока я пристально наблюдала. Ни разу с тех пор, как я была с Атласом, никому не удавалось найти ту часть моего тела, которая могла заставить меня упасть на колени.
– Нет! – Тон моего голоса повысился, разоблачая ложь в моем ответе. Я попыталась вырвать у него руку, но он крепко держал ее.
Разоблачая мой блеф, его язык скользнул по сгибу моего локтя в мучительно медленном темпе. Казалось, он дотрагивался прямо до линии экстаза, которая проникала прямо в мое влагалище, туго сжимая его. Я изо всех сил старалась подавить стон, но он все равно вырывался из меня.
– Что-то подсказывает мне по тому, как ты сжимаешь мой член прямо сейчас, что ты, возможно, лжешь мне. – Его язык прошелся по тому же месту на сгибе моего локтя, и я почувствовала серию мурашек по спине, заставляя мое возбуждение еще больше окутать его.
– Атлас, пожалуйста, – взмолилась я, не уверенная, хочу ли я от него милосердия или безжалостных сексуальных пыток.
Его бедра слегка толкнулись в меня.
– Хорошо, но только потому, что ты была достаточно вежлива, чтобы сказать «пожалуйста».
Я немного расслабилась, но это оказалось ложным чувством облегчения. Когда напряжение в моем теле спало, Атлас сделал свой ход. Его рот опустился к чувствительной части моего локтя, его зубы задели кожу, когда он посасывал плоть. Движение его языка по внутренней стороне моей руки послало быстрый и яростный поток удовольствия прямо через меня. Мое тело яростно дрожало, пока я боролась с ошеломляющим ощущением, врезавшимся глубоко в мой центр.
Прежде чем мое тело сдалось, я крепко зажмурила глаза, чтобы Атлас не увидел, как по ним течет черный цвет. Вскрикнув в экстазе, все мое тело затряслось, когда я кончила достаточно сильно, чтобы увидеть чертова Святого Духа.
Атлас не отрывался от моей руки, продолжая целовать и посасывать кожу, пока я терялась в кульминации. Он не дал мне отдышаться – продолжал двигаться во мне, помогая прожить каждую вспышку наслаждения. Сначала движения были плавными, но по мере того, как его жажда удовольствия росла, это начало отражаться в его более грубых толчках. Как только я убедилась, что темнота исчезла из моих глаз, я медленно открыла их.
Отпустив мой локоть, он оставил после себя красное пятно. Он обхватил меня сзади за бедра и страстно поцеловал, вынося из кухни. Следующим шагом была гостиная, где он упал на диван, а я приземлилась на него сверху.
Я взяла под контроль движение между нашими телами, прижимаясь своими бедрами к его. Моя киска доила его член каждым движением моих бедер.
Руки Атласа сжали округлые выпуклости моей задницы, прежде чем скользнуть вверх, чтобы взять в каждую горсть мои груди, пока они подпрыгивали в такт движениям.
Все еще находясь в некотором тумане после оргазма, я слегка откинула голову назад и застонала, проклиная то, как мое тело снова напряглось.
– Блядь, Атлас, твой гребаный член!
Он наклонился вперед, опустив одну руку, чтобы захватить ртом мой твердый сосок. Прикусив его, он обвел языком вершинку. Бедра Атласа двигались в такт моим, снова и снова вонзаясь глубоко в меня.
После того как он насладился обоими моими сосками, его руки обхватили мои бёдра, опуская их вниз – сильнее, грубее, с каждой новой волной желания.
– Вот и все, Кинли, покажи мне, как сильно тебе нравится скакать на моем члене. – Он издал глубокий стон, когда удовольствие поглотило его.
Прошло совсем немного времени, прежде чем я была ошеломлена очередным падением с пропасти божественного наслаждения, мои соки потекли по члену Атласа и испачкали нас обоих.
Мы перебрались с дивана на кресло-папасан, оставляя на своем пути разрушительный след. Предметы, сброшенные с приставных столиков, картины на стене, сбитые криво, и предметы, стянутые с полок в процессе попыток ухватиться за что-нибудь в порыве удовольствия.
На первом этаже не было ни одной комнаты, которую не окрестили во время нашего жаркого воссоединения. Мы успели добраться до середины лестницы, когда Атлас начал трахать меня сзади, вбиваясь всё глубже.
– Черт возьми, ангел, ты готова принять мою сперму? – Его голос был напряженным от усилий, когда он начал терять ритм.
Держась одной рукой за балясину, а другой – за край ступеньки передо мной, я была покрыта потом и спермой, с опухшей киской, чувствительность которой уже граничила с болью.
– Атлассиан, – простонала я. – Кончай со мной. – Мой голос был таким прерывистым, что я удивилась, как вообще смогла произнести эти слова.
Крепче сжимая мои бедра, впиваясь пальцами в мою плоть, Атлас вонзил в меня свой член с такой силой, что казалось, головка его члена вот-вот пронзит меня насквозь. Одно последнее движение, и его бедра прижались к моей заднице, когда он издал дикий звук, и поток его горячего семени наполнил мое тело. От этого ощущения моя собственная сперма смешалась с его, когда я закричала от своего последнего оргазма.
В ту секунду, когда мой экстаз ослабил свою удушающую хватку, мое тело обмякло на лестнице, и Атлас последовал за мной, рухнув на меня сверху. Мы оба лежали там, тяжело дыша, и нам было наплевать, если мы вообще никогда больше не встанем с этих ступеней.
Мне всё-таки удалось скрыть от Атласа глаза во время каждого оргазма, и теперь я наконец могла позволить себе немного расслабить разум. Всё, что я сделала после его смерти, не прошло бесследно. Не было смысла разрушать тот образ, что сохранился у него обо мне.
Не открывая глаз, я сосредоточилась на прохладной деревянной ступеньке, к которой прижималась щекой, и прошептала: – Я скучала по тебе.
Глава восемнадцатая
Возвращаясь со своего довольно неудачного расследования того, кто оставил подарок для Кинли, я не ожидал такого катастрофического состояния ее дома. Я знаю, что мы дали отгул обслуживающему персоналу, но это? Это казалось чрезмерным за такое короткое время.
Оказавшись возле гаражных ворот, ведущих на кухню, я заметил, что пол покрыт остатками неубранного растения и пролитым вином. Поначалу моим худшим страхом было то, что мой извращенный падший ангел попала в подводный поток ее безумия.
Осторожно обходя разбросанные по полу обломки, я вытащил трость из рукава армейской зеленой куртки-карго, как будто я Мэри Поппинс. Концом трости я подтолкнул пустую винную бутылку и наблюдал, как она, вращаясь, откатилась от меня.
Продолжая идти через кухню, я пошел по следу хаоса. Подушки были сброшены с дивана в гостиной, картины едва держались на стенах, а различные украшения были разбросаны и не на своих местах. Одна из полок на стене? Полностью исчезла, единственным свидетельством ее существования были дыры в стене, где она когда-то была установлена.
Набрав в легкие побольше воздуха, я почувствовал запах, который был мне слишком хорошо знаком. Запах секса висел в воздухе, как облако, лениво плывущее по летнему небу. Это был не просто запах дофамина, смешанный с окситоцином и эндорфинами, но и эротический аромат Кинли, смешанный со всем этим. Черт, если бы я только мог сделать из этого арома-свечку.
Позволив себе отойти от первоначального беспокойства о душевном состоянии Кинли, я рискнул спуститься по коридору в фойе. Тихонько насвистывая себе под нос, я вертел трость в пальцах. Завернув за угол, я наткнулся на поистине восхитительное зрелище. Два сногсшибательных экземпляра лежали на лестнице, казалось бы, бездыханные, если не считать редких стонов, подтверждавших, что они всё ещё держатся за эту бренную реальность.
Узнав это поразительное сочетание светлых и черных волос где бы то ни было, сцена, представшая передо мной, растянула мои губы в восхищенной улыбке. Кинли растянулась на нескольких ступеньках в состоянии полнейшего блаженства. В паре шагов от того места, где она лежала, был смутно знакомый парень. Я склонил голову набок, пытаясь вспомнить, где я видел эту темно-русую шевелюру раньше. Конечно, я бы знал, если бы он был жертвой одной из моих ложных иллюзий.
Прекратив вращать тростью, я погладил ее кончиком подбородка в глубокой задумчивости. Мужчина перекатился, почти оказавшись на ногах Кинли, и грубо застонал. Одной рукой обхватил себя между ног, а другой ласкал ее голень.
– Черт, мой член сломан после всего этого.
Эти слова определенно не предназначались для моих ушей, но, тем не менее, я расхохотался.
– О, приятель. Так вот, это было бы неплохим достижением после такой гребаной скачки, браво! – Я сунул трость под мышку и несколько раз поздравительно хлопнул в ладоши.
Когда мужчина поднял голову, пораженный моим внезапным присутствием, его глаза широко раскрылись. Защищая, он перекатился, чтобы сесть между мной и усталой богиней позади него, которая даже не потрудилась сменить позу.
– Кто ты, черт возьми, такой? – Спросил он требовательным тоном, который мог бы показаться угрожающим, не будь он абсолютно голым.
Теперь, увидев его лицо полностью, все сложилось воедино, и я почувствовал, как во мне бурлит возбуждение.
– Боже мой, неужели я наконец-то имею честь познакомиться с легендарным Атлассианом?! – Я подошел к лестнице и сел рядом с ним на ступеньку, где он примостился. Упершись локтями в колени, я ставлю трость между ног, осторожно обхватив ее середину обеими руками.
– Меня зовут Рук. Должен сказать, что ты довольно известная личность в моих социальных кругах. – Услышав мое имя, он, казалось, успокоился, но все еще сохранял некоторую подозрительность, уставившись на меня.
Едва приходящий в сознание ангел позади нас пробормотала с легкой ноткой нахальства: – Рук, твои социальные круги включают только тебя и твои иллюзии.
Она не ошиблась, но, тем не менее, он все еще был знаменитостью в моих заклинаниях. Осторожно похлопав Кинли по ноге, я оглянулся на нее через плечо.
– О, у тебя там довольно бодрый голос. А, любимая? Значит, ваше долгожданное воссоединение прошло без убийств и разгрома?
Все, что я услышал от своей подруги по играм, – это легкое ворчание и предупреждающий жест ее руки в мою сторону. Я улыбнулся от уха до уха, глядя на Атласа. Я хлопнул его рукой по спине.
– Молодец, парень, молодец! Рад видеть, что я был не единственным, кто мог трахнуть ее до бесчувствия. – Хотя, глядя на последствия их грешных утех, я уже прикинул, что в следующий раз мне придётся достать из рукава парочку своих козырей.
Наклонившись, я без стеснения взглянул на то, что происходит между ног Атласа. Указав на его хорошо израсходованный член, я высказал ему свое профессиональное мнение.
– Эх, к утру он снова встанет, и все будет хорошо. Если тебе понадобится какая-нибудь помощь…
Прочистив горло, он переместился на ступеньках, чтобы заслонить мне обзор.
– Справлюсь, – прямо сказал он.
Я нахмурился, обиженный упущенной возможностью поучаствовать в каком-нибудь Ат-Ат действии (Прим. Сленг. Секс с Атласом). Неважно, у меня все еще был мой падший ангел, о которой я заботился, когда ей требовались мои услуги.
Атлас покачал головой, явно не зная, как реагировать на мое появление.
– Я собираюсь сходить за одеждой, – сказал он, поднимаясь на ноги.
Прежде чем он отошел на расстояние вытянутой руки, я поднял свою трость и шлепнул ею по этой восхитительной заднице, прежде чем сверкнуть дерьмовой ухмылкой.
– А теперь поторопись, мне не терпится услышать всё о твоей «ёлочной игрушке». Осталась чёрной, или теперь стреляешь перламутром? Любопытные умы жаждут знать.
Атлас открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал и закрыл его. Покачав головой, он направился к кухне и скрылся из виду.
Я крикнул ему вслед: – Ах да, я оставил пару сэндвичей в холодильнике, если у тебя разыгрался аппетит!
Кинли хихикнула.
– Рук, веди себя прилично.
Повернувшись боком, чтобы я мог лучше рассмотреть ее великолепное сияние после секса, я невинно улыбнулся.
– И что в этом забавного? Приличие для стаи, а не для лиса.
Она боролась с улыбкой, которая растянулась на ее лице, пока она лежала там, ее щеки все еще были розовыми от напряжения. Даже с полуприкрытыми глазами я мог видеть, что за этими глубокими синими глазами скрывается нечто большее.
Смягчая голос, я тщательно подобрал слова.
– Я горжусь тобой, любимая.
Обе ее брови поползли вверх.
– За что это?
Моя рука похлопала ее по обнаженному бедру.
– За то, что повеселилась со своим бывшим. Конечно, мне бы хотелось получить приглашение на эту вечеринку… Но, увы, я выполнял миссию менее плотского характера. – Опустив взгляд между её ног, я на мгновение замер.
Похоже, мой вопрос о том, может ли камбион потерять свою чёрную, как смоль, семя, получил ответ. Всё, что было размазано между бёдер Кинли, – это молочно-белая жидкость. Это вызвало во мне прилив гордости от осознания того, что я все еще мог дать ей кое-что, чего не мог дать даже великий Атлассиан.
Отвлекая меня от моих мыслей, Кинли ответила: – Может быть, в следующий раз. – Она игриво подмигнула.
Я наклонился и нежно поцеловал ее в бедро.
– В таком случае, я буду ждать. – Я слегка прикусил ее плоть, прежде чем отстраниться.
– Чего ждать? – Спросил Атлас, вернувшись в темно-серых боксерских трусах и с одеялом в руках.
Встав, я спустился по последним нескольким ступенькам. Я покрутил трость в ладони, прежде чем спрятать ее в рукав на всякий случай.
– Чтобы посмотреть последний выпуск моего любимого шоу-конкурса по выпечке. Это одно из моих многочисленных греховных удовольствий.
Судя по взгляду, который я получил, я не думаю, что он был полностью убежден. Я театрально хмыкнул, пока Атлас подходил к Кинли, укутывая ее одеялом, чтобы согреть. Я засунул руки в карманы и прислонился спиной к стене, гадая, заберет ли Шелли Маклин домой титул «Пикассо выпечки».
Кинли села, поплотнее закутавшись в одеяло. Ее усталые глаза встретились с моими.
– Ты выяснил, кто отправил посылку?
Я надеялся еще немного избежать этого вопроса. Я наблюдал, как Атлас сел рядом с ней, обнял ее за спину и притянул ближе к себе. Вместо того, чтобы броситься в его объятия, она напряглась под его прикосновением. Реакция была странной, учитывая, как я застал двух голубков, когда только пришел.
Атлас, возможно, и не заметил, но я, черт возьми, точно заметил. Я замечал все, что было в ее настроении, движении и словах. Вместо этого Атлас пристально смотрел на меня, ожидая, что у меня будут хорошие новости.
Сохраняя мягкий тон, я сделал все возможное, чтобы придать позитивный оттенок отсутствию результатов: – Это было не так просто, как я надеялся, любимая. Основываясь на консистенции и химическом составе, я смог определить, что этот конкретный демон довольно древний. На самом деле, он намного старше меня. Демонов такого возраста нелегко отследить.
Кинли закрыла глаза и с минуту хранила молчание. Затем она отстранилась от Атласа, наклонилась вперед и закрыла лицо руками. Она пробормотала: – Он, черт возьми, никогда не поймет, не так ли? Как и остальные.
Положив руку на верхнюю часть спины Кинли, Атлас наклонился к ней ближе.
– Кинли? Кто не поймет? – Беспокойство отразилось на его лице, прежде чем он повернулся ко мне за объяснением.
Пожав плечами, я был так же растерян ее заявлением, как и он, и рад видеть, что я был не одинок в этом. Когда она не ответила на вопрос Атласа, я попытался подсказать ей: – Любимая?
Убрав руки от лица, она плотнее завернулась в одеяло.
– Ты пытался, это все, что имеет значение. – Встав, она начала подниматься на второй этаж.
Что, черт возьми, с ней происходит? Если она думала, что я отказываюсь от попыток выяснить, кто стоит за доставкой, она жестоко ошибалась. Я бы перевернул каждый камень, раскопал каждый скелет и стряхнул бы все до последнего кокоса со всех деревьев, если бы это помогло сохранить ее разум в покое.
В воздухе повеял легкий ветерок, и вскоре его царственная сварливость почтила нас своим присутствием. Возможно, он сможет пролить свет на сложившуюся ситуацию. Эти благодетели с нимбами, казалось, всегда знали гораздо больше, чем показывали.
Вместо обычно безупречно уложенных светло-каштановых волос, они выглядели так, словно Сайлас пытался выдернуть их в течение нескольких часов. Если бы я не знал его лучше, я бы предположил, что женщина провела по ним пальцами. Однако было до боли очевидно, что единственная женщина, которая могла вылечить его от дурного темперамента, в этот вечер была занята одним из его подчиненных.
– Вы все здесь. – Он констатировал очевидное, как только появился, стоя посреди фойе. – У меня плохие новости.
Его голос заставил Кинли приостановиться на полпути вверх по лестнице, наполовину обернувшись, чтобы посмотреть на нас троих.
– Я устала, это может подождать. Плохие новости со временем не становятся лучше.
Я посмотрел на Сая, и он с таким же успехом мог напялить на себя выражение каменной стены. Его глаза остановились на Кинли, не обращая внимания на то, что она только что сказала.
– В ее словах есть смысл, Сайлас. – Я заговорил, пытаясь сыграть роль посредника, когда шагнул к нему.
Бледно-бирюзовые глаза архангела метнулись ко мне, в них промелькнуло раздражение, прежде чем он перевел взгляд на Атласа. Казалось, камбион, превратившийся в ангела, был таким же умным, как я всегда себе представлял, и его пальцы пробежались по щетине, очерчивающему рот, пока он обдумывал свои слова.
