Текст книги "Спящее искупление (ЛП)"

Автор книги: Сэди Винчестер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 21 страниц)

Глубокая вибрация стона Атласа прошла через него так сильно, что я почувствовала его остатки. Я тяжело дышала вокруг члена Сая, он терял свой напряженный контроль, его бедра делали неглубокие толчки в мой рот.

Что касается Рука, то он был моей дикой картой, его бедра врезались в меня снизу.

– Любимая, – сказал он хриплым от напряжения телом. – Я собираюсь очень быстро довести себя до предела, – предупредил он.

Меня всю трясло, когда каждый из них координировал свои движения, которые каким-то образом создавали плавный ритм непрекращающегося удовольствия, поднимающегося к высшим эшелонам экстаза прямо на горизонте.

Сначала я подумала, что Рук беспокоился о том, что слишком рано кончит во мне, когда говорил о своих пределах. Это быстро изменилось, когда его руки схватили меня за предплечья, и его человеческий облик мало-помалу соскользнул. Его пальцы и ногти слегка удлинились с оттенком темно-синего, граничащего с черным.

Мои крики о том, что я позволяю брать себя таким динамичным способом, усилили реакцию моего тела на каждый из их членов. В свою очередь, это пошло на пользу всем нам, поскольку мое тело прижималось к каждому мужчине, претендующему на место в моем теле.

Теперь Сай трахал мое лицо с такой силой, что колотил по задней стенке моего горла. Слезотечение моих глаз усилилось до такой степени, что соленая жидкость перелилась через край нижних век.

Надо мной раздался агрессивный звук Сайласа, он был похож на рычание, заглушающее стон.

– Рук, тебе чертовски повезло, что рот Кинли сейчас так прекрасно обхватывает мой член. Еще раз оближешь мои яйца, и я вымою твой грязный демонический рот. – Он процедил предупреждение сквозь прерывистое дыхание.

Сама мысль о том, что Рук попробовал на вкус мешочек Сая, была невыносима для моего разума. Это потянуло меня прямо за грань моего освобождения, когда я увидела то, что мне показалось, будто вся вселенная взорвалась за моими веками.

С тремя парами рук, поддерживающих меня, я даже не была уверена, что контролирую себя. Я кончила достаточно сильно, чтобы быть уверенной, что после меня останется лужа.

Атлас вонзил свой член в мою задницу достаточно сильно, чтобы воздух наполнился звуком шлепанья кожи о кожу.

– Черт возьми, ангел! Твоя задница выдоит мой член досуха! – воскликнул он прямо перед тем, как закричать и кончить, его яйца плотно прижались ко мне, когда его член взорвался во мне своим освобождением.

Это вызвало цепную реакцию, когда Рук ахнул, и его бедра требовательно толкнулись в меня, когда он выпустил свое горячее черное семя. Он выругался на нескольких языках, прежде чем его рот зазвучал так же приглушенно, как мой собственный.

Как раз перед тем, как Сай выпустил свою порцию спермы мне в рот, он прохрипел: – Н-не… глотай.

Я едва успела осознать его приказ, когда мой рот начал наполняться липким семенем, которое окрасило небольшое пространство.

Сай высвободился из моего рта, слегка отступив назад, чтобы больше не нависать над тяжело дышащим Рукком.

– Открой, – сказал мой архангел, встретившись со мной взглядом.

Сделав, как мне сказали, я показала ему полный рот его спермы, получив от него гордую улыбку.

– Посмотри, как ты ведешь себя ради меня, – сказал он, когда два его пальца смахнули немного спермы, скопившейся у меня во рту.

Его взгляд опустился на Рука с суровым, но пылким выражением лица. – С другой стороны, ты не знаешь, как себя вести.

Убрав его пальцы, покрытые спермой, с моего рта, Сай не дал ему шанса ответить, прежде чем я увидела, как он запихивает их в рот Рука.

– Я же говорил, что вымою твой чертов рот.

Глава Тридцать четвертая

Выражение лица Рука, когда я перелил немного своей спермы изо рта Кинли в его рот, было бесценным. Если бы Кин вела себя так же, как он, с ней обошлись бы так же. Но в этом и была разница между ней и Руком, казалось, она вела себя так, когда у нее была надлежащая мотивация. Рук был не хорошим маленьким демоном.

Наше упоение Кинли заняло второе место в моем списке вещей, которые я хотел бы повторять вечно. Событием номер один стали дни творения.

Нелегким было решение использовать иллюзии Руки, чтобы обмануть и отвлечь нашего падшего ангела от ее безумия в ее собственном доме, но это был самый цивилизованный способ сделать это. Чем дольше она была окружена напоминанием обо всех своих травмах, тем хуже становилось. Во всяком случае, такова была теория.

Что же касается того, что произошло после того, как мы заманили ее в свободную квартиру Рука? Хотя это и не было полностью спланировано, мы все знали, что она реагировала на физическое прикосновение каждого из нас, и мы утроили усилия по этому поводу.

Авантюра окупилась. С тех пор прошла почти неделя, и ее состояние, похоже, стабилизировалось. Кинли снова стала той изворотливой, свободолюбивой и своевольной женщиной, которую я знал. Не поймите меня неправильно, она все еще сводила меня с ума своими идиосинкразиями, но у меня была надежда, что в ближайшее время она не попадет в приют для душевнобольных ангелов.

Одному Богу известно, насколько сильные мира сего стали бы мириться с ее неосторожностью, если бы она стала достаточной угрозой человечеству или балансу света и тьмы. А если серьезно, то Бог был единственным, кто знал.

Это были отношения любви и ненависти с пребыванием на «Чердаке Любви Рука», как он с таким обожанием назвал это. Открытая планировка квартиры, по крайней мере, позволяла нам четверым иметь достаточно места, но квадратных метров катастрофически не хватало.

Я не был полностью в восторге от идеи остаться здесь, но для здравомыслия Кин это было правильно. Держать ее в доме, который стал эпицентром серии личных нападок, было не только нежелательно, но и совершенно неприемлемо.

Как сообщил нам Рук, Никодимус все еще брыкался, и наша девушка была первой в его списке самых разыскиваемых. Помимо того, что он просто был больным ублюдком, мы не были уверены, в чем заключалась его долгая игра, если она у него вообще была. На данный момент я не исключал, что он был давно потерянным родственником духа хаоса, процветающего в пандемониуме и вселяющего бред в своих жертв.

Учитывая наше принятое в последнюю минуту решение поселиться в этой скромной квартирке несколько дней назад, нам всем пришлось потрудиться, чтобы запастись чем-нибудь большим, чем несколько баночек арахисового масла и бутылочек черного лака для ногтей.

Ранее на этой неделе Атлас забрал ноутбук Кинли, чтобы она могла продолжить копаться в тенденциях, которые она наблюдала на различных порталах Ада. Рук воспользовался этой возможностью, чтобы сопровождать его, и собрать одежду принеся ее сюда.

Мой вклад? Массаж спины и крыльев. Каждое прикосновение к ее перьям, казалось, напрямую напоминало ей, что здесь, с нами, она в безопасности.

Кин никогда бы не призналась в этом, но я верил, что она должна была знать, что мы нужны ей. Не только для того, чтобы она была довольна и наполнена всем этим счастьем, но и для того, чтобы мы были здесь тройной угрозой ее психическому состоянию, когда бы оно ни выходило за рамки.

Несколько месяцев назад я бы и не подумал делить ее с Атласом и Руком, но решение далось мне легко, поскольку я знал, что у каждого из нас есть что-то уникальное, что мы можем ей предложить.

Атлас был сосредоточен только на одном, и это было выполнение его божественного долга по обеспечению ее безопасности. Цель его миссии казалась почти смехотворной, учитывая, насколько хитрой могла быть Кин. Однако, по мере необходимости, он был способен обеспечить ей ощущение стабильности и общности, которое пришло вместе с его способностью апеллировать к части ее человечности.

Рук, с другой стороны, умел пробуждать в ней веселые и слегка неяркие стороны ее натуры. Я полагаю, что после всех ее лет работы на Люцифера и наблюдения за его армией демонов здесь, на Земле, я мог видеть почему ее влекло к нему.

Моей обязанностью было быть голосом разума с некоторой долей грубой силы. Технически, я не был обязан присматривать за ней как архангел, это было ниже моего положения. Но часть меня знала, что я всегда должен был присматривать за ней. Я просто хотел, чтобы я мог сделать больше, чем прятаться в этой дерьмовой квартире с остальными.

Итак, я делал, что мог. Это означало поиск информации, а также применение моих навыков в металлургии. Я создал страховочную сеть, которая поможет нам поймать ее, когда она упадет в следующий раз.

Я выковал маленькое кольцо. Поскольку я делал его для Кинли, мне пришлось не просто отполировать его – оно должно было иметь сияние. Таким образом, я превратил его в кольцо полувечности, добавив один ряд красных драгоценных камней, которые сияли ярче бриллиантов.

Это был не просто красивый аксессуар, который можно было добавить к ее коллекции, это был безотказный инструмент.

Это кольцо было одним из двух, которые я создал для этой конкретной цели. Я также сделал такое для себя, но без всех кричащих камней. Если Кин умудриться обагрить руки кровью, то при контакте даже с малейшим следом крови ее кольцо активирует связь с моим, предупреждая меня о ситуации. Это была не идеальная временная мера, но что-то было лучше, чем ничего, пока мы не сможем найти более эффективную альтернативу.

Конечно, звучало немного по-идиотски, что мы пытались завалить ее тремя членами и украшением. Но иногда, чтобы справиться с сумасшествием, нужно самому немного сойти с ума.

В настоящее время, лежа на чересчур жестком кожаном диване, я поймал себя на мысли, что задаюсь вопросом, сколькими памятными вещами восьмидесятых один демон-трикстер мог бы заполнить это крошечное пространство. На потолке надо мной висел плакат с изображением короля гоблинов из фильма «Лабиринт», восседающего на своем круглом троне. Зная, что я сделал с Руком, я бы поставил половину своих перьев на то, что он знает каждое танцевальное движение и выучил наизусть слова каждой песни.

Прервав мои мысли и зазвучавшие в голове раздражающе запоминающиеся песни, дверь ванной распахнулась. Это побудило меня сесть, разведя ноги в стороны и поставив ступни на пол.

Кинли вышла из ванной, выглядя более собранной, чем мы видели ее за последние дни. Кривая усмешка тронула уголок моего рта.

Не колеблясь, я встал и подошел к ней с глубокой потребностью прикоснуться к ней любым способом, который она позволила бы. Решив вести себя прилично, я провел руками вниз по ее ребрам, пока обе руки не легли на выпуклость ее бедер.

– Ты выглядишь готовой покорить весь мир, Кин. – Я ухмыльнулся иронии своего шутливого комментария.

Не было ни одного дня, когда она могла бы устоять перед хорошим комплиментом, и сегодняшний день не стал исключением.

Она широко улыбнулась, радостно расправив плечи.

– Возможно, так и есть. У меня ощущение, что я вот-вот разгадаю, как все эти TPS-отчёты складываются воедино и кому именно это приносит выгоду, – сказала она, светясь уверенностью.

Ее черные пряди волос были заплетены в светло-русую драконью косу посередине головы, кончик косы слегка раскачивался в такт ее движениям.

– Так близко, да? – Я изумленно улыбнулся, когда мои пальцы убрали выбившуюся прядь ее волос за ухо.

Кивнув, она лениво потерла ладонями мои руки.

Не в силах сдержаться, мои глаза изучали ее рот. Я наклонился и запечатлел ее губы в медленном и нежном поцелуе, наслаждаясь мягкостью ее розовых губ напротив моих.

Ее игривый смешок вибрировал во время поцелуя, показывая, что она была застигнута врасплох, но приятно удивлена.

Я обнял её за талию, прижимая к себе так, чтобы между нами не осталось ни капли пространства – окружая её телом и той защитой, какую только мог дать.

Мы стояли так несколько минут, наши языки исследовали рты друг друга, как будто это было снова и снова в первый раз. Когда я наконец отстранился, я удовлетворенно замычал.

– Я никогда не устану от твоего вкуса. – Я наклонился вперед, чтобы прикусить ее ухо, и глубоко вдохнул, наполняя легкие ее опьяняющим ароматом.

– Или как ты пахнешь, – прорычал я ей на ухо, прежде чем продолжить свою лесть, опустив руки вниз, чтобы собственнически ухватиться за упругость ее задницы. – Или то, как ты ощущаешься.

Кин одобрительно застонала.

– Кое-кто сегодня в хорошем настроении, – прокомментировала она с ноткой веселья в голосе.

– Что я могу сказать? Ты раскрываешь другую мою сторону, Кин, – открыто признался я ей.

Запрокинув голову, чтобы заглянуть в ее потрясающие лазурные глаза, я одарил ее озорной ухмылкой.

Ее глаза подозрительно сузились, когда она посмотрела на меня.

– Ладно, что с тобой происходит? Что-то не так? Рук снова использовал твою зубную щетку в качестве средства для чистки пирсинга?

Одна из моих бровей тут же приподнялась в шоке от того, что она подумала, что что-то не так, учитывая мое нынешнее настроение. Я знал, что я капризный сукин сын, но, черт возьми, неужели парень не может время от времени преподносить сюрпризы с благими намерениями?

– Нет, все в порядке, я просто… Подожди, что? – Мой мозг быстро остановился и перемотал назад, к тому, что она только что сказала о Руке.

– Он что?! – Я заорал.

Кинли поморщилась – по всей видимости, она не осознавала, что я ещё был не в курсе приключений моей зубной щётки.

Пока ее руки поглаживали мои плечи в попытке успокоить меня, я сразу же вспомнил ночь после нашего приезда сюда. Я зашел в ванную, которая, как я предполагал, была пуста, учитывая, что свет был выключен – справедливое предположение для нормальных людей.

Когда я включил свет, Рук стоял там в чем мать родила, одной рукой держась за кончик своего члена, в то время как другой играл на нем, как на скрипке, зубной щеткой, натирая свою лестницу до блеска.

Я был слишком уставшим и застигнутым врасплох, чтобы потратить время и проанализировать, какой зубной щеткой он пользовался. Вместо этого я предпочел поворчать, снова выключить свет и уйти.

И вот, несколько дней спустя Кинли говорит мне, что он пользовался моей гребаной зубной щеткой, мне нужно выпить отбеливателя. В следующий раз, когда я увижу этого ублюдка, я собирался придушить его. Чем? Я еще не решил.

– Сай, – сказала Кинли, поднимая руку, чтобы обхватить мое лицо. Гладкость ее ладони скользнула по легкой щетине, которую я еще не сбрил этим утром.

Она попыталась вернуть меня к первоначальному ходу мыслей.

– Если это не из-за зубной щетки… – Ее голос затих, что побудило меня продолжить с того места, на котором она остановилась.

Качая головой от отвращения из-за того, какие демонические частицы попали в мой рот, я попытался заставить свою голову вернуться к моим первоначальным намерениям.

– Верно. Я, э-э, – я немного нервно поерзал, гадая, как она воспримет мой подарок. Я несколько раз потер затылок, прежде чем, в конце концов, полез в карман.

– Я тебе кое-что принес. Ну, вообще-то, изготовил.

Я вытащил руку из кармана и показал ей золотую квадратную коробочку.

– Это новый Божественный Меч? – Ее голос зазвучал с надеждой.

Покачав головой, я тихо усмехнулся абсурдности ее вопроса.

– Нет, Кин. – Я открыл коробочку, чтобы показать изящное серебряное кольцо с драгоценными камнями, вставленными в зубцы, выставленное на всеобщее обозрение. – Я знаю, со мной не всегда легко иметь дело, и я не показываю этого должным образом, но я никогда не подведу тебя. Я предан тому, чтобы быть рядом с тобой, даже если обстоятельства не идеальны.

Она ахнула, при этом прижав руки к щекам.

– Ты сделал это? Для меня? – Ее глаза не отрывались от кольца, лежащего в коробке, которую я держал.

Услышав, с какой радостью она говорила, я наконец почувствовал облегчение и коротко кивнул.

– Я не хочу, чтобы ты когда-нибудь сбилась с пути. А с этими малышами, – я указал на сверкающие камни, – у тебя всегда будет то, что поможет пробраться сквозь тьму.

– Мне оно так нравится! – Она обвила руками мою шею, осыпая меня несколькими поцелуями по всему лицу, и бормоча слова благодарности между каждым поцелуем.

Я рассмеялся, когда она чуть не сбила меня с ног, мне пришлось выровняться, чтобы не упасть нам обоим.

– Хорошо, хорошо. Я рад, что тебе нравится. Давай посмотрим, как оно будет смотреться на тебе.

Кин хихикнула про себя, у нее закружилась голова от мысли примерить этот прелестный новый аксессуар. Она достала кольцо из коробочки и легко надела его на безымянный палец правой руки.

Вытянув руку перед собой, она любовалась подарком. Я мог видеть блеск драгоценных камней, отражающийся в ее глазах. Как бы сильно я ни старался держать свое сердце за каменной стеной, выражение ее лица с таким же успехом могло быть кувалдой, которая пробила все это насквозь.

Опустив руку, она смотрела на меня с чистым чувством любви и обожания. Именно в этот момент я понял, что сделаю все, о чем она меня попросит, чего бы это ни стоило.

Глава тридцатьПятая

(TW: сексуальное насилие, не со стороны главных героев)

Возможно, любому другому ангелу было бы безразлично или, возможно, не произвело бы впечатления, что Сайлас сделал им кольцо. Однако я точно знала, что входит во все, что он делает, что он создает из своих различных металлов.

В каждом творении была частичка его благодати, и над этим не стоило насмехаться. Была причина, по которой он считался мастером своего дела дома и почему другие ангелы искали у него свое оружие.

Несколько часов спустя, сидя на коленях у Сая на диване, я любовалась кольцом у себя на пальце. Мне не терпелось показать его Атласу и Руку, когда они вернутся с дневной прогулки Чоппино.

Опять так легко отвлекаешься? Из-за глупой маленькой безделушки. Где мои ответы, малышка? Мы должны еще раз поговорить лично. Встретимся на историческом кладбище Брикстона, участок 228. Не заставляй меня ждать. У меня новости о твоем мече.

Почему дьявол выбрал такое дерьмовое время? Всплывает в моей голове в самое неподходящее время. Я знала, что он всегда наблюдает, но это дерьмо начинало раздражать.

Я соскользнула с колен Сая, но не раньше, чем поцеловала его в последний раз.

Увидев его странно приподнятую бровь, я ободряюще улыбнулась ему.

– Обязанности Ада не ждут.

Он хмыкнул, ощетинившись от неудобства.

– Люцифер всегда был нуждающимся ублюдком, – проворчал он.

– Прекрати, – упрекнула я его. – То, что ты не сходишься с ним во взглядах, не означает, что ты не можешь просто согласиться с несогласием. Нам еще предстоит проделать важную работу, особенно в связи со всем этим фиаско с балансом сил.

Я нежно похлопала его по бедру.

– Я ненадолго.

– Ты уверена, что не хочешь, чтобы я пошел с тобой?

Бросив на него суровый взгляд, я покачала головой.

– В последний раз, когда вы двое были в одном и том же районе, это привело к преждевременному прекращению правления династии Романовых.

Он поднял руки, защищаясь.

– Замечание принято.

С этими словами я ушла, чтобы узнать о своем мече. Возможно, это именно та зацепка, на которую мы все надеялись.

Солнце едва опустилось за горизонт, когда я толкнула кованые железные ворота, ведущие на историческое кладбище. Свежих трупов здесь больше не хоронили, так что за ним ухаживали ровно настолько, чтобы с дороги он не выглядел бельмом на глазу.

Пройдя по грунтовой тропинке дальше вглубь кладбища, можно было увидеть места, где рабочие пренебрегали уходом за территорией. Плющ вышел из-под контроля, надгробия нуждались в чистке, некоторые статуи осыпались по краям, а на одном или двух фонарных столбах мигали лампочки, грозя погаснуть.

Оглядевшись вокруг, я увидела, что все было тихо. Не было слышно даже мягкого хлопанья крыльев летучих мышей в небе или шелеста листьев на деревьях. Надо мной жуткое сияние луны было приглушено густыми облаками. Вокруг меня остался только запах грязи и разложения.

Остановившись в указанном месте встречи, я уставилась на большого каменного ангела, смотрящего на меня сверху вниз. Несмотря на то, что это была не более чем неодушевленная статуя, я все еще чувствовала, как ее суждение давит мне на плечи. Крылья женщины-ангела были частично расправлены, длинные локоны обрамляли лицо, а в изящных руках она держала букет роз.

– Кинли, – раздался голос у меня за спиной.

Обернувшись, я увидела незнакомое лицо. Мои брови сошлись в замешательстве. У стоявшего там мужчины был насыщенный оливковый цвет лица и аккуратно уложенные волосы, такие темные, что они напомнили мне о бездонных ямах Вселенной. Щетина на лице вокруг его рта была немного светлее, но ненамного. Глядя в его глаза, я не видела никаких признаков Люцифера, но только присутствие зла и жалости.

Он улыбнулся мне, но в его улыбке не было теплоты.

– У меня твой меч.

– Что? Тебя послал Люцифер? – Я выпрямилась, мое тело напряглось, поскольку он немедленно привлек мое внимание.

Когда он сделал медленные шаги в моем направлении, мои ноги остались стоять там, где были.

– Кристина была так добра, что сказала мне, где я могу его найти, прежде чем я оставил ее сосуд на железнодорожных путях. – Сказал он становившись в футе от меня, на расстоянии вытянутой руки, но и на достаточном расстоянии, чтобы дышать.

Это я сократила разрыв между нами в ту секунду, когда он упомянул имя моего миньона-человека. Мои губы скривились, когда во мне начала разгораться злость.

– Никодимус… – Отвращение сорвалось с моего языка при имени демона, который преследовал мое прошлое, а теперь и настоящее.

Теперь я могла видеть это, я могла видеть за пределами цвета глаз сосуда – демона, который вселился в это тело. Это было зрелище, которого я хотела бы не видеть. Уродство, жалкое отродье и ненависть, скрывающиеся за фасадом, были очевидны как день.

– Верни мой меч, и это будет быстрая смерть. – Возможно.

Он запрокинул голову и рассмеялся в темное небо над нами. Его рука лежала на животе, поскольку энергичного смеха, казалось, было достаточно, чтобы вызвать боль в животе.

– О, моя маленькая темная лисичка, – начал он.

Что он хотел сказать дальше? Мне было насрать. Мои руки метнулись вперед и схватили его за рубашку, швыряя на широкий ствол гниющего дерева. Его спина ударилась о умирающий дуб, но, казалось, это мало выбило его из колеи.

– Мой меч, где он?! – Я взвизгнула, страдая от осознания того, что, убив его, я не приблизюсь к тому, чтобы вернуть его в свое владение.

Он вытащил кинжал, он не мог быть длиннее восьми дюймов. Действительно, смешно, что он собирался принести нож на битву с ангелом. Моя нечестивая сила уже струилась по моим мышцам в согласии с моей яростью.

– Разве ты не усвоила свой урок, Кинли? Я знаю, что усвоил свой. – Он бросился на меня, его тело соприкоснулось с моим. Мы оба споткнулись, когда мои руки попытались контролировать направление, в котором он взмахнул своим кинжалом.

Глаза Нико начали наливаться полностью черной кровью, когда он задействовал свои силы. В последний раз, когда я видела, как его глаза вот так наполняются тьмой, он убил полудемона, который научил меня любить, моим собственным гребаным мечом.

Изо всех сил пытаясь взять себя в руки, я зарычала от злости на его настойчивость.

Его губы растянулись в безумной ухмылке.

– Надеюсь, у наших детей хотя бы наполовину будет такой же дух, как у тебя.

Это заявление настолько сбило меня с толку, что я пропустила его удар – он выбил мои ноги из-под меня. Я рухнула на спину с глухим ударом, а вес его тела, обрушившийся сверху, выбил из меня весь дух.

Быстро я поняла, что совершила ужасную ошибку. Кончик лезвия в его руке сделал небольшой надрез в моем предплечье, что вызвало вспышку ослепляющей боли. Крик вырвался из моего горла, мой разум был ошеломлен натиском агонии. Обычный клинок не причинил бы ничего, кроме щекотки.

Мой разум изо всех сил пытался сосредоточиться на предстоящей битве. Даже когда Нико заговорил, его слова прозвучали отдаленно сквозь рев огня, подавляя каждый мой нерв.

– Чертовски жжет, не так ли? Немного экстрактов бругмансии и паслена в сочетании со слюной адской гончей в качестве связующего вещества, и я приготовил довольно токсичную сыворотку.

Царапина сама по себе ничего не значила, это было то, что покрывало острие лезвия, которое уничтожило все болевые рецепторы в моем теле. Все, что я могла делать, это молиться, чтобы это длилось недолго, и держать Нико на расстоянии, пока все не закончится. Собрав все свои силы, я ударила его по лицу и перекатилась, чтобы сбросить его с себя.

Мне удалось подняться на ноги, но я все еще ничего не могла разглядеть из-за того, что яд достиг своей полной силы в моем кровотоке. Мои шаги вперед были чертовски вялыми, поскольку земля подо мной казалась такой же прочной, как кусок плавника, подхваченный приливом.

Хватка Нико нашла меня слишком быстро, и он воспользовался моей ослабевшей силой, бросив мое тело вперед. Я врезалась в неумолимый камень статуи ангела, которой восхищалась ранее. При ударе мое тело пронеслось сквозь скульптуру. Куски камня упали на землю рядом с моим телом, когда я приземлилась лицом в грязь.

Я приподнялась оттолкнувшись руками на четвереньки, только для того, чтобы Нико ботинком пнул меня обратно. Независимо от того, насколько сильно я желала, чтобы нижняя часть моего тела обрела опору, не было ничего, кроме обжигающего ощущения, пробегающего по моим мышечным волокнам.

Чувствуя, как этот кусок дерьма опускается мне на спину, я предположила, что смерть быстро приближается. Вместо этого все оказалось намного хуже. Его нож не обратил никакого внимания на мою рубашку, поскольку с легкостью рассек ее и вонзился в плоть посередине моей спины. Я не слышала собственного крика, но по хрипоте в горле была уверена, что кричу.

Шесть ударов. Шесть невообразимых ударов по моей коже, все наполненные ядовитой смесью.

Он наклонился и прошипел мне на ухо: – Теперь все увидят на тебе мое имя и поймут, что ты принадлежишь мне.

Я извивалась под ним, морщась, когда мое тело молило об облегчении этой пытки. Мои пальцы зарывались в грязь, пока его рука не схватила мою. Нико восхитился кольцом, подаренным мне Сайласом, с рядом драгоценных камней, расположенных поверх кольца.

– Какой прекрасный подарок. – Он снял кольцо с моего пальца. – Какой позор, что это не более чем бессмысленная безделушка.

Мои глаза скосились, когда я пала жертвой всей этой агонии. Прижавшись щекой к земле, я увидела, как он надел кольцо Сая себе на палец, имея маленький размер оно остановилось у первой костяшки.

– П…просто убей меня уже, черт возьми… – Пробормотала я. Если он не убьет меня после этого, то ему лучше знать, как, черт возьми, прыгнуть в человека на Международной космической станции.

Нико рассмеялся и провел рукой по моему лицу, убирая платиновые волосы со щеки.

– Я не хочу забирать твою жизнь, – ответил он, стараясь, чтобы его слова звучали нежно, но я знала лучше. – Я хочу использовать тебя, чтобы создать это.

Я услышала, как кинжал вонзился в грязь позади меня, и Нико соскользнул с моего тела. Он ясно дал понять о своих намерениях, когда его руки рывком спустили мои брюки и нижнее белье ниже колен, вызвав во мне другую волну страха.

Когда обнажились самые интимные части моего тела, я вложила последние силы в попытки преодолеть боль любой ценой. Мои руки копались в грязи, цепляясь за все, что только было возможно, а ноги дико дрыгали с той жалкой энергией, которая в них оставалась.

– Нико! Ты сукин сын! Остановись!

У него даже не хватило порядочности ответить словами на мои протесты. Вместо этого его рука опустилась на свежие раны у меня на спине, посылая еще одну приливную волну парализующей боли в мои болевые рецепторы.

– Ты делаешь себе только хуже. – Держа одну руку на кровавых отметинах на моей спине, я почувствовала, как его другая рука скользнула между моих бедер. Первая из нескольких слез потекла из моих глаз. Боль от ядовитых порезов кинжала была ничем по сравнению с тем, как он вонзил два пальца в мое лоно.

Я вскрикнула от этого вторжения, жалко извиваясь, не в силах оторваться.

– Нико, остановись, пожалуйста! – Зная, что мои слова не были услышаны, я захныкала.

Он убрал пальцы и снова вонзил их в меня, боль от входа была неожиданно острой. Это было не просто его безжалостное проникновение, это были зубчатые оправы кольца, которое он носил на пальце, жестоко царапавшие меня изнутри.

– В чем дело, Кинли? Я думал, тебе нравится металл в твоей тугой пизде. – Нико продолжал атаковать меня пальцами, мои слезы ничуть не остановили его.

Лежа там, не в силах собраться с силами, кроме непостижимой боли, делающей меня беззащитной, я пыталась заставить свой разум думать о чем-нибудь другом, кроме этого кладбища. Я закрыла глаза, заставляя пролиться еще больше слез.

Поток эмоций, исходящий от моих сапфировых глаз, достаточно увлажнил мои щеки, чтобы пропитать мягкую грязь, на которой я растянулась, пачкая мое лицо. Как раз в тот момент, когда я подумала, что смогу мысленно сбежать от этого шоу ужасов, рука Нико схватила мои локоны у самой головы и дернула мою голову назад.

– Тебе так легко от меня не сбежать. Открой глаза, красавица. Раз уж мне пришлось наблюдать, как ты распутничаешь со всеми своими мужчинами, то ради меня ты обязана быть со мной в тот момент, когда я тебя трахаю.

Рыдание вырвалось наружу, и я даже не была уверена, что знаю, как открыть глаза, учитывая, насколько разбитой чувствовала себя каждая частичка меня. Нико ввел в меня третий палец и начал безжалостно вонзать их в мои внутренности. Каждый вход разрывал чувствительную плоть внутри моего дрожащего тела.

Сквозь стиснутые зубы он выдавил свои мерзкие слова.

– Я засуну всю свою руку в твою киску, если ты не начнешь вести себя прилично, Кинли. А теперь открой свои чертовы глаза!

Каждая частичка меня дрожала, не поддаваясь моему контролю, и мне потребовалась последняя капля воли, чтобы открыть глаза, заставляя меня уставиться на мрачное окружение могил вокруг нас. Я одновременно тяжело дышала и захлебывалась от рыданий, и то ли мои слезы, то ли токсины затуманили мне зрение.

Теперь, когда мои глаза были открыты, он откинул мою голову назад и распустил мои волосы. Мое лицо коснулось холодной подушки грязи, где она растиралась по моему лицу с каждым толчком, когда его пальцы врывались в меня. Мои внутренние стены были в огне, и я чувствовала тепло от повреждений, которые он нанес моим кольцом на своем пальце. То, что должно было быть символом преданности и любви, медленно разрушало меня.

– Ты такой распутный ангелочек. – Он похвалил меня, как будто это должно было поднять мне настроение. Однако, его пальцы, наконец, выскользнувшие из меня, принесли намек на облегчение, прежде чем кошмар продолжился.

Мысли о попытке дать отпор кричали в моей голове, и все же мое тело не могло собраться с силами, чтобы преодолеть вихрь боли и эмоций.