Текст книги "Спящее искупление (ЛП)"
Автор книги: Сэди Винчестер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц)
Глава Десятая
Сидя на одинокой скамейке в местном парке, я оперся локтями в колени и склонил голову на руки. Мои пальцы зарылись в корни моих волос, периодически дергая и отпуская их в такт приливам и отливам эмоций. Мне уже было наплевать на выбившиеся из резинки пряди, которые теперь спадали на лицо.
Вокруг меня не было ничего, кроме звуков города, которые медленно растворялись в тишине позднего вечера. Вдалеке все еще слегка плескалась вода паркового фонтана, который непрерывно падал сам на себя в бассейн. Время от времени с соседней улицы доносился шум проезжающей машины, но по большей части все, что я слышал, были мои мысли.
Яростная боль в моем черепе от того места, где Кинли ударила меня головой, все еще ощущалась. Однако эта боль была далеко не такой сильной, как та, которую я ощущал помимо физической. Эмоционально и ментально я был потрясен до глубины души.
Казалось, что она все еще так же сильна, как и прежде, этого нельзя было отрицать. Но вот её разум… он ослаб, надломился. Взгляд её кристально чистых глаз говорил гораздо больше о её ментальном состоянии, чем любые слова. Я знал, что она наконец увидела меня – и это, казалось бы, должно было принести мне всё то счастье, к которому я так стремился. Но всё вышло совсем не так, как я ожидал и уж точно не так, как хотел. Всё произошло именно так, как меня предупреждали.
Мое присутствие должно было принести ей покой, радость, всю эту сентиментальную чушь. Вместо этого я увидел обезумевшее и испуганное существо – прекрасная трагедия, если я когда-либо видел такую. Я не мог объяснить, почему я был спасен, но я должен был верить, что это было для того, чтобы найти дорогу обратно к Кинли. Теперь, в свою очередь, мне нужно было показать ей дорогу обратно ко мне.
Я и раньше видел, как она убивала, но никогда с такой безрассудной жестокостью. Раньше у пролитой ею крови было оправдание. Сегодняшний вечер доказал мне, что она опасна для любого, кто встанет у нее на пути. Не было никаких сомнений, что я мог бы стать такой же мишенью, как та бедная официантка.
Чувствуя властное присутствие Сайласа у себя за спиной, я опустил руки между колен, неплотно переплетая пальцы.
– Давай, скажи это, – тихо сказал я. Разочарование в себе давило на мои слова так же, как и на мои мысли.
Сай обошел скамейку и сел рядом со мной, откинувшись назад и положив локти на спинку.
– Все прошло хорошо, – сказал он, и в его ответе прозвучал сарказм.
Вот тебе и то, что он сжалился над моей неудачной попыткой заставить Кинли снова вспомнить, кем она когда-то была.
Я продолжал смотреть вниз, на землю между своими ногами, на идеально неидеальные травинки. Кинли тоже раньше была такой – идеально неидеальной. А теперь она стала совершенно чужой. Ее непредсказуемое поведение было лишь одной частью ее разбитой головоломки.
– Зачем ты здесь? – Спросил я, полагая, что Мистер Высокий-Могучий-Архангел пришел позлорадствовать. Мой голос был хриплым от усталости.
Он медленно вдохнул, прежде чем быстро выдохнуть.
– Я был поблизости. Я должен был прибраться за ней, доставить бедную душу этой женщины к часу ее суда.
Если не считать недовольного хмыканья, я хранил молчание.
– Послушай, Атлас, – начал он. – Я не собираюсь притворяться, что знаю, какого черта тебя послали сюда присматривать за ней. Все в твоем существовании противоречит своду правил, а правила устанавливаются не просто так.
Что ж, это была чертовски вдохновляющая речь века.
Я усмехнулся и сел, посмотрев на него, чтобы увидеть, что он смотрит в темноту, которая окутывала наше окружение там, в причудливом городском парке.
Уставившись на него без всякого впечатления, я спросил: – Это твой способ повысить моральный дух в рядах? Потому что ты полный отстой в этом деле.
Ублюдок слегка улыбнулся.
– Ну, если ты позволишь мне закончить, я собирался указать на несколько вещей.
Отлично, этот визит сопровождался пошаговой критикой того, где, по мнению Сайласа, я облажался? Я не мог дождаться.
Закатив глаза, я откинулся на спинку скамейки, приготовившись к тому, что меня будут ругать, как непослушного ребенка.
– Для начала…
Поехали.
– Ангелам, падшим или нет, не назначают хранителей. За все время моего существования я никогда этого не видел. Хочешь знать почему?
Бьюсь об заклад, он все равно собирался мне это рассказать, но я все же спросил.
– Почему?
Сай протянул руку и похлопал меня по груди, отчего я недоумённо нахмурился.
Видя, что я не понял его туманного объяснения, он добавил: – Сердце и душа. Человек – хрупкое создание, его легко отследить и еще легче предсказать. Наш вид? Далек от этого. Не говоря уже о том, что у нас уже есть свое место во вселенной. Какая у нас может быть более великая цель, чем выполнять свои обязанности?
Я рассмеялся.
– Ты веришь в эту чушь?
– Послушай, парень, ты новичок в этой игре. Но ты когда-нибудь слышал об ангеле, которого продвигают по служебной лестнице? Нет, потому что такого не бывает. Нам дано наше предназначение при сотворении мира, и на этом все. – Он пожал плечами.
– Если это так, то почему я здесь? – Задал я вопрос. Да, выслеживать Кинли было непросто. Все, что я узнал после своей смерти и до моего возвращения, заставило подумать, что это будет намного более легкой задачей. Никто не упомянул об уникальном и сложном характере этого задания.
Он щелкнул пальцами и указал на меня.
– Хороший вопрос.
Между нами повисла тишина, и я позволил всему, что сказал Сайлас, проникнуть в мой мозг. После нескольких минут раздумий я, наконец, признался, насколько наивным я был, когда ввязывался в это.
– Я думал, что если она вспомнит меня, то вернется к себе прежней. Ты бы видел ее лицо, она почти убедила меня, что я – это не я.
Я покачал головой, все еще не оправившись от того, что все пошло так плохо за такой короткий промежуток времени. Начиная предаваться воспоминаниям, я поднял глаза на звезды, нависающие над нами, усеивающие небо разной яркостью.
– Когда я впервые её встретил, она не была похожа ни на кого из тех, кто служил Люциферу. Камбионов точно не принимали с распростертыми объятиями среди его ближайшего круга. Но Кинли? Она ни разу не посмотрела на меня как на низшее существо. Она всегда видела во мне то, кем я был под всем этим, точно так же, как я видел все то, что она скрывала от всех остальных. – Я тоскливо вздохнул, Кинли страдала задолго до того, как у нее забрали меня. Ее грехопадение не обошлось без шрамов. Я надеялся продолжать помогать исцелять ее израненное сердце, но мои стремления и жизнь были прерваны.
Она скучала по дому, хотя никогда бы в этом не призналась, даже мне. Теперь, побывав там, я понял. Ничто не могло сравниться с теплом и чувством удовлетворенности, которые наполняли вас, когда вы находитесь в идеальном раю.
Тонкий слой влаги покрыл мои глаза.
– Сегодня вечером она не видела во мне – меня – прежнего. – Это было то, что ранило больше всего.
Архангел, сидящий рядом со мной, оттолкнулся от верхней части его бедер, когда он встал.
– Вот что я тебе скажу. Дай мне поговорить с ней, и посмотрим, смогу ли я успокоить ее задницу.
Потрясенный, я посмотрел на него.
– Ты собираешься сделать это ради меня?
– Черт возьми, нет, Я это делаю ради всех остальных, кого она может встретить на своём пути. Её срывы редко заканчиваются одним трупом. Но… – нехотя он повёл головой из стороны в сторону, – … не помешает и тебе немного помочь, раз уж ты изначально оказался в невыгодном положении.
Я ухмыльнулся.
– Спасибо, чувак. Я ценю любую помощь, которую могу получить. Может быть, ты и вполовину не такая задница, каким тебя считают все в академии.
Он продолжил говорить, добавив к своему заявлению предупреждение.
– Я ничего не обещаю. Кин примерно так же предсказуема, как две падающие звезды несущиеся друг на друга.
Затем он резко замолчал, уловив мои последние слова. Уставившись на меня, он сжал челюсть, прежде чем сдавленно процедить:
– Подожди… А кто это там говорит, что я задница? Это Эванжелин, да? Пфф, один раз проявил твёрдость – и всё, она уже вся из себя обиженная.
Было видно, как напряглись его мышцы под рубашкой, когда его кровяное давление начало резко повышаться. Несмотря на ухмылку, угрожающую расползтись по моему лицу, я попытался изобразить беззаботность, пожав плечами.
– Я не знаю, просто люди. У тебя такая репутация среди новичков.
Скрестив руки перед собой и выпрямившись, он одарил меня своим лучшим выражением безразличия.
– О да? И что они говорят?
– Это просто разговоры, чувак. Я бы не беспокоился об этом. – Мне нравилось наблюдать, как он медленно закипает под поверхностью. Не дай бог, существовала вероятность, что кто-то не целовал его в задницу, как будто он был гребаным ангельским эквивалентом Капитана Америки.
Неудивительно, что моя нерешительная попытка развеять его опасения оказалась безуспешной. Можно было почти увидеть, как шестеренки в его голове бешено закрутились при мысли о том, что кто-то там может сказать о нем что-то плохое. Черт, я не так давно знаю Сая, и даже я был согласен с тем, что люди говорили приглушенным шепотом.
– Нет, продолжай и расскажи мне, что, по мнению людей, они знают обо мне. – Он поднял руку, чтобы помахать мне ею.
Кто я такой, чтобы говорить «нет» великому воину Небес Сайласу-Педанту?
– Ты ворчливый и ходишь с палкой в заднице. Что ты не знал бы, как веселиться, даже если бы кто-нибудь записал это в свод правил. Все было сказано в шутку. Как я уже сказал, ничего такого, из-за чего стоило бы беспокоиться.
Учитывая, что он предлагал помочь уладить отношения с Кинли, я не осмелился внести свой вклад в длинный список прозвищ, которыми его наградили другие. Большинство говорило о его самодовольном отношении и неспособности быть гибким. Он был взвинчен сильнее Люцифера, когда термостат в Аду падал хоть на градус.
Фыркнув, Сай, казалось, был уверен, что все ошибаются.
– Когда проживёшь столько, сколько я, поймёшь. Ни один из вас не видел таких тёмных времён в истории человечества, какие видел я.
Он начал отходить от скамейки, прежде чем остановился и повернулся ко мне.
– Просто сделай мне одолжение, а?
– Конечно, что тебе нужно?
Сай авторитетно ткнул в меня пальцем.
– Держись подальше от Кинли, пока мы не будем уверены, что она не собирается стереть с лица земли всю планету из-за твоего гребаного сегодняшнего трюка. Никаких фальшивых деловых сделок, никаких фальшивых свиданий, никаких фальшивых планов. Понял?
– Это не моя работа – держаться подальше, – возразил я.
Ворча, он покачал головой.
– Тогда постарайся скрыть свое чертово присутствие, чтобы она даже не дышала с тобой одним воздухом. Она не тот ангел, которого ты знал в своей предыдущей… форме.
Мне не очень нравилось держаться подальше от Кинли, но я знал, что мне нужно дать ей немного пространства, если я не хочу рисковать еще более опасным психическим срывом.
– Прекрасно, но все ставки отменяются, как только она поймет, что я не плод ее воображения.
В ответ он слегка зарычал, при этом скрипнув зубами.
– Как скажешь, Атлас. Но если она выйдет из себя из-за того, что ты выполняешь какую-то шекспировскую любовную миссию, я сам подрежу тебе крылья.
Глава одиннадцатая
Стоя без рубашки посреди гостиной Кинли, я держал в одной руке банку взбитых сливок, а другой щелкал пальцами. Ее стереосистема ожила, и заиграла одна из лучших рок-песен 1980-х. Черт возьми, я бы хотел, чтобы та эпоха повторилась.
Слабый и запоминающийся ритм песни «INXS – Need You Tonight» заполнил комнату. Кинли растянулась на диване в одном мягком черном кружевном белье. Она лежала на спине, небрежно закинув одну ногу на другую, пока ее ступня подпрыгивала вверх-вниз в такт песне.
Озорной огонек появился в ее глазах, когда она смотрела, как я верчу банку в ладони.
– Ты планируешь угостить меня этими взбитыми сливками?
Я ухмыльнулся.
– Терпение, любовь моя. Я запланировал многое, чтобы удовлетворить твои вкусовые рецепторы.
Она игриво надула губки, отчего мой член напрягся, натягивая молнию на штанах. Увидев ранее дикий взгляд в ее глазах, я понял, что, если я не хочу увидеть, как горит весь город, мне нужно найти подходящее отвлечение, чтобы занять ее мысли. Не помешает и то, что бы мой член при этом тоже намок.
Шагнув к ней, я на время сунул банку взбитого топпинга в задний карман. Я схватил ее за лодыжку и потянул так, что она развернулась на диване лицом ко мне.
Кинли опустила ноги на пол, раздвинув свои восхитительные бедра. Кружево ее трусиков почти не прикрывало ее киску. Я опустился на колени между ее ног, схватил ее за бедра и потянул вниз, так что ее задница оторвалась от края подушки.
Наклонившись, я лизнул мягкую плоть ее бедра, продвигаясь вверх к бедру. Мой язык скользил по ее коже, наслаждаясь вкусом ее тела, независимо от того, какой его частью оно было.
Она тихо застонала от моей ласки, ее тонкие пальцы скользнули по корням моих растрепанных волос.
Добравшись до верха ее трусиков, я зацепил зубами ткань. Стянув их вниз, я взглянул на нее, чтобы увидеть, как эти голубые глаза наполняются жаром похоти. Игриво я зарычал и покачал головой, стягивая кружево, используя только рот.
Сняв крошечный кусочек ткани с ее тела, я вернулся между ее бедер с дьявольской ухмылкой, полной множества греховных обещаний. Мой извращенный ангел уже сняла с себя лифчик, обнажив упругие выпуклости ее грудей, ее соски затвердели от возбуждения.
Достав банку из заднего кармана, я встряхнул ее, пока мои пальцы прослеживали линию ее складок, раздвигая половые губы, когда я поднес пластиковый кончик взбитых сливок ближе к ее отверстию.
Рука Кинли опустилась к ее влагалищу, когда она отвела бедра назад.
– И что ты собираешься с этим делать?
О, она точно знала, что я планировал с этим сделать.
– Давай, позволь мне наполнить тебя, и я вылижу тебя дочиста.
Передвинувшись так, чтобы сесть на край дивана, она наклонилась и ее рука схватила меня за подбородок. Ее нежные губы коснулись моих, когда она требовательно произнесла: – Рук, ты знаешь правила. Ты не должен принимать свою истинную форму.
Издав смешок, я хрипло ответил: – Кажется, ты не возражала против того, что мой язык погрузился глубоко в тебя в гараже.
Она пошевелилась, ее ноги слегка сжались вместе, давая мне понять, что воспоминание об этом все еще возбуждает ее. Кинли слегка прикусила нижнюю губу, прежде чем прижаться своей щекой к моей, шепча мне на ухо.
– И ты будешь соответственно наказан за эту неосмотрительность, когда и где я сочту нужным.
Как будто мой член не был достаточно твердым в штанах, теперь это граничило с болью от мысли быть мальчиком для битья у Кинли. Я бы позволил ей истерзать и четвертовать меня, если бы это означало, что ей это понравится.
Я обхватил ее сзади за шею, и мой рот коснулся раковины ее уха, шепча в ответ с сильной потребностью в голосе.
– Я буду ждать, но тебе лучше сделать так, чтобы было больно, любимая. В противном случае, я буду продолжать это делать. Заставляя тебя кончать снова, и снова, и снова…
Мой рот захватил мочку ее уха, сильно посасывая ее, давая ей понять, насколько меня не испугала ее угроза.
Она упала на колени, присоединяясь ко мне на полу. Ее руки грубо расстегнули мой ремень, прежде чем поспешно расстегнуть брюки.
– Рук, будь осторожен со своими просьбами. – Кинли выхватила банку взбитых сливок у меня из рук после того, как спустила пояс моих брюк и боксеров. Мой член вырвался на свободу, почти такой же твердый, как металл, которым он проколот.
То, как она прижалась своими губами к моим, сказало мне о сильном желании, горящем внутри нее. Столь же увлеченный, я приоткрыл свои губы и скользнул языком по ее, борясь за доминирование в поцелуе.
Моя рука опустилась на одну из ее округлых грудей, прикоснувшись к твердому выступу соска, реагирующего на мое прикосновение. В свою очередь, рука Кинли опустилась на мой член, крепко обхватив его.
Застонав в ответ на поцелуй, я едва мог сосредоточиться на том, что делал, когда она начала поглаживать меня по всей длине от основания до кончика. Ее прикосновения прошлись по каждой ступеньке моей лестницы с пирсингом, посылая каскад удовольствия вверх и вниз по моему члену.
– Будь хорошим демоном и ложись для меня на спину, – приказала она, и я сбросил остальную одежду несколькими пинками еще до того, как моя спина коснулась пола. Мой член вытянулся по стойке смирно, когда темный ангел расположилась у меня между ног.
Улыбаясь ей, я наблюдал, как она продолжала встряхивать банку в одной руке, одновременно работая с моим членом другой. Я заложил руки за голову, устраиваясь поудобнее для нее, ожидая того, что меня ждет.
– Любимая, я весь твой. Делай со мной, что хочешь.
Взболтнув взбитые сливки в последний раз, Кинли начала распределять сливочное содержимое по моему члену, начиная с того места, где оно соприкасалось с яйцами, и покрывая его до тех пор, пока на кончике не остался виден только серебряный шарик пирсинга принца Альберта.
Облизнув губы, она не стала тратить время на уничтожение своего произведения искусства. Ее язычок извивался и провел длинную линию от центра моих яиц вверх по штанге на нижней стороне моего члена. Легкая дрожь пробежала по моему позвоночнику, когда я резко втянул воздух от приятного контакта.
После того, как она слизала сладкие сливки с одной стороны, она медленно обработала другую. Я сцепил руки за головой, чтобы не схватить ее за голову и прижать ее рот ко мне. Это было восхитительно мучительно – лежать так, когда она могла делать со мной все, что считала нужным.
Ее рот приоткрылся, втягивая мою длину в себя дюйм за дюймом. Давление, окружавшее мой член, усилилось, округлая головка раздвигала границы в задней части ее напряженного горла. Я застонал, еще глубже вдавливая свои бедра в нее.
Мое дыхание стало тяжелым, когда она заскользила губами вверх и вниз, пробуя меня всего. Полностью поглощенный искрами удовольствия, которые она мне дарила, я едва услышал шаги, вошедшие в комнату.
Послышался кроткий голос.
– Мисс Уорд, о, я… простите, я не знала, что вы…
Откинув голову назад, чтобы со своего места на полу видеть, что происходит позади меня, я заметил новую маленькую слугу Кинли. Которая из них это была? Кристина номер 12? Или 13?
Не стесняясь, Кинли замерла с полным ртом члена, и ее взгляд остановился на ее помощнике-человеке. Она медленно оторвала от меня свой рот, на котором все еще оставались белые пятна взбитых сливок. Пауза в ее ласках заставила меня тихо выругаться себе под нос.
Кристина отступила на пару шагов.
– Я просто собираюсь уйти.
– Нет, подожди, – быстро отреагировала Кинли.
Когда я посмотрел в глаза моего падшего ангела, они наполнились хищным желанием. Она поманила пальцем человека подойти ближе, – я не совсем понимал, что происходит в извращенной голове Кинли.
Кристина послушно подошла, глядя на меня сверху вниз и краснея при виде моего члена и последних следов взбитых сливок вокруг него. Она быстро отвела глаза и сосредоточилась на обнаженном теле Кинли.
– Вам что-нибудь нужно? – застенчиво спросила нынешняя управляющая домом.
По лицу Кинли скользнуло подобие сладкой, как пирог, улыбки. Она протянула руку к руке Кристины, крепко сжала ее и поманила ее опуститься перед ней на колени.
Я приподнялся на локтях, внимательно следя за каждым движением. То, что Кинли делала со своей прислугой, было ее личным делом. Она не говорила мне, какие трюки разыгрывать с моими жертвами-людьми, а я не собирался указывать ей, как играть с ее игрушками.
Пальцы Кинли легко погладили девушку по щеке.
– Мне нравится, какая ты красивая, – промурлыкала она, прежде чем наклониться и поцеловать Кристину в губы. Сначала девушка была жесткой, как доска, – почти такой же, каким до сих пор был мой член.
Что ж, если здесь будет какое-то шоу, которое нужно посмотреть, я собираюсь насладиться им. Обхватив рукой свой член, я начал накачивать его, в то время как две женщины целовались у меня на глазах.
В воздухе вокруг нас троих что-то изменилось по мере того, как их поцелуй становился все более страстным. Кинли запустила руку Кристине в трусики спереди, и не прошло и нескольких мгновений, как сквозь поцелуй вырвался стон. По тому, как ноги девушки раздвинулись, а ее бедра начали раскачиваться, я понял, что пальцы Кинли дразнили влагалище девушки.
Сжав свой член при виде того, как Кинли играет на этой девушке, словно на музыкальном инструменте, я почувствовал, как из кончика моего члена вытекает блестящая черная сперма.
– Любимая, ты хорошо обращаешься со своей игрушкой?
Глаза Кинли встретились с моими, когда она посмотрела через плечо Кристины. У нее было невинное выражение лица, когда она запустила руку дальше в штаны Кристины.
– Я всегда мила с ними. – Она прикусила ухо девушки, вызвав смесь визга и стона. – Давай скажи Руку, как я добра к тебе.
Руки Кристины легли на плечи Кинли, и она кивнула, отвечая, затаив дыхание: – Да. – Она повела бедрами навстречу прикосновениям ангела.
Улыбнувшись мне, Кинли сверкнула глазами.
– Видишь? – Ее сапфировые глаза вернулись к Кристине, и она положила руку на шею девушки.
– Ты собираешься кончить мне на пальцы, как хороший маленький человечек?
Моя рука замерла на середине ствола моего члена, когда Кинли начала сжимать горло девушки, в то время как другая ее рука энергично двигалась между бедер Кристины.
Еще больше возбужденных стонов вырвалось у человека, обе ее руки поднялись, чтобы схватить Кинли за запястье руки, сжимающей ее горло.
– Пожалуйста, не дай мне сгореть, как они, – взмолилась она, когда слеза скатилась из уголка ее глаза по щеке.
Мое тело напряглось от странно рассчитанного и сформулированного ответа. Хищный огонь в глазах Кинли сменился на пустой взгляд. Ее челюсть задрожала, когда она стиснула зубы.
Стоны удовольствия Кристины начали перерастать в судорожные вздохи из-за нехватки кислорода.
– Любимая, – сказал я настойчиво, пытаясь привлечь ее внимание. – Ты можешь сломать одну из своих любимых игрушек, если будешь продолжать так сжимать ее шею. – Я не хотел видеть, как ей придется заменять и эту. Только не после того, как она сказала мне, что, по ее мнению, эта наверняка самая лучшая на сегодняшний день.
От Кинли не последовало никакого ответа, поскольку она отказалась останавливаться, даже заглушив стоны девушки грубым поцелуем. Цвет лица Кристины сменился с бледного на легчайший оттенок голубизны, который начал проступать.
К черту это.
Не желая прибегать к насилию, я выбрал единственно приемлемую альтернативу, когда дело доходит до того, чтобы вытащить Кинли из ее головы. Используя свою скорость, я встал позади моей маленькой блондиночки, оттаскивая ее от домашней прислуги своей демонической силой.
Кристина проворно вскочила на ноги, задыхаясь от внезапного притока воздуха в легкие, и выбежала из комнаты.
Не дав моему падшему ангелу времени возразить, я грубо швырнул ее на пол. Она с громким стуком ударилась спиной о пол. Бросившись на нее сверху, я зафиксировал ее руки над головой, приготовившись трахать ее до тех пор, пока ее разум не прояснится.
