Текст книги "Спящее искупление (ЛП)"

Автор книги: Сэди Винчестер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 21 страниц)

– Есть успехи?

Я покачал головой.

– Что ты ищешь, любимая? – Рук приподнял проколотую бровь, глядя на нее.

Она вздохнула, в ее словах прозвучал первый намек на поражение.

– Мой меч.

Рук ухмыльнулся и посмотрел вниз, на воду.

– Он у меня прямо здесь.

У нее вырвалось тихое хихиканье.

– Я имела в виду, металлический.

– Ответ тот же, любимая. – Рук подмигнул ей.

Пытаясь увести разговор от члена Рука и вернуться к серьезной ситуации, которая была у нас на руках, ну… которая была у Кинли на руках, я повернулся спиной к Руку и подошел к ней.

– Пока мы ищем твой меч, нам, вероятно, следует обсудить ту ночь. – Я нежно положил руки ей на плечи.

Внезапно позади меня раздался плеск воды, и следующее, что я осознал, – чья-то мокрая рука обвилась вокруг моих плеч, а рядом со мной оказалось намыленное обнаженное тело Рука. Вода, стекавшая с его тела, впитывалась в мою одежду.

Его черные отполированные ногти впились в мое плечо.

– Знаешь что, любимая? Держу пари, он в подвале, в твоей маленькой темнице для любовных утех. Ты там проверяла? – Рук снял свое жалкое подобие цилиндра и начал надевать его мне на голову.

Прежде чем он коснулся хоть одного волоска у меня на голове, моя рука сорвала его и швырнула в унитаз. Чувство удовлетворения, охватившее меня, когда он с плеском приземлился в емкость, было маленькой победой, которую я был готов принять в течение дня.

Рук надул губы и захныкал, когда его демонический цирковой аксессуар был выброшен.

Готовый запустить трикстера через стеклянную дверь душа, я свирепо посмотрел на него, надеясь, что однажды он почувствует мое раздражение из-за него. Тем временем его щенячьи глазки были прикованы к женщине, стоявшей перед нами.

Глядя на Кинли, ее сапфировые бассейны наблюдали за тем, как каждая капелька воды стекала по телу Рука, пока не смешалась с лужицей, образовавшейся у его ног.

Скрепя сердце, я согласился.

– Звучит как хорошее место для поисков, Кин.

Она вынырнула из своих мыслей и улыбнулась нам обоим.

– Хмм, ты прав. Наверняка он туда и сбежал.

Развернувшись на каблуках, она вышла из ванной, и вскоре её шаги застучали по ступеням главной лестницы.

Я оттолкнул руку Рука, что всё ещё лежала у меня на плече, и отстранился от него.

– Какого хрена с тобой не так? – спросил я, не особо ожидая ответа.

Он встал, уперев обе руки в бока, совершенно не стесняясь своей наготы.

Без обычной игривости или сарказма в голосе, Рук с неожиданной серьёзностью сказал.

– Нам нужно поговорить, Сайлас.

Это застало меня врасплох, и только поэтому я решил его выслушать. Вздохнув, я кивнул в сторону стопки полотенец.

– Сначала приведи себя в порядок.

Не дав ему возможности возразить или сделать ехидное замечание, я вышел из ванной и подождал его у живописного окна в спальне.

Вид за оконным стеклом был потрясающим. За линией ее участка через улицу находилось большое открытое пространство со здоровой зеленой лужайкой, прерываемое лишь узкой пешеходной дорожкой. Открытое пространство было идеальным местом для того, чтобы любоваться восходом солнца утром и луной и звездами, появляющимися на небе ночью.

– Совет бывалого, я бы не стал упоминать о ее маленьком свидании прошлой ночью. – Голос Рука раздался у меня за спиной.

Обернувшись, я был готов к разговору, но не к тому, чтобы увидеть его одетым в то, что определенно было халатом Кинли. Это был пушистый жевательно-розовый халат, который, как я представлял, облегал ее миниатюрную фигурку, но на значительно более крупном теле Рука он выглядел совершенно нелепо. Длина заканчивалась выше колен, рукава заканчивались на локтях, и было не чем иным, как чудом, что каким-то образом оно оставалось достаточно затянутым на талии, чтобы его член не развевался на ветру.

– Я не собираюсь игнорировать это, Рук. Она должна знать, что Атлас не плод ее воображения – или твоего. – Я пересек комнату, не желая обсуждать, заслуживает ли она понимания того, что возвращение Атласа – реальность, и у него была цель, которую он должен был выполнить здесь, с ней.

Со сверхъестественной скоростью Рук мгновенно оказался передо мной, его глаза наполнились тьмой, которая соперничала с серьезностью самой смерти.

– Не думаю, что ты меня слышишь, приятель. Позволь мне изложить это тебе очень красиво и просто. Ты не видел ее той ночью, ты не видел потрясения в ее душе.

В моей челюсти образовалась боль от желания проигнорировать серьезность слов Рука. Я хотел отнестись к тому, что он сказал, с той же абсурдностью, что и к тому, что на нем было надето.

Рук продолжил.

– Ее разум движется по кругу, приближаясь к полному безумию, парень. – Он покачал головой. – Я совершенно уверен, что, если бы я не вмешался, у тебя было бы по меньшей мере еще три души для переправки по воле нашего маленького падшего ангела.

– С каких это пор демону есть дело до дел ангела? – Я скрестил руки на груди, гадая, под каким углом пытался сыграть Рук.

Засунув руки в неглубокие карманы халата, он посмотрел мне прямо в глаза, в его карих глазах было больше коричневого, чем зеленого, когда они встретились с моими аквамариновыми.

– С тех пор как этому упомянутому ангелу стало не наплевать на демона, которого считали годным разве что для фокусов и держали в статусе шута в придворье Люцифера.

Когда он выразился таким образом, мне пришлось сделать паузу и подумать, возможно, я и правда не знал всего о трикстере. Несмотря на всю его странность, в нём могло скрываться куда больше, чем казалось на первый взгляд.

– Кин никогда не была особо…. – Как бы это сказать? Моя пауза открыла Руку возможность закончить предложение.

– Вменяемой? – вставил он.

– Не совсем то, что я хотел сказать. Я собирался сказать, что она никогда не умела оставаться в пределах дозволенного.

Фыркнув, он глянул на меня.

– Разве что если разрисовывает город кровью.

Почесав щетину на щеке, я невольно вспомнил времена, когда всё было куда проще.

– Даже когда мы тренировались вместе перед уходом Люцифера, она всегда ходила по грани морали.

Я ущипнул себя за переносицу, пытаясь сообразить, какой катастрофой это может обернуться. Меня поразило осознание того, что присутствие Атласа в ее жизни будет необходимо больше, чем когда-либо, если то, что говорил Рук, было правдой.

– По шкале от одного до Сент-Кассиуса, насколько все плохо? – Спросил я, закрыв глаза, пытаясь выработать стратегию, несмотря на тупую боль между веками.

Не колеблясь, Рук ответил: – Снежная буря и спичка. – Он покачал головой, в его карих глазах появилась тень грусти. – Если бы я не отвлек ее должным образом прошлой ночью, у нее был бы список кандидатов на другую новую управляющую домом. Она была здесь телом, Сайлас, но ее разум был под осадой.

Звук бьющейся керамики внизу отвлек нас от нашего тяжелого обсуждения. За ним последовали крики Кинли и испуганные вопли того, кто, как я мог только предположить, был одним из ее домашних прислуг.

Глядя на Рука широко раскрытыми глазами, он не стал утруждать себя ожиданием, прежде чем промчаться мимо меня к двери спальни.

– Черт, это не может быть хорошо, – проворчал я, прежде чем последовать за трикстером, едва уловив размытые почтисверхзвуковые движения его тела, прежде чем он исчез в конце коридора.

Глава четырнадцатая

Пока мои мысли были прикованы к виду мыльных пузырей, скользящих по мышцам Рука, и капель воды, стекающих с кончика его члена, я неохотно направилась вниз. Также зная, что Сайлас помогает, я была уверена, что поиски моего меча увенчаются успехом. Он должен быть где-то здесь. Где же еще он может быть?

В наше время я не таскала его повсюду с собой. Можете ли вы представить себе испуганные взгляды всех маленьких человечков, когда я неторопливо шагала по тротуару, небрежно держа в одной руке большой меч, а в другой – свой кофе?

Войдя в кабинет, как только мои пальцы взялись за ручку двери, ведущей в подвал, Кристина робко позвала меня по имени.

– Мисс Уорд?

Почему, черт возьми, она была такой пугливой в последнее время? Это действовало мне на нервы. Сначала это было мило, но теперь просто откровенно раздражало.

Я оглянулась через плечо.

– Да, Кристина? – Мой взгляд упал на белую коробку в ее руках, выглядевшую не больше той, в которую могла поместиться пара кроссовок. Вокруг нее был аккуратно завязан черный шелковый бант.

Девушка переступила с ноги на ногу и протянула коробку мне.

– Это только что доставили для вас. Курьер сказал, что вы должны обязательно открыть его прямо сейчас.

Улыбка растянулась на моих розовых губах. Подарок? Я люблю подарки.

Отпустив дверную ручку, я подошла к ней и забрала коробку у нее из рук. Снаружи открытки, похоже, не было, поэтому я потянула за кончик ленты и наблюдала, как бантик распускается у меня на глазах.

Когда широкий атласный материал упал на землю, я сняла крышку с коробки. Опустив ее на свой стол из темного красного дерева, я сразу же отодвинула темную оберточную бумагу в сторону. При этом к кончикам моих пальцев прилипли липкие черные остатки.

Последний слой тонкой бумаги сдвинулся в сторону, открыв то, что лежало под ней. Мягкая кукла лежала лицом вниз, светлые кудри обрамлял золотой ореол. Ее серебристо-белые крылья и белоснежное платье были испачканы тем же черным веществом, которое осталось на подушечках моих пальцев.

Нахмурив брови, я осторожно протянула руку, как будто хотела убаюкать новорожденного ребенка нежнейшим прикосновением. Взяв куклу за талию, я вытащила плюшевого ангела из коробки и повернула ее, чтобы взглянуть на лицо.

Спереди у нее были пятна цвета оникса, запятнавшие то, что должно было быть игрушкой, олицетворяющей чистоту и невинность. Если бы я знала лучше, то подумала бы, что Рук хорошенько кончил на эту мягкую игрушку.

У куклы было приятное выражение лица, голубые пластиковые глаза почти сверкали в тусклом свете ламп с потолка над головой. Скромная улыбка застыла на ее лице, делая этот подарок еще более тревожащим из-за огромного количества того, что казалось демонической спермой, разбрызганной по всей поверхности.

Мои глаза опустились ниже и увидели, что кукла держит в руках фетровый свиток. Золотой нитью были вышиты слова: – Добро пожаловать в Сент-Кассиус.

Не помню, когда я уронила плюшевого ангела, но в ту секунду, когда он упал на пол, у меня в ушах загудела кровь. Образы резни в деревне у подножия горы Сент-Кассиуса промелькнули в моем сознании, как вышедшая из-под контроля катушка старого фильма. Мое сердце подпрыгнуло к горлу, и все мои мышцы напряглись, когда коробка приземлилась рядом с куклой на деревянный пол.

Пепел. Кровь. Дым. Все воспоминания затопили мои чувства, как лавина. Затем, как будто мой мозг лопнул, как перетянутая резиновая лента, мое нынешнее окружение вернулось на место вокруг моего сознания.

Кристина медленно отошла от меня, как только я сфокусировала на ней свой дикий взгляд.

– Это ты сделала? – Слова были спокойными, но не менее смертоносными по мере того, как напряжение нарастало от пальцев ног до ушей.

Милая темноволосая девушка несколько раз покачала головой.

– Н…нет, мисс Уорд. Я не знаю, кто…

– НЕ ЛГИ МНЕ! – Взревела я. Протянув руку вправо, я схватила белую вазу, стоявшую на краю моего стола. Она была битком набита белыми пионами, их многочисленные слои мало чем отличались от папиросной бумаги, которой была заполнена коробка, лежащая у моих ног.

Размахнувшись, я запустила цветы с вазой в голову Кристины. Они пролетели по воздуху, едва не попав в намеченную цель. Вместо этого ваза ударилась о стену позади нее. Керамика разлетелась вдребезги, образовав впечатляющую картину из осколков, воды и воздушных лепестков.

Она закричала, как и должна была. Я хотела добавить ее к своему списку убитых за то, что принесла этот сувенир из моего прошлого в мой дом.

– Ты лживая сука! Скажи мне, откуда это взялось! – Я продолжила свою словесную атаку, направляясь к ней. Рот Кристины шевельнулся, и слова неистово слетели с ее губ, но я не могла расслышать ни одного из них из-за своей ярости.

Пионы были раздавлены у меня под ногами, когда я загнала ее в угол, где мои книжные полки соприкасались со стеной, на которой висела большая абстрактная акварель, изображающая пламя и землю. Протянув руку, чтобы обхватить ее тонкую шею, обтянутую водолазкой, размытое тело, оказавшееся между мной и моей предполагаемой жертвой, принесло с собой короткий порыв ветра.

Рук стоял спиной к девушке, вытянув руки перед собой.

– Любимая, сделай вдох.

Рычание вырвалось из моего горла, и его присутствие не остановило меня. Продолжая приближаться, я приготовился пройти прямо через него, если понадобится.

У меня так и не было возможности попробовать, пока пара сильных рук не обхватила меня в сокрушительном захвате, прижимая мои руки к бокам. Раздраженно зарычав, я дернулась от своего нападавшего, пытаясь использовать свою силу, чтобы отбиться от его захвата.

– Отвали от меня нахуй! – Приказала я, выражая свое неудовольствие ясно, как божий день. – Эта маленькая шлюха сделала это!

Меня оттащили от того места, где Рук преградил мне путь, к человеку, трясущемуся, как чихуахуа зимой в Миннесоте, и я яростно брыкалась ногами.

Моя спина оторвалась от твердой широкой груди и стукнулась о менее щадящую поверхность стены. Сайлас пригвоздил меня к месту, одной рукой схватив за челюсть, в то время как другой крепко сжал мой бицепс. Все остальное его атлетическое тело прижалось ко мне, не оставляя мне ни дюйма пространства для маневра.

Я дернула головой, пытаясь удержать взгляд на своей маленькой плохой игрушке, которую Рук так стремился защитить. Не потребовалось много времени, чтобы заметить ярко-розовый халат, когда он выводил Кристину из зала.

– Верни ее сюда! Я еще не закончила преподавать ей урок!

Рука Сая сжала мою челюсть и откинула мою голову назад, так что я была вынуждена встретиться с ним взглядом.

Он рявкнул мне приказ.

– Кин, остынь! – Его предположение, что у него есть на меня какое-то влияние, было смехотворным.

Каждый удар, который я наносила ему, показывал уровень силы, которую ему приходилось призывать, чтобы удержать меня там. Если я буду продолжать в том же духе достаточно долго, возможно, я вырвусь из его хватки.

Упрямо глядя на него, я резко напомнила ему о его месте в моем мире.

– Сай, я не одна из твоих солдат, которым ты можешь отдавать приказы. Тебя это, блядь, не касается.

– Ни хрена себе, Кинли. Но не стесняйтесь быть моим гостем и попытайся объяснить ту чушь, о том, что тебя взвинтило и заставило создать еще один беспорядок, который мне, блядь, нужно было бы расхлебывать. – Его слова были пронизаны сдерживаемым гневом. Типичный Сайлас, всегда пытающийся выглядеть идеальным ребенком с гребаного плаката, который сохраняет спокойствие под давлением, пытаясь держать ситуацию под контролем.

– Она притащила это дерьмо в мой дом, и я позабочусь о том, чтобы она никогда больше не совершила той же ошибки. – Я сжала руку в кулак и резко ударила им в ребра Сая, хоть и под неудачным углом.

Он хрюкнул и вздрогнул, но это была далеко не та реакция, на которую я надеялась. Вместо этого он отпустил мою челюсть и крепко схватил за предплечье. Он с силой прижал его за моей головой к стене позади меня, другая его рука оставалась на моем бицепсе.

Рук прошел мимо нас, Кристина больше не дрожала рядом с ним, как трусливая коротышка.

– Где она?! – Я молилась, чтобы он пришел в себя и избавился от нее, потому что в противном случае я сделаю ее смерть еще более мучительной.

Даже не взглянув на меня, он вздохнул.

– Думаю, бедняжке не помешал бы недельный отпуск.

– Кин, – Сайлас вернул мое внимание к себе. – Ты должна рассказать мне, что произошло.

У меня даже не хватило духу закатить глаза.

– Я ни хрена тебе не должна объяснять, Сай. Если только ты не пришел в себя и вытащил палку из своей задницы, чтобы тебя могли трахнуть, иди к черту домой.

Тихое хихиканье Рука на другом конце комнаты сказало мне, что он, по крайней мере, частично согласен.

– Ты хоть понимаешь, насколько сильно теряешь контроль, Кин? – Его глаза, черт возьми, почти пронзили мои, когда он отказывался признавать что-либо еще вокруг нас.

Сайлас усилил хватку, и я не могла не заметить привлекательности силы, которую он вложил в то, чтобы удерживать меня там. Когда он был так близко ко мне, аромат золотого солнца и сочных фруктов, который остался на его коже, обволакивал меня, и мне захотелось потереться о него, как мурлыкающей кошке. В сочетании с его светло-голубым взглядом, и любой другой мог бы принять его за взгляд, твердый как камень. Но для меня за ними скрывалось нечто более податливое.

Несмотря на то, что все мои чувства оставались напряженными после моей вспышки, мое нутро начало болеть, я задавалась вопросом, будет ли он из тех, кто пригвоздит меня к кровати, или предпочтет быть тем, кого прижмут. Представив, как Сайлас теряет так контроль, я громко захихикала.

Очевидно, это был не тот ответ, который Сайлас хотел услышать на свой вопрос. Он прижался ко мне ближе, отчего мой смех быстро затих, и я прикусила нижнюю губу. То тут, то там раздавался смешок, но я сделала все возможное, чтобы унять свой приступ веселья.

– Почему мы всё время оказываемся в этой позе, а? Ты прижимаешь меня к стене… – прошептала я, и сама не понимала, почему голос вдруг стал таким мягким и хрупким.

Я не могла не замечать, как его тело прижимается к моему, и, медленно перекатив бёдра, я ещё раз подтвердила: не только мне нравилась эта близость.

– Кинли… – прошептал он, но дальше слов не последовало.

Договорить ему не дали.

– Эм, приятель? Тут, возможно, проблема, – подал голос Рук, остановившись рядом с нами. В руках у него была та самая белая коробка, в которую теперь снова аккуратно была уложена кукла, глядящая вверх из гнезда из тонкой бумаги.

Сайлас нехотя отстранился, ослабив хватку. В его взгляде оставались сомнение и настороженность.

Мои руки упали вдоль тела, сдерживая желание потереть те места, где он держал меня особенно крепко.

Я и так уже знала, что в этой коробке. Не было никакой нужды ещё раз терзать себя этим зрелищем.

– Что это, черт возьми, такое? – Отвращение сквозило в словах Сая, когда он наклонился, чтобы посмотреть на испачканную куклу.

Рук невозмутимо ответил на его вопрос.

– Липкое любовное признание от какого-то чокнутого демона.

Он быстро добавил: – Не мое. – Затем он задумчиво помолчал, наклонился и несколько раз принюхался. Его нос сморщился от отвращения. – Определенно не мое.

Невозможно было скрыть осуждающий взгляд, которым одарил его Сайлас.

– Ты уверен, что не хочешь попробовать на вкус, чтобы убедиться? – саркастически спросил он.

Держа подарочную коробку в одной руке, Рук поднес палец к черной жиже на кукле, но отпрянул, прежде чем прикоснулся к ней.

– Нет, я уверен.

Сайлас покачал головой, затем обратил свое внимание на меня.

– Кто это прислал?

Я пожала плечами.

– Записки нет. Вероятно, какой то демон который пытается наебать меня, заставив подумать, что Атлас все еще жив.

Именно тогда в воздухе повисла неловкая тишина. Рук и Сайлас обменялись взглядами друг с другом, но никто не осмелился признать то, что я только что сказала.

На случай, если они оба отключились и не услышали меня, я замедлила темп своих слов.

– Я сказала: вероятно, какой то демон который пытается наебать меня, заставив подумать, что Атлас все еще жив и брыкается.

Потирая лоб, Сай неловко поерзал в своей позе.

– Послушай, Кин, я хотел поговорить с тобой об этом.

О чем тут, блядь, было говорить? Я снова начала заводиться. От старых воспоминаний о быстро разлагающемся трупе Атласа было трудно избавиться, когда они завладели моим разумом.

– А, приятель, позволь мне. – Рук похлопал Сая по руке, прежде чем передать белую коробку архангелу, который неохотно ее принял.

Успокоившись, я наблюдала, как трикстан приближается ко мне. Это был мой халат, который был на нем? Я точно заметила это раньше, но были другие неотложные дела. Теперь, когда в голове прояснилось, я сочла это чудом, что его широкие плечи не разорвали швы, когда он пытался втиснуть руки в рукава.

Взяв мои руки в свои, Рук нежно улыбнулся мне.

– Любовь моя, когда мужчина испытывает глубокие чувства к женщине, вполне естественно, что эти глубокие эмоции проявляются таинственным образом, – начал он, но был быстро прерван.

– Человеческая половина души Атласа была спасена, выпалил Сайлас. – Теперь он один из нас.

Один из нас или один из таких как Сай? Если бы мой Атлассиан действительно вернулся, всем потребовалось бы несколько дополнительных молитв.