Текст книги "Миллиардер бродяга (ЛП)"
Автор книги: Саманта Блэр
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)
Глава 4. Когда вокруг все рушится
Джексон
Я и не подозревал, что уличные таксофоны все еще существовали, но мне повезло наткнуться на тот, в котором даже лежал телефонный справочник. Конечно, это – не Гугл, но я достаточно быстро нашел адрес отдела социального обеспечения. К сожалению, он находился слишком далеко, чтобы идти пешком, да еще и в противоположной стороне от приюта. Но у меня был проездной на метро, так что я решил им воспользоваться.
В животе урчало, но сначала мне следовало убедиться в том, что у меня есть ночлег и работа, и уж только потом задумываться о хлебе насущном. Один пропущенный обед – это не смертельно, но Джейсон оказался прав – при таком образе жизни еда являлась основной темой для беспокойства.
Не без труда, но я нашел здание, в котором располагался отдел социального обеспечения. Попав внутрь, я взял в автомате талончик с номером в очереди. На табло светилась цифра «26», у меня была «34».
«Не так уж и плохо».
Через час на табло зажегся номер «31», а я по-прежнему был тридцать четвертым.
Еще через час – «33». Я был следующим, и мое терпение заканчивалось.
«Куда, чёрт возьми, идут мои налоги? Это просто смешно! Никто не должен ждать так долго».
– Номер «34», – сказала женщина за стеклом.
«Наконец-то!»
– Мне нужна копия карты социального страхования, пожалуйста.
– Ваши водительские права, свидетельство о рождении и оплаченный чек на тридцать шесть долларов, – произнесла она.
– Эм, – запнулся я. – Вот права… и я могу заплатить наличными? – я не хотел, чтобы это прозвучало, как вопрос. Дерьмо! Как я смогу это оплатить? Карта социального страхования необходима, чтобы начать зарабатывать, но, чтобы получить ее, я должен потратить деньги! – И у меня нет свидетельства о рождении.
– Тогда вам нужно получить его копию, и мы не принимаем наличные, должен быть чек или денежный перевод на сумму тридцать шесть долларов.
– Где я могу получить копию своего свидетельства о рождении? – спросил я, стараясь скрыть гнев в голосе. Я понимал, что это не ее вина, а дурацкой системы. Но разве нельзя было предупредить об этом до того, как я просидел в очереди два часа?
– Департамент Здравоохранения, Центр Статистики Здоровья. Это в здании суда, – автоматически произнесла она, словно говорила эту фразу двести раз в день, по-видимому, так оно и было.
«Здание суда! Оно находится в другой стороне, почти у бара».
– Вы случайно не знаете, сколько стоит копия свидетельства о рождении? – спросил я.
– Понятия не имею, – ответила она и изменила данные на табло. – Номер «35».
Очевидно, мое время истекло.
– Подождите, – взмолился я. – Вы уверенны, что нельзя обойтись без свидетельства о рождении?
Я состроил свой лучший щенячий взгляд, но она просто покачала головой и посмотрела на следующего человека в очереди.
«Дерьмо!»
Выйдя на улицу, я открыл бумажник – сорок два доллара и тридцать четыре цента. Из них мне тридцать шесть мне придется отдать за карту социального страхования. Денежный перевод обойдется примерно в один доллар. Так что у меня останется около пяти баксов, на которые я планировал купить копию свидетельства о рождении, ужин и завтрак перед первой сменой в баре.
И почему мне не верилось, что этого хватит?
Необходимо расставить приоритеты. Без работы я просто не продержусь до конца недели, но чтобы получить ее, я должен потратить гораздо больше денег, чем имел в наличии. Нужно было узнать насколько больше, поэтому я снова спустился в метро.
В здании суда мне пришлось взять еще один талончик с номером. Но я уже усвоил урок. Вместо того чтобы сидеть без дела, я подошел к стойке с информацией и попытался разобраться в том, что требовалось для получения свидетельства. Заполненная форма 103-Б, водительские права (я был чертовски рад, что Джейсон позволил мне их оставить) и чек или денежный перевод на сумму в двадцать долларов.
Могло быть и хуже.
Я покинул здание суда, перешел через дорогу и направился в почтовое отделение, чтобы перевести деньги. После этого в бумажнике остался всего двадцать один доллар и семьдесят четыре цента, но я стал на шаг ближе к получению работы.
Когда я вернулся, мой номер еще не вызывали, но, к счастью, эта очередь была намного короче первой. Получить свидетельство о рождении оказалось проще, чем я думал. Я волновался, что снова придется ждать, но они довольно быстро распечатали мне копию.
Когда я вышел на улицу, на часах было полпятого вечера. Я понимал, что не успею вернуться в отдел социального обеспечения до пяти, и в любом случае мне не хватало шестнадцати долларов. Поэтому более логичным было бы отправиться в приют.
«Возможно, мне удастся взять деньги взаймы у кого-то из работников, объяснив им ситуацию?»
Я бы вернул их, как только получил чаевые за первую смену в баре следующей ночью.
Бен
Надо отдать должное – Джексон еще не сдался. Конечно, он пока не сталкивался с реальными проблемами, но я надеялся, что удача ему не изменит.
Я начал следить за ним прошлой ночью после звонка Джейсона. Он думал, что, вероятнее всего, его брат отправился в аэропорт, – видимо, это было одним из мест, где он чувствовал себя наиболее комфортно, – и оказался прав. Мы обнаружили Джексона примерно за час до того, как его разбудил охранник.
По опыту я знал, что стоит лишь раз потерять «объект» из вида и найти его снова становится намного сложнее, и это означало, что нам с Шоном придется трудиться круглосуточно. Шон – еще один телохранитель, который приглядывал за Джексоном. Он работал днем, я же заступал на дежурство в ночную смену.
В целях предосторожности, пока наш «объект» спал в аэропорту, мы установили «жучок» (п.п.: отслеживающее устройство) на его левый ботинок на случай, если ему все же удастся от нас ускользнуть.
Сделав несколько звонков, я получил полный отчет о жизни бездомных в городе. Как правило, моя работа не требовала проводить ночи в приютах и питаться в бесплатных столовых, но из прошлого опыта я знал, кому и какие вопросы нужно задать, чтобы получить эту информацию. В моей жизни был довольно тяжелый период, поэтому я понимал, что значит остаться одному в огромном городе. С такой ситуацией можно справиться при условии, что ты ешь, по крайней мере, один раз в день, спишь в безопасном месте и держишься подальше от неприятностей.
Согласно отчету Шона, Джексон продуктивно провел сегодняшний день. Он нашел работу и получил копию свидетельства о рождении. Чтобы устроиться работать официально, ему требовалась бы карта социального страхования, при условии, что хозяин бара не согласился платить ему «из-под стола».
Джексон оказался более изобретательным, чем я предполагал. Я-то был уверен, что он проведет первую ночь в дешевом отеле и вернется домой, как только увидит в ванной тараканов.
В данный момент мы находились в метро. Я сидел через четыре ряда позади Джексона и разговаривал с Шоном, но, закончив отчет, тот отправится домой и оставит меня наблюдать за «объектом».
Напарник не знал, куда Джексон направлялся. За сегодняшний день он побывал в парочке церквей, но Шон не слышал, о чем там шла речь, поскольку разговоры велись в закрытом помещении. Мы не были уверены в том, какую информацию он получил, но предполагали, что Джексон искал место для ночлега, скорее всего, приют для бездомных. В городе их было четыре. К сожалению, остановка метро, на которой «объект» собрался выйти, находилась относительно близко лишь к одному из них, и это оказался самый плохой из возможных вариантов.
Приюты для бездомных в лучшем случае были небезопасны, в худшем – очень опасны, и Джексон, направляясь туда, сам напрашивался на неприятности. Я сомневался, что он понимал это, ведь в прошлом у него не было причин посещать подобные места. Хейзы жертвовали большие деньги на благотворительность, но обычно это происходило на каком-нибудь банкете, организованном для сбора средств. Они были не из тех, кто в качестве волонтеров вызывался мыть туалеты в приютах для бездомных.
Мои опасения оправдались, когда Джексон дернул закрытые двери приюта. Большинство «ночлежек» отказывались принимать наркоманов, пьяниц или дебоширов. В этот пускали всех.
«Сегодня будет длинная ночь».
Я стоял неподалеку и наблюдал, как Джексон шел по дорожке, пытаясь найти другой вход. Но его не было. Все, кто хотел провести ночь в приюте, начнут выстраиваться в очередь перед зданием в половину седьмого вечера. Двери открывали примерно в восемь тридцать, отбой – в десять. Привилегированному меньшинству удастся попасть в душ перед отбоем. Остальные попытаются сделать это утром до выселения. Лишь около одной трети парней на самом деле смогут помыться. В зимние месяцы приюты были переполнены. Множество бездомных набивалось туда и в это время года, но некоторые все же предпочитали спать на улице, а не в помещении, несмотря на то, что ночью температура опускалась до сорока пяти градусов по Фаренгейту (п.п.: приблизительно + 7 по Цельсию).
Многие из будущих соседей Джексона в данный момент ели в церкви, расположенной в шести кварталах отсюда, но он этого не знал.
«Наверняка он голоден. Шон сказал, что целый день Джексон ничего не ел, если не считать блинов».
Поужинав в церкви, бездомные начнут собираться у входа, пока им не разрешат войти внутрь. У нас оставалось примерно полчаса до того момента, как Джексон впервые осознает, что же из себя на самом деле представляют бездомные.
«Объект» обошел здание и, не обнаружив другого входа, дошел до конца квартала, словно проверяя, что находится в нужном месте. Через несколько минут показался первый человек с пластиковым пакетом подмышкой. Проигнорировав Джексона, он начал ходить туда-сюда перед входом в приют.
Мы с Джексоном встречались всего один раз несколько лет назад, и оба присутствовали на банкете по случаю свадьбы Джейсона, и я сомневался, что Хейз узнает меня, но на всякий случай надел капюшон толстовки, когда подошел поближе. Я хотел держаться к нему достаточно близко, чтобы сохранить в безопасности, и в тоже время остаться незамеченным.
Я получил вполне четкие инструкции: не дать «объекту» погибнуть, но и не помогать. Это означало, что я не мог предоставить Джексону нужную информацию. Он должен будет справиться со всем сам.
Прошло несколько минут, прежде чем Хейз заметил, что улица начала заполняться людьми. Казалось, он пребывал в своем собственном маленьком мирке, и полностью соответствовало тому, что я знал о нем – хороший человек, но полностью зацикленный на себе.
Наконец, Джексон подошел к группе из трех парней, которые, как мне показалось, пришли из столовой вместе. У бездомных существовали и другие потребности, кроме еды и крыши над головой. Люди – стадные животные. Нам всем необходимо общение, правда, некоторым больше, чем другим.
– Этот приют откроется сегодня? – спросил Джексон.
В течение нескольких секунд они оценивающе смотрели на него, после чего один из парней ответил:
–Да. Они открываются в семь тридцать.
– Замечательно, – улыбнулся Джексон, а мне пришлось прикусить щеку, чтобы сдержать смех. Он явно не привык беседовать с подобными людьми и выглядел так, словно пытался предложить им выгодную сделку. – Вы, случайно, не знаете, где я могу поужинать?
– Ты тут недавно? – прошепелявил другой бездомный. Думаю, он растерял по крайней мере половину своих зубов, поскольку его речь больше напоминала шамканье.
– Ну, да. Я только недавно… как бы… это все пока ново для меня.
– Ну, точно! – расхохотался парень, заговоривший первым. – Ты только что пропустил ужин. В среду он проходит в церкви на Мэпл Лиф.
– Ох… – Джексон казался явно разочарованным. Думаю, никогда в своей жизни он так долго не обходился без пищи. – А что насчет четверга? Где можно будет поесть завтра?
Парни переглянулись, и на мгновение мне показалось, что они ему соврут и отправят в другое место, но после довольно продолжительной паузы один из них сказал:
– Пресвитерианская церковь около доков. В полдень.
– В полдень. Около доков, – повторил Джексон, нервно переминаясь с ноги на ногу.
Я был уверен, что он устал. Для парня, привыкшего целыми днями сидеть на заседаниях совета директоров, сложно так много ходить, и при этом так мало есть. Его тело работало на пределе сил. Но, несмотря на это, он все еще выглядел намного чище, чем большинство парней, стоящих в очереди. Правда, джинсы, отлично обтягивающие его задницу, были уже слегка помяты, а волосы выглядели грязнее, чем обычно. Если в ближайшее время он не сможет найти себе другую одежду, то станет и правда походить на бездомного.
Джексон держался особняком, пока не открыли двери. Он стоял практически в начале очереди, так что у него была прекрасная возможность выбрать себе хорошее спальное место. В здании приюта когда-то располагался монастырь. Здесь был один длинный коридор, как в общежитии, по обе стороны от которого находились комнаты, каждая из которых могла вместить по шесть человек на трех двухъярусных кроватях, а также большое помещение с четырьмя рядами по десять кроватей. Я ждал, куда пойдет «объект», чтобы занять себе место. Он выбрал верхнюю койку в одной из небольших комнат. Неплохо, но они реже, чем большие помещения попадали в поле зрения сотрудников приюта, а это увеличивало вероятность кражи, и я сильно удивлюсь, если Джексон сохранит свою куртку до утра.
Шон предполагал, что у него еще осталось немного наличных, и я надеялся, что он догадается их спрятать. Лучше всего в нижнем белье, но Джексон не казался человеком, способным запрятать наличные в свои шелковые итальянские трусы-боксеры.
Я выбрал верхнюю койку на противоположной стороне комнаты. Разделявшая нас кровать достаточно хорошо скрывала меня, но, тем не менее, позволяла присматривать за ним. Начиналась самая сложная часть вечера. Если Джексон уйдет, чтобы воспользоваться ванной комнатой, то, вероятнее всего, потеряет свое спальное место. Но если он сейчас не займет очередь, то не попадет в душ.
Хейз наблюдал, как выстраивается очередь, и одновременно присматривался к соседям по комнате, которые охраняли свои места. Я предполагал, что он раздумывал, что делать. В конце концов, он решил, что на данный момент сон важнее душа, и, на мой взгляд, сделал правильный выбор. Если повезет, он сможет помыться утром, когда уже будет не нужно охранять свое место.
Когда один из работников приюта обходил помещения, Джексон позвал его. Я не слышал точно, о чем они говорили, но понял общую идею: Хейз просил у того одолжить ему двадцать баксов, но молодой парнишка-волонтер отказал. Главным правилом добровольцев, работающих в подобных местах, было не давать деньги людям, которые потратят их на наркотики или алкоголь, а потом придут просить больше. Понятие «в долг» здесь не существовало.
Когда волонтер ушел, Джексон лег на кровать. Со своего места я не мог видеть, что именно он делал, но предположил, что Хейз устраивался поудобнее на жестком матрасе и раскладывал вещи.
Я очень надеялся, что он осознавал потенциальную вероятность кражи, а пока внимательно изучал наших соседей по комнате. Двое парней на кровати посередине вроде бы были друзьями или, возможно, даже братьями. Один из них охранял обе койки, а другой отправился в душ. Скорее всего, поменяются перед отбоем. Я не видел в них особой угрозы. На нижнем ярусе моей кровати расположился старик. Ему, должно быть, по крайней мере, лет семьдесят, но выглядел он на все девяносто. Бездомные люди редко доживали до семидесяти пяти. Такая жизнь не щадила ни ум, ни тело. Прислонившись спиной к стене, он закрыл глаза и уснул. Похоже, он мог заснуть, где угодно.
А вот парень, расположившийся на нижнем «этаже» кровати Джексона меня беспокоил. Он внимательно рассмотрел Хейза, прежде чем выбрать себе койку. На вид он был довольно молод – лет тридцати. Даже со своего места я чувствовал, как от него разило спиртным. Его глаза покраснели и налились кровью, а нос, вероятно, был сломан больше, чем пару раз.
Мне следовало приглядывать за ним.
К счастью, я проспал большую часть дня, поэтому мог бодрствовать ночью, не теряя бдительности. Прибыли последние бездомные, пожелавшие остаться на ночь в приюте. Теперь почти все кровати оказались заняты. Из большой комнаты донеслись крики и ругань: завязалась первая драка за эту долгую ночь. Какой-то сумасшедший пьянчуга выкрикивал непристойности о ком-то, кто якобы пролез в душ без очереди.
Джексон широко распахнутыми глазами наблюдал за происходящим, пока сотрудники приюта не заставили бродягу вернуться на свое место. К большому разочарованию парней, все еще стоявших в очереди, несколько минут спустя отключили воду в душе, а еще через пару минут погасили свет.
Итак, игра началась.
Приблизительно через час все стихло. Разноголосый храп разносился по коридору и из-за отсутствия дверей легко проникал в комнаты. Я не слышал ни звука со стороны Джексона – он либо спал, либо пытался уснуть.
Я достал мобильник и проверил время – почти полночь.
В двенадцать пятнадцать в большой комнате вспыхнула еще одна драка. Было трудно понять, что послужило причиной. Вероятно, кто-то проснулся, когда его собирались ограбить. Работники приюта растащили дерущихся и вышвырнули их на улицу.
Вскоре после этого кого-то начало тошнить. Он издавал ужасные звуки, но, похоже, они не разбудили Хейза. Да и его сосед вел себя тихо, хотя мне не верилось, что это продлится долго.
Наконец, около четырех утра мое предчувствие начало сбываться. Сосед Джексона сел и бесшумно опустил ноги на пол. Немного приподнявшись, я наблюдал за происходящим, не покидая койку.
Парень встал и кинул быстрый взгляд на Хейза, который, вероятно, крепко спал. Похоже, Джексон использовал свою куртку в качестве подушки. Не знаю, насколько чутко он спал, но казалось маловероятным, что парень сможет вытащить ее, не разбудив хозяина. Хейзу также хватило ума не снимать обувь. Если бы он поступил иначе, ей бы давно «приделали ноги».
Джексон спал на животе, отчего задние карманы выглядели легкодоступными. Я очень надеялся, что он догадался переложить бумажник.
В следующее мгновение я узнал две вещи: первая – у «объекта» чуткий сон, и вторая – он так и не убрал бумажник.
Парень потянулся за портмоне и разбудил Джексон.
– Отойди от меня, – послышался приглушенный голос Хейза, прежде чем парень стащил его с койки и повалил на пол. Он схватил его куртку, а затем врезал Джексону по челюсти хуком справа.
– Блядь! – выругался Хейз и довольно сильно ударил парня в живот.
Я мгновенно слетел с койки. Одно дело, если Джексна ограбят, и совсем другое, если его задница пострадает в процессе.
Сказав им обоим разойтись, я оттащил парня, а потом хорошенько приложился к его голове кулаком, испытав при этом мимолетное удовлетворение. Давненько мне не удавалось попрактиковаться в уличных драках. Сотрудники приюта «разрулили» ситуацию, бесцеремонно выкинув нас троих под дождь. Их не волновало, что именно произошло или, если мы продолжим драться. Главное – не в стенах приюта.
Хейз все-таки лишился куртки. Парень убежал вместе с ней, и я не знал, не прихватил ли он вместе с ней его бумажник.
Я попытался незаметно ускользнуть, но Джексон окликнул меня до того, как я успел скрыться.
– Эй, спасибо, – сказал он. – Не знаю, почему ты это сделал, но я ценю твою помощь, – его губы кровоточили, но выглядело это не так уж и плохо, учитывая обстоятельства.
Хейз казался спокойнее, чем я предполагал. Правда, его руки дрожали, но в любом случае он не бежал домой, сверкая пятками.
Я молча кивнул и зашагал прочь, надеясь, что он не последует за мной.
Джексон немного помедлил, а затем развернулся и побрел в другую сторону. Я позволил ему оторваться на несколько кварталов, после чего отправился следом. Позвонив Шону, я сказал, что наш график требуется изменить. Я не мог допустить, чтобы Хейз увидел меня еще раз сегодня вечером.
Джексон
Блядь. Моя челюсть меня убивала, да и плечо было не намного лучше.
Я зашел в круглосуточный Макдональдс, сумел пробраться в мужской туалет незамеченным и взглянул на себя в зеркало. Все оказалось не так плохо, как могло бы быть. Да, губа разбита и немного опухла. Лед бы сейчас не помешал, но даже и без него все заживет. На самом деле это не так уж и заметно. На плече красовался синяк от того, что я ударился плечом о кровать, когда парень потянул меня с верхней койки вниз, но оно не опухло, и я мог шевелить им.
Я провел быструю инвентаризацию. Слава богу, бумажник все был еще со мной, а это означало, что свидетельство о рождении и оставшиеся деньги на месте. Но я потерял свою куртку, а значит, лишился мыла, дезодоранта и зубной щетки. Набрав немного горячей воды в раковину, я постарался вымыть лицо, не задевая при этом губу. В ближайшее время мне требовалось побриться. Легкая щетина норовила превратиться в настоящую бороду. И я уже улавливал свой запах. Прекрасно.
Мне следовало придумать план получше. Я ни в коем случае не собирался сегодня вечером возвращаться в этот приют. Я подозревал, что там будет опасно, но теперь понял, что среди бездомных я выглядел белой вороной и не мог себе позволить становиться подобного рода мишенью.
Не в первый раз я задавался вопросом: кто этот парень, который помог мне. Я был благодарен ему, и в то же время сбит с толку. Не понятно, зачем он встрял в драку, хотя если бы он этого не сделал, последствия могли бы быть намного хуже. Хотел бы я, чтобы он придерживался рядом подольше, ведь иметь друга в этом мире казалось неоценимым активом.
Не может быть, чтобы мне дважды настолько повезло.
На самом деле я прилично выспался и ощущал себя довольно отдохнувшим. Что хорошо. Я чувствовал, что мне предстоит долгий день.
Возможно, мне следовало бы отказаться от всего этого нелепого фарса. Я явно не был создан для этого. Хотя из-за моего невероятного упрямства какая-то часть меня никогда не будет довольна тем, что я позволил Джейсону победить.
Откровенно говоря, я понимал, что дело заключалось совершенно в другом. Я хотел доказать себе, что мой жизненный успех был не просто подачкой от моих родителей. Да, я родился богатым, но всегда считал, что тяжелая работа и есть настоящий ключ к обеспеченной жизни. Но что, если это было не так? Смог бы я действительно добиться всего самостоятельно, без поддержки моей семьи?
«Конечно, смог бы! Не так ли?»
В туалет вошел один из сотрудников, вырывая меня из раздумий. Он бросил на меня неодобрительный взгляд, скрываясь в одной из кабинок, и я понял, что пора уходить.
Единственными посетителями, находящимися в ресторане, были два темноволосых парня крупного телосложения, которые вели друг с другом беседу и пили кофе. Они сидели ко мне спиной и даже не взглянули в мою сторону, когда я вышел обратно под дождь.
Было чертовски холодно. Дождь мгновенно вытянул тепло прямо из моей кожи, и пока не взойдет солнце, без куртки мне придется нелегко. Нужно где-то укрыться от дождя, а также продумать дальнейший план игры.
Я направился обратно в метро. Прошлой ночью там было неплохо. Мой проездной действителен до пятницы, так что, по крайней мере, некоторое время я могу свободно передвигаться. Сев в конец вагона, я смотрел в окно на километры бесконечного туннеля. Я возвращался в район, где находилась служба социального обеспечения. Мне нужно было где-то раздобыть 16 долларов и получить эту долбанную карту социального страхования. Парень в приюте отказал дать мне деньги в долг, а я не из тех, кто будет умолять. Я просил взаймы, а значит, собирался вернуть ему деньги, но он этого не знал.
Единственной хорошей новостью стало то, что я знал, где можно пообедать сегодня. Таким голодным как сейчас я не был никогда в своей жизни.
Заметив, что уже рассвело, я вышел из метро где-то в пяти кварталах от офиса службы социального обеспечения. Я понимал, что нет никакого смысла направляться прямо туда, пока не найду способа достать деньги, в которых так нуждался, но мне просто больше некуда было идти.
В среднем мой годовой доход составлял около тридцати пяти миллионов, включая покупку-продажу компаний, акций и другие инвестиций. Это значило, что я зарабатывал чуть меньше семнадцати тысяч в час в пересчете на нормальную 40-часовую рабочую неделю.
«Как так случилось, что я вдруг неспособен заработать каких-то гребаных 16 долларов?!»
– Черт возьми, Мэтт!
Женский голос, звучащий в переулке, заставил меня посмотреть по сторонам. Этим ранним утром на улицах стояла тишина, а поскольку шел дождь, я был единственным прохожим.
– Я наняла тебя, потому что мне нужен кто-то, кто приходил бы вовремя. Не утруждай себя являться сегодня, но если ты опоздаешь завтра, то ты уволен!
Женщина была явно расстроена, и я пошел по переулку на звук ее голоса, но резко остановился, едва увидел его обладательницу.
Она была потрясающей.
Роскошные длинные каштановые волосы, стройная фигура, идеальные бедра, а в руках она держала – выглядящий довольно тяжелым – ящик с живыми крабами…
